# Над бездной

Анна Тимофеева

Это книга про глубину переживаний подростка по имени Аурелия.Внезапно в ее жизни происходят большие перемены: переезд в другой город, первая любовь, самостоятельная жизнь без родителей, долгожданная встреча и возвращение домой. Ее жизнь наполнена событиями, но, оставаясь наедине с собой, она оказывается лицом к лицу с бездной – ее личными переживаниями, ее глубоким внутренним миром. И только любовь отца может исцелить ее.

Надежда Седунова Редактор

© Анна Тимофеева, 2024

ISBN 978-5-0053-7758-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


Аурелия

Аурелия была невысокого роста, с волнистыми волосами, утонченными чертами лица. Глаза небесно-голубого цвета. Кожа бархатистая, как шелк. Словно дюймовочка.

Когда она чувствовала себя неуверенно, она волновалась, краснела, и это придавало ей еще большую привлекательность.

Аурелия была молчаливым и замкнутым ребенком, но при этом любила играть. Ей нравилось жить в фантазиях, придумывать сказочные места, где радостно и можно делать все, что захочется: бродить по морскому берегу и собирать ракушки, шлепать по песку и утопать ногами в нем, пробовать на вкус яблоки в диком саду, забираться на гору и ловить ветер лицом…

Это был секретный мир Аурелии, в который она никого не пускала. И когда она возвращалась из него в обыденную жизнь, все ей казалось серым, бессмысленным, унылым. И это неудивительно, так как ее родители всегда были заняты искусством. Папа был известным композитором. А мама – танцовщицей балета. Почти все свое время они посвящали гастролям и концертам.

Аурелия с нетерпением ждала возвращения родителей, чтобы провести время вместе. Но у них всегда находились дела поважнее – встречи с друзьями, бары, рестораны. И она постепенно стала замыкаться в себе, сделав вывод, что родителям нет никакого дела до дочери.

Аурелия снова и снова погружалась в мир фантазий – туда, где ей было интересно, увлекательно, туда, где можно было спрятаться от того, что не нравилось. В мир легкости, нежности и чувствительности.

А еще она очень любила скрипку и все свободное время посвящала игре на ней, хотя этот процесс давался ей нелегко. Но музыка помогала найти контакт с собой.

Отец иногда заходил к ней в комнату, но лишь для того, чтобы сделать замечание и отметить, как плохо она играет. Он часто говорил, что с такими успехами быть ей только уличным музыкантом. И было очень больно от этих слов, она чувствовала себя потерянной в такие моменты. Каждый раз девочка старалась играть все лучше, чтобы заслужить похвалу. Но это не помогало, и отец все равно находил недочеты и говорил, что она бездарность. Со временем она совсем перестала играть на скрипке и, чтобы не слышать вечных упреков, все чаще уходила из дома.

Отец еще больше злился на нее за такое безответственное поведение.

Но Аурелии было все равно, она действовала вопреки его желаниям, хотя в глубине души надеялась на крепкие объятия отца и его поддержку. Он же был холоден к ней, и она решила, что ей никогда не заслужить его любви. А потом наступил момент, когда она совсем отстранилась. Это произошло внезапно, туман словно развеялся, и Аурелия увидела истинного отца без иллюзий и ожиданий – нетерпеливого, вспыльчивого, упрекающего. И тогда девочка перестала верить и выстроила стену между ним и собой.

– Аурелия, – звала дочь мама, когда возвращалась с гастролей. И девочка получала очередной сувенир из другой страны и слушала бесконечные рассказы о прошедшем выступлении. После чего мама отправлялась спать, а девочка снова оставалась наедине с собой.

Так проходили день за днем.

Когда ей исполнилось 16 лет, вся семья переехала в Рим.

Георг

Георг – коренастый, с карими глазами и темными, как смола, волосами. Вспыльчивый, нетерпеливый и при этом очень ранимый. Выросший в цыганской семье, кочующей с табором. Они часто ночевали в лесу и разводили костер, а вокруг была темнота, только иногда появлялись сверкающие глаза животных в полном мраке. Георг их жутко боялся, но однажды произошло событие, изменившее все, – он встретился лицом к лицу с волком. И это была незабываемая встреча. Георг шел по лесу и вдруг увидел старого волка. Волна страха пробежала по всему телу мальчика. Он встал как вкопанный и не мог пошевелиться, хотя в голове пульсировала мысль: «Беги!» Запах дикого зверя проникал в ноздри. Волк зарычал, показав оскал, и буквально впился глазами в Георга. А потом неожиданно развернулся и, хромая, отправился в лес. Когда мальчик наконец пришел в себя, то подумал, что это был мираж и ему все показалось. Однако после этой встречи в нем что-то поменялось – появилась дикая внутренняя сила.

Когда Георгу было 10 лет, его отца зарезали в драке, и он остался с матерью. После смерти отца Георг как будто потерял опору, а еще ему было невыносимо слышать материнский плач. Поэтому он все чаще уходил в лес – там было намного спокойнее. И, кроме того, каждый раз воспоминания о встрече с волком придавали парню силы.

Без отца мама не могла продолжать кочевой образ жизни и решила ехать в большой город искать работу. Этим городом стал Рим, куда они вскоре переехали и где снимали небольшую квартирку, перебиваясь с копейки на копейку.

Мама Георга была добрейшей души человек. Она никогда не поднимала голос на сына, хотя тот и был с характером. Трепетно ухаживала за ним и постоянно готовила для него еду, редко обращая на себя внимание. После смерти мужа сын стал для нее смыслом жизни.

Георг долго привыкал к Риму – много шума, людей и зданий вызывали чувство беспокойства и причиняли дискомфорт привыкшему к жизни под открытым небом парню. Да и жизнь в неблагоприятном районе отнюдь не радовала – там постоянно ошивались бомжи, ходили попрошайки, бегали крысы и в целом было очень грязно.

Бездомные жили и спали на улице. У кого-то была палатка, у других – в лучшем случае матрас, в худшем – картонка. Было невыносимо каждый день наблюдать такую действительность Рима.

В другой же части города был огромный наплыв туристов со всего мира, восхищающихся прекрасными античными зданиями, пьющих итальянское вино и гуляющих по узким мощеным улочкам от фонтана к фонтану.

А были и те, кто наблюдал за жизнью города из окна квартиры в центре Рима, рассматривая дорогие одежды прогуливающихся дам и синьорин, выходящих с пакетами из дорогих магазинов. Именно в таком доме в центре города жила Аурелия. Потом эти же синьоры и синьорас посещали вечерние концерты, на которых выступали родители Аурелии. Девочка часто сопровождала их за сценой и в гримерной. А после выступления нередки были походы в рестораны на ужин или посиделки в барах с друзьями до утра. Поэтому Аурелия отправлялась домой одна, чувствуя свою ненужность и потерянность.

На следующий день она шла в школу, а после прогуливалась по любимому парку. Что приносило ей радость и вдохновение. В этом же парке часто гулял Георг.

Стоял осенний день. Воздух стал немного прохладнее, а небо изменчивее. Кипарисы издавали приятный аромат. Пальмы наклонялись из стороны в сторону от порывов ветра. Пение птиц успокаивало. В парке можно было спрятаться от городской суеты и переключиться.

В этот день Аурелия сказала родителям, что она чувствует себя гостьей, что ее никто не замечает, и она одинока. После чего резко хлопнула дверью, чтобы как-то выпустить злость.

Девушка уверенно шла по улице и испытывала гамму непонятных чувств. Только подходя к парку, она сбавила темп и наконец, подняв голову, посмотрела на небо, увидела и услышала птиц, почувствовала дуновение ветра.

Аурелия с любопытством изучала изменения в природе, и это помогало ей отвлечься от внутренних диалогов. Неожиданно раздавшийся в кустах шорох привлек внимание девушки. Из зарослей выполз юноша, встал и стал отряхиваться от сухих налипших листьев. Увидев Аурелию, он смутился, а затем стал пятиться назад, лишь бы побыстрее убраться с глаз этой прекрасной девушки.

Аурелия уже немного отошла от испуга и мило улыбалась, ей стало любопытно.

– Stai bene? У тебя все хорошо? – неожиданно для себя спросила Аурелия.

– Sì, scusa se ti ho spaventato. Да, извини, что напугал тебя, – отвечал Георг.

– Non avevo pauro. А я и не испугалась! Сама люблю проводить время в одиночестве и вытворять всякие нелепости.

– Тебя как зовут? – громко спросил Георг.

– Аурелия, – покраснев, ответила она.

– Какое красивое имя!