Александр Бушков
Тайны Сибири. Земля холодов и необъяснимых загадок

Глава первая
Птицы летят на север

Я всегда исходил из убеждения, что мой читатель (или читательница, будем на минутку политкорректными) – человек неглупый, начитанный и много знающий… Поэтому, чтобы его не оскорблять, я не буду подробно объяснять, что такое Атлантида, – уверен, он и сам это прекрасно знает.

Речь пойдет о другом. Признаюсь, меня всегда восхищала штука под названием «атлантология» (некоторые называют ее наукой). В основе всего грандиозного предприятия – два невеликих по объему произведения одного-единственного автора (читатель, конечно, поймет, о чем и о ком я).

И всё! И ничего больше. Но на этих двух произведениях древнего грека выросла исполинская пирамида, которая вовсе не собирается рушиться, наоборот, стоит несокрушимо, и ни малейшей трещинки на ней не видно. Даже сегодня, при наличии мощных компьютеров и Интернета, вряд ли, я думаю, возможно подсчитать точно, сколько именно книг написано об Атлантиде, – необозримое море авторов и названий за последние полторы сотни лет. Наука «атлантология», специалисты-«атлантологи», неисчислимое множество «простых» атлантоманов, конгрессы и съезды, доклады и речи, как неизбежное следствие – голливудские фильмы (вы видели «Вождей Атлантиды»? Какие там чудища, какая там красавица-атлантка – все отдай и мало…).

Специфическая публика, конечно. Достаточно вспомнить подзабытую историю, случившуюся в двадцатых годах прошлого века на очередном атлантологическом конгрессе. Очередной докладчик (есть люди, для которых не бывает ничего святого!) позволил себе еретически усомниться в существовании некогда Атлантиды. Разъяренные атлантоманы пустили в ход веский аргумент, которому противостоять было невозможно, – рванули у трибуны бомбу со слезоточивым газом. Вмиг стало шумно и весело. Когда присутствующие дружно ломанулись из зала, спасаясь от расплывавшегося облака газа, затоптанных насмерть, к счастью, не нашлось, но помятые были…

Занятнее только уфологи. Есть такой многочисленный народ, искренне убежденный, что над Землей регулярно носятся эскадрильи и воздушные флоты «летающих тарелочек» с инопланетянами «всех видов, систем и калибров». Они заняты самыми разнообразными делами: то маленький, зеленый, лопоухий растолковывает собеседнику-землянину азы галактической философии (сплошь и рядом сводящейся к паре-тройке жутких банальностей: «Бросьте жрать виски и разломайте атомные бомбы»), то трехметровая красавица блондинка в серебристом комбинезоне заходит в придорожное кафе с пустой банкой и непринужденно просит налить ей соку (только не подумайте, что я шучу! Этот случай приводится в одном из уфологических печатных органов как святая правда. Так и обстоит, ma parole![1] Это я хочу образованность показать, мы тоже не лыком шиты!

Расскажу-ка примечательную историю…

Жил-был в середине XX века в США мистер Джордж Адамски. То ли торговал подержанными машинами, то ли занимался чем-то столь же мелким. Мне лень было выяснять точно, тем более что это несущественно. Главное, дела у Джорджа шли прескверно. Как говорится, всех доходов – одни убытки. А жить красиво и в достатке ох как хотелось…

И вот… В один прекрасный день мистер Адамски при большом стечении публики выступает с лекцией. Живописно повествует о случившихся с ним удивительных приключениях. Оказывается, он был похищен инопланетянами, близко с ними подружился и даже попутешествовал на «летающей тарелочке» по всей Солнечной системе, на каждой планете встречая разумных обитателей самого невероятного облика.

Как вы уже догадались, санитаров ему не позвали, наоборот, рассказ Джорджа имел большой успех. Ободренный Адамски пустился в турне по Америке и везде имел столь же оглушительный успех. Принимали на ура. Впоследствии Адамски выпустил несколько книг о своих путешествиях и путевых впечатлениях. Расхватывали с визгом. Миллионером Адамски не стал, но на книгах и лекциях сколотил приличное состояние.

И одинок не был. Американцы обожают создавать всевозможные общества, ассоциации и союзы. Какое бы хобби у вас ни было, от стрельбы по мишеням до дрессировки котов, можно ручаться: вы очень быстро натолкнетесь на ассоциацию единомышленников – сплоченную, боевитую, с отделениями по всем штатам, ежегодными съездами и своим печатным органом (а ныне еще и сайтом в Интернете).

Так что очень быстро организовалось многочисленное общество поклонников и сторонников Адамски (опять-таки лень было выяснять, как оно называлось, – это не важно). Адамски процветал. Жизнь удалась.

Увы, все мы смертны. И перед Джорджем деликатно замаячила особа, которую в арабских сказках называют Та, Что Приходит За Всеми Людьми. Поляк по происхождению, Адамски был добрым католиком и не хотел уходить в мир иной нераскаянным грешником. Позвав ксендза, он долго и обстоятельно исповедовался, рассказав, что все эти годы морочил людям голову красивыми выдумками ради хорошего заработка. И вовсе не просил держать это в тайне, наоборот, хотел, чтобы ксендз предал его исповедь самой широкой огласке – ему на том свете будет не так стыдно перед обманутыми им людьми.

Последняя воля умирающего – дело святое. Ксендз через газеты обеспечил самую широкую огласку. Как вы думаете, какова была реакция многочисленного сообщества поклонников Адамски?

Правильно. Тех, кто покинул шеренги, можно по пальцам пересчитать. Подавляющее большинство лишь теснее сомкнули ряды и, пробормотав что-то про «злые происки врагов», продолжали изучать труды Учителя…

Хватит, посмеялись. Разговор пойдет серьезный. В отличие от могучей пирамиды «атлантологии», основанной на двух пергаментных свитках, существование другой Атлантиды, сибирской (которую по аналогии называют Арктидой), имеет солидное научное обоснование. Сибирской ее можно смело назвать оттого, что начинается она у Новосибирских островов и тянется до Канады. С другой стороны, канадцы могут заявить, что это канадская Арктида – поскольку начинается у Канады и тянется до Новосибирских островов. И будут со своей точки зрения совершенно правы, как и мы со своей. Для нас Арктида – сибирская, для них – канадская. Пусть уж так и остается, чтобы никому не было обидно, а истина не пострадала.

Но давайте по порядку.

В 1948 году в высоких северных широтах была проведена с нешуточным размахом воздушная операция «Север». Самолеты садились на прочные ледяные поля, ученые вели гидрометеорологические и океанографические исследования. Одно из открытий оказалось прямо-таки сенсационным (пусть это слово тогда было и не в ходу). До сих пор считалось, что неподалеку от Северного полюса глубина океана составляет 4–5 километров. Однако промеры с помощью точных приборов дали другую, неожиданную, цифру – 1290 метров.

Это еще не сенсация. Сенсация была в другом: продолжая исследования, открыли и нанесли на карты подводный горный хребет, протянувшийся от Новосибирских островов через Северный полюс к канадскому острову Элсмир. Длина – 1800 км, ширина – от 60 до 200 км, высота – от двух до трех с половиной километров.

Хребет назвали хребтом Ломоносова. Позже обнаружили на дне простиравшиеся параллельно ему плато Менделеева и еще один хребет, поменьше размерами, вулканического происхождения, получивший имя Гаккеля. Яков Яковлевич Гаккель, профессор, доктор географических наук, был многолетним полярным исследователем, еще в 1934 году участвовавшим в злополучной экспедиции парохода «Челюскин». Именно он был одним из тех, кто придерживался мнения, что дно Северного Ледовитого океана не плоское, а изобилует горами и впадинами.

С тех пор и до своей смерти в 1965 году Гаккель трудился над проектом, названным им «Арктида» (как раз он первым употребил это название). Завершить работу он не успел, но его ученики из Арктического и Антарктического научно-исследовательского института, изучив архив профессора, опубликовали несколько статей на основе его материалов.

Вот это-то и была главная сенсация. Гаккель считал, что сравнительно недавно хребет Ломоносова находился над водой и представлял собой целый материк, если и не соединявший Азию и Канаду сплошной «перемычкой», то отделенный от них неширокими проливами.

Давно уже обнаружили, что в местах, где к канадскому и азиатскому берегам примыкают хребты Ломоносова и Менделеева, крайне схожее геологическое строение берегов. Ученики и последователи Гаккеля обратили внимание, что растительному миру Таймыра полагалось бы быть схожим с флорой близлежащей Чукотки. Однако между ними немало различий, а сходства как раз гораздо больше между флорой Таймыра и Канадского арктического архипелага. И, наконец, птицы. С тех пор как в тех местах стали вести регулярные наблюдения, обнаружилось: птицы отчего-то питают странную, непонятную тягу к высокоширотным районам Северного Ледовитого океана, где им вроде бы попросту нечего делать – никакого пропитания там нет, одни льды. Один из лучших знатоков животного мира Арктики профессор С. М. Успенский лично наблюдал у Северного полюса не менее двадцати видов птиц. А черные казарки что ни год летают стаями зимовать в Канаду, причем их путь пролегает точно над хребтом Ломоносова. Очень похоже, что генетическая память птиц хранит сведения о былой суше, на которой можно передохнуть…

Гаккель был серьезным ученым, доказательства, приводимые им, выглядели убедительно – и ученый мир его гипотезу принял. В последующие годы геологические исследования образцов пород, добытых на хребте Ломоносова, показали: всего две с половиной – три тысячи лет назад хребет Ломоносова еще пребывал над водой в виде если не сплошной полосы суши, то цепочки достаточно крупных островов. Это времена, когда уже стояли египетские пирамиды, когда не в одном Египте люди жили в городах и имели письменность. А что было четыре, пять тысяч лет назад? Что было тысяч десять лет назад, двенадцать, перед Всемирным потопом, который, и тому немало доказательств, все же случился когда-то в виде общепланетной катастрофы?

Остается сделать один-единственный шаг и предположить: что, если в свое время в Арктиде обитали люди, создавшие свою цивилизацию? В этой гипотезе нет ничего фантастического или невероятного. Особенно если учесть, что несколько тысячелетий назад климат в Арктике был гораздо мягче, температура выше, и не было никаких льдов (правда, и тогда должны были сохраняться полярный день и полярная ночь длиной в несколько месяцев, а солнце двигалось по небу совсем не так, как это можно наблюдать южнее Арктики).

Ничего невероятного, одним словом. Всего-навсего еще одна обитаемая земля, впоследствии ушедшая под воду то ли в результате катаклизма, то ли медленного погружения. Давным-давно обнаружено: во многих местах Европы и Азии некогда море находилось гораздо дальше от берега. На дне находят и здания, и продолжения русел впадающих в моря рек. Причем, как предполагают, в очень многих случаях суша погружалась достаточно медленно и люди успевали покинуть насиженные места.

Попробуем порассуждать теоретически, без особой фантазии. Некоторые считают, что Арктида погрузилась в результате тех же катаклизмов, что примерно двенадцать тысяч лет назад смахнули с лица земли достаточно высокоразвитую цивилизацию, знавшую как минимум электричество. Доказательства есть. Древнеегипетские настенные изображения, в которых усматривают электрические лампы, можно трактовать по-разному. Совершенно иначе обстоит дело с сосудиками, обнаруженными при раскопках в культурных слоях времен шумеров, примерно возрастом в два с половиной тысячелетия. Они могут быть только электрическими батарейками, их существование – суровый факт. Отрицать его невозможно, внятных объяснений нет, а потому ученый мир, как обычно в подобных случаях, предпочитает вежливо помалкивать и лишний раз о неудобных находках не упоминать.

Правда, версия о катаклизме, накрывшем Арктиду двенадцать тысяч лет назад, опровергается и теми самыми данными геологов, о которых я только что упоминал, и другими фактами – но о них чуть позже.

Арктиду могло погубить и что-то другое. Увы, когда речь заходит о горообразовании (как поднятии, так и опускании гор), геологи разводят руками: «Механизм горообразования недостаточно изучен». На обычном языке «недостаточно изучен» звучит как «остается загадкой», но ученый мир таких вульгарностей не любит и предпочитает более уклончивые обороты. Благо придраться не к чему – ведь и в самом деле недостаточно изучен… Можно сформулировать и так.

Уже в совсем близкие к нам времена случались интересные казусы с землями, которым полагалось бы возвышаться над уровнем моря – но потом они загадочным образом пропадали и на том месте простиралась лишь морская гладь. В XVII веке несколько раз бывало, что в Тихом океане капитаны обнаруживали не просто торчащие из воды скалы, а острова приличных размеров. По тем или иным причинам, будучи не в состоянии причалить, остров наносили на карту и плыли дальше. Однако последующие экспедиции ничего на этом месте не находили – один бескрайний океан.

Добросовестность старых капитанов сомнению не подвергалась. Объяснение выдвигали другое: имевшиеся в их распоряжении навигационные приборы были крайне несовершенными, и поневоле появлялась погрешность в пару сотен километров. Какое-то время это объяснение выглядело вполне убедительным – вплоть до XX века. В конце концов Тихий океан был изучен, как собственная квартира. А острова тем не менее так и не нашли.

Возможно, вулканы. Подводные вулканы – не фантастика, а вполне реальное явление, давным-давно обнаруженное и неплохо изученное. Порой их извержения влекут интересные результаты: над водой появляется небольшой остров, скорее скала – а потом исчезает в глубине. Подобное лет шестьдесят назад наблюдали у берегов Японии.

В одном из своих лучших романов «Удивительные приключения дядюшки Антифера» Жюль Верн изобразил именно такой эпизод. Богач Камильк-паша решил перед смертью спрятать свои сокровища на каком-нибудь островке, непременно необитаемом. Он долго бороздит Средиземное море, находит в конце концов подходящий островок и прячет там бочки с золотом и драгоценностями. Через несколько десятков лет наследники тех, кому он завещал свои сокровища, получив точные координаты, приплывают туда – но никакого острова нет, одна морская гладь. Подводное извержение выперло на поверхность огромную скалу, но вскоре она вновь погрузилась – в недолгом промежутке между этими двумя событиями островок и навестил Камильк-паша…

В другом романе Жюль Верн поместил в районе Северного полюса остров с извергающимся на нем вулканом – во времена, когда и о подводных извержениях мало что знали, и Арктика была совершенно неизученной («Путешествия и приключения капитана Гаттераса»). Он и здесь, как не впервые в своем творчестве, оказался провидцем.

Гаккель помимо прочего занимался еще и подводной вулканологией и предвидел существование на склоне хребта Ломоносова вулкана (подобные хребты с вулканами известны и в других океанах).

Доказательством может служить один загадочный случай. Многие уже подзабыли, что такое дрейфующая станция «Северный полюс». Напомню. На солидную льдину высаживали нескольких человек с палаткой и прочим снаряжением, и они несколько месяцев на ней дрейфовали, ведя самые разнообразные наблюдения. С 1937 года таких экспедиций состоялось, насколько я могу навскидку припомнить, не менее дюжины – правда, новых давненько уж не случалось.

Так вот, в ноябре 1954 года в вахтенном журнале станции «Северный полюс-3» дежурный оставил запись: «Сильный треск, напоминающий раскат грома, после чего немедленно послышался резкий запах сероводорода. Льдина, на которой находился лагерь, треснула. В результате лагерь разделился на две части. Трещина разошлась местами до пятидесяти метров за несколько минут».

Мало того, у одного из полярников после этого обнаружились признаки сильного отравления. Классические признаки извержения: сероводород, ядовитые газы, способные не то что отравить, но и убить человека. Этим случаем занимался Гаккель. Он обнаружил, что станция находилась тогда аккурат над одной из вершин хребта Ломоносова, как считал Гаккель – вулканом…

В Арктике наблюдались и другие интересные явления. Случалось не раз, что за острова, за твердую землю принимали высокие нагромождения льда. Однако потом лед таял (или уносился морскими течениями) и «остров» навсегда исчезал. Вот только бывали и другие случаи, которые уже невозможно списать на лед…

1945 год. Полярный летчик Стрельцов видит у северной оконечности архипелага Северная Земля небольшой скалистый островок, которого прежде не было ни на одной карте. Больше этого островка не видели, он пропал так же неожиданно, как и появился, – в точности по Жюлю Верну.

Несколько лет спустя. Другой полярный летчик, гораздо более знаменитый, Герой Советского Союза Черевичный, в северной части моря Лаптевых видел с воздуха небольшой скалистый островок в виде запятой (его штурман, известнейший в свое время В. И. Аккуратов, так его и назвал: «Остров Запятая»). Больше никто этого островка не видел.

Уже в 50-е годы летевший с Черевичным Гаккель видел неподалеку от полюса высокий столбообразный остров, ни в коем случае не ледяной, по мнению Гаккеля, очень похожий на те базальтовые скалы, что находятся на островах архипелага Земля Франца-Иосифа. Рассмотреть его как следует не удалось – то ли горючего было мало, то ли разыгралась непогода. Точные координаты острова зафиксировали, но впоследствии летавшие в тех местах пилоты (а их оказалось немало) не увидели там ничего похожего. Хребет Ломоносова, такое впечатление, продолжает жить своей жизнью, периодически подбрасывая сюрпризы.

Крайне заманчиво было бы поискать на хребте Ломоносова следы древней цивилизации. Увы, увы… Это в Черном, Средиземном и других теплых морях, на относительно небольшой глубине подводной археологией давно и успешно занимаются аквалангисты, обнаружившие немало интересного. В случае с Арктидой совершенно другие условия: глубина более километра и ледяная вода. Долгие и обстоятельные исследования (иные не принесут успеха, под водой искать нужно особенно тщательно) потребовали бы не одного подводного аппарата, как следствие – не одного обеспечивающего судна. Расходы, конечно, несопоставимы с финансированием полетов на Луну, но все равно вышли бы огромными – покажите мне сегодня правительство, которое на это пойдет ради утоления научной любознательности и решения исторических загадок… Разве что Трамп мог бы проплатить из собственных денег, но еще неизвестно, согласился бы или нет. Да и подводных аппаратов сегодня в мире крайне мало.

А жаль. Если Арктида погружалась достаточно медленно, если не было сметающего все с поверхности земли катаклизма, если в Арктиде жили люди и строили каменные дома – есть шансы, что долгие и усердные поиски могли бы обнаружить то, что от них осталось, как это случалось на дне моря в других местах. Но где взять этакие деньжищи, да и подводные аппараты, хотя бы с дюжину…

Хорошо, что есть и другой, неизмеримо более дешевый и простой метод, не требующий ни больших денег, ни каких бы то ни было археологических работ. Стоит поискать следы Арктиды в древней (да и более поздней) литературе, равно как и в фольклоре. Да, и в фольклоре тоже. Именно он содержит порой пусть искаженные, но отголоски реальных событий, персоналий, исторических фактов. А человеческая память – вещь чертовски цепкая.

Вот вам пара примеров из астрономии. Иногда задумываются: почему люди называли созвездие Большая Медведица именно так? Именно такое название присутствует с незапамятных пор у многих народов, а непрофессиональными астрономами дано в те времена, когда они появились. Созвездие крайне напоминает не медведя, а ковш.

Это сегодня. В древние времена звезды располагались иначе, и рисунок созвездий был совершенно другим. Большая Медведица и в самом деле напоминала очертаниями медведя… но было это не позже тридцати тысяч лет назад. Представляете, из каких глубин времени дошла память?

Созвездие Волопас с незапамятных времен почему-то описывалось как «великан со звездой в груди». Сегодня Волопас мало напоминает человеческую фигуру, а если все же ее представить, то Арктур, самая яркая звезда Волопаса, будет не на груди, а окажется гораздо ниже. И опять-таки сегодня. По компьютерным расчетам, когда-то Волопас и в самом деле смотрелся человеком с яркой звездой-Арктуром в груди – и снова не позже чем тридцать тысяч лет назад. Так-то…

Словом, будем искать в трудах книжников и в фольклоре. Я прекрасно знаю, что древние тексты ученый мир сплошь и рядом не рассматривает в качестве доказательства, но никогда не стремился и не стремлюсь что-то доказать ученому миру. Ну их.

Стоит только заняться этими текстами вдумчиво и обстоятельно, масса интереснейших сведений об Арктиде форменным образом хлынет, словно крупа из распоротого пакета.

Начнем с древних шумеров, тех самых, что две с половиной тысячи лет назад использовали электрические батареи в неизвестных нам целях. (Впрочем, версия есть. Предполагают, что уже в те времена шумеры занимались гальванопластикой. С помощью электричества покрывали изделия из неблагородных металлов тончайшим слоем золота. Подобных изделий при раскопках обнаружено немало, и историки ломают голову над тем, как шумерским ювелирам удавалось этого добиться – попросту не принимают в расчет давно найденные и реально существующие электрические батареи.)

Ученые давно признали, что шумеры – люди в древней Месопотамии пришлые, причем издалека. Все тамошние языки принадлежали к одной группе и находились между собой в ближнем либо дальнем родстве. Все, кроме шумерского, совершенно этой языковой группе чужеродного. Вот только откуда пришли шумеры, считается неизвестным.

А что же сами шумеры? Текстов найдено немало – покрытые клинописью глиняные таблички, и эта клинопись давным-давно расшифрована. Шумеры и в самом деле считали себя пришельцами издалека. Как и у многих древних народов, их фольклор пестрит упоминаниями о золотом веке: самом счастливом времени в истории человечества, когда люди жили долго, богато и счастливо, не зная ни войн, ни раздоров, ни распрей, ни многих других напастей. Многие шумерские предания поминают о счастливой жизни своих далеких предков в некоей стране Дильмун.

«В этой прекрасной стране царили мир и согласие. Большие и малые птицы пели и ворковали, лев никого не убивал. Только быки и ослы, овцы и козы резвились на лугах, не опасаясь хищников. Не было жалящих змей и ядовитых скорпионов. Робкий голубь не опускал голову перед коршуном. Райский остров был населен племенем бессмертных. Внешним видом напоминали они людей, но обладали вечной жизнью. Они не знали, что такое болезни и дряхлость. Среди них не было вдов и вдовцов. Они не знали, что такое головная боль и глазные болезни. Женщина достигала преклонного возраста, но оставалась юной и свежей. Мужчина становился старше и старше, но не чувствовал себя стариком».

Безусловно, здесь много поэтических преувеличений – и касаемо бессмертия, и касаемо тех же хищников, якобы ни на кого не охотившихся. Хищник без добычи попросту не выжил бы, пропитаться травой он не в состоянии. И тем не менее у многих народов есть предания о Стране Счастливых, где их предки жили в мире и согласии, без войн и раздоров.

Сами шумеры полагали, что их предки пришли именно из Дильмуна, который считали прародиной всего человечества. Точное его местонахождение не указывали, упоминали лишь, что Дильмун – большой гористый остров. В Персидском заливе таких островов нет, те, что имеются, все наперечет небольшие и равнинные. В Средиземном море сыщется целых четыре – Сицилия, Сардиния, Корсика и Крит. Однако ни на одном из них археологи не обнаружили ничего, что можно было бы связать с шумерами. Зато Арктида вполне подходит под определение большого гористого острова…

Конец золотого века и исход своих предков с Дильмуна шумеры объясняли перенаселенностью. Вполне убедительное объяснение, ничуть не фантазийное.

Во второй половине XX века «шумерский след» обнаружился в тех местах, по которым предки шумеров как раз и должны были странствовать в том случае, если были выходцами с Арктиды. Занималась этим вполне серьезный ученый, томский этнограф профессор Г. И. Пелих, в 1972 году опубликовавшая монографию «Происхождение селькупов». Она и нашла немало сходства в культурах живущих в Нарыме селькупов, обских хантов, енисейских кето… и древних шумеров.

Слишком много совпадений в орнаментах, в том числе и священных символах. Иные орнаменты селькупов прямо повторяют знаки раннего шумерского письма. Очень много общего между старинными селькупскими землянками и «карамо» с шумерийскими домами: расположение входа и выхода, форма крыши, способ крепления бревен. Лодки шумеров и селькупов словно вышли из одной мастерской – как и сложные луки из нескольких пород дерева, кости и сухожилий. Крайне схожи погребальные обряды двух народов: и шумеры, и селькупы укладывали покойников на спину, головой на юг, скрещивая им руки внизу живота, а в могилу ставили глиняную посуду и либо гвозди, либо опять-таки вылепленные из глины гвоздеобразные предметы. Слишком много для простого сходства между тайным шаманским языком селькупов и древнешумерским языком…

Очень важная деталь, к которой мы будем возвращаться снова и снова, – обстоятельства исхода предков шумеров с исторической родины. Ни о каком катаклизме не упоминается – только о перенаселенности. Правда, уточняется еще: решившие оборвать золотой век боги наслали не только болезни и раздоры, но и холод…

В древнегреческой литературе обнаружится множество еще более интересных подробностей о суше в Северном Ледовитом океане – она была для греков такой же обыденностью, как, скажем, существование Афин или горы Олимп. Греки и назвали ее Гиперборея, то есть страна, лежащая за пределами Борея. Бог ветра Борей обитал, по мнению греков, на берегу того моря, которое мы сегодня и называем Северным Ледовитым океаном.

Один из подвигов Геракла как раз и совершен им «в пределах Борея», то есть на Крайнем Севере. Считалось, что знаменитый ученый Пифагор родом как раз из Гипербореи. Как и один из главных греческих богов, бог Солнца Аполлон, и его сестра-близнец богиня Артемида, «рожденная в краю вечного солнца». Греки помещали в приполярных водах не только вполне земную Гиперборею, Страну Счастливых (в греческой литературе – Острова Блаженных), но и царство мертвых бога Аида. Вообще-то у них считалось, что царство мертвых располагается под землей. Однако Одиссей, во время своих странствий решивший однажды вызвать души умерших, не спускается в подземелье, как другие герои древнегреческих сказаний вроде Орфея, а приплывает на берег некоего моря, где стоит «вечная тьма», крайне напоминающая полярную ночь…

Несколько обширных цитат. Один из самых авторитетных ученых древнего мира Плиний Старший в своей «Естественной истории» писал: «…счастливый народ (если этому можно верить), который называется гиперборейцами, достигает весьма преклонных лет и прославлен чудесными легендами. Верят, что там находятся петли мира и крайние пределы обращения светил. Солнце светит там в течение полугода, и это только один день, когда солнце не скрывается (как об этом думали несведущие) от весеннего равноденствия до осеннего, светила там восходят только однажды в год при летнем солнцестоянии, а заходят только при зимнем. Страна эта находится вся на солнце, с благодатным климатом и лишена всякого вредного ветра… Нельзя сомневаться в существовании этого народа».

Во-первых, здесь точнейшим образом, без всяких фантазий воспроизведены реальные географические условия высоких широт – полярный день и полярная ночь, оба длиной в несколько месяцев. Солнце месяцами не садится и не восходит – постоянно перемещается по небу. Во-вторых, в точном соответствии с сегодняшними научными данными указано, что некогда климат Гипербореи, всего Северного Ледовитого океана был совсем другим, теплым, без холодов и льда.

Знаменитейший древнегреческий географ Страбон в своем труде, так и названном «География», описывает некую северную землю Туле (она же Тула, Фула, Фуле. Разночтения происходят оттого, что греки использовали в названии букву «тета», а ее в разных языках переводят и как «Ф», и как «Т». Простой пример: «вивлиофика» = «библиотека»). Речь, несомненно, идет о Гиперборее: по Страбону, Туле расположена в шести днях плавания к Северу от Оловянных (то есть Британских) островов, и море там «студнеобразное». К этому «студню» мы еще вернемся и подробно рассмотрим, что он собой представляет.

Впоследствии древние римляне часто именовали загадочные северные земли Ультима Туле – «самый далекий Туле», «последний Туле». Но останемся пока что в Древней Греции. Греки, как и шумеры, считали, что их предки пришли некогда из Гипербореи. И много писали о том, как помнящие родство гипербореи часто появлялись в Греции с дарами для храмов, в первую очередь для своих «земляков» Аполлона и Артемиды. Длилось это достаточно долго и прекратилось по совершенно идиотским причинам, которые подробно излагает в своей «Истории» прозванный в древности «отцом истории» Геродот. Как случалось много раз, с традиционными дарами греческим храмам прибыли две гиперборейские девушки в сопровождении пятерых охранников. Неизвестно, что там творилось в башке у греков, но обеих девушек они бесцеремонно изнасиловали. О судьбе мужчин Геродот ничего не пишет, но поскольку упоминает, что все семеро гиперборейцев так и не вернулись домой, мужчины либо были убиты, либо проданы в рабство. Узнав о случившемся, гиперборейцы, что нисколько не удивительно, оборвали всякие отношения с Грецией…

Греки о своей далекой прародине не забыли. В более поздние времена некий Пифей из Массилии (современный Марсель), которого считают не купцом, а ученым, предпринял уникальное для той эпохи мореплавание: обогнул с севера Британию и Скандинавию, вышел в арктические моря, но продвинуться к северу не смог – наткнулся на «студнеобразное море». Судя по всему, экспедиция была предпринята с одной-единственной целью: отыскать Гиперборею – к тому времени уже лежавшую на дне океана.

Его собственного отчета о путешествии не существует – только пересказ в трудах живших чуть позже книжников, в том числе и Страбона. Ученые историки – порой зверюшки загадочные. Один из нередко применяемых ими методов – верить древним источникам выборочно. Те места какого-нибудь труда, которые их устраивают, считаются святой истиной. Те, что идут вразрез с установившейся точкой зрения, признаются сказкой, выдумкой, «плодом богатой фантазии». Так произошло и с историей Пифея: в его плавание к берегам Британии и Скандинавии ученые верят, а вот то, что он выходил в арктические моря, как раз и считают «богатой фантазией» древнегреческих книжников.

Между тем ничего фантазийного здесь нет. Объяснение без малейших натяжек отыщется быстро. Что такое «студнеобразное море», догадаться нетрудно. Это попросту шуга – густая ледяная каша, появляющаяся в полярных морях. Она занимает значительное пространство и очень быстро превращается в сплошные ледяные поля. Для древнегреческого кораблика это и в самом деле было непреодолимое препятствие. Счастье Пифея, что он не стал сквозь шугу пробиваться, иначе суденышко очень быстро оказалось бы в ледяном плену и погибло…

Рассказ о взглядах древних греков на Гиперборею нужно завершить уточнением: все тамошние книжники никогда не связывали переселение своих далеких предков из Гипербореи в Грецию с каким-либо катаклизмом или изменением природных условий. Наоборот: по их убеждению, климат Гипербореи еще долго оставался теплым и гипербореи преспокойно обитали там не одно столетие.

Перенесемся чуть восточнее, в Древнюю Персию. И там снова встретим упоминания о Гиперборее, именуемой, правда, иначе – царство первопредка Иимы, счастливая земля, где не знали «ни зноя, ни холода, ни боли, ни смерти, ни зла». Вновь упоминание о золотом веке. Персы считали, что их предки пришли в места своего нынешнего жительства с севера – причем как раз после некоего грандиозного катаклизма, когда на прародине настали страшные холода и жить там стало невозможно. С севера прибыл и основатель древней религии персов, зороастризма, пророк Заратустра – переплыв «великое море». Об этом рассказывает священная книга зороастрийцев «Авеста», точнее, включенная в нее «Географическая поэма».

Несомненно, в книгах персов, написанных в древности и во времена раннего Средневековья, имелась масса интереснейшей информации о Гиперборее. Увы, от всей обширной персидской литературы этого периода сохранилась только «Авеста», да и то не целиком…

В отличие от древнегреческой и древнеиндийской литературы (подробный рассказ о которой впереди), персидская подверглась целеустремленному уничтожению. В Персии с III по VII век после Рождества Христова правила зороастрийская династия Сасанидов. Потом ее свергли арабские завоеватели, взявшиеся насаждать там ислам, в чем преуспели. Коран уважительно отзывается о «людях Книги», то есть христианах и иудеях. Многие библейские пророки Ветхого Завета, а также Иисус Христос и Дева Мария почитаются как мусульманские пророки. А вот к язычникам и «многобожникам» Коран относится очень плохо. Поэтому победители, вводя свою веру огнем и мечом, выискивали и уничтожали зороастрийских жрецов-магов и беспощадно жгли старые книги. Так что до нас дошла лишь «Авеста», и то не вся…

Осталась загадка «сасанидского серебра». На территории нынешнего Русского Севера найдено прямо-таки фантастическое количество серебряных изделий, считающихся сасанидскими: блюда, кувшины, чаши, кубки, крайне массивные, увесистые. Еще в Средневековье его, мягко скажем, добывали и новгородцы, и москвичи, частенько воевавшие друг с другом из-за наживы, пытавшиеся перерезать друг другу пути в «страну закамского серебра». Как ни гребли, серебра сохранилось много, вплоть до нашего времени находили и богатые клады, и отдельные предметы – и сегодня еще немало, без сомнения, таится в земле.

Вот только порой среди находок попадались весьма странные.

В начале XX столетия в городе Чердынь жил купец Алин, страстный коллекционер этого серебра. Как часто случается с завзятыми коллекционерами, для предмета своей страсти Алин не жалел никаких денег и охотно демонстрировал собственные сокровища всем желающим, превратив свой дом в подобие общедоступного музея. В отличие от иных собирателей, сидевших на своих коллекциях, как сторожевая собака, купец всегда разрешал ученым осматривать, изучать и зарисовывать собранные сокровища.

Так вот, среди прочего в руки Алину попал серебряный кувшин, найденный в Пермской губернии. Ученые его тщательно зарисовали. По форме он крайне напоминал многие из тех, что выставлены в Эрмитаже, а вот изображение на нем категорически не вписывалось ни в сасанидскую, ни в какую бы то ни было другую культуру. Предполагают, что на нем изображена некая великая богиня, но кто она и что за народ ей поклонялся, ученые так и не смогли доискаться.

Сделанные ими зарисовки сохранились, а вот сам кувшин, к сожалению, оказался утраченным. В доме Алина случился пожар. Серебро, конечно, не сгорело, но все изделия расплавились и превратились в бесформенные слитки. Их, между прочим, насчитали 16 пудов, а учитывая, что пуд составлял 16 кг, можно получить представление о богатстве коллекции Алина.

Предельно загадочный был кувшин… Вообще-то не подлежит сомнению, что большая часть «закамского серебра» все-таки сасанидская. Однако возникает вопрос: откуда оно там взялось и почему накопилось в баснословных количествах?

Принятое в научном мире объяснение гласит: сначала персидские, а потом арабские купцы выменивали у аборигенов высоко ценившиеся на Востоке меха на ценившееся у северных народов серебро.

Однако, начавши доискиваться до подробностей, обнаруживаешь интересные детали… Северные народы серебро «складировали», но вот особой ценности ему не придавали. Использовали серебряные блюда в качестве амулетов – процарапывали поверх изображений собственные, божков, духов и шаманов и вешали на деревья. Это в лучшем случае. В худшем – использовали блюда как кормушки для домашнего скота (такие случаи зафиксированы). С предметами, которые считают ценными, так не поступают.

Но главное в другом: в фольклоре северных народов не сохранилось ни единого воспоминания о приходивших к ним с серебром купцах. Понятно, почему нет древнеперсидских упоминаний: литература уничтожена подчистую. Но и арабы, чьих книг осталось немало, ни словечком не упоминают о «серебряных караванах», идущих на север. Средневековые арабские книжники и географы были народом любознательным и дотошным. Они путешествовали практически по всем маршрутам своих соотечественников-купцов, старательно собирали сведения и оставили немало интересных трудов – в том числе и о наших предках русах.

Для самих арабов сасанидское серебро было штукой, так сказать, идеологически вредной: на нем, как правило, изображены люди и животные, а ислам категорически запрещает изображать каких бы то ни было живых существ (считается, что это оскорбление Аллаха, творца всего сущего). Ну а купец, к какому бы народу и вере он ни принадлежал, – человек прагматичный. Увидев неплохую возможность нажиться, обменяв ценные меха на презренные, с точки зрения правоверного мусульманина, изделия, арабские купцы непременно бы ею воспользовались. Что, в свою очередь, нашло бы отражение в трудах арабских книжников.

Но ничего подобного нет. Ни единого упоминания о меновой торговле с северными племенами на серебро. Вообще ни единого упоминания о какой бы то ни было торговле арабов с этими племенами. Арабы доходили только до столицы Великой Булгарии на Волге (примерно район нынешней Казани). О полярных дне и ночи они прекрасно знали уже в XII веке (например, Абу Хамид аль-Гарнати, бывавший в верховьях Волги), называли Северный Ледовитый океан «Морем Мрака», но сами в те места не забирались и не упоминают о том, чтобы это делали булгарские купцы.

Зато среди записанных у ненцев сказаний есть и такое: однажды летом обитавшие в Заполярье ненцы отправились на рыбалку. Забросили невод и вытащили вместе с рыбой большое серебряное блюдо. И, что интересно, не увидели в нем ни малейшей ценности. Спрашивали друг друга: возьмет кто-нибудь? Все пожимали плечами и отнекивались. В конце концов кто-то все же согласился взять – очень похоже, из чистого любопытства, как занятный сувенир, а не ценную вещь. (Блюдо, между прочим, у ненцев сохранилось и находится сейчас в Эрмитаже.)

Между прочим, будущий автор интереснейших книг о сказаниях Русского Севера С. Г. Писахов начинал не писателем, а этнографом. В 1924 году он, собирая фольклор и русских поморов, и местных народов, встретил на Новой Земле старика ненца и с его слов записал такую историю: «Если пройдешь льды, идя все к северу, и перескочишь сквозь стены ветров кружащих, то попадешь к людям, которые только любят и не знают ни вражды, ни злобы».

Далее, правда, старик рассказывал чистейшей воды байки: якобы эти люди все одноногие, каждый в отдельности ходить не могут, но, обнявшись из любви, ходят по двое. И, если перестают любить друг друга, размыкают объятия, вновь остаются неподвижными и умирают. Но это уже детали. Очень часто в фольклоре отголоски реальных событий перемешиваются со сказочными вымыслами. Суть в другом: оказывается, и ненцы хранили в памяти знания и о Гиперборее, и о Золотом веке…

Кстати, по рассказам старого ненца, дальнейшая история выловленного в море серебряного блюда оказалась трагической. Человек, взявший его, через три дня неожиданно умер по неизвестной причине. Умерли еще несколько последующих владельцев блюда. Ненцы встревожились и позвали молодую шаманку. Та принялась камлать (есть такой шаманский обряд, камлание, когда человек вводит себя – порой и окружающих – в транс). «Прочитав» блюдо, она увидела многолюдный город на острове посреди теплого моря. Дальше, правда, опять-таки пошли сказочные детали: будто бы под водой есть другой город и подводные владыки ведут долгую кровопролитную войну с островитянами. Но это опять-таки часто встречающееся смешение реальности и сказки. Город на острове посреди теплого моря выглядит вполне реалистично в свете всего, что нам известно о Гиперборее. Что до шаманов – каждый может верить во что ему угодно, но автор этих строк в силу некоторых весьма существенных обстоятельств к шаманам относится очень серьезно и шарлатанами их не считает…

Если вернуться к «закамскому серебру», словно бы ниоткуда взявшемуся в фантастических количествах, можно чисто теоретически выдвинуть гипотезу о его связи как раз с Гипербореей. Чисто умозрительная версия, конечно, но нельзя сказать, чтобы она была такой уж фантазийной…

Интересные вещи рассказывали жившие у Оби племена. Согласно их легендам, в северных, очень теплых морях обитают… правда, не люди: гигантские птицы с человеческими головами, умеющие разговаривать по-человечески. Враги у них крайне любопытные: не только морские ящеры (что вообще прозаично), а еще и некие «железные лягушки без печени и сердца». О живущих там людях – ни слова. Но вот упоминание о том, что Северный Ледовитый океан – теплый…

Уж если строить гипотезы, нельзя исключать, что «огромные птицы с человеческими головами» – искаженные долгими столетиями устной передачи воспоминания о чем-то другом. Скажем, о летательных аппаратах. Гигантская птица, носящая героя по небу, – персонаж преданий многий северных народов. К тому же еще одна любопытная деталь: в районах, примыкающих к Северному Ледовитому океану, с незапамятных времен существовали стойкие традиции высокохудожественного литья из металла. Причем очень часто древние бронзовые фигурки, в немалом количестве найденные на Севере, изображают птиц, несущих людей, птиц с человеческими лицами на груди. Южнее эти мотивы практически не встречаются. Можно заподозрить и здесь влияние Гипербореи.

На некоем гигантском орле летит к «далеким северным землям» один из героев карело-финских былин. В другом случае персонажи тех же сказаний, взявшись воевать за некую «волшебную мельницу», сражаются как раз над северными морями, причем в этом участвует гигантская птица, несущая большое количество воинов. Есть и русские былины о полете на «деревянной птице» в некое Подсолнечное царство, расположенное на Севере.

Эскимосы любили – и любят до сих пор – вытачивать из кости странные крылья. А эскимосские легенды гласят, что их предки в свое время прилетели откуда-то на железных птицах. Откуда именно, никто уже не помнит, но вот «железные птицы» в этих сказаниях присутствуют постоянно.

А если добавить, что и древние персы, и древние греки сходились в одном: гипербореи умели летать по воздуху на каких-то аппаратах…

От персов остались лишь смутные упоминания в «Авесте». Зато у греков все обстоит гораздо интереснее. Богиня Афродита изображена на одной из ваз летящей на лебеде – ну что же, распространенный у многих народов сказочный сюжет с полетом богов или героев на птицах. А вот Аполлон…

В одном из современных музеев есть и ваза с изображением Аполлона, летящего в Гиперборею навестить родину. Вот тут уж сюжет для античной изобразительной символики абсолютно нетипичный: Аполлон летит на каком-то странном аппарате: птичьи крылья, чашеобразная платформа с тремя опорами, на борту которой красуются загадочные кольца на подставках. Это именно что аппарат. Подобных изображений известно несколько – и они, повторяю, выделяются из обычной древнегреческой символики…

Куда ни глянь, часто сталкиваешься со сведениями, которые без особых натяжек можно считать памятью о Гиперборее…

Значительную часть фольклора осетин (народа, по языку родственного древним персам) занимают героические сказания о свершениях предков, богатырей нартов. Очень заметная фигура среди них – богатырь Бора (чье имя крайне напоминает Борея древних греков). Помимо прочего он однажды пришел в некую «страну счастливого морского народа», миновав на пути «царство ночи». Обнаружил там загадочное «огненное озеро» (или просто теплое море) с хрустальной горой на дне (давно установлено, что в осетинском фольклоре хрусталь символизирует лед). Огонь и хрусталь вели между собой непрестанную борьбу. А далее, как явствует из фольклора, осетины считали, что их предки жили не в горах, а на море и были потомками Морского царя Донбеттыра (в древнегреческих сказаниях упоминается и Морской старец – когда речь идет опять-таки о Севере).

В китайской мифологии точно так же присутствует ярко проявляющееся уважение к Северу. Древние китайцы полагали, что мертвые когда-нибудь восстанут из могил, и хоронили покойного так, чтобы он после воскрешения встал лицом к северу. Мотивы достаточно серьезные: китайцы считали, что рай земной расположен на Севере, под небесным дворцом Шан-ди, находящимся на Полярной звезде, в «центре Земли»…

Нынешние японцы – народ на своем архипелаге пришлый. Когда-то достаточно давно они пришли туда с материка. На островах обитало племя айнов – крайне загадочного народа, чей язык, подобно шумерскому, не имеет связей ни с одним окружающим. Японцы вытеснили их с островов, загнали на самый большой и северный, Хоккайдо (который только в XVIII веке стали осваивать), а оттуда вытеснили на Курильские острова. Исследования показали, что предки айнов пришли откуда-то с Севера, с каких-то горных вершин, куда души покойных вернутся после смерти. Как и китайцы, айны клали покойников в могилы так, чтобы они (или их души), встав, увидели в первую очередь Север. Куда, по мифологии айнов, раньше уходили особо выдающиеся богатыри. Там они обитают и сейчас на недостижимых горах, обладают бессмертием – снова отголоски распространенных преданий о Стране Счастливых, Островах Блаженных? Наконец, айны живут чуть ли не в каменном веке, но, по мнению ученых, когда-то стояли на более высоком уровне развития…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Честное слово! (франц.)

Вернуться