Андрей Меньшиков
Хостел

1

Я свободен. Ветер в Москве был холодный, и особенно мерзли руки, но это не могло меня огорчить теперь, когда всего пару часов назад я сошел с дембельского поезда. Воинские билеты были куплены с пересадками, так что мне предстояло провести здесь еще несколько часов перед отправкой к конечной цели – в Санкт-Петербург.

Первым делом предстояло связаться с Серым – моим другом и одноклассником. До отправки в армию я около полугода жил в одной комнате с ним, его девушкой и ее ребенком, так что он был единственным, кто мог позаботиться о сохранности моих вещей и документов.

Я был в Питере на следующее утро, часов в 5 или 6 утра. За полдня я успел устроиться на работу и заселиться в недорогой хостел недалеко от Невского проспекта.

Хостел представлял собой гигантскую квартиру на последнем этаже пятиэтажки в центре города. Делился хостел на 2 этажа. На первом этаже располагались ванная, туалет, кухня с телевизором, служившая также и гостиной, и четыре номера, в одном из которых, самом дешевом, поселился я. На втором этаже располагались душ, туалет, комната администратора и три дорогих двуспальных номера. Я решил остаться здесь как минимум на несколько месяцев, так что сразу оплатил за месяц, чтобы получить скидку.

Работать я устроился кассиром в магазинчик недалеко от хостела, разместивший объявление на входной двери. Сообщив, что пришел по поводу вакансии, я зашел в подсобные помещения. Директором оказалась молоденькая девушка полуазиатской внешности. Первые несколько секунд я стоял в смятении: она шепелявила настолько сильно, что мне стоило огромных усилий, чтобы не выдать своего замешательства. После недолгих расспросов об опыте работы мне выписали пропуск для поездки в офис, и через 2-3 дня я отработал первую 12-часовую смену.

Один из минусов моей службы в армии – появление проблем с зубами. В один из выходных дней я отправился в бюджетную клинику на Васильевском острове, где работала одна хорошая знакомая. До зарплаты было далеко, поэтому я решил отправиться туда пешком. Шел я довольно медленно, разглядывая каждый дом, и искренне наслаждался тем, что я видел. Люблю Санкт-Петербург. За архитектуру домов центра, за мосты, мостики, грандиозные храмы, за особую культуру его жителей, как местных, так и приезжих. Перейдя через мост, я понял, что не помню наверняка, на каком перекрестке должен повернуть. Поплутав около получаса, я все-таки пришел к нужному повороту и вскоре добрался до клиники. Мне поставили временную пломбу и назначили время и день следующего приема.

Обратно я решил пройтись другой дорогой. Бездумно поворачивая на перекрестках, я забрел в совсем незнакомые места. Здесь находились заброшенные здания фабричного вида, обнесенные кирпичной стеной с колючей проволокой. Мое внимание привлекли ветви яблони, свисавшие через стену. Тут же находился столб с табличкой автобусной остановки. Я прочел надпись: “Балтийский завод”. Опираясь попеременно то на столб, то на выступы кирпичной стены, я взобрался на нее и набрал полные карманы яблок. Яблоки были хорошего сорта. Они походили на Гренни Смит: такая же гладкая кожица и едва заметная вытянутость формы. Я решил наведаться на эту яблоню еще раз, когда снова пойду к стоматологу.

На кухне хостела праздно проводил время Непризнанный Поэт. Ему было лет около сорока, но вел он себя так, словно ему было двадцать с небольшим. Любил выпить, а выпив, начинал несносно петь и декламировать режущие слух, отвратительно вульгарные стихи. У него были длинные волосы, которые он, по его утверждению, не стриг ни разу в жизни. Твердо убежденный, что все вокруг жили неправильно, только он, по его мнению, заслуживал нормального отношения как истинный бунтарь, не предавший свои идеалы. Как ни странно, я был тем исключительным человеком, к которому он относился с симпатией.

– Что это у тебя, яблоки? – удивленно воскликнул он, выпучив на меня уже пьяноватые к вечеру глаза.

– Сорвал с дерева на Васильевском острове, – ответил я.

– Андрюха, не могу поверить своим глазам. Я просто в восторге! Такие вот люди, как ты, и спасут наш ущербный, катящийся в бездну мир. Когда я еще увижу в Питере человека настолько простого, чтобы залезть на дерево и нарвать себе яблок?

– Думаю, ты все усложняешь. Мне просто хотелось есть, – решил охладить я его взбудораженный алкоголем разум.

Непризнанный Поэт явно был в хорошем настроении. От администратора я узнал, что он скоро переедет на квартиру, ради покупки которой без отпуска и выходных проработал двенадцать лет. Пожалуй, я на такое не способен.

2

В ноябре восьмиместный номер был заселен полностью. Одним из моих соседей стал Сервер. Ему было около сорока лет, на жизнь зарабатывал он разными путями, но основным способом была для него установка и запуск в работу серверов.

С Сервером можно было говорить на любую тему. Поскольку я был в то время увлечен онлайн-покером, Сервер спорил со мной, пытаясь убедить в том, что я играю в интернете не с реальными людьми, а лишь с записанной на сервере программой. В случае его правоты это значило бы, что все мои усилия в этом направлении бессмысленны. Впрочем, так оно пока что и было: проигрывал я больше денег, чем зарабатывал.

Сервер умел обращаться с женщинами, чему несказанно способствовала его практически неограниченная эрудиция и умение в любой компании преподнести себя так, будто он в ней ключевая фигура, эпицентр всех событий. Помимо всего прочего, он весьма хорошо готовил.

В один из ноябрьских вечеров я обнаружил, что в хостеле стало вдруг необычайно шумно и многолюдно. Зайдя на кухню, я увидел, что, помимо всех прочих, там приятно проводят время Сервер и еще две девушки, которых он привел с собой. Первая, Лера, была полной брюнеткой с симпатичными ножками, грудью пятого размера и немного странноватым лицом кукольного вида. Надо заметить, большая грудь никогда не была тем, что я ценил в девушках, а вот ножки… они у нее были восхитительны. Я сразу отметил про себя, что был бы не против оказаться с ней в одной кровати.

Другую девушку звали Ксюндель. Она принадлежала тому типу идеально сложенных женщин без каких-либо видимых физических недостатков, которые вызывали во мне если не отторжение, то во всяком случае некоторую неуверенность и смятение в общении. Я будто бы незримо ощущал ее превосходство надо мной. Ее идеальные черты лица, эталонная форма бедер и округлая маленькая грудь словно оттеняли меня с моей худощавостью и словно подростковой непропорциональностью параметров тела.

Некоторое время я наблюдал, как Сервер, Лера и Ксюндель играют в дурака. Сам в игре я участвовать отказался, поскольку после знакомства с покером потерял интерес к прочим карточным играм. Когда вся компания вместе со мной переместилась из кухни в номер, я лег на свою кровать, Лера с Ксюнделем присели на кровать напротив, а Сервер расположился рядом с Ксюнделем и приобнял ее за талию. Представьте себе мое удивление, когда тот стал при всех целовать ее в губы, и это при том, что познакомился с ней всего два часа назад.

Ксюнделю я не нравился. Вернее, ее раздражал сам факт моего существования. Она почему-то была уверена в том, что у меня не было личной жизни, что я ущемленный жизнью девственник-интроверт. Отвечая на ее выпады максимально адекватно, я не пускался в пустую полемику, разговаривая максимально кратко и по существу. Приятно было то, что в наших не слишком ожесточённых перепалках Лера принимала мою сторону.

Вскоре Ксюндель с Сервером ушли на прогулку, а я с Лерой остался в комнате. Мы долго разговаривали о Сервере, Ксюнделе, рассказали друг другу краткое содержание своей жизни и остались вполне довольны друг другом. Я ушел в душ, а Лера осталась в комнате ждать Ксюнделя с Сервером, поскольку они обещали принести ей пиво. Когда я вернулся в комнату, ее там не было. Я лег спать.

Через несколько дней, в свой выходной, я снова ушел на Васильевский остров к стоматологу. На обратном пути я, уже нарочно, снова пошел к Балтийскому заводу, чтобы нарвать яблок. Уже стемнело, по дороге мимо меня проезжали машины, маршрутки, автобусы, а я все рвал, рвал и рвал яблоки, заполняя два заранее приготовленных для этого пакета. Домой я принес килограмм 10-15 красивых, гладких, тщательно отобранных плодов.

Следующий выходной день был ознаменован заездом Попрошайки. У него были спутанные грязные волосы, и он вдруг оказался на удивление коммуникабельным.

– Привет, у тебя нет ничего покушать? – сказал он вместо приветствия. Я давно умел говорить «нет» без лишнего стеснения.

– Неа, – отмахнулся я.

Попрошайка к такому ответу был готов и явно не хотел сдаваться.

– А ты не пойдешь в магазин? Возьми мне тоже что-нибудь, какой-нибудь пирожок.

Однако. Хм. Эгей, да ты всерьез решил меня удивить, приятель. Один-ноль, я действительно не готов к такой космической дерзости, но не переживай: я с тобой справлюсь.

– Я скоро пойду за едой, но делиться с тобой ничем не буду. Не обессудь, у меня ограниченный бюджет. В шкафчике лежат яблоки, можешь брать, сколько хочешь.

Позже я нашел его на кухне поедающим на кухне выпрошенный у кого-то кусочек пиццы. Через пару дней, когда Попрошайка съехал, я открыл свой шкафчик. Яблок там не было.

3

Придя домой после работы, на пороге хостела я встретил Сервера. Мы поздоровались.

– Какие планы на вечер? – спросил Сервер.

Я собирался лишь посидеть за компьютером, расслабляясь с помощью какого–нибудь онлайн-шутера.

– Никаких, – ответил я ему.

– Слушай сюда, Андрей. Сегодня у меня день рождения, и я собираюсь промотнуться в какой-нибудь бар. Айда со мной. Идешь?

Я пошел. Мы вышли на Сенную площадь, пересекли ее и пришли к караоке-бару. Зайдя, заказали по бокалу пива. Сервер стал рассказывать мне о своей жене. Она работала врачом и в свободное время занималась танцами на пилоне. Сервер показал мне видео танца и большую татуировку на ее спине. И то, и другое выглядело вполне очаровательно.

– Расскажи-ка мне, Сервер, вот что. Как так получилось, что уже в первый вечер знакомства ты добился такого прогресса с Ксюнделем, что вы стали с ней целоваться?

– Довольно просто. Знаешь, все женщины очень похожи, к любой из них можно найти свой подход.

– Ну а все-таки?

– Ну, во-первых, я познакомился с ней и с Лерой и привел их в хостел. Потом я стал готовить ужин, яблочный пирог. Ксюндель вызвалась мне помогать, вернее, я попросил ее, а она согласилась. После того, как мы поели, она мыла посуду, а я подошел к ней помочь. Когда она мыла какую-то тарелку, я взял ее руку в свою, и стал обнимать. Она не сопротивлялась, и остаток вечера мы сидели в обнимку и целовалась.

– Сервер, я горжусь тобой!

– Я позвал тебя с собой, Андрюха, чтобы научить тебя так же уверенно цеплять женщин, как и я.

Мы с Сервером по очереди сходили отлить. Недалеко от туалета располагался зал караоке. Оттуда была слышна оглушительная музыка. Две девушки по очереди пели песни в микрофон. Через стеклянную дверь было видно, что кроме них в зале находится парень, скромно сидящий на одном из диванов караоке-зала.

– Видишь девчонок? Давай пойдем в караоке, а? Как тебе идейка?

– Ну давай.

– Слушай внимательно, Андрей. В одном из перерывов громко поздравь меня в микрофон с днем рождения. Сможешь?

– Блин, как-то неудобно. Из меня конферансье совсем никудышный, не думаю, что это будет звучать задорно.

– Постарайся. От этого многое зависит.

Мы заказали две текилы – это была плата за несколько песен в караоке – и вошли в зал. Одна из девушек была брюнеткой, вторая, которая сразу произвела на меня впечатление, была светловолосой, очень стройной, даже, вернее сказать, худой. Носила она обтягивающие лосины и легкую белую блузку. В зазоре между блузкой и лосинами было видно черное просвечивающее белье с узорами, делавшее девушку необычайно манящей и сексуальной. Вся компания по очереди брала в руки микрофон, остальные танцевали. Я чувствовал себя неловко и по большей части сидел на диване. Когда кто-то из присутствующих заказал медленную песню, Сервер подошел ко мне и сказал, чтобы я пригласил светловолосую очаровашку на танец.

Моя попытка провалилась самым неприглядным образом. Когда со словами “Можно пригласить вас на танец?” я протянул даме руку, та проплыла мимо меня и упала прямехонько в объятия к Серверу. Оторопев от такого поворота событий, я некоторое время стоял в ступоре, затем сел на диван, разглядывая танцующую пару. Они медленно кружились под музыку, в то время как Сервер постоянно что-то говорил ей в ухо. Говорил и говорил, говорил и говорил. Она смеялась, удивлялась, говорила в ответ, потом они смеялись вместе.

После танца с Сервером ее отношение ко мне неожиданно изменилось. Настя, так она позже представилась, стала скромно отвечать на мои вожделеющие взгляды, периодически подсаживаясь на диван и приглашая меня потанцевать под бодрую танцевальную музыку. Наконец я преодолел свое стеснение и позволил себе подергаться в такт последним двум трекам.

Из бара в ночь мы вышли втроем: Сервер, Настя и я. В разговоре со мной Настя проявляла инициативу.

– Кто ты такой? – задала она неожиданный и пока непонятный мне вопрос.

– Без уточнения значения вопроса он теряет смысл, поэтому ответить тебе не могу.

– Это очень простой вопрос! – не унималась Настя. – Скажи мне, кто ты??

– Я человек, – осторожно начал я.

Тут мое внимание привлек Сервер. Идя немного позади Насти, он подмигнул мне и показал поднятый вверх большой палец, показывая, что мои ответы его устраивают. Я понял, что он ведет какую-то неизвестную мне игру, и решил не путать ему карты.

– Я, по сути, ответил на твой вопрос. Теперь расскажи о себе, – решил я перевести тему.

– Я работаю на железной дороге.

– Да ладно! – искренне удивился я. – Я тоже в некотором смысле железнодорожник. Я связист.

– Правда связист? Ты не обманываешь меня?

– Так точно, связист! Радиотелефонист взвода обеспечения понтонно-мостового железнодорожного батальона 29-й отдельной… – начал вспоминать я свое армейское прошлое.

– Погоди, я поняла, – прервала она меня. – Значит, ты действительно связист. Знаешь, а я ненавижу связистов! Ненавижу всей душой!

– Ахаха, нас всегда все ненавидят, – засмеялся я. – Мы всегда всё делаем через задницу, в переносном смысле.

– Вот именно, каждый раз, когда что-то случается со связью, ты вызываешь связиста, и в большинстве случаев он говорит, что сломалось что-то такое, за что он не отвечает. За что вы вообще отвечаете?

– Я думаю, каждый раз нужно обращаться к разным специалистам. Если перестает работать телефонная линия – вызывай телефониста, если рации – радиотелефониста.

Тут отставший было на время Сервер догнал нас и вмешался в разговор.

– Ребят, вы так увлеклись разговором… Почему бы мне не зайти в магазин за бутылкой вина? Потом пройдемся вдоль набережной Мойки.

– Я не против, – заявила очаровашка Настя. – Возьми мне еще шоколадку.

– Как скажет милая дама! – воскликнул Сервер и отвесил “милой даме” низкий театральный поклон.

Сервер скрылся за дверью круглосуточного магазина, я взглянул на часы. Было около двух часов ночи.

– Знаешь, а ты мне сразу понравился, – перевела она тему. – Нет, правда, не смотри на меня с таким недоверием. Просто, знаешь, ты такой стеснительный, а твой друг весь такой эпатажный, активный и громкий. Понятное дело, что я сначала решила танцевать именно с ним.

– И что же изменилось потом?

– Ну, ээм… – ей явно требовалось время для ответа. – Он совсем не в моем вкусе, я не сразу это поняла, он весь такой грубый, небритый, словно на бомжа похож. Ты мне нравишься намного больше.

– Ты местная?

– Завтра я улетаю домой, в Архангельск, к своему парню. Как думаешь, поцелуй является изменой?

– Изменой является даже мысль о поцелуе.

– Ой, да ладно, – рассмеялась она.

Когда Сервер вышел из магазина, мы все еще перекидывались этими ни к чему не ведущими фразами. Когда тот поравнялся с нами, мы втроем пошли дальше по тротуару.

– О чём болтали? – полюбопытствовал Сервер, задорно подмигнув мне.

– Обо всем и ни о чем одновременно, – протянул я многозначительно.

Сервер искренне расхохотался.

– Ну вас к черту с вашей философией, пойдемте выпьем, – сказал Сервер и показал в направлении моста через реку.

Когда мы дошли до середины моста и остановились, Сервер открыл вино каким-то чудным, как всегда одному ему известным способом. Это было белое вино, брют. Випив пару пластиковых стаканчиков, я понял, что больше не могу.

По пути к дому Насти я стал налегать на купленный ей шоколад.

– Скажи-ка мне, Анастасия, – спросил Сервер, – какие тебе нравятся мужчины?

– Я считаю, мужчина должен уважать девушку! Ни в коем случае не бить ее и даже не повышать голос.

– Странно, – засомневался я. – Мне кажется, под это описание подходит большинство мужчин.

– А ты как считаешь, каким должен быть парень? – обратилась ко мне Настя.

– Прежде всего парень должен быть в паре тем человеком, который сможет в любом конфликте сохранить рассудок и разрешить все противоречия, не опускаясь до оскорблений и разрыва отношений. Кто-то должен оставаться спокойным.

– Кто-то должен оставаться спокойным… Мне нравится, как ты рассуждаешь, – улыбнулась она мне. – Завтра после обеда у меня самолет. Хочешь, я оставлю тебе свой номер?

– Думаю, не стоит. Если нам суждено встретиться, мы встретимся еще раз, – сказал я, понимая, что это ложь.

Прозвучал сигнал открывающейся двери подъезда, и Настя исчезла из виду. Мы с Сервером побрели по направлению к хостелу.

– Ты неплохо справился, – похвалил меня Сервер. – Особенно начиная с того момента, как мы вышли из бара. Но, если бы ты действовал агрессивнее, сегодня у тебя мог бы быть секс.

– То, насколько быстро и непредсказуемо развивались события сегодня ночью, настолько обескуражило меня, что я даже не подумал о том, чтобы добиваться чего-то конкретного, – честно ответил я Серверу. – У меня давно не было общения с такой сексуальной девушкой. Но мне интересно то, что я вдруг почувствовал уверенность в себе.

– Вот! Это ты правильно заметил: уверенность в себе, – подчеркнул Сервер. – Именно уверенность в себе и делает тебя победителем, завоевателем, покорителем. И вообще, где бы ты ни был, ты должен чувствовать и представлять себя другим так, как если бы ты уже был самым крутым и популярным парнем здесь.

Тут мы поняли, что нам обоим приспичило отлить, и мы стали искать какой-нибудь открытый бар. Красная вывеска горела почти сразу через дорогу. Мы спустились в роскошно обставленный подвальчик, где нам указали на дверь туалета. На выходе нам пожелали доброй ночи, любезно приглашая зайти как-нибудь уже в качестве гостей, а не случайных прохожих.

– Кстати, дружище – сказал Сервер. – Чтобы ты не строил лишних иллюзий по поводу сегодняшнего знакомства с Анастасией, должен тебе рассказать кое о чем, ускользнувшем от твоего внимания.

– Слушаю внимательно.

– Когда мы танцевали с Настей в баре, она интересовалась, кто мы с тобой такие, и я сказал, что работаю на твоего отца, а с тобой нахожусь в качестве телохранителя. Наплел ей, что ты постоянно зависаешь дома и что я решил тебя вывести, так сказать, в люди, чтобы ты развеялся, отдохнул.

– Выходит, все, что было после танца, начиная от ее попыток расшевелить меня в караоке и заканчивая проромантической болтовней на набережной, – последствия твоего блефа?

– Да–да, – на этом моменте Сервер торжествующе растянулся в улыбке. – К слову, женщины очень даже ведутся на всякую болтовню. Заметь, я даже не рассказывал, кто твой отец, чем занимается, сколько у него денег – все додумала она сама.

Сервер достал сигарету, раскурил ее, затянулся и продолжил говорить.

– В принципе, не важно было даже то, в какую одежду ты одет и с каким телефоном ходишь. В Питере любая девушка, кроме, может быть, самой дремучей провинциалки, понимает, что независимо от того, как ты выглядишь, ты можешь быть как нищим, так и богачом. Помнится мне, сидел я как-то в одном баре, а напротив бара был припаркован дорогущий порше. И все девчонки, находящиеся в баре, озирались, пытаясь понять, кому же он принадлежит. Видел бы ты их лица, когда с барного стула сполз в стельку пьяный мужик в рваной выцветшей футболке, звонящий куда-то с нокии юрского периода, сел в эту порше и уехал.

– Ахаха, представляю себе разочарование тех баб в баре! – развеселился я.

– Еще какое! – оживился Сервер. – Одна моя подруга как-то раз ездила на отдых в Египет и встретила там скромного мальчишку в очках – классический образ унылого ботаника. Ни с кем не общался, скромно ходил на море в компании парочки друзей. «Ты бы знал, – сказала она мне, – как я потом жалела, когда узнала, чей он сын» Уже точно не помню, кем был его отец, но денег тот имел столько, что он мог позволить содержать не только сына, а пятьдесят таких сыновей в течении всей их жизни. После того, как она узнала, она готова была выть на луну, рвать на себе волосы – в таком она была шоке оттого, какой шанс упустила. Вообще и сейчас, и во все времена удачно выйти замуж – ключевая идея для большинства девушек, а это значит, что так же, как и та моя знакомая, все они боятся упустить свой шанс, и именно поэтому так важно, как ты себя ведешь, как разговариваешь, насколько выгодно преподносишь свой блеф. И ни в коем случае не выдавай всю легенду сразу: элемент загадки заставляет девушку додумать все именно так, как она хочет.

– А мне вот всегда хотелось не раздувать воздушные замки, а действительно стать кем-то, добиться настоящего успеха, – захотелось мне вдруг пошатнуть его стройную пикаперскую логику. – И я чувствую в себе этот потенциал превратить свою жизнь в поток благ, ощущаю себя всемогущим.

– Стремление добиться результата в жизни – это неплохо, – поддержал мой энтузиазм Сервер. – Только ты возьми в расчет и то, сколько ты упускаешь женщин, готовых отдаться тебе за одну лишь иллюзию мечты.

Мы уже были на пороге хостела. С трудом раздевшись, я обессиленно упал на кровать.

4

В середине ноября в хостел заехал Иван. Иван в свои тридцать с небольшим лет не создавал впечатления практически никакого. Не было в нем ни бунтарского настроения Непризнанного поэта, ни уверенности Сервера, а был он словно хамелеон. Подстраивался под окружающую обстановку, всегда и во всем следуя общей тенденции. Когда все пили водку – он пил водку. Когда все смеялись – он смеялся тоже.

Однажды вечером после работы, войдя в комнату, я обнаружил, что Сервер куда-то собирается.

– Ты куда это на ночь глядя? – поинтересовался я.

– В бар. Идешь со мной?

– Не знаю. Мне нужно подумать.

Я колебался. С одной стороны, я все еще был под впечатлением последнего знакомства с Настей, с другой же я понимал, что это по большей части просто совпадение, и второго такого раза может и не быть, поэтому вместо ночных похождений стоит дать себе выспаться. Кроме того, мне больше не хотелось становиться участником пикаперских розыгрышей: что-то внутри меня сопротивлялось этому. В некотором смысле эти игры были мошенничеством, а значит, насилием. Я против насилия.

– Подумай хорошенько, Андрюха. Сегодня суббота, а это значит, в баре полным-полно симпатичных девочек, которые только и ждут, чтобы их выебали. Легенда отработана, все должно пройти гладко, так чего мы ждем? Зря, что ли, я тебя учил?

– Знаешь, Сервер, я не думаю, что мне все эти игры подходят. Иди-ка ты сам.

– Тогда сиди здесь и дрочи! Ванек, пойдешь со мной? – обратился он к соседу-хамелеону. Тот оживился, быстро переоделся, надушился и ушел с Сервером.

Когда они вернулись, я спал крепким сном. В середине ночи, часов около четырех утра, в номере включили свет, раздался необычайный шум, ругань.

– Ванек, ты что делаешь?? – орал кто-то. Хамелеон стоял перед чьим-то чемоданом и мочился на него.

– Ты что же это делаешь? Совсем дурак, что ли? Это ж надо было так нажраться!

Пьяного Ивана втащили на кровать, хозяин обоссанного чемодана отнес его в ванную.

Всю вторую половину ноября я занимался покером. От зари до зари я экспериментировал, пробуя различные стили игры. Наконец, к концу месяца я пришел к некоторой определенной стратегии, которую требовалось проверить.

Я внес платеж в размере десяти долларов и открыл покерный стол. Вскоре около моего ноутбука собралась заметная кучка народа. Они оживленного спорили, обсуждая игровые линии и размеры ставок. Иван поначалу спорил с моими решениями, однако по мере того, как количество денег на моем счету росло, он все больше и больше симпатизировал моему стилю. К концу игровой сессии на моем счету было что-то около шестнадцати долларов. Довольный собой, я лег спать.

На следующий день игра не задалась. Потеряв три доллара, я захотел отыграть их, увеличив количество столов. Через час от моих шестнадцати долларов осталось менее шести. Осознав, что это провал, я вышел из игры. Вечером вместе с Сервером и Иваном я пошел в бар.

В баре в тот день работало три человека: симпатичная девушка с короткой стрижкой, вторая девушка по имени Аня, с длинными ухоженными черными волосами и тонкими изящными чертами лица, и татуированный парень по имени Николай. Я заказал себе вишневый сок, Иван с Сервером по бокалу пива. Аня проводила нас в караоке.

Девушек в зале не было, над микрофоном издевался полковник ФСИН. На вид ему было около пятидесяти, пришедший с ним племянник был примерно моего возраста. Сервер сразу нашел с полковником общий язык, да и Иван вдруг оказался офицером в отставке.

Полковник любил шансон. Он пел одну за одной, а мои спутники ему подпевали. Мне ни одна песня не нравилась. Когда подошла моя очередь выбирать песню, я, игнорируя предпочтения большинства людей, находящихся в аудитории, выбрал одну из песен Нойза. Как оказалось, пришедший с полковником племянник тоже знает ее наизусть. Припев мы спели вместе.

Иван с Сервером быстро опьянели. Серверу захотелось взять новогоднюю мишуру из караоке зала, а Аня пыталась отнять ее у него. В конце концов я отнес мишуру за барную стойку, заплатил по чеку и чуть ли не силой вывел дебоширов из бара. По дороге домой пьянчужки веселились, я же пытался их устыдить. Мои усилия пропали даром: дойдя до первой же арки, Сервер помочился на ограду и пошел дальше в направлении хостела. «Больше никуда с ними не пойду», – подумал я, выслушивая пьяный хохот. Зайдя в подъезд, они вдруг притихли, вспомнив о жильцах. В хостеле я и Сервер сразу легли спать, Иван же еще долго бродил по кухне.

5

В декабре случилось так, что Елизавета, один из администраторов, напилась, попалась на глаза хозяйке и была уволена, так что теперь единственным администратором оставалась Кэти – молоденькая и симпатичная, немного полноватая в бедрах блондинка. Кэти работала каждый день, но вместо того, чтобы из-за этого уставать и, быть может, жаловаться на жизнь, она все глубже погружалась в круговерть происходящих в хостеле событий, становясь теперь не только их сторонним зрителем, но и участником. Кроме того, в хостел заехал Скрипт. Скрипт занимался веб-программированием и продвижением сайтов. В первый же месяц проживания он так раскрутил сайт хостела, что к Новому Году тот был заполнен на сто процентов.

Как-то раз вечером на кухне собралась компания из Сервера, Скрипта и двух новеньких приглашенных Сервером девушек. Одна из них, Саша, была пострижена под мальчика, другая была блондинкой с легкой примесью азиатской крови. Вероника, так ее звали, была весьма милой на лицо, однако имела непропорционально огромный, словно бы вздутый зад.

Около одиннадцати вечера девушки стали собираться домой. Сервер настоял на том, чтобы я их проводил, и я не стал возражать. Выйдя на улицу, мы стали разговаривать с Вероникой, а пройдя пару кварталов, обнаружили, что Саши с нами нет. Зайдя в пару магазинов, мы не смогли ее отыскать и дальше пошли вдвоем. Как оказалось, Вероника слушает южнокорейскую поп-музыку, и у нас даже был один общий исполнитель. Я проводил ее до Площади Восстания и вернулся в хостел.

Однажды вечером, в один из предновогодних дней, Вероника снова пришла в хостел, уже без Саши. Я к тому моменту был уже немного подвыпивший и без стеснения зашел в четырехместный номер, где они вдвоем с Кэти ели покупной вишневый пирог. Я слушал их женскую болтовню, прильнув к Веронике всем телом и периодически мягко поглаживая ее бедро. Вскоре она определилась с отношением к происходящему и сказала, чтобы я прекратил ее трогать. Я вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Настроение на Новый Год оставляло желать лучшего. На кухне собралось невероятно много людей, среди которых в лицо я знал в лучшем случае половину. Кэти пригласила меня сесть за стол, но мне было неловко среди такого количества чужаков. Я ушел в комнату.

Хотелось девушку. Пролистав сохраненные номера своего телефона, я набрал номер Вероники.

– Алло, Вероника, привет.

– Привет. Как дела, ты в хостеле?

– Да, лежу на кровати.

– Как настроение? Вы отмечаете?

– Ага. На кухне полно народа, настроение – говно. Давай я приду к тебе сейчас?

– Я скоро ухожу на Дворцовую площадь, там будет новогоднее представление, давай там встретимся?

– Я не хочу никакого представления, мне нужна только ты. Останься дома, и я приду к тебе.

– Не могу, я обещала друзьям пойти с ними. Ладно, давай, сейчас куранты будут бить.

– Пока. – сказал я и отключился.

«А пошло оно все», – подумал я и лег спать под дружные крики встречающих Новый Год соседей.

6

Скрипт заинтересовался моим покерным проектом. Ему понравилась идея оптимальной непобедимой стратегии игры.

– Тебе нужно использовать нейронные сети, – сказал он и принес мне кучу статей с замудренными формулами. – Я сам собираюсь обучать нейронку для игры на Форекс.

Статьи читать я не стал, сославшись на то, что использую другие принципы работы.

В январе в хостел снова стала приходить Лера. Она приходила под вечер, пила пиво в компании Сервера и еще кого-нибудь, ближе к ночи уходила. Вскоре случилось так, что Кэти заболела, и Лера согласилась подменить ее. Она стала находиться в хостеле круглосуточно.

Однажды вечером я, как обычно, сидел на кухне в компании Сервера, Скрипта и Леры, и разговор неожиданно зашел обо мне. Сервер стал рассуждать, пытаясь понять, отчего я так замкнут в себе и нелюдим, почему у меня нет стремления сблизиться с другими людьми, провести с ними время. Я ответил на это, что трата времени на общение с людьми, за редким исключением, является бесцельным времяпровождением, а я человек целеустремленный, мне нужно показать что-то большое и прекрасное впереди, чтобы побудить меня к действию. Это такая позитивная форма лени, внутренняя защита организма от траты сил на всякую поебень.

Лера вдохновилась моим скептицизмом, восхищенно назвала меня творческим человеком и пригласила сесть рядом. Разговор продолжился. Я по большей части молчал, а Лера тем временем положила руку мне на плечо и время от времени проводила мне сзади рукой по волосам. Когда все ушли, мы с Лерой присели на угловое сиденье, перед которым стоял круглый обеденный столик с длинной скатертью.

Я положил руку на Лерины колени. Люди заходили на кухню и выходили из нее, а мы все сидели и разговаривали с Лерой, в то время как я под столом гладил ее.

– Ты замечательный парень, Андрюш! Ты сейчас сидишь здесь со мной, потому что думаешь, что я некрасивая, и со мной проще сладить.

– Не говори глупостей, Лер. Просто ты мне нравишься, вот и все.

Моя рука поднималась по ее ноге все выше, теперь уже лаская ее бедра. Наконец я осмелел настолько, что решился погладить через трусы ее клитор. Лера выгнула голову, издав едва слышный стон. Я чувствовал, как у нее там горячо. Я был на пределе возбуждения.

– Пошли наверх, Лер, – я знал, что в комнате администратора есть кровать.

Она взяла меня за руку, и мы поднялись по лестнице на мансарду. Мы вошли в администраторскую, но не прошли в спальню, как я рассчитывал.

– В первом номере никого нет, – сказала Лера. – У меня есть дубликаты ключей.

– А хозяева комнаты надолго ушли? – забеспокоился я.

– До завтра их точно не будет.

– Ну хорошо, тогда пойдем.

Лера нашла нужный ключ в шкафчике на стене. В первом номере был бардак. Там было две кровати: одна двуспальная, другая – раскладушка. По двуспальной кровати были разбросаны вещи: шорты, футболки, носки.

В комнате было темно, так что я едва видел очертания ее тела. Она сняла платье, лифчика под ним не было. Первое, что я ощутил, посмотрев в полутьме на её крупную и слегка обвисшую грудь – растерянность и разочарование. Нараставшее было возбуждение стало неумолимо угасать, и всё, что я делал дальше, было уже несколько бесчувственно и механично, во всяком случае, поначалу. Она легла на спину, я стянул с нее черные трусики и стал раздеваться сам. Я снял шорты, футболку, трусы. В носках было неуютно, поэтому я тоже снял их и небрежно бросил на кровать.

Целуя её в шею, я постепенно спускался к её груди, в большей степени прислушиваясь к её реакции, нежели получая удовольствие сам. Всё в ней было чужим и незнакомым. Когда неловко ощупывавшие её тело руки спустились к влагалищу, я понял, насколько сильно она меня хотела: настолько там было влажно.

Нависнув над ней, я попытался ввести член, однако мне это не удалось. Пытаясь сделать это со второй попытки, я понял, что член скоро вовсе обмякнет, и уже было решил, что секса не получится, но тут Лера проявила инициативу.

– Андрюш, давай я отсосу? – предложила она мне, и я не стал возражать. Лера встала с кровати, я лег на спину, приподняв колени. Взобравшись на кровать, она встала на колени, наклонилась ко мне, взяв в рот мой член, придерживая его рукой у самого основания.

Через несколько минут я почувствовал, что член снова отвердел, и решил снова попробовать войти в нее. Она легла на спину, сведя ноги вместе, а я сел на нее сверху, смочил слюной вход и вошел в нее. Я задвигался взад и вперед. Лера застонала, я же, напротив, не чувствовал ничего, за исключением осознания того, что я в ней. Я двигался так минуты три, затем решил ускорить темп и лег на нее сверху, вытянув ноги вдоль ее тела. Я ускорялся, стараясь максимально плотно прижимать пах к ее клитору.

– Андрюшенька, мой хороший, трахни меня как следует, мне это надо! – кричала она, задыхаясь.

Я сполз с нее. “Давай сменим позу” – предложил я ей. “Я люблю раком” – ответила она. Лера встала на колени, повернувшись ко мне задом. Открывавшийся мне теперь вид был достоин восхищения. Ее бедра образовывали очень женственный классический овал, заканчиваясь внизу миниатюрными острыми коленками. Пах её был гладко выбрит, четко разделяясь на две едва выпуклые половинки. Я поддался мгновенно возникшему искушению и проник в неё пальцем. Было упоительно приятно чувствовать его скольжение там, у нее внутри. Я продолжил ласкать ее, подключив еще один, указательный палец. Когда мои пальцы достигали глубочайшей возможной точки, я загибал их и массировал едва чувствовавшийся маленький бугорок, заставляя Леру стонать и изгибаться от сексуальных ощущений. Наконец она затряслась всем телом, вскрикнула и затихла. “Ты кончила?” – решил я убедиться в очевидном. “Да” – тихо прошептала она.

Теперь уже и мне необходима была разрядка. Мой покрасневший, с четко выраженными теперь тонкими линиями вен член взмыл ввысь, требуя немедленного развития событий. Я прижал головку ко входу во влагалище, скользнул внутрь и задвигался. Ускоряя темп, я отводил торс все дальше и дальше от ее зада, увеличивая амплитуду толчков. Наконец, я перенес вес тела на ее талию, облокотился на нее руками и стал жестко трахать ее, работая исключительно тазом. Внутри у Леры становилось особенно влажно и горячо, член скользил все легче и легче, испытывая все меньшее сопротивление. Только теперь я наконец стал ощущать нечто похожее на приближение к оргазму.

Вдруг раздался звонок в домофон. Я, как постоянный житель хостела, пожалуй, лучше самой Леры знал, что это означало приход кого-либо из жильцов. Я максимально замедлил толчки, делая их более редко и резко.

– Лер, тебе нужно впустить их.

– Да бог с ними, кто-нибудь на кухне откроет. – Внутренняя часть домофона была установлена в двух местах: в администраторской и на кухне.

– Лучше бы тебе самой открыть им, чтобы знать, кто пришел. Вдруг они из этой комнаты.

– Блин, точно. Надо одеться.

Я стал искать в темноте свои вещи. Лера одела трусы и платье, выбежала в коридор. Включая свет в комнате, я услышал, как в администраторской она разговаривает по домофону.

Я надел все свои вещи, но никак не мог найти носки. Проблема усложнялась еще и тем, что кроме моих носков на кровати валялось множество других, тоже черных. Найдя, наконец, свои носки, надев их и собираясь выходить из комнаты, уже в дверях я столкнулся с одним из ее жильцов. Это был Леха – невероятно высокий, едва помещавшийся в дверной проем двадцатипятилетний парень.

– Ты что здесь делаешь? – слегка взвинченным голосом сказал он. Я молчал.

– Что ты здесь делаешь? – повторил он еще более агрессивно. Я должен был что-то сказать. Что-то придумать. Прямо сейчас.

– Ты так и будешь стоять передо мной и молчать, или что-то ответишь? – вдруг сказал он неожиданно более мягким и спокойным голосом.

– Я… эээ… я здесь… ммм… – из-за надвинувшейся на меня паники я с трудом пытался смастерить в мозгу фразу, призванную донести, что нахожусь в комнате не с целью что-либо украсть, как он, казалось, должен был думать.

– Ладно, – сказал он мне, – где это было? – Леха рукой показывал поочередно то на двуспальную кровать, то на раскладушку.

Он все понял, и это было наилучшим развитием событий. Я указал ему на раскладушку, подумав, что версию секса на раскладушке тот воспримет с меньшей степенью огорчения, и так же молча спустился на первый этаж в свою комнату. Спускаясь по лестнице, я еще слышал голос Лехи, требующего у Леры замены постельного белья.

7

Следующий день я провел на работе. Работал я отстраненно, прокручивая в голове детали прошедшего вечера. Я с нетерпением ждал момента, когда придет ночная смена кассиров и я смогу уйти домой.

Голова горела от сексуальных переживаний, я шел в хостел в предвкушении реванша за незавершенный секс. Воображение работало на полную катушку, генерируя множество движений, поз.

Я никак не мог застать её одну. Она то с кем-то разговаривала, то вообще исчезала. Я начинал нервничать. Наконец, поднявшись на второй этаж, я застал ее сидящей в комнате администратора.

– Привет, Лер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.