Виктория Никитин
Истории стеклянного города. Детективное агенство "Глаз"

Часть 1. Город бриллиантов

1. Ночной визитёр

– Снова задержишься допоздна? – мелодичный голос Амалии вывел её из рабочей сосредоточенности.

Жасмин подняла голову от бумаг. Стройная девушка в узком изумрудном платье стояла, облокотившись о косяк, сложив руки на внушительной груди. Желтые глаза с вытянутым кошачьим зрачком с беспокойством смотрели на свою работодательницу.

– Ещё поработаю. – улыбнулась она в ответ – Лекс уже ушел?

– Часа три как, надел чёрный камзол, расшитый серебром и благоухая, аки весенняя мирна, умчался на заказанном экипаже. – Амалия приподняла аккуратные бровки, заговорчески улыбаясь.

– Оо, это серьёзно – Жасмин ответила улыбкой.

– Коготь ставлю, завтра в конторе он появится не раньше обеда. Парфюм был сногсшибательным. – захихикала оборотень, прикрыв рот ладошкой с длинными красными коготками.

Жасмин ничего не ответила, они с Амалией, конечно, любили посплетничать о бурной личной жизни Лекса, но так или иначе желали ему лишь добра и по-женски сочувствовали барышням, положивших глаз на высокого белокурого частного сыщика. А он… «а он был не вправе отказать прекрасному полу, когда женское сердце жаждет тепла и любви» – так любил поговаривать сам Лекс.

– Дверь запереть?

– Не стоит. Мне осталось совсем чуть-чуть.

– Тогда я пошла. Светлых тебе.

– И тебе уютных.

– Не засиживайся до полуночи, никакой макияж не скроет синяков под глазами – крикнула Амалия, спускаясь на первый этаж.

Звякнул колокольчик и хлопнула дверь, погружая контору в тишину. Жасмин любила работать допоздна, когда в конторе уже никого не оставалось и можно было в полной тишине посидеть за бумагами.

Завершив пометки о деле госпожи Мингаз и двух её любовниках, она закрыла папку сложив её в стопку «Раскрытые». Рука машинально потянулась за следующей папкой, с порядковым номером «Дело №_УБОТ-1284-67¹». Жасмин поморщилась, вспоминая это дело. Убийство госпожи Диланы Раман, жены мастера стекольщика Армена Раман, оказалось сложным. Они возились с ним три месяца, пока разобрались в хитросплетениях особенностей гномьей общины. Она с самого начала подозревала брата мастера, но у них не было никаких улик против него. Пока раскопали все скелеты, пока разобрались в традициях, пока связали воедино все улики, прошло три месяца, но в конечном итоге шесть дней назад господин гном Коб Раман был арестован и сейчас ждёт суда в казематах императорской стражи. Сегодня они отправили судье последние документы по делу, и его наконец можно отправлять в «Закрытые». Вписав даты и приложив все квитанции от стражи о получении улик, Жасмин расписалась и наконец закрыла трудоёмкое дело, сложив папку в правую стопку. В стопке «Проработать» лежало ещё около пятнадцати дел, требующих внесения новых данных или закрытия, но Амалия права, нужно было возвращаться домой и хоть чуть-чуть поспать.

В последнее время домой не хотелось. Двухэтажный коттедж в тихом районе казался пустым и неприветливым. А как она радовалась всего год назад, когда наконец скопила своих денег на свой собственный дом, съехав из тесной квартирки в Звёздном квартале. Но сейчас каким-то невообразимым образом она скучала по тому месту. Скучала по шуму из окон и постоянных взрывах от экспериментов с фейерверками. Огненные художники, как иллюминаты сами себя называли, народ шумный, весёлый и чуточку очумелый. Определённо нужно обладать особым характером, чтобы безбоязненно работать с реактивами, из-за которых можно не только лишиться руки, но и с лёгкостью расстаться с жизнью. Смертность среди иллюминатов была выше даже чем у стражи, а последние ежедневно сталкивались с опасностью лицом к лицу. То некромант какой-то обезумеет, устроив на кладбище танцы со скелетами, то бесхозное умертвие выйдет из Ладижского леса, нападая на невинных жителей, то горные орки забудут о соглашении, или оборотни – борцы устроят заварушку среди белого дня. Да, Гласград жил и процветал активной жизнью.

Жасмин встала из-за стола, спустилась на первый этаж в приёмную, где располагался стол Амалии со стопкой бумаг, перьями, карандашами и прочей канцелярской мелочью. А в правом углу в серебрянной рамочке стоял портрет маленького мальчика в синих коротких штанишках, с взъерошенными чёрными кудряшками и ну очень серьёзным взглядом жёлтых глаз. Жасмин улыбнулась розовым щёчкам Питерса, сына Амалии и прошла в маленькую кухоньку. Включила горелку, насыпала какао в большую чашку и дождавшись, когда закипит вода, залила порошок. Наслаждаясь шоколадным ароматом любимого лакомства, поднялась обратно в свой кабинет, подошла к окну, в котором отразилось её тонкое лицо с мягкими чертами, и сделала первый глоток чуть-чуть терпкого напитка, смотря на ночной город.

Гласград никогда не спал, и даже сейчас по улицам бродили прохожие, возвращаясь с поздней работы, или наоборот спеша на позднюю встречу, парочки неспешно прогуливались по набережной, направляясь к главной площади города. Яркие магические фонари освещали булыжную набережную, отражаясь в тёмной воде неровными кругами. Яркая бледно-голубая полная луна нависла над высокими домами. Жасмин отпила ещё глоток, открыла окно и вдохнула жаркий летний воздух южной столицы Терильской империи. Она любила этот город и в очередной раз поблагодарила Берегиню за всё.

Сбежать в семнадцать из дома и без ведома родителей приехать в незнакомый город было поступком, требующим мужества. Но она решилась на него и никогда не жалела. Самостоятельно поступила в «Академию пяти стихий», самостоятельно оплачивала обучение, подрабатывая по ночам, где придётся, откупившись от обязательной государственной службы. Пять лет обучения дались с трудом, но Жасмин с трепетом относилась к каждому дню желанной свободы. После окончания, вместе с её лучшим другом, а сейчас и деловым партнёром Лексом ввязались в сомнительную авантюру и открыли свою контору частного сыска… и не прогадали. Вдвоём они много работали, вкладывая душу в любимое занятие. В начале за гроши, берясь за любое подвернувшееся дело. Постепенно они нарабатывали себе имя, проникая в разные стороны жизни города, постепенно берясь за более крупные и крупные дела, рискуя и наступая на горло страху. Через год у них появилась Амалия, которая в то время оставшись одна с новорождённым Питерсом, искала хоть какую-то работу. Доверившись интуиции, они вновь решили рискнуть и помочь ей, и вновь риск оправдал себя. Амалия умела не только приветливо улыбаться клиентам и разносить чай, но самостоятельно выучила «финансы и дело» и теперь полностью занималась бухгалтерией и всеми договорами, став воистину незаменимой. Ещё через год появился Шарг. С бывшим стражником они вместе расследовали запутанное дело про исчезновение дочери барона Нариша, да так и не расстались. Вот уже год, как Шарг полноценный член их команды.

Вот так, восемь лет назад приняв нелёгкое решение, она полностью изменила свою жизнь и была довольна этим. С родичами, даже не смотря на то, что пришлось пойти на некоторые уступки, она в итоге помирилась. Отец быстро отыскал её в академии, но таскать за волосы обратно домой не стал, но и помогать тоже не рвался, да она и не просила, а заключённый договор устраивал обоих. Со временем обиды забылись, и сейчас они поддерживали тёплые отношения.

Жасмин посмотрела на стопку дел на столе, кажется, пришло время подыскать им ещё кого-то для заполнения бумаг. Дел было столько, что времени на бумажную волокиту не оставалось. Глубоко вздохнув, она покинула свой кабинет.

– Нужно поспать – прошептала она, отгоняя мысль прикорнуть в конторе на диванчике. – Какой смысл было брать ссуду на дом, если я там практически не появляюсь – отчитала она сама себя, ополаскивая чашку.

Звук дверного колокольчика отвлёк её от самокритики. Жасмин напряглась, вслушиваясь в звуки.

«За окном глубокая ночь, кого это неладная принесла в такой час? Амалия что-то забыла? Или же у Лекса свидание не удалось? Может Шарг вернулся раньше из отпуска?».

Но в приёмной было удивительно тихо, ни шагов, ни голосов, лишь непонятное шарканье по деревянному полу. Схватив нож и подготовив несколько боевых заклинаний, она на цыпочках прокралась к выходу из кухоньки. Протяжный стон ночного посетителя заставил вздрогнуть. Замерев у двери медленно, она выглянула из-за косяка.

– Гарк полосатый – совсем нелицеприятно для леди, выругалась она и отбросив нож, подбежала к посетителю.

Мужчина лежал на полу, пытаясь подняться, но рука соскользнула в луже крови.

– О Берегиня, что с вами?!

Не обращая внимание на кровь, Жасмин упала на колени, пытаясь помочь незнакомцу.

– Успел – прошептал мужчина, смотря ей в глаза.

– Что случилось? Кто это сделал? – она в ужасе уставилась на зияющие раны на животе мужчины, которую он придерживал рукой, корчась от боли. – Потерпите, я попытаюсь помочь – она протянула руку к ране, лекарем она была никудышным, но хотя бы кровотечение должна попытаться остановить.

– Нет – мужчина остановил её руку – Поздно, уже слишком поздно что-то менять – он закашлялся и изо рта потекла струйка крови – Ты… Ты должна помочь. Ты единственная, кто сможет остановить их. Пекло… Абадон, смерть … Они… Предатели, все они предатели, никому не верь. Всё не так, как кажется… ритуал, ужасный ритуал. Смерть придёт за всеми нами и сожжены будут души в погибельном огне смрада гиены адской. Их нужно остановить. – мужчина закашлял, брызгая кровью.

– Кого? Что остановить? – Жасмин пыталась сохранять самообладание.

– Всех… Останови всех…раскрой правду – дрожащей рукой он достал из кармана помятый конверт в пятнах крови, вложив его ей в руку и сжал ладонь так сильно, что она чуть не взвизгнула от боли – Марарена асаше²… Марарена… Асаше… Бандха кара марерана³… Бандха кара… Асаше … Остааа… – мужчина пронзительно вскрикнул, его тело выгнулось дугой и незнакомец обмяк на коленях Жасмин.

В полном шоке и недоумении она смотрела в остекленевшие глаза незнакомца, сжимая в окровавленных пальцах всученный ей конверт.

– Смерть идёт – прошептала она, вторя древним словам незнакомца.

2. Письмо и кулон

Стража обволокла тело в непрозрачный серый кокон и вынесла из конторы. Жасмин безучастно наблюдала за слаженной работой представителей правопорядка. После часового допроса усталость накатывала волнами, и она еле-еле держалась, чтобы не уснуть прямо тут в кресле Амалии. Сам капитан императорской стражи, Далор Эрман, хмуро наблюдал за своими сотрудниками.

– Покой мне только снится – вздохнул капитан.

Взгляд зелёных глаз фейри вернулся к ней и на лбу капитана появилось ещё несколько морщин. Она прекрасно его понимала, но ничем большим помочь не могла, точнее не хотела.

«Нет, она не знает личность убитого, нет, она не знает, кто мог его убить, нет, она не знает, почему он пришёл в её контору умирать, нет, он не говорил ничего более чем то, что она уже сказала, нет, она понятия не имеет, что может значить этот бред. Да, как только она его увидела, бросилась помогать, но он запретил применять магию, нет, она не знает причин, и так далее и тому подобное». – Жасмин умела отвечала на вопросы.

Будучи по ту сторону стола, учишься не выдавать информации. Немалое количество своих дел они раскрывали всего лишь благодаря неосознанной мимике, жестам или оговоркам, и попасться в сети, которые она ранее сама расставляла, было бы верхом неблагоразумия. Сохраняя постоянное удивление во взгляде, усталое и растерянное выражение лица, открытую позу, говорящую о готовности к сотрудничеству, она чётко отвечала на все вопросы капитана Эрмана. Пришлось даже контролировать мысли, чтобы ненароком не выдать ложь. Ведь в случае раскрытия ей грозили, как минимум, испорченные отношения со стражей, как максимум, юридическая ответственность, а судя по личности убитого, то и криминальная с последующим тюремным сроком.

Она усталым взглядом проводила стражу с телом лорда Закари Де’Самранк, в который раз содрогнувшись от осознания произошедшего. Убийство одного из представителей первых домов было чем-то немыслимым.

Капитан Эрман посмотрел на неё задумчивым взглядом, не скрывая своего пренебрежения. Прикрывшись усталостью и потрясением от случившегося, Жасмин через силу сохранила спокойствие.

– Не лезьте в это дело – с нажимом предупредил её капитан – убийство одного из первых домов, это не поиск пропавших драгоценностей или слежка за неверной женой.

Подавив импульс, исходящий от капитана, она осуждающе посмотрела на Эрмана. Среди стражи были такие, как Далор Эрман, которые считали частный сыск игрой для несмышлёных детей. Мол, вы там за любовниками дородных мадам следите, а мы тут настоящим делом займёмся. Но даже это не давало ему никакого права применять специфическое умение фейри влиять на психику.

Никак не отреагировав на её возмущение, капитан поднял руки и Жасмин еле-еле удержалась, чтобы не остановить его. Лёгкий поток магии и пятна крови тут же исчезли с паркета. Гадство! Так и подмывало съязвить что-то этакое, но Жасмин удержалась. Скрывать же злость в глазах она не стала, открыто показывая своё мнение.

– Так лучше – ответил он на её молчаливое возмущение – убережёт вас от опрометчивых поступков. – проговорил капитан, надевая широкополую шляпу с чёрным пером.

Зелёные глаза на загорелом лице не выдавали ни капли сочувствия, и это злило ещё больше. Что уж тут скрывать, капитан прекрасно понимал, что Жасмин собиралась провести своё собственное расследование и самолично проверить приёмную в надежде обнаружить улики, которые могли упустить люди Эрмана. Вот и поспешил убрать всё от греха подальше. Ещё раз предупреждающе сузив и так узкие глаза, Эрман покинул контору.

Дождавшись, пока отряд с катафалком скроется за перекрёстком, Жасмин рывком встала. Обогнув стол Амалии, она молча посмотрела на паркет перед дверью, где раньше было пятно засохшей крови и меловое очертание тела. Кристально чисто, даже истёртый сапогами клиентов, паркет скинул пару-тройку лет. С сожалением вздохнув, она махнула рукой на выходки капитана и направилась в маленькую каморку, которая заменяла им комнату отдыха. Хотелось как можно быстрее избавиться от окровавленного платья.

Выбросив безнадёжно испорченную тряпку в урну и быстро приняла душ. Закутавшись в одном полотенце, она присела на край кушетки и наконец достала конверт, всученный ей лордом Де’Самранком. Скрыть нетерпение и мысли о конверте перед капитаном Эрманом было безумно сложно, но она справилась с этой задачей. Старший брат был бы ею доволен.

Чуть подрагивающими руками она подняла конверт на свет. Ничего необычного, конверт как конверт. Пухлый и тяжёлый, из плотной не просвечивающейся бумаги, небольшие вкрапления коричневого выдавали дешевизну бумаги. Такие конверты можно было купить в любом канцелярском магазинчике города. В очередной раз просканировав бумагу на магические ловушки и ничего не найдя, она наконец вскрыла конверт. На кровать рядом вывалилось содержимое. Сложенные в несколько раз листы жёлтой бумаги и кулон, спрятанный среди листов. Рука сразу же потянулась к кулону, подняв его на уровень глаз.

Тончайшая вязь нитей лавгарского стекла в окантовке из дутого черненого серебра в форме трезубца, с чёрным, каплевидным камнем внутри, вверху грани сплетались в толстую спираль, а на подвесном ушке был выгравирован какой-то символ, но Жасмин никогда ранее не видела ничего подобного. Такой кулон стоил недорого и мог служить приятным подарком для молодой девушки, уж слишком воздушным и простым он выглядел для взрослой дамы. Да и висел кулон на обычном витом кожаном шнурке. Такие украшения разнообразной формы из дешёвого серебра, полудрагоценных камней с вкраплениями лавгарского стекла, несколько лет как вошли в моду у молодёжи среднего класса. Обычно форма украшения символизировала тот или иной посыл. К примеру, вот такой трезубец мог обозначать целенаправленность в военной карьере, или же провозглашал безжалостность владельца, ведь трезубец когда-то в древности был символом власти и сражений, с недавних пор именно его надевали те, кто стремился всю свою жизнь посвятить армии.

Осторожно прикасаясь магией к кулону, Жасмин нахмурилась. На первый взгляд кулон был обычной безделушкой, магией не фонил, никакими скрытыми заклинаниями не экранировал, но после беглого осмотра она с точностью в 100% могла гарантировать, что это артефакт. Но что он делает, она понятия не имела. Лавгарское стекло использовали некроманты, так как лишь оно было способно удержать их магию, но они не терпели серебро, да и некромантией тут не пахло. Шальная мысль, что это может быть артефакт рода, появилась и тут же была с раздражением откинута. Ни в одном из сильных родов не было стеклянных или серебряных артефактов, да и чёрный цвет не принадлежал ни одному из мало-мальски известных домов.

Определив безвредность украшения, Жасмин отложила кулон на потом и развернула бумаги. И снова симпатичный лобик нахмурился. Четыре листа, исписанные мелкой вязью неизвестных ей символов. Она впервые видела такое сочетание линий, закорючек и строений букв.

Сложив всё по отдельности на простынях, Жасмин долго смотрела на непонятные предметы, пытаясь понять, что же всё-таки произошло, и самое главное – почему лорд Де’Самранк передал это ей. А то что он, даже будучи смертельно раненым, шёл именно к ней, не вызывало никаких сомнений.

Возможно ли, что младший лорд узнал тщательно скрываемую её тайну? В последнее верилось с трудом. О её тайне знало очень ограниченное количество людей, и в каждом из них она была уверена, как в самой себе.

«Все они предатели. Их нужно остановить» – вспомнила она слова мужчины, снова ничего не понимая. Смерть, Абадон, какие-то предатели и древний язык, чушь, да и только. Но смерть лорда Закари была настоящей и Жасмин твёрдо решила, что разберётся в этой тайне, как никак она следователь высшего класса, да и утереть нос капитану Эрману ох как хотелось.

С этими одушевляющими мыслями она наконец провалилась в долгожданный сон.

*

– Вот скажи мне на милость, зачем ежемесячно платить проценты по ссуде на дом, если ты всё равно в нём не живёшь? – раздражённый голос Лекса вырвал Жасмин из сна.

– Сгинь нечисть – не глядя, она кинула подушкой в друга, перевернувшись на другой бок, попытавшись снова уснуть.

– Не разбрасывайся казённым имуществом! – возмутился Лекс, поднимая и отряхивая то самое казённое.

– Гном ушастый – пробурчала девушка, накрываясь одеялом.

– А вот сейчас обидно было… – возмутился партнёр, но Жасмин никак не отреагировала на это, продолжая спать – Так! Хватит дрыхнуть! Тут тебе не гостиница. Хочешь спать – марш домой!

Он в один миг подлетел к кушетке и сдёрнул одеяло с девушки. Жасмин тут же по девичьи завизжала, пытаясь ухватиться за спасительную материю, но этот гад вместе с одеялом стянул и полотенце, которое заменяло ей сорочку.

– Дохлый жмурик, ты голая!!!! – зелёные глаза на точёном лице смешно выпучились, смотря на попытки девушки прикрыться.

– Отпусти одеяло к гырху – не осталась в долгу девушка, всё ещё борясь с зажатой в руке тряпкой.

Лекс тут же разжал пальцы, открывая и закрывая рот.

– Вон! – крикнула она, прячась от нахала.

– Жду тебя у себя – кинул парень, мигом вылетев из комнаты.

Вздохнув, Жасмин упала обратно в кровать. После такой эмоциональной взбучки сон как рукой сняло. Печально вздохнув и щурясь от яркого солнца, она поплелась в душ. Надев одно из запасных платьев, которые всегда находились тут в конторе, девушка прошла в их кухоньку и заварила крепкий цикорий. Нужно было хоть как-то взбодриться.

Подхватив вторую чашку для напарника, она поднялась на второй этаж, без стука проскользнув в приоткрытую дверь кабинета Лекса. полуэльф сидел за своим столом, просматривая расписание.

– Через полчаса у нас встреча с мастером Германом, после мы планировали посетить кондитерскую «Кренделёк» и поговорить с официантами, они единственные видели Ламоса трезвым. Вечером у нас встреча с ювелиром мастером Ранжон, нужно забрать результаты экспертизы. Не верится мне, что мастер кожевник вдруг неожиданно получил неведомо откуда свалившееся наследство от непонятно откуда взявшегося дальнего родственника, который так удачно скончался прямо в день совершеннолетия Кари Аланд.

– Почему господин Аланд просто не откажет назойливому жениху?

– Не может, долг чести не позволяет попрать традиции общины.

Жасмин скривила губы, не понимая этих нагов. Как продавать своих дочерей на торгах – это нормально, а вот отказать старику, который положил глаз на молоденькую девчонку, так это нарушение традиции и бесчестие. Она тяжело вздохнула, временами ненавидя свободу, дарованную императором, но закон чтится лишь законом и против свободы культур и традиций разных рас и народов не ей выступать.

Лекс замолчал, с прищуром глядя на неё, из-под пушистых ресниц золотые глаза полуэльфа смотрели осуждающе.

– Что?

– Ты снова допоздна сидела за бумагами?

Жасмин закатила глаза, забота друга была приятной, но чрезмерная опека бесила, именно из-за этой опеки она когда-то сбежала из дома, повторение ей не нужно.

– Тебе не кажется, что я уже достаточно взрослая, чтобы меня воспитывать?

– Воспитывать? Нет уж, увольте от такой участи. Но твои мешки под глазами и усталость влияют на работу. Мне ещё не хватало, чтобы клиенты думали, что я тут мучаю тебя. Ты же на несвежее умертвие похожа! – возмутился Лекс, нервно дёргая ушами.

Невольно Жасмин захихикала, смотря на эти подёргивания. Её друг всегда был несдержан, сказывалась примесь крови гномов в богатой родословной полуэльфа.

На первом этаже зазвенел колокольчик открывшейся двери. Жасмин невольно вздрогнула.

– Вот именно об этом я и говорю – наставил он на неё тонкий палец – От недосыпа ты вся дёрганая уже стала. Так… Всё, я решил… – парень с абсолютно серьёзным видом хлопнул по столу раскрытой ладонью.

«Сейчас будет играть роль старшего брата, опекуна, отца, матери и всех родственников вместе взятых». Жасмин горестно вздохнула, приготовившись слушать новый поток нравоучений.

– Значит так. Сразу же после встречи с ювелиром я закидываю тебя в экипаж, и самолично отвожу домой. К тебе домой! Вот этими вот ручонками укладываю в постельку, подоткну одеяло, и не уйду, пока ты не выспишься. Буду спать прямо там в кресле. Ты вообще себя не бережёшь. Сколько можно?

Склонив голову, Жасмин слушала поток нотаций, всё тоже и всё о том же. «Сколько можно? Ты себя не ценишь… и так далее и тому подобное». Бла, бла, бла. Старая пьеса о главном, отрепетированная и выученная ещё со времён обучения в Академии.

– Что, всё так плохо, да? – Жасмин села поближе, облокотила подбородок о ладошку и лавандовыми глазами проникновенно посмотрела на друга – Совсем женщины не те пошли, да? Что вчера было не так? Она замужем и вас застукал её муж? Или она, да сохрани Берегиня, оказалась аристократкой? О белая магия, только не говори, что она оказалась нагом? О великая богиня, как же я тебе сочувствую. – Жасмин прикрыла рот ладошкой, выдавая высшую степень сострадания к другу.

Лекс в полном недоумении смотрел на тираду подруги, округляя и так большие глаза по мере поступления всё более и более нелепых предположений от партнёра.

– Издеваешься? – спросил он на удивление спокойным голосом.

– Ага – озорная улыбка окрасила утончённое личико девушки.

– А к лархам – махнул он рукой, по-настоящему обидевшись – я тут о её здоровье пекусь, а она?

– Так перестань печься, и так уже румяный до невозможности.

– Какой?!! – возмутился Лекс, начиная злиться – Значит румяный? Ну, ну… Вот перестану заботиться и посмотрим, что будет дальше?

Жасмин ничего не ответила, продолжая радостно улыбаться.

– А… К зелёным лархам тебя. Упрямая девчонка.

Девушка встала со своего места, обогнула стол и крепко обняла лучшего друга.

– Спасибо тебе. Твоя забота очень ценна. – прошептала она, целуя в его в щёку, от чего Лекс зарделся, на самом деле напоминая румяный пирожок.

– Ооо… Обнимашки? – в кабинет вошла Амалия, но улыбка тут же ушла с её губ, как только она увидела страдальческий взгляд Лекса – Только не говорите, что она оказалась замужем? Вот гадство! Бедный Лекс, я так тебе сочувствую. Дай я тебя тоже обниму. – Амалия двинулась к парню с распростёртыми объятиями.

– Да прекратите вы обе! – Лекс отшатнулся от девушек, замахав руками – Никакая она не замужем, не аристократка и даже не наг! Как тебе вообще такое в голову могло прийти? – посмотрел он на подругу – Вчера всё хорошо было.

– А с чего тогда обнимашки? – недоумённо спросила Амалия.

– Да так, грустно мне стало просто – отмахнулась Жасмин.

– Грустно? От чего же?

– Всё это из-за недосыпа. Она снова спала в конторе – сдал её Лекс.

– ЧТО!!! – крик девушки наверняка услышал и мастер Дантер на другом конце улицы – Ты же сказала, что домой поедешь?

Жасмин укоризненно посмотрела на полуэльфа. Если к нотациям Лекса она уже привыкла и знала, как с ними справляться, то от чрезмерной заботы оборотня с активным материнским инстинктом она не знала, куда деваться. А поганка Лекс подмигнул ей, довольно улыбаясь. Конечно, теперь Амалия сама затащит её в постель и будет бдеть. Оборотню не составит труда закинуть её на плечо и приковать к кровати, заставляя спать столько, сколько она сама посчитает достаточным. И как Амалия доверяла своего сына няне? Хотя горгулы ещё более помешаны на опеке молодняка, чем оборотни. Эх…

– Предатель – буркнула Жасмин, исподлобья смотря на Лекса. На что тот подмигнул ей, разводя руками.

3. Лорд первого дома

На второй день утром в конторе их встретили улыбающаяся Амалия и посвежевший, и ещё более загорелый, хотя куда уж с его то чёрной кожей, после отпуска на побережье, Шарг, с милыми подарками и весёлыми историями про своих дочерей. За год его работы в конторе, Шарг заметно изменился. Дроу из нищего сословия мало что светило в рамках строгих иерархических традиций общины, лишь служба в армии. Каким-то чудом Шарг смог пробиться и устроиться стражником, но и там не обладая высоким даром в магии, да и силы много меньше, чем у высших дроу, он перебивался от получки до получки, кормя семью. Его жена Лика также из низших дроу, кое-как пыталась помогать мужу, продавая любовно вышитые платки и скатерти.

Но после их общего расследовании, он постучался к ним в контору и попросился на работу. Они снова рискнули, и снова их риск оправдал себя. Когда-то Шарг был измотан двойными сменами и недюжими усилиями по освоению магии, сейчас же она видела перед собой бодрого, свежего и полного сил дроу. В промежутках между работой они с Лексом обучали его магии, делились книгами по криминалистике, проклятиям, анатомии, естествознанию и многому другому тому, что они когда-то изучали в академии. Шарг старался, и даже не смотря на свой довольно низкий магический дар, показывал невероятные результаты. Вот она – жажда жизни и ежедневные усилия. Как-то Жасмин прочитала, что тот, кто ты есть сегодня – это все приложенные тобой усилия во времени. И Шарг прямое тому доказательство.

Что же, вся команда наконец в сборе, и они смогут распределить дела. После недолгого чаепития с южными гостинцами, Лекс взялся за своё излюбленное дело. Утро перед началом рабочего дня он проверял расписание на день. Очень полезное нововведение Лекса, которое помогало держать все дела в порядке.

– Что это? – удивился парень, показывая непонятную ему запись Амалии.

– Встреча с лордом Де'Прамиром – пожала она плечами.

Жасмин застыла с чашкой на полпути ко рту, Шарг просто округлил красные глаза, смешно хлопая длинными белыми ресницами.

– Но… – недоумённо пробормотал Лекс, переглядываясь с коллегами. – Это же один из первых домов – очень медленно констатировал он факт.

– Знаю. – беззаботно улыбнулась Амалия – Правда круто? Наш статус растёт день ото дня. Не ровен час, когда мы, может, и до императорской семьи дорастем. Помяните мои слова – глубокомысленно заявила девушка – Правда пока я пошла на уступки и согласилась на встречу в доме лорда. Но вот увидите, с нашими успехами в раскрытии дел, в скором времени вся эта аристократия сама будут ходить к нам на поклон.

Трое детективов снова нервно переглянулись. Жасмин же сглотнула, вспоминая смерть Закари Де’Самранк на своих руках. Нужно было рассказать всё команде, но не хотелось портить такое прекрасное утро.

Встреча с представителем первых домов была не тем, чего она хотела, она так долго избегала любой встречи с аристократами, особенно с представителями первых домов, что сейчас не знала, как реагировать.

– А Амалия права. Аристократы – это хороший доход. Да и какая это репутация – воодушевился Шарг.

– Не просто хороший, а отличный – подхватил Лекс – нам нужно делать себе имя, у нас и так уже репутация среди мастеров… Амалия, ты абсолютно права, пора нам выходить на новый уровень.

– А может, не надо – попробовала вставить своё мнение Жасмин, но и сама слышала, как неубедительно звучал её голос.

– Надо партнёр, надо. Это же какие перспективы, это же какие дела нас ждут, а там гляди и столица не за горами и сам императорский дворец. – мечтательно протянул Лекс, откидываясь на спинку стула и сложив руки за головой.

– Подожди ты… До императорского дворца ещё дорасти нужно. Пока наш опыт ни чета Де’Рамуру – остудил пыл полуэльфа Шарг.

Зелёные глаза Лекса чуть полыхнули еле уловимым страхом. Что уж тут скрывать, главу СБИ⁴ боялись небезосновательно.

Жасмин глубоко вздохнула, события последних дней что-то всколыхнули в ней, взывая к долгу. Может, стоит рискнуть? Ведь сколько раз она уже рисковала и не прогадала. Интуиция как назло молчала.

– Что-то не так? – обеспокоенный голос Лекса отвлёк её от размышлений.

– Всё в порядке, волнуюсь перед столь важной встречей. – улыбнулась девушка, скрывая свои истинные эмоции.

– Во, во – воодушевился Лекс – вот это правильно: «Важной встречей». Так… – парень подскочил со своего места и тут же в своей гиперактивной манере начал раздавать указания – Амалия, переделай расписание, сегодня мы займёмся только важным клиентом. Жасмин, ты… – Лекс смерил её оценивающим взглядом – ладно это платье сойдёт, но с причёской надо что-то сделать. Шарг – следующий оценивающий взгляд упал на дроу – эту рубашку нужно снять, она никуда не годится.

– Чем тебе не нравится рубашка? Нормальная рубашка, Лика сама манжеты к ней вышивала. – как-то обижено пробасил Шарг.

– Манжеты не…

– Лекс! – прервала друга Жасмин.

Когда на Лекса нахлынивало такое настроение, его было не остановить. Он словно лавина нёсся к цели, не замечая ничего вокруг себя. Для дела данное качество было бесценно, если он нападал на след, то с точностью в 90% можно было заверить, что дело раскрыто. Но во взаимоотношениях к такому не сразу привыкаешь. Высказав своё мнение, он лишь потом думал, что мог кого-то ненароком обидеть.

– Но я же как лучше хочу – возмутился полуэльф.

Жасмин проигнорировала его возмущение, в такой ситуации игнор одно из орудий, которое помогало остановить лавину. Повозмущается, побубнит, может даже обидится минут на пять, успокоится и снова станет адекватным.

– Амалия, расписание на самом деле нужно переделать, после посещения лорда Де'Прамира зайдём в архив к господину Нурману, а после вернёмся в контору и распределим дела, и составим новый план действий. – Жасмин на правах совладельца взяла шествие в свои руки, она редко командовала, но сейчас как раз был тот случай. И пока Лекс обижено сопел рядом, она продолжила – Шарг, нормальная рубашка и манжеты очаровательные, Лика в очередной раз превзошла саму себя. Но Лекс прав насчёт общего вида, камзол придётся надеть, даже несмотря на жару.

Дроу понимающе кивнул и тут же направился в каморку подыскать что-то из запасных вещей.

– Лекс, моя причёска останется такой, как есть, мы на деловую встречу идём, а не на званый ужин и вообще в данном контексте уместен и женский брючный костюм. – она поправила свои белокурые волосы, собранные в несколько кос и закреплённые на макушке. – А вот аляповатость будет смотреться смешно. Так что серая тройка, которая у тебя припрятана в каморке, подойдёт идеально.

– А…

– На тебе лиловый пиджак, а фиолетовый – цвет дома Де'Гранж, и как тебе известно, ещё сто лет назад между маленьким и не в меру гордым домом Де'Прамир и домом Де'Гранж кровная вражда.

– Ээээ… Да точно, мы же это на истории империи учили, как же я мог забыть. – не скрывая сарказма, скривился парень.

– Серый цвет в этом случае идеален. – продолжила она, не обращая на него внимания – Он нейтральный и не принадлежит ни одному роду до третьего круга.

Вмиг всё завертелось и закружилось. Лекс в рекордные сроки переоделся, Амалия же занялась записями, отменяя встречи и даже успела найти просторный экипаж.

*

Дом лорда Де’Прамира находился на самой крайне Звёздного района, прямо через широкую дорогу от Рудникового квартала гномов. Не настолько богатый и помпезный, как остальные дома аристократии в Золотом квартале, но достаточно большой, чтобы ещё быть причастным аристократии. По ту сторону через реку Лида высились стеклянные башни, которые десятками зеркальных глаз наблюдали за течением жизни в Гласграде. Жасмин невольно всмотрелась в двенадцать стеклянных исполинов, поёжившись от их безмолвного укора.

– В Зазеркалье обитают лишь самые богатые. Я слышал, что убранству квартир в стеклянных башнях может позавидовать даже дворец. – шёпотом проговорил Шарг, заметив её взгляд.

– Слухи, да и только. – отмахнулась Жасмин.

Тем временем Лекс, взойдя на полукруглое крыльцо, постучал в металлический молоточек в форме трёх звёзд, герб дома Де'Прамир. Открыл им низенький гоблин в жёлтой ливрее и белых перчатках на тоненьких руках.

– Господа следователи конторы частного сыска «Глаз» – чинно представился Лекс, протягивая карточку, отороченную золотым тиснением с их именами, всё как принято у высокопоставленных господ.

– Мы вас ждали. Прошу вас, проходите – дворецкий любезно поклонился, приглашая гостей в просторную прихожую. – Следуйте за мной, господин примет вас в своём кабинете.

Дворецкий направился вглубь, и они поспешили за ним. Украдкой Жасмин поглядывала на убранство дома, лепнина на потолках, тканевые обои с тонким тиснением, напольные вазы с цветами, несколько комодов из белого дерева и ряд милых глазу картин. Всё так, как полагается в доме аристократии, но несмотря на чистоту и ухоженность, дом выглядел обветшалым. Лепнина давно требовала обновления, обои выцвели от времени, а вазы хоть и были красивыми, но изготовлены из простой керамики. Род Де'Прамир был беден, и от её намётанного взгляда это не могло скрыться.

Кабинет лорда Нурмана Де’Прамира, главы рода, мало чем отличался от виденного ранее. Тяжёлые бархатные портьеры, выцветшие от солнца, стеллажи полны лишь наполовину с искусно расставленными книгами и документами, два простых обитых сукном кресла, массивный стол, простоту которого скрывала вышитая летними цветами накидка. Единственными ценными вещами тут были старинный глобус с картой почти тысячелетней давности, отображающей начало существования империи, да висевший на стене меч из лавгарского стекла, который, даже несмотря на свою смертоносность, выглядел неухоженным.

– Господа сыщики – лорд Нурман Де’Прамир стремительно вошёл в кабинет, лишь кивнув им.

– Лорд Де'Прамир позвольте, представ…

– Полно, я знаю ваши имена, вы знаете моё, давайте не будем тратить время на расшаркивания. Его у меня и так мало. – перебил их новоявленный потенциальный клиент, делая знак присаживаться.

Переглянувшись, Жасмин с Лексом заняли кресла для гостей, Шарг же присел позади них, на любезно предоставленный дворецким, стул. Глава рода Де'Прамир сел напротив них. Статный мужчина, с цепким взглядом чёрных глаз, выдающимся носом, квадратной челюстью и сильно выделенными скулами обвёл всех с серьёзным видом аристократа.

– Мне вас рекомендовали, как одних из лучших. – по обыкновению аристократии лорд Де'Прамир начал с похвалы. Это радовало, такое поведение явный признак равенства, который ненадолго ставил между ними лорд. – Дело, которое я хочу вам поручить, требует конфиденциальности, и меня уверяли, что все ваши договоры подкреплены магической печатью – Лорд Де'Прамир посмотрел на них с вызовом.

– Можете быть уверены, у нас идеально составлены документы, заверенные у самого главы гильдии юристов господина Плумба. – ослепительно улыбнулся Лекс.

– Похвальный подход к делам. – одобрительно кивнул лорд – Я готов поручить вам дело, лишь после подписания данной бумаги в двух экземплярах.

Жасмин переглянулась с Лексом. Несмотря на мнимое равенство, всё же слова «готов поручить вам дело», резали слух. Будто это они были просителями, а не сам лорд нуждался в их помощи. С другой стороны, со слов «дело конфиденциально» начиналась практически каждая беседа с клиентом и не редко бумаги подписывались ещё до самой встречи с клиентами через Амалию.

Сохраняя достоинство, открыв кожаную папку, Лекс достал два экземпляра соглашения о неразглашении и протянул их лорду Де'Прамиру. Если аристократ и удивился такой подготовке, то не подал виду. Приняв бумаги, он внимательно вчитался в них. Сыщики покорно ждали, давным-давно привыкшие к такому проявлению клиентов. Бывало, что самые простые рабочие оказывались въедливыми графоманами, и несколько часов изучали документ вдоль и поперёк.

Покончив с изучением документов и расписавшись магической печатью, лорд Де'Прамир вернул один экземпляр им, второй же сложил в ящик стола, из которого попутно вытащил жёлтую папку. Молча он протянул папку Лексу. Жасмин поддалась ближе к партнёру, с интересом разглядывая несколько детальных, цветных зарисовок комплекта драгоценностей: два мужских и два женских ручных браслета, такая же пара ножных браслетов и два кулона. Черненое золото с крупными камнями глубокого лилового цвета, цвета рода Де'Прамир. Смотря на эти картинки, Жасмин сглотнула, попытавшись скрыть свою нервозность.

Лорд Де’Прамир облокотился локтями о стол, положив подбородок на сложенные ладони и несколько секунд изучающе смотрел на них. Лекс, хвала Берегине, не спешил с выводами и не выдвигал никаких предположений, лишь выжидающе посмотрел на лорда.

– Что вам известно о наследовании первых домов? – задал неожиданный вопрос лорд.

Лекс взглянул на Жасмин, но та покачала головой, давая возможность партнёру лидировать в переговорах.

– Не больше, чем остальным. Первые дома – это столпы силы империи и сохранность наследования – прямая обязанность каждого рода, это их долг не только перед предками, но и перед императором. – заученно ответил Лекс.

– Продолжайте, молодой человек.

– В отличии от остальных домов, только среди первых домов наследование и сила крови передаются исключительно по женской линии.

– Всё верно, молодой человек. А что, если девочки не рождаются, что происходит в таком случае? – задал наводящий вопрос лорд Де'Прамир.

– К моему глубочайшему сожалению, мне неведома данная информация. Род вырождается?

– Нет, артефакты помогают – бодро ответил Шарг и все с удивлением посмотрели на него. Под взглядом трёх пар недоуменных глаз, дроу стушевался и даже на тёмной коже проступил неловкий румянец. Но получив кивок продолжать от лорда, дроу пояснил – Если в роду нет ни одной женщины, то артефакты рода помогают принять невесту из другого рода в лоно первого дома. Женщина, вошедшая в первый дом, попадает под защитную магию первого дома, и ребёнок рождается с наследственностью отца, то есть полностью несёт в себе кровь первого дома.

– Ваша осведомлённость поражает. – искренне удивился аристократ.

– Во время моей работы в императорской страже, мы как-то арестовали лорда Наришму Де’Дрангар, и будучи в изрядном подпитии, он рассказал об этой особенности.

– Хм… – лорд грустно улыбнулся уголками губ – Наришма мог. Мудчина никогда не отличался сдержанностью, да и жениться не очень-то хотел, но старый Жаркан нашёл управу на него. Что же, господа. – вернулся лорд к обсуждению дела – Вы абсолютно правы. Артефакты помогают сохранить наследственность и в какой-то мере в последнее время именно они играют основную роль для продолжения рода и сохранности магии первых домов. У каждого дома свой набор артефактов, и их образ и местонахождение хранятся в строжайшей секретности. Но несмотря на всё это, артефакты рода Де’Прамир были украдены.

– Не может быть – воскликнула Жасмин, не сдержав удивления.

Лорд Де’Прамир укоризненно посмотрел на девушку, не одобряя её несдержанность.

– Простите – пробормотала магиня, потупив взор.

– Так о чём это я? Ах, да. Артефакты были похищены из сокровищницы. Так уж сложилось, что Берегиня не дала мне дочерей. Мой старший сын погиб во время дипломатической миссии в Аржинскую степь от рук степных орков десять лет назад, мой средний сын погиб от красной лихорадки шесть лет назад, в живых остался лишь Харман. Честь требовала, чтобы я побыстрее женил сына и озаботился о продолжении рода, но сердце отца…, я позволил сыну самому выбирать себе невесту. Сейчас же, свадьба с юной госпожой Лемарой Хримпуз назначена на последний месяц лета в день Летней ночи, но без родовых браслетов на церемонии в храме прелестная Лемара не сможет попасть под лоно магии рода. – всё это лорд говорил с совершенно спокойным лицом, и даже «прелестная», и «сердце отца» звучали холодно.

– Брак будет недействительным? – уточнил Лекс.

– Нет, что вы. Согласно законам империи, любой брак, освящённый в храме Берегини, считается законным. Но … магия рода.

– Лорд Де'Прамир, позвольте задать Вам вопрос – подала голос Жасмин, всё ещё не понимая настроения лорда. – У вас есть братья или сёстры? – продолжила девушка после кивка.

Какое-то время лорд молча смотрел на неё цепким взглядом, но даже несмотря на то, что он сохранял ледяное спокойствие, всё же она заметила тень гнева, промелькнувшую при упоминании родственников.

– Младший брат – сквозь зубы проговорил лорд. – И у него две дочери. – после паузы дополнил он.

Жасмин выдохнула, картинка сложилась. Теперь всё встало на свои места.

– Так что, господа сыщики, вы возьметесь за это дело?

Вопрос был всего лишь актом вежливости, лордам первых домов не отказывают. И они втроём одновременно кивнули.

– Для начала расследования нам необходимы ответы на несколько вопросов. – обратился Лекс к лорду.

– Я вас слушаю.

Около четырёх часов они пробыли в доме лорда Де’Прамира, выспрашивая всё, что могло пригодиться для дела. Он даже любезно провёл их в так называемую «семейную сокровищницу», или лучше сказать сейф, в полуподвальном помещении. Сейф защищали десятки охранных заклинаний, но ни одно не сработало. Доступ к сейфу имел лишь сам лорд и его сын Харман.

– Сейф недавно открывали – констатировала Жасмин, просканировав его на магические вмешательства.

Каких-либо нарушений она не заметила, лишь лёгкий след активации и дезактивации заклинаний, к сожалению, она не могла сказать точное время открытия и количество вмешательств, ей были доступны лишь смутные отголоски информации.

– Неделю назад я вскрывал сейф по просьбе Хармана. – нехотя ответил аристократ.

– Зачем? – требовательно спросил Лекс.

Лорд поморщился, выдавая своё недовольство то ли произошедшим, то ли требовательным ноткам в голосе Лекса, но полуэльф не предал этому никакого значения. Смутить Лекса взглядом было невозможно.

– Женщины – выдохнул лорд Де'Прамир, видя, что его нежелание рассказывать никак не влияет на следователей – Харман рассказал своей невесте про ритуал и особенности свадьбы первых домов, и Лемара захотела увидеть артефакты до бракосочетания. А мой сын… что уж тут взять от влюблённого юноши, все мы были когда-то в его возрасте – улыбка лорда не затронула его глаз, они оставались холодными и чёрными.

Что же, перспективы открывались не радужные. Обратно в сейф артефакты были положены самим лордом, а после ни он, ни Харман не то что не открывали «сокровищницу», они даже не спускались в эту комнату. К сожалению, магическое сканирование ничего не дало. В комнате не было никаких следов посторонних, в сущности она и Лекс первые чужаки, спустившиеся сюда за долгое время, даже слугам нет ходу в эти помещения. Обследование дверей также ничего не дало, никаких посторонних царапин и следов взлома не было обнаружено. Если кто и взял драгоценности, то по всем данным это могли быть лишь лорд и его сын, всё указывало именно на это.

– Подскажите, а Вы не могли переложить артефакты? Не боялись ли Вы, что их могут украсть? Всё же свадьба и долгожданное продолжение рода. – улыбка Лекса сверкала в свете магических светильников.

– За кого Вы меня держите, молодой человек? – возмущению лорда не было предела.

Но Жасмин понимала, куда клонит Лекс. Два года назад они расследовали дело по ограблению золота из сейфа кузнеца Груда. Там также все улики указывали на то, что золото из сейфа вытащил сам оборотень. Но он клялся и божился, что ничего такого не делал, и деньги ему позарез нужны, ведь на кону важная сделка и если он не предоставит продавцу всю сумму в срок, то не получит сырьё и плакали все его заказы, да и всё дело, на носу разорение. Дело они раскрыли в кратчайшие сроки, это и было одним из самых быстрых раскрытий преступления. Помогла соседка кузнеца Груда, старая Ора, которая из-за мучающей её бессонницы не раз видела, как мастер Груд по ночам ходит по двору в пижаме. Такого сам оборотень не помнил и был готов поклясться, что никогда и на за что… а вот само золото нашлось закопанным на заднем дворе, прямо как в детских сказках про гнома и горшок с золотом. Вот так украденное у самого себя же золото было найдено, а кузнецу Груду поставлен диагноз лунатизм и нервное расстройство на почве переживаний насчёт огромной сделки. Посоветовав попить ему настоя из пустырника и валерианы, они забрали свой гонорар и покинули радостного кузнеца.

– У представителей первых домов не бывает лунатизма и нервных расстройств Лекс – поправила она напарника и улыбнулась лорду пытаясь сгладить нахальство Лекса.

– У вас тут всё, или вам необходимо ещё что-то осмотреть? – холодно осведомился лорд, недвусмысленно указывая им на выход.

На выход они на самом деле собирались, так как вопросов и информации пока было более чем достаточно. Нужно было сесть, всё систематизировать и обдумать. Перспективы открывались нерадужными и времени до свадьбы оставалось совсем мало.

– Светлых вам дней и держите меня в курсе расследования. – лорд самолично провёл их до выхода – При возникновении любых вопросов обращайтесь в любое время дня или ночи. Я на вас рассчитываю и моё сердце полно надежд на успех, особенно в свете происшествия с Закари Де’Самранк. Юный парень доверял вам, раз уж пришёл умирать в вашу контору.

– Пр… – начал было Лекс недоумённо.

– Уверяю, мы сделаем всё от нас зависящее и даже больше. – перебила напарника Жасмин, делая неуместный книксен, и потянув друзей за рукава, практически выбежала из дома лорда, даже не дав возможности парням попрощаться согласно этикету.

– Жааасмииин – Лекс развернулся всем корпусом растягивая буквы и сверкая яростным взглядом – Дорогая, ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Хочу – поспешно кивнула девушка – Но не тут и не сейчас. Позже. – отрезала она.

Лекс и Шарг зло зыркнули в её сторону, но зная её характер, покорно хранили молчание.

4. Заговор

После посещения лорда Де’Прамира, они должны были заехать к старшему архивариусу Гласграда господину Каха Нурману, но Лекс вместе с Шаргом подхватили её под локти и буквально затащили обратно в контору.

– Рассказывай – потребовал Лекс, смотря на неё испытующим взглядом.

Они вчетвером расположились в комнате для приёма посетителей.

– Это случилось позапрошлой ночью – начала Жасмин, тяжело вздохнув.

Она не собиралась ничего скрывать от своей команды, всё равно такое не утаишь. Мерно, сохраняя спокойствие, она расписала в мельчайших деталях случай того вечера.

Шарг и Лекс с уже наработанным профессионализмом слушали молча, лишь Амалия изредка вскрикивала и охала от удивления и сожалений.

– Он очень хотел передать мне вот это – Жасмин принесла конверт из сейфа, разложив его содержимое перед мужчинами.

– Впервые встречаю такую письменность – нахмурился Лекс, изучая исписанные листья.

– Похоже на иероглифы клана Шарнагрин до того, как он был уничтожен кланом Хантрами. – удивил их Шарг.

– Откуда ты…? – но Жасмин не договорила вопрос.

– В Великом имперском музее выставлены несколько пергаментов, предположительно принадлежащих проклятому клану. Мы видели их с Ликой, когда водили туда девочек.

Все с удивлением уставились на Шарга. Мужчина был ходячим ларцом с сюрпризами. Он не мог создать даже мало-мальски простое заклинание, или же делал несколько грамматических ошибок в одном слове, но иногда выдавал вот такую мало кому известную информацию. Помимо острой логики, это было одним из неоценимых преимуществ дроу.

– Клан Шарнагрин… это разве не тот клан, который поклонялся Хаосу, практиковал жертвоприношения и владел секретом возрождения? – спросил Лекс, смотря на Шарга.

– Да, по легенде взамен на знание, как пленить сознание и силу, они окропляли алтарь Хаоса кровью невинных жертв.

– Пленить сознание? Это как? – удивилась Амалия.

– Представь себе, что все твои воспоминания, привычки, желания, характер, вся твоя личность будет выдернута из тела и помещена, к примеру, в сосуд, потом при помощи ритуала возрождения будет освобождена и перенесена в новое тело. Сознание и сила, которой ты обладал при жизни, просто обзаведётся новым телом. – ответила Жасмин за Шарга.

– Перенесена в новое тело?! – удивилась Амалия – Но, это же… это же…

– Вечная жизнь. – угрюмо констатировал Лекс – Как только тело начинало выходить из строя, они проводили ритуал, и таким образом жрецы получали ещё один шанс на жизнь и так неограниченное количество раз.

– Мне одной кажется это противоестественным? – пробормотала Амалия, жёлтые зрачки вытянулись, темнея, что говорило о высшей степени волнения, граничащей с бессознательным оборотом.

– Поэтому ещё две тысячи лет тому назад их уничтожили, всех до единого. Несколько десятков лет клан Хантрами выслеживал не только жрецов, но и их последователей, не щадя никого, ни женщин, ни детей. Клан Шарнагрин перестал существовать не только номинально, но и в прямом смысле. В той войне погибло больше половины клана Хантрами, но в конечном итоге они выполнили свой священный долг и истребили последних последователей Хаоса.

– Но разве Нурсан Жестокий, не поклонялся Хаосу? – удивилась Амалия.

Да, историю возникновения их Империи знали все, от мала до велика, особенно жители южной столицы. На землях, на которых сейчас расположен Гласград, когда-то располагалась столица тёмного королевства Дарксаран, которым правил Нурсан Жестокий, один из последних, кто пытался возродить жрецов Хаоса, принеся в жертву проклятому богу целое королевство. Но спустя годы с востока пришёл правитель вольных кочевников Пранджаман I и в отместку за пленение его невесты прекрасной Даринэ, свергнул жестокого тирана, принося с собой свободу и мир. Вольные маги-космолиты под покровительством светоносной Берегини на осколках умирающего королевства основали Таринскую Империю. Пранджаман I отменил рабство и тиранию, даровав народу вожделенную свободу, открыл школы, где люди обучались не только социальным знаниям, но и магии, в меру своих внутренних способностей, построил храмы и дороги, возвёл города и даже выстроил сеть порталов. Когда-то серая, погружённая в страх, геноцид и упадок, земля расцвела, и к новому королевству стали присоединяться вольные кланы, и территория расширялась и расширялась в итоге породив Таринскую империю. Те же, кто осмеливался поднять мечи против империи, зачастую проигрывали и становились её частью. Правители завоёванных кланов или же государств либо занимали высокие посты в аппарате власти империи, зачастую так и оставаясь наместниками императора в своих же землях – это при добровольной сдаче, либо отправлялись в тюрьмы или на каторгу, бессмысленные казни в империи не приветствовались. Таким образом территория империи росла, также, как и её мощь и сила, а всеми забытый Дарксаран, остался лишь воспоминанием в летописях.

– Что всё это значит? Зачем представитель первых домов отдал это всё тебе? – задал самый важный вопрос Лекс.

Жасмин молчала. Ей до сих пор не верилось, что Закари мог узнать её секрет. Она верила в силу своего отца и не видела ни одной причины, чтобы подвергать её сомнению.

– А разве не понятно?

Три пары глаз на этот раз с любопытством посмотрели на Амалию. Девушка ничуть не смутилась обрушившемуся на неё вниманию, кокетливо улыбнулась и выдала:

– Потому что мы лучшие!

Смех Лекса, недоумение Шарга и снисходительная улыбка Жасмин стали ей ответом.

– Амаличка, ты абсолютно и совершенно права. – Лекс вскочил со своего места, сверкая, словно новенький золотой в солнечный день – Закари скорее всего наткнулся на какую-то тайну, из-за чего его убили. Тайну государственного масштаба. Ты сама говорила: «Они все предатели. Их нужно остановить!», и решил доверить это дело не страже, которая напрямую связана с власть имущими, а нам, независимым профессионалам. И выбрал самых лучших, то бишь НАС. И теперь наша прямая обязанность – раскрыть заговор.

– Интересно, он понимает, что это бесплатное расследование? – шёпотом спросил Шарг, склонившись к Жасмин.

– Мне интересно другое, он понимает, что слова «Заговор», «Предатели» и «Тайна государственного масштаба» – ведёт прямиком в катакомбы Гельштальма и оттуда прямиком на каменоломни, это если повезёт – также шёпотом добавила Жасмин.

Лекс остановил свои изъявления и с прищуром посмотрел на друзей. полуэльф не был дураком и прекрасно понимал и опасность и не прибыльность дела. Но…

– Не нравится мне вся эта история. Да и делом занялся не абы кто, а сам капитан Эрман. Эти документы и артефакт нужно спрятать понадёжнее, ты правильно сделала, что не рассказала ему про них, но…

– За сокрытие улик грозит тюремный срок. – закончила мысль Амалия, с сочувствием смотря на Жасмин.

Все четверо погрузились в молчание. Капитана Эрмана недолюбливали они все, Шарг называл его «мутным», Лекс просто не переносил его из-за надменности, которая так и сочилась от фейри. Жасмин же бесило его чувство превосходства, которое он не стеснялся показывать при любой возможности. Да и остальные жители Гласграда с опаской поглядывали на капитана. Преступники откровенно боялись его, а мирные жители не знали, чего ожидать от эксцентричного фейри, который мог управлять их эмоциями. Одним словом, равнодушных не было. Но и доверия к нему не было. Капитан Эрман был из благородных, принадлежал к некогда королевскому роду фейри, но из-за скандала, подробности которого умалчиваются, он отказался от всех регалий и поступил в императорскую стражу, дослужившись до капитана.

– Может, положить всё в ячейку в Дарманский банк – предложила Амалия – там такая защита, что позавидует даже императорская сокровищница.

– Может быть… – пробормотал Лекс, пристально смотря на Жасмин – этот вопрос мы решим вдвоём, чем меньше людей знают, тем сохраннее будет, да и вас подвергать опасности не хочется.

– Ты думаешь – это может быть опасно? – удивилась секретарь.

– Пока не знаю – также смотря в глаза Жасмин, проговорил Лекс.

Он был очень хорошим сыщиком, и не мог не заметить кое-какие несостыковки в происходящем. Шарг кивнул, кажется, у него тоже появились вопросы, которые он пока не собирался задавать вслух. Определённо, им всем нужно было время свыкнуться с мыслями и уложить всё по коробочкам. Всё же слова «Заговор», «Предатели» и «Тайна государственного масштаба» не просто так были произнесены сегодня.

– Спасибо – прошептала девушка.

Лекс и Шарг кивнули, ничего не ответив.

5. Работа и ещё раз работа

– Понимаете, я не хотел обращаться к страже. Вопрос поистине очень деликатен и огласка нежелательна. На кону честь семьи. – мастер ювелир Герман вот уже полчаса сидел в кресле для посетителей напротив Лекса и Жасмин, мял крохотный платочек в больших ручищах, изредка вытирая испарину со лба, и бубнил про конфиденциальность, честь семьи, серьёзность вопроса и так далее в том же духе.

Партнёры, нацепив понимающие маски на лицо, выжидательно смотрели на нового клиента, давая тому возможность собраться с силами. За годы работы кабинет приёма и не такое повидал на своём веку. Жасмин расслабленно наблюдала за танцем пылинок в лучах света, в очередной раз подумав о том, что хорошо бы перекрасить синие стены, но Лекс утверждал, что этот цвет располагает к открытости и доверию, не разрешая сделать тут ремонт.

– Понимаете моя жена… – мастер Герман снова запнулся, вытерев очередную испарину с высокого лба.

«Снова любовники» – мысленно вздохнула Жасмин, вспоминая слова капитана Эрмана. «И чего блудным женщинам по домам не сидится?».

– Моя жена мадам Лигли скоропостижно скончалась два с половиной года тому назад. – продолжил мастер стекольщик.

Услышав продолжение, Жасмин невольно переглянулась с Лексом, такое начало разговора определённо захватило их внимание.

– Вы не подумайте, я продержал траур два года, я и сам думал, что долго не протяну без неё. И уже даже был готов продать мастерскую и пуститься в паломничество в Сардаран к храму Забытого бога и принять постриг. Но судьба распорядилась по-своему и Берегиня уберегла от опрометчивых поступков. Я встретил ЕЁ… Она… Она. Словно глоток свежего воздуха, она дала мне новый смысл жизни. Я уже не молод, но рядом с ней… Понимаете, я влюбился, словно мальчишка. Она…

Жасмин невольно улыбнулась, смотря на воодушевлённое лицо мастера, когда он говорил о своей возлюбленной, на самом деле будто молодел лет на десять. Мастер Герман тем временем продолжал свой рассказ.

– Хвала великой Берегине, наши чувства оказались взаимными и Шири приняла мой обручальный браслет. Я был так счастлив, когда она сказала: «Да», так счастлив, что даже и не мог помыслить о несчастье. Месяц назад на базарной площадь я столкнулся с Жиглой, это старшая сестра моей покоившейся в свете мадам Лигли. Жигла, она… Она… Да стерва она, чтоб ей пусто было, хотя что можно взять с чёрной ведьмы? Ничего, скажу я вам. Ох… Она, когда увидела мой обручальный браслет на запястье моей Ширички, так разозлилась… Ох… такой скандал закатила, так кричала, так кричала… Что я бесстыдник, что не успело тело Лилги уйти в свет, как я тут же за новыми юбками начал бегать. И мою Шири оскорблять начала. Чего она только не наговорила. И это в базарный день при всём честном народе. О Берегиня, какой стыд. Я тогда еле-еле ноги унёс оттуда. Бедная Ширичка, она, конечно, виду не показала, но я-то сердцем чую, что задели её оскорбления Жиглы. Ох, чую. Уже боялся, что она ненароком помолвку разорвёт. Но моя Ширичка молодец, справилась со всем и помолвку не разорвала, мы даже ближе стали. Никогда не думал, что можно так любить. Но… Жигла, она… Ох, чтоб её зелёные лархи… Прокляла она меня, господа следователи, вот ни за что прокляла. – всплеснул руками мужчина, снова протерев лоб.

Мда… Черные ведьмы могут. На то они и чётные. Их мало кто любит. Злые, надменные, что ни слово то проклятье, но закон толерантности империи распространяется на всех её жителей, и пока они не нарушают законов, то пусть живут себе. Но эти ехидны постоянно находили лазейки в законе и сыпали проклятиями направо и налево. А если оно никак не угрожает здоровью и жизни человека, то и закон не нарушен. Вот гадство!

– Ээээ… понимаете, господин Герман – начал Лекс, пытаясь аккуратнее подойти к вопросу – мы следователи, мы не занимаемся снятием проклятий. Вам бы к белой ведьме обратиться, или к профессиональным проклятийникам, уверен, они смогут вам помочь.

– Да что уж там – тяжело вздохнул грузный мужчина – обращался, как только понял, что дело неладное. К кому я только не обращался? И к целителям, они-то и определили, что это не физиология, а проклятие. И к белым ведьмам в Белые луга на окраину ездил, и к проклятийникам, даже к магистру Рашру в академию обращался. Но все одно и тоже говорят, рисуют схемы, рассказывают, объясняют, про какие-то там катализаторы, спирали, завихрения энергии и другие слова, которые я не понимаю, а толку никакого. Лишь ведьма, наложившая проклятие, может его снять. Больше никак. А Жигла…эта стерва, ох только попадись она мне под руку. Понимаете, она сбежала, как есть сбежала. Я всё обыскал, все места, которые знал, связался со всеми родственниками покойной жены, даже аэронавт в Алантир оплатил, но её будто след простыл. Нет её нигде! – воскликнул мужчина, вскочил из кресла, нервно зашагав по комнате и распыляясь всё больше и больше – А у меня свадьба через два месяца. Два месяца, а я понятия не имею, где искать эту мымру болотную. Свадьба, понимаете господа следователи, такое событие, а я… эх, как я Шири в брачную ночь в глаза посмотрю? Она же деток хочет. А я… да лучше я прямо сейчас в монастырь в Сардаран, там мне и место.

Жасмин округлила глаза и тут же прикусила язык, проглотив вопрос о сути проклятия, и без этого начиная понимать. Они снова переглянулись с Лексом и невольно оба посмотрели на пах мужчины. Мастер Герман заметил их взгляд, остановился как вкопанный, покраснел до самых кончиков своих массивных мочек ушей типичных для степняков, выдохнул обречённо и сгорбив коренастую фигуру сел обратно в кресло.

– Помогите, пожалуйста! – в голосе гордого степняка звучала мольба – мне больше не к кому обращаться. Я заплачу любую сумму. Даже кредит в Дарманском банке у вампиров возьму, только помогите найти и убедить эту гадину снять проклятие.

Партнёры молчали, собираясь с мыслями. Они и раньше искали пропавших людей и весьма успешно, но чёрные ведьмы народ специфичный.

– Хорошо, мастер Герман, мы поможем вам. – решительно объявил Лекс.

Спустя час, собрав все данные о чёрной ведьме, полный список имён знакомых и родственников, также получив схемы проклятия и подписав договор о неразглашении и предоставлении услуг, мастер Герман покинул их кабинет, воодушевлённый и полный надежд. Мужчину было откровенно жалко, только нашёл своё счастье и такая подстава. Лекс же был на удивление зол и поведение ведьмы воспринимал на личный счёт.

– Я в лепёшку разобьюсь, но найду гадину и не за гонорар, а в знак мужской солидарности. – возмущался партнёр после ухода клиента.

– Будешь мстить за весь мужской род? – усмехнулась Жасмин, но Лекс так зыркнул на неё, что она тут же поняла: «Будет».

Последующий день прошёл в водовороте дел. Они навестили лавку ювелира и забрали результаты экспертизы. Лекс оказался прав, драгоценности, которыми собирался расплатиться мастер кожевник Грин за невесту, оказались фальшивыми. Хорошая и качественная подделка, но фальшивка. По-хорошему они должны были направить эти данные страже, фальшивомонетчики такого уровня редкость и могут нанести непоправимый урон государству, но учитывая, как они добыли эти драгоценности, то ставили под удар самих себя. Пришлось идти к мастеру Грину, вернуть ему ранее украденные ими же драгоценности, показать результаты экспертизы и пригрозить стражниками, если он не снимет свою кандидатуру жениха с торгов невест у нагов. Грин разозлился, но предупреждению внял и тут же написал письмо главе общины нагов. После этого они посетили заказчика господина Аланда, отдали бумаги экспертизы, удостоверились, что глава общины принял отказ Грина и получив оплату за оказанные услуги.

После направились в кондитерскую «Кренделёк» и за чашкой ароматного чая со свежеиспечёнными фирменными кренделями опросили официантов. К сожалению, больше ясности в деле не стало. Может господин Ламос наговаривает, и никто его специально не спаивал и не заставлял играть в карты? Официанты все как один заявляли, что Ламос был трезв, когда покидал кондитерскую, да и как он мог здесь опьянеть, если единственный алкогольный напиток, который продавался в кондитерской – это цикорий с травяным бальзамом? Сдаётся ей, что господин Ламос просто не хочет отдавать карточный долг, вот и наговаривает на всех подряд. Но договор не давал им возможности отлынивать от дел, они обещали разобраться в произошедшем тем вечером, вот и работали над этим. Завтра придётся навестить таверну «Три порося», и разнюхать информацию. Подпольные игровые были запрещены, хочешь играть, иди в легальные игровые дома, но ушлые любители дармовой наживы всё же умудрялись содержать закрытые игровые столы.

– А не пойти бы нам пообедать? – выдвинул предложение Лекс возвышенным тоном – Я тут одну таверну знаю, хорошую. Что скажешь, партнёр? –Лекс подмигнул ей и поднял большой палец, вызывая повозку.

Не прошло и трёх биений сердца, как перед ними, словно из ниоткуда материализовалась едко-розовая двуколка, с гоблином на козлах и облезлой лошадкой в упряжи.

– Достопочтенные господа, экипаж подан. – гоблин широко улыбнулся, шмыгнув большим носом.

Эту двуколку можно было назвать как угодно, недоразумение больной фантазии подходило больше всего, но уж точно не экипажем.

– Достопочтенный мастер, а кто является дизайнером сей… ээээ… оригинального окраса сего Экипажа – слово экипаж Лекс выделил особой интонацией.

– Мой личный дизайн, правда, привлекает внимание?

– Кхм… вы определённо добились результата во внимании – обтекаемо ответил Лекс, а лысеющий гоблин ещё шире улыбнулся, отчего его рот, казалось, разрезал зеленое лицо пополам.

– Ну что, господа хорошие, куда вас подвезти?

Лекс скептически оглядел это чудо художественного креатива и принял интересное решение.

– Окраина Лунного квартала, Улица Нового ясеня, дом 3, таверна «Три порося». Довезёшь меньше, чем за 30 минут, плачу серебряный сверху, если дольше – поездка бесплатная. – Лукаво проговорил Лекс.

Улыбка тут же спала с лица гоблина, высокий с лысиной лоб нахмурился, жёлтые глаза сузились, выдавая глубокую задумчивость. Когда уголок рта гоблина приподнялся в ухмылке, Жасмин всерьез забеспокоилась за свою жизнь. Доехать до лунного квартала отсюда за 30 минут было нереально, но кажется, этот извозчик-камикадзе был готов явить им сие чудо.

– Идёт – извозчик протянул руку, скрепляя договор.

– Лееекс – позвала она напарника, пытаясь указать на неразумность данного действия, то есть мальчишеской глупости. Но кто её слушал?

– Партнёр время, время – не стал её слушать этот гад ушастый, подталкивая к двуколке – у нас ещё столько дел, столько дел… – приговаривал он, толкая упирающуюся девушку.

– 47 минут третьего – известил извозчик, сверяя время на нагрудных часах в простой стальной оправе.

– Абсолютно верно – подтвердил Лекс, посмотрев на новомодные наручные часы – Гони! – объявил партнёр и экипаж рывком тронулся с места.

– Мама! – пропищала Жасмин, когда её впечатало в заднюю стенку.

Экипаж петлял среди улиц города с такой скоростью, что все постройки проносились размытым пятном перед глазами. Прохожие свистели и ругались вслед, но видя обезумевшего розового монстра, благоразумно расступались с дороги, по крайней мере вроде бы они ни на никого не наехали. По крайней мере она на это надеялась.

Её мотало во все стороны, ветер со свистом проносился в ушах, от такой тряски она даже произнесла молитву Берегине, глубоко сожалея, что не может ещё освятись себя охранным знаменем, так как руки были заняты, удерживая её от внепланового полёта.

Тридцать минут показались вечностью и когда экипаж наконец остановился, она не сразу осознала происходящее.

– Мы прибыли, господа! Три часа 16 минут, 29 минут пути! – радостно объявил гоблин.

Жасмин перевела убийственный взгляд на партнёра, пытаясь разомкнуть одеревеневшие пальцы.

– Эта поездка за твой личный счёт – процедила она, разминая затекшую челюсть.

Страдальческое выражение лица партнёра, когда он отсчитывал заслуженную награду гоблину, стало бальзамом на душу. Поправляя растрепавшуюся причёску, она еле-еле сдержалась от ехидного замечания, но решив не сыпать соль на рану, всё же смолчала. Для гиперэкономного Лекса денежный проигрыш и так был достаточным наказанием.

Над покосившейся дверью в приземистом двухэтажном здании качалась вывеска таверны. Три полупьяных хряка, которые больше походили на розовых медведей, обнявших друг с другом, пытались танцевать. Вывеска была бы в самый раз, если бы не золотые вензеля по кругу, голые поросячьи ноги и животы, на которых художник попытался как можно достовернее передать сходство с реальными животными, от чего у каждого красовались по два ряда сосков и скромный листочек, прикрывавший причинное место.

– Мда, интересно, у него денег на новую вывеску не хватило? Или мы имеем честь лицезреть художественный сюрреализм личного авторства? – прокомментировал Лекс, рассматривая сие произведение искусства.

В таверне оказалось малолюдно, и заняв крайний столик справа, они сделали заказ. А далее потекла праздная беседа о погоде, книгах, искусстве и новой постановке в Большом Театре, словно два обычных зажиточных горожанина обедали. К еде правда оба притронулись едва ли, хотя надо признать, повар тут был неплохим. Играя роль отпрысков богатых родителей, они разговаривали лишь о возвышенно духовном, уделив особое внимание десерту. Сейчас же в их дискуссии наступила пауза, а на столе дымились чашки с тёмным напитком из цикория. Лекс, положив подбородок на ладонь, и притворяясь праздно скучающим, будто машинально крутил между пальцев золотую монету. Монета то проскальзывала между его длинных тонких пальцев, то вновь ударялась о стол, издавая характерный звук на всю таверну. Удивительно, но в этих звучаниях слышался даже какой-то ритм. Жасмин понятия не имела, что задумал напарник, но привыкшая доверять партнёру, просто расслабилась и открыто наблюдала за ним.

Лекс был необычным молодым человеком, и в некотором роде красивым. Зелёные раскосые глаза, точёные скулы и тонкие губы, высокий лоб, распушённые прямые волосы, которые скрывали уши: явный признак принадлежности к эльфийской расе, если бы не нос картошкой, который портил эльфийскую утончённость. Лекс был полукряквой, которых после возникновения империи становилось всё больше и больше. Отец эльф с частицей крови дроу, от которого Лексу достались заострённые не только на концах, но и на мочках, уши. А мама – человек с большой примесью крови гномов, от которой партнёр получил возможность магичить, ну и нос картошкой, не по-эльфийски широкие плечи и невысокий рост. Имея трёх старших сестёр, которые унаследовали лишь привлекательные черты, казалось, что Лекс вобрал в себя всё, что мог, от обоих родителей, не разбираясь о том, как это скопление будет выглядеть в итоге. Но несмотря на первое впечатление, в итоге перестаёшь обращать внимание на нос, а заострённые мочки совсем не выделяются. Что ни говори, а вот от воздыхательниц у него никогда отбоя не было. Свидания, любовницы, вздохи, ахи и кучу влюблённых взглядов вслед. Лекс был обворожительным, и мало какая женщина могла устоять перед его привлекательностью. А он… он был максимально честным и несмотря на то, что совершенно не собирался жениться, о чём сразу говорил своим воздыхательницам, их внимание всё равно превышало его возможности. Эх… узнай его мать и три сестры об отсутствии у него матримониальных планов на ближайшие лет этак двадцать, тридцать, а может и все пятьдесят, вот тогда наступит её ушастому партнёру полный Армагедец в лице мадам Иргуды Тальм, которая безумно желает женить единственного сына. Хвала Берегине, пока отец не вмешивается и позволяет отпрыску бегать от не в меру любящей маман. А вот когда господин Тальм возьмётся за идею продолжения рода, вот уж тогда полуэльфу несдобровать, и быть ему женатым и с детишками под мышкой, как минимум четырьмя, для полной услады маминого сердца.

Монета снова покатилась по деревянному столу и хлопком ладони Лекс остановил её. В тишине полупустой залы этот звук прозвучал слишком громко. Жасмин лениво скосила глаза на его ладонь и неприязненно поморщила носик. Не зависимо от мыслей, работу всё же никто не отменял, поэтому она продолжала играть свою роль. Лекс поднял руку, потерев большой и указательный палец, прося расчёт, вторя новоявленной моде богатой молодёжи Гласграда. Счёт принесли сразу же, без лишних вопросов.

Лекс расплатился, и они покинули таверну. Торжествующий блеск в глазах партнёра говорил о том, что их затянувшейся обед не прошел даром.

– Выкладывай, что это за танцы с монетой были! – потребовала девушка, как только за ними закрылась дверь таверны.

– Оооо – мечтательно проговорил Лекс – это особая монета, а тут – он помахал счётом – дата, время и место.

Брови Жасмин взлетели вверх.

– Но, но…. Мы же ничего не делали. – воскликнула девушка, позабыв об осторожности, пара прохожих любопытно посмотрели на них.

– Шшшш… Потом расскажу.

– Почему ты мне никогда не рассказывал, что бывал в закрытых игровых домах Гласграда? – обиженно спросила Жасмин.

– Прости напарник, но в то время ты была ещё мала. – заявила эта наглая ушастая рожа.

– Мала? Да мы с тобой одного возраста. Я даже старше тебя на 3 месяца. – возмутилась девушка, смотря на этого не в меру наглого полуэльфа.

– Коллега – тот самый коллега, приобнял Жасмин за плечи, готовясь вешать ей истину – понимаете, вы то особь женского пола, и до определённого возраста вам вообще ни-ни в места со злачной репутацией… Жасмин – голос Лекса вдруг стал серьёзным – по мне, я бы и сейчас не брал тебя с собой. Не для тебя эти места.

– Лекс – возмутилась девушка – я пять лет в трактирах и тавернах работала, что там вообще может быть такого, чего я ещё не видела?

Лекс небрежно пожал плечами, закрывая обсуждение.

– Так или иначе, на этот раз я иду с тобой. – в ультимативной форме заявила она.

Лекс молча поднял руки, сдаваясь. На этом и решили.

6. Допрос

Жасмин постучала в деревянную чёрную дверь. Дом, числившийся за оборотнем- лисом, господином Арамс Никтоль, находился в Лунном квартале оборотней, в самой цивилизованной его части. Двухэтажный дом выглядел аккуратным и ухоженным, сразу было видно, что владельцы предпочитают уют.

После исповеди в конторе Шарг всё же успел заехать к господину Кахе. Бывший старший следователь, а ныне главный архивариус Гласграда, ещё со времён практики в академии благоволил Жасмин и нередко делился информацией, помогая в расследовании дел. Взамен он получал прекрасного компаньона для игры в шахматы в лице Лекса, интересную компанию для обсуждения тяжб от Шарга и отеческую любовь и заботу от Жасмин. От старинного друга Шарг вернулся с ещё тёплыми пирожками от госпожи Нурман и информацией на чёрную ведьму Жиглу. Кроме фактов, уже известных от мастера Германа, интересной оказалась информация о браке чёрной ведьмы Жиглы с оборотнем-лисом господином Арамс Никтоль. Всё бы ничего, двое полюбили друг друга, поженились, но рядом с записью о браке стояла пометка: без свидетелей. Да и мастер Герман ни словом не обмолвился об этом браке, а он уж был очень хорошо осведомлён о своей свояченице. Поиски пропавшей ведьмы партнёры решили начать с допроса мужа.

– Добрый день – дверь открыла милая девочка, оборотень лет тринадцать.

– Зика, кто там? – из недр дома раздался голос взрослой женщины.

– Магиана и … – девочка понюхала воздух, не скрывая животных порывов и хмурясь объявила – И странный эльф – прокричала она, большими жёлтыми глазами разглядывая Жасмин и Лекса.

– Что ещё за странный эльф – на пороге появилась высокая стройная женщина в коричневом платье прислуги.

Увидев их, женщина аккуратно втянула воздух носом, слегка нахмурившись. Стандартная реакция оборотней на Лекса. Слишком много и от эльфа, и от гнома, что вводило в замешательство. Это Амалия уже привыкла, но в начале и её его запах приводил в смятение.

Проигнорировав нюхательную сцену, Лекс сделал шаг вперёд, представляясь.

– Здравствуйте, я господин Лигарус, а это мой партнёр госпожа Нигару, мы представители адвокатской конторы «Дела и братья», мы бы хотели увидеть госпожу Жиглу по очень важному делу – проговорил Лекс скороговоркой на одном дыхании.

– Госпожу Жиглу? – недоумённо пробормотала женщина, пытаясь переварить быстрый и невнятный говор Лекса.

– Да, да, именно госпожу Жиглу, жену великоуважаемого господина Никтоль. У нас указан данный адрес как место проживания госпожи. Подскажите, они ведь ещё женаты? Было бы очень печально, если такая пара так быстро бы распалась.

– Ээээ… Вместе… Точнее, нет. Но… Простите – возмутилась женщина, пытаясь собраться с мыслями.

– Тогда мы бы встретились с господином Никтоль, если госпожи Жиглы нет дома. Можете провести нас к нему. – каким-то непостижимым образом Лекс протиснулся между косяком и женщиной, потянув Жасмин за собой, и они оказались в просторной прихожей.

– Но… – женщина захлопала глазами, пытаясь понять, что происходит, но партнёр не давал ей возможности связно думать.

– Нет, нет, нет. Мы не можем ждать. Наша контора уполномочена передать серьёзные документы. Мадам Лигли поручила нам очень важное дело ещё до своей смерти, срок исполнения настал. Вы же понимаете, как важны поручения умерших. Проведите нас к господину – безапелляционно потребовал Лекс.

– Но господина нет дома! – возмущённо крикнула женщина.

– Как это нет дома? А как же важное дело? Нет, это уже ни в какие двери не лезет, мы серьёзная контора, у нас важное дело от самой усопшей мадам Лигли, а его нет дома! Это вообще, как понимать?! – Лекс состроил очень печальную мину, и так жалко стало его в этот момент.

– Но… Но… Господин три дня назад покинул Гласград. Если бы он знал… – всплеснула она руками.

– Три дня назад. И что нам теперь делать? – нарочито растеряно Лекс посмотрел на Жасмин, но та, сохраняя прохладное выражение лица, приподняла брови как бы говоря «ты меня спрашиваешь?».

Эти роли были давным-давно изучены, ещё со времён учёбы в Академии, Лекс отвлекает внимание, запудривает мозги, она наблюдает и играет в строгость и серьёзность. Даже их одежда полностью соответствовала сценарию. Он в вышитом красным по серому камзоле, она в строгом женском брючном костюме. Все знали, что брюки носят только дельцы, юристы и купеческая молодёжь Гласграда, которая открыто отвергает архаические придворные устои.

Об отсутствии господина Никтоль они уже знали, и специально пришли в его дом чтобы поговорить с экономкой, прислуга обычно самый ценный ресурс информации. Продолжая свою роль, Лекс хмуро посмотрел на партнёра, перевёл страдальческий взгляд на незнакомку, но та лишь хлопала глазами вообще ничего не понимая. Посмотрев на наблюдающую в полном шоке малышку, получил непосредственное, детское пожатие плечами.

– Госпожа, а Вы кем приходитесь господину? – в игру вступила Жасмин, делая шаг вперёд.

Женщина какое-то время молчала, разглядывая девушку так как будто она только что материализовалась из воздуха.

– Я… Я не Госпожа. Я диа Грасма Куни, экономка господина Никтоль.

Жасмин кивнула, принимая ответ. Диа, довольно редкое явление в городах, обычно так называли людей, которые, не имея личной собственности, полностью зависели от работодателя. Но если в поместьях и аристократических резиденциях это было в порядке вещей, то встретить дию в Лунном квартале, даже у юриста было по крайней мере необычно.

– Мы можем пройти и задать вам несколько вопросов?

– Ну… Я не знаю… Господин отсутствует.

– Уверяю вас, нам необходимо знать лишь общедоступные ответы. Дело поистине серьёзное и не терпящее отлагательств. – с ледяным спокойствием Жасмин смотрела прямо в глаза экономики.

Диа Куни сглотнула, а чуть расширенная радужка жёлтых глаз и практически вертикальный зрачок говорили об испуге.

– Да, конечно, думаю, в этом нет ничего предосудительного – женщина пригласила их в маленькую гостиную.

– Сядьте, диа Куни – потребовала Жасмин, видя неуверенность женщины.

Её можно было понять, она привыкла прислуживать, а не принимать гостей. Помедлив, она наконец села на краешек кушетки, напротив кресел, куда без приглашения уселись Жасмин с Лексом.

– Диа Куни, в первую очередь хочу заверить Вас, что мадам Лигли была очень и очень хорошего мнения о господине Никтоль. И мы по её воле призваны действовать в интересах самого господина Никтоля – роль ведущего вновь подхватил Лекс.

На самом деле они понятия не имели, знала ли покойная госпожа Лигли мужа сестры, но и экономки также об этом ничего не было известно.

– У господина неприятности? – дрожащим голосом спросила экономка.

– Пока нет, но госпожа Жигла… – замялся Лекс, пронзительно смотря на женщину.

– Вот так и знала, что от этой чёрной ведьмы у Арамси будут проблемы. Я с самого начала ему говорила не жениться на этом отродье Абадона… – диа Куни эмоционально всплеснула руками, чуть не подскочив с кушетки.

Жасмин с Лексом замерли, внимательно вслушиваясь в каждое слово экономки. Их игра дала плоды поразительно быстро. Надави тут, пошатни здесь, выведи из равновесия, удиви, шокируй, выведи на эмоции, и вуаля, тебе уже рассказывают сокровенные тайны, оговариваются, эмоционируют и открывают секреты. Им же оставалось лишь поддакивать, удивляться, аккуратно подталкивать наводящими вопросами и оговариваться полунамёками.

Через час у них сложилась общая картина взаимоотношений чёрной ведьмы и оборотня.

Она появилась в его жизни чуть больше полутора лет тому назад, и несмотря на несовместимость характеров, вскружила голову бедному клерку.

– Понимаете, Арамси же такой нежный, романтичный, он даже несмотря на свою профессию всё равно верит в любовь и чистоту помыслов. А она… актриса, ох и актриса. Всё играла перед господином, хвостом крутила, то сама являлась и под разными предлогами оставалась ночевать в доме господина… где это видано, женщина под одной крышей с мужчиной! Но вы не думайте, Арамси джентльмен и ничего себе не позволял. А она… ох, я не раз её в одной сорочке по дому видела, и всё это как бы случайно… тьфу ты, вертихвостка. Но потом она стала пропадать, а Арамси, словно мотылёк, на огонь за ней летел. Цветы, ресторации, дорогие подарки, а она всё крутила носом… но в итоге поженились. По традициям она не хотела, поэтому обвенчались только вдвоём в маленьком храме на окраине. Чёрная она, вот совсем чёрная.

Но свадьба не принесла успокоения в дом мастера. Жена постоянно пропадала, они часто ссорились, она следила за ним, а он всё пытался отвадить её от своей работы, а она лезла и лезла.

– Арамси же очень хорошим юристом был, к нему почитай, практически все аристократы по своим делам обращались, первые дома в клиентах были. А эта ведьма не могла понять, что дела там конфи… конфе… секретные у аристократов дела, одним словом.

А вот дальше стало ещё любопытнее. Полгода тому назад мадам Жигла пропала, господин Никтоль себе места не находил, но упорно верил в то, что жена вернётся. И она вернулась лишь спустя два месяца в компании некроманта. И с тех пор её будто подменили.

– Печаль в ту пору поселилась в доме. Она вся такая деловая, ни улыбки, ни ласки, лишь ледяной взгляд этих лиловых глаз. Господин сам не свой был от горя, что он только не делал, чтобы растопить холод в сердце этой чёрной, но даже малюсенькой улыбки от неё не дождался. Он уж не знал, что делать… а она… две недели… две недели она играла этот цирк, а с тех пор, как убили лорда Агнара Де’Зурнах, всё стало ещё хуже. Господин как узнал о смерти своего клиента, сразу в кабинет подорвался и уничтожил какие-то бумаги, так она так на него кричала, угрожала проклятием… ох страшная женщина. И господин сдался… не знаю я, какие там дела у них, только вот стал он пропадать по делам днём и ночью, вообще запустил себя, только работа и работа у него на уме. А она опять пропала, вот уже месяц как дома не появлялась. А всё пыталась поговорить с Арамси, но он… он ничего слышать не хочет. А ведь загубит себя с этими кузнецами.

– Что же это за дела с кузнецами? Вы же говорили, что господин Никтоль с аристократами работал. – как бы между прочим спросил Лекс.

– Всё те же, Арамси ведь помогал аристократам найти кузнецов, которые смогут соорудить для них оружие из Лавгарского стекла. Вы же знаете, что для этого особый дар нужен. И оборотни…

– Чуть ли не единственные, кто этим даром обладает. – завершила Жасмин.

– Ну вы понимаете, посредник среди своих вызывает больше доверия.

О да, они прекрасно это понимали. Лавгарское стекло было знаменито своими особыми магическими свойствами. Добытое из недр живого вулкана на острове Лавгар, из него изготавливали не только артефакты и амулеты, но и самое смертоносное оружие. После специальной обработки оружие из лавгарского стекла приобретало особенные свойства, его практически невозможно было разрушить, оно не затуплялось и служило верой и правдой своему владельцу, подстраиваясь не только под его руку, но и под магическую ауру. Но изготовить такое оружие мог не каждый кузнец, на самом деле необходимо было обладать особенным даром, чтобы прочувствовать ауру будущего владельца и изготовить оружие именно для него. Поговаривали, что оружие из лавгарского стекла живое и имеет свой собственный характер, и лишь лучшие кузнецы умеют уговаривать стекло служить человеку. Так и повелось, что самые лучшие кузнецы были среди оборотней, было у них своё какое-то особенное чутье. А так как этот талант был довольно редок, во избежание историй, когда кузнецов похищали, заставляя создавать бесплатно оружие целым кланам, они стали скрывать свой дар. Вот тут и появились такие посредники, как господин Никтоль. К своему доверие на самом деле больше, да и аристократам стало комфортнее, когда приобретение новой драгоценности стало делом юридическим, а не коммерческим. В конечном итоге довольны были все.

– Так куда Вы говорите, уехал господин Никтоль? – Жасмин вернула женщину в русло разговора.

– Не знаю, господа, собрал вещи да в ночи и уехал. Я утром только пропажу обнаружила, письмецо оставил да мешочек с деньгами на три месяца содержания. Сейф оголил, дверца открытой так и осталась скрипеть на сквозняке. Просил к страже не обращаться, сказал, что всё в порядке и срочно по поручению клиента уезжает. Только вот он ещё никогда не уезжал на такой долгий срок… Да и Жигла эта месяц как снова пропала, хотя говорят, её в базарный день в городе видели.

Вот так и прошёл час. Жалобы и стенания, и куча пока мало понятной информации. Связь господина Никтоль с аристократией была любопытной, особенно что диа Куни упомянула смерть аристократа, которая шумихой прогремела на весь город полтора месяца тому назад, а вот сейчас ещё одна смерть и снова в первом доме, да и похищение драгоценностей и снова первые дома. Как-то слишком часто в последнее время им на пути аристократы попадаются. Да и уехал оборотень в спешке как раз в ту ночь, когда убили Закари Де’Самранк. Совпадение или же нет? А может, это они притягивают зайца за уши, когда это обычная куница? Но несмотря на всё обилие информации, к месту нахождения чёрной ведьмы они, к сожалению, так и не приблизились, так что допрос можно считать провальным.

Выйдя в печальном настроении в поисках свободного экипажа, Лекс поднял руку с поднятым большим пальцем. Хотя в этом районе экипаж найти было нелегко, всего через минуту перед ними остановилась крытая двуколка с запряженной обычной пегой кобылой и пухленьким гоблином – извозчиком.

– Вас подвезти, многоуважаемые господа? – широко улыбаясь большим ртом, крикнул гоблин.

Лекс недоверчиво посмотрел на пегую с пушистыми бабками, облезлым хвостом и горбатой спиной. Извозчики с обычными лошадьми были в разы дешевле, чем с крылатыми, которые славились своей невероятной скоростью. Но вот это пятнистое чудо не внушало никакого доверия.

– Не смотрите так на Бэлу, дорогие господа, довезём вас с ветерком, слово Киану, прыгайте в экипаж. Вот увидите, не пожалеете. – распинался гоблин, явно преувеличивая, назвав это недоразумение едкого розового цвета экипажем.

Жасмин и Лекс посмотрели по сторонам улицы в поисках другого извозчика, но в обе стороны не было видно ни одного экипажа. Нахмурившись, Лекс ещё раз придирчиво осмотрел предложение.

– Довезу со скидкой, господин. – сделал последнюю попытку привлечь клиентов гоблин, всё также лучезарно улыбаясь, сверкая выпирающими клыками в полуденном солнце.

На слово скидка Лекс среагировал, как гончая на добычу и схватив Жасмин за руку, запихнул подругу в узкую двуколку.

– Улица Весенних лилий, дом 1, главное отделение императорской стражи – объявил Лекс.

Экипаж тронулся с места, словно у бедной лошадки крылья отросли. От скорости их вдавило в деревянную стенку двуколки.

– А он не соврал, довезёт с ветерком. – прошептал Лекс, держась за края экипажа, чтобы не снесло на повороте.

– С ветерком или нет, главное, целыми доехать – испугано пискнула Жасмин, двумя руками держась за борта, когда карету в очередной раз занесло на повороте.

– А вот этого он не обещал – мудро заметил партнёр.

7. Императорская стража

Экипаж остановился перед главным отделением стражи. Шестиэтажное здание из чёрного камня имело строгий вид. Прямые линии без украшений, покатая крыша из белой черепицы, и десятки стрельчатых окон, смотрящие тёмными глазницами из дымчатого стекла. Здание стражи в Гласграде всегда внушало трепет и страх, особенно когда знаешь, что под фундаментом ещё пять этажей подземных помещений, о которых по городу ходили легенды одна страшнее другой. Но Жасмин и Лекс давным-давно не опасались стражи и не испытывали трепета перед этим чёрным зданием. Когда-то в прошлом был и трепет, и восхищение и даже страх, но за годы работы и десяток других совместных дел, у них сложились дружеские деловые отношения с представителями закона.

– Светлых тебе Пиз – поздоровались Лекс и Жасмин одновременно с солдатом, охранявшим служебный вход, маленькую неприметную железную дверь.

– И вам уютных – улыбнулся темнокожий дроу – по делам?

– Да, нужно отдать кое какие документы Элису – Лекс помахал жёлтой папкой – пропустишь?

– Вообще-то нам запретили пропускать вас двоих через служебный вход – нахмурился Пиз.

– Кто приказал? – возмутилась девушка.

– Капитан Эрман – Пиз скривился, не скрывая своей неприязни к начальнику.

– Зелёный ларх – выругался Лекс.

– Идите лучше к главному входу, не хочется сейчас попадать под горячую руку капитана. – виновато попросил дроу.

– Что, всё так скверно?

– Не то слово. После ухода в отставку следователя Игрина и побега следователя Рикарно капитан будто с цепи сорвался, приказы, проверки, уставы, даже несколько арестов за коррупцию было.

– Оу, разве не Рикарно вёл это нашумевшее дело об убийстве лорда из дома Де’Зурнах?

– Ага. – Пиз недовольно нахмурился, не скрывая своего презрения к поступку бывшего коллеги – капитан рвёт и мечет, сам взялся за это дело, да тут ещё одна смерть лорда первого дома. Лучше вам туда вообще не соваться, ох и лютует капитан, лютует.

Капитана Далора Эрмана хоть и недолюбливали, но определённо если и не уважали, то как минимум боялись и когда фейри был в не лучшем своём расположении духа, все старались избегать попадания под его пронзительный взгляд.

Жасмин с Лексом переглянулись, посмотрели на папку с документами и вновь переглянулись. В принципе, документы можно было передать и курьером, или на худой конец прислать Амалию.

– Документы конфиденциальны. – пробормотала Жасмин.

– Аааа, к полосатому гарху всё! – в сердцах выругался Лекс, через несколько мгновений молчания – у нас официальная встреча. – И схватив Жасмин за руку, потянул её к центральному входу.

Десять ступеней из чёрного стекла вели к высокой стрельчатой арке входа. По бокам стояли статуи Берегини, напоминающие о главной задаче императорской стражи «Беречь покой жителей империи». Жасмин еле заметно склонила голову, приветствуя богиню. Когда-то именно её образ и стал примером выбора пути жизни. Жасмин хотела помогать, решать проблемы обычных людей, делать жизнь других чуточку светлее, так же, как и богиня помогает и оберегает их, даря свой свет любви каждому.

Внутри здание стражи было на удивление светлым и величественным даже в своём аскетизме. Огромных размеров холл, чёрно-белые плиты на полу, гладкие чёрные стены с десятком дверей, из которых постоянно кто-то выходил и заходил, высокие колонны, упирающиеся в высокий потолок с тысячами магических светильников, которые искрились, словно звёздный космос.

– Имя, род, раса, цель визита? – спросил старенький гном, сидевший за окошком в конторке.

– Лександер Тальм, полуэльф, цель: Передача документов следователю Элисандер Ла’Пранж. – ответил Лекс, не скрывая раздражения из-за того, что их заставили проходить всю бюрократическую процедуру контроля.

– Жасмин Аландирин, человек, маг, цель: Передача документов следователю Элисандер Ла’Пранж. – в отличии от партнёра Жасмин сохраняла ледяное спокойствие, что в каком-то смысле было даже хуже раздражения Лекса.

Капитан Эрман решил покомандовать, но она не доставит ему удовольствия наслаждаться её досадой, на них и так с жалостью косились присутствующие в вестибюли стражи.

Гном что-то медленно вписывал в огромную амбарную книгу. Через четверть часа он выдал им две именные жёлтые карточки, нажал на небольшую панель у себя под столешницей, и тяжёлая чёрная дверь рядом с кабинкой гнома отъехала в сторону, открывая вход для посетителей. В широкий проём они прошли одновременно. Прошли десять шагов по тёмному коридору и вновь остановились перед узкой дверью из чёрного стекла. Они одновременно приложили карточки к красному символу в форме глаза в центре и дверь с шелестом отъехала в сторону. За порогом их встретил тёмный круглый зал с одной открытой дверью, из которой лился яркий белый свет. Проход всегда был один, но вёл он в абсолютно разные коридоры, всё зависело от цели визита. Давненько они не использовали этот путь. Да и в принципе мало кто им пользуется в настоящем, но без жетона остальные двери им были закрыты, а по приказу Эрмана стражники их не пропустят.

Сделав всего двадцать шагов в полной тишине, они практически одновременно перешагнули световую завесу, и тут же шум реальности обрушился какофонией звуков. По длинному белому коридору сновали служащие, держа какие-то папки с документами в руках, из приоткрытых кабинетов доносились спорящие голоса, стражники в полном обмундировании чеканили шаг по мраморному полу. Последних как раз в административной части здания было меньше, чем простых секретарей, следователей, законников и других представителей бюрократического аппарата имперской стражи.

– Бездарность! – из приоткрытой двери раздался злой голос капитана Эрмана.

Партнёры, не сговариваясь, замедлили шаг. Вокруг приоткрытой двери столпился народ, прислушиваясь к скандалу.

– Твой отчёт хуже, чем песни пьяных леших после праздника леса. – продолжал распинаться капитан. – Что за заметки на полях? Твоя работа записать показания свидетелей и вести протокол допроса, а не высказывать своё, никого не интересующее, мнение. Твоя специализация!?

Последовало молчание.

– Я с кем разговариваю!? Отвечать на вопрос! – рявкнул капитан так, что несколько магических светильников задрожали с лёгким «бздынь».

– Секрет…ари. – ответили с лёгкой запинкой.

– Ты не следователь, не стражник, не служащий прошедший должное обучение. Ты стажёр, зелёный юнец не видящий и не знающий ничего. Как ты посмел указывать МНЕ на МОЮ неправоту. Перечисли свои обязанности!

Послышался судорожный выдох, и визави продолжил колючим, но на удивление твёрдым голосом.

– Вести протокол допроса, содержать документы в порядке, сортировка корреспонденции, распределение назначений, переписка следовательских умозаключений в материалы дела, помощь в составлении схем ритуалов и заклинаний, и… не думать, не разговаривать, не указывать на Ваши ошибки. Я всё верно перечислил? – в голосе парня послышался вызов.

Кем бы не был этот парень, но только что он заслужил целый пуд уважения и определённо награду за смелость. Вокруг зароптали, высказывая общее восхищение.

– Чтоооо!? – взревел капитан – ВОН, и чтобы мои глаза тебя не видели!

– Простите капитан, но это моё рабочее место. – ответил парень совершенно спокойно.

– ВАУ – прошептала Жасмин.

– Берём? – прошептал Лекс в ответ, в его глазах заискрился огонёк азарта.

– Поглядим на чудо и решим – уклончиво ответила Жасмин.

Она понимала азарт партнёра, грубить капитану Эрману мог лишь истинный смельчак, или же лишённый разума сумасшедший. Лекс ставил на первое, она же предпочла попридержать ставки.

Тем временем за приоткрытой дверью воцарилось гробовое молчание. В коридоре, где собралось немало любопытных зевак, было так же тихо, все затаили дыхание в ожидании продолжения.

– С Вами всё в порядке, капитан? Вы побагровели. – заговорил парень – Может целителя? Понимаете, сердце орган слабый, его беречь нужно, а в послед…

– ВОН!!!!! – взревел капитан императорской стражи. – Уволен с волчьим билетом. И поверь мне, ты не найдёшь работу даже в самом захудалом трактире в карповом квартале. – выговорил Эрман, скороговоркой выплёвывая каждое слово.

По спине Жасмин прошёлся озноб страха. Капитан, не стесняясь, воздействовал на окружающий эмоциональный фон. Она даже представить себе не могла, какой ужас должен был испытывать сейчас парень.

– Боюсь, что карповый квартал меня мало интересует. – раздался СПОКОЙНЫЙ с еле уловимыми издевательскими нотками голос парня. – Но раз вы приказываете, не смею ослушаться моего капитана… Ой простите, бывшего капитана.

Лекс повернул голову к Жасмин, смотря абсолютно влюблёнными глазами. Будь там девушка, он точно бы женился, даже несмотря на всю свою нелюбовь к браку.

Дверь резко распахнулась, словно от удара ноги и на пороге возник капитан Эрман Далор собственной персоной. Багровый, как и упомянул парень и совершенно взбешённый. Обвёл застывших присутствующих ледяным взглядом, и Жасмин невольно отступила, прижавшись к стене. Фейри были опасны, а фейри в бешенстве несли неминуемую смерть. Секунда, вторая, третья, еле уловимый порыв ветра всколыхнул полы пиджака, вокруг вдруг стало безлюдно, совершенно пусто. Она никогда не видела, чтобы гномы передвигались с ТАКОЙ скоростью! Капитан посмотрел на неё с партнёром и Жасмин невольно отпрянула ещё сильнее, но мешала стена, будь её воля она бы сейчас отдала многое за возможности метаморфов сливаться с пространством. Но Лекс оказался проворнее, поднял папку с документами перед самым носом капитана. Эрман нахмурился, одарил их недобрым взглядом, и чеканя каждый шаг направился в свой кабинет.

– Фууух – выдохнули они, одновременно стекая вниз по стеночке.

– Сильный мужик – выговорил Лекс поднимаясь.

– И не говори – поддержала она напарника.

– Ха – послышалось в распахнутом проёме.

Напарники одновременно повернули головы и обомлели. В проёме, смотря по сторонам пустого коридора, стоял НЕКРОМАНТ. Самый настоящий некромант. Высокий, тощий, с пепельно – черными прядями, собранными в небрежный хвост, бледный, как и все некроманты и с чёрной обсидиановой серьгой в правом ухе, отличительной меткой всех служителей магии смерти. Парень посмотрел на них, криво улыбнулся, выдохнул, поправил протёртую сумку, перекинутую через плечо и направился к выходу, чуть сгорбив спину.

– Берём – быстро проговорила Жасмин напарнику.

– Постой – окрикнул его Лекс.

Парень остановился, развернулся и вопросительно посмотрел на них разноцветными, типичными для некроманта глазами.

– Это ты только что так эпически пос… км… обсудил свой уход?

Юноша кивнул, снова криво улыбнулся, но в разноцветных глазах на краткий миг отразилась грусть, смешанная с шоком. Ну да, нагрубить капитану легко, ну а после наступает осознание последствий.

– Что думаешь делать дальше? Эрман Далор слов на ветер не бросает. – продолжил свой допрос Лекс.

Парень пожал плечами промолчав. Неужто они ошиблись, и эта вспышка была первым и единственным актом смелости? Хотя, некроманты народ особый, многие их опасались из-за связи со смертью, но определённо полезный. И если даже он настолько туп, что из него не получится сыщика, им всё ещё нужен администратор, который бы занимался документами.

– Лекс Тальм, а это мой партнёр Жасмин Аландин, мы владельцы конторы частного сыска «Глаз» и сегодня, и только сегодня мы предлагаем тебе работать у нас. Вот – Лек всучил ему расписанную вензелями и символом их конторы карточку с адресом офиса – ждём тебя сегодня.

– Я…я… – опешил парень от такого напора.

– Тебя как зовут? – вмешалась Жасмин.

– Ургас Невиль– представился он, смотря на них ошеломлёнными глазами.

– Отлично, Ургас, после семи приходи, обсудим детали и подпишем договор о найме.

– Но … – попытался что-то вставить их новоиспечённый работник, но Лекс замахал папкой перед его носом.

– Не сейчас, всё вечером. – подхватив Жасмин за руку, он практически уволок её по коридору в сторону кабинета следователя Ширки, оставив шокированного парня переваривать своё новое счастье.

*

Элис, или же баронет Элисандер Ла’Пранж, потомок аристократического рода третьего круга, следователь императорской стражи, полудемон с примесью крови степняков и даром магии. Необычная и в какой-то степени одиозная личность в Гласграде. Один из немногих потомков некогда живущих на этих землях демонов, ныне практически отсутствующих на территории империи из-за нуарова поветрия, которое выкосило практически 70% населения демонов, а оставшиеся в живых эмигрировали на север в маленькое королевство Дурман, которым правили демоны.

Самым примечательным в Элисе был его характер. Невероятная смесь добродушия, открытости и человеколюбия, вкупе со строгостью, исполнительностью, честью и достоинством. Именно поэтому все его звали просто Элис, без пиетета.

– Явились – усмехнулся барон, протягивая руку для рукопожатия Лексу и отечески обнимая Жасмин.

– И не говори, все круги Абадона прошли, пока до тебя добрались – вздохнул Лекс.

– Не поминая его всуе – Элис всегда был чрезмерно набожным. – Привезли документы? Мутное дело там было, но вы молодцы, ловко справились.

– Всё, как ты просил. – Лекс положил папку на стол.

– Вот и отлично. Сядет он у нас надолго. Вам досталось убийство госпожи Диланы Раман, а наши дознаватели нашли его причастность в ещё трёх висяках. Уже готовим документы для Высшего Имперского Суда.

– Фьююю – свистнул Лекс – нехило так парень попал. После ВИС только в катакомбы Гельштальма.

– Или каменоломни в Бланкирских горах.

– По мне так лучше катакомбы, там хоть по-тихому с ума сойдёшь, и вот оно, счастье. А каменоломни… – Лекс поёжился, не любил он активный физический труд, даже в Академии всегда заваливал физподготовку.

– Так или иначе это уже не наша головная боль, вот приложу ваши бумаги последними и пусть Гончие им занимаются.

При упоминании Гончих Лекс и Жасмин одновременно поёжились. Гончие – так называли особый отряд при СБИ, занимающийся исключительно государственными преступлениями. Они были элитой, их боялись все, у Гончих развязаны руки на всё. Поговаривают, что эти ребята вообще без тормозов и у них открыта квота на убийства без суда и следствия. Стать Гончим, значит получить высшее доверие императора и главы службы СБИ. Быть отданным под сопровождение и охрану Гончих – изысканное наказание. Гном Коб по приезду в ВИС уже будет вымотан морально настолько, что приговор имперского судьи воспримет с радостью.

– Жёстко у вас – заключил Лекс.

– И не говори. А вы? Не решили ещё заняться серьёзными делами? – Элис поиграл бровями, в очередной раз намекая на то, что их контора – это детские игры и их мозги заслуживают настоящих дел и настоящей работы на страже империи.

– Упаси меня Берегиня – Лекс даже сотворил охранное знамя – бросить любимое и горячо лелеемое дело ради… – Лекс промолчал, но рукой указал в сторону, кабинета капитана Эрмана. – Выслушивать такой ор ежедневно не для моих нежных нервов. Тем более… кто нашёл этого убийцу? А? – Лекс указал на папку на столе и гордо выпятил грудь требуя, аплодисментов и поклонения.

– Позёр… – фыркнул Элис – но да… капитан лютует.

– А что это с ним? Никогда его таким не видела, да ещё и этот странный приказ нас не пропускать через служебный ход.

– Да мутное там дело. Я многого не знаю, так, сплетни, будто из столицы проверка ожидается, а тут это дело… да чтоб его зелёные лархи побрали, вот уж совсем некстати.

– Дело об убийстве Закари Де’Самранк? – тут же зацепилась Жасмин.

– Как же, как же, слышал. – важно дополнил Лекс.

– Как бы тебе не слышать, если этот у вас в конторе окочурился.

– Так, не окочурился, а отправился в чертоги света – поправил его Лекс – и не в нашей конторе, а в первом попавшемся доме, Амалия дверь не заперла, вот и ввалился к нам.

– Случайность, как же – пробубнил Элис многозначительно.

– Элис – Лекс вмиг стал серьёзным – вот ответь, только честно ответь. Я часто тебе врал?

Барон призадумался на миг, чем обидел полуэльфа, но ответил предельно честно.

– Раза три помню, но не больше пяти.

Жасмин чуть челюсть не уронила, услышав такую достоверную информацию.

– Ну так видишь, совсем не часто, а те разы… да брось ты, их даже считать не нужно. Так что вот, что получается, друг мой, я тебе никогда не врал, вот и сейчас говорю: не знаем мы, почему он к нам зашёл прощаться с жизнью. Может на Жасмин глаз положил, вот согласись, умереть на руках такой красивой девушки, не счастье ли это?

– Это аргумент. – согласился полудемон, одобрительно улыбаясь.

Жасмин зарделась от такого внимания и с трудом скрыла румянец, пожалев о том, что с утра собрала волосы.

– Так вот о чём это я…? – продолжил Лекс, словно ни в чём не бывало – Ах да, про этого, который глаз на моего партнёра положил. Вот о нём, убогом. Что там слышно- то? В городе тишина, но прошло уже три дня, и как-то всё это подозрительно.

– Подозрительно? Да капитан Эрман всем яй… хм…, мужского достоинства лишит, если хоть одна сплетня просочится. Это же аристократы. – всплеснул руками барон, впервые проявляя столь явное негодование – «если вы не найдёте убийцу, мы будем жаловаться императору», «вы хоть знаете кто мы такие?», «как вы можете такое говорить о моём сыночке», и так далее и тому подобное. Это ведь седьмой дом, денег и власти фазаны не клюют, вот и выканючиваются. Ни ответов на вопросы, ни тебе улик и предположений, бедный Закари такой идеальный, розовый и пушистый, и вообще ему место на облачках вместе с посланниками Берегини.

Жасмин и Лекс переглянулись, столько ехидства, яды и недовольства в речах доброго Элиаса они встречают впервые. Это же как нужно было довести этого добряка, чтобы он вот так сорвался.

– А что, за парнишей что-то мутное кроется? –спросил Лекс.

– Мутное это точно, многое там мутного. И карты, и игры, и выпивка, да и в карповом квартале его видели, а вот улик и доказательств ноль, никаких зацепок.

Лекс снова посмотрел на Жасмин, не спеша задавать дополнительных вопросов. В карповом квартале обитали отбросы общества. Целый квартал, выстроенный из трущоб, свалок и питейных заведений с сомнительной репутацией, и сколько бы бургомистр города не выделял денег на обустройство квартала, все они оседали где-то в карманах воров, коррупционеров и убийц, так как даже несмотря на всю свою злачность, даже такой контингент был востребован на рынке труда. И пока существует конкуренция, гнев, обиды, власть, ненависть, алчность и месть, всегда будут существовать воры и заказные убийцы, потому что такова натура всех живущих, вне зависимости от расы.

– А осведомители? – всё же рискнула поинтересоваться Жасмин.

– Да всё что могли, высосали. – пожал могучими плечами полудемон – Пока рыскаем в карповом квартале, может, он там успел себе врага нажить.

– Но ведь убили его в центре города – туманно уточнил Лекс.

– Эх, у самого Белого моста Лиды, а свидетелей ноль, и магический фон нул… – Элис вдруг оборвал себя на полуслове, поднял полный злости взгляд на партнёров, те же ответили откровенным извиняющимся взглядом и тут же подскочили со своих мест.

– Всё дорогой друг, нам пора. Заходи в гости на пироги или же на партию Моджо⁵, пообщаемся, поговорим за жизнь – Лекс потряс массивную руку Элиаса, Жасмин же обошлась лёгким поклоном и оба партнёра не сговариваясь вылетели из кабинета, разъярённого полудемона.

– Знаешь, а ведь он сам всё выдал, почему снова мы виноваты? – обижено заметил Лекс, когда они направились к выходу из главного отделения стражи.

– Потому что обвинять других всегда легче, чем признавать свои ошибки, и этим пороком заражены даже лучшие из нас. – мудро ответила магиня, беря партнёра под локоток.

8. Глава СБИ

Вечерние сумерки опустились на Гласград, но их деловой день был далёк от завершения. Покинув отделение стражи, они тут же направились в городскую библиотеку, потратив немало сил, чтобы вынести всё, что смогли найти по древнему клану Шарнагрин. После заскочили в таверну, купили съестного на вынос, зашли в кондитерскую «Бри», в которой пекли самые лучшие трубочки со взбитыми сливками и маленькие белковые печенья, которые таяли на языке, набрав всего, направились в контору, работать дальше. Сегодня был один из тех дней, когда они перетряхивали все дела, пересматривая всю информацию и найденные улики. А сегодня их ждали четыре дела: дело об украденных драгоценностях, дело о проклятии, старое дело о карточном долге и загадочная смерть в приёмной.

До полуночи они успеют обсудить минимум два дела, а мозговой штурм лучше проводить за едой, чашкой бодрящего цикория и сладостями.

– Амалия, дорогая, разложи вкусняшки и ко мне в кабинет. – без приветствия Лекс сгрузил пакеты с едой на стол секретаря, продолжая удерживать горку библиотечных книг. – Контору не закрывать, мы ожидаем посетителя.

– Хм… ожидаете посетителя? А предупредить нельзя было! – пискнула Амалия, почему-то шёпотом.

– Да когда ж… – пожал плечами Лекс – ай, брось лучше разбери это.

– Шарг, что у тебя с лицом?

Жасмин лишь сейчас заметила дроу, сидевшего в дальнем углу приёмной. Глаза выпучены, скулы заострились, а на тёмном лице отпечаталась гримаса не то удивления, ни то страха.

– Вы с ума сошли? – ответил вопросом на вопрос дроу, вытянув руку в сторону приёмного кабинета.

– Да что это с вами? – негодующе возмутился Лекс – парень просто сокровище, и вообще зачем его в кабинете запирать? – не обращая внимание на перекошенные лица коллег, полуэльф прошёл к кабинету, и так и не избавившись от книг, открыл дверь. – Рад, что ты реш… – Лекс так и не договорил, застыв, руки ослабли и книги с лёгким «бам» упала на пол.

Удивившись такому поведению напарника, Жасмин поторопилась к нему и также застыла в дверях, в полном шоке смотря на сидящего за их столом мужчину.

Острые черты в полумраке кабинета казались хищными, колючий взгляд тёмных глаз смотрел с вызовом, чёрные волосы, собранные в замысловатую косу, перекинутую на широкое плечо, выдавали аристократа высшего ранга, губы растянуты в насмешливой улыбке, а чёрные брови издевательски приподняты. Этого человека знали все от мала до велика, это лицо, мелькавшее на страницах газет так же часто, как и лицо его лучшего друга кронпринца Виссариона Ал'Драканхара, единственного сына умирающего императора. У них в кабинете сидел сам лорд Сатар Де’Рамур, глава Службы Безопасности Империи!

Невольно Жасмин сделала несколько шагов назад, последнего, кого она ожидала тут увидеть, это лорд Де’Рамур. Да даже если бы сам её отец появился на пороге конторы, она бы не испугалась так сильно, но глава СБИ. Сделав уже три шага назад, усилием воли она всё же смогла взять себя в руки, выдохнуть, нацепить на лицо доброжелательную улыбку и обойдя всё ещё застывшего партнёр, войти в кабинет.

– Лорд Де’Рамур – поприветствовала она гостя, сделав почтительный поклон, брючный костюм не располагал к реверансам.

Поклон хоть и был вопиющим нарушением этикета, но они не во дворце и даже не в столице. Сейчас он у них в гостях, и несмотря на явную разницу в социальном статусе, в Гласграде уже повсюду проникал этикет делового равенства.

– Чем может быть вам полезна контора частного сыска «Глаз»? – спросила она после недолгой паузы.

Лорд продолжал молча сидеть на их месте, скрестив руки на груди, сверля взглядом вошедших. Лекс, наконец взявший себя в руки, перешагнул через оброненные книги, вошел в кабинет и аккуратно прикрыл за собой дверь, погружая кабинет в полумрак.

– Поговорим – глава СБИ нарушил молчание, кивком указывая им присесть.

В кабинете вспыхнули светильники, и зажгли их не Жасмин с Лексом. Переглянувшись, и попытавшись скрыть недовольство от вопиющей наглости аристократа, напарники прошли к столу и сели в кресла для посетителей.

– Ну, рассказывайте. – потребовал лорд Де’Рамур.

Напарники снова переглянулись, ничего не понимая.

– Простите, Ваша светлость, но что именно рассказывать? – Жасмин удалось сохранить вежливость и скрыть недоумение в голосе.

– Всё – заключил гость надменно.

– А вам откуда рассказывать, с самого рождения или что конкретно интересует? – огрызнулся Лекс, откинувшись на спинку кресла и положив ногу на ногу, также, как и лорд, скрестив руки на груди.

Глава СБИ окинул напарника пристальным взглядом, вглядываясь в непривычные черты полукровки, не скрывая своей брезгливости, скривился, задержав взгляд на ушах, носе и узких плечах напарника.

– С рождения там мало интересного, ваши игрушки меня мало волнуют. – ледяным тоном заметил собеседник. – Я хочу знать всё о смерти лорда Закари Де’Самранка. – потребовал глава самого могущественного первого дома.

Жасмин выругалась про себя, вот знала, что эта смерть принесёт им лишь проблемы. Надо отдать напарнику должное, он даже и бровью не повёл, всё так же расхлестано, сидя в кресле и с лёгкой улыбкой смотря на главу СБИ.

– Боюсь, нам нечего добавить, кроме того, что уже было сказано капитану стражи Эрману. – ответил Лекс.

Жасмин же вознесла благодарность Берегине за информацию, предоставленную Элисом. Так вот какая поверка из столицы ожидала капитана.

– А не нужно бояться, я готов повторно всё выслушать – в тон Лексу ответил лорд.

Какое-то время Лекс молчал.

– Я всё ещё ожидаю ответа – угрожающе потребовал глава СБИ.

– Мужик напоролся на неприятности и в поисках помощи побрёл в сторону жилых строений, но лишь у нас по чистой случайности оказалась открыта входная дверь. С дыркой в животе он вваливается к нам в контору, и умирает на руках прекрасной леди. Конец истории.

Жасмин еле сдержалась, чтобы не выпучить глаза, но всё же сохранила лицо. Однако, оригинальное описание случившегося, ничего не скажешь и даже возразить нечего. А по ошарашенному лицу лорда можно было понять, что ему также, нечего сказать.

– Хм… что же, даже не возразишь – лорд Де’Рамур покачал головой, сдержав улыбку, но дрогнущие уголки губ выдали его эмоции – Но…я бы на вашем месте всё же поменял тон – в голосе космолита послышалась угроза.

В комнате вмиг стало невероятно холодно и душно одновременно, казалось сама реальность начала извиваться, меняться и выворачиваться наизнанку. Вжик! В следующий миг всё вернулось на свои места и реальность снова приобрела обычные очертания.

– Кхым, кхым, кхым, так вам официальный отчёт необходим? – проговорил Лекс откашливаясь – так сразу бы и сказали, показывать своё превосходство над нами убогими не было необходимости.

– Я слушаю – в чёрных глазах космолита на миг вспыхнула радуга, выдавая злость.

Вздохнув, Лекс открыл было рот, чтобы начать рассказ, но Жасмин его перебила. Лекс знал о произошедшем лишь с её слов, а нужно было, чтобы показания тут и данные ранее капитану Эрману совпадали. Так что чётко, как её учили в академии, она доложила о произошедшем главе СБИ. Лорд Де’Рамур слушал молча, не перебивая и не задавая уточняющих вопросов. А после того, как она закончила, он долго молчал, что-то прикидывая в уме.

– Ваши версии, почему лорд Де’Самранк выбрал именно вашу контору, чтобы отойти в свет? – задал вопрос лорд глава.

– Мы не…

– Думаю, тут всё очень просто и не нужно искать дополнительных подтекстов. – перебил её Лекс – так как мы ранее ни разу не сталкивались с лордом Закари, то знать нас лично он не мог, таким образом мы можем предположить две версии: случайность, как я уже говорил ранее, Амалия, наш секретарь, не заперла дверь, и в столь поздний час, раненый, идя по дороге и держась за стены, чтобы не упасть, а в его состоянии держать вертикальное положение было чрезвычайно сложно, и учитывая, что он погиб всего лишь через несколько минут после того как ввалился в нашу дверь, то с лёгкостью можно предположить, что он просто упал к нам на порог.

– Упал?

– Ну да, дверь-то открывается вовнутрь. Облокотился о неё, надавил и вуаля, он не устоял на ногах, падает к нам в приёмную. На шум прибегает Жасмин, но он уже не в силах подняться. Предсмертный бред и душа отправляется в чертоги света.

– Интересная версия. А вторая?

– Вторая более сложная и опирается на то, что в момент смерти это не было горячечным бредом. Предположим, лорд Де’Самранк узнал какую-то тайну, что-то такое, из-за чего его убили, но просто так отдавать свою жизнь за бесплатно он не хотел, и предположим, что он слышал о нашей конторе, которая находится в самом центре Гласграда. Тогда он целенаправленно и шёл к нам, чтобы передать информацию. Но… – Лекс поднял один палец, привлекая внимание – но тогда возникает вопрос, что за тайну узнал лорд Закари, из-за которой и был убит, и кто это те самые предатели, о которых он пытался сообщить Жасмин.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

УБОТ-1284-67 – расшифровка: убийство с особо тяжкими, заведённое в 1284 году от пришествия Идиса, номер 67

Вернуться

2

Марарена асаше – смерть идёт (пер. с мёртвого языка, некогда существовавшего в королевстве Дарксаран)

Вернуться

3

Бандха кара марерана – возрождается смерть (пер. с мёртвого языка, некогда существовавшего в королевстве Дарксаран)

Вернуться

4

СБИ – служба безопасности империи

Вернуться

5

Моджо – карточная игра

Вернуться