# Дом на окраине

Тамара Гайдамащук

Захватывающий сюжет произведения, приключения, происходящие с героями, интрига повествования – всё это вызывает интерес и желание узнать, что же будет дальше.

© Тамара Гайдамащук, 2021

ISBN 978-5-0053-8588-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## ГЛАВА 1

Старинный одноэтажный дом в прошлом веке был женским монастырём. Куда исчезли монахини – неизвестно, но после того как их не стало, дом заселили жильцами. Кельи были преобразованы в комнаты и в каждой комнате проживала отдельная семья. Коммунальные условия были общими для всех. Жильцы соседствовали дружно, ссор и скандалов между ними не происходило. Одну из комнат занимала старая уже женщина. Звали её Матильдой. Была она одинокой, семьи не имела. Но вниманием со стороны мужчин обделена не была, даже сейчас, почтенный возраст не смог стереть её красоты, которая лишь поблекла под тяжестью лет.

Матильда жила замкнуто, с соседями общалась редко, но, когда общалась, то всегда была добра и приветлива. Её комната отличалась от комнат остальных соседей, было в ней что-то таинственное и загадочное. Когда соседки заходили к ней, то испытывали странное чувство, какое именно – определить не могли, но, общаясь между собой, говорили они все одно и тоже – когда входишь в комнату Матильды, будто бы попадаешь в другой мир. Матильда очень интересовала соседок, им интересно было узнать о ней подробнее, но женщина, пуская их в свою комнату, ничего никогда не рассказывала о себе, её внутренний мир оставался для всех закрытым. И это, конечно же, подстёгивало интерес соседок. От всего, что находилось в комнате – стол, буфет, кровать, пианино, зеркало, посуда – веяло стариной, даже одевалась Матильда по моде прошлых лет. Будто бы она продолжала жить в мире своей молодости, а, возможно, и юности. Соседи её любили, она была доброй и приветливой, но в последнее время они стали замечать за Матильдой странности. Из её комнаты стал доноситься разговор. Матильда с кем-то разговаривала. В этом сначала ничего подозрительно-странного соседки не увидели – ну, мало ли с кем она говорит по телефону, но когда выяснилось, что у Матильды нет мобильного телефона, соседки стали проявлять беспокойство. Одна из соседок решила напрямую спросить Матильду о состоянии её здоровья. Но Матильда, поблагодарив за внимание, ответила, что со здоровьем у неё всё хорошо. Однако, такой ответ не удовлетворил любопытных соседок и они продолжили наблюдать за ней. И вскоре поняли, что у Матильды с психическим здоровьем не всё в порядке. Из комнаты доносился её возмущённый голос, вначале тихий, потом всё громче и громче, даже переходящий в крик. Соседи все высыпали в общий коридор, они хотели войти к ней, но не решались, стояли около её двери и прислушивались. Матильда выкрикивала отдельные и непонятные слова. – Да!… я знаю!… я могу сказать!… это… правда… но… опасно… могу сказать… но боюсь… но я должна сказать… должна… и я скажу… скажу!… я обязательно скажу!… – Последние слова она уже истерически выкрикивала. Соседи терпели, терпели, но когда уже стало невмоготу, решили вызвать врача. Состояние Матильды врачу не понравилось и женщина была госпитализирована в клинику для душевнобольных. Соседкам было очень жаль её, они не могли понять, что же такое с ней произошло, что она вдруг, вроде бы без видимых причин лишилась рассудка. И они пришли к выводу, что, скорее всего, это возрастные изменения головного мозга, ведь ей было уже немало лет. Матильду поместили в клинику, но соседки не забывали её, зная, что у неё никого из родных нет, поочерёдно навещали её и носили гостинцы, надеясь, что она придёт в себя и вернётся домой, но сами слабо верили в это.

В клинике Матильда под действием медикаментов стала намного спокойнее. Уже не кричала, стала адекватной, даже входила в контакт с персоналом и другими пациентами. Лечащий врач уже подумывал о её выписке домой.

Стелла очень любила свою профессию, она мечтала стать врачом, но денег на обучение в университете у неё не было, хватило лишь на получение диплома мед. сестры. Стелла потому и выбрала этот стационар, что считала своим долгом помогать именно таким пациентам, у которых отмечались психические отклонения. Матильда ей сразу понравилась, она очень отличалась от остальных больных, с ней было интересно поговорить и как только у Стеллы появлялось свободное время, она сразу же шла в палату Матильды. Войдя как-то к ней в палату, Стелла очень удивилась, увидев её лежащей на кровати. Матильда лежала, уставившись в потолок и что-то быстро говорила.

– Матильда, с вами всё хорошо? – Стелла наклонилась к ней и тихо спросила. Но Матильда не слышала её, она продолжала бормотать непонятные слова. Вроде Матильда произносила их на родном языке, но Стелла понять не могла. Испугавшись, как бы Матильде не стало хуже, Стелла ввела ей успокоительную инъекцию и женщина тут же заснула и до утра спала спокойно. Стелла даже забыла о произносимых ею словах, но, уходя с дежурства домой, вспомнила о них и решила осторожно спросить.

– Матильда, а что это вы вчера говорили? О чём? Вы произносили какие-то слова? Может, вам чего-то хочется?

– Нет, я ничего не произносила. – Быстро ответила она. И Стелла поняла, Матильда всё хорошо помнит, но почему-то не хочет говорить об этом и не стала настаивать.

Но когда на следующее дежурство повторилось тоже самое, Стелла решила записать эти слова, но больше не расспрашивала о них Матильду. Вернувшись домой с дежурства она рассказала мужу о странной пациентке и о непонятных словах, которые та периодически произносит.

– Я даже записала их, вот смотри. – За ужином Стелла протянула мужу лист бумаги с записанными словами. Он внимательно прочёл. – Да это же бред какой-то. – «Там… бур… лит… надо… много… много… от… дам… да…» – Дорогая, а ты не забыла, где работаешь? У них у всех мозги сдвинуты, вот и болтают бог весть что.

– Ник, не говори так. А может, ей нужна помощь, но не медицинская, а другая. Может, она что-то хочет сказать, да боится?

– Так расспроси её.

– Я попыталась, но она не стала мне говорить. Знаешь, мне показалось, что она со мной просто не захотела на эту тему говорить. А настаивать я не хочу, вдруг ей плохо станет, ведь я помню какой её привезли к нам, она кричала, была очень возбуждена, взволнована, сейчас стала намного спокойней, но что-то с ней не так, я это чувствую.

– Дорогая, если она захочет, то сама скажет, ведь она – больной человек.

– Но, а вдруг ей надо помочь?

– Ты понаблюдай за ней и если увидишь, что с её стороны есть желание поделится с тобой, вот тогда и прислушайся к ней.

– Да, ты – прав. Я так и сделаю.

Приходя на дежурство, Стелла сразу же проходила в палату Матильды. Состояние её было удовлетворительным, больше ничего она не произносила и вела себя адекватно, рвалась домой, но и со Стеллой расставаться ей не хотелось, они очень сблизились, можно даже сказать – подружились. Матильда даже стала о себе рассказывать, чего раньше никогда не делала. Матильда рассказала о себе, о своей семье, рассказала, что была педагогом музыки, преподавала в музыкальной школе и даже сама сочиняла музыку. Жалела, что в отделении нет инструмента, а то бы она с удовольствием играла бы. Стелле тоже не хотелось, чтобы она покидала клинику, не всегда такие интересные пациенты попадают к ним, но понимала, что родной дом – это – родной дом. Матильда радостно сообщила Стелле, что на следующий день её выписывают из клиники и весь вечер допоздна она хочет провести со Стеллой, если у неё будет время.

Стелла уже заканчивала вечерние процедуры, когда к ней на пост пришла взволнованная соседка Матильды по палате и, сбиваясь, просила быстро пройти в палату, Матильде стало плохо. Стелла, прибежав в палату, увидела Матильду, лежащей на кровати. Она была очень бледна, с трудом говорила, тяжело дышала, глаза были широко распахнуты, в них застыл страх, она опять что-то непонятное бормотала, но когда увидела Стеллу, улыбнулась ей и попросила подойти.

– Матильда, я сейчас сделаю вам укол и вам станет лучше.

– Стелла… не надо укола… попроси её уйти… – кивнула Матильда на соседку по палате. – …пусть она выйдет…

– Выйдите, пожалуйста. – Попросила пациентку Стелла. – Пожалуйста, это ненадолго.

– Хорошо. – Ответила та. – Я постою у двери. Можно?

– Да, но только в коридоре, не в палате. – Пациентка вышла и Матильда быстро заговорила.

– Стелла… слушай меня внимательно… не перебивай… я должна тебе сказать что-то важное… очень важное для тебя…

## ГЛАВА 2

– Сте… лла… – Матильда говорила с придыханием, каждое слово давалось ей с трудом. – …слу… шай внима… тельно… я хочу… отблаго… дарить тебя… за твою… доброту… запомни… сто… тридцать… пять… цве… ток… там… там всё… твоё… цве… ток… назы… вается… – Матильда пыталась вымолвить название цветка, но язык не слушался её… она вдруг пристально взглянула на Стеллу, быстро на одном дыхании произнесла – только не забудь, что я сказала – и замолчала. Глаза стали стеклянными, неподвижными. Матильда – скончалась. Смерть её очень удивила Стеллу и была ей непонятна, ведь ничего в её состоянии не предвещало конца. Стелла позвала доктора, он также удивился кончине относительно бодрой пациентки, а потом философски заметил – устала она от жизни… интерес жить пропал… вот и отправилась на вечный покой. Вскрытие назовёт нам причину её внезапной, но по сути ожидаемой смерти. Разве это жизнь у наших пациентов… сестра, дайте мне её историю и я напишу эпикриз.

Тело Матильды забрали на экспертизу. Стелла всё думала о её словах, они казались ей бредом, но последнее отчётливо сказанное предложение заставляло её в этом усомниться. Стелле не терпелось с кем-нибудь обсудить услышанное от Матильды, но она боялась, боялась того, что могут засомневаться в её адекватности, а также боялась разглашения этих слов, а вдруг они – эти слова – что-то да значат, поэтому, она не стала никому говорить, а решила дождаться возвращения домой и всё поведать мужу.

Но дежурство её кончалось только утром. Стелле очень жаль было Матильду, она искренне привязалась к женщине и искренне оплакивала её кончину.

Отчёт патологоанатома был готов уже спустя часа два. Стелла прошла в ординаторскую узнать у доктора результат вскрытия. Согласно отчёту смерть наступила от обширного инфаркта миокарда. – Какой к чёрту инфаркт! Простите, доктор. Матильда ведь на сердце не жаловалась и её кардиограмма была в норме. – Стелла подробно расспрашивала доктора. – Она ни разу не пожаловалась на сердце за всё своё время пребывания в стационаре. Откуда тогда инфаркт, доктор?

– Да, я тоже не понимаю откуда. Одним словом… возраст… хотя, может, её что-то напугало?

– Да, что её, доктор могло напугать? – Произнесла Стелла и вдруг задумалась – в словах доктора прослеживалась истина – Матильда перед смертью действительно выглядела напуганной, но доктору Стелла об этом не сказала.

– Вы правы, возраст своё берёт, это точно, доктор. – Стелла постаралась уверенно говорить. – Я вам не нужна, доктор?

– Нет. Можете идти.

Утром, сдав пост, пришедшей на работу сестре, Стелла заторопилась домой. Ник постоянно находился дома, он был переводчиком и работал на дому.

К приходу жены он приготовил вкусный завтрак и продолжил заниматься своими переводами.

– Ник, что я тебе скажу… – Прямо с порога Стелла стала рассказать мужу о Матильде. – Она умерла, представляешь?

– Жаль старушку. – Ответил Ник, помогая Стелле раздеться.– Завтрак на столе, а у меня куча переводов.

– А твои переводы не могут подождать? Мне такое тебе надо рассказать…

– Ну, хорошо позавтракай и потом расскажешь мне о своей Матильде.

– А как ты понял, что о ней? – Удивилась Стелла.

– Вот, так и понял. О ком ты мне ещё сейчас рассказывать стала бы, тем более, что успела сообщить о её смерти. Всё, иди ешь, а я пока хоть один текст переведу.

Приняв душ, Стелла прошла на кухню, откуда регулярно раздавались радостные её возгласы по поводу завтрака. -Уууу, как вкусно… Ник, ты просто волшебник… такого вкусного омлета… я никогда ещё не ела… а твои гам… гамбургеры… просто объедение… – выкрикивала Стелла набитым ртом. Закончив завтракать, она прошла к мужу. – Дорогой, всё было очень вкусно. Спасибо тебе большое. – Стелла уселась на колени мужу – Хоть и очень хочется спать, даже не дремала за ночь ни минутки, но я должна тебе рассказать о Матильде. – И Стелла всё подробно рассказала. – Я сумела записать на телефон всё, что она мне говорила, вот, послушай. – Она включила телефон и вместе с мужем ещё раз прослушала слова Матильды. – -Сте… лла… слу… шай внима… тельно… я хочу… отблаго… дарить тебя… за твою… доброту… запомни… сто… тридцать… пять… цве… ток… там… там всё… твоё… цве… ток… назы… вается… – Ник, я лично ничего не понимаю, а ты?

– Дорогая, да тут и понимать нечего, бред умирающей женщины. Она же ясно сказала – хочет тебя поблагодарить, ты хорошо к ней относилась, вот она, чувствуя, что уходит, поблагодарила тебя.

– Нет, дорогой, он не поблагодарить хотела, а – отблагодарить. А это разные вещи.

– Да? Разве это не одно и тоже?

– Ник, мы должны в этом разобраться.

– Стелла, у меня много переводов, прости, но этой ерундой мне некогда заниматься.

– Ник, она сказала, что там всё моё. А вдруг там клад? А?

– Где клад?

– Ну, не знаю где. Может, сто тридцать пять – это номер чего -то?

– Стелла, не забивай себе и мне голову ерундой. Ты же хочешь спать, вот иди и ложись, а мне надо переводить.

– Ник, обещай мне, что, закончив свои переводы, мы с тобой ещё вернёмся к этому разговору.

– Обещаю, но сейчас мне, правда, некогда.

Ник был занят переводами, да и Стелла тоже очень уставала на работе, она приходила домой и валилась с ног. Начиналось время отпусков и многие сёстры уже отдыхали, так что Стелле приходилось выходить на дежурства гораздо чаще обычного, подменять тех, кто уже находился в отпуску.. Через месяц и она должна была выйти в отпуск и старательно торопила время. Они с Ником планировали поехать к морю, Ник тоже торопился завершить все свои переводы и хорошо к отпуску заработать. Детей они пока не планировали, хотели пожить немного для себя, но не это было главным, они старались подкопить денег и уже тогда родить ребёнка.

Стелла обошла всех своих пациентов, раздала им таблетки, проследила, чтобы все они проглотили бы их, проверила рты каждому и вернулась на пост. Сегодняшняя ночь обещала быть спокойной, все пациенты чувствовали себя хорошо, никто ни на что не жаловался. Матильду уже похоронили. Одиноких пациентов хоронила сама клиника. Недалеко от клиники находилось, принадлежавшее ей кладбище, где и покоились невостребованные никем умершие пациенты. Стелла часто навещала могилу Матильды, носила ей цветы и разговаривала с ней.

Стелла решила немного вздремнуть прямо на стуле, как всегда, не покидая своего поста. Она уже научилась спать в полглаза, прислушиваясь во время своего неглубокого сна ко всему, что могло ей не понравится её внимательному слуху и сразу же проснуться.

Стелла задремала, всё в коридоре клиники было спокойно. Вдруг она услышала шаги, кто-то шёл по коридору. Так не хотелось просыпаться, но – надо было. Она подняла голову и… не поверила своим глазам…

## ГЛАВА 3

По коридору, направляясь к Стелле медленно шла… Матильда. Стелла молча, широко распахнутыми глазами смотрела на идущую к ней женщину, боясь даже пошевелиться. Матильда что-то говорила, вертела головой из стороны в сторону, будто была чем-то недовольна.

– Ма… Ма… Матиль… да… вы?! Но вас же… вас же нет… вы… мертвы… я… я не понимаю вас… я не слышу вас… – Матильда продолжала приближаться, а Стелла медленно пятилась назад. Когда Матильда подошла к ней почти вплотную, Стелла от страха зажмурилась, а, открыв спустя минуты глаза, Матильды уже не увидела, её не было. – А может… может, мне это привиделось? Да, точно привиделось… хотя… я сидела за столом и дремала… а сейчас я… стою… значит… не привиделось… о боже! Получается, что приходил призрак Матильды?! Что же ей от меня надо?… Хорошо, что никого из персонала не было в коридоре, а то… мне никто не поверил бы и чёрт знает, что подумали бы обо мне…

Стелла с трудом дождалась конца смены, ей не терпелось поскорее попасть домой и рассказать о визите Матильды мужу.

Придя домой, Стелла с порога начала рассказывать. – Ник, отвлекись от своих переводов, ко мне ночью приходила Матильда.

– Какая Матильда? – Не очень внимательно слушая жену, спросил Ник, не отвлекаясь от записей.

– Пациентка нашей клиники, я о ней тебе говорила, та, которая недавно умерла от инфаркта, в который мало кто поверил. Я задремала, дежурство было спокойным как никогда и вдруг слышу… шаги… это она, Матильда шла ко мне…

– Дорогая, но ты же сама сказала что – задремала, вот и приснилось тебе…

– Но я же не спала! И потом… я стояла, когда она шла ко мне, не могла же я дремать стоя! Я же не лошадь!

– Да… ты не лошадь, дорогая…

– Ник, почему ты не слушаешь меня?

– Стелла, мне переводы надо заканчивать, а ты… ты из-за ерунды отвлекаешь меня.

– Ник, это не ерунда… она что-то говорила мне и лицо у неё было очень недовольное, мне показалось, что она сердилась. Ник, а может, она хочет что-то сообщить мне? А?

– Дорогая, я закончу перевод, мне уже совсем мало осталось и потом ты мне всё ещё раз расскажешь.

– Хорошо. Тогда я в душ.

– Завтрак на столе. – Крикнул Ник и погрузился в перевод.

Стелла приняла душ, с аппетитом позавтракала и решила пока не отвлекать мужа, отправилась в спальню. Распаренная после душа прилегла на кровать и не заметила как заснула. И вдруг опять ясно увидела Матильду. Та сидела на её кровати и что-то говорила. Но Стелла и сейчас не могла разобрать её слов, однако, больше уже не пугалась визита женщины, а старалась хоть по губам прочесть, что Матильда говорила. Но и этого не получилось. Матильда указывала куда-то рукой, опять вертела головой, что-то пыталась сказать, но что – Стелле было непонятно. Сон её как рукой сняло. Стелла быстро поднялась с кровати и вышла к мужу.

– Ник, она опять приходила. Не спроста это всё, не спроста. Она определённо хочет что-то мне сказать. Но я… я не понимаю.

– Дорогая, я закончил все свои переводы. Сейчас отправлю их и заказчик вышлет деньги, а это, любимая моя – не мало. Мы с тобой отправимся к морю, как мечтали.

– Ник, ты меня слышал? Она уже домой сюда приходит. Она явно что-то хочет мне сказать.

– Хорошо, расскажи мне подробно, что у тебя происходит.

Стелла рассказала, но Ник не поверил ей. – Дорогая, ты за последнее время спишь очень мало, вот твой мозг и устал от недосыпа, возбуждён, тебе надо хорошо выспаться, ты же сама медик и понимаешь это.

– Ник, я и другое понимаю, без причины призраки не приходят. За их визитами всегда что-то стоит. И я, кажется, знаю, что надо делать.

– И что же?

– Я схожу к Матильде домой. Может, у неё дома мне попадётся какая-нибудь подсказка и я пойму, почему она ко мне приходит. Она мне сказала, что хочет меня отблагодарить, но не успела. Возможно, из-за этого ко мне приходит? А?

– Кто знает, может и из-за этого.

– Я схожу к ней домой и попытаюсь узнать.

– Я не пущу тебя одной. А ты разве знаешь, где она живёт?

– Я схожу после следующего дежурства, в её истории записан адрес, история пока в архив не сдана, её только через месяц отправят в архив и я смогу спокойно взять её адрес. И сразу же после работу поеду, тебе незачем идти со мной, просто будем на связи как всегда. У меня не идёт из головы… что может означать – сто тридцать пять? Может, это номер чего-то? Или дома… или ячейки…

– Ага, банковской ячейки, в которой лежит миллион и дожидается тебя… – Ник весело расхохотался и смеялся он довольно долго.

– Ну, всё? Отсмеялся? Лично я ничего смешного в этом не вижу. Ну, ведь не зря она мне тогда сказала, я даже запомнила слово в слово – «Стелла, слушай внимательно, я хочу отблагодарить тебя за твою доброту, запомни – сто тридцать пять, цветок, там, там всё твоё, цветок называется…» – видишь…

– Слышу, видеть я не могу. – Ник попытался улыбнуться, но Стелла пресекла его улыбку. – Дорогой, мне не до смеха, всё очень серьёзно, неужели ты не понимаешь? Матильда упоминала цифры, цветок и она сказала, что там всё моё. Ник, ты понял?

– Да. Но подумай сама, тебе это говорила умирающая женщина, мозг её был возбуждён или как там объясняют медики? Она была в агонии, могла сказать всё, что угодно, а ты сейчас ломаешь свою голову и напрягаешь мою. – Сдерживать улыбку Нику становилось сложно.

– Если бы она ко мне не приходила… я, может и не думала бы сейчас о ней, но она пришла ко мне уже ни один раз, а значит, что-то за её приходами есть. Вот я и попытаюсь выяснить – что, я отправлюсь к ней домой, определённо там будет разгадка.