Алексей Кукушкин
Двуединая монархия. В Великой войне 14 года

Вступление

Данное произведение признано объединить не объединяемое, а именно исторические события, которые творятся отдельными людьми и совсем не так, как это было в настоящей жизни, летоисчисление которое не соответствовало современному, альтернативные проекты боевой техники и этапы его применения, так как во многих других исторических источниках я встречал все по отдельности, а вместе никогда. Не обойдем мы вниманием и промышленность всех воюющих стран и Австро-Венгрии в частности, а её было так много, что хватило при развале страны на Чехию, Австрию, Венгрию и много еще чего досталось Югославии, Румынии и даже Польше со Словенией. Интересны культурные события той поры: фильмы, книги, газеты, а также что окружало простых людей, в частности, архитектура и автомобили.

Отдаю дань отсутствию времени у каждого читающего и фактически разбил книгу по темам и людям и, введя поиск – флот, можно игнорируя все другие подробности пробежаться по действиям флота, или взяв конкретного человека, например командующего флота Монтекукколи, узнать, как изо дня в день действовал этот адмирал.

Чтобы быть кратким и осветить все действия, происходящие в данный исторический период, постарался одно событие, или точку зрения каждого конкретного человека уместить на одну страницу с заголовком, датой и временем. В дальнейшем можно довольно легко добавить по желанию все, что захочешь, и события одно меняя другое обеспечат представление в голове каждого пытающегося взглянуть за занавес времени единую картину восприятия, только описанную с отдельных сторон и глазами генерала/адмирала, офицера, мирного жителя, политика, корреспондента, рабочего у станка, или же простой кухарки, которая по мнению Ленина может управлять государством[1], но полная фраза этого выдающегося человека приведена, ниже. Я как автор попытаюсь совместить не совместимое и подробно рассказать о той борьбе, что развернулась на суше и море, а также первопричину происходящих событий, попутно освящая культуру, технологии и множество событий, происходящих в этот год имеющих очень важное влияние и на нашу современную жизнь.

Последние мирные дни

27 июня 1914 года, военно-морская база флота Австро-Венгрии – Пола.

Адмирал Рудольф Монтекукколи расхаживал по палубе своего флагманского линейного корабля «Вирибус Унитис» и рассматривает его орудия установленные в четырех трехорудийных башнях калибром 12-дюймов, установленных по самой перспективной системе, а именно линейно – возвышенной. Она позволяет не только обеспечить внушительный бортовой залп в 5400 килограммов металла на дальность в 20 километров или 110 кабельтовых, но и носовой с кормовым залпом в половину данного количества, к тому же линкор, детище знаменитого в своих кругах Зигфрида Поппера, был забронирован 11-дюймовым броневым поясом от носовой до кормовой башни, а также практически весь борт, но плитами меньшей толщины. Более того, построенный за 82 миллиона золотых крон корабль имел даже два бронированных днища толщиной 25,4 миллиметра или 1-дюйм. Но была и обратная сторона излишне перегруженных артиллерией оконечностей корабля, неудовлетворительная мореходность, зарывание носом в волны даже при среднем волнении и невозможность вести огонь из носовой башни на волнении, но все же главные силы флота свои 20 узлов уверенно развивали, а при положительном стечении обстоятельств: очищенном днище, перебранных машинах, опытной машинной команде и других, включая направление ветра и волнение на море, даже до 20,9 узла.

«Но, к сожалению, таких линкоров у двуединой монархии в данный момент только два! – подумал адмирал Рудольф, – еще один «Принц Ойген» должен быть введен в строй через две недели, а четвертый представитель серии «Святой Иштван» который комплектуется исключительно знатью Венгрии, только вообще в конце следующего 15-го года».

Еще на стапелях находятся три Rapidkreuzer – быстроходных крейсера с бортовой броней в 60-мм способных выдавать 27 узлов и вооруженных девятью 100-мм орудиями фирмы «Шкода» с их завода в Пльзене[2], и войти в строй они должны «Сайда» 3 августа этого года, «Гельгогланд» 1 сентября, а «Наварра» 11 января следующего 15-го года. Все строиться с чисто австрийской пунктуальностью и рачительностью.

«Пока придется рассчитывать на корабли, что имелись и передать капитану фон Траппу командующему крейсером «Кайзерин Элизабет» базирующемуся в германском порту Циндао спешно возвращаться. В воздухе пахнет грозой и не хотелось, чтобы из данного крейсера получился еще один «Варяг» матросы должны выполнять свой долг, а не гибнуть по причине глупости какого-либо из командующих.

28 июня, генеральный штаб Австро-Венгрии, Вена.

Франц Конрад фон Хётцендорф рассуждает сидя в своём кресле: «Увлечение моряков торпедным оружием мне понятно, но зачем, же Рудольф Монтекукколи заказал сразу сорок комплектов, вот что вызывает серьезные опасения, так как такую прорву торпед надо снарядить, где-то хранить, да еще и необходимо своевременно обслужить. Где взять столько обученного персонала? Вполне возможно такое огромное количество торпед создаст большую угрозу собственному флоту, нежели флоту противника».

– Но есть и положительные стороны нашего усиления, – произнес фон Хётцендорф, – прибыв в штаб 1-й армии к фельдмаршалу Салис-Соглио.

– Я уже наслышан, – ответил фельдмаршал главнокомандующему, – Итальянцы передали нам в пользование остров Калимнос, и он как кость в горле может быть у наших врагов, если перебазировать туда несколько крейсеров и подводных лодок.

– Пусть Монтекукколи с этим разбирается, а Вы доложите мне, какими силами располагает 1-я армия здесь в Кракове?

– У меня имеется в распоряжении 5-я пехотная дивизия с артиллерийской бригадой в пять тысяч солдат и сорок одним 75-мм орудием, а также 12-я и 49-я пехотные дивизии.

– Сколько у Вас человек в штабе и кавалерии?

– В штабе находятся 1500 офицеров и солдат, обеспечивающих его работу, а в кавалерийской дивизии 2400 улан и драгун с четырьмя орудиями сведенные в 7-ю кавалерийскую дивизию.

– Нас русские съедят на завтрак с такими силами! – воскликнул Хётцендорф.

– Ну непосредственно в прилегающих к Кракову регионах Сосновец и Радом сил неприятеля нет, кроме пограничной стражи, которая не в счет, а в Варшаве да, – вздохнул командующий 1-й армии двуединой монархии, – 2-я армия Самсонова и еще два корпуса 15-й и 23-й, а в Люблине базируется еще 14-й, но во-первых в случае начала боевых действий этой массе войск придется сражаться еще и с германцами, а 14-му корпусу противостоят наши 2-я и 3-я армии генералов фон Паара и фон Бидермейера соответственно, а у нас еще имеется 2-й корпус в составе 15-й, 27-й, 39-й дивизий и 11-й кавалерийской, так что при любом возможном обострении обстановки мы сможем с честью наступать. Вы действительно считаете, что война не за горами?

– Мы с вами главнокомандующие и должны знать больше простых офицеров, – Хётцендорф нахмурил лоб, – в мире очень много противоречий, которых кроме как войной не решить, ну а мы её движущий механизм.

29 июня, понедельник. Руководитель военной разведки Австро-Венгрии Максимилиан Ронге узнал о вчерашнем покушении на эрцгерцога Франц Фердинанда, и глубоко задумался о происходящем.

Гаврило Принцип убивает Франца Фердинанда. Рисунок из австрийской газеты 1914 и Максимилиан Ронге (Скорпион, 4)

Настоящий император Франц Иосиф стар. Он планировал отойти от дел, и передать всё сыну своего брата, но на данный момент это стало невозможно, и придется ему еще тянуть лямку тяжелой ноши, ведя двуединую монархию к новым победам, как через внутренние проблемы и преобразования, так и отстаивая всё это в борьбе с внешним врагом.

Слава Богу, что нас поддерживает Германская империя, Итальянское королевство, Оттоманская империя и еще Болгария, союзник вроде бы небольшой, но имеющий протяженную границу с Сербией и армию в 50000 солдат и 141 орудие калибром более 2-дюймов, против наших 445000 солдат и 1300 орудий, среди которых, к сожалению, не было орудий крупного калибра. Максимилиан приложил большие усилия в деле отстранения своего предшественника Альфреда Редля из Лемберга[3] который продался русским агентам и передавал всю имеющуюся информацию, и именно из-за таких «крыс» его родину и не считали за серьезную силу, а зря. Население хоть и лоскутное, более 11 наций, со своими традициями, но имеют костяк из 25 процентов немцев, а это означает не только принятый в Германии ордунг, но и множество технических достижений, которые сейчас внедряются.

30 июня, вторник. Главный инженер фирмы «Шкода» пытается разрабатывать новую гаубицу для оснащения артиллерийских полков корпусов и армий двуединой монархии. По его разумению им может стать новое 15-сантиметровое орудие в противовес 8-сантиметровому орудию, состоящему на вооружении в настоящее время.

Skoda 15cm field howitzer an der Kreuzbergstraße и 8-cm FK M5

«Ведь что требуется от пушки? – рассуждал главный инженер, – надежно поражать живую силу противника и его артиллерию, осуществляя огневой вал, за которым могут следовать войска. А в данный момент у 8-см орудия стале-бронзовый ствол, выпускаемый потому, что орудийной стали катастрофически не хватает, дальность огня гранатой весом в 6,68 килограммов составляет 7000 метров, а шрапнелью с 332 пулями 6000 метров. Орудие разбирается на три части само орудие в люльке с ручкам, для удобства демонтажа, весом 685 кг, щит с осью, весом 500 кг, лафет, весом 500 кг, и каждая из частей может транспортироваться гужевым транспортом.

Новое же 15-сантиметровое орудие весит 2765 килограммов, и выстреливает 41-килограммовые снаряды, или в шесть раз более тяжелые чем у 8-см модели, на дальность 8760 метров со скорострельностью в 1–2 выстрела в минуту, в зависимости от натренированности расчёта, подвоза боеприпасов и подачи данных от корректировщиков огня. Внедрение данной артиллерийской системы позволит даже пехотным дивизиям брать крепости, а также подавлять огнем не только передовые окопы противника, но и эффективно действовать по штабам вражеских войск, а также полевым батареям, так как дальность ее соответствовала русской 3-дюймовой пушке и нашим частям не придется терпеть огонь врага, самим ничего на это не отвечая, а ведь именно Российская империя объединившая Московию, Ингеманландию, Поволжье и Урал, а также казаков первый претендент на соперничество с двуединой монархией.

1 июля, среда. Судостроительный завод фирмы в «Уайтхед» заказал себе в этот день грузовик шампанского, а все благодаря тому, что прославленный австрийский адмирал Рудольф Монтекукколи прибыв сюда заказал сорок комплектов торпедно-минного оружия для всех кораблей австро-венгерского флота, включая старые крейсера и броненосцы, с тем расчётом, чтобы они стали крепким орешком для всех кто решиться на них напасть и смогли за себя простоять, а также стали кузницей кадров для более легких сил флота, где использование минного оружия куда более широко развито.

Торпеда Уайтхеда и судостроительный завод в Фиуме, 1910 год.

«Флот двуединой монархии, – как разоткровенничался Монтекукколи, предвкушая существенное усиление вверенных ему сил, при встрече, – уже разделен на четыре эскадры, согласно своим тактическим возможностям, и наиболее современные корабли перебазированы в Сплит, находящийся максимально близко ко входу в Адриатическое море. Но еще более близкие порты Книн и Дубровник не обладают теми ремонтными мощностями, которые нужны флоту. Там нет возможности ремонтировать имплозийные[4] двигатели на которых работают наши котлы, а также ремонтировать орудия, а в случае любых столкновений причинение ущерба нашим кораблям неизбежно и порт должен не только быстро устранить потери, но и защитить от преследователей, а также осуществлять весь комплекс необходимых мер».

2 июля, четверг. Франц Конрад фон Хётцендорф прибыл со своим походным штабом, трясясь на дюжине автомобилях type J (мотор 7,4 литра, 45 л/с) – производства фирмы NESSELSDORFER по раскисшим дорогам Тарнува[5], куда следом за ним двигалась вся 1-я армия, отдавая район Кракова своему 2-му корпусу.

NW J, модель от Nesselsdorfer Wagenbau и герб компании.

Главнокомандующий прибыл в штаб 2-й армии и первым делом спросил у Эдуарда фон Паара, который был по совместительству генерал-адъютантом императора и сюда был назначен совсем недавно:

– Я видел, когда приближался к расположению вверенных Вам войск, что 6-я кавалерийская дивизия отбыла в Тарнополь[6]. С чем же вы остались и так ли нужно было подобное мероприятие?

– У меня в распоряжении остаются помимо штаба еще части 2-й пехотной, 24-й и 45-й дивизий с артиллерийским полком, а против нас же стоят части пехотной, двух стрелковых, правда укомплектованных на половину и двух кавалерийских русских дивизий четырех полкового состава состоящих из уланского, гусарского, драгунского и казачьих полков с пулеметами и дивизионом конной артиллерии каждая.

– Но какова цель отдачи Вашего приказа?

– Обстановка обостряется, вот я и приказал нашим кавалеристам объединиться с 4-й и 8-й кавалерийскими дивизиями 3-й армии и создать там кавалерийский корпус, который не только прикроет наш фланг, но и не допустит захвата региона русскими войсками в случае дальнейшего обострения обстановки, и послужит мобильной завесой перед их дивизиями и частями.

3 июля, пятница. Главнокомандующий последовал на своих одиннадцати машинах во Львов в штаб 3-й армии под командованием фельдцейхмейстера[7] Фридриха фон Бек Ржиковского.

Флаг Сухопутных войск Австро-Венгерской Империи и Фридрих фон Бек-Ржиковский (Овен, 9)

– Вы как я погляжу договорились с фон Пааром и тоже отправили свою кавалерию защищать степи под Тарнополем?

– На мой взгляд это разумный шаг, так как он избавит нас от неожиданностей, – ответил Бек-Ржиковский, и Вы не смотрите что я 1830 года рождения, мне отнюдь не 84 года, так как время считается не линейно, и был перескок в нашем мире 1888–1900 год, когда Вильгельм I преставился[8], его преемник Фридрих III он же русский император Александр III процарствовал всего 99 дней и на престол взошел Вильгельм II, то летоисчисление начали с этого года и начался 1900 год.

– Данный факт мне известен, – произнес Хётцендорф, – но Вы поймите, что у русских в Ровно и Проскурове сосредоточены не только 2-я сводная казачья дивизия и 11-я и 12-я кавалерийские, против которых наши части выстоять способны, но и еще пять пехотных дивизий, которые разделают кавалеристов на колбасу, а потом дружно съедят, и даже на марше они не способны нанести русским какой либо урон, так как против сосредоточенного огня «мосинок» они беззащитны.

– Но все равно пусть побудут мобильной завесой, пока не подойдет пехота.

4 июля, суббота. Подводные лодки австро-венгерского флота прибыли на базу Калимнос в Эгейском море милостиво уступленную итальянцами за полной ненадобностью, но оборудованную молом, маяком, парой батарей устаревших орудий, домиками для подводников, зарядной станцией для аккумуляторов батарей и личным подсобным хозяйством, а также складом с запасом консервированных продуктов. На острове имелась небольшая взлетно-посадочная полоса и высокая мачта для приема дирижаблей.

Подводная лодка U-5.

Субмарины данного типа имели водоизмещение 240/270 тонн, размеры: 105×13×12 футов[9], два шестицилиндровых бензиновых двигателя мощностью 500 л/с и два электромотора по 230 л/с, что позволяло достигать скорости 10,7 узла в надводном положении и 8,5 узла в подводном положении, экипаж состоял из 19 моряков, а вооружение состояло из двух 450-мм торпедных аппаратов и четырех торпед.

Командующий флотилией Георг Людвиг фон Трапп уроженец города Задар, столицы Далмации, которая по воле рока вступила сперва в состав Хорватии, а затем и Венгрии, но навсегда осталась самобытной и связанной с морем. Фон Трапп был участником подавления восстания Боксеров в Китае, а правильно Чине, жена его Мария, которую он очень любил рожала каждый год плоды их любви и здесь на каменистом Калимносе ему её очень не хватало, но раз император отправил его сюда контролировать грузоперевозки в греческие порты, то так тому и быть, он честно исполнит свой долг, несмотря на противодействие любого флота.

5 июля, воскресенье. Три кавалерийские дивизии 4-я, 6-я и 8-я ведомые приказом прибыли в провинцию Тарнополь.

Форма кавалеристов Австро-Венгрии 1900 год.

Сама провинция была сугубо сельскохозяйственной и защищать здесь было особо нечего, только действовали: паровая мельница, кирпичный и пивоваренный заводы, польская гимназия, реальное училище, польско-русская учительская семинария, иезуитский коллегий, а также торговые заведения. Город был соединен с Лембергом железной дорогой так что снабжение проблем не составляло, и даже все 36 орудий приданных трем кавалерийским дивизиям в регион доставили по ней, а все 12 кавалерийских полков трех кавалерийских дивизий передвигались по грунтовым дорогам, а также вдоль железнодорожной насыпи. Впереди каждого из полков двигались и две саперные роты, а пулеметные роты, с восемью пулеметами каждая, были как правило в боковом охранении и могли в случае возникновения какой-либо непредвиденной ситуации дать время основным силам полков развернуться и в зависимости от ситуации контратаковать, либо занять оборону и выждать подхода подкреплений, в общем командующий Франц Рор фон Дента, внук плотника из северной Чехии, а сейчас командующий гонведа Венгрии остался доволен своими бойцами.

6 июля, понедельник. На аэродроме под Веной авиаконструктор Игнац Этрих прибыл как всегда утром пешком, благо его дом был неподалеку. На аэродроме стояли двадцать семь, нет уже двадцать восемь, последний был собран вчера вечером самолетов Etrich Taube и к ним уже спешили пилоты под руководством человека, влюбленного в своё дело гауптмана[10] Годвина Брумовского жизни не чаявшего без крылатых машин. Самолет оснащался двигателем Мерседес, мощностью 86 л/с, вес аппарата составлял 850 килограммов, скорость 100 километров в час, дальность полета 140 километров, а высота до 2 километров, но все же он летал и мог бомбить противника ручными гранатами, а пилоты стрелять из личного оружия.

Самолет «Таубе» над французскими позициями.

7 июля, вторник. Император Франц-Иосиф тяжело переживал гибель своего наследника Франца Фердинанда, ведь тот не смотря на всю свою заносчивость был олицетворением всех его надежд и чаяний. Ведь кто бы мог подумать, то, что сделал он. Легко собрать моноязычную нацию из русских, англичан либо итальянцев с французами. Тяжелее из германцев, где население северных областей не понимает население южных, хотя впрочем и у французов с итальянцами с этим тоже проблемы, и первый форум по германскому языку[11] был проведен всего двенадцать лет назад, а ему удалось из одиннадцати национальностей создать единое государство, объединить его на основе двух крупнейших народностей немцев разговаривающих на австрийском диалекте германского и венгров. Причем национальности обладали как собственным парламентом, так и собственными полками куда посылали уж очень махровых националистов, а большинство шло служить в объединенную имперскую армию, со всеми вытекающими, когда одна рота не понимала другую, а знали лишь сотню команд на чуждом германском языке. Но и тут не все так однозначно, так как немцы, православные, инородцы или евреи не иначе как вероисповедания, а никак не национальности. Национальностями они станут тогда, когда забудут о истинном пути: немцы – технологическом, православные – сельскохозяйственно-торговом, евреи – финансовом, инородцы – транспортно-кочевом, каждый начнет заниматься не свойственным ему делом и разговаривать на разных языках, раздербанят единую религию и создадут каждый свою историю.

И именно чтобы этого не случилось мудрый Франц Иосиф договорился со всеми с кем мог, а именно с Болгарией и Оттоманской империей в первую очередь, Итальянцев решил повязать кровью попросив несколько корпусов в десяток дивизий для охраны границ империи, а также германского императора Вильгельма II, заверил в надежности своих принципов и уборке от границ 2-го рейха 8-го и 9-го корпусов, и в свою очередь попросил убрать из района Байройта две дивизии ландвера, две резерва и одну горную, и найти им какое либо другое подходящее место, а также изыскать корабли для усиления императорского и королевского флота новыми судами которые смогут совместно действовать с 1-й и 2-й эскадрами линкоров.

8 июля, среда. Командующий 5-го корпуса австро-венгерской армии совершающий марш по Прессбургу (Братиславе) за целый день успел побывать во всех своих подразделениях. Первыми поприветствовали прославленного генерала Пауля Пухалло фон Брлога, потомственного военного, занимавшего в недавнем прошлом должность начальника академии генерального штаба, и действительного тайного[12] советника. Его корпус включал в себя 14-ю пехотную дивизию с полком артиллерии, 33-ю пехотную дивизию без усиления, 2-ю кавалерийскую дивизию, а это четыре кавалерийских полка плюс еще дивизия венгерской армии за номером 37.

Эмблема вооружённых сил Венгрии и П. Пухалло. 1914 г. (Рыбы, 7)

Вооружение дивизий имперской и венгерской армии, носившей национальное обозначение, гонвед[13] практически ни чем не отличалось, а вот в самом Прессбурге было на что поглядеть. В городе функционировало железнодорожное сообщение в Веной, работал газовый завод, соответственно было газовое освещение, канализация, электроснабжение и телефонная связь, водопровод в частные дома, мост через реку Дунай, которая раньше называлась Европа, трамвайное сообщение, химический и нефтеперерабатывающий завод, а из культурных объектов выделялись городской театр и только открытый Венгерский университет Елизаветы.

9 июля, четверг. Командующий флотом двуединой монархии Рудольф Монтекукколи совершил инспекционную поездку на строящийся в «Ganz & Company’s Danubius» в Фиуме верфи линкор «Сент-Иштван».

Спуск судна на воду и граф Рудольф Монтекукколи дели Эрри (Рыбы, 4)

Не нравилось, как обстоят дела на этой верфи буквально все. Настораживало, что верфь раньше строила только гражданские суда, а опыта строительства больших кораблей, особенно такой как этот у неё не было, но жажда освоить 60 миллионов крон[14] или 18,293 тонны благородного металла взяла свое. Не вязалась в голове свистопляска с названием корабля, так как венгерский парламент хотел назвать его «Хуньяди» (SMS Hunyadi) в честь венгерского полководца, а покойный Франц Фердинанд, не терпевший венгерской сепаратизма «Лаудон» (SMS Laudon), в честь полководца австрийского. Также настораживала смерть случайного человека при спуске судна, а что касаемо технической части 152-метрового 21600 тонного корабля, то отличием была энергетическая установка состоящая из двух паровых турбин «AEG-Curtis» и дюжины паровых котлов «Babcock & Wilcox», против проверенных на предыдущих трех кораблях серии четырех паровых турбин «Parsons» и дюжины котлов «Yarrow», но впрочем развивающих мощность в 25000 л/с, что должно обеспечить максимальную скорость до 21 узла при самых благоприятных обстоятельствах, и останется только дождаться вступления в строй этого чуда-техники ориентировочно в декабре 15 года.

10 июля, пятница. После такого разочарования и ожидания чего-то нехорошего и тяжелого как в жизни еще строящегося корабля, так и вскормившего его флота Рудольф Монтекукколи взошел на борт новейшего миноносца австро-венгерского флота SMS Triglav (названный в честь самой высокой горы южных Альп) и направился к своей 1-й дивизии линкоров, в состав которой совсем недавно вошел «Принц Евгений» названный в честь знаменитого военачальника Евгения Савойского.

Австро-венгерский миноносец SMS Triglav.

«Миноносец получился на редкость удачным и скоростным, на данный момент в строю таких насчитывалось десять единиц, и они все служили при первой эскадре, где уже насчитывалось три дредноута. Корабль имел водоизмещение 1000 тонн, размерения 83,5×7,8×3 метра, две паровые турбины AEG-Curtiss, шесть паровых котлов Yarrow обеспечивающих сообща мощность 20600 л/с и скорость 32,6 узлов. Экипаж кораблика составлял 105 офицеров и матросов, вооружение из двух 100-мм орудий, шести 66-мм скорострельных пушек и двух сдвоенных 450-мм торпедных аппаратов. Боевые возможности не то, что огромные, – рассудил Рудольф, подставив лицо под набегающие потоки ветра, – но для нашего флота, данный проект свежий ветер, и обеспечение скорости в совокупности с вооружением, а также превосходство над любым другим кораблем подобного класса, а также заботило адмирала, предстоящее совещание через одиннадцать дней в Берлине, о помощи Германии своему южному соседу».

11 июля, суббота. Багдадская железная дорога благодаря усилиям многих людей и предприятий была открыта. Её создатель Вильгельм фон Прессель умер двенадцать лет назад, и всю славу забрал Георг фон Сименс, но работы человека: «Les chemins de fer en Turquie d’Asie» (Цюрих, 1902. «Ventilation und Abkühlung langer Alpentunnels» (1881); «Das Anatolische Eisenbahnnetz» («Zeitschrift für Eisenb. der österr.-ungar. Monarchie», 1888); «Réseau ferré de la Turquie d’Asie» (Вена, 1900), заставили всех считаться с его авторством.

Один из вариантов трассы.

Сама дорога, как оценивал её Франц Фердинанд, реализовала давние чаяния австро-венгерского государства к интеграции экономической мощи севера, и многообразия юга, как культурного, так и кулинарного, и должна привнести в общество двуединой монархии, как новые нотки, так и множество средств, буквально взорвав экономику золотом и серебром, полюс к этому наконец-то войдет в обращение множество стальных цистерн, сохраняющих свойства черного золота, на всем его протяжении, а не несколько дней как раньше в деревянных прототипах. Значительно упрощается переброска грузов.

17 июля, пятница. Бронепалубный крейсер типа «Навара», под названием «Сайда» готовился быть достроенным, оснащенным и вступить в строй на верфи Cantiere Navaie Triestino, что расположена в уютном городке не границе с Италией Монфальконе.

Лёгкий крейсер «Сайда» типа «Новара».

Сам по себе корабль замечательный, водоизмещением в 4000 тонн, размерениями 130,6×12,8×5,3 метра, в движение его приводили две паровые турбины Melms-Pfenniger, питаемые шестнадцатью водотрубными котлами Ярроу. Мощность при этом составляла 30000 л/с, а скорость 27 узлов. Но самое главное при относительно скромном вооружении при девяти 100-мм/50-калиберных орудиях за 1½ – дюймовыми броневыми щитами и тремя двойными 450-мм торпедными аппаратами у корабля ещё имелся 60-мм броневой пояс, позволявший кораблю маневрировать от противника на тех дистанциях, которые ранее небыли доступны и не только выполнять свою функциональную роль разведчика при эскадре, но и ввести в действие свою не многочисленную артиллерию, а при благоприятном стечении обстоятельств и хода событий даже 450-мм торпедные аппараты. В целом корабль выглядел мощно, на самом пике развития вооружений на сегодняшний момент, а также в голову приходила перспектива клонировать проект и строить подобные корабли еще и ещё для славы отечества и мощи родного флота.

18 июля, суббота. На наглость надо реагировать наглостью, на силу – силой, так считал и император Франц Иосиф и канцлер, а по совместительству и министр иностранных дел Леопольд Берхтольд.

Канцлер Леопольд фон Берхтольд и император Франц Иосиф.

Убийцам наследника имперского престола выдвинуты обвинения, но они, изображая позерство приняли все условия кроме одного, а это де факто являлось не принятием условий, а значит пусть разразиться ВОЙНА! Требования были следующие: запретить издания, пропагандирующие ненависть к Австро-Венгрии и нарушение ее территориальной целостности. Закрыть общество «Народная оборона» и все другие союзы и организации, ведущие враждебную пропаганду. Исключить антиавстрийскую пропаганду из народного образования. Уволить с военной и государственной службы всех офицеров и чиновников, которые занимаются антиавстрийской пропагандой. Допустить к работе на территории Сербии государственные службы империи для прекращения любой враждебной деятельности. Провести расследование против каждого из участников Сараевского убийства с участием австрийского правительства. Арестовать майора Воислава Танкосича и Милана Цигановича, причастных к Сараевскому убийству. Принять эффективные меры для предотвращения контрабанды оружия и взрывчатки в Австрию, арестовать пограничников, которые помогли убийцам пересечь границу. Но один пункт, касаемый судопроизводства, а это фактически означало НЕТ!

19 июля, воскресенье. Министр финансов Цислейтании[15] Леон фон Белинский, несмотря на выходной день, все равно пришел на своё рабочее место в здание Рейхстрата чтобы ознакомиться со срочными документами.

Здание Рейхсрата в Вене. Около 1900 года.

Вокруг его империи было не спокойно. Отправлен ультиматум Сербии. Престарелый император войны не хочет, но на него слишком многие оказывают давление, предполагая, что будет маленькая победоносная война и будет касаться лишь Сербии, но ставки слишком высоки, и Европа подобна пороховой бочке, только и ждет искры и все противоречия на данный момент все политики жаждут решить лишь кровью. К сожалению, данный метод в интересах и промышленных магнатов, которые произвели уже вооружений столько, что для мирного времени превышены все пределы, а для военного, лишь начало. В интересах и финансистов предстоящие возможные баталии, особенно американских, которые ищут место куда вложить свои капиталы, желательно на пару лет и под бешенный процент. Леон это знал точно, как никто другой, так как заправлял всей экономикой империи.

20 июля, понедельник. Император Франц Иосиф и его предполагаемый наследник престола Карл I, которому возраста всего 27 лет присутствуют в Триесте на верфи фирмы Stabilimento Tecnico Triestino, на которой были построены все три линкора типа «Тегетхофф» в 13–14 годах, три линкора типа «Радецкий» в 8-11 годах, три линкора типа «Эрцгерцог Карл» в 6–7 году, три броненосца типа «Габсбург» во 2–4 году и более ранние модели, а фактически весь австро-венгерский флот.

– Новые корабли будут мощнее всех этих кораблей вместе взятых, – довольно обозревает верфь молодой наследник, – да еще один линкор закладываем на верфи в Фиуме, где строиться еще «Вирибус Унитис».

– Здесь строят лучше, – по стариковски ворчливо ответил Франц Фердинанд, осматриваясь вокруг, – когда очутишься у власти, то не ставь все ставки на одну лошадь, я имею ввиду Венгрию, страна сильна когда в ней уважаются все нации, даже русины и мадьяры с итальянцами, и умей отстаивать не местечковые интересы, а общей страны, тогда и страна будет богатая и уважаемая.

– Но Венгры по праву считаются равным партнером Австрийцам, а те не ценят.

– Если бы не ценили, то завоевали бы вашего брата, даже пригласив германцев, а так нет, договариваемся, так как мы не германия, а Австро-Венгрия, и у нас собственный путь и своё понимание как экономики, так и культуры.

– В чем же наш путь? – спросил наследник, оказавшийся в данной роли лишь по воле случая и мечтая, как бы побыстрее взять удила власти в свои руки, – я думал вечный мир наша сила, но и слабость.

– Худой мир лучше доброй ссоры, ты пойми, что ресурсы империи ограничены, противники в лице что Российской империи, отколовшейся от Пруссии, что Великобритании постоянно менявшую союзников, подобно Гидре, что отколовшейся от единой Германии Франконии[16] со столицей в Лютеции, которую сейчас по недоразумению зовут Париж, и если мы вступим в долгую войну, то не выдержим.

– Император, с чего Вы взяли что война будет долгой, конфликт если я так понимаю будет подобен недавней Балканской войне продлившейся всего год, мы сейчас в союзе с Германской империей, Болгарией, чей король Фердинанд I, является у нас богатым землевладельцем, и Оттоманской империей, где Энвер Паша смотрит Германии в рот, и поддерживает во всем.

– Ты слишком молод, а за твою учебу страна заплатит сотнями тысяч жизней, но эти жертвы необходимы для очищения и перевоплощения нашей страны, которая я верю, как птица феникс возродиться из пепла и взлетит.

21 июля, вторник. Вице-адмирал флота двуединой монархии, Карл Стефан Австрийский стоя на мостике своего флагмана линкора «Тегетхофф» читал распоряжение командующего флота: «Совершить рейд до острова Калимнос с целью демонстрации флага и тренировки личного состава».

Линейный корабль SMS Tegetthoff и вице-адмирал Карл Стефан Ойген Виктор Феликс Мария Австрийский (54 года, дева, 2).

Возможности своего отряда он оценивал здраво, не даром провел всю жизнь на флоте, в отличие от своего старшего брата Фридриха, который был главнокомандующим имперской армии. Регион был ему отлично знаком, а ближайшие силы других стран располагались достаточно далеко: Черноморский флот российской империи в составе пяти броненосцев, заперт за проливами, англичане держали свою многочисленную эскадру из семи дредноутов и восьми броненосных крейсеров в Гибралтаре, французы два своих новейших дредноута, пятнадцать эскадренных броненосцев и множество остальных кораблей держали на рейде Тулона, совершая лишь не многочисленные вояжи до Корсики, итальянцы вроде бы союзники, но как-то уже и нет, отвечающие отказом на все предложения о совместном маневрировании, жмутся в Таранто со своими тремя дредноутами и семью эскадренными броненосцами. Так что в Эгейском море авангард флота двуединой монархии будет ходить, опасаясь только подводных скал и штормов королем, тем более что за ним, должен пойти сам Рудольф Монтекукколи с тремя преддредноутами «Радецкий», тремя эскадренными броненосцами «Эрцгерцог Карл» и тремя броненосцами береговой обороны «Габсбург» чтобы тоже как и продемонстрировать флаг, заходя в Оттоманские и Греческие порты, а также натренировать экипажи в преддверии грозы, а то засиделись матросы в портах, а там служба совершенно не такая как в море, тем более опасность здесь может поджидать на каждом шагу и опыт его преодоления не помешает.

22 июля, среда. «В море совсем все по-другому, нежели на берегу, где суета и неурядица преследует тебя буквально всюду, – думает вице-адмирал Карл Стефан, командующий австрийским авангардом, – смотря в бинокль французский крейсер «Дюпле» и еще «Виктор Писани», с разницей в час.

Французский броненосный крейсер «Дюпле», водоизмещение 7600 тонн, 130×17,8×7,4 метра, броня Гарвея, пояс 4-дюйма, башни 5-дюймов, 3 паровые машины тройного расширения, 24 котла, 21 узел, 570 человек, два 16-см орудия, четыре 10-см скорострельных орудий, два 45-см торпедных аппарата)

Крейсера двух стран были похожи, как по годам вступления в строй, так и конструкцией, скоростью, броня борта у итальянца была несколько толще, а именно 6-дюймов, но данное обстоятельство роли не играло, корабли могли при встрече с их австрийским коллегами лишь только связать боем, нахвататься снарядов и лишь затем пойти на дно. Чуть обогнал эскадру везущий вероятно на Родос подкрепления итальянский транспорт. А с проходящего мимо леудо удалось не только основательно закупиться вином, но и получить информацию, что у берегов Триполи видели огни британских подводных лодок.

«Видимо англичане решили и в состав своего флота решили включить данный презренный тип оружия, – решил Карл Стефан, – подводных лодок я не боюсь, пусть о них позаботятся те десять эскадренных миноносцев, которые я взял с собой из Сплита. В целом движение собственного флота ему нравилось и вселяло уверенность, тем не объяснимым чувством, что все по силам, и со всеми возникшими обстоятельствами удастся справиться».

Радовало вице-адмирала и то обстоятельство, что пару дней назад император Франц Иосиф и его наследник заложили два сверхдредноута, каких у всех средиземноморских держав еще не было, а учитывая мощь промышленности Германии, помноженную на австрийский технологический задел гарантированное вступление данных кораблей в строй можно ожидать в августе 18 года, и вот тогда то и покажем всем чей флот мощнее.

23 июля, четверг. Рудольф Монтекукколи главнокомандующий всего австро-венгерского флота идет вслед за тремя линкорами и десятью эсминцами авангарда на трех преддредноутах типа «Радецкий», трех броненосцах типа «Эрцгерцог Карл», трех броненосцах небольшого водоизмещения типа «Габсбург» и трех броненосных крейсеров типа «Святой Георг», а также минного крейсера «Адмирал Шпаун» и пяти миноносцев типа Tb 74T.

Крейсер-скаут «Адмирал Шпаун» (4000 тонн, 130×12,6×5,3 метра, броня борта 60мм, шесть паровых турбин Парсонса, 16 водотрубных котлов Ярроу, 25000 л/с, 4 винта, 27 узлов, 327 человек, 7-100-мм орудий, четыре 450мм ТА).

Рудольф усиленно в голове анализировал сложившуюся ситуацию, зачем они идут на этот Калимнос, кусок скалы, торчащий из моря, и возможно он станет для австрийского флота такой же ловушкой, как Порт-Артур стал ловушкой для флота Российской империи, но возможна и за суетой дней это станет наивыгоднейший плацдарм для всего флота, из которого можно контролировать как Эгейское море через которое снабжается вся Сербия и Греция, а также перехват транспортов идущих Суэцким каналом и небольшие группы кораблей, хотя бы в первое время, после чего необходимо собрать манатки и бежать в Сплит, молясь всем богам, чтобы Гранд Флит не обратил свой взор на эскадру, а лазутчики в каждом порту Средиземноморья и Леванта затаились пока корабли королевско-кайзеровского флота не починятся и не будут готовы к новым походам. Возможности совей эскадры он оценивал как средние, и смотря на кого нарвешься, так как Греков и Итальянцев можно разделать под орех, с Французами придется повозиться, ну а если застукаем англичан, то пиши дело-труба и на родину домой вернуться далеко не все члены команд, а возможно и корабли.

24 июля, пятница. Командующий всей армией двуединой монархии, ну кроме, Ландвера и Гонведа, которые подчинялись австрийскому и венгерскому парламентам соответственно, Фридрих Австрийский герцог Тешенский осматривал на заводе Austro-Daimler Panzerwagen их автомобиль, не пошедший в серию восемь лет назад, а сейчас собирающийся на предприятии не маленькой серией в 126 бронеавтомобилей, а на данный момент готовы всего лишь три десятка.

Опытный экземпляр бронеавтомобиля Austro-Daimler и Эрцгерцог Фридрих Мария Альбрехт Вильгельм Карл (Близнецы, 3).

Каждый из этих броневиков способен сохранить жизни сотням солдат, так что не смотря на примитивность конструкции, боевую массу 3,24 тонны, катанную броню 3,5-мм, двигатель в 35 л/с и скорость в 25 км/ч и вооружение из двух пулеметов системы «Максим» калибром 7,7-миллиметров, он в виду отсутствии противотанковой артиллерии у противника, а также опыта по уничтожению подобной техники, угроза от защищённых машин вполне реальна и срок сдачи всей партии в 126 машин, переносился на октябрь сего года.

Его младший брат Карл Стефан увел вверенную ему эскадру далеко в Эгейское море и растворился между высотами существовавшего некогда континента, пока землетрясение на Санторини[17] не уничтожило его, вместе с гигантами его населяющими между вершинами которой проплывают австро-венгерские линкоры с десятком орудий главного калибра и опытными экипажами и не думающими о том, что некогда произошло.

26 июля, воскресенье. Император Франц Иосиф, долго размышлял, как делают умудренные опытом люди, переживал за свой ультиматум, ходил по кабинету взад назад, но ничего другого за смерть своего преемника выдумать не мог. В конечном счете Франц Иосиф мог свалиться с лошади, съесть что либо, но его просто убили на глазах всего народа, и это было вдвойне обидно. Месть должна быть страшной и кровавой, отсюда такой мощный ультиматум на десять пунктов, чтобы каждый серб проникся своей виной и прочувствовал свою причастность к подлому убийству, и даже если за них вступиться Россия у которой нет конца и края то и она умоется в крови и смоет свою вину исключительно кровью, на полях двуединой монархии.

Вторя принципам гуманизма и человеколюбия, наказать можно было только причастных и исключительно их, но по мнению Франца Иосифа каждый их них ничего не сделал для предотвращения расправы, хотя преемник и ратовал за создание соединенных штатов Австрии, а также введения более широких полномочий как для местного самоуправления, так и местного самоопределения и природопользования В случае же начала боевых действий император оставлял за собой отправку на более ожесточённые участки фронта тех подразделений, которые необходимо спаять кровью и верностью, выработать сплоченность, национальную идентичность и силу воли, где один товарищ стоит до конца за другого товарища и ведет борьбу в его интересах. Вообще интересы сражающихся сторон понятие специфическое, так как их должны решать предпочтительно люди мирные способны мыслить не ожесточённым разумом, а вширь и в глубь, не злом и коварством, а исключительно человеколюбием, порядочностью и красотой, но на практике получалось совершенно обратное, и силой и смелостью мерялись те люди которые данных качеств были лишены, и более того, он сою волю проповедовали всем остальным.

Старый император обдумывал как соблюсти лицо в данной двоякой ситуации, когда половина ультиматума принята, а один пункт нет! Это все равно, что не недоувдовлетворить женщину как ни старайся, но должного эффекта добиться не удалось и от слов сербов веяло пошлостью и неуважением, тем более что ультиматум дал ни кто ни будь, а сам император потомок Габсбургов, а это не только право сильного руководителя, но и власти по крови. Взвесив все за и против император избрал вариант наказать непокорных сербов, теми инструментами, которые им понятны, и отдал приказ при наличии фактов нападения сербских солдат на австро-венгерские патрули отплатить той же монетой тем более, что по опыту предыдущих конфликтов выявлено, что великие страны потрещат, потрещат и ничего более не предпримут.

Первые залпы

27 июля, понедельник. Заговорили пушки. На южном театре военных действий две армии двуединой монархии под руководством двух генералов с первыми признаками ультиматума отдали приказ к наступлению против солдат Моравской дивизии сухопутных войск Сербской армии.

Либориус Риттер фон Франк и Мориц Ауффенберг.

Австро-венгерские солдаты 31-й с бригадой артиллерии, 32-й, 17-й, 34-й, 20-й венгерской и 60-й австрийской дивизии начали наступление. Хорошо наступать, когда позиции врага «утюжат» триста орудий, в полной мере обеспеченных не только правильными целеуказаниями, но и снабженных временем чтобы пристреляться, а также наметить направление главных ударов заблаговременно. Второстепенным, но не менее важным пунктом стала атака 6-й армии в составе 1-й пехотной, 9-й/10-й горных бригад а также 48-й пехотной дивизии, и частей 18-й и 47-й дивизий из района Книна[18], а также 3-й/6-й горнострелковой и 13-й/14-й горнострелковых бригад австро-венгерской армии, правда и оборонялись тут четыре части противника, яростно обороняющиеся до последней капли крови.

28 июля, вторник. В ставку к Францу Иосифу прибыли руководитель генерального штаба Конрад Хётцендорф и командующий армией Фридрих Австрийский герцог Тешенский.

– Уважаемый император разрешите доложить первый раз в этот новый военный нежданный конфликт, – попросил Фридрих Австрийский.

– Есть что докладывать? – поинтересовался Франц Иосиф, всё же надеющийся что сербы всё-таки примут его условия.

– На данный момент мы с главнокомандующим армией, – взял слово Конрад Хетцендорф, владеющий семью языками и предварительно совершивший поездку по областям соседним с Российской империей, – решили на русском фронте обороняться, так как не мы объявили войну соседу-гиганту, а он нам, а в Сербии активно наступать.

– Но если нам не наступать, – думая над каждым словом произнес Фридрих Австрийский, – то нас просто съедят, как только царь Николай окончит мобилизацию. Войск у него будет не просто много, а очень много.

– Но и наступать до каких пределов? – поинтересовался Конрад фон Хётцендорф, – захватить все приграничные территории? До Варшавы, Брест-Литовска, Новоград-Волынска и Житомира? Или направляться штурмовать Киев и Одессу? Укажите пожалуйста, и я буду тогда требовать это от командующих армиями и от нашего снабжения, чтобы обеспечили всем необходимым.

– Не горячитесь дорогой Конрад, – примирительно произнес Франц Иосиф, – захват территорий еще не победа в войне, надо нанести такой ущерб их армии, чтобы они нас боялись, сломить их дух так сказать, а не лезть захватывать русскую грязь.

Модель монитора «Темеш» (486 тонн, 57×9,5×1,2 метра, 13 узлов, 78 человек, два 120-мм орудия, два 37-мм орудия, один пулемет, построен в Будапеште).

– Генеральный штаб под моим командованием помимо разработки операции по окружению Сербии, а в этом нам поможет наша Дунайская флотилия с современными мониторами, да еще и Болгары уже помогают своей Бдинской пехотной бригадой 2600 солдат и две батареи артиллерии с еще парой батальонов по 650 солдат, разрабатывает технологию окружения наступающих войск противника, но не методом нашего наступления, а стойкой обороны.

– Изложите подробнее – попросил император.

– Например рвутся русские в Черновцы, хотят захватить наш город, – глядя на слушающих стал показывать на карте Хётцендорф, – мы им это позволяем, но как они это делают, наносим удар им в тыл и берем Хотин, после этого сразу наваливаемся на русскую группировку в Черновцах всеми силами и берем её в плен.

– Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, – Фридрих Австрийский произнес афоризм, в то время как император думал над сказанным, – как противнику с высоким наступательным духом и сосредоточившему войска на выбранном направлении нанести удар в тыл? Во-первых, он там оставит войска прикрытия, а во-вторых, сам будет рваться дальше и дальше, и мы вынуждены будем не отрезать его от его коммуникаций, а спасать свои. Вы подумали, что будет в этот момент с мирным населением, если мы сдадим город? А с нашей связью и позициями наших войск. Вы будете уверены, что они там, куда показывает Ваша указка? Я нет. Надо просто обороняться, выкашивая пехоту противника артиллерийским огнем, благо у нас тысяча триста орудий и зарываться в землю создавая одну линию обороны за другой.

– Понимаю Ваш скептицизм уважаемый Фридрих, – ответил Конрад, глядя на императора, – теория нова, и еще не апробирована на практике, но если всё правильно рассчитать и подстроить, то успех гарантирован. Я уже отдал 4-му корпусу в составе 15-й и 27й императорских пехотных и 11-й кавалерийской и 39-й пехотных венгерских дивизиям захватить Сосновец, а 2-й кавалерийской императорской дивизии Радом, и выйти к южным предместьям Варшавы.

– Сосновец я знаю, он находиться в углу трех императоров, – задумчиво произнес Франц Иосиф, – там находятся: канатно-проволочный, прокатный, сталелитейный, чугунолитейный заводы, завод по производству паровых котлов, а также прядильная фабрика, красильный цеха и бумажной фабрики, в окрестностях города действуют угольные и серные шахты, а население составляет до полумиллиона поляков, которые будут нашими желанными подданными.

– Раз все решения приняты, – недовольно ответил Фридрих Австрийский, то разрешите откланяться, я поспешу выполнять свои обязанности по войне с Сербией, предоставив своему коллеге границу с Россией.

29 июля, среда. Командующий 4-го корпуса генерал армии Ауффенберг был очень рад вступлению болгарских войск в сражение и их ударом в тыл атакуемых его войсками позиций Моравской дивизии вооруженных сил Сербии оборонявших город Бор. Сам город находился восточнее Белграда и в будущем плацдарм сыграет важную роль в атаке города, и поможет его взять. Причем опять же регион позволит владениям Австро-Венгрии и Германии с одной стороны и Болгарии, и Оттоманской империи с другой объединиться, протянув железную дорогу и обмениваться как артиллерией, боеприпасами, а также продуктами в рамках одного единого пространства.

«У меня подавляющее превосходство в силах и артиллерии, – размышляет Ауффенберг, – в моем 4-м корпусе, фактически армии 47 тысяч солдат и 142 орудия, у соседа Франка с его 5-й армией тоже 47 тысяч солдат и 162 орудия, так как у нас 60-я пехотная дивизия оснащена по штату[19] 1897 года, а тогда было положено по два десятка стволов на соединение и это считалось достаточно, а у генерала Франка все части в штате 1907 года, а он принят по результатам Русско-японской войны и был не только увеличен артиллерийский парк в два раза, но и выведены пулеметы из под ведомства артиллеристов и переданы в батальоны, и теперь в нашей пехотной дивизии 24 ствола, против 32 у русских и 8 у итальянцев и предприняты попытки создать траншейную артиллерию малого калибра, перевозимую собаками, либо солдатами на спине в разобранном на части состоянии что повышало как моральный дух солдат, так и давало ротам и батальонам длинную руку.

37-мм пехотная пушка М.15 (Вес 83,5 кг, снаряд 650 грамм, до 20 выстрелов в минуту, прицельная дальность до 2200 метров, максимальная до 8 километров).

И генерал Ауффенберг гнал солдат в атаку на сербские позиции, не считаясь с потерями, чтобы пробить важный коридор по Сербской земле.

30 июля, четверг. Командующий подводной флотилией Австро-Венгерского флота Георг Людвиг фон Трапп шел во главе отряда из пяти субмарин, выполняя распоряжение командующего флотом Рудольфа Монтекукколи полученное им на острове Калимнос, о перебазировании в Болгарский Бургас для противодействию Черноморскому флоту Российской империи и содействии Дунайской военной флотилии двуединой монархии.

Оттоманы тоже направили свой броненосный флот для демонстрации флага к полуострову Крым, но показать они могли лишь два старых германских броненосца типа «Бранденбург» с шестью 11-дюймовыми орудиями главного калибра и одного старого броненосного фрегата, переоборудованного под броненосный крейсер.

Схема броненосца типа «Бранденбург»

Но здесь возможны вариант, что русские на встречу оттоманам выведут: «Иоанн Златоуст», «Евстафий», «Пантелеймон», «Три Святителя» и «Ростислав» и потопят противника к чертовой матери, как это делал Ушаков Федор Федорович в своих многочисленных баталиях, и адмирала Павла Степановича Нахимова в бою при Синопе, так как русские в предшествующие годы, когда их научили японцы постоянно стреляли и разработали так называемый свой стиль стрельбы, который не только зрелищен, но давал возможность поразить неприятеля первым залпом.

31 июля, пятница. В штабах Либориуса Риттера фон Франка и Морица Ауффенберга слышалось торжество, так как сербы дрогнули из провинции Бор, и теперь, когда восстановиться визуальная связь, то возможны переброски сил и средств из Берлина до самого Леванта[20]. Ну а сейчас поминаем тех триста смельчаков, которые отдали свои жизни за захват региона Бор, славящегося своим меднорудным и меднолитейным производством во всей Европе, и потеря его для Сербии станет фатальной.

Французский социалист Жан Жорес, убитый накануне.

Социалисты как они ни были по своему отношению к существующему режиму все же партия конструктивная и борющаяся, отстаивая с пеной у рта позиции простых стран, но всё же во Франции кажется перешли все границы, и данное недоразумение можно смыть только кровью, словно ситуация проецируется с Франц Фердинанда на Париж.

Роковой август

1 августа, суббота. Адмирал Рудольф Монтекукколи, закончив со всеми делами на Калимносе вывел весь флот в поход обратно к портам на Адриатике, но решил совершить проход рядом с Мальтой, и смотря по обстоятельствам, что-либо предпринять, начиная от просто обстрела порта, до возможного морского боя с английскими кораблями. Разведка докладывала, что в Поморской бухте состоялось морское сражение между русским флотом: «Андрей Первозванный», «Император Павел 1», «Слава», «Цесаревич», броненосные крейсера «Баян», «Рюрик» и бронепалубные крейсера «Паллада», «Богатырь», «Олег» с четырьмя дредноутами типа «Кайзер» и остальными броненосцами кайзеровского флота, логичным завершением которого стало потопление головного русского корабля, и 1831 моряка, у германцев потери составили 264 человека. Русские вообще сражались храбро и профессионально, добившись ряда попаданий, но так как в данный момент Великобритания и Франция еще не определились со своей позицией то весь флот кайзера был направлен против Российского императорского флота, с закономерным итогом, причем «Слава», «Баян», «Паллада» чудом держались на плаву по нахватав снарядов. «Замечательно, – решил Рудольф, и добавил своему начальнику штаба, – и на Черном море русские должны вести себя осмотрительнее и головы не высовывать, только аэропланы русских разлетались как над нашими войсками в Галиции, так и здесь в Сербии».

Сикорский S-21 «Русский витязь» (20×27×4 метра, 5 тонн, 170 километров, 90 км/ч, четыре двигателя Argus Motoren по 100л/с, три члена экипажа и четыре пассажира).

– Видимо успели построить до войны, – согласился начальник штаба.

2 августа, воскресение. Император Франц Иосиф несмотря на выходной день прибыл на работу в свой кабинет и принялся изучать бумаги. Документы в этот день сигнализировали лучше гелиографа[21]. Во-первых, Франкония поимела совесть в прямом и переносном смысле, в переносном, что не вспоминала о совести слишком долго, что «Андрей Первозванный» утоп, а Сербия лишилась своего важнейшего региона. Но теперь всполошились, прекрасно осознавая тот факт, что разобьют Германия и Австро-Венгрия русскую 1 миллионную 800 тысячную армию при 3800 орудиях, и дальше закусят Францией. Объявлено, что Франко-русский союз процветает, и теперь Франкония считает себя в состоянии войны с Германской империей и сателлитами. Во Франции объявлена мобилизация всех возрастов, а Люксембург, на который покусились германские войска вообще русская территория. Во-вторых, англичане, воистину подлые душонки реквизировали «Султан Осман» и «Рашидие» построенные по специальному заказу в Англии, причем на них жертвовали деньги все слои общества. В-третьих, Германская империя передала австро-венгерской стоящий на ремонте в порту Пола линейный крейсер «Гебен» и броненосный крейсер «Блюхер», а в сторону Оттоманов ограничилась посылкой миноносцев и подводных лодок, чтобы они берегли свои проливы как зеницу ока.

Линкор «Азенкур» не состоявшийся «Султан Осман» (30000 тонн, 204×27×8,2 метра, броня борта и башен 9-дюймов, 22 угольно-нефтяных котла, 4 паровые турбины, 40000 л/с, 22 узла, 1267 человек экипажа, вооружение: четырнадцать 12 дюймовых орудий и девять на борт 6-дюймовых орудий).

И вишенкой на торте для императора стал доклад командующего, повествующий о захвате захват Цетинье и наши потери 1936 человек против 1454 солдата у Черногорцев, но обороняющиеся всегда страдали меньше, плюс с каждой стороны полегло по пять сотен лошадок.

3 августа, понедельник. Адмирал Рудольф Монтекукколи получил сведения от встречного итальянского парохода, что Германия объявила войну Франции, но Великобритания еще сохраняет приличие и не вступает смертельную схватку с неопределенным результатом. Писали газеты, что дредноуты кайзера «Остфрисланд», «Гельгогланд», «Тюринген» и «Ольденбург» буквально растерзали русский бронепалубный крейсер «Аврора», а его команде жизнь предначертала мученическую смерть. Во всех храмах страны молили о спасении 311 душ моряков, но и сами они чудом зацепили 149 матросов неприятеля.

Крейсер «Аврора» по состоянию на 14 год.

Сама обстановка на Средиземном море была очень напряжена. Помимо того, что весь флот двуединой монархии прибыл в Ионическое море, прикрывать провод крейсером SMS Zenta транспортного отряда со стрелковыми частями направленными Францем Иосифом в Тель-Авив. С Англией официально война еще объявлена не была, но её два старых стальных бронепалубных крейсера HMS Pyramus и HMS Psyche без опаски шли вероятно на Мальту. Со стороны мыса Пассеро[22] выдвигались французские корабли: линкор «Франция», броненосные крейсера «Дюпле» и «Потю», бронепалубный «Д Арнкасто» и три отряда миноносцев. Австрийские адмиралы развернули носы кораблей в сторону вероятного противника.

4 августа, вторник. Русские долго запрягают, но быстро ездят, так и здесь в Тарнополе, рассудил командующий 1-го кавалерийского корпуса генерал армии Франц Рор фон Дента. Его части, а это 4-я, 6-я, 7-я и 8-я кавалерийские дивизии, атаковали на левом фланге войска русского великого князя Николая Михайловича, а это 12-я кавалерийская из Проскурова своей сперва 1-й бригадой, а это 12-й драгунский Стародубовский полк, отличившийся еще у Шевардина, и 12-й уланский Белгородский Его Величества Императора Австрийского короля Венгерского Франца-Иосифа I полк, с 26.07.1914 политкорректно сменивший название на 12-й уланский Белгородский полк, а затем и 2-я бригада своими Ахтырским 12-м гусарским полком и 3-м Уфимско-Самарским Оренбургским казачьим полком, поддержанные 2-м Донским казачьим артиллерийским дивизионом.

Полковой знак 12-го драгунского Стародубовского полка, полковой знак 12-го гусарского Ахтырского полка, полковой знак 12-го уланского Белгородского полка.

Кавалеристы сражались умело и ожесточенно, от них не отставали и их коллеги из 2-й сводной казачьей кавалерийской дивизии, про которую генерал от кавалерии Петр Краснов написал: Доблестная 2-я Казачья Сводная дивизия выступила на Великую войну с таким обучением рубке на коне, что Генерал М. И. Драгомиров, тонкий знаток военного дела, сказал в одном из своих приказов о 1-м Линейном Генерала Вельяминова полке: «Линейцы способны не только рубить, но и изрубить…» Рубили лозу по вершкам! 1-й Линейный полк сидел на прекрасных, крепких, резвых и рослых конях. В полку процветал конный спорт. Офицеры имели под собою чистокровных лошадей. Господь был над казаками. Отсюда – по-Суворовски: «Воинское обучение! Господа офицеры, какой восторг!». Венгерская конница поразила своею доблестью в конных атаках. Шла на пехоту в сомкнутых строях. Приняла атаку конных линейных сотен. Искусством и необычайною храбростью линейных офицеров и казаков она была побеждена, опрокинута и доведена до паники. Урок, данный казаками-линейцами в бою под Городком 4 (17) августа 1914 года имел последствием то, что Австро-венгерская конница больше не атаковала казаков. 2-я казачья Сводная дивизия не знала поражений, и с тем же искусством, верою и успехом кидалась в атаку на коне разъездами, сотнями, дивизионами и целыми бригадами.

На правый фланг обороняющихся кавалеристов Франца Иосифа навалились 36-й армейский корпус генерала Николая Иудовича Иванова, окончившего 2-ю Петербургскую военную гимназию, Павловский кадетский корпус и Михайловское артиллерийское училище в 1869 году. Участник русско-турецкой войны 1877–1878: командир батареи. Участник русско-японской войны 1904–1905: в Ставке командующего 1-й Маньчжурской армии и командир 3-го Сибирского армейского корпуса, а с 01.05.1904; командир 1-го армейского корпуса. Сейчас у него в подчинении находились 1-я кубанская казачья дивизия (Таманский, Полтавский, Запорожский и Уманский полки), Терская казачья дивизия (Кизляро-Гребенский, Сунженско-Владикавказский, Горско-Моздокский, Волгский полки) и 9-я кавалерийская дивизия (9-й драгунский Казанский Её Императорского Высочества Великой Княжны Марии Николаевны полк, 9-й уланский Бугский полк причем до войны он назывался именем Эрц-Герцога Австрийского Франца-Фердинанда, 9-й гусарский Киевский генерал-фельдмаршала князя Николая Репнина полк и 1-й Уральский казачий полк).

Знак 9-го драгунского и 9-го уланского полков.

В центре под общим руководством командующего 3-й армией генерала Рузского и 11-го армейского корпуса генерала Сахарова предприняли попытку к наступлению 11-я пехотная (Селенгинский, Якутский, Охотский и Камчатский полки, 11-я артиллерийская бригада из-под Дубно) и 32-я пехотная (Курский, Рыльский, Путивльский, Староооскольский полки и 32-я артиллерийская бригада из-под Ровно) при поддержке 11-й кавалерийской дивизии генерала Де-Витта Льва Владимировича (11-й драгунский Рижский, 11-й уланский Чугуевский Её Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны, 11-й гусарский Изюмский генерала Дорохова, ныне Е. К. В. Принца Генриха Прусского и 12-й Донской казачий генерал-фельдмаршала князя Потёмкина-Таврического полк) яростно атаковали, но потеряв 1477 бойцов атаки вынуждены были прекратить.

Рядовой 11-го драгунского Рижского полка и Рядовой 11-го уланского Чугуевского Её Величества Марии Федоровны полка Около 1909 года.

Обороняющаяся сторона потеряла 1290 солдат, примерно 5 % численности, что было неприятным сюрпризом для австро-венгерского командования, и генерал Франц Рор потребовал он Конрада фор Хётцендорфа подкреплений. Сам начальник генерального штаба анализировал ситуацию на данный момент шире командующего корпусом. Во-первых, ему польстило, что четыре кавалерийские дивизии, хоть и ценой больших потерь сдержали натиск девяти соединений врага, во-вторых, 1-я резервная пехотная дивизия Императорской германской армии, состоящее из элитных полков прусской гвардии, вошла в Варшаву, положив конец русской Польше.

Войска же 11-й венгерской кавалерийской дивизии и 6-го пехотного корпуса развивали наступление из захваченного Сосновца в сторону Радома[23], и если операция увенчается успехом, то в окружении могут оказаться российский 15-й армейский корпус генерала Николая Николаевича Мартоса а это элитные 6-я и 8-я пехотные дивизии, имеющие давние боевые традиции, что ставит впечатление в мире от всей компании на совершенно новый уровень. Более того в распоряжении всего Русского фронта передано 59 соединений, а значит Император возлагает самые большие надежды на этот участок.

5 августа, среда. Адмирал Рудольф Монтекукколи наблюдал в подзорную трубу хорошо знакомый мыс Пассеро и прибыл сюда на самых мощных кораблях флота двуединой монархии не только дредноутах: «Вирибус Унитис», «Тегетхофф» и «Принц Ойген», но и трех кораблях типа «Радецкий», трех «Эрцгерцог Фердинанд Макс», трех «Габсбургах» а также легком крейсере «Адмирал Шпаун» и десяти турбинных миноносцах типа «Татра». Ему на встречу как черт из табакерки выскочили этим летним утром французские броненосные крейсера дозора, и пока дредноуты разворачивали свои 12-дюймовые орудия чтобы разнести эту неприятность в пух и прах сумел их разглядеть. Противниками оказались уже встречавшийся 22 июля броненосный крейсер «Дюпле» под флагом адмирала Шарли, и два новых, но однотипных крейсера «Брюи» и «Латуш-Тревиль», только первый строился на верфях Рошфора, а второй был заказан «Кузницам и верфям Средиземноморья» близ Тулона, там же где и строился русский «Цесаревич». Крейсера сопровождали пять миноносцев для разведки и дозора.

Крейсер «Bruix» в прибрежных водах, до 1914 года.

Первые залпы австрийцев легли с недолетом, второй с перелетом на дальности в 80 кабельтовых. Скорость неприятеля стала возрастать, но не смогла превысить паспортных 17 узлов. Орудия же калибром 19-см не могли стрелять дальше 70 кабельтовых и то они были установлены только на двух однотипных двухтрубных кораблях. Флагманский крейсер, как решили мудрые конструкторы должен, был обходиться двумя 16-см и шестью 14-см скорострельными пушками. За это и поплатились. Австрийцы безнаказанно всаживали снаряд за снарядом во французские броненосные крейсера, сбивая спесь с лягушатников, они не могли не уйти, не дать хоть какой-либо ответ.

В этот ответственный момент, когда «Брюи» горел от носа до кормы, «Латуш-Тревиль» горел и кренился, а его носовая башня была взорвана прямым попаданием 12-дюймового снаряда, броненосный крейсер «Дюпле» погружался кормой, так как водоотливные средства не спасали от массированного попадания мощных 450-кг снарядов с фугасной броневой частью. Командующий флотилией из двадцати пяти миноносцев типа «Аркебуза» контр-адмирал Берьер отдал приказ атаковать.

Контрминоносцы типа «Arquebuse» (300 тонн, 58×6,4×3 метра, 28–30 узлов, 60 человек, одно 65-мм орудие, шесть 47-мм орудий, два 380-мм минных аппарата).

Весь австро-венгерский флот приготовился к отражению минной атаки. Одно дело, когда эскадру из двадцати трех вымпелов атакуют четыре или восемь минных носителей, а совсем другое, когда белее двух десятков, причем страны, которая сама задавала толк в минном оружии для всего мира, а теория адмирала Оба[24] стала законодательницей мод, и с ней приходилось считаться даже властительнице морей. Тем более, что французы, прекрасно разбираясь кто им противостоит выбрали своими целями самые новые дредноуты австрийцев и те бросив три горящих броненосных крейсера стали обстреливать из всех калибров мчащиеся на них на всей скорости юркие миноносцы и те пораженные одним, двумя, а то сразу и тремя снарядами горели, тонули и взрывались от собственных торпед. До цели удалось дойти только двум скорлупкам, которые не добились успеха, а «Вирибус Унитис» занес на свой счет сразу две флотилии 17-ю и 18-ю, «Тегетхофф» 20-ю, а «Принц Ойген» недавно вступивший в строй и шедший третьим в ордере 14-ю и 16-ю флотилии миноносцев французов.

Ста милями южнее стоя на мостике броненосного крейсера «Святой Георг» вице-адмирал флота двуединой монархии, Карл Стефан Австрийский смотрел на шествующих у него в кильватере броненосные крейсера «Кайзер Карл VI» и «Кайзерин унд кёниген Мария-Терезия», а также пять миноносцев тип Tb 74T, сопровождавших отряд посланных адмиралом Рудольфом Монтекукколи на перехват двух британских бронепалубных крейсеров. Информацию о передвижении которых старый и опытный моряк получил от торговцев вином снабжающих всё восточное средиземноморье. Расчет оказался верен, и противники сами вышли на ловца. Ими оказались два беспечных крейсера англичанин «Пирам» и австралиец «Психея», следующих вдоль африканского побережья в восточном направлении на Мальту. Увидев три корабля под флагом двуединой монархии, они подняли свои, даже не обращая внимание на миноносцы, которые они считали оружием слабых и открыли огонь из своих 4-дюймовых орудий.

Крейсера «Пирам» и «Психея» (2000 тонн, 91×11×4,6 метра, 7000 л/с, 20 узлов, экипаж 220 моряков, вооружение восемь 4-дюймовых, восемь 3-фунтовых, три пулемета и два 450-мм ТА. Бронепалуба 1,5–2 дюйма).

В ответ с австрийских кораблей загрохотали шесть 24-см (9,4 дюйма) L/40 C/94 орудий производства завода Круппа, а борта кораблей надежно были прикрыты 8-дюймовой броней. Орудиям главного калибра вторили 6-дюймовые и 7,5-дюймовые орудия австрийских кораблей. Англичанин и австралиец отчаянно маневрировали, стараясь целить из своих орудий в надстройки и орудийные башни противников, пытаясь уничтожит дальномеры, ходовые рубки, радиорубки австрийцев, все то, что можно 25-фунтовым снарядом. Но австрийские артиллеристы особенно со «Святого Георга» всаживали снаряд за снарядом в «Приам» и вот он уже потерял дымовую трубу, загорелся, сбросил скорость, внутри у него что-то взорвалось и он стал погружаться сильно горя и прикрыв своего напарника дымом, которым тот воспользовался торпедировал «Кайзера Карла VI», да еще умудрился скрыться тоже сильно горя, но не сбавляя скорости, в то время как австрийцы заводили пластырь и спасали людей.

6 августа, четверг. Газеты по всему миру разорвались громкими заголовками: «Войска Франца Иосифа отстояли Тарнополь и захватили Сосновец!». «Флот двуединой монархии чуть не потопил три французских броненосных крейсера», «Британский крейсер «Пирам» потоплен, а австралийскому «Психея» чудом удалось скрыться», «Антанта больше не хозяйка на Средиземном море», «Все перевозки союзников на Средиземном море под угрозой», «Оттоманский флот вошел в Черное море, русские отсиделись в своих базах», «Варшава потеряна для Российской империи».

Таких насмешек флот союзников, превосходивший австрийский по всем статьям стерпеть, не мог, и в море вышла как британская эскадра из Гибралтара в составе трех линейных крейсеров типа «Инвинсибл», пяти супердредноутов типа «Орион» с 343-мм орудиями главного калибра чей бронебойный снаряд весом 635-кг, выстреливался из дула с начальной скоростью 824 м/с и обладал энергией в 215 мегаджоулей, против 450-кг снарядов, 800 м/с и 144 мегаджоулями австро-венгерских кораблей, два дредноута «Съюперб» и непосредственно сам «Дредноут», родоначальник серии, а также четыре эскадренных броненосца, броненосный крейсер «Шеннон», восемь бронепалубных крейсеров и три десятка эсминцев, под руководством адмирала Перси Скотта.

Дредноут «Париж» (25500 тонн, 166×28×9 метров, броня борта до 10,6-дюйма, 24 котла, 4 турбины, 28000 л/с, 21 узел, 1115 чел, 6×2 305/45 и 22 14-см орудия)

В принципе такой армады было достаточно, чтобы загнать австро-венгерский флот в свои базы, но в море еще вышли и французы, чтобы смыть позор, нанесенный им кораблями Франца Иосифа, и выкатили свой сверхдредноут «Париж», дредноуты «Курбе» и «Жан Бар», а также видимо всерьез опасаясь австрийцев и не надеясь на помощь англичан, которые в файф о клок вообще не воюют, послали в сопровождение шестнадцать эскадренных броненосцев, и четыре просто броненосца, видимо для числа, а также семь броненосных крейсеров под руководством адмирала Огюстена Буэ де Лапейрера, добившегося увеличения финансирования французского флота с 333 миллиона франков в 1909 году, до 567 миллионов франков в 1914 году, которые предлагалось потратить на строительство восьми линейных крейсеров, а также множества других кораблей флота, а также президент ожидал от адмирала решительных действий.

7 августа, пятница. Главнокомандующий армией двуединой монархии Фридрих Австрийский герцог Тешенский, который лично обещал Францу Иосифу захватить Сербию с Черногорией при поддержке болгарских войск пребывая в своей ставке в Сараево, узнал, о занятии соединениями 4-й и 6-й германских императорских армий Люксембурга, и дальнейшей его аннексии. Он подготовил для двух немецким генералам командующим 6-й и 4-й армиями соответственно: кронпринцу Баварии Рупрехту Мария Луитпольду Фердинанду Виттельсбаху и герцогу Альбрехту Мария Александру Филиппу Иосифу Вюртембергскому, поздравительных телеграмм.

Кронпринц Баварии Рупрехт и герцог Альбрехт из Вюртемберга, причем последний был внуком Герцога Александра Фридриха Карла Вюртембе́ргского, брата жены Павла 1-го, австрийского и российского генерала от кавалерии, министра путей сообщения и строителя Северодвинского канала, соединившего реку Шексну и Кубенское озеро, открывшего для Петербурга Вологду и Архангельск.

У его самого в подчинении находились тридцать соединений австро-венгерской армии и он помимо уже увенчавшегося успехом удара на Цетинье, подготовил удар в направлении Белграда, силами 4-й и 5-й армий, всего до дюжины дивизий, против трех сербских окопавшихся в городе и пригородах и испытывающих недостаток во всем, особенно в боеприпасах. Здорово помогали десять болгарских дивизий, занявших уже Бор, заставивших отступать сербов из-под Куманово и ведущих бои за Ниш и Пирот. Одну дивизию, а именно 100-ю Книнскую пехотную численностью в 16000 штыков, 62 орудия и 6780 лошадей отправили морем в Иерусалим.

8 августа, суббота. Начальник генерального штаба двуединой монархии Франц Конрад фон Хётцендорф был разбужен дежурным офицером, доложившим, что русские, не удовлетворившись результатами наступления на Тарнополь, а у нас там те же четыре кавалерийские дивизии. Но Конрад позвонил генералу армии фон Дента и попросил держаться до подхода подкреплений, после чего будет возможность отдохнуть в тылу. Конрад поглядел на фотографии вступления германцев в Варшаву и остался доволен, как внешним видом солдат союзников, так и тем, как встречает местное население освободителей.

Немецкая кавалерия входит в Варшаву.

Следом была получена телеграмма из Ченстоховы, что её с наскока взяли эскадроны и бригады 3-й кавалерийской дивизии, а в этой провинции, как назубок знал Конрад работает крупный металлургический завод, который в прошлом году изготовил 114 тысяч тонн чугуна, 87 тысяч тонн стали и 81 тысячу тонн проката, плюс к этому текстильные, бумажные, спичечные фабрики и кроме того 678 небольших мастерских, в которых работало 2000 рабочих, делало город лакомой добычей. Что до того, что четверть из 50 тысяч населения это евреи, так где из нет? Еще оставалась надежда через неделю захватить Радом и тем самым замкнуть в клещи русский 15-й армейский корпус и поставить после этого ультиматум неспокойному соседу, мол: «Или Вы сдаетесь, либо мы Вас уничтожаем», что позволит не только захватить промышленно-развитые районы с интеллигентным и грамотным населением, которое легко будет интегрировать в империю, но и наступать.

9 августа, воскресение. Адмирал флота Рудольф Монтекукколи ступил на пыльный скалистый берег Калимноса, после недели пребывания в море, принесшего славную победу у мыса Пассеро, оглядел свою эскадру изрядно нахватавшуюся соли из Средиземного моря, и видя как корабли начинают принимать с берега и барж припасы, уголь, нефть, боеприпасы и все остальное задумался о дальнейшей судьбе всей операции. Сейчас за его эскадрой из трех дредноутов, трех преддредноутов, шести броненосцев, легкого крейсера «Адмирал Шпаун» и десяти турбинных эсминцев гоняться английская эскадра и французская, каждая из которых превосходит флот двуединой монархии. То обстоятельство, что в его распоряжение переданы три оттоманских броненосца, легкий крейсер и пятнадцать миноносцев ситуации не меняет. Рудольф узнал из телеграммы с Балтийского моря, что русский флот, не в силах мериться силами в открытом бою уже потеряв крейсер «Аврора» с честью прошедшего Цусимское сражение и потерявший только покончившего собой, не выдержавшего позора капитана, стал предпринимать набеговые операции силами крейсеров. Но, как и любой воришка всегда бывает пойман, так и здесь «Диана» и «Россия» нарвались на главные силы германского флота и получили тяжелые снаряды под свои бронированные палубы не раз спасавшие от японских фугасов, но оказавшиеся бессильными от германских бронебойных, и погибли.

Броненосный крейсер «Россия» (12000 тонн, 144×20,9×8 метров, броня борта 8-дм, казематов 5-дм, 3 паровые машины, 32 котла, 17600 л/с, 19,7 узла, 28/811 человек, четыре 8-дм, шестнадцать 6-дм).

В принципе Рудольф в Средиземном море намеревался сделать тоже самое, против численно превосходящего флота и приказал 3-й эскадре перебазироваться на Калимнос, 4-й перебазироваться в Книн, чтобы запереть вход в Адриатическое море, а Оттоманскому флоту проваливать в Стамбул и не допустить входа Черноморского флота в проливы, такая вероятность не исключалась, а сам с 1-й и 2-й эскадрами отправился в Тель-Авив чтобы держать под контролем Суэцкий канал к которому рвалась 100-я дивизия.

14 августа, пятница. Все последующие дни у адмирала Рудольфа были как в замедленном кино. Сперва он спешно грузит припасы и отдав приказ о перебазировании старых кораблей 3-й и 4-й эскадры на Албанский порт Влёра[25] выходит со всеми силами к берегам Леванта. По сведениям разведки в виде капитанов торговых паровых судов и капитанов каботажа по пятам идет английский флот, но опасаясь минных банок не сильно напирает, решив запереть суда двуединой монархии в пустынном порте, чтобы потом добить огнем тяжелых орудий. Превосходство англичан чувствовалось во всем: скорости передвижения, способе расчета с берегом, неторопливости и обстоятельности.

План же Монтекукколи состоял в том, что смелым маневром, перебазировав эскадру поближе к Суэцкому каналу, на который уже наступает 100-я пехотная дивизия двуединой монархии, переброшенная туда заблаговременно, когда Гранд Флит еще не появился на горизонте крейсером «Зента» и пятью транспортами.

Бронепалубный крейсер «Зента» (2600 тонн, 97×11,7×4,8 метра, палуба 2-дм, две ПМ, восемь котлов, 8000 л/с, 20,8 узлов, 308 человек, восемь 12-см орудий)

В принципе перебазирование в отдаленный порт прошло гладко, только упустили французские крейсера «Потю» и «Арнкасто», успевшие укрыться от таких мощных противников в канале, так как на памяти у всех было избиение трех французских броненосных крейсеров. Обустройство на новом месте прошло штатно, только надоедала постоянная жара и песок, а также плохие жилищные условия и отсутствие развлечений как для офицеров, так и команды, на что Рудольф заметил: «Развлекаться будем в море», и боевая подготовка уже обстрелянной эскадры продолжилась.

15 августа, суббота. Войска генерала армии Светозара Бороевича фон Бойна, численностью в три пехотные и две кавалерийские дивизии окружили в Лодзи 15-й армейский корпус генерала Мартоса Николай Николаевича и начали их атаковать. Если рассмотреть ситуацию глазами окруженных следуя по часовой стрелке, то на севере оборонялся 32-й Кременчугский полк полковника Зундблада Александра Оскаровича, который прикрывал позиции корпуса, против шедших мимо на восток пяти германских резервных дивизий, чтобы пройти Варшаву и попасть на бой в провинции Седльце[26] и Остроленка[27]. Так как честь взять русских тепленькими германские генералы оставили скрепя зубами своему австро-венгерскому коллеге. Восточную часть котла оборонял 31-й пехотный Алексопольский полк, полковника Лебедева Александра Ивановича, над штабом которого развивалось знамя с надписью «За взятие приступом Варшавы 25 и 26 Августа и за Севастополь в 1854 и 1855 гг.» с Александровской юбилейной лентой, а музыканты полка дули в трубы с надписью «Алексопольскому пехотному полку 1813 года 13 Апреля, за мужество и храбрость против Французских войск».

Полковой нагрудный знак 31-го полка и Лейтенант-гусар ВС Венгрии в парадной форме.

Сегодня их атаковали 22-я кавалерийская из Сегеда и 24-я кавалерийская из Кошице бригады венгерского гонведа, а всего четыре гусарских полка при поддержке конного артилерийского дивизиона в составе дюжины 75-мм орудий образца 1905 года, а также шестидесяти четырех пулеметов «Шварцлозе», которые открыли плотный огонь по русским позициям. У русских тоже отвечала 1-я батарея 8-орудийного состава из 8-й артиллерийской бригады, так как остальные три батареи, командир дивизии генерал-лейтенант барон Фитингоф Евгений Эмильевич приказал направить против 39-й венгерской пехотной дивизии, которая своими бригадами как клешнями нацелилась на 1-ю бригаду его дивизии. Против 30-го пехотного Полтавского полка наступала целая 78-я пехотная бригада гонвед армии, а против 29-го пехотного Черниговского генерала-фельдмаршала графа Дибича-Забалканского пола шла в атаку 77-я пехотная бригада гонвед армии при поддержке 3-го артилерийского полка, где команды отдавались на венгерском и хорватских языках.

Знак 29-го пехотного полка, его полковое знамя и знак 30-го пехотного полка.

И бы в венгерских полках было три батальона, против четырех в дивизиях имперских, бы команды на венгерском плохо были слышны, или просто герои 30-го полка знали свой девиз «Умрем, но не сдадимся» но солдаты и офицеры 8-й пехотной дивизии не дрогнули, отражая атаки гонвед войск.

Не менее сложная была ситуация и у 6-й пехотной, находящейся под командованием генерал-лейтенанта Федора-Эмилия-Карла Ивановича фон Торклуса, из дворян Витебской губернии с начальником штаба Шубендорфом Алексеем Оттовичем. 2-ю пехотную бригаду дивизии атаковали сразу две дивизии императорских и королевских войск. А именно на 24-й пехотный Симбирский генерала Неверовского полк шла в атаку целая 27-я пехотная дивизия своими 53-й и 54-й бригадами в 13000 человек, 40 орудий и 6000 лошадей. На 23-й пехотный Низовский генерал-фельдмаршала графа Салтыкова полк, шла в атаку 15-я пехотная дивизия австро-венгров, поддержанная сразу двумя артиллерийскими полками в составе 16000 солдат, 82 орудий и 6780 лошадей. Именно то и она добилась первой успеха, видимо концентрация артилерийского огня на ограниченном участке приносит свои плоды. Оборона русских войск посыпалась как карточный домик.

Нагрудный знак 23-го и 24-го пехотных полков.

И хотя позиции русских войск огрызающихся огнем винтовок мосинок и пулеметов Максим прикрывали две дюжины трехдюймовок, сведенные в три громоздкие батареи, но из залп утонул в пять раз более мощном залпе артиллерии двух австрийских дивизий, а если точнее трех артиллерийских полков. Солдат на передовой выкосило как косой, а те, кто уцелел были большей частью оглушены и не смогли сдержать напора свежих австрийских частей. Здесь уже ничего не решало мужество 21-го Муромского пехотного полка и Нижегородского 22-го пехотного полка Ее И. В. великой княгини Веры Константиновны, которые храбро отбивали все атаки 3-й кавалерийской дивизии императорской и королевской армии, дислоцируемой в Линце, которая своими 5-й и 6-й бригадами пыталась с наскоку принудить русских дрогнуть и отступить. Как только оборонительная позиция русских стала рушиться, дело у генерала армии Светозара Бороевича фон Бойна пошло на лад и в плену оказалось 23000 солдат, столько же орудий и более 10000 лошадей.

16 августа, воскресенье. Закончив все расчеты с берегом, 2-я эскадра австро-венгерского флота снялась с якоря порта Сплит, и вышла ведомая приказом в Ионическое море. Адмирал Антон Гаус[28], стоя на мостике своего флагманского броненосца «Кронпринц Эрцгерцог Рудольф» внимательно осматривал свою раритетную эскадру.

Броненосец «Кронпринц Эрцгерцог Рудольф» (6830 тонн, 97,6×19×7,4 метра, броня до 12-дм, 8 котлов, 2ПМ, 6000л/с, 15,5 узлов, 447 человек, три 30-см, шесть 12-см, девять мелких и четыре 40-см ТА) и вице-адмирал Антон Гаус (Близнецы, 7)

Остальные два корабля: «Марс» бывший «Тегетхофф» и «Кронпринцесса Эрцгерцогиня Стефания» представляли собой метания в абсолютно разные стороны, от казематов, до помещения всех яиц в одну корзину, а в случае с «кронпринцессой», оба 12-дюймовые орудия размещены в носу. У трех кораблей следующей серии: «Монарх», «Вейн» и «Будапешт» калибр орудий главного калибра был хоть и уменьшен до 24-сантиметров, но их было четыре, а еще стоял солидный средний калибр в шесть 15-см орудий, что в совокупности с бодрой скоростью в 15,5 узла и 27-сантиметровой броней делало эту троицу сильным противником. Крупные корабли сопровождали одиннадцать бронепалубных крейсеров, среди которых был и самый современный «Сайда», а также двадцать пять миноносцев, готовых ринуться на противника по первому приказу своего адмирала, а уж добить подбитого противника это любимое дело австрийского моряка.

17 августа, понедельник. Достигнув места назначения, указанного адмиралом, на эскадру, которая сумела сплаваться вывалились из тумана две флотилии миноносцев врага. В другой ситуации такой оборот мог иметь самые печальные последствия, но сегодня, загрохотали сперва 6-дюймовые орудия в сторону направления атаки, затем крупный калибр, а затем и вся мелкая артиллерия. Более того, крейсера выстроившись полумесяцем, открыли в направлении смельчаков, посмевших оказаться под огнем, пусть и не новой, но всей эскадры десятки снарядов.

Миноносец типа «Ривер» (570 тонн, 67×7,16×2,2 метра, 2ПМ или 2 турбины, 7000 л/с, 25 узлов, 70 моряков, одно 12-фунтовое, пять 6-фунтовых, два 18-дм ТА)

Противниками оказались пять британских миноносцев типа «Ривер» (Река) и пять типа «Акорн» (Желудь), имевшие и водоизмещение большее на 150 тонн, и геометрические размеры, скорость выше на пару узлов и экипаж на пару человек. Вооружение «Желудей» состояло из двух 4-дюймовых пушек и двух 12-фунтовых, а также двух 21-дюймовых торпедных аппаратов. Но снарядам с фугасной боевой частью было все равно на тактические воззрения лордов адмиралтейства, и они врезались в недра юрких миноносцев, и взвывали там разрушения не совместимые с жизнью. Тем более, что на не многочисленный флот двуединой монархии брали лучших моряков, которых только могла отобрать призывная комиссия, плюс туда мечтали наняться германские и итальянские моряки, так как жалование у Франца Иосифа было повышенным, а жизнь относительно спокойной и сытной. В канониры, заряжающих и наводчиков брали вообще самых лучших моряков, даже на не новые корабли, чтобы хоть этим способом повысить их характеристики, вот они сейчас и стреляли без промаха в десять стальных скорлупок, которые одним попаданием могли потопить любой корабль…

18 августа, вторник. Антон Гаус ранним утром, когда еще не забрезжил рассвет, а корабли опознавали друг друга, по приглушенным кормовым фонарям выслушал доклад своего штабного офицера и довольно потирал руки. Его эскадра совершила невозможное, а именно расстреляла с дальних и средних дистанций десять вражеских миноносцев и пустила их всех на морское дно, а затем преспокойно стала спасать утопающих, словно это была не война, а какие-то морские учения. На палубы ретро броненосцев поднимались холеные британские моряки, с которых соленые воды смыли спесь, но они никак не понимали, почему их потопили эти старые посудины, а не они их, и что теперь объяснять на родине, когда туда попадешь?

Но мыслей у командующего вторым австро-венгерским флотом с приближением рассвета только прибавлялось: «От нас требовалось выйти в Средиземное море, мы вышли. Требовалось пошуровать в британском курятнике, мы пошуровали, да еще как пустив ко дну две флотилии миноносцев. Теперь пора бы и честь знать. Только теперь куда убираться?»

Размышления Антона Гауса, которым он придавался с принесенным слугой крепким и ароматным кофе прервал раскатистый залп над морем.

HMS «Дерзкий» (25700 тонн, 182×27×8,7 метра, броня до 12-дм, 4 турбины, 31000 л/с, 21,7 узла, 900 человек, 5×2 13,5-дм и 16шт 4-дм орудий).

Британский флот шел в двух колоннах прямо на встречу, и головные корабли открыли огонь, по рассредоточенным по водному району кораблям. Австрийские корабли начали не дружно отвечать, в меру видимости противника и готовности своих расчетов, а также открытия секторов обстрела, для их мощных, но не дальнобойных орудий.

У Антона Гауса упала на палубу и разбилась чашка с кофе, так как он был реалистом и понял, что это конец. На что боролись, на то и напоролись, и вскоре его матросов начнут вытаскивать на палубы британских кораблей, но не всех, а только малую часть что уцелеет. Британцы стреляли точно, и первые залпы упали у бортов броненосцев «Тегетхофф» и «Кронпринцесса Эрцгерцогиня Стефания».

Броненосец «Кронпринцесса Эрцгерцогиня Стефания», (5000 тонн, 87×16×6,6 метра, броня борта до 9-дм, 8 котлов, 2ПМ, 8000 л/с, 17 узлов, 430 человек, два 12-дм и шесть 6-дм орудий)

Вторую колонну кораблей противника британского адмирала Перси Скотта, участника подавления боксерского восстания, большого мастера артиллерийской стрельбы так как его корабли под его командованием показывали выдающиеся 80 % результат попаданий, тогда как остальные корабли гранд Флита только 30–35 %. Перед Великой войной он ушел на пенсию по выслуге лет, но Уинстон Черчилль и Джон Фишер уговорили его вернуться обратно и вручили самый мощный флот королевства. И теперь застигнув противника врасплох, он не собирался останавливаться, а намеревался потопить все лоханки австро-венгров, пользуясь полным преимуществом, тем более в левой колонне открыл огонь дредноут HMS Superb из своих 12-дюймовых орудий по броненосцу «Wein» добившись накрытия.

HMS Superb «Превосходный» (18900 тонн, 160×25×9,6 метра, броня: борт 10-дм, башни 11-дм, 18 котлов, 4 турбины, 25000 л/с, 21,5 узла, десять 12-дм и шестнадцать 4-дм орудий)

Ему в ответ уже вели огонь флагманский броненосец «Эрцгерцог Рудольф», а также «Монарх» и «Будапешт». Десять крейсеров, спешно не теряя времени отходили в сторону полосы утреннего густого тумана, который поможет скрыть эскадру, да и сами стали жечь в котлах тряпки, промасленные мазутом и эскадру стало заносить густым черным дымом, который вялый утренний ветерок разносить далеко не собирался. В душе адмирала Гауса загорелась надежда, так как он не видел шедшую в одной стороне эскадру крейсеров линейных представленных «Неутомимым», «Неукротимым», «Несгибаемым», а также броненосным крейсером «Шеннон», а с другой стороны четырьмя крейсерами класса «Таун» готовых порадовать любого противника огнем 6-дюймовых орудий, в противном случае отдал бы вероятно приказ сразу открыть кингстоны, а тут святое неведение[29] помогло, было видно только две колонны противника в утренней дымке, стреляли только головные корабли, намертво перекрыв мателотам сектора обстрела.

Вот уже снаряды врезались в борта «Тегетхоффа» и крейсера «Кайзер Франц Иосиф» вызвав крен и пожар одновременно. Но новейший легкий крейсер «Сайда», а также раритетные: «Минерва», «Пантер», «Донау», «Кайзерин Элизабет», «Лопард», «Лакрома», «Жигетвар» нырнули в туман вместе с миноносцами, кроме пяти оставшихся при флагмане на всякий случай. Но и сами австро-венгры отвечали и на двух флагманских кораблях были видны попадания в полубаки или башни, которые от них чуть замолкали, а потом стреляли вновь с той же методичностью. Британские линкор «Дредноут» и получил два 12-дюймовый снаряда, один с флагманского «Кронпринца Эрцгерцога Рудольфа», а второй с ««Кронпринцессы Эрцгерцогини Стефании», образовался пожар, и гордые островитяне взяли паузу для исправлений повреждений. Но другие корабли Гранд Флита стреляли, а под общим руководством Перси Скотта особенно точно и «Тегетхофф» снова получил попадания, «Кронпринцесса Эрцгерцогиня Стефания» тоже была прошита 12-дюймовыми и 13,5-дюймовыми снарядами, но всех больше досталось броненосцу «Wein» названный в честь столицы Австрии Вены.

Броненосец «Вена» (5785 тонн, 99×17×6,4 метра, 5 котлов, 2ПМ, 8600 л/с, 17,5 узлов, 26 офицеров, 397 матросов, броня до 10,6-дм, орудия: четыре 9,4-дм, шесть 6-дм).

Он был поражен сразу шестью крупными снарядами, продырявлены оказались как оконечности, так и особо крупный снаряд пробил главный броневой пояс, броневую палубу и взорвался в потрохах корабля, буквально вывернув их наружу, а второй усугубил хаос[30] внутри, окончательно все запутав, и поступлению воды никто препятствовать не мог, так как все было разорвано и разрушено, включая все водоотливные средства.

Сильно пострадали и систершипы «Вены». Броненосец «Монарх» получил три крупнокалиберных снаряда, а «Будапешт» два, разрушивших полубак. Крейсера в целом укрылись от англичан оперативно, но повезло не всем, так как фрегат «Schwarzenberg», было хотел вообще замаскироваться под учебный корабль, но получив пять 6-дюймовых снарядов запылал, так как отставал от британских кораблей не на целое поколение, а на два. По более современному крейсеру «Асперн» прошлись 4-дюймовые орудия английских линкоров, и крейсер получил до полутора дюжин попаданий, но тяжелее всего пришлось крейсеру «Кайзер Франц Иосиф».

Крейсер «Кайзер Франц Иосиф I» (4500 тонн, 103,7×14,7×5,7 метра, палуба до 2-дм, барбеты до 3-дм, четыре котла, две ПМ, 8500 л/с, 19 узлов, 367 человек, два 9,4-дм и шесть 6-дм орудий).

В него попали как снаряды крупного, так и среднего калибра, а сколько именно, никто не считал, так как считать было некому. Людей разрывала взрывчатка, сгибало вместе с металлом, они горели, задыхались от газов и продуктов горения, и до тушения пожаров совершенно дело не доходило, корабль снизу заливало водой, а сверху горел, и когда эти две стихии встретились, то спасать то, по сути, было нечего, крейсер заваливался на борт и переворачивался.

Но не смотря на преследование большей части кораблей удалось скрыться от преследования прямо под носом у англичан, а самое выиграть время и развязать руки Монтекукколи в другой части Средиземного моря…

20 августа, четверг. В провинции Эль-Ариш всегда стояла жаркая погода. Генерал британской империи Бошан Дафф только что вернулся с проверки двух бригад и четырех пехотных полков своей 28-й пехотной дивизии, и сетовал, что многочисленные служебные обязанности мешают ему заниматься стрельбой и рыбалкой, а также видеться со своими тремя сыновьями.

Регион на Синайском полуострове Ариш и Бошан Дафф (Водолей, 2)

В целом ситуация походила как во времена крестовых походов, когда на одного рыцаря приходилось до сотни солдат противника. Так и здесь ближе к Средиземному морю приходилась 84-я бригада, а против полка Королевских фузилеров Нортумберленда приходилось сразу три дивизии оттоманских войск 5-я, 23-я и 9-я, против 1-го батальона Саффлокского полка наступала 36-я оттоманская дивизия, против 2-го батальона Чеширского полка готовилась 32-я оттоманская дивизия, против 1-го батальона Валлийского полка 45-я оттоманская дивизия. Ближе к Красному морю окопалась 85-я бригада, состоящая из Баффы (Королевский полк Восточного Кента), готовившегося отразить 21-ю пехотную дивизию оттоманов, 3-й батальон Королевских стрелков, остерегался нападения 7-го соединения под красным флагом со звездой и полумесяцем, 2-го батальона полка Восточного Сюррея, видел в бинокль 2-ю кавалерийскую дивизию оттоманов, которая под улюлюкание ринулась в атаку, 3-й батальон Миддлсекского полка видел перед собой 33-ю пехотную дивизию с кавалерийской бригадой, причем между подразделений оттоманов наступала еще побатальонно 100-я пехотная дивизия двуединой монархии, а это фактически равный противник, и гордые британцы под небольшим напором решили ретироваться, так как погибать в неизвестной пустыне никому не хотелось, лучше отойти к Суэцкому каналу, а там значительно лучше держать оборону, да и подмогу флот подкинет.

21 августа, пятница. Адмирал Рудольф Монтекукколи прочитал с утра донесение о победоносном окончании сражения за сербский Пирот[31] где враг потерял 5500 солдат, а Болгаро-оттоманские силы 6400 мужчин, так как атаковать всегда тяжелее чем защищаться, а также о ожидаемом предательстве Греции, которая перешла под покровительство Антанты и теперь открыла свои морские порты для западных товаров. Но сам адмирал действовал по ранее намеченному плану, и наблюдатели с его линкоров вскоре заметили три британских боевых корабля. Ими оказались броненосец «Albemarle» и два крейсера «Natal» и «Ахилл». Если с броненосцем для Рудольфа все было понятно, он обладал стандартными четырьмя орудиями калибром в 12-дюймов, и тонкой для линкора броней в 7-дюймов, вполне пробиваемой для австрийских 12-дюймовых орудий, и даже скорость в 19 узлов, ради которой была пожертвована защита не спасала, так как «Вирибус Унитис» легко развивал 21 узел, и от него не отставали «Тегетхофф» и «Принц Ойген», то броненосные крейсера имели шанс оторваться.

Крейсер «Натал» (14700 тонн, 154×22,4×8,4 метра, 25 котлов, 4ПМ, 23600 л/с, 23 узла, 712 моряков, шесть 9,2-дм орудия и четыре 7,5-дм орудий. Броня борта до 6-дм, башен до 7-дм, палуба всего до 1 ½ – дм), в бою участвовал однотипный «Ахиллес».

Раз крейсера могли скрыться, то и весь огонь тридцати шести 12-дюймовых орудий главного калибра с дистанции 88 кабельтовых или 16000 метров был направлен на них. Первым получил попадания крейсер «Натал» построенный фирмой Виккерс на верфи Барроу-ин-Фернесс. Крупнокалиберные снаряды ухнули в надстройке в носу, снесена за борт третья дымовая труба, пробит верхний бронепояс между двумя 7,5-дм орудиями, а также дубль попадание в корму крейсера и там стали ощущаться вибрации от работающих на полную мощность валов. Крейсер «Ахиллес» постройки знаменитой фирмы Армстронг Витворт, что в Элсвике, только изготовление машин отдали на откуп Hawthorn Leslie, так что крейсер можно отнести к знаменитым эльсвикским крейсерам получил за первые пять минут боя шесть попаданий: под первую дымовую трубу, свернута четвертая дымовая труба, сбита грот-мачта, разбита кормовая 9,2-дюймовая башнеподобная установка со щитом, а также от двух попаданий разгорелся пожар на корме. Британцы отвечали, и весьма активно, но дистанция была велика и бой походил на кулачный бой человека с длинными руками с человеком с короткими руками. Только «Вирибус Унитис» получил один 9,2-дюймовый снаряд, а «Тегетхофф» один 12-дюймовый снаряд с «Albemarle», только придавший ярости австрийским канонирам.

Броненосец «Albemarle» (15400 тонн, 132×23×7,8 метра, 24 котла, 2ПМ, 18000 л/с, 19 узлов, 720 моряков, броня борта до 7-дм, башни 10-дм, вооружение четыре 12-дм орудий и дюжина 6-дм орудий).

Дредноут «Принц Ойген» перенес на броненосец свой огонь, так как крейсера броненосные каждый потеряв трубу свой бег замедлили до вполне приемлемых 21 узла, а значит убежать на бескрайной поверхности моря с отличной видимостью были не в состоянии. За семь минут боя снаряды шесть раз угодили в броненосец: продырявлены нос и корма, скошена вторая дымовая труба, от двух попаданий возник пожар на шкафуте, а также затопление в районе кормовой башни главного калибра. Британский адмирал Генри Френсис Оливер приуныл, и все ни как мог понять, как он, будучи шефом морской разведки проглядел усиление Австро-Венгерского флота?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Мы не утописты. Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить в управление государством. В этом мы согласны и с кадетами, и с Брешковской, и с Церетели. Но мы отличаемся от этих граждан тем, что требуем немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники. Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управления велось сознательными рабочими и солдатами, и чтобы начато было оно немедленно, то есть к обучению этому немедленно начали привлекать всех трудящихся, всю бедноту.

Вернуться

2

Пльзень, Чехия – это не только популярный туристический город, но и пивоваренный центр страны, давший свое имя всемирно известному пиву Пилзнер.

Вернуться

3

Сейчас город Львов (Украина).

Вернуться

4

ИМПЛОЗИЙНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ. В этой машине вода получает более или менее такой же режим, как описано выше, а именно: сначала заполняется сосуд, чтобы исключить доступ воздуха, а затем разряжается до определенного уровня с компенсирующим вливанием диоксида карбона (диоксида углерода, окись углерода). Это устройство, в то же время улучшая качества воды, используется в основном для получения энергии в виде электричества, хотя и механическая энергия может быть также получена, путем присоединения шкива к центральному валу.

Вернуться

5

Тарнув – исторически город многонациональный и в его истории кроме венгерского, украинского и еврейского следа отметились даже шотландцы и итальянцы.

Вернуться

6

Столицей Тарнопольского воеводства был Тарнополь. После возрождения Польши, согласно польской переписи населения 1921 года, в провинции проживало 1 428 520 человек при плотности населения 88 человек на км². Национальная перепись населения показала, что огромное количество людей не умеют читать и писать из-за репрессивной политики разделительных держав; составляют более половины регионального населения республики.

Вернуться

7

Фельдцейхмейстер – воинское звание генерала артиллерии / генерала рода войск / Генерала от артиллерии в императорской, австрийской и австро-венгерской армии.

Вернуться

8

Преставиться – имеющее значение «умереть», заимствовано из старославянского языка и является возвратной формой глагола пръставити – «уничтожать» (при буквальном значении «переставить»).

Вернуться

9

В английской системе мер и в России до введения метрической системы мер: мера длины, равная 12 дюймам (30,48 сантиметрам).

Вернуться

10

Гауптман (нем. Hauptmann) – воинское звание младшего офицерского состава в Вооружённых силах Германии (германская имперская армия, рейхсвер, вермахт, ННА, бундесвер), Австрии, Швейцарии, Дании, Норвегии, а также в армии Австро-Венгрии.

Вернуться

11

Письменная форма стандартный немецкий язык (хохдойч) был создан на II орфографической конференции, проходившей в Берлине с 17 по 19 июля 1901 года. Стремление к созданию единого немецкого языка особенно четко проявились после создания Германской империи в 1871 году. В 1876 году, по инициативе прусского министра культуры Альдаберка Фалька была созвана I орфографическая конференция, на которой велись «переговоры в направлении большого согласия в правописании». Однако о единой орфографии рейха тогда договориться не удалось.

Вернуться

12

Тайный советник – чин в Русском царстве и Российской империи, с 24 января (4 февраля) 1722 года – гражданский чин 4-го класса в Табели о рангах.

Вернуться

13

Венгерское слово honvéd – «гонвед» («хонвед») означает «защитник родины» и часто служит для обозначения

Вернуться

14

Денежная единица Австро-Венгрии с 1892 по 1918 год, а также денежная единица переходного периода стран, образовавшихся в результате распада империи. Разменная денежная единица, равная 1/100 кроны, в австрийской части государства называлась «геллер», в венгерской – «филлер». Крона была введена вместо имевших хождение гульденов (венг. флоринов) при проведении денежной реформы, во время которой был осуществлён переход от серебряного стандарта к золотому: 1 килограмм золота приравняли к 3280 кронам.

Вернуться

15

Цислейтания – в 1867–1918 годах, название одной из составных частей монархии Австро-Венгрии, земли, непосредственно подконтрольные австрийской имперской короне.

Вернуться

16

Герцогство Франко́ния – одно из племенных герцогств, образовавшихся на территории Восточно-Франкского королевства (Германии). В данной книге Франция.

Вернуться

17

Это землетрясение разрушило большинство домов Санторини, и многие жители были вынуждены покинуть остовов, на острове осталось всего около 400 человек. Люди покидали «остров дьявола», но многие вскоре возвращались обратно. «Пещерная» жизнь на Санторине продолжалась вплоть до 1956 года.

Вернуться

18

Книн – важнейший транспортный узел, имеющий большое значение в сообщении между адриатической и континтальной частью страны. Здесь пересекаются железные дороги Загреб – Карловац – Госпич – Книн – Сплит и Бихач – Книн – Задар.

Вернуться

19

Штат военного времени – состояние военного формирования, в котором все предусмотренные штатным расписанием должности, полностью укомплектованы (на 100 %). В военной терминологии процесс приведения формирования к штатам военного времени называется «развёртывание» либо «мобилизационное развертывание».

Вернуться

20

Левант (от франц. Levant или итал. Levante – Восток), общее название стран восточной части Средиземного моря (Сирия, Ливан, Египет, Турция, Греция и др.), в более узком смысле – Сирии и Ливана.» …Следует отметить, что это слово образовано от заимствованного из латинского глагола levare – вставать, восходить.

Вернуться

21

Гелиограф (от др. – греч. ἥλιος – Солнце и γράφω – пишу) – в метеорологии и климатологии – прибор для автоматической регистрации продолжительности солнечного сияния в течение дня, то есть, когда Солнце не закрыто облаками.

Вернуться

22

Капо Пассеро или мыс Пассаро – знаменитый мыс Сицилии, образующий крайнюю юго-восточную точку всего острова, и один из трех мысов, которые, как предполагалось, дали ему название «Тринакрия».

Вернуться

23

Радом – город в восточно-центральной части Польши, расположенный в 100 километрах (62 милях) к югу. столицы Польши Варшава, на реке Млечна, в (по состоянию на 1999 г.) Мазовецкое воеводство, ранее бывшее столицей Радомского воеводства (1975–1998). Несмотря на то, что город входит в состав Мазовецкого воеводства, исторически он принадлежит Малой Польше.

Вернуться

24

Главной идеей адмирала Оба являлся принцип «мобильной обороны»: более сильному броненосному флоту противопоставлялись многочисленные отряды миноносцев, базировавшихся во всех портах французского побережья. По мере надобности они перемещались бы к тому порту, у которого сосредотачивались крупные корабли противника и без устали атаковали бы их днем и ночью. Поддержку миноносцам должны были оказывать также небольшие безбронные суда, вооруженные одной крупнокалиберной пушкой.

Вернуться

25

Влё́ра – город на юге Албании, административный центр области Влёра и округа Влёра. Железнодорожная станция. Морской порт на берегу залива Влёра Адриатического моря.

Вернуться

26

Седльце в Польше – родина многих выдающихся людей. Это польский прозаик и сценарист Витольд Залевский, создатель жанра театра одного актера Яхонтов. Достопримечательности Седльце в Польше. Маленький городок очаровывает и сразу располагает к себе. Седльце может похвастаться красивой архитектурой и узкими улицами, выложенными брусчаткой, пестрыми витринами и фасадами домов. В городе есть всё, что нужно для хорошего отдыха.

Вернуться

27

В рамках комплексного плана индустриализации Польши в 1826 году на правом берегу Нарева было построено обширное поселение для льняных и хлопчатобумажных мастеров. Число ремесленников увеличивалось, а рабочих обучали новым ремеслам. В городе также построены два моста, один постоянный.

Вернуться

28

Австро-венгерский гроссадмирал. Антон Гаус родился в июне 1851 года в горном городке Толмин. В 1869 году Антону Гаусу удалось поступить в Морскую академию в Фиуме, а в ноябре 1869 года его приняли служить в K.u.K.Kriegsmarine в качестве кадета. В 1873 году Гаус окончил обучение в Морской академии, после чего началась его карьера офицера флота. В 1900 году Гаус стал командовать корветом «Donau». В том же году ему присвоили чин линиеншиффcкапитана.

Вернуться

29

Неве́дение (от ст. – слав. вѣдѣти – «знать») – 1) незнание; 2) нечувствие греха; 3) незнание собственной веры (основ вероучения, нравоучения). «Не думайте, что неведение есть зло незначительное. Святые Отцы называют неведение великим, начальным злом, от которого зло рождается в полноте обилия.

Вернуться

30

Хаос – мелкие частные владения султанской семьи и высших сановников, фрагментарно и беспорядочно раскинутые по Константинополю и пригородам.

Вернуться

31

Пирот – город в Сербии, один из крупнейших ее муниципалитетов неподалеку от границы с Болгарией. Известен своими ткаческими традициями, древней историей, которая началась еще в II ст., и знаменитой колбасой «Пиротска пеглана». Общая информация. Пирот – столица одноименного округа Сербии. Город сравнительно большой: его площадь – 1232 кв. км, проживает в самом городе около 40 тыс. человек, в агломерации – примерно 58 тыс.

Вернуться