Александра Лисина
Артур Рэйш
Проклятие королей

Серия «Необыкновенная магия. Шедевры Рунета»

Серийное оформление – Екатерина Петрова

Иллюстрация на обложке – Дарья Родионова

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

© А. Лисина, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

* * *

 Пролог

Зима… Кажется, только после трех с половиной лет, прожитых в промозглом Верле, я научился по-настоящему ценить зиму. Время, когда лишенные листвы деревья покрываются новыми, только не зелеными, а серебристо-белыми нарядами. Время, когда под слоем снега становятся не видны черные крыши, грязные улочки и разбросанный по углам мусор. Когда с тротуаров исчезают надоевшие за осень лужи, а воздух становится кристально чистым и поразительно свежим.

Я толкнул тяжелую дверь и под веселый перезвон колокольчиков зашел в просторный холл западного Управления городского сыска.

– Доброе утро, мастер Рэйш! – бодро помахал из-за регистрационной стойки молодой паренек, которого не так давно прислали на практику из Военно-управляющей академии.

– С добрым утром! – улыбнулась пробегающая мимо хорошенькая светлая магичка.

– Мастер Рэйш, здравствуйте! – скороговоркой проговорил еще один паренек – довольно смышленый некрос, которого удалось сманить из Королевского университета. За время практики парень отлично освоился и в данный момент несся куда-то с пухлой папкой наперевес и с крайне озабоченным выражением на веснушчатой физиономии.

Махнув всем сразу, я пересек холл, машинально отвечая на сыплющиеся со всех сторон приветствия. Раз пятнадцать кивнул, еще столько же ответил вслух. Слегка поморщился от царящей в Управлении суеты и несильного, но почти незатихающего шума, который неизменно сопровождал каждый наш рабочий день. Заодно чуть не пожалел, что своими руками привлек на службу столько народу. Затем с ностальгией припомнил времена, когда у нас было в разы меньше подчиненных. На всякий случай отступил в сторону, когда мимо с шумом пронеслась ватага мелюзги под предводительством страшно гордящегося новым назначением Сеньки. А затем поторопился подняться на второй этаж, где располагалось начальство, а следовательно, было потише.

– Да твою ж темную душу! – с нескрываемым раздражением воскликнул Йен, когда я зашел в его кабинет. При виде меня Норриди скривился, а затем махнул бумажкой с внушительной печатью Ордена магов на обороте и раздраженно выпалил: – Представляешь?! Эти сволочи все-таки надумали меня отстранить!

Захлопнув дверь, я бросил покрытый легким снежком плащ на стоящее возле входа кресло. Затем туда же полетела шляпа. После чего я спокойно дошел до массивного письменного стола, который сделал бы честь даже недешево обставленному кабинету Корна, и, выудив из пальцев друга бумагу, мельком на нее взглянул.

– Да, – согласился я, прочитав самое важное. – Не прошло и полугода, как чиновники все-таки сообразили, что оставлять во главе сыскного Управления необученного темного мага опасно. Приказ от Корна уже поступил?

– Сегодня какая-то писулька пришла, – буркнул Йен, покопавшись на столе и выудив оттуда еще одну бумагу. На этот раз – с печатью Главного Управления столичного сыска. Не дожидаясь, пока я спрошу, он сам распечатал конверт, развернул официальный приказ и, не дочитав его до конца, раздраженно сплюнул. – Ну что за придурки заседают в руководстве нашего Ордена?! У них что, начальники участков в очереди за воротами стоят?! Кого, спрашивается, я должен оставить в качестве заместителя на такой длительный срок?!

Я хмыкнул.

Уж точно не меня – я Йену еще четыре месяца назад об этом сказал, когда тот все-таки вышел из отпуска. Хватит. Насиделся в чужом кресле и возвращаться туда не собираюсь.

Правда, орденские чиновники в своем праве, ведь формально у Йена не было учителя. Поскольку дар у него открылся поздно, то в Школу магов, а тем более в Королевский университет путь ему был заказан. Норриди требовалось индивидуальное, совершенно официальное ученичество у какого-нибудь маститого наставника. И столь же официально полученный магический перстень, без которого никто не имел права оставлять за Йеном высокий пост в УГС[1].

Вон даже Корн не замедлился с уведомлением о временном отстранении, хотя прекрасно знал, что с Норриди вот уже полгода плотно занимаемся я, Хокк и Триш. Другое дело, что официальным учителем никто из нас не мог для него стать. Я – по причине того, что уже имел одного ученика. Триш сама только-только избавилась от статуса ученицы. Ну а Хокк еще недостаточно освоилась с новыми возможностями, поэтому экзамен на профпригодность попросту не прошла бы.

– Это гадство какое-то! – с чувством повторил Йен, пнув ни в чем не повинный стол и заметавшись по кабинету. – Сколько они планируют меня учить? Год? Два? Десять?! Работать по основному профилю не дают, значит, на нормальное жалованье в эти годы можно не рассчитывать! Стипендию наверняка назначат мизерную! А как я должен содержать жену?! На какие, спрашивается, шиши смогу купить жилье и обеспечить Триш самым необходимым?! На ее зарплату буду жить, что ли?!

Я отобрал у Норриди вторую бумагу и, развернув ее до конца, пробежал глазами.

– Да погоди паниковать. Корн не дурак, нашел-таки для тебя лазейку.

– Чего? – непонимающе обернулся Норриди.

– Смотри, – я ткнул ему в лицо свежим приказом. – В самом низу. Мелким шрифтом. И не говори, что шеф плохо о тебе заботится.

Йен торопливо вчитался:

– …Ввиду особых обстоятельств и заслуг перед Орденом, согласно третьей поправке к «Уложению о рангах», считаю возможным предложить виконту Норриди должность внештатного консультанта и прикрепить к западному Управлению городского сыска на общих основаниях… Арт!

– Ну чем ты еще недоволен? – осведомился я, когда Йен поднял на меня посветлевший взгляд. – Корн дает тебе возможность остаться в Управлении. Даже жалованье сохранит почти на том же уровне. И работать ты сможешь, правда, не каждый день и не по каждому делу.

– Корн… он же… он…

– Не такой уж и козел, да?

Глаза Норриди радостно блеснули: подсказка шефа в буквальном смысле спасла ему жизнь и позволяла совмещать учебу с любимым делом. Но ответить он не успел, поскольку в этот момент в дверь решительно постучали, а еще через миг в кабинет заскочил одетый в новенькую униформу малец и, протянув мне солидный конверт, привычно козырнул.

– Мастер Рэйш, вам письмо из ГУССа[2]. Только что доставили.

– Спасибо, Найл, – кивнул я, бесцеремонно вскрывая почту и изучая короткое послание от Корна. – Хм. Кажется, мне пора – шеф очень хочет меня увидеть. Причем сегодня и вот прямо сейчас.

– Что ему надо? – тут же насторожился Норриди. – Может, все еще надеется забрать к себе в штат? Или наконец-то созрел для откровенного разговора?

Я пожал плечами и, знаком отпустив мальчишку-посыльного, бросил письмо в мусорную корзину.

– Скоро узнаем.

– Арт… – привычно заныл Йен, когда я развернулся к выходу. – А может, ты выручишь меня на время учебы, а? Всего разок?

– На год? – саркастически переспросил я. – Или на два? А то и на все десять?

– Рэйш… демон тебя задери! Мне больше некому это поручить!

Я фыркнул, накинул на плечи плащ и, подобрав шляпу, нахлобучил ее на голову.

– Поручи Херьену. Лив – парень способный, неглупый… справится. Зря я его, что ли, от Жольда сманил?

– Но он же ни разу никем не руководил! – крикнул Норриди мне в спину.

Я отмахнулся и вышел:

– Научится. Не все же ему штаны на дежурствах протирать? Да и тебе давно пора подобрать толкового заместителя.

– Арт, а ты ему поможешь?! – донеслось отчаянное уже из-за двери.

Я только вздохнул.

Куда ж я денусь? Но для начала выясню, какого демона понадобилось от меня шефу и почему лишь спустя полгода после посещения первохрама он все-таки решился на разговор.

Глава 1

– Здравствуй, Артур, – широко улыбнулся отец Гон, заставив меня озадаченно замереть на пороге кабинета Нельсона Корна. – Как твои дела? Давно ты не навещал храм…

Я прокашлялся.

Что значит давно? Всего пару недель там не объявлялся. Незачем было. Но как отец настоятель оказался здесь? И главное когда?! Я же проверил комнату и был готов поклясться, что, кроме шефа, внутри никого нет! Корн, кстати, так и остался на положенном месте, за столом, настороженно поглядывая на нас с настоятелем. А святой отец, понимаешь ли, шутки шутить вздумал. Хотя…

Я прищурился и оглядел его через темную линзу.

Хм. Интересно, почему правым глазом он все-таки виден, а левым – нет? Подарок Фола? Особые привилегии для хранителя?

Не сходя с места, я провалился во Тьму, но и там меня поджидал сюрприз – оказывается, с некоторых пор отец-настоятель перестал быть виден с темной стороны. Ни ауры, ни даже силуэта, словно передо мной находилось пустое место. Пришлось вынырнуть обратно, обойти откровенно веселящегося жреца по кругу. А потом накинуть на левый глаз вторую линзу и тихо присвистнуть.

– А вы изменились, святой отец, – скупо заметил я, убедившись, что ауры у него действительно больше нет.

Жрец вместо ответа поднялся с кресла, на котором дожидался моего прихода, уже другим взглядом посмотрел на молчаливого Корна и коротко наклонил голову.

– В общем-то это все, что я хотел вам сообщить. А теперь позвольте откланяться… Артур, если у тебя снова появятся вопросы, ты знаешь, где меня найти.

Я проводил растворившегося в воздухе жреца скептическим взором, но отец Гон действительно исчез. Причем ушел он не на темную сторону, а словно телепортировался. Раз – и его не стало. В том месте, где он только что был, ни иней не выпал, ни снежком не посыпало. Пространство перед ним сперва открылось, потом закрылось, и даже я не мог сказать, каким именно образом отец настоятель нас покинул.

– Проходи, чего стоишь? – в своей манере буркнул Корн, когда мы остались одни. – И дверь закрой. Из коридора сквозит.

Я только хмыкнул. Пожалуй, впервые на моей памяти перед кабинетом начальника Главного Управления столичного сыска не толпились люди. Коридор третьего этажа был сегодня на редкость пустынным, можно даже сказать, вымершим. Так что насчет сквозняка шеф почти не шутил.

– Садись, – снова велел Корн, когда я исполнил его первую просьбу. – Мне нужно задать тебе несколько вопросов.

Я покосился на него с интересом и, устроившись в том самом кресле, где недавно сидел жрец, испытующе уставился на начальство. Корн, как это нередко бывало, не торопился начинать разговор, поэтому какое-то время мы просто играли в гляделки, бодаясь взглядами почти как в первую встречу.

На всякий случай я порылся в памяти, но не сумел вспомнить ни одного прегрешения, за которые Корн мог бы зацепиться. После первохрама одна беседа у нас уже состоялась. В присутствии отца настоятеля, кстати. Причем отец Гон взял на себя труд пояснить подоплеку некоторых моих поступков, приоткрыл несколько храмовых тайн, заодно отвел от меня ненужные подозрения и недвусмысленно намекнул, что мой вклад в восстановление божественных вместилищ был настолько значителен, что даже жреческий Орден не рискнул бы его преуменьшить. Более того, обители богов отныне требовался не только хранитель, но и страж. И раз меня в этом качестве признал весь алторийский пантеон, то не дело мирских перечить божественному решению.

Корна, как мне показалось, такое объяснение успокоило, так что о жнецах при мне больше никто не упоминал. Правду об уничтожении умрунов и вампиров он из меня тоже вытянул, после чего, как и обещал, со спокойной душой закрыл то старое дело и отправил его в архив. Еще несколько деталей из моей биографии всплыли по ходу беседы сами собой, сделав рассказ отца настоятеля еще более достоверным. Затем свою лепту внес лорд Аарон Искадо, официально отдав мне сына в ученики. Наконец, в моей защите поучаствовал даже Ал. После этого шеф больше ни словом, ни делом не намекал, что его в моих объяснениях что-то не устроило.

И вот сегодня он внезапно пригласил меня на беседу. Ни Йена, ни Хокк с Триш… ни одного из начальников других участков. Только меня.

Я вопросительно приподнял брови, молча интересуясь у Корна причинами. И тот, привычно нахмурившись, вдруг положил ладонь на внушительную кипу бумаг, лежащую на самом краю стола.

– Знаешь, что это такое?

– Детали какого-нибудь важного дела?

– Результаты служебного расследования о череде двойных убийств, случившихся в столице полгода назад, – жестко ответил Корн. – Вернее, это копия, которую я должен буду в ближайшее время отправить в королевскую канцелярию.

Я откинулся на спинку кресла.

– Что в этих результатах неправильно?

– Почему ты спрашиваешь именно об этом? – прищурился шеф.

– Просто так вы не стали бы подсовывать мне эти бумаги. Значит, в них есть что-то, что не устраивает лично вас. И что не позволяет со спокойной совестью передать дело в королевскую канцелярию. Я имею к этому отношение?

Корн взглянул на меня совсем недобро.

– Данная в храме клятва не позволяет мне раскрывать подробности даже перед королем, поэтому для официального отчета версия была сильно урезана.

– А для неофициального? – насторожился я.

Шеф помолчал, а затем устало добавил:

– Как ты понимаешь, расследование велось параллельно – нашими людьми и спецами из Управления дворцовой стражи. Таков порядок, раз уж в поисках убийцы участвовали оба ведомства. Но уже по тому, что удалось нарыть моим магам, можно твердо сказать, что кое-что из твоих показаний и показаний, данных другими участниками событий, включая людей лорда Искадо, мягко говоря, не сходится.

– Что же именно в них не так?

– Если сопоставить время, в течение которого происходили убийства на Сенной, Седьмой и Сорок второй улицах… ну ты помнишь – умруны и прочая нечисть, которая атаковала нас в самый неподходящий момент, а до этого – уничтожение моргулов по двум другим адресам, то даже с учетом способности перемещаться прямыми тропами получается, что ты уже в то время действовал не один. Проще говоря, у тебя был помощник, который тоже умеет быстро перемещаться во Тьме. И который достаточно ловок, чтобы без проблем укокошить несколько моргулов за раз, о чем есть свидетельства не только моих людей, но и жрецов.

Я насторожился еще больше:

– Вас интересует что-то конкретное?

– Твой учитель в свое время занимался изучением искусственных сущностей и, судя по некоторым данным, научился ими управлять. Эта информация есть в архивах, – тихо сказал шеф, не сводя с меня пристального взгляда. – В твоем доме живет несколько духов с уникальными свойствами. Он оборудован артефактами, позволяющими ослаблять границы между мирами. Ты встречался с одной искусственной сущностью в Верле, имел доступ к разработкам учителя и не так давно доказал, что стал достойным его преемником в полном смысле этого слова. Более того, присутствие в тот день как минимум одного духа с весьма похожими свойствами в храме, когда ты убил Лотия, не вызывает у меня никаких сомнений. Поэтому я не могу не спросить: кто твой новый служитель, Рэйш?

Вот прицепился, а ведь как аккуратно я обошел эту тему в отчетах! И как деликатно участие брата прикрыл наш общий благодетель отец Гон! О том, что у меня появился новый служитель, Корн, разумеется, сообразил. Что-то даже успел заметить, пока Роберт на пару с Мэлом воевали с Палачами. Но об этой части наших злоключений Фол запретил ему распространяться, поэтому в рапорте данные сведения фигурировать не могли. Свои личные подозрения Корн тоже не стал бы излагать в официальном отчете. Но тогда получается, что неточности во времени были замечены кем-то еще. Причем не сразу. Не после того, как столицу всколыхнуло ошеломляющее известие о возрождении темного пантеона, и не после того, как эта благая весть была подтверждена целой серией божественных знамений.

Само собой, когда алтари во всех храмах страны внезапно ожили, начальству какое-то время было не до нестыковок в моем рассказе. Но как только все улеглось, кто-то начал разбираться в случившемся. И разбирался долго, упорно, до последнего словечка сверяя показания участников тех сражений. Целых полгода копал. И, как говорится, накопал… на мою голову.

– Рэйш? – напряженно повторил Корн, когда я откровенно задумался над ситуацией. Спецы в Управлении дворцовой стражи умели работать не хуже наших. И раз уж до шефа успела дойти кое-какая информация, то это значит, что вскоре в руки Аарона Искадо, его старшего брата и, вероятнее всего, короля попадет потенциально опасная для меня информация. – Рэйш, скажи, что я ошибся в выводах и что твой новый служитель – не Палач!

Я спокойно посмотрел на встревоженное начальство.

– Моего служителя зовут Мэл. И к убийствам в столице он непричастен.

– Рэйш, не играй со мной. Кто он? – недобро прищурился шеф. – Откуда ты его взял?

– Когда-то Мэл был человеком, – так же спокойно отозвался я. – Но ему не повезло – вместо перерождения его душа попала на темную сторону. Все, что его составляло, было утрачено. Да и время, проведенное во Тьме, Мэл до сих пор воспринимает, скажем так, с отклонениями.

– Это нормально?

– Такое часто бывает – когда смерть неестественна, духи теряют ориентацию, забывают себя и порой не способны понять, год они провели на темной стороне или все сто. Я нашел Мэла в Алтире. Вернее, это он меня отыскал и самостоятельно принял решение служить. Если помните, алторийские законы дают людям право выбора. Даже в том случае, если это мертвые люди. Поэтому я не стал его прогонять.

– Что в тебе было такого, что незнакомый дух вдруг решил пойти в услужение? – снова насторожился шеф.

– Мэл посчитал, что я его спас. Я в этом не уверен, но ему, наверное, виднее.

– В каком смысле спас?

– Его личность была практически стерта, когда мы впервые встретились, – не стал лукавить я. – Мне удалось остановить процесс ее распада, но даже с моей помощью многое из своей новой жизни Мэл вспоминает с трудом. Тем не менее когда-то он был солдатом на службе его величества. Причем хорошим солдатом. Темная сторона добавила ему проворства, умений и физических сил, поэтому мне показалось, что его навыки могут быть полезными.

Корн нахмурился:

– Почему я не смог его увидеть? Тогда, в храме? Да и потом ты никому его не показывал.

– Вы в курсе, что духи чаще всего сохраняют ту внешность, которая была у них в момент гибели? – вместо ответа поинтересовался я. – Так вот, как я уже говорил, Мэлу не повезло: умирал он скверно. Поэтому дефекты внешности у него настолько выраженные, что даже подготовленного человека это способно выбить из равновесия. Мэлу это доставляло неудобства, поэтому Ал избавил его от необходимости демонстрировать свой внешний вид посторонним.

– И все? – отчего-то усомнился в моих словах Корн.

Я пожал плечами:

– Да.

– Почему он способен пользоваться темными тропами?

– Потому что за столько лет, проведенных во Тьме, даже духи чему-нибудь да учатся. И чем больше проходит времени, тем сильнее они становятся. Это правило касается даже нежити. Особенно высшей. А Мэл провел на темной стороне гораздо больше лет, чем может вспомнить.

– Каким образом он к тебе привязан? Ты провел обряд на крови?

Я с укором посмотрел на Корна:

– Как вам не стыдно, шеф? Изначально Мэл зависел от перстня. Но поскольку некоторое время назад он начал потихоньку вспоминать прошлое и это всерьез поколебало его душевное равновесие, то мне пришлось провести обряд привязки душ. Так что по наследству, если вы об этом хотели спросить, он ни к кому не перейдет и перестанет существовать в тот самый миг, когда меня не станет.

– То есть это действительно не Палач? – упрямо продолжал гнуть свою линию Корн.

– Палача я убил в Верле. Еще год назад. А его тело по совету мастера Нииро сжег. У вас же есть амулет правды. Достаньте его, если моего слова вам недостаточно. Или, может, вам лучше пепел в баночке привезти?

– У меня тут полтора десятка амулетов лежит, включая те, о которых ты даже не слышал, – буркнул шеф, отведя глаза. Однако за артефактом все-таки не полез. – Ладно, я тебя понял.

Я кивнул:

– И предупредил. Спасибо.

– Но пепел все равно привези на всякий случай, – проворчал Корн, явственно успокоившись. – И будь готов к тому, что какой-нибудь крючкотвор из Ордена все-таки потребует доказательств. А также к тому, что далеко не во всех вопросах жрецы смогут тебя прикрыть. Тем более что ты теперь отвечаешь не только за себя.

– Можете передать лорду Искадо, что при любом раскладе его сына это не коснется, – заверил шефа я, запоздало сообразив, откуда ветер дует. – Хотя с его стороны было очень предусмотрительно попросить вас окинуть профессиональным взглядом отчеты его людей до того, как бумаги окажутся на столе у его величества.

Корн фыркнул:

– Управление дворцовой стражи никоим образом не связано с ГУССом. А чтение чужих отчетов не входит в мои служебные обязанности.

– Само собой. Но чисто по-дружески вы могли бы это сделать. Разумеется, милорд ни за что не пошел бы на должностное преступление. Зато он мог случайно забыть убрать со стола важные документы в то время, когда вы, например, изволили зайти к нему в гости.

– По-моему, тебе пора, – сделал вид, что не услышал, шеф. – Не то я скоро перестану понимать, кто из нас кого допрашивает.

– О, так это был допрос?

– Пошел вон отсюда, Рэйш, – беззлобно отозвался Корн. – И чтоб глаза мои тебя не видели. Как минимум до завтрашнего вечера.

Я с готовностью поднялся:

– А что, позвольте спросить, у нас планируется завтра на вечер?

– А ты не в курсе? – изумился шеф. После чего порылся в бумагах, выудил откуда-то большой белоснежный конверт с королевским вензелем на обороте и добавил: – Завтра состоится большой королевский прием. И нам с тобой предписано туда явиться.

Когда я вышел на улицу и развернул приказ, то понял, что испытываю сильное желание убить своего шефа: бумага была подписана в королевской канцелярии седьмого числа. А сегодня уже двадцатое. Корн продержал у себя письмо почти две недели! Две. Гребаных. Недели! Оставив мне всего сутки на подготовку к королевскому приему.

– Это катастрофа! – схватился за голову Нортидж, когда я заскочил домой и сообщил последние новости. – Завтра вечером… боже мой! Все лучшие портные наверняка заняты еще с прошлой недели! Обувных дел мастера вообще будет не найти! Мастер Рэйш, это же кошмар! Мрак!

Я поморщился:

– Обычный деловой прием. Ничего больше.

– Но людей во дворце все равно соберется не счесть! Как по поводу, так и без. И каждый сочтет своим долгом обсудить с соседями ваш внешний вид! Поэтому вы должны выглядеть безупречно! Тем более вам пришло личное приглашение от короля!

– Уведомление, – поправил я горестно причитающего дворецкого. – Причем не на домашний адрес, а в Управление городского сыска. Значит, рассматривать его надо как приказ явиться в расположение части, как в армии. А в этом случае я могу использовать служебную одежду.

– Нет! – в ужасе отшатнулся Нортидж, а выглянувшие на шум в гостиной горничные картинно упали в обморок. – Только не в этой ужасной шляпе!

– Да чем она всех не устраивает? – фыркнул я, нахлобучивая обсуждаемый предмет гардероба на голову. – Хорошая шляпа. Благодаря ей мусор на голову не сыплется. И дождь со снегом за шиворот не попадают.

Дворецкий умоляюще возвел глаза к потолку, всем видом демонстрируя отношение к моей рабочей одежде, а потом шуганул хихикнувших девиц и упер руки в бока.

– Так. Вертихвостки, марш за парадным камзолом хозяина! Марта! Выдай им новые иголки и ткань, что я заказал в прошлом месяце! Мардж! От тебя мне срочно потребуется…

Поняв, что в моем присутствии нет необходимости, я тихо слинял из дома, успев по дороге потрепать по холкам соскучившихся собак, и вернулся сперва на западный участок, а затем, поняв, что Йен и без меня прекрасно проинструктирует Лива насчет его новой должности, ушел на темную сторону. Подальше от города. В окрестности малоизвестной, богами забытой деревушки на севере от Алтира. А точнее, на расположенное неподалеку от нее кладбище, которое вот уже полгода исправно служило нам в качестве испытательного полигона.

Именно здесь этим утром я оставил Мэла и Роберта, наказав ученику отработать несколько полезных связок из магических знаков и опробовать во Тьме пару новых заклинаний.

По привычке сойдя с тропы чуточку раньше и окинув быстрым взглядом перепаханное на несколько локтей в глубину поле за холмом, я не нашел ни ученика, ни служителя. Следы воздействия нужного заклинания, правда, увидел – от него до сих пор земля в паре мест дымилась, так что можно было утверждать, что мальчик успешно его освоил. Знаки, которые я показал ему этим утром, тоже висели в воздухе и даже были продублированы на земле. Я, кстати, едва не вляпался в один, когда выходил с тропы. Однако спросить за это оказалось не с кого.

Когда же я провалился на нижний слой, то оказалось, что и Роберт, и Мэл действительно здесь. А вот чем они при этом занимались… честное слово, я аж поперхнулся, обнаружив, что мой ученик с азартом скачет по призрачному миру верхом на бывшем Палаче, при этом то и дело издавая воинственный клич. Одной рукой он держался за острые иглы на хребте служителя, где раньше висели боевые трофеи, а второй яростно размахивал, расплескивая во все стороны ожившую Тьму и словно сражаясь с невидимым противником. За Мэлом из-за этого тянулся такой густой черный шлейф, что стороннему наблюдателю могло показаться, будто по темной стороне скачет демон-предвестник[3].

Я даже порадовался, что кроме меня здесь никого не было. И тому, что хотя бы у одного из этих двоих хватило соображения устроить скачки на нижнем слое, куда даже Хокк пока путь был заказан.

Увидев меня (а скорее, почувствовав, как дернулся поводок), Мэл на полном ходу запнулся, и Роберт, не успев среагировать, кубарем слетел с паучьей спины. Правда, на обледеневшую землю он все-таки не грохнулся – служитель молниеносно выпростал длинную лапу и цапнул неосторожного мальчишку за шкирку. После чего аккуратно поставил его на ноги и неловко кашлянул:

– Привет, Арт. Ты сегодня рано.

– Ой, мастер Рэйш! – спохватился Роберт и под моим строгим взглядом мучительно покраснел. – А мы тут это… ну… вроде как вас… мм… ждем.

– Вроде как? – переспросил я, отчего ученик совсем смутился.

– Я уже освоил знаки, которые вы показали. И заклинания тоже!

– И что?

– Ну… делать было больше нечего, поэтому мы… то есть я…

– Хочешь сказать, тебе не хватило работы, ученик? – вкрадчиво поинтересовался я, отчего мальчишка мгновенно сник. – Мне напомнить тебе значение термина «повторение»?

Роберт уныло вздохнул.

– Вы правы, учитель. Я непростительно расслабился. Наверное, я заслужил наказание?

– Обед ты заслужил, – бесстрастно отозвался я, бросив на брата укоризненный взгляд. – Двухчасовой. Официальный. Со всей семьей. Мэл, верни его домой. Пусть отрабатывает свое легкомыслие.

Мордашка у пацана стала совсем несчастной – как и большинство детей, скучные, чопорные и несытные домашние обеды Роберт страшно не любил. Конечно, я все понимаю: мальчишки есть мальчишки – порой им нужно и побегать вволю, и подурачиться, и пошалить. Но темная сторона – это не то место, где можно позволить себе проявить беспечность. Даже в присутствии Мэла. Даже на нижнем слое и под бдительным присмотром Тьмы, которая баловала юного герцога Искадо, как собственного сына.

– Да, мастер Рэйш, – вздохнул маленький жнец, смиренно принимая наказание. – Как скажете.

Мэл сконфуженно кашлянул, после чего подхватил мальца на руки и испарился. Однако вскоре вернулся, смущенно отводя глаза.

Ну да. К мальчишке за эти полгода бывший Палач умудрился привязаться больше всех. Был готов возиться с ним с утра и до самой ночи. Неусыпно охранял, берег, следил, чтобы пацан по неосторожности не поранился. Учил его сражаться на мечах и ножах, подсказывал с заклинаниями, порой даже там, где этого не требовалось. Пару раз мы по этому поводу даже поспорили, и в конце концов Мэл сообразил, что перегибает палку. Такие, как мы, должны уметь думать, оценивать и принимать решения самостоятельно. Как и отвечать за их последствия.

Я учил Роберта именно этому. Но в то же время не возражал против небольших отступлений от правил, которые давали пацану возможность даже во Тьме чувствовать себя живее всех живых. Мэл выполнял для него роль доброго учителя, позволяя делать то, чего не одобрял я. Да, я не ругал ученика за его стремление похулиганить, но за каждым таким отступлением следовало маленькое наказание. И это тоже был элемент обучения.

– Завтра оставишь его дома? – тихо осведомился брат, когда прочел мои мысли и успокоился.

Я качнул головой:

– Одного вечера на осмысление ему хватит. Завтра после обеда я его заберу, а ты поработай с ним на скорость. И особенно на контроль – он все еще плохо дозирует силу.

– А ты чем займешься вечером?

При воспоминании о подставе захотелось сплюнуть.

– А… понял, не отвечай, – уловил мои эмоции брат. – Все-таки Корн – мстительная и злопамятная сволочь. Но одного у него не отнять: заботиться о своих людях он умеет. Йена прикрыл, работу и жалованье за ним сохранил, даже с герцогом по твоему поводу сумел договориться. И если отчеты из спецотдела совпадут с тем, что накропал на тебя он, то внимания Ордена еще несколько лет можно будет не опасаться. А вот прием у короля мне совсем не нравится. Раз ты получил официальную бумагу, значит, твое имя все-таки успело засветиться.

– После возрождения первохрама это было неизбежно: король, когда узнал, наверняка затребовал подробности. Но полагаю, со мной его величество пока желает только познакомиться.

– Настоятель в случае чего тебя прикроет? – тревожно переступил лапами Мэл.

– Скорее всего он уже это сделал. Я видел его сегодня в ГУССе.

– Защиту все равно надень. Вокруг вас, темных магов, вечно происходит что-то нехорошее…

– Вокругнас, ты хотел сказать? – со смешком переспросил я.

Мэл вздохнул:

– Пойду-ка я присмотрю за мелким. Неровен час, Тьму из-под контроля выпустит. Кто за ним тогда приберет?

«Гули, например, – едва не брякнул я. – Или моргулы».

Но Мэл, к счастью, этого не услышал. Отношение к нежити у него было не в пример менее терпимым, чем у меня, так что друзья маленького Роберта его сильно напрягали. С другой стороны, раз уж пацан выбрал для себя такую роль, то моргулы, вампиры и гули все равно будут виться вокруг него, как мухи вокруг меда. Тьма сама будет приманивать их к маленькому хозяину, и пацану рано или поздно придется искать способ примирить Мэла с их присутствием.

Неплохая задача для юного мага, да?

В этот момент в правом нагрудном кармане завибрировала зачарованная монетка, красноречиво возвещая, что меня ждут в западном Управлении городского сыска.

Хм. Вот и работа подоспела. Никак очередное убийство стряслось? Да еще с отягчающими? В противном случае Йен не стал бы меня тревожить, правда? Особенно если основные вопросы мы успели уладить еще с утра.

Глава 2

– На. Подписывай, – хмуро заявил Норриди, стоило мне появиться у него в кабинете.

Я с сомнением уставился на протянутую бумагу: и вот ради этого он вытащил меня в Управление? Затем перевел взгляд на неловко отводящего глаза Лива Херьена и снова с подозрением уставился на непонятный документ:

– Что это?

– Подписывай, кому сказал! – повысил голос Йен, заставив меня усомниться в происходящем еще больше и внимательно прочитать текст приказа.

– Это что, шутка? – фыркнул я, обнаружив, что теперь там появилась приписка. – С какого перепугу ты включил сюда пункт, что в случае, если Лив выйдет из строя, то место начальника западного УГС займу я? Мы же договорились!

Норриди одарил меня сумрачным взором:

– Без твоей подписи Корн не утверждает назначение Херьена. А у меня сегодня последний день на службе. Надо все успеть: и Лива в курс дела ввести, и бумаги оформить, и с текучкой разобраться, и с отчетами все утрясти. Завтра в восемь утра я должен быть в Ордене магов, а без приказа мое отсутствие в Управлении будет засчитано как неисполнение обязанностей. Попросту – прогул. Если же я не явлюсь в Орден, то прогул поставят уже там. И тогда шиш мне, а не нормальный учитель.

Я с еще большим подозрением уставился на мнущегося рядом светлого:

– С чего бы Корн вдруг обеспокоился состоянием твоего здоровья?

– Понятия не имею, – честно ответил наш штатный целитель, патологоанатом и по совместительству дежурный маг. Кстати, отличный маг. Опытный, неконфликтный и аккуратный настолько, что его отчеты Йен уже несколько месяцев ставил всем в пример.

– А ты точно здоров? – счел нужным уточнить я.

Лив оскорбленно всхрапнул:

– Как бык.

– Уверен? Не прикидываешься? Не симулируешь?

– Нет, конечно!

– Если заболеешь, убью, – предупредил его я, наклоняясь и все-таки ставя закорючку в обновленном приказе.

– Арт, ты издеваешься? – возмутился моей наглостью маг. – Я же целитель – мы не болеем в принципе!

– Не знаю, не знаю. После сегодняшнего разговора с шефом я готов поверить, что он самолично будет бродить за тобой по пятам с какой-нибудь особо злостной заразой в кармане, лишь бы ты слег, а мне снова пришлось занять это дурацкое кресло.

– Ты что, повздорил с Корном? – без особого интереса спросил Норриди, роясь в бумагах на своем столе.

Я скривился и достал из кармана помятый конверт:

– На, полюбуйся.

– Фьють! – присвистнул Йен, ознакомившись с его содержимым. – Прости, Арт, был не прав. Мои проблемы по сравнению с твоими – детские шалости. Кстати, не вздумай явиться во дворец в рабочей одежде! А то я тебя знаю – напялишь плащ, грязные сапоги и припрешься в тронный зал с таким видом, будто так и надо!

– У меня весь разговор с Корном на кристалл записан. Если что, пусть с него и спрашивают.

– Он сошлется на занятость в делах и тот факт, что ты до сих пор не носишь переговорного амулета, – убежденно отозвался Норриди. – Заявит, что тебя аж официальным письмом пришлось искать по всей столице. Небось сначала его во все Управления занесли, чтобы подольше получилось. Ну а то, что ты явился на прием к начальству лишь в предпоследний день перед приемом у короля – уже твои трудности. А Корн вообще не при делах.

– За что он тебе мстит? – с любопытством покосился на меня будущий начальник западного УГС.

Я сплюнул:

– За все хорошее.

– Ну а все-таки…

– Шеф! У нас убийство! – радостно доложила распахнувшая дверь Лиза Шарье, но, заметив, что Йен не один, замерла на пороге и неловко кашлянула. – Простите. Нам с Тори самим туда ехать или вы с нами?

– Арт? – вопросительно уставился на меня Норриди.

Я молча кивнул и направился к выходу.

– Спасибо, мастер Рэйш! – воскликнула просиявшая девчонка и тут же умчалась, словно на нас не новое дело повесили, а подарили билет на бесплатное представление в королевском театре. Эх, молодежь…

– Триш с собой возьми, – бросил Йен прежде, чем я успел закрыть за собой дверь.

– Не возьму. У меня вообще-то напарница есть.

– Она на кражу со взломом уехала. Бери Триш и не вздумай сбросить на нее отчеты, понял?

Я досадливо фыркнул:

– Вот это и называется – использование служебного положения в личных целях. Не была бы Триш твоей женой, фиг бы ты озаботился, кто там напишет за меня отчеты.

– Что ты сказал?! – моментально ощетинился Йен.

– Ничего, – буркнул я и захлопнул дверь до того, как этот без пяти минут ученик мага открыл рот, чтобы прочитать пространную лекцию на предмет уважения к начальству.

Когда я спустился вниз, у подъезда нас уже ждал новенький кеб с молодым возницей, а возле него собрались сразу трое магов и один следователь.

– Адрес? – коротко поинтересовался я.

– Бурая, десять, – бодро отрапортовала кутающаяся в теплое пальто Лиз.

– Езжайте. Я по темной стороне пройду.

– А можно с вами?! – хором спросили Тори и Триш.

– Тебя возьму, – кивнул я Хелене и строго посмотрел на Тори: – А тебе еще рано.

Парень огорченно кивнул и следом за Лизой полез в кеб, тогда как я протянул руку, сжал похолодевшие от волнения пальцы жены своего лучшего друга и, распахнув прямую тропу, одним движением втолкнул туда опешившую магичку.

– Мастер Рэ-э-эйш!.. – взвизгнула она, проваливаясь в темноту.

Я молча шагнул следом.

А она думала, что я ее на место преступления на ручках понесу? Ну и что, что она раньше прямыми тропами не ходила? Щас. Йен вон тоже не ходил, и ничего – как приспичило, так даже не пошел, а побежал, прямо-таки полетел, лишь бы не получить по шее. К тому же леди Смерть давно намекала, что девчонке пора двигаться дальше. Вот и пусть топает. Благо пока я рядом, ей ничего не грозит.

– М-мастер Р-рэйш… – простучала зубами Триш, когда я вышел с тропы и, как куклу, повернул к себе застывшую посреди улицы, посиневшую от холода магичку с покрытым инеем лицом. – Ш-што ж в-вы б-без п-предупреж-ждения-то?

– Йен и так над тобой трясется, как над сокровищем. Себя изводит и тебе покоя не дает. А тут вон как удачно: зашла, вышла – и порядок.

– Д-да… к-конечно…

– Ну замерзла слегка, – согласился я, помогая ей растереть онемевшие от холода щеки. – Пока сюда доедут наши, ты уже половину дел сделаешь, а то и убийцу найдешь. Ну, пришла в себя?

– П-почти.

– Тогда за работу. Где там наш дом?

– П-похоже, вот этот, – лязгнула зубами магичка, подбородком указав на полуразвалившееся здание, вокруг которого озабоченно бродили несколько призраков в мундирах городской стражи.

Ну да. Оцепление. И куча зевак неподалеку, среди которых мелькнули два слабеньких светлых мага. Случайные прохожие? Соседи? Очевидцы?

– Обойди периметр и проверь тут все на предмет присутствия посторонних. Люди, маги, нежить…

Триш с трудом уняла бьющую ее дрожь и, едва переставляя одеревеневшие ноги, поплелась выполнять свои привычные обязанности. Сгорбленная, уставшая, все еще шокированная донельзя. И чего, спрашивается, разнервничалась? Не первый же день со мной знакома. И на полигоне я ее уже не раз гонял. А она как впервые, честное слово. Ну обледенела, подумаешь. Ну испугалась. Зато мы точно выяснили, что прямые тропы ей уже доступны. Йен, конечно, разорется, когда узнает, но девчонке это пойдет на пользу.

– Спасибо, мастер Рэйш, – на мгновение обернулась Триш, найдя в себе силы улыбнуться. – Вы извините, что я так… Просто не ожидала, что будет настолько быстро.

Я только отмахнулся. А когда девчонка исчезла в ближайшей подворотне, рывком вышел из Тьмы и направился к городской страже.

– Здравствуйте, мастер Рэйш, – уважительно посторонились двое дюжих парней в темно-синих с белой строчкой мундирах. Ребята Жольда. Новенькие, но меня в лицо успели запомнить. Вон даже бляху предъявлять не пришлось.

– День добрый, коллеги. Что скажете хорошего про место преступления?

Парни быстро переглянулись, а толпа зевак при виде мастера Смерти начала рассасываться прямо на глазах.

– Улица Бурая, дом десять, – исправно доложил один из стражников. – Вызов поступил в Управление около полутора свечей назад. Принял регистратор. Поскольку дежурный маг находился в это время по другому адресу, то сюда приехал не сразу. Но как только все осмотрел, мы тут же вызвали вас.

– Кто у вас сегодня дежурит?

– Господин Ольрадо.

Я кивнул: в кои-то веки в городской страже появился толковый маг. Недавно только поступил по распределению на место Шоттика, поскольку тот переехал на постоянное место жительства в дом умалишенных. Дела вел споро, действовал толково и серьезных косяков за ним пока не водилось. Значит, скорее всего дело действительно наше.

– Подробности?

– Сей момент, – неожиданно замешкался стражник и, порывшись в кармане, выудил оттуда блокнот. На мой удивленный взгляд он смутился и, торопливо пролистнув несколько страничек, быстро пробежал глазами свои же собственные записи. – Это чтобы не забыть. А то в последнее время стал грешить… устаю, наверное? Дежурства частые. Вот и путается все в голове. Итак, дом номер десять по улице Бурой…

Он наконец нашел нужную страницу, кивнул, словно убедился, что на этот раз все запомнил правильно, и, больше не заглядывая в блокнот, тараторил:

– Заявление в городскую стражу подала хозяйка дома, госпожа Ларина Найттерли. Этим утром, поднявшись с постели и не увидев супруга рядом, она спустилась на кухню и обнаружила его тело возле входной двери. На руках и лице господина Найттерли она заметила глубокие ожоги, поэтому незамедлительно обратилась в Управление городской стражи.

– Следы взлома? Разбоя?

– Ничего такого, мастер Рэйш, – качнул головой второй страж. – По словам супруги погибшего, она не заметила в доме следов беспорядка. Охранные амулеты тоже подтвердили отсутствие посторонних. Они смолчали все, кроме того, что висел на входной двери. Причем леди совершенно точно помнила, что накануне вечером супруг собственноручно его активировал. А поутру амулет оказался разряжен.

– То есть кто-то пытался проникнуть в дом через входную дверь и по стечению обстоятельств наткнулся на хозяина?

– Показания свидетелей говорят о том, что все произошло ранним утром, – неловко кашлянул первый страж. – На улице уже светало, когда соседи услышали шум, а соседский мальчик увидел небольшую вспышку. Она была не настолько сильна, чтобы напугать ребенка или заставить его родителей постучаться к соседям. К тому же воры в такое время на дело уже не ходят. И тем более не ломятся за добычей в парадную дверь.

Я покосился на весьма неплохо сохранившийся двухэтажный дом с добротным крыльцом и заботливо навешенным над ступеньками козырьком. Домик не бедный. На две семьи, но входы на каждую половину отдельные. Стены первого этажа, как и крыльцо, сложены из камня. Второй этаж – деревянный. Однако следы магического пламени виднеются лишь возле одного дверного проема и совсем немного не достают до окон второго этажа.

Получается, взрыв и впрямь был локализованным. Вероятнее всего, от срабатывания охранного амулета.

– Что за заклинание стояло на артефакте? – поинтересовался я, продолжая изучать пострадавший дом.

– Самое простое. Второго уровня по силе и всего первого по радиусу действия.

– Хм. Что ж он тогда так рванул-то? Неисправность в приборе?

– В том-то и дело, что нет, – синхронно вздохнули мои информаторы. – Дежурный маг сообщил, что артефакт совершенно исправен. И возможно, взорвался сугубо из-за того, что кто-то умышленно его активировал. Поэтому вас и вызвали.

– «Хм» два раза. А как госпожа Найттерли объясняет случившееся? И почему, если шум обеспокоил соседей, а кого-то даже разбудил, она так поздно обнаружила мертвеца?

– Она вся в слезах, мастер Рэйш, – понизил голос один из стражей. – У леди Найттерли проблемы со сном, поэтому по вечерам она принимает снотворное. Спит крепко. Чаще всего до позднего утра. Но просыпается примерно в одно и то же время, так что муж обычно приносил ей завтрак в постель. В это утро леди его не дождалась, поэтому и забеспокоилась. Еще она утверждает, что они с мужем вели тихую и незаметную жизнь. Ни с кем в последнее время не ссорились, судебных тяжб не затевали, большими средствами, чтобы ради них пойти на преступление, не владели… у них вроде как нет врагов. Да еще таких, чтобы решились на столь заковыристый способ убийства.

Я задумчиво кивнул – чтобы вывести из строя даже простенький охранный артефакт, нужны весьма специфические знания и еще более специфические навыки. Магов-артефакторов даже в столице сравнительно немного и каждый из них ценится на вес золота. Таким людям просто нет резона подставляться по мелочам. А представить, чтобы милая семейная пара, проживающая в небедном, но все же не престижном квартале столицы, вызвала пристальный интерес серьезных криминальных структур, как-то затруднительно. Хотя, конечно, чего только в жизни не бывает.

– А кем работал господин Найттерли, вы, случайно, не выяснили?

Забывчивый стражник снова зашуршал страницами блокнота:

– Лет десять назад он слыл весьма неплохим резчиком по дереву и, по словам супруги, даже выполнял заказы для аристократов. Благодаря ему пара не бедствовала, хотя полноценной семьи у них так и не получилось. Детей у четы Найттерли не родилось, приемыша они взять не рискнули, поэтому после того, как муж отошел от дел, они доживали жизнь в одиночестве. Леди когда-то работала горничной у одной состоятельной пары, но уже лет сорок, выйдя замуж за известного в городе резчика, ни в чем не нуждалась.

– Подозрительные связи? Визитеры? Ночная активность?

– Соседи ничего плохого за ними не замечали. Хозяева дома жили уединенно, но вполне по средствам, больших трат себе не позволяли и деньгами не сорили. О них отзываются как о добропорядочных гражданах. А если и стал господин Найттерли подслеповат на старости лет, так с кем не случается. Ему ведь далеко за шестьдесят… мм… было.

Пока мы беседовали, из-за угла дома вышла Триш и отрицательно качнула головой. Значит, подозрительных следов на темной стороне нет.

А вот и копыта за углом зацокали. Значит, скоро за дело возьмется Лиз, и только после этого мы сможем осмотреть тело.

Ну так и есть – не успел я подумать о молодежи, как с соседней улицы вывернул служебный кеб и всего через несколько ударов сердца остановился напротив дома номер десять. Триш, встретив коллег, коротко с ними переговорила. После чего я всех их отправил внутрь. Пусть работают. А потом сравним, у кого информация точнее.

Забывчивого стражника и его приятеля я отпустил через четверть свечи, когда выяснил все, что хотел. К тому времени Лиза уже закончила с телом, а остальные успели собрать показания у хозяйки дома и двух немолодых слуг, которые приходили лишь в дневное время, поэтому не видели момента смерти хозяина, зато подтвердили, что за эту ночь в доме ничего не пропало.

– Ну что, мальчики и девочки? – осведомился я, когда место преступления было описано, свидетели опрошены, а тело в прихожей дважды осмотрено. Причем самым тщательным образом.

Наши маги озадаченно почесали в затылках.

– Похоже, смерть не криминальная, – ответил за всех Тори. – След хозяина дома мертвый, но он спокойный. Не такой, как бывает при насильственной смерти.

– Охранительный амулет исправен, – подтвердила слова дежурного мага Триш. – Он действительно пуст, но сам заряд держит отлично, и сбоев в его работе я не отметила.

– Следов пребывания в доме посторонних лиц тоже нет, – согласилась Лиза. – А смерть господина Найттерли произошла от воздействия экстремально высокой температуры и болевого шока.

– Он умер почти мгновенно, – снова вмешался Тори, не дав коллеге закончить. – Цепочка свежих следов на темной стороне всего одна и принадлежит хозяину дома. Сюда даже гули не успели наведаться. А криминальная смерть, окрашенная эманациями боли и страха, всегда привлекает множество низшей нежити.

Лиз сердито на него покосилась:

– Исходя из того, что мы узнали, наиболее вероятно, что это была трагическая случайность: господин Найттерли по утрам часто выходил на улицу. Супруга не одобряла, когда он курил дома, поэтому, пока она спала, он нередко выбирался на крыльцо. И скорее всего этим утром поступил точно так же. Поскольку амулет исправен и успешно прошел даже углубленную диагностику, которую Тори провел совместно с мастером Триш, следует предположить, что пожилой мужчина, не маг, да еще страдающий от потери зрения, случайно активировал артефакт, что и стоило ему жизни.

Я снова задумался, когда коллеги выжидательно на меня уставились.

– Триш, мощность амулета позволяет нанести такие повреждения человеку?

– Вполне.

– Лиз, как ты считаешь, подгадать со временем и взорвать амулет, находясь при этом на улице, возможно?

Девчонка покачала головой:

– Исключено, мастер Рэйш. Амулет был зачарован на ауру господина Найттерли. Только он мог его актировать и только он же мог его отключить. Снаружи, тем более постороннему лицу, это не удалось бы сделать. Амулеты такого типа примитивны, но привязка к ауре делает их абсолютно надежными в этом плане.

– То есть вы хотите сказать, что господин Найттерли убил себя сам?

– Случайно, – согласилась Триш. – На самоубийство это не очень похоже.

– Супруга согласилась с вашими доводами? – поинтересовался я.

И вот тут-то ребята смогли меня удивить.

– Да, – торжественно заявила Лиза. – Она не знала последовательности знаков для активации и дезактивации охранного амулета на входной двери. А если бы и знала, то все равно не смогла бы ими воспользоваться. Зато она сообщила, что в последние несколько недель у ее пожилого супруга стало совсем плохо с памятью, так что он начал частенько забывать нужную комбинацию рун на амулете. Ему пришлось даже записать ее на листочке, чтобы не возиться по утрам с дверью слишком долго. Леди показала нам этот листочек. Раньше он хранился на полочке в прихожей, чтобы можно было легко достать. Но этим утром мы нашли его на полу. Перед дверью. В щели между половицами. Вероятно, когда господин Найттерли впотьмах добирался до двери, желая, как обычно, покурить на крыльце, он сослепу выронил подсказку и не смог ее найти. Будить жену ради такой мелочи он, наверное, не захотел. Вызывать в такую рань мага – тем более. Поэтому скорее всего попытался набрать комбинацию по памяти и ошибся в одном из знаков, что и привело в итоге к непроизвольному срабатыванию. Амулеты подобного типа не имеют надежного предохранителя, поэтому они такие дешевые. Хозяйка дома уже неоднократно советовала супругу приобрести более удобный в обращении артефакт, но тот постоянно откладывал покупку. Как результат, смерть господина Найттерли была непреднамеренной. Даже, я бы сказала, нелепой. Но ничего криминального в ней нет, так что имеет смысл передать дело городской страже.

Я молча кивнул: это было похоже на правду. Но ради успокоения совести я все-таки не поленился и своими глазами оглядел злополучный коридор на первом этаже. Затем прошелся по мертвому следу. Осмотрел окна, заднюю дверь, хозяйскую спальню, не особенно хорошо спрятанный тайник в несущей стене второго этажа. Само собой, сходил на темную сторону, еще раз все там проверил. Наконец внимательно осмотрел тело и пришел к выводу, что молодежь дала верное заключение. И только после этого отдал приказ сворачивать следственные мероприятия.

Отписываться за этот случай нам, правда, пришлось по полной программе, чтобы передать дело в городскую стражу, так сказать, красиво. Но Триш сама вызвалась заполнить за меня дурацкие бумажки, а я потом только подпись поставил, предварительно убедившись, что она все написала правильно.

– Мастер Рэйш, а давайте мы пока не будем говорить Йену про темные тропы? – шепотом попросила она, когда я расщедрился на похвалу. – Я не очень хорошо их переношу, а муж у меня такой нервный.

Я пожал плечами:

– Если не спросит, не скажу. Какой смысл лишний раз его расстраивать? Но и врать, если что, не буду.

– И не надо, – улыбнулась магичка. – Вы и без этого умеете так играть словами, что в них иногда очень сложно поверить. Даже в том случае, если вы говорите правду.

– Угу. Богатый опыт в верльском Управлении сыска сказывается. У Йена, между прочим, научился.

Триш удивленно округлила глаза:

– Вы шутите, мастер Рэйш?

– С таким занудой, как Йен, чему только не научишься, – доверительно сообщил я, забирая с вешалки шляпу и плащ. – Так что мотай на ус. Может, и тебе однажды пригодится. Вдруг он на старости лет и дома с тебя отчеты начнет требовать? Ну там, во сколько мусор вынесла? Всю ли посуду помыла, по каким дням собираешься исполнять супружеские обязанности…

Триш, не сдержавшись, расхохоталась, а я, нахлобучив шляпу и накинув на плечи видавший виды плащ, отправился домой. Отдыхать. Благо рабочий день почти закончился.

Глава 3

– Вот скажи мне, Рэйш, – проворчала Хокк, с аппетитом уплетая ароматное мясное рагу. – Мы живем с тобой в одном доме, работаем в одном Управлении, наши кабинеты находятся на одном этаже почти рядом, но почему-то вижу я тебя только за ужином. И то не каждый день. Как так получается, не подскажешь?

Я отложил столовые приборы и мазнул по невольной сожительнице рассеянным взглядом. Рабочий кожаный костюм она сменила на простой домашний халат, влажные волосы откинула назад, не стесняясь демонстрировать безобразный шрам на лице… Она, правда, и раньше не боялась показывать след, оставленный ей на память умруном, но за последние месяцы я так привык к этой картине, что даже замечать его перестал.

– Рэйш? – насупилась напарница, не услышав ответа. – Ты вообще меня слышишь?

– Все просто: наша с тобой пространственно-временная связь не отличается постоянством и не позволяет пересекаться в иных плоскостях, за исключением тех, что ты только что озвучила.

Хокк от неожиданности даже жевать перестала и воззрилась на меня, как на пятиногого и двухвостого пса с одним глазом, тремя ушами и четырьмя рогами на макушке.

– Чего?

– Говорю, что видимся мы так редко ввиду особого режима работы и того неоспоримого факта, что нам приходится выезжать на разные дела. По вечерам в выходные я обычно занимаюсь с Робертом. По будням – с Йеном, с Триш и с тобой. Через день. Иногда реже, если Йен задействует кого-то из нас в особо заковыристом деле. Что с того?

Хокк отмерла:

– Ничего. Просто это странно, не находишь?

– А ты хотела бы, чтобы я уделял тебе больше внимания?

Под моим взглядом магичка вздрогнула и едва не отшатнулась.

– Нет, конечно!

– Тогда мне непонятно, чем ты недовольна, – пожал плечами я и, промокнув губы салфеткой, поднялся из-за стола.

Хокк от такого заявления настолько опешила, что не сказала ни слова, пока я неторопливо покидал столовую. Но когда я поднялся на второй этаж и уже находился на полпути к кабинету, у нее в голове что-то щелкнуло. А следом донесся грохот отодвигаемого кресла и возмущенный вопль на весь дом, от которого задрожали стекла:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Управление городского сыска (здесь и далее прим. авт.).

Вернуться

2

Главное Управление столичного сыска.

Вернуться

3

Существует поверье, что эта разновидность демонов появляется в мире живых перед концом света. Изображаются они в виде рыцарей-скелетов верхом на мертвых лошадях и с черными знаменами.

Вернуться