# Академия наездников. Адептка

Анастасия Максимова

Что значит, девушек на спортфак не берут? Это они просто меня ещё не видели! Да я со своим драконом любому мужчине нос утру! И поверьте: то, что я дочка Верховного правящего, будет стоять последним в длиннющем списке моих достоинств. Сразу после наглости, настойчивости и стервозности, хотя последнее можно и вперёд вынести.Первая часть трилогии.Академия наездников. Адептка Академия наездников. Игрок Академия наездников. Душа

Дорогие читатели)) на сайте есть возможность задонатить меня, если книга вам понравилась)) мне будет очень приятно и актуально, особенно, учитывая, что если вы читает по подписке или абонементу я получаю от этого примерно "спасибо" ))

Кнопка "поддержать автора" активна справа от кнопки "подписаться" в профиле автора! Большое спасибо, суммы я видеть не буду)) только итого))

Зоя Анишкина, Катя Упс и Нино Меладзе – все псевдонимы Анастасии Максимовой.

Глава 1


– Мими, постой!

Голос Венуса заставил вынырнуть из собственных мыслей. Обернулась и придержала своего дракона. Вита недовольно фыркнула, выпуская клубы фиолетового дыма.

Он красиво мерцал и переливался на закатном солнце. Иногда казалось, что именно благодаря пламени черной смерти и появилась знаменитая хрустальная порода.

Но это всего лишь мысли и догадки, а реальность приближалась к нам в виде серебристого горного обвальщика с маленьким наездником между его крыльев. Конечно, он не способен нагнать моего дракона: эти виды совершенно разные.

Черная смерть – один из самых крупных и красивых: угольно-черные чешуйки, кое-где перебивающиеся фиолетовыми прожилками, огромный размах крыльев… Моей Вите нет еще и десяти лет, а она уже обогнала нашего друга Унита.

До ее появления именно ночной стражник считался самым большим драконом всех шести полисов. А горные обвальщики – вообще коротышки по сравнению с ними.

– Если ты еще раз улетишь от меня, то больше ни за что не стану изучать с тобой окрестности! Мими, так нечестно!

Венус обижено вильнул прямо передо мной и направил дракона в сторону ущелья. Скрипя зубами, полетела за ним. Ну, если честно, то парень прав. Я снова ушла в свои мысли и не заметила, как слилась с Витой, развивая бешеную скорость…

Бывает, что сказать.

Вообще-то, Венус – единственный ребенок, которого я терпела. Он жил с родителями в глуши ихтрамарских лесов. Домики на деревьях, природа вокруг, никакой цивилизации… Ну, все такое дикое и первозданное.

Я оказалась здесь впервые случайно со своей теперь уже мачехой. А эта поездка должна стать заключительной, потому что всего через неделю отправляюсь в знаменитую Нортдарскую академию наездников.

Серебристый отблеск мелькнул между гор, и я попросила Виту догнать мальчишку, а то еще чего случится. Отвечаю за него головой, и подводить его отца с матерью не было никакого желания. Они – одни из самых лучших людей, что знаю.

Черная смерть разогналась и, ловко лавируя между хребтами, пустилась в погоню. Маленький засранец решил воспользоваться преимуществом, и теперь нам с драконом здесь стало неудобно. Все-таки размер имеет значение, но не всегда удачное.

Парочка пируэтов, и вдруг горная цепь прервалась, а мы буквально врезались в тыльную часть упитанного горного обвальщика. Едва не слетела с Виты, смачно ругнувшись:

– Драконья задница! Вен, ты что, сдурел так тормозить! Такими темпами вместо меня в академию отправятся мои кусочки! Ты…

Осеклась, когда обвальщик немного сдвинулся и я увидела большущее отверстие прямо в горной породе. Своеобразное окно в другой мир, точнее – в другую реальность…

– Да чтоб меня огненный шар спалил со всеми потрохами!

Слезла с Виты и прошла вперед. В лицо сразу же ударил теплый морской ветерок, а глазам открылось бескрайнее ихтрамарское море.

– Ты ругаешься как мама, когда она думает, что ее никто не видит.

Венус устроился на самом краю обрыва и сидел, беззаботно болтая ножками. Присвистнула. Давненько мы с ним не натыкались на такие находки.

– Кажется, мы нашли портал на морское побережье. Твой отец с меня три шкуры сдерет, если узнает, как далеко мы залетели.

Парень лишь фыркнул. Посмотрела на него внимательнее. Даже забыла, сколько Венусу лет. Двенадцать? Наверное. Он так вытянулся за последнее время, стал напоминать ходячий скелет, обтянутый кожей.

– Наслаждайся. Скоро тебя на три года прикуют к Нортдару. Будешь задницу там морозить и мечтать погреть косточки здесь.

Это он верно подметил. Никогда не любила климат северного полиса. Из всех шести он сааамый жестокий. Даже удушающую жару Солитдара воспринимала намного легче.

– До сих пор не понимаю, на кой надо было основывать академию в таком месте. Пустыня и то лучше.

Венус усмехнулся. Для своих лет он был поразительно умен и сообразителен. Мне будет его не хватать. Надеюсь, вопреки заявлениям, у этих извергов есть каникулы?

– Так в Солитдаре сейчас неспокойно. Папа говорил, что вроде как бунт против политики твоего отца.

Нахмурилась. Терпеть не могу политику! Терпеть не могу своего отца – Верховного правящего шести полисов. Ну или четырех с половиной примерно – так сейчас обстояли дела.

– Давай не будем, а? Не порти впечатление от находки.

– Ой, да ладно! Тебе же не шестнадцать лет, чтобы истерики закатывать. Выключай стерву Минерву.

Попыталась поймать его, да шустрый гаденыш ускользнул, ловко выпрыгнув прямо в «окно». Его горный обвальщик сорвался с места и подхватил своего друга после двойного сальто. Иногда казалось, что Вен родился на драконе верхом. Как и моя мачеха Эва…

– А некоторым вот учиться приходится, – проворчала я, забираясь на Виту.

Она с трудом выбралась через проем, бросая на меня жалостливые взгляды. Мы с моей девочкой уже много лет вместе и понимаем друг друга с полуслова.

– Ой, да ладно, зато искупаться можно.

И опять этот взгляд! Еще когда мы жили на ихтрамарском побережье, заметила, что драконы и близко к воде не подходят. Сторонятся соленых брызг и убегают в противоположную от них сторону.

Вообще, миру известен только один вид ящеров, обитавших в воде, но уже много лет он считается вымершим. Водные ныряльщики рисовались и описывались страшными и смертоносными тварями исполинских размеров. Устрашающие махины, не умеющие летать… И откуда это знаю? Может, они милашки, как ходящие комки меха имбиалы?

Моей младшей сводной сестрице подарили недавно такого. Кто-то из прихвостней отца. Вот крику-то было…

Тем временем всего пара минут полета – и все, мы на пляже. А парень уже плескается в воде. Редко ему это удается: все же родители до сих пор не отпускают его дальше чем из зоны видимости. Жуткая гиперопека. Хорошо, что к нему в гости прилетаю я.

Оставив Виту с нервно роющим землю горным обвальщиком, сама скинула шмотки и окунулась. Вода ласково согревала и дарила тепло. Замурлыкала от удовольствия, но была нагло прервана совсем потерявшим края мальчишкой!

В итоге у нас завязалась водная битва, из которой я вышла победителем. Уставшие и мокрые, мы устроились на песке, давая возможность одежде высохнуть. По прилете получим на орехи, потому что вряд ли удастся скрыть следы соли.

– И тебе совсем не страшно? Ты вообще боишься хоть чего-нибудь? Там закрытая академия, строгие порядки, даже чихать по разрешению будешь.

– Еще кто кому будет разрешения давать… Ты во мне сомневаешься?

Даже возмутилась, а парень разразился громким хохотом. Присоединилась к нему, и наш смех поглотили нарастающие волны ихтрамарского моря.

– Ну да, совсем забыл про твой характер. Скорее небо упадет на землю или Эва откопает еще одно яйцо черной смерти, чем ты позволишь кому-то собой управлять. Мне уже жалко этих ребят. Не передумала насчет факультета?

Настал мой черед фыркать. Да мне все уши прожужжали, что девочек на спортивный факультет не берут! Только пусть попробуют отказать! Задавлю аргументами, и пусть будут уверены: то, что я дочь Верховного правящего, будет стоять последним в списке!

– Нет, через пару лет команды всех шести полисов выстроятся в очередь, чтобы предложить мне самый выгодный контракт.

– Ну а старому знакомому найдешь пару билетиков на игру? Не то чтобы я был поклонником футская, но поболеть за единственную девушку-бомбилу хочется. Особенно когда она утрет всем нос.

Отвернулась к морю. Глаза подозрительно стало щипать, а железные леди себе такого не позволяют. Я не плакала с того самого дня в цирке, когда впервые познакомилась с настоящим отцом. Вот и сейчас не стоит.

На горизонте вода взбунтовалась, и на миг показалось, что я увидела хвост дракона. Совсем уже странное мерещится. Пора собираться с мыслями и силами. Меня ждет академия. Должна же я стать лучшей и прислать Венусу билет на игру с моим участием?


Глава 2


Яркая вспышка света ослепила на долю секунды, и я вдохнула морозный воздух. Впереди показались очертания резиденции, заметенной снегом.

– Драконий север, как же я ненавижу холод!

Сзади зафыркала Вита. Она тоже не являлась поклонницей минусовых температур. Черная смерть вылупилась из яйца в руках моей мачехи в Солитдаре, потом жила с нами возле моря и никак не могла привыкнуть к здешней погоде.

– Прости, милая, но придется потерпеть годочка эдак три.

На меня уставились два злых фиолетовых глаза. Эва могла общаться с Витой с помощью Дара разума, а мне повезло меньше. Ни щита, ни картинок в голове. И это несмотря на то, что дракониха выбрала меня в качестве побратима.

Наша с ней связь тоже была обнаружена Эвой – пресловутый столб фиолетовых нитей, соединявших тела человека и дракона. Мне не понять, зато можно прочувствовать…

Когда глаза привыкли к сумрачному небу, как всегда полному снега и странного ледяного тумана, различила впереди силуэт, идущий навстречу. Усмехнулась. Ну кто бы сомневался.

К нам приближалась, возможно, единственная женщина во всех шести полисах, спокойно выносившая меня и даже имевшая способности поставить на место. Одетая в модную шубку из меха снеговика, на высоченных шпильках, Севилья Хортон как всегда ослепительна.

Только вот красота ее меркла перед дрянным характером. На том и сошлись. Присела в издевательском реверансе:

– Привет, вторая стерва Нортдара.

Она улыбнулась и отсалютовала мне со словами:

– Скоро ты, как драконова принцесса, попадешь в замок, и я верну себе пальму первенства. Пошли, за Витой придут с минуты на минуту.

Тяжело вздохнула, попрощавшись с черной смертью. Моя ласковая девочка кивнула и прижалась к ладони. Фиолетовые глаза сверкнули, и без слов стало понятно: она готова к шалостям.

– Ой, ну все! Этот взгляд даже я уже выучила. Пошли, у этого здания еще есть шанс устоять перед тобой и твоей подружкой. И как только Эва разрешает тебе с ней заниматься? Я думала, что, после того как вы спалили крыло основной резиденции, она разъединит сладкую парочку.

– Не спалили, а лишь немного подкоптили. Там все равно требовался ремонт. И Эва терпеть не может это место.

Любой нормальный человек при напоминании о подобной шалости покраснел бы, но не я. Мы жили на две резиденции. Одна была лично отца, другая – старинное здание, где уже пару сотен лет заседали все Верховные правящие шести полисов.

Мачеха почему-то не переносила это место, особенно после того, как папаша вернул туда весь бюрократический аппарат после попытки переворота. Ну вот мы как-то с Витой тренировались контролировать поток пламени и немного скосили.

Получилось, что совершенно случайно выжгли все, оставив в крыле лишь чернеющие стены. Ну так их отмыли. Да еще потом поселили туда меня. Впрочем, бывала там редко, предпочитая более уютную личную резиденцию за пределами полиса.

– Домашние уже ждут не дождутся, когда тебя официально примут в академию – глядишь, целее будут.

Что-то Севилья разговорчивая чересчур. Пора бы сбить с нее спесь. Отвыкла за пару недель от моего острого язычка. Елейным голосом проворковала:

– Как Агнар поживает? Все еще выносишь ему мозг, отказываясь выйти замуж?

Бинго. Севи терпеть не может, когда я поднимаю изъезженную тему. За этой парочкой уже весь полис наблюдает. Говорят, существует даже тотализатор. Всем интересно, кто кого доведет первым: главная стерва и начальница службы безопасности Верховного правящего или самый известный лекарь шести полисов. И это в ортодоксальном Нортдаре! Срам, как сказал бы дедушка.

Вот вери Хортон и покосилась на меня, осторожно заявив:

– Не твое дело, Минерва.

А вот это она зря. Любой знает, что я терпеть не могу свое полное имя. Не стоит дразнить меня им.

– Да ладно, Севи, отпугивать единственного, кто способен вынести тебя… Между прочим, я ставку на твою идеальную задницу сделала. Не подведи уж.

Блондинка сверкнула на меня ярко-зелеными глазами. Ох уж эти одаренные. Когда наконец и я стану счастливой обладательницей черных глаз? Когда откроется Дар?

Но не успела разразиться стенаниями на эту тему, как заметила зеленоватую дымку. Мы подошли к боковому входу, и я резко обернулась. Несмотря на то, что в свои двадцать два многое повидала, но с работой Дара интуиции встречалась впервые.

Глаза Севильи запылали зеленым пламенем, которое буквально стекало с них. Говорят, она развила способности так сильно, что во всех шести полисах нет никого, кто бы мог превзойти ее по части интуиции.

Пламя клубилось и трансформировалось в зеленоватую дымку, стекавшую к моим ногам. Застыла. Странно наблюдать такое. Когда Дар коснулся сапог, ощутила… Да ничего не ощутила.

Даже насмешливо вздернула бровь. И все? А где фейерверки или жуткая боль? Где драконовы муки или наоборот – неземное наслаждение? А рассказывали-то…

Наконец пламя стало рассеиваться, успокаиваться. Севилья как ни в чем не бывало стряхивала остатки зеленки и распрямлялась. Когда она окончательно пришла в себя, поймала мой насмешливый взгляд.

Уже ожидала комментариев от нее, но вери Хортон сумела удивить. Осмотрела меня с ног до головы, словно оценивая, не причинил ли ее Дар каких увечий, а потом пожала плечами и язвительно заявила:

– Чего стоим, кого ждем? Или главному бедствию Нортдара особое приглашение нужно?

Удивленно и настороженно сузила глаза. Она собирается спустить произошедшее на тормозах? Не сказав мне ни слова? Как бы не так!

– Севи, это Агнару ты можешь вешать драконьи усы на уши. Что ты почувствовала? Или поняла… Кто его знает, как эти ваши Дары работают. Отвечай!

Властные нотки в моем голосе заставили ее поежиться. Всегда любила свою способность повелевать людьми. Еще когда была маленькой, отчим со смехом заявлял, что я способна командовать целой армией.

Только вот Севилья Хортон все же не робкого десятка. С ее-то послужным списком… Женщина просто пинком открыла дверь и впихнула меня внутрь.

– Обойдешься. Мои дела тебя не касаются. Не доросла еще.

Обиженно на нее посмотрела. Никак не ожидала такой подставы. Обычно Севи всегда на моей стороне – в любых шалостях и проделках. Не раз за эти годы вытаскивала из передряг. А теперь делает из меня дурочку.

– Севи, хоть у меня глазки и не черного цвета, но понять, когда ты врешь, я в состоянии! Что ты там видела? Это точно касается меня!

Мы зашли да угол, а вери Хортон прошипела:

– Вопреки кое-чьему слишком разросшемуся самомнению, не весь мир крутится вокруг. Пошли, я обещала доставить тебя к папаше. И так от дел отвлекаешь, еще не хватало убить пару часов на разыгрывание из себя няньки.

Надулась. Ну лааадно, еще не вечер. Я все равно узнаю, что там случилось и что видела эта стерва. Надо только усыпить ее бдительность и подождать. Главное, чтобы она пошла к отцу с этим делом сегодня же. Завтра мне надлежит прибыть в академию…

– Мими! Мими приехала! Майя, сестричка здесь!

О боже…

Застонала, наблюдая, как из-за угла на полной скорости ко мне несется сводный братец, а за ним, поддерживая юбки, спешит целый ворох нянек. Одна из них несла на руках розовощекого ангелочка, который агукал и тянул ко мне ручки.

Куда бы спрятаться от этой оравы?


Глава 3


– Вита, простиии! Но ты стала такая большая, что просто не смогу осуществить свой план незаметно.

Дракониха фыркнула и отвернулась. Обиделась, но, чтобы подслушать разговор Севи и отца, нужно действовать решительно и смело. И именно сейчас. Что я, даром, что ли, караулила у его кабинета полдня?

Пришлось даже поиграть с мелкими и укатать их, за что толпа нянечек была бесконечно благодарна. Родители совсем забросили за работой детей! Но это не мое дело.

Аккуратно протиснулась к Маре. Небольшой дракончик вида огненный шар лежал, развалившись, у ног своей пары, огромного ночного стражника. Самая странная любовь на свете. Разных видов и размеров, но искренняя и всепоглощающая.

– Мара, милая, можно одолжить одного из твоих малышей? Ну пожалуйста!

Дракониха приоткрыла один глаз и повернулась на другой бок. С тех пор как Эва с отцом ушли с головой в политику, эта парочка набрала пару сотен лишних кило и совсем разленилась. Они скучали без шоу и цирка, а нечастые полеты не могли компенсировать тоску по побратиму.

Унит – дракон Эвы. Самый большой ночной стражник шести полисов. Когда-то на нем летал отец, бывший главной цирковой звездой шести полисов. Очередь на представление в Высоком цирке Солитдара с его участием достигала нескольких лет.

Там он и познакомился с Эвой, там началась их удивительная и невероятная история любви. Только вот, как по мне, закончилась она не очень. Рождение Соломона, работа, рождение Майи, работа, работа и работа. Ах да: и опять работа. Шутка ли: парочка Верховных правящих, сутками торчащих в резиденции и только что не спящих в кабинетах. Хотя нет, такое через день случалось.

– Мара, ну прошу, ну одолжи драконенка!

В этот момент сбоку показались две пары красных глаз. Малыши родились два года назад и представляли собой какой-то странный смешанный вид: внешне похожие как две капли воды на ночного стражника, но с ярко-красными радужками и алым пламенем.

Только вот размером детки явно пошли в мать. Что было мне на руку. Один из них, очевидно кто понаглее, скатился с отца и стал ластиться. Унит даже не проснулся. Ленивая махина.

Зато Мара что-то прорычала. Я поняла это так: делайте, что хотите, только отстаньте. Самые волшебные в мире слова!

– Немного полетаем? А, маленький?

Почесала дракончика под подбородком, и тот призывно заурчал. Размером он был с небольшой автомобиль, и я легко вскочила ему на спину. Миниатюрная копия ночного стражника взмахнула внушительными крыльями, и мы оторвались от земли.

Я с шестнадцати лет летаю на драконах. Никто меня не учил, и ни у кого я не спрашивалась. Просто когда мы с Эвой оказались в домике на ихтрамарском побережье, оседлала молодую Виту и поняла, что это моя судьба.

Конечно, такого взаимопонимания с драконами, как у мачехи, у меня не было, но и проблем никогда не возникало. Поэтому сын или дочь Мары, кто их там поймет, с радостью слушался, позволяя управлять им.

Направила его на выход из ангара, и в один момент нас окутал морозный воздух. Драконенок было дернулся к огромному тренировочному комплексу, который построен справа, но я мягко направила его к резиденции.

– Нам надо незаметно подлететь вооон к тому окошку. На самом верхнем этаже, видишь? Ты меня там оставишь, а потом заберешь. Договорились?

Малыш согласно заурчал и полетел к месту назначения. Спустя минуту обнаружила и вторую тень рядом. Тоже мне два брата-акробата! Только второго здесь не хватало!

Тем не менее, унаследовав от отца особые способности, дракончики бесшумно скользили среди метели. Уже через пару минут меня доставили на широкий парапет.

И каким местом папаша думал, устраивая здесь кабинет? Его же любой идиот подслушать с улицы может! Достаточно только обзавестись специальным суперчувствительным микрофончиком, как я.

По крылу драконенка перебралась аккурат к горящему окну. Сквозь стекло пробивался свет белоснежного пламени воздушных захватчиков. Оно было заключено в колбы, и я представила, как красиво оно колышется.

Всегда любила пламя.

Здание резиденции спроектировал кто-то безрукий. Иначе зачем оставлять такие подоконники? Да тут не то что перемещаться можно – бал устраивать!

Преспокойно дошла до освещенного окна и осторожно заглянула внутрь. Вся компания в сборе. Даже больше: и Эва тут. Нахмурилась. Очень странно, что они отложили все свои суперважные дела и решили послушать Севилью.

Что речь пойдет обо мне, не сомневалась. Одна из горничных обсуждала, что стерва номер два, а именно так в народе звали вери Хортон, сегодня будет вещать что-то крайне важное про стерву номер один.

Ну да ладно. Сейчас все узнаю, пока отец наливает дамочкам какую-то очередную бурду. Любитель оксидарских лесных травок. Лично я предпочитала кофе из этого же полиса. Правда, сейчас из-за обострения отношений поставки стали совсем редкими…

Распахнула черную шубку и достала внушительного размера микрофон. Вер Ведал, лучший друг отца и председатель правящих Нортдара, в обморок бы свалился, знай, что я стащила его. Но то, о чем Дир не знает, не вредит ему!

Встала у окошка и приделала устройство к самому краю, направив мягкой частью в комнату. Подсоединила специальные наушники и воткнула в уши. Надеюсь, эта штука работает. Как бы протащить ее в академию? Наверняка пригодится в хозяйстве.

Нажала на кнопку и едва не рухнула с парапета, так неожиданно близко раздался знакомый властный бас:

– Серьезно? Ты применила на моей дочери Дар? Севи, тебе же не пятнадцать лет!

В голосе отца слышались угрожающие нотки. Великий и ужасный Коул Перей злился. Даже не так: он был в бешенстве. А я-то думала, что способность вывести его из себя – исключительно моя прерогатива.

– Коул, в пятнадцать лет я уже была супершпионкой мирового уровня. Ты без меня в курсе, что мой Дар большую часть жизни спит и просыпается в судьбоносные моменты. Судьбоносные для меня и моих близких.

В комнате повисла гнетущая тишина, а я, повинуясь любопытству, немного придвинулась к окошку. Заглянула в него. Отец стоял посреди комнаты в напряженной позе. Мы с ним удивительно похожи. Только он высокий и статный, да еще глаза черные как ночь благодаря Дару.

А я среднего роста, но фигура такая же стройная, на голове целая россыпь темных кудряшек, которые отросли до лопаток за столько лет. Прямой взгляд прозрачно-голубых глаз, строгий профиль и вечно недовольное лицо, словно мне весь мир обязан. По крайней мере, так говорят.

Как по мне, я довольно красива аристократичной холодной красотой. Из всех детей Коула Перейя – единственная, кто унаследовал его внешность. И характер, кажется.

Соломон и Майя – маленькие копии Эвы. Голубоглазые очаровательные дети, мягкие и спокойные. Только приключения регулярно ищут на свои задницы. Все в мать.

– Ну так что ты видела? Как я поняла, это случилось благодаря тому, что Мими протоптала дорожку к твоему сердцу?

Тихий, уверенный и спокойный голос мачехи прозвучал внезапно. На контрасте с этими двумя несгибаемыми личностями. Только вот по части достижения целей она им еще фору даст. Обманчивая мягкость.

Севилья и глазом не моргнула. Но только сперва, потом, к моему удивлению, расслабилась, черты ее лица сразу стали проще и нежнее. Женщина тихо ответила:

– Да, на удивление, привязалась к ней. Хотя такой стервы еще поискать. Неудивительно, с таким-то отцом. Но дело в другом. Без меня знаете, что творится что-то странное. Где сейчас ее мать?

Градус в комнате сразу стал ощутимо ниже. Да что уж там, даже мне стало не по себе. Запретная тема для меня и всех, кто меня знает. Больное место. Говорить или думать о той, что сбагрила свою пятилетнюю дочь в обсервацию для сирот…

– В очередном путешествии с Эверестом. Она отказывается говорить на эту тему, но он поведал мне, что всегда был против решения отдать Мими. Только вот Элеонора уперлась и слушать не желала о том, чтобы оставить девочку с ними. Он до сих пор не может понять, что заставило ее сделать это…

Зеленоглазая блондинка кивнула, а потом резко выдохнула и откинулась в кресле. Ее лицо скрыла тень, но голос выдавал волнение:

– Я уверена, что все не так просто. Мими нельзя в Академию: опасно для жизни. Она может в равной степени обрести там и свою судьбу, и найти смерть…


Глава 4


От слов стервы проморозило почище нортдарской метели. В равной степени. Найти судьбу или умереть. На секунду даже выпала из обсуждения, а зря…

– Севи, что ты имеешь в виду? Если так, то завтра она отправится в департамент кадров. Никакого обучения! Я с самого начала считал это блажью!

Сжала микрофон так сильно, что он опасно хрустнул в руках. Опять он за свое. Я ему не ручная зверушка и не подчиненная! Пусть приказывает в другом месте!

– Я не понимаю, почему так вышло? Неужели ты думаешь, что ее мать заставили сдать девочку в солитдарскую обсервацию? Севи, ты же знаешь, что за девочкой охотились с того самого момента, как мы сбежали во время шоу?

Эва, как всегда, делала вид, что не заметила истерики отца. Ну, и задавала такие вопросы, на которые и я хотела бы знать ответ. Только вот Севилья раздраженно повела плечами:

– Я вам не предсказательница будущего и уж точно не телевилт, чтобы показывать картинки из прошлого! А я почем знаю? Между прочим, в эту сторону еще не копала. Знаешь ли, без вашей старшей дочурки работы хватает!

Грубо, но вери Хортон давно недолюбливает Эву. Как-то у них с самого начала не задалось. Тем не менее на вертикаль власти личные отношения не влияют. Так, только по мелочи…

Эва Овайо никак не отреагировала. Лишь подошла к Севилье и протянула руку. Потом требовательно приказала:

– Покажи, что именно ты почувствовала, когда Дар проснулся. Мне важно точно знать.

У Верховной правящей был особый Дар, один из самых редких – Дар разума. Она могла залезть к человеку в голову. Буквально. Пару раз довелось испытать на себе. Словно в голове показывали голограммы, как по телевилту.

Эдакие объемные картинки. Прошлое, будущее, мысли. Иногда даже просто голоса. Все, что захочешь, в общем. Сразу становится понятно, врет ли человек, что таит в глубине нутра.

Интересные способности. Жаль, мне таких не видать. Мой удел – Дар чувствовать в одной из его ипостасей. И то вот уже больше двадцати лет он не просыпается. Если бы точно не знать, что все люди одаренные, то и вовсе списали бы в утиль. Хотя…

– А не много вы на себя берете, вери Овайо? Кажется, я предупреждала, что больше в моей голове копаться не позволю.

В ответ послышался холодный голос Эвы:

– Я в твою голову и не лезла, сама прекрасно знаешь, что это был мой отец. Севи, мне сейчас не до шуток! Я должна защитить ее. Ты не хуже меня знаешь, насколько опасно сейчас упускать из виду такое. Тем более что завтра она уже будет в стенах Академии.

– Только через мой труп!

Ууупс. Снова они спорят из-за меня. Это начинало забавлять. Кажется, этим двоим на роду написано ссориться по поводу принципов воспитания «доченьки». Обычно меня выпроваживали в самый интересный момент, но сегодня я выслушаю все до конца.

Заглянула в окно и попыталась пристальнее рассмотреть участников грядущей ссоры. Красный, как спелый торуз, отец гневно сверкал глазами на Эву, вокруг него уже клубилась черная дымка. Только вот мачехе все Дары мира нипочем. Спасибо Вите за это! Дракон, еще находясь в яйце, установила Эве специальный и крайне редкий щит.

– Коул, мы обсуждали это. Ты не можешь ей указывать. Надо все рассказать Мими и предоставить выбор. Наше дело организовать охрану и донести до девочки свою позицию.

Ой, твои, Эва, слова, да супругу в уши! Могу наслаждаться перекошенным лицом папашки вечно. Собственно, как и Севилья. Та пододвинула поближе кружку с драконовым варевом и сладкими каштанами, устроившись поудобнее.

– Эва, не начинай! Мы с тобой давно это обсуждали! Она моя дочь!

– А мне – внучатая племянница и падчерица!

Ну началооось. Когда эта парочка выясняет, кто кому ближе и кто о ком больше заботится, становится дурно. Я вообще предпочитаю не зарываться во все эти родственные связи. Можно ноги переломать и дольше вспоминать, кто в нашей чокнутой семейке кому кем приходится. Долгая история.

А вот отец, когда не хочет ругаться и грубить, вечно переходит на дальность родства. Будто это имеет значение. Оба они не правы, хотя Эва и пытается сказать что-то дельное.

Далее спор пошел по привычному маршруту: повышенные тона, сверкающие глаза, отцовский Дар, клубившийся вокруг, и фиолетовые искры от вери Овайо.

Одна Севилья сидела довольная. За всеми этими разборками про ее допрос с помощью Дара разума давным-давно забыли. Может, оно и к лучшему. Нечего мачехе знать, что там за угроза нависла.

Пока выясняли, у кого на мою жизнь больше прав, призадумалась. Все-таки слова вери Хортон имели вес. Хочу ли я при таких условиях в Академию? В то время, когда мне явно угрожает смертельная опасность или даже хуже – судьба?

Усмехнулась. Определенно да! Никогда не пряталась от проблем и не вижу смысла начинать. Тем более если вокруг моей жизни есть драконова тайна, мешающая строить окружающих по струнке, то надо ее раскрыть.

А что касается судьбы… Даже передернуло. Не люблю налета фатальности. Моя судьба – в моих руках, и я готова уничтожить любого, кто имеет наглость поспорить.

– Я люблю ее! Даже несмотря на то, что она самая большая проблема в моей жизни, даже несмотря на то, что, когда узнал о ней, подумал, что это худшее, что случалось со мной!

Прислушалась. Когда переварила сказанные отцом слова, удивилась. Он никогда не говорил ничего подобного. Заглянула в кабинет и увидела лицо Эвы, расплывшееся в улыбке, и усмехающуюся Севи.

Так и стояли: те трое – поочередно сверля глазами друг друга, а я – с открытым ртом. Неужели он это серьезно? Все равно не верится. Вот в то, что я самая большая кость в горле у папашки, – охотно. Но любовь…

Любовь – чувство странное, недоступное и довольно опасное. Видела, что она творит с людьми. Эва, например, превратилась в государственную машину из некогда живой и жизнерадостной девушки. Тобиас, отец Венуса, проглотил издевательства над своей супругой, а Агнар мучается любовью к женщине, которая чихать на него хотела…

Любовь – для тех, кому скучно в этой жизни. Кто попробовал все и теперь ищет приключений на задницу. Хвала святым правящим, что не родился еще мужчина, способный завоевать меня. Такого просто не существует! Любого сожру и выплюну.

Прислушалась к разговорам снова. Ничего интересного. Скорее всего, самое важное сказано. Севи выдала информацию, и теперь мои как бы родители пытаются ее усвоить. Скукотища. Пора идти собирать вещи. Утром аэроскай отвезет меня к вожделенной Академии.

Бросив последний взгляд в окошко, стала неспешно собираться. Еще драконов отлавливать, но они обычно чувствуют, когда нужны. Значит, скоро будут рядом.

Смотала шнуры от наушников, отцепила примерзший микрофон. Несмотря на самое лучшее термобелье и защитный костюм, все равно умудрилась промерзнуть. Брр… Гадость какая эти ваши снежные бури!

Прошла до края парапета и негромко свистнула. Надеюсь, эти ребята не заигрались. У них пока не было ни имен, ни пола. Драконы обычно держат гендерную интригу, пока не найдут себе пару. Как водится, один раз и на всю жизнь.

А имена давать им пока не захотели. Может, Соломон с Майей, когда подрастут, станут их наездниками? Кто знает…

Наконец на фоне снежного неба показались две тени. Нахмурилась. Опять вдвоем летят. Следовало настоять, чтобы второй драконенок вернулся обратно. Мне не нужны проблемы.

Но, как часто бывало, мои желания – это одно, а реальность преподносит свои сюрпризы. С ужасом наблюдала, как капризные дети прямо в воздухе решают, кто повезет меня.

И все бы ничего, да вот разогнались они прилично и явно не успевают затормозить. Выбор невелик: спасти негодников от травм и выдать себя или…

Да какое к дракону «или»!

Не раздумывая ни секунды, подскочила к окну и с ноги выбила его с криками:

– Эва, тормози этих драконят! Быстро!


Глава 5


– Каким местом ты думала, когда вытаскивала детей в такую погоду?! Отвечай!

Драконий навоз! Вот каким местом я думала, когда решила собраться ночью? Теперь точно не успею. Придется побросать в чемодан вещи как есть.

– Я тебя спрашиваю! Мими, ты вообще слушаешь меня? А если бы они разбились? Если бы ты свалилась с парапета?!

Пока отец надрывался, мысленно составляла списки. Так. Щетку зубную. И ту модную расческу для кудрей, что Севи подарила два года назад. А, еще ж и микрофон…

Точно! Всю запрещенку отдам Вите! Вряд ли кто рискнет досматривать черную смерть. Люди до сих пор в шоке, что один дракончик выжил. Да, прекрасная идея.

– Мими, ты хоть собралась?

Эва, как всегда, была спокойна. И где только этому научилась? Будто не она в срочном порядке полчаса назад спасала детей Унита и Мары. Конечно, нехорошо с ними получилось, но ведь в итоге-то все закончилось нормально?

– Отвечай на вопрос!

Да он даже не понял, что она спросила и на что надо отвечать. Тоже мне. Замашки Верховного правящего пусть в кабинете рабочем оставляет! Эээ, ну, то есть в рабочее время. Я и забыла, что до сих пор сидела в развороченном месте для работы. Боюсь, с рамой немного перестаралась, завтра придется новую ставить.

– А полчаса назад говорил, что любишь. Как быстро все меняется, верно, папочка?

Кажется, у него покраснели даже уши. Эве взбледнулось, а Севилья усмехнулась. Да, ей тоже не повезло с родителями, в этом мы с ней похожи. Даже не знаю, кто кого переплюнуть может. Она с ее матерью, пытавшейся поставить шесть полисов на колени, или я со своим отцом – Верховным правящим и блудной мамашей.

– Пойдем помогу тебе собраться.

Первая леди грациозно встала и аккуратно выпихнула меня из кабинета. Уже думала, что вер Перей не выпустит, но он и слова не сказал. Видно, последняя моя ремарка таки поставила звездного папашу на место.

Когда спустились на пару этажей ниже и зашли в переход, соединяющий жилую зону с рабочей, Эва тихо сказала:

– Мими, зачем ты так? Он едва ли не впервые признался, как ты ему дорога, а ты снова и снова топчешься на его чувствах. У всего есть предел, девочка.

За нами летели две маленькие тени. Они теперь от Верховной правящей и на шаг не отойдут, пока она не отведет драконят к родителям. Хорошо, что проходы в резиденции были исполинские.

Обернулась и посмотрела на малышей. Они виновато понурили головки и исподлобья поглядывали друг на друга. Эдакие раскаявшиеся забияки. Но вот что странно…

– Знаешь, я познакомилась с Витой, когда той было чуть больше пары недель, но никогда не видела, чтобы она вела себя как ребенок. Не думаешь, что это ненормально?

Вери Овайо тяжело вздохнула. Я знала, что она примет поражение, не захочет развивать эту тему. Она никогда не спорила со мной, лишь пару раз за столько лет поставив на место. За то я и любила ее.

– Вита словно сразу родилась мудрой и взрослой. Не могу это объяснить. Возможно, потом мы сможем докопаться до истины. А теперь давай все-таки обсудим твое пребывание в Академии в связи с последними событиями.

Закатила глаза. А она сегодня настырная. Но даже учитывая мое упрямство, понимала, что стоит сделать это. Еще навяжут толпу охранников…

– Мне казалось, что Нортдарская академия наездников – самое закрытое и привилегированное место в шести полисах. Сомневаюсь, что там мне грозит опасность.

На ее лице появилась горькая усмешка.

– А Музеонис – самый таинственный и сверхсекретный музей шести полисов с сотнями запутанных ходов и туннелей… Но это не помешало Мойре Хортон добраться до моего отца там. Никогда не стоит расслабляться.

– Да по тебе видно, что ты только и делаешь, что вечно напрягаешься.

Последние слова скорее пробубнила себе под нос. Но именно они задели мачеху сильнее всего. Она задохнулась от возмущения:

– Я делаю это ради всех нас! Ты хоть представляешь, как сложно сейчас держать мир между полисами? Прекрасно знаешь, что в Солитдаре творится дракон знает что, а Оксидар и вовсе вышел из-под контроля. Я хочу, чтобы мои близкие и дети жили спокойно и счастливо.

Посмотрела прямо ей в глаза. Куда делась та неугомонная девушка, постоянно спасавшая меня из неприятностей? Та, которая ставила грандшоу и парила на драконе под сводами ихтрамарского побережья?

От нее остался лишь сморщенный переспелый торуз, выжатый досуха. Без радости, без эмоций и того самого счастья, о котором она говорит.

– Твои дети и близкие хотят жить сейчас, видеть тебя сейчас! Майя с нянями чаще, чем с тобой, общается, а Соломон плачет по ночам от одиночества. Прежде чем учить меня жить, научись сама!

Развернулась и опрометью бросилась в свою спальню. Вот каждый раз наше общение заканчивается так: крики и взаимные упреки. Просто меня поражает, как можно быть настолько слепой. Это все отец виноват. Пока Эва с ним не спуталась, была нормальной.

Не погребенной под тяжестью власти и ответственности, а живой и жизнерадостной! Обязательно еще выскажу ему, что он украл у меня ее. Да что уж там: он украл ее у нее самой!

На секунду представила, что бы было, если бы Эва забрала меня из обсервации. Я бы жила с ней, ходили бы вместе на работу в цирк, а потом бы я попробовала стать наездницей дракона и игроком в футскай.

Тряхнула головой, и черные кудри рассыпались по плечам. Не хочу откладывать свою жизнь на завтра из-за глупых угроз или беспочвенных надежд на светлое будущее. Пусть они строят мир, а я буду летать под сводами спортивных стадионов.

И бомбить.

Улыбнувшись своим мыслям, все-таки начала собираться. Еще бы внутри не покусывал червячок. Ведь сегодня я действительно перегнула палку…

Но на правду не обижаются, пусть она и подана под острым соусом, от которого становишься огнедышащим драконом. Переживут. Зато, оказывается, у меня совесть есть! Уже думала, что она навсегда почила в недрах моей черной душонки.

Кстати о черном. Окинула взглядом свой «пестрый» гардероб. Черное. Черное. Черное и черное. И снова черное. Идеально! Единственная привычка, доставшаяся от отца и не вызывавшая рвотных позывов.

Сложила вещи и кинула унылый взгляд на кучку темно-серого в углу. Форма. Руки отбить человеку, который придумал ее. Тысячный век на дворе, а у них в обиходе плащи с меховой опушкой!

И шапки жуткие. Да еще и отличительные особенности факультетов. Со скрежетом зубовным осмотрела драконовы хрустальные эмблемы цирфака. Ну, мы еще посмотрим, кто кого!

Черным по белому писала в анкете, что иду учиться на спортивный факультет! Плевать я хотела на их тысячелетние правила. Это дискриминация! Да я любому их задохлику фору дам. Где мои черные эмблемы с изображением аэромяча?!

Чувствую, завтра будет веселенький день. Коул устроил меня в Академию, но дальше – сама. Он не может влиять на ее работу. Древнее здание с древними собственными законами. Маленькое государство в шести полисах на особых правах.

Отец ни слова не сказал про обучение там, лишь ухмылялся и пару раз упомянул, что окончил заведение экстерном. Неее, я сидеть буду до конца! Все три года, от первой пары до последней. Нечего мне тут делать, а вот окунуться в академические секреты и поворошить местное общество…

За окном особо резвый порыв ветра ударил в стекла. Они опасно задребезжали, и этот звук эхом отразился внутри. Несмотря на характер, все равно немного волновалась. Кроме того, месяц назад Эва обещала несколько сюрпризов, а я их терпеть не могу. Вот и посмотрим…


Глава 6


– Так и не скажешь, что видела?

Последняя попытка разговорить Севилью в скаере потерпела позорное поражение. Зато домчали с ветерком на ее личном средстве передвижения. Общественный транспорт, аэробасы, до академии не ходит, на такси – аэроскае – меня отправлять отказались.

Ну и ладно.

Женщина молчала. Очевидно, что она была в прекрасном расположении духа. Какая-то подозрительно довольная и… растрепанная. Недоверчиво покосилась на нее.

А потом Севи вырулила из-за поворота, и мысли вылетели из моей головы так же стремительно, как Вита парила сбоку над обрывом. И все потому, что на Академию открылся просто потрясающий вид!

Никогда не была здесь раньше и никогда не летала в этих краях на драконе. Я вообще предпочитала не высовываться далеко за пределы полиса. Здесь не Ихтрамар: метель начнется – ищи потом, в какой стороне дом.

А вот сегодня, на удивление, небо не огорчало нас обильными осадками. Нет, оно не было ясным. В северном полисе вообще солнце видят раз в год по обещанию. Зато сверху не сыпало, и вид на невысокие горы и огромный замок среди них открывался фантастический.

Академия стояла в отдалении от полиса, на севере. Сами жители шутили, что шпиль самой высокой башни и есть конец шести полисов. Дальше только ледяные пустоши и горы. Неизведанные земли, покрытые метрами снега и промерзлой землей.

И какому идиоту пришло в голову разбивать полис в таком месте? Что за квест по выживанию в условиях крайнего севера. До сих пор понять не могу!

Но хотелось бы отдать должное архитекторам Академии: смотрелась она внушительно. Еще на расстоянии внутри все трепетало при мысли, что я буду здесь учиться.

В отличие от других, меня не пугали три года закрытого времяпрепровождения. Вот ну не верю ни на секунду, что тут негде развлечься. Все-таки сюда берут лишь достигших совершеннолетия. Но знаю, что учатся и люди гораздо старше.

А чтобы толпа двадцатидвухлетних женщин и мужчин не нашла чем заняться? Да не смешите! Если и так, то я научу их проводить время с пользой. На лице появилась хищная улыбка.

– Мими, ты там обороты-то сбавь, все-таки одно из старейших и загадочных зданий шести полисов. Хорошо бы, если бы оно осталось целым.

Пока Севилья высказывала опасения, над Академией вспорхнул добрый десяток драконов, и они слаженным строем устремились в ущелье. Ммм, класс! Скорее бы приступить к самому интересному!

– Ой, да не переживай! Наверняка тут и не такие, как я, учились, и ничего. Папочку моего же выдержали? Да и сыновей Веледы. Они-то уж точно тут пай-мальчиками не сидели.

Грандмэнша Высокого цирка Солитдара, где работала Эва, отправила сюда своих сыновей-близнецов, и те успешно окончили Академию. Хотя ребята они странные. Пару раз сталкивалась с ними, и впечатления остались более чем двойственные.

Одно в них восхищало: братья являлись самыми синхронными наездниками всех шести полисов и крутыми восходящими звездами. До сих пор не понимаю, зачем им цирк? Какие из них могли выйти хранящие! Просто блеск!

– Олсен и Олден, как и Коул, окончили Академию экстерном. У них просто времени не было на то, чтобы разойтись. Сомневаюсь, что ты захочешь сбегать отсюда пораньше. Тут для тебя какая-никакая свобода.

Она права. В Нортдаре я задыхалась под постоянным контролем отца, в лесах Ихтрамара покрывалась плесенью от скукотищи. Венус как мог скрашивал времяпрепровождение, да и я искреннее любила домики на дереве и их обитателей, но все равно не то… Не мое место.

А вот при виде замка дух захватывало и хотелось поскорее спрятаться за его стенами от окружающего мира. Там нет случайных людей. Только исключительно богатые, знаменитые или одаренные. Попасть в Академию наездников очень сложно и очень дорого.

Поэтому я не стану выделяться. Не то чтобы это сильно волновало, но определенный дискомфорт бы доставляло. Слабо верю в то, что найду здесь друзей, но попытка не пытка.

Но самое главное – хотелось учиться. Получить допуск к огромной и сумасшедшей библиотеке. Говорят, там можно найти про драконов абсолютно все!

Нас накрыла тень, и Вита выпустила впереди столб фиолетовых искр. Влетели в него на полной скорости, и Севилья ругнулась. На пару секунд скаер потерял видимость, а на серпантине, проходящем по краю хоть и неглубокого, но ущелья, даже у меня поджилки затряслись.

– Отбитые на голову! Оба! Что ты, что твой дракон! Кстати, руководство Академии ничего не сказало по поводу того, что тащишь к ним черную смерть?

– Мне кажется, у них и не такое бывало.

Даже не пришлось кривить душой. Никаких комментариев с их стороны не последовало. Лишь список всего необходимого и информация о правилах содержания собственных драконов.

Отец тоже никак не прокомментировал мое желание взять с собой Виту, да и что тут скажешь? Я – второй человек в шести полисах после Эвы, кто установил истинную связь побратима с драконом. Нас теперь нельзя разлучать.

– Мими, я хотела тебя предупредить…

Впереди уже показался высокий мост через замерзшую реку. Его своды были просто огромными. Но слова Севильи отвлекли от рассматривания местных достопримечательностей. Неужели она-таки приоткроет завесу тайны?

– О чем?

Надеюсь, интерес в моем голосе проступал не так явно. Да и Севилья должна понимать, что сейчас больше всего на свете я горела желанием узнать, что же такое мне грозит. Поэтому вся обратилась вслух.

– Когда поймешь, что влюбилась, думай о себе в первую очередь.

У меня даже челюсть отвисла от такого совета.

– Серьезно? Я тут жду, когда мне наконец-то намекнут, что же такое секретное ты увидела, а вместо информации – глупый совет про то, чего никогда не случится?

– Никогда не говори «никогда».

Ее голос прозвучал странно. С налетом горечи. Даже развернулась в сторону Севи, чтобы пристальнее изучить выражение лица матерой шпионки. Но это для остальных она такая, а мне всегда казалось, что я понимаю ее немного лучше всех этих политиков и прихлебал.

Вот и сейчас пристально вглядывалась в ярко-зеленые глаза, ища в них ответ на вопрос. И, к удивлению, нашла. Ошарашенно спросила:

– Ты что, втюрилась в Агнара? Севи! Да я кучу пикуний на тебя поставила, зачем же так подводить!

Но смех смехом, а секундная эмоция, которую мне позволили считать, обескуражила. Не буду наивно полагать, что это проницательность у меня такая открылась. У вери Хортон не проскочишь просто так.

Она усмехнулась своей фирменной усмешкой. Мороз по коже от нее пошел. Осмелилась влезть поглубже в дебри ее жизни:

– Севи, мне уже готовиться становиться оракулом для твоих детей?

Тем временем мы уже подъехали к огромной площадке перед воротами. Тут толпились люди и то и дело виднелись вспышки аэромигов. Отец теперь вел особый учет этих устройств мгновенного перемещения. Но для Академии, очевидно, сделали послабление.

Женщина же громко рассмеялась.

– Да ни один нормальный человек в своем уме не сделает тебя оракулом своего ребенка! Это статус для ответственного, умного и правильного человека, а ты сама еще дитя. Я вообще-то не об этом.

– А о чем?

Открыла дверцу скаера, и в кабину ворвался морозный воздух. Хорошо хоть, ветра и метели нет. Можно видеть, что происходит вокруг. Мы с сопровождающей вышли. Взгляды всех на площадке тут же приклеились к нам намертво.

– О том, что, как только ты пересечешь порог этого заведения, твоя жизнь пойдет по определенному направлению. В нем будут боль и выбор, жестокость и любовь. Последнее придет, не сразу, но придет. Так вот, когда влюбишься, то береги себя. Тогда есть шанс, что выберешься из заварушки живой.

Она кинула мне чемодан на аэроподушке, резко развернулась на своих высоченных шпильках и села обратно в скаер. Под рев Виты Севилья Хортон покинула площадку перед Академией, оставив самое странное послание в моей жизни.


Глава 7


Проводила взглядом черный суперсовременный скаер и решила не думать о словах Севильи. Какой смысл? Не то чтобы не верила в силу ее Дара, но сомневаться в интерпретации вполне могла.

Пока размышляла, народ на площадке притих и застыл. Все с выражением полнейшего ужаса на лице пялились в небо. Кто-то даже показывал пальцем. Ах да, Вита.

Свистнула ей, и дракон по изящной спирали приземлился на соседний шпиль. Потом театрально заревел, выпуская столбы фиолетового дыма. Закатила глаза. Позерша.

– Вери Минерва Сицил? Разве вам не передавали условия и особенности содержания драконов в нашей Академии?

Едва не подпрыгнула. Рядом оказался небольшой человек в темно-сером плаще с черной опушкой. Местный. Лучезарно улыбнулась ему:

– Добрый день. Конечно, передавали, но, должно быть, я упустила некоторые пункты. Если вы мне их любезно напомните, то, возможно, исправлю ситуацию.

На самом деле я прекрасно знала, что драконы должны доставляться в специальных контейнерах строго под приказами. Только вот незадача: Вита отродясь приказов не знала.

Вообще, испокон веку, еще со времен святых правящих драконы были подчинены человечеству. На них с рождения накладывалось специальные приказы, которые лишали зверей воли и права выбора, в отместку делая безопасными. Насколько это возможно.

Конечно, бывали случаи, когда наездники не пользовались приказами, но крайне редко. К слову, одним из первых стал пробовать летать без приказов мой отец. А Эва потом и вовсе отказалась от них, пытаясь протолкнуть реформу об их запрете.

Но куда уж Верховной правящей до сотен тысяч трусливых людей. Никто не поддержит эту идею, ведь вряд ли тогда все те драконы, что мучаются и умирают в лабораториях и на заводах, согласятся там оставаться. Держите карман шире!

Кажется, напротив меня сейчас стоял один из представителей трусливой братии. Он скрипнул зубами и процедил:

– Будьте добры, наложите приказ на дракона и отправьте его в ангары для распределения.

Снова лишь мило улыбнулась.

– Простите, вер…– вы не представились. Мой дракон под приказами никогда не был и в ближайшую сотню-другую лет сажать его на них я не собираюсь. В ангар отправлю. Вита!

Громко свистнула, и под всеобщие охи и ахи моя девочка сорвалась с места ко мне. Размах ее крыльев был настолько велик, что она могла ими накрыть всю площадь.

Маленький человечек встрепенулся, но не так-то то просто удивить, очевидно, бывалого академика. Он даже бровью не повел, лишь возмущенно глядел. Работник или преподаватель уже собирался отчитать меня, как за его спиной раздался знакомый голос:

– Вер Радео, по поводу вери Сицил поступили особые указания. Ей разрешено не накладывать приказы на дракона, если он будет ее безоговорочно слушаться. А что касаемо ангаров, так сейчас наша новая адептка и продемонстрирует, как хорошо умеет обращаться со своим питомцем. Отправьте дракона в ангары на заднем дворе, Минерва.

Резко обернулась и не поверила своим глазам. Нет, я, конечно, слышала, что пару лет назад его сюда сослали на перевоспитание, но никак не ожидала, что этот человек продержится в Академии.

Он заметил мое удивление и усмехнулся. Создавалось впечатление, что если бы не люди вокруг, то он присел бы в издевательском реверансе. Процедила сквозь зубы:

– Вер Бекойн, вы прекрасно знаете, как я отношусь к полному имени. Но вы правы. Я сейчас же отправлю Виту в местные опочивальни для драконов. – А потом ехидно добавила: – Не ожидала, что продержитесь здесь до моего поступления, дядюшка.

А он изменился. Заматерел, так сказать. Когда видела его последний раз, он был ссохшимся и щуплым дохликом, прибывшим из Солитдара. Вот правду говорят, на морозе человек лучше сохраняется. Буду вечно молодой. Ха!

Тим Бекойн пропустил шпильку мимо ушей. Лишь развел руками, указывая на дракона и намекая, что пора бы мне перестать устраивать здесь шоу и сделать как велели.

Отвернулась от них и нашла Виту. Она тут же почувствовала мой взгляд и встрепенулась. Тихо сказала:

– Девочка, лети к другим драконам. Там можешь выбрать себе место по душе, встретимся, как я здесь устроюсь.

Нам не надо кричать или отдавать мысленные приказы. Я чувствую ее эмоции и желания, а она слышит меня, где бы я ни находилась. Вот такая связь побратима. В каждом из двух случаев уникальная.

Но черная смерть была бы не черной смертью, если бы напоследок качественно не взревела, сообщив всей округе что-то типа: «Я прилетела, смотрите на меня!», и не спикировала на толпу в эффектном пируэте.

Улыбнулась. Моя девочка. Презрение к роду людскому и желание показать себя. Наверняка поэтому она и выбрала меня когда-то. А не Эву.

Когда дракон скрылся за зданием Академии, все резко пришли в себя. Кое-кто запричитал, кто-то показывал на меня пальцем и громогласно требовал убрать.

– Ну ни капли не сомневался, что устроишь шоу. И что проигнорируешь форму. Предсказуемо, Минерва, предсказуемо.

Дядюшка стоял, весело сверкая глазами, а в голове крутилась лишь одна мысль:

– Предсказуемы будут твои случайные увечья, если не прекратишь называть меня Минервой.

После этих слов он нахмурился, и за какое-то мгновение произошла странная и разительная перемена: оранжевые глаза Тима гневно сверкнули, плечи словно стали шире.

Даже немного поежилась. Изменился. Тим Бекойн очень изменился. Все говорят, что они с отцом неуловимо похожи. Сводные братья, у которых разные матери. Но мне всегда казалось, что это чушь собачья. Коул Перей высокий и статный, властный, черноволосый и черноглазый.

А Тим всегда был эдаким добряком. Мягкотелым и вечно попадающим в ужасные ситуации. А еще он когда-то был женихом Эвы. Но там давняя история, закончившаяся не в пользу шатена, стоящего передо мной.

– Вери Сицил, в стенах этого учреждения вы можете обращаться ко мне не иначе как вер Бекойн или магистр. В противном случае даже пискнуть не успеете, как вылетите. Здесь не нортдарская резиденция правящих, здесь вашим капризам потакать никто не станет.

Внутри дикое желание сказать ему, куда он может засунуть свое «магистр», боролось с осознанием того, что, возможно, дядюшка прав. Неизведанная территория со своими правилами, законами и устоями. Придется подождать. Но галочку в уме поставила.

Я еще доберусь до тебя, магистр.

Ослепительно улыбнулась, краем глаза заметив, как к нам приближается группа парней под предводительством здоровяка. Глаза хищно загорелись. А вот и будущие однокурснички, судя по всему, подъехали.

И если пока с Тимом придется умерить пыл, то отыграться на этих не составит никакого труда. Внутри закипало предвкушение, а грозное выражение их лиц лучше всего показывало, что грядет заварушка.

Практически все парни были одаренные. Пятеро – почти команда по футскаю. Говорят, тут целые турниры устраивают внутри Академии и даже иногда приглашают именитых выпускников.

Только вот ни слова подробностей. Вообще, про Академию в шести полисах мало кто знает. Секретное место, покрытое тайной за метровым слоем снега.

Парни приближались, и я уже сделала шаг вперед, как меня неожиданно опередили. Тим вышел к ним навстречу и холодным голосом произнес:

– Адепты, через пять минут вас запустят в большой холл для регистрации и подготовки к прохождению вступительных испытаний. Самое время подумать и подготовиться к ним, а то не успеете даже чемоданы у входа расставить.

И парни, и я застыли как вкопанные. В смысле вступительные испытания?! Разве мы не зачислены


Глава 8


– Магистр, разве в Академии предусмотрены вступительные испытания?

Самый главный из пятерки мгновенно потерял к моей персоне интерес. Впрочем, как и я к его. Какие еще, к драконам, экзамены? Нас никто не предупреждал!

Тим лишь приложил палец к губам и знаком велел нам следовать к приоткрытым массивным дверям. Около них уже стояла большая аэротележка, куда грузили чемоданы.

– Пройдемте в большой холл, – прокаркал вер Радео, громогласно вещая на всю площадку.

Кажется, еще не все знали о «приятных» новостях. Кто-то прощался с семьями, кто-то даже жарко целовался.

Адептов на самом деле было немного. Они выделялись жуткими серыми костюмами с опушкой. Создавалось впечатление, что одна я не оделась соответствующе. Хотя что уж там: одна я и не оделась соответствующе.

И вот вереница сереньких людей потянулась внутрь. Нас было немного, человек семьдесят. Капля в море по сравнению с общим количеством задействованных в шоу и спорте шести полисов.

Вообще, Академия наездников в Нортдаре – едва ли не единственное учебное заведение такого типа. В нашем мире не принято получать образование помимо общего. Просто по результатам выпускных тестов тебе в соответствии со способностями и статусом (куда уж без него) предлагают работу.

Приходишь в департамент кадров на собеседование и решаешь, выбираешь. Иногда выбора как такового и нет. Это если в твоем роду меньше десяти поколений или вообще ты безродная из обсервации.

Если работа не устроила с первого раза, то есть еще две попытки. Так сказать, на закуску, но вернуться к предыдущему предложению уже никто не даст. Отец сказал, что единственный вариант, когда есть уверенность в том, где окажешься по достижении двадцати двух лет, – окончить Нортдарскую академию.

Тут уж понятно, на кого учился. Тем более, как правило, здешних выпускников с руками отрывают. Надеюсь, через три года так и будет.

Встала в самый конец вереницы сразу за пятерыми парнями. Рассмотрю их пристальнее, пока есть возможность. Заодно отвлекусь.

Самый грозный – прям великан. Такие играют за бомбил, носятся по стадиону на драконах и пытаются засунуть аэромяч в корзину стоящему, пока тот не раздулся до размеров небольшого скаера.

Черные длинные волосы, собранные в хвост. Хорошо хоть, чистые. Терпеть не могу волосатиков. Как уже успела приметить, глаза неестественно темные, а значит, он тоже счастливый обладатель Дара чувствовать.

По правую руку от него кудрявый шатен среднего роста с оранжевыми глазами. Дар видеть. По левую – темнокожий лысый парень. Он ежился и недовольно озирался по сторонам. Наверняка родом из Оринтадара со своими желтыми глазами. Дар говорить.

Еще двое совсем непохожие. Высокий шикарный блондин. Он то и дело стрелял глазами в проходящих мимо девушек. Сильный парень с красными глазами. И даже на концах волос виднелись алые язычки. Дар осязать.

Второй же, низенький и узкоглазый брюнет, спокойно следовал за четверкой. Словно и с ними, и нет. Интересно, что их связывает? Сюда редко приезжают вот так, группами.

Очередь застыла, и нас потихоньку стали пускать внутрь. С наслаждением плюхнула свой чемодан на тележку. А я-то боялась проверок, маскировала на Вите запрещенку. Ее целый список нам выдали…

Нельзя ничего запрещенного законом. А я прихватила-таки микрофон. Нельзя теледиты. Не согласилась и запихнула один, причем с зарядным устройством. На всякий, мало ли. Нельзя аэромиги. Но у меня целый завод под боком! Сами святые правящие велели захватить парочку контрабандных, вытащенных из-под носа Дира. Мало ли, вдруг мне захочется на полчасика к морю? Шутка ли: три года задницу морозить здесь!

Ну и вишенкой на торте стала личная черная смерть, свободная от приказов.

Кстати, судя по эмоциям, моя девочка шикарно устроилась. Даже на расстоянии чувствовала ее довольство и расслабленность. Не сомневаюсь, что она умудрилась занять самый большой вольер. Ей он по размеру положен!

Очередь двигалась медленно: что-то впереди ее постоянно тормозило. Кажется, парни заскучали. Первым рискнул здоровьем блондин. Оно и видно, что самый заводной у них.

Повернулся, окинул меня похотливым взглядом. Сдается мне, у этого экспоната большая часть мозга находится между ног. Хотя и осуждать его не стану. Я сегодня на редкость хороша!

Черные кожаные брюки облегали стройные ноги как вторая кожа, сверху черное строгое пальто, перевязанное поясом на талии, отороченное темно-синим мехом снеговика.

Кудри убраны в хвост и выбиваются сзади, красиво обрамляя наглое лицо. Глаза у меня небольшие, но зато выразительные, а неизменный дерзкий черный макияж только подчеркивает стервозный характер.

– И кто же разрешил такой малышке летать на большом черном драконе? Если я приглашу на свидание, устроишь мне экскурсию?

Идиот. Но забавный. Сомневаюсь, что кто-то из этих ребят в очереди или внутри Академии не в курсе того, что сюда поступает девочка – наездница черной смерти: с тех пор как Виту, так сказать, представили общественности, эта новость облетела весь мир.

До сих удивляюсь, как отцу удается сдерживать всех страждущих. Насколько известно, ему лаборатории в Солитдаре каких только денег не предлагали за дракона. Мороз по коже…

Хорошо еще, украсть не пытались. Насколько я знаю…

Проморозила парня фирменным уничижительным взглядом. Поежился. То-то же. А теперь включаю игнор, пусть помучается.

Он смотрел на меня и так, и эдак. Пару раз открывал рот, чтобы что-то добавить, но так и не решился. Лишь под конец буркнул:

– Чокнутая.

За что получил еще один убийственный взгляд и галочку напротив своей персоны в моем личном списке смертников. Кажется, тут будет весело. Парень же протиснулся вперед и негромко стал переговариваться с вожаком.

Из обрывков расслышала что-то типа: «Ты уверен?» и «Оно нам надо?». Правильно, мальчики, не надо. Я сюда приехала становится звездой. Чтобы имя Мими Сицил ассоциировалось с самой отвязной и потрясающей игрой на поле, а не с Верховным правящим.

Хочу быть бомбилой, а не дочуркой самого главного политика шести полисов. Хочу летать и ставить рекорды. Хочу покорить мир!

– Вери Перей, прошу пройти досмотр.

Очнулась от монотонного голоса незнакомого мужчины. Он был низеньким и практически незаметным под ворохом бумаг. Бумаг. Ошарашенно уставилась на остатки целого рулона. Ничего себе, такие, говорят, уже лет двести не используют.

Всю документацию во всех нормальных полисах давным-давно заменили голограммы: и удобнее, и практичнее, и деревья рубить не надо. Но, кажется, цивилизация досюда не дошла. Ну, или ее не пустили через огромные каменные двери.

– Вери Перей, прошу пройти досмотр.

Монотонный голос повторил просьбу. Сказано это было так, словно ему решительно все равно, что я там собираюсь делать. И то, кто я.

Грозно процедила под взгляды пятерки парней, которые уже встали возле трех мужчин в черно-синих красивых плащах.

– Меня зовут Мими Сицил.

В таком же наряде был и Тим. Для магистров вон какой фасончик выбрали! А вот мужчина все-таки оторвал взгляд от своих ценных бумаг и перевел на меня, нахмурился, а затем произнес:

– Да хоть сама Верховная правящая. На досмотр!

В его глазах мелькнули отголоски желтого пламени, хотя он явно не являлся одаренным. Точнее, человеком с проснувшимся Даром. Но все равно я почувствовала острое желание сделать, как он сказал.

Направилась к трем мужчинам. Те уже чуть ли не пинками отгоняли от себя задержавшихся ребят. Парни косились на меня, а красноглазый и вовсе тянул шею так высоко, словно хотел добраться.

Но вот их препроводили дальше, и я ступила на специальный постамент. Три пары цветных глаз весело следили за каждым моим движением. Посередине сидел мужчина с зелеными глазами. Перед ним лежала табличка, гласившая: «Ксавье Монтесорри , академик». Почему-то на нем особенно задержалась, нагло рассматривая в ответ.

Наконец он рассмеялся и выдал низким басом:

– Ну вот и внучка ректора пожаловала, господа. Не стесняйтесь, дорогая, с вас будет особый спрос.


Глава 9


– Кого?

Его слова ввели меня в ступор. Кем он меня назвал? Какая еще внучка ректора? Один мой дед – веселый старичок, хоть и из влиятельной семьи, пожалуй, самой старинной и влиятельной семьи шести полисов, но о том, чтобы он здесь работал, не слышала. А второй – Регнар Перей, но он сослан на пенсию в ихтрамарский домик. Если только кто-то из двоюродных тут заседает… Ну так Марк в Ихтрамаре правит, а Пассий – в своем Музеонисе сидит. Про остальных не в курсе.

– Внучка ректора. Вер Академидис дал особые указания на ваш счет. Поблажек не ждите ни на досмотре, ни на вступительных испытаниях после.

Стояла и хлопала глазами. Вот это подстава! Нет, конечно, я знала, что человек, которого я видела лишь мельком раз в жизни, не прост, но чтобы настолько… Уж не об этом ли сюрпризе говорила Эва?

Треклятая семейка! Мой родной дед по материнской линии и его четыре брата, пожалуй, самая загадочная династия в шести полисах. Лично знакома только с тремя: Марк Музенидис – председатель правящих Ихтрамара, Пассий Музеонис – отец Эвы и владелец самого загадочного и огромного музея истории наездничества, ну и Сильвестр Академидис.

Собственно, фамилия говорящая. Могла бы и догадаться. Стиснула зубы. Дедуля показался мне лишь однажды и чисто символически. Так, посмотреть на единственную живую внучку. Как я поняла, мы с Эвой уникальные потомки пятерых братьев.

Очевидно, теперь буду не только под присмотром, но и в непосредственной близости. Если поступлю. Теперь идея учиться здесь резко потеряла пару очков. И только желание стать звездой все еще горело внутри черным пламенем.

Поэтому собралась и по-царски посмотрела на троицу. Остальные двое, судя по табличкам, были деканами двух факультетов. Вер Игнатиус Ремолиус еще даже не понял, какое счастье на него свалится в ближайшее время в лице меня. Да вообще, весь спортфак ждет бооольшущий сюрприз.

Второму декану циркового факультета, веру Мортону Норингтону, повезло меньше, но что поделать. Не могу же я разорваться. Да и ниша в цирковых шоу давным-давно занята. А еще искренне верю, что рано или поздно Эва вернется на арену, и тогда вопросов о том, кто главная звезда шести полисов, не возникнет еще лет сто.

Живем мы долго, счастливо, и не хотелось бы быть на вторых ролях.

– Вер Монтесорри, начинайте. Посмотрим, с чем к нам пожаловала вери Перей.

– Сицил. Меня зовут Мими Сицил.

Вот если бы не были моими учителями будущими, то непременно бы вбила в их умнейшие головы эту информацию. Зеленоглазый мужчина посредине возмущенно прищурился и выставил вперед руку. С нее слетели зеленые языки пламени, поджарив меня.

Взвизгнула и почувствовала, как внутри все задрожало. Ничего себе Дар интуиции! Что он творит?

Сначала показалось, что меня раздевают, но довольно быстро я поняла, что это не так. Просто пламя скользило по телу, кусая и неприятно пощипывая даже сквозь костюм. Пришлось скинуть пальто и остаться в кожаных брюках и кожаном пиджаке.

После этого жеста глаза обоих деканов поползли на лоб, а вот вер Монтесорри даже бровью не повел. Хотя в своих черных шмотках я хороша. И что уж греха таить, довольно откровенна.

Давно заметила, что образ Севильи – на грани разврата – зачастую дает необходимое преимущество перед мужчинами. Особенно оно пригождается во время пресловутых гендерных споров.

Но вот наконец-то пламя втянулось в пальцы академика. Только сейчас обратила внимание, что все трое мужчин не были стары, скорее напротив: слишком молоды для занимаемых должностей.

Насколько успела понять из рассказов отца, преподаватели здесь делились на низшие должности – магистров и высшие – академиков. Еще имелись административные. Ознакомлюсь с иерархией позже.

– Вери, кхм, Сицил, насколько я понял, обучение в нашей Академии вам важно.

Настороженно кивнула. Я еще не принята, а приключения сыплются на меня как из рога изобилия. Тон академика не понравился совершенно, словно вот-вот прозвучит то самое «но».

Сейчас складывалась ситуация, которая грозила мне самым неприятным: придется немного поумерить пыл и согласиться на непонятные условия.

Что-то от зеленоглазых людей в последнее время одни неприятности! Они там с Севильей, случаем, не родственники? Мужчина тем временем продолжил. Только на этот раз в его голосе появились издевательские нотки:

– Тогда не расскажете ли нам, зачем вы прихватили с собой подслушивающее устройство, теледит и парочку незарегистрированных аэромигов?

Драконова задница! Но как?!

Очевидно, лицо сейчас выдало удивление, испытанное мною, потому как незнакомый Ксавье ухмыльнулся и откинулся в удобном кресле. Глаза его коллег по обе стороны тоже внезапно зажглись хищным блеском и… надеждой?

Кажется, слава об одной маленькой миленькой девочке, дочке Верховного правящего, вперед нее бежала. Потому как особенно «воодушевленным» выглядел декан цирфака.

– Неужели вы думаете, что за столько лет стали единственной, кто попытался пронести запрещенные вещи на драконе? Неоригинально, возможная адептка, неоригинально!

Не знаю, что покоробило больше: то, что он поставил под сомнение мое обучение, или что упрекнул в плохой фантазии. Занесла его в почетную десятку особо выбешивающих людей. В этой Академии. До моего общего списка еще дорасти надо.

– Рада, что ваша хваленая система безопасности выдержала этот экзамен.

– Вери Сицил, если станете адепткой, то придется поумерить свой пыл и прикусить язычок. В противном случае вам его попросту откусят или отрежут.

Повернула голову к декану цирфака. Почему-то сразу поняла, что выражается он буквально. Ни тени улыбки. Да что вообще в этом замке происходит? Я просто обязана узнать.

Моя нестандартная личность на особом положении была последней в очереди, но кажется, что мы задержались. Вообще, постамент для досмотра, как и три удобных кресла его участников, находились в самом начале большущего холла.

Ну еще и рядом столик стоял с какими-то светящимися бумагами или голограммами…

Только того не было видно за черной завесой Дара. Дар чувствовать может создавать такие вот преграды. Отец частенько ими пользовался, чтобы организовать при всех конфиденциальный разговор. Отличная штука. Когда во мне откроется Дар…

– Ну, раз сказать больше нечего, то предлагаю вам внимательно прочитать и расписаться в договоре, если пройдете вступительное испытание конечно, самостоятельно избавиться от всего запрещенного. Ну и переодеться, разумеется. Такой наряд хорош для домов увеселений в Солитдаре, а у нас здесь, знаете ли, дресс-код.

Меня что, только что шлюхой назвали?! Терпеть и молчать. Момент истины и триумфа не настал еще. Но декан цирфака должен быть доволен, что учиться собираюсь не у него. Меньше раздражает глаза – меньше желание придушить его.

– Я могу быть свободна?

Мужчины переглянулись, и на их лицах проявились совершенно разные эмоции: мой предполагаемый руководитель, декан спортфака, облегченно улыбнулся, зеленоглазый в центре – оценивающе прошелся по мне кровожадно-предвкушающим взглядом, а третий – с досадой откинулся на спинку.

Интересные ребята. Однозначно могут сделать пребывание здесь запоминающимся. А моя задача – достойно ответить, чтобы по прошествии трех лет хотели избавиться от меня так же сильно, как нортдарские жители и обитатели резиденции.

– Следуйте дальше.

Подняла с пола пальто с опушкой и, не удержавшись, ехидно поинтересовалась:

– Уважаемые веры, даже удачи не пожелаете?

Мужчина в центре улыбнулся, а у остальных на лицах застыли такие мины… Сразу стало понятно, что нет, не пожелают. Пожала плечами и походкой от бедра направилась за занавес, на ходу не глядя чиркнув в том самом странном договоре. Потом почитаю.

Как только прошла завесу, ожидала услышать шум и гам десятка будущих адептов, но вместо этого обомлела. Увиденное снова, в который раз за день, повергло в шок.


Глава 10


В огромном холле, кроме меня, не было ни одного человека. Именно что человека. Посреди холла лежал, свернувшись улиткой, дракон. И не просто дракон, а старый-престарый земляной мститель.

Таких ребят не использовали на аренах или стадионах – только в лабораториях и на заводах по добыванию пламени. Они слишком длинные и извилистые, совершенно не зрелищные, а еще не очень красивые. Но это лишь на взгляд общественности.

Земляные мстители представляли собой очень длинную, наподобие змеи вытянутую колбаску с маленькими лапами. Но в данном случае размер не имел значения. Потому что этими же лапами, невзрачными на первый взгляд, они могли прорывать в любой породе тоннели бесконечной длины.

Говорят, раньше эти драконы создавали целые подземные города для себя, легко разбивая камень и даже управляя водой. Словно они обладали специальной магией. Естественно, все это сказки.

Но сказки сказками, а впереди лежал длиннющий темно-зеленый дракон с ороговевшими местами чешуйками. Если бы не едва заметные вздымающиеся крылья, то можно было бы принять его за валун.

Пару минут я оценивала обстановку. Вступительное испытание? Возможно. Только что тогда на нем делать? Осмотрелась.

Дракон возлежал прямо посередине холла. Проход дальше располагался за ним. По большому счету, надо идти вперед. Любой нормальный наездник наложил бы приказ и преспокойно пошел дальше, но не я. Никогда этого не делала и не собираюсь.

Лезть в сознание другого живого существа? Какое право мы имеем им приказывать, подчинять? Кто наградил человека этой ужасной способностью – порабощать столь прекрасных и некогда свободных существ?

На самом деле одна из причин желания быть звездой заключалась в том, что я хочу стать примером. Доказать, что даже человек с неоткрывшимся Даром без приказов может существовать рядом с драконом. И летать рядом с другими. Что не нужно отдавать приказы и порабощать чужую волю.

Поэтому уверенно, но на всякий случай тихо стала продвигаться вперед. Дракон лежал, свернувшись, ближе к центру, по краям вполне можно проскользнуть. Но не тут-то было.

Дракон подорвался так резко, что захватило дух, всего за секунду развернулся и, извиваясь, перегородил проход. Несмотря на скорость, он действительно был старым.

Глаза мстителя впились в меня, раздраженно изучая. Буквально ощутила, как он зол. Гнев и… усталость. Сколько же человек прошло сегодня через него?

Сменила траекторию и уверенно направилась сразу к нему. Прямо к оскалившейся морде. Дракон сначала сжался, а потом зарычал, выпуская клубы зеленоватого дыма. Из-за возраста тот отливал бронзой. Я заметила, что тело зверя изувечено шрамами и отметинами. Длинные полосы рассекали живот причудливыми узорами.

Внутри все сжалось от жалости и боли. Как вообще люди могут быть такими жестокими?

Нет, общество драконов тоже не стайка имбиалов. Когда случилась попытка переворота несколько лет назад, впервые за сотни лет обнаружили диких драконов. Целую стаю горных обвальщиков. Так вот Унит во время перелета к Эве из ихтрамарского дома в Нортдар наткнулся на них и едва выжил: драконы восприняли ночного стражника как угрозу и напали. Если бы не своевременная помощь Агнара Йболита, то и он, и Эва вслед за ним могли бы попросту не выжить. Связь побратима работает в обе стороны…

Вообще, мир стал меняться. Тайны раскрывались одна за другой, и не хотелось отставать. Именно поэтому я здесь. Не хочу плестись в хвосте, когда надо все время быть начеку и во всеоружии.

Упрямо шла навстречу дракону. Тот продолжал извиваться и угрожающе рычать. В вытянутых зрачках сначала клубилось раздражение, потом настороженность и под конец – недоумение.

Когда мститель понял, что я не останавливаюсь, замер. Свернул длинный хвост улиткой и вертикально встал. Только сейчас в голову пришла мысль, что до этого видела прекрасно спланированное представление.

А еще чем больше приближалась к дракону, тем отчетливее различала едва заметную тонкую пленку между нами. Завеса? Такая тонкая и искусная? Она перемешалась вместе со зверем в метре от него.

Подошла к ним вплотную. Протянула руку к пленке, потрогав ее. Теперь стало понятно, что на самом деле она черная, просто растянутая, как мыльный пузырь. Эластичная, послушная моим пальцам, но прочная, как чешуя.

Дракон пристально следил за мной. Агрессия и сопутствующие настроения испарились, оставив лишь любопытство. Он словно смотрел и вопрошал: «Ну и? Что дальше делать будешь, девочка в черном?»

И правда: что дальше?

Сейчас проще всего было бы пройти мимо, только вот я не хочу стать просто адепткой. Я хочу большего, всегда хотела. Да и загадка этого дракона уже маячила впереди красным флагом.

– Меня зовут Мими, а ты что за зверь такой?

Собственный голос прозвучал неожиданно звонко и приветственно, отразился от высоких потолков, эхом рассыпавшись вокруг. Дракон встрепенулся и повернул голову вбок. Вообще, эти звери до странного разные. Вита словно уже родилась взрослой и мудрой, старой душой. Она иногда так смотрела, что кровь стыла в жилах от ужаса.

До сих пор не понимала, почему она выбрала именно меня. Почему удостоила чести стать побратимом черной смерти, единственной в своем роде? Значит, в чем-то я тоже уникальна? Значит, во мне что-то скрыто?

Чувствовала, что да. Что мне еще предстоит найти свое предназначение. И сделать это помогут Академия и драконы. Один из них сейчас как раз был передо мной, с любопытством разглядывая.

Еще раз коснулась преграды. Она отпружинила от моих пальцев, сначала растянувшись, а потом вернувшись на место. Только вот… Тонкая пленка показалась знакомой, такой родной, что ли.

Словно я давно ее знаю и могу ею управлять. Провела рукой в сторону, интуитивно выписывая узоры. Вправо-влево, вверх-вниз и так по кругу раз за разом.

Преграда растягивалась и искрилась, под руками становилось тепло и местами даже жарко. Пленка поддавалась моему желанию, следовала за мной и, когда я захотела, чтобы она исчезла, замерцала и померкла.

И вот уже мы стоим с драконом лицом к лицу. Я спокойно рассматриваю его без искажений, а он… А вот земляной мститель явно был обескуражен. Он попятился и зарычал.

Теперь, без преграды, внезапно почувствовала его страх. И с каждой секундой он рос все больше. Дракон боялся меня! Боялся больше всего на свете! Каким бы ни было вступительное испытание, преграда защищала не нас от него, а наоборот!

Мститель затрясся и внезапно изменил тактику: стал наступать. Я же не двигалась с места. Знала, что не тронет. Зато мы можем помочь друг другу. Он отпустит свой страх, а я пойму, почему завеса Дара чувствовать, поставленная другим человеком, подчинилась мне.

Уже когда дракон приблизился на расстояние какого-то метра, сзади послышались шаги. Резко обернулась.

К нам стремительным шагом направлялись все трое допрашивающих, дядюшка и во главе этой процессии дедушка собственной персоной с такииим выражением на лице. Таким гневным, раздосадованным, ну или просто злым.

А сначала строил из себя веселого милашку имбиала. И не скажешь, что тот человек и этот – одно лицо.

Судя по всему, мне таки достанется на орехи. Но я не была бы главной стервой Нортдара, если бы стояла и ждала, пока меня достанут. Отсюда только один выход, и дракон сзади поможет будущей адептке.

– Хоуп, стой!

Дед громогласно отдал приказ. Даже нет. Просьбу. Я развернулась и максимально сократила расстояние до дракона, опустив руку тому прямо на морду. От моего касания он вздрогнул, а позади раздались крики, в том числе и Тима:

– Мими, отойди от нее! Мими, нет!

Да пошли вы все к драконам! Этому зверю нужна помощь, чувствую это! Поэтому, не дожидаясь реакции мстителя, резко обошла его и в считаные секунды оказалась верхом, идеально устроившись на площадке между бронзовых крыльев.

Наклонилась к морде и негромко прошептала:

– Я не трону, давай немного пошалим? Хоуп, верно? Ты же давно не была в воздухе, угадала?

Как только коснулась застарелых чешуек, они раскрылись и словно задышали. По всему телу зверя прошел озноб, словно он сбрасывал оцепенение.

Затем дракон радостно фыркнул, и мы оторвались от каменного пола.


Глава 11


Я ни разу до этого не была в Академии. Естественно, не представляла, как выбраться из огромного холла, кроме как через парадный вход. Но каменные двери оказались заперты, а снизу прямо на нас стремительно надвигалось разноцветное нечто.

М-да. Никакой техники безопасности! И это еще преподаватели! Уважаемые люди, магистры да академики. Ректор, в конце концов. Но не успела я возмутиться тем, что эта кучка нападает на беззащитного дракона и девушку, как земляной мститель скользнул вбок, потом резко вниз, и мне пришлось резко прижаться к шее дракона.

Мы нырнули в тоннель, а потом из него в еще один. Комнаты мелькали одна за другой. Кажется, Хоуп здесь что-то вроде постоянного жителя и каждый уголок Академии ей знаком.

Приподнялась и начала рассматривать. Сделать это оказалось сложно из-за бешеной скорости, но иногда дракон тормозил, и мне удавалось бросить взгляд на то или иное помещение. А еще пару раз мы залетали в поистине огромные залы.

В одном из таких оказалась настоящая арена со спиралью по центру. Там было пусто, но зато в столовой народу – битком. Там даже Хоуп задержалась, вдыхая запахи выпечки. Мой желудок сделал сальто и заурчал. Обычно я завтракала значительно позже и сегодня не смогла впихнуть в себя с утра ни крошки.

Адепты в серых костюмах не сразу заметили, что на драконе верхом девушка. Но достаточно быстро я услышала дикий визг, и тогда все побросали еду и дела, уставившись на нас.

Они что, никогда наездника не видели? В Академии наездников? Три раза «ха!». Но вот мы скрылись в очередном тоннеле и спустя мгновенье выскочили наружу как пробка из бутылки.

Вот теперь на мгновение стало страшно. Так как дракониха полетела камнем вниз. Естественно, со мной.

– Хоуп, крылья! Лети! – взвизгнула я, и только сейчас до меня дошло, что все время до этого мститель не то чтобы летала, а скорее зависала в воздухе, не считая холла, а в остальном перемещалась по стенам, потолку или земле, как геккон.

А теперь стены кончились, и мы падали. Но хвала святым правящим, что все-таки инстинкт самосохранения возобладал. Раздался страшный звук: словно что-то рвалось и высвобождалось с жутким скрежетом. Крылья распахнулись, и нас дернуло вверх. Точнее, мы застопорились в воздухе.