Это
Научно-фантастическая повесть
Сергей Орст

…самый героический поступок

человечества – это то,

что оно выжило и намерено

выжить дальше…

Аркадий и Борис Стругацкие,

повесть «Пикник на обочине»

© Сергей Орст, 2023

ISBN 978-5-0053-8542-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ГЛАВА 1

Мы не знаем что ЭТО, мы стали боятся ЭТОГО, мы стали ссориться из-за ЭТОГО, но ЭТО стало нашим другом.

Всё началось во время первого пилотируемого полёта на Марс. Корабль «Марс-1» с международным экипажем на борту совершал гравитационный разгон вокруг Луны с выходом на гомоновскую траекторию перелёта к красной планете. Луна как раз была в фазе лунного затмения тенью Земли и, большинство людей, кому посчастливилось быть на ночной стороне, наблюдали за манёвром корабля. Любители астрономии, да и просто неравнодушные жители нашего общего дома прильнули к окулярам биноклей, подзорных труб, телескопов и внимательно следили, как маленькая яркая точка в тени от Земли светиться около Луны. Это были сопла реактивных двигателей корабля «Марс-1» извергающие мощные огненные струи. Событие широко освещалось средствами массовой информации, как эпохальное – впервые в истории человечества люди улетали на пилотируемом корабле дальше Луны.

Остальное население Земли следило за разгоном «Марса-1» в прямом эфире по телевидению и в интернете. Облёт Луны межпланетным кораблём продолжался всего каких-то четыре минуты, и вот он показался из-за диска пепельной Луны с другой стороны. Ещё некоторое время была видна яркой движущейся звёздочкой работа маршевого двигателя, а затем разгон закончился и корабль пропал из вида биноклей, любительских телескопов и телекамер землян. Только специалисты Центра Управления Полётом непрестанно следили за кораблём, в том числе и визуально. Визуальное наблюдение пока осложнялось тем, что корабль находился ещё в конусе тени Земли, но буквально через несколько минут он должен был выйти в свет Солнца.

– Марс один, Марс один, я – Земля, вторая фаза окончена, – поступило сообщение из ЦУП, – приступайте к фазе номер три. Как слышите меня? Приём!

– Земля, Земля, я – Марс-1, слышу вас хорошо, – ответил командир корабля, – приступаем к фазе номер три.

Это был обычный голосовой обмен в таких случаях, необычным был только сам полёт – первый полёт человека на Марс.

Фаза номер три означала, что экипаж может выйти из ложементов, снять скафандры и приготовиться к запуску вращения корабля для обеспечения искусственной гравитации. Члены экипажа принялись разлетаться в невесомости по своим штатным местам. Всего через пару минут большой корпус чуда технической мысли человечества начнёт крутиться, сначала еле заметно, затем, всё быстрее и быстрее, пока искусственная сила тяжести не станет похожей на марсианскую. Возникла пауза, в ходе которой астронавт Майкл Бэк с разрешения командира корабля Леонида Свиркова успел снять туманность Мессье, находящуюся в созвездии Ориона. Снимки туманности из теневого конуса Земли, сделанные наружным корабельным телескопическим спектрофотометром вне действия солнечного ветра, представляли особый научный интерес. На это требовалось несколько секунд, пока вращение не было, и никакой задержки в работе экипажа не могло произвести. Фактически это было часть научной деятельности американца, но вне миссии на Марс. Майкл стремился воспользоваться уникальным положением корабля и получить данные для своей дальнейшей научной работы. Он заранее согласовал эти действия с руководством полёта и получил согласие, если его исследование никак не повлияет на план полёта.

До выхода из теневого конуса Земли оставалось ещё пять минут, а Майкл уже успел сделать массу снимков в разных режимах спектрофотометра. Американец отвлёкся всего на две минуты, находясь на своём рабочем посту, снимая туманность, а после, почувствовав усиливающуюся гравитацию, приступил к своим штатным обязанностям в экипаже «Марс-1».

Вечером Майкл Бэк после рабочей смены стал знакомиться с полученными данными по туманности Мессье. Он сидел в своей каюте со личным ноутбуком и просматривал снимки в высоком разрешении и короткий видеоролик. Как и ожидал американский астрофизик, экранированный Луной солнечный ветер и дальность от атмосферы Земли, позволили повысить чувствительность спектрофотометра и получить отменные данные по туманности.

– А это что такое? – недоумённо сам себя спросил Майкл.

В данных была какая-то то ли помеха, то ли тень. Бэк переключился на видеоролик и стал всматриваться в него. Затем снова в спектрограммы.

– Ничего не понимаю, – бурчал американец себе под нос, – чертовщина какая-то…

Он ещё раз и ещё раз прокручивал все снимки, но сомнение нарастало.

– Лёня, – крикнул Майкл, выйдя из своей каюты в общий коридор, напоминающий внутренность барабана, – ты можешь зайти ко мне?

– Сейчас иду, – крикнул издалека командир корабля и вышел из кают-компании, где допивал чай.

По короткому коридору Леонид пришёл в каюту Бэка.

– Что тут у тебя?

– Да, я по своей научной теме хотел тебя спросить.

– А-а, что-то интересное?

– Чёрт её знает. Смотри, вот какая незадача. Сначала я думал, что это метеорит, но эта штука вроде как стоит на месте…

Леонид и Майкл были друзьями ещё со времён их совместной учёбы в Московском Физико-Техническом Университете. Майкл свободно говорил по-русски, жил в Москве и был женат на Ларисе, родной сестре Леонида Свиркова. Как, порой, водится у закадычных друзей, их дружба началась с драки. Они поссорились из-за одной хорошенькой студентки с параллельного потока на какой-то вечеринке. Слово за слово, и вот они, немного подогретые горячительными напитками, уже выясняли отношения на кулаках, вообще позабыв о причине их ссоры. Физически более крепкий и могучи Лёня послал соперника в нокаут. Майкл упал, потеряв сознание. Однако Лёня, моментально остыв, бросился к поверженному сопернику оказывать первую помощь. На руках он вынес американца на улицу и привёл в чувства, а затем, оказал первую помощь, приложив лёд к распухающей скуле.

– Хороший у тебя удар, друг, – ещё запинаясь, сказал Майкл, – научишь так бить?

– Ты прости меня, дружище, – виновато говорил Лёня, удерживая своего однокашника на ногах, – чуток не насчитал. Конечно, научу.

Так и пошла их дружба.

Занимаясь совместными расчетами, друзья выяснили, что это НЕЧТО действительно имеет место быть и располагается в теневом конусе Земли на расстоянии около четырёхсот тысяч километров от Земли. Получается, что сейчас ЭТО было примерно в двадцати тысячах километрах от обратной стороны Луны. Более того, ЭТО было неподвижно по отношению к тени Земли.

Корабль «Марс-1» не располагал мощными оптическими приборами и направить их в эту точку космического пространства друзья не могли, поэтому сообщили об этом в ЦУП. Однако там, в свойственной деловой манере объяснили, что эти данные не относятся к миссии на Марс, исследование Бэка не является плановым, а лишь его личным. Ему было позволено что-то исследовать только по личной просьбе командира корабля.

На этом пока исследование ЭТОГО было отложено на неопределённый срок, оставив множество вопросов. Тем не менее, Майкл и Леонид на не успокоились на безучастном и, как им обоим показалось, скользком ответе ЦУПа и смогли переслать странные данные по исследованию туманности своему престарелому преподавателю по астрофизике Андрею Ивановичу Камешеву. Руководство полётом не возражало против пересылки этих данных пенсионеру-астрофизику.

Через пару дней ЦУП передал сообщение от профессора Камешева:

– Здравствуйте, ребята, изучил ваши материалы. Вы явно ошиблись, никаких объектов в указанной области пространства нет, ведь оно хорошо изучено. Либо это помехи в данных, вероятно, обусловлены космической пылью, либо эффект линзирования, но точно не стационарное тело. Лучше выбросите это из головы и сотрите информацию, вам нужно сосредоточиться на исторической миссии на Марс, а не на бракованных снимках туманности. Удачи на Марсе, ребята!

На этом могло всё и закончиться, если бы Леонида не зацепила чем-то эта вся ситуация. В голосе профессора еле чувствовалась недосказанность, какая-то спартанская уверенность в своей правоте, некое авторитетное мнение, не подлежащая сомнению. Свирков уловил это, потому что хорошо знал Андрея Ивановича. Будучи в прошлом его учеником, Леонид понимал, что матёрый старый астрофизик должен был заинтересоваться этим явлением, тем более данные об этом говорили убедительно. В ответ Леонид выслал только одну фразу:

– Что-то вы темните, Андрей Иванович!

– Это что ещё за эффект линзирования в окололунном пространстве, – недоуменно спросил Майкл, когда друзья отослали ответ профессору, – он нас за дураков держит, что ли?

– Э, нет, – задумчиво произнёс Леонид, – профессор прекрасно знает, что мы хорошо учили астрофизику, он же нас и шпунял по этому предмету.

– Ну да, этот эффект наблюдается только в галактических и межгалактических масштабах, ты думаешь, Лёня, что Булыжник что-то знает сам, но сказать нам не может или не хочет.

– Чёрт его знает, – ответил Леонид, задумчиво.

Свои сомнения в отношении поведения профессора Камешева Леонид не стал передавать своему другу, потому что знал свойство Майкла начинать сомневаться в собственных убеждения под влиянием более авторитетного мнения. Он решил пораздумать над этим сам. Свирков был весьма прямолинейным человеком, который всегда говорил, что думает и очень часто от этого страдал лично. Он был добр и справедлив, но терпеть не мог негодяев. Его назначили командиром этой миссии исключительно за твёрдый характер, не боящийся прямых и неудобных вопросов, но при этом решения его всегда были взвешенными, профессиональными и, в конечном счёте, верными. Это далеко не всем нравилось в международной космической программе «Марс», но в итоге, в голосовании за пост командира корабля победил именно он, вопреки мнению многих боссов и чиновников околомарсианской тематики.

Времени в полёте до Марса было предостаточно и Леонид и Майкл сами по крупицам собирали разрозненные данные наблюдений с Земли за интересовавшей их областью пространства. Им не давало покоя поведение этого объекта, а именно его абсолютная статичность. Что ЭТО, какого ОНО размера и формы выяснить друзья так и не смогли, но оба были уверены, что там ЧТО-ТО точно есть.

Потом их затянула рутина марсианского проекта, они успешно прошли по красной планете, оставив там следы своих ботинок, выполнили все поставленные эксперименты и благополучно вернулись на Землю.

При подлёте к Земле, они ещё раз исследовали ту самую область пространства, но как и ожидалось, находясь вне теневого конуса данных о чём бы то ни было необычном не получили совсем. К тому же Леонид смог примерно оценить размеры ЭТОГО. От километра до пяти в поперечнике. А обнаружить такую кроху в тени от Солнца, да ещё на таком расстоянии дело нереальное. Тем более, неизвестно, есть там ЭТО или всё-таки нет.

Майкл почти разуверился в наличии чего-то ТАМ и продолжил заниматься своей «туманной» темой, решив, видимо, что НЕЧТО явилось всё-таки результатом помех и внешних воздействий на спектрофотометр. Он явно поддался мнению столпов астрономии и астрофизики, которые и убедили его в этом.

Леонид, напротив, интуитивно и неосознанно полагал, что ТАМ есть НЕЧТО неизвестное и неясное, просто никто не замечает ЕГО по неизвестным пока причинам. Или не хочет замечать по тем же причинам. Он ещё раз произвел расчёты по данным Майкла и убедился в их корректности, если предположить, что ЭТО именно там.

Зачем ему это надо было, ведь он герой, как и все члены его экипажа? Они – первые люди, добравшиеся до Марса и оставившие там следы своего пребывания. Они были страшно популярны на Земле, их слава была сравнима со славой Гагарина. Тем более, в условиях всеобщей приобщённости к интернет-коммуникациям он постоянно общался чуть ли не со всем миром. Его это несколько тяготило, но общение с миром было обязательным условием звания героя-покорителя космоса. Ему приходилось постоянно открещиваться от всяких сплетен, оправдываться за выдумки всяких бумагомарак и, разумеется, быть очень осторожным в общении с поклонницами, которые буквально не давали прохода такому «перспективному красавцу».

Вся эта звёздная шумиха и сплошная ложь в сети про его личную жизнь привели к тому, что в один прекрасный день он прекратил всякое общение. Он устал от охотников до информационных «перчинок», от поклонниц, от назойливости незнакомых ему людей. Конечно, данный факт вызвал бурю возмущения, мол, зазнался в конец, даже бросил своих родных и друзей. Но это было не так, Леонид стал больше общаться с настоящими своими друзьями и родными воочию или по видеосвязи, потому что высвободил огромное количество времени, которое тратил раньше на неизвестных ему людей, точнее не людей, а их изображение в компьютере. Этот поступок Свиркова вызвал резко негативную реакцию руководства марсианской программы, которое усиленно эксплуатировало образ бравого героя космоса для рейтинга и заработка дополнительных средств. По всему миру были расклеены постеры с фотографиями Леонида и членов его команды, сам он даже снимался в рекламе всякой всячины, потому что это было указано в его контракте. Но бывший командир первой марсианской экспедиции, значительно потеряв в дополнительных доходах от ненужных ему атрибутов известности, сосредоточился на подготовке ко второй мисси на Марс и возобновил свою отложенную научную работу.

ГЛАВА 2

Так прошло года два. Леонид женился на скромной девушке из космической программы «Марс», которая работала программистом-телеметристом. Они видели друг друга изредка и лишь издали в помещении аппаратной ЦУПа.

Однажды после какого-то очередного банкета в честь какого-то очередного светила науки они случайно остались вдвоём, и Леонид предложил её проводить. Он недолюбливал такие сборища, но отказываться от приглашения ему, покорителю других планет, было практически невозможно. Катя вообще не любила такие мероприятия, но не прийти на банкет в честь её босса означало бы конец её карьеры. Леонид, который в очередной раз на таких собраниях выступал, словно клоун в цирке с заранее написанными какими-то пиарщиками речами, заметил печальное выражение лица одной милой барышни, которое контрастировало на фоне восторженных пышных ресниц и нескромно накрашенных губ жеманниц, толпами ходившими за холостым героем космоса. Он узнал эту девушку, которая была одной из телеметристок у мониторов, но никогда не смотрела на Леонида, а скромно опускала глаза, в то время, как её сослуживицы буквально пожирали газами героя.

И вот, по окончании банкета, ловко сбегая от поклонниц окольными путями, Леонид нырнул в метро, где и столкнулся у кассы с Катей. Он буквально налетел на неё, оглядываясь, нет ли за ним преследовательниц.

– Прошу прощения, – дежурно бросил Леонид, но заметив, кого чуть не сбил, досадливо ожидал очередных восторженных криков молоденькой барышни, узнавшей его.

– А-а, это вы, – тихо и спокойно, но весьма строго сказала Катя, признав в Леониде популярную личность, хоть это было и непросто, на его лице были нелепые темные очки, а на голову одета бейсболка с огромным козырьком, – что вы тут делаете?

Популярность и узнаваемость Свиркова была ещё на высоком уровне, но из-за отсутствия скандалов и самопиара о герое-покорителе стали потихоньку забывать. Что интересного в нём? Был на Марсе, ну и что?

Леонид вспомнил её, он же видел эту брюнетку только что на приёме. Она сидела в сторонке, не принимая активного участия в веселье и, уж тем более, не осаждала в числе многих Леонида, задавая множество глупейших вопросов. Теперь лицо этой девушки выражало недоумение вперемешку с налётом недовольства. Герой покоритель космоса в метро, как обычный человек?

– Простите, пожалуйста, мою неловкость. Да, право слово, признаться стыдно, – начал объяснять он, но несколько запинаясь перед хорошенькой и на его удивление скромной девушкой, выразившей праведное недовольство его неосмотрительностью, – опять сбегаю от назойливых поклонниц.

Леонид опасливо обернулся в сторону входа в вестибюль станции и сразу отвернулся, обнаружив у дверей пару девиц, высматривающих среди толпы своего кумира.

– Простите, как вас зовут? – спешно обратился он к девушке.

– Катя.

– Катюша, милая, – умоляюще смотрел он ей в глаза, всем свои видом ожидая криков поклонниц, признавших его со спины, – пожалуйста, спасите меня от них.

Леонид одними глазами покосился назад, а Катя подметила, что он не пытается с ней заигрывать, а искренне опасается поклонниц. На лице Кати появилась лёгкая улыбка, и это очаровало Леонида.

– Идёмте, – коротко сказала Катя и быстро взяла Леонида под руку, потянув к турникетам.

Пройдя на эскалатор, Катя быстро встала спиной вперёд, украдкой взглянув из-за широкой спины Свиркова на выход. Две девицы так и стояли, осматривающим взглядом сканируя людей.

– Всё? – с надеждой в голосе спросил Леонид.

– Да, – ответила Катя и повернулась лицом по направлению движения эскалатора, сойдя на пару ступенек вниз от Леонида почти вплотную к нижестоящему пассажиру.

Свирков прекрасно понял, что для этой милой девушки его личность не является чем-то особенным. Для неё он самый обыкновенный человек, она и не собирается кидаться ему на шею. За это Катя ещё больше понравилась Леониду. Он мужчина, и он должен завоёвывать внимание понравившейся ему женщины, если, конечно, он этого хочет. А Леонид вдруг захотел этого, причём, очень. Он не желал вот так бросить знакомство с правильной девушкой, ведь он просто парень, которому она помогла.

– Я не сказал вам спасибо, спасительница Катя, – сказал Леонид, спустившись ниже и встав на одну ступень с ней рядом, загородив своим телом проход с левой стороны эскалатора, – если позволите, то я вас провожу, время-то уже позднее.

Катя повернула голову и внимательно посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, искренен этот знаменитый покоритель космоса или нет. Леонид мило улыбался, сняв свои дурацкие очки, но не нелепую бейсболку. Она хотела что-то сказать, как сзади послышался ворчливый мужской голос:

– Эй, Ромео, чего встал посреди прохода? Нечего девчонок кадрить! Двигай, давай вперёд!

Леонид обернулся и увидел сердитый взгляд мужчины средних лет, которому он загородил проход по эскалатору. Пришлось Свиркову пойти вниз по движущейся лестнице и уже внизу дожидаться Катю.

Через год они поженились. Сколько же за этот год, да и после женитьбы на них вылили грязи! Поклонницы бесновались, мол, как он посмел променять нас на какую-то там замухрышку. Блогеры и горе-журналисты старались выискать всякие пикантные подробности из прошлого и нынешнего Леонида с Катей, а, не найдя ничего интересного, сами выдумывали небылицы, одна другой пакостнее. О дате свадьбы никто не знал, они в тайне от всех решили сочетаться браком в узком кругу близких и друзей. Друг Майкл, его жена, являющаяся сестрой Леонида, профессор Камешев и ещё несколько родственников присутствовали во Дворце Бракосочетания.

Во время церемонии появился один блогер, распространявший о Леониде и Кате всякие грязные сплетни и начал свой он-лайн репортаж о свадьбе знаменитости. Судя по всему, кто-то из работников ЗАГСа «слил» информацию о тайной свадьбе известной личности. Блогера попросили покинуть зал, но тот и не думал этого делать. Напротив, с удвоенной силой стал излагать в свой огромный гаджет гнусную ложь про невесту, про жениха, про обстоятельства столь поспешной, по его мнению, свадьбы. Леонид уже кипел, но Катя сдержала его около себя.

После двух сакраментальных «Да» и обмена кольцами, Леонид не выдержал и бросился на наглеца-блогера, выхватил гаджет и со всего маха разбил его об пол. Охотник до скандалов вынул из кармана новый гаджет поменьше и заорал в него о свободе слова, о праве на информацию, о произволе и безнаказанности знаменитостей. Тяжёлый удар в челюсть прервал крики блогера, который рухнул на каменный полированный пол зала торжеств, разбив второй гаджет. Леонид стоял, потирая костяшки правой руки. Свадьба была сорвана, но официально брак был уже зарегистрирован.

На Леонида завели дело за побои, за препятствие свободе слова, но он как-то отвертелся, оплатив стоимость обеих разбитых гаджетов и, принеся публично извинения этому мерзавцу. Извинения Леонида в эфире какого-то телеканала были сухими, короткими и безэмоциональными:

– Я прошу прощения у журналиста за своё недостойное поведение во время моей свадьбы. Я был не прав. Простите.

С тех пор популярность героя космоса, вспыхнув было вновь из-за скандала, стремительно пошла на убыль. Это обстоятельство нисколько не огорчило ни его, ни его молодую супругу, они оба всегда тяготились популярности. Вероятно, именно резкое снижение популярности и интереса к первооткрывателю других планет привело к тому, что Леонида попросили из программы «Марс». Ему дали научную должность в небольшом исследовательском институте, занимавшимся проблематикой тёмной материи в межгалактическом пространстве. По сути, его просто сослали с глаз долой и дали заниматься невесть чем. При институте была обсерватория, находящаяся в Крыму. Туда и уехали Леонид и Катя, будучи абсолютно счастливы вместе вне общего внимания.

Здесь Леонид вспомнил про исследования его друга Майкла и, пользуясь служебным положением, ловко перестроил работу научной группы, чтобы отыскать ЭТО в пространстве. Только Катю он посвятил в свои планы, которая всецело помогала мужу, будучи хорошим программистом в составе научной группы. На Майкла Бэка Леонид уже не рассчитывал, тот давно забросил тот эпизод, защитив кандидатскую диссертацию на тему туманностей.

Начались долгие поиски ЭТОГО. Сначала выяснилось, что никакие радиотелескопы не обнаруживают в конусе тени Земли никаких иных объектов, кроме геостационарных искусственных спутников связи, периодически пересекающих тень. Самая высокая орбита, из которых, была около трёхсот пятидесяти тысяч километров. Но все эти спутники были слепы в направлении от Земли. Доступа к управлению дальними спутниками у Леонида не было, и он решил искать НЕЧТО по старинке. Понимая, что ЭТО должно быть тёмным, а искать тёмное в темноте совсем гиблое дело, Свирков стал наблюдать за дальними яркими объектами, надеясь, что ЭТО затмит яркий объект и тем самым обнаружит себя.

Они с Катей шутили, что ищут чёрную кошку в тёмной комнате, надеясь, что она там всё-таки есть. Действительно, конус тени Земли от Солнца огромен. Это в основании этот конус равен диаметру Земли, а до его вершины более одного миллиона трёхсот тысяч километров, пойди, найди там что-то очень маленькое! Удивительно, но, не посвящая никого в свои поиски, супружеской паре удавалось выполнять план научной работы, сдавать отчёты, при этом скрупулёзно собирать данные в поиске ЭТОГО.

Жизнь шла своим чередом и через некоторое время у них родился сын, которого они назвали Мишей, наверное, в честь Майкла. К этому времени Майкл Бэк был уже второй раз на Марсе в составе новой экспедиции и прислал поздравление чете Свирковых с поверхности красной планеты.

Супругов уже начал затягивать быт, заботы о малыше, поиски ЭТОГО отошли на второй, затем на третий план, являясь как-бы фоном в их работе. Ночью 28 августа 2037 года их разбудил звук из компьютера. Катя специально разработала программу, которая автоматически искала НЕЧТО посредством главного оптического телескопа Крымской обсерватории. Сигнал означал наличие значительного затмения известного объекта неизвестным.

Свирковы вскочили с кровати и бросились к монитору. Быстрые расчёты показали, что на расстоянии четыреста две тысячи триста двадцать километров над Землёй, ровно в оси теневого конуса находиться тёмный объект, размером около двух-трёх километров в диаметре. Получалось, что этот объект является спутником Солнца, раз постоянно находиться в тени Земли.

Возбуждённые этим известием, Леонид и Катя перестроили телескоп в данную точку пространства и стали наблюдать на мониторе. Луна как раз была во второй четверти, и это обстоятельство могло облегчить поиски – отражённый свет Луны от Солнца узкой полоской мог осветить пространство в тени Земли всего в каких-то двадцати с небольшим тысячах километрах от орбиты Луны.

Вот ещё исчезла и снова появилась звезда в поле зрения телескопа, вот ещё… Суточное вращение Земли позволяло видеть прохождение ЭТОГО поверх звезд.

– Это всё записывается на видео? – спросил Леонид, он чувствовал, что они наткнулись на что-то очень важное.

– Конечно, Лёня, – Катя рассеянно улыбалась, она до конца не верила в удачу, в глубине души полагая, что вся эта эпопея с поисками ни к чему не приведёт.

Теперь и она уверовала в то, что видит собственными глазами и была очень рада за мужа.

– Давай перешлём эти данные Камешеву, – предложил Леонид, – интересно, что теперь он скажет на это.

– Давай, – ответила Катя, – я сейчас сделаю.

Ответ Камешева, вопреки ожиданиям супругов, пришёл очень скоро, будто профессор ждал от них этого сообщения, и поверг Леонида в ярость. Он никак не ожидал, что его старый учитель так холодно и весьма резко отнесётся к известию от Леонида и Кати.

– Андрей Иванович, как так?! – чуть ли не кричал на изображение профессора в компьютере по видеосвязи. – Вы сами учили меня, что истина для учёного дороже всего! Я чётко могу доказать, что мы нашли НЕЧТО, сами посмотрите!

– Лёня, – спокойно ответил Камешев, – ты глубоко заблуждаешься, ты видел совсем не то, что тебе хочется. Это явные помехи. Ты знаешь, я плохо себя чувствую, у меня гипертония, а ты будишь меня посреди ночи своим посланием бог знает с чем! Пока, Лёня!

– Извините, до свидания, – растерянно проговорил Леонид и выключил видеосвязь.

– Катюня, – обратился он к жене, отвернувшись от компьютера, – ерунда полная, какая гипертония? Нам бы иметь такое здоровье в его годы. Ты что-нибудь понимаешь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.