Кирилл Водинов
Аватар

Пролог

– Вы это серьёзно? – бросив перед собой стопку листов, я вопросительно уставился на прилизанного менеджера, сидевшего передо мной. Только что я потратил целый час для внимательного изучения договора, который мне предлагал слащавый представитель корпорации «Геймфорт». Первый десяток листов предлагал мне райские кущи и просто невероятное вознаграждение. Проживание, полное довольствие и медицинское сопровождение организма, всё за счёт компании. А вот раздел конфиденциальности и условий альфа-тестирования ставил меня практически в рабское положение. Никаких сношений с внешним миром, проживание на территории центра, драконовские штрафы и даже уголовная ответственность просто за попытку разглашения служебной информации.

– Что именно вас смутило, уважаемый Кирилл Николаевич?

– Да вот это! – ткнув пальцем в раздел обязанностей работника, я зло посмотрел в блестевшие наигранным недоумением глаза. Прилизанный хлыщ представился при нашей встрече, вот только я совсем не запомнил его имени.

Дежурную улыбку менеджера хотелось стереть парой прямых ударов в челюсть. Знает же, скотина, о чём я! Глубоко вздохнув, взял себя в руки. Терпи, Кирилл, деньги сейчас очень нужны, а больше, чем здесь, ты вряд ли где заработаешь. Неудачные инвестиции в пару сомнительных проектов обещали огромные прибыли, а в итоге обернулись неподъёмным кредитом и регулярными угрозами расправы. За последние пару месяцев, благодаря назойливым коллекторам, я успешно избавился от квартиры, машины и доброй половины нервных клеток. Сейчас в роскошном кабинете корпорации сидел нищий бомж, делавший жалкую попытку продать себя подороже. И у меня были все основания считать, что мой собеседник был в курсе всех моих проблем.

– У вас возникли вопросы по поводу вашего проживания на период действия договора? Я могу только в общих чертах обрисовать условия, которые прописаны в договоре. Более подробная информация будет доступна только после вашей подписи. Вы наверняка заметили, корпорация предлагает более чем достойные условия, но требует за это только молчание. Это не слишком большая цена. Прошу обратить внимание на пункт 4.7.9. После заключения договора вы уже не покинете территорию исследовательского центра до тех пор, пока не истечёт срок действия контракта и не закончатся испытания.

Мазнув взглядом по фальшивой улыбке, ещё раз осмотрел кабинет. Богато… Резная дубовая мебель, сенсорная панель последнего поколения на столе и огромное панорамное окно за спинкой безумно дорогого кресла из натуральной кожи. На этом фоне бумажные страницы договора смотрелись уродливым рудиментом. Уже лет десять никто не пользовался бумагой. Цифровая подпись и скан ДНК с хранением в государственной базе данных. Бумажный документ только нагонял жути, показывая, что уровень секретности проекта такой, что даже его наличие не хотят относить в цифровой среде.

Но других способов рассчитаться с долгами у меня не было. Зажав между пальцами раритетную шариковую ручку и щурясь с непривычки, не без труда вывел свою фамилию в выделенном разделе и с ожиданием посмотрел на собеседника.

– Вот и славненько, – скалясь, словно довольный кот, менеджер блеснул белоснежной улыбкой и смахнул папку с договором в ящик стола, – я рад нашему дальнейшему сотрудничеству и готов ответить на любые интересующие вас вопросы.

– Почему я? – я начал с вопроса, который мучил меня с самого начала. – Почему вы предложили работу геймтестера именно мне? Есть много действующих киберспортсменов, а вы предлагаете работу, да ещё и с такими условиями, списанному бойцу. Ведь для вас не секрет, что я ушёл из спорта больше пяти лет назад.

– Конечно, мы в курсе. Отдел аналитики перебрал очень много кандидатов. Не последнюю роль играла занятость соискателя. Как вы заметили, договор заключается на шесть месяцев с правом дальнейшей пролонгации по инициативе работодателя. Знаменитые киберспортсмены просто не могут пропасть из информационного поля на полгода. Это обязательно вызовет ненужные вопросы и пересуды, а мы очень сильно ценим режим инкогнито, в котором ведём наши проекты. Могу вас заверить, отсутствие близких родственников тоже сыграло не последнюю роль в вашем резюме.

Мысленно поблагодарив бога, я внутренне улыбнулся. Раз я буду занят в настолько тайном проекте, значит, можно на время выдохнуть. С таким уровнем секретности коллекторы от меня тоже отвяжутся, а когда контракт закончится, я с лёгкостью погашу остатки моих долгов.

– Ответ исчерпывающий, – кивнув, я перешёл к главному вопросу, – а в чём заключается моя работа? Насколько я знаю, услуги геймтестеров оплачиваются гораздо скромнее.

– Мне нравится ваша проницательность, Кирилл Николаевич, – продолжил улыбаться менеджер, – всегда смотрите в корень проблемы. Это будет не обычный тест. Корпорация Геймфорт разработала принципиально новую модель вирт-капсулы. В ней не нужно делать перерывы, нет ограничений по возрасту или здоровью. Виртуальный мир, созданный нашими специалистами, практически не отличается от реальности. Вашей задачей будет прожить в этом мире несколько месяцев. Вам, как и нескольким тысячам других тестеров, будут предоставлены вирт-капсулы последнего поколения. НПС будут воспринимать вас как рядовых жителей этого мира. У вас будет несколько игровых заданий по исследованию виртуальной вселенной, получению навыков и умений. Задания будут постепенно усложняться, в соответствии с программой тестирования. Тем искателям, которые доберутся до финала и с честью справятся со всеми тестами, будет предложена работа в качестве будущих модераторов с очень неплохой зарплатой.

Удивлённо хмыкнув, я прикинул открывающиеся возможности. Возможность стать альфа-тестером принципиально новой игры открывалась нечасто, а быть в ней модератором сулило безбедное существование на неопределённый срок. Если продержаться пяток лет, то можно и на пенсию уходить. Прикупить небольшой домик в чистой зоне где-нибудь на побережье Байкала или Баренцева моря и наслаждаться по вечерам натуральным вином, сидя у камина.

– Хорошо, начальный расклад мне уже нравится, – я удовлетворённо кивнул, вызывая очередную улыбку менеджера, – когда приступаем к тестированию?

– Старт планируется на ближайшие дни, – зажимая кнопку вызова на панели управления, ответил менеджер. – Олечка, проводите Кирилла Николаевича в его апартаменты и ознакомьте с расписанием.

С тихим щелчком дверь кабинета открылась, и на пороге появилась Олечка. Строгий костюм скорее подчёркивал, чем скрывал соблазнительные формы рыжей нимфы. Мелко цокая каблучками по полированному полу, девушка остановилась передо мной и жеманно протянула маленькую ладошку.

– Добрый день, Кирилл Николаевич, меня зовут Ольга и я ваш координатор на время контракта.

Поднявшись с кресла, я аккуратно сжал наманикюренные пальчики. Ладонь была очень мягкой и тёплой. Немного смутившись от любопытного и слишком открытого взгляда широко распахнутых глаз, убрал руки за спину.

– Прошу следовать за мной, – сделав какие-то свои выводы, девушка развернулась и вышла из комнаты, соблазнительно покачивая бёдрами. Неловко махнув рукой скалившемуся за столом менеджеру, выскочил следом и догнал Ольгу уже у дверей лифта.

– Старт тестирования планируется через два дня, – глядя перед собой, монотонно забубнила девушка, было заметно, что этот текст она произносит далеко не в первый раз, – сейчас я покажу вашу комнату. Проживание будет в небольших боксах на три человека. Завтрак в восемь утра, потом инструктаж и занятия по плану вашего куратора. В четырнадцать часов обед, снова занятия и ужин в девятнадцать ноль-ноль. Навигаторы по территории центра есть на стенах. У искателей не будет доступа в интернет, но во внутренней сети центра есть обширная библиотека книг и фильмов. Терминалы расположены у кроватей, будет сложно их не заметить.

Дверь лифта открылась, и мы попали в просторный холл с высоким потолком в виде звёздного неба. В самом центре реалистично пылал солнечный шар, а вокруг парили в воздухе имитации планет и спутников солнечной системы. Из холла расходилось множество коридоров, отмеченных алфавитной маркировкой.

– Ваша комната 42 С, – мило улыбнувшись, сообщила Ольга. Взглянув на наручные часы, уточнила: – через сорок пять минут я буду ждать вас здесь. Нужно пройти медицинское обследование. У вас есть время принять душ и переодеться.

Понимая, что разговор окончен, я двинулся в коридор с маркировкой «С». На двери был биометрический замок, но сенсор быстро отреагировал на прикосновение и дружелюбно распахнул двери. Видимо, мои данные уже успели внести в систему.

– Эй, привет, новенький!

Едва не сбив меня с ног, в коридор выкатился пухлый коротышка лет двадцати пяти. Веснушчатая физиономия под копной кудрявых рыжих волос, нос картошкой и детская щетина, пучками торчавшая на щеках и подбородке. Из-за такого контраста он выглядел совсем ребёнком, а я на его фоне смотрелся настоящим атлетом. Но коротышку его внешний вид сильно не заботил. Добродушно улыбаясь, он протянул растопыренную пятерню.

– Андрюха, – слегка картавя представился парень, – ты новый сосед?

– Кирилл, – кивнув, я попытался пройти в помещение.

– Постой, – сморщив нос, коротышка расплылся в улыбке и ткнул рукой меня в грудь, – а ты не тот Кирилл… как же его… «Gotar», точно!

Сморщившись, словно от зубной боли, я снова кивнул. Мой игровой ник был знаменит в паре игровых проектов. Жестокий тиран и ПК. Сколько километров репортов на меня было написано от убитых игроков, даже подумать страшно. Однако для определённой категории игроков я стал подобием идола. В одиночку противостоять топовым кланам, с улыбкой на лице терять своё добро и уже через пару часов трясти лут с одинокого бойца клана обидчика. О моих диверсиях на рейдовых боссах слагались легенды. А когда я начал собирать налог с игроков за проход через земли, в которых я охотился, форумы просто взорвались. Какие-то хакеры пробили мой ай-пи и выставили мои личные данные на всеобщее обозрение. На телефон и социальные сети обрушилась бесконечная волна спама. Стоило мне появиться в игре, как на меня устраивали охоту. Несколько сыгранных рейдов контролировали основные маршруты, а десяток команд проверяли все мои самые излюбленные уголки на карте.

Так продолжалось ещё пару лет. Несмотря на тотальный террор моего персонажа, я продолжал играть в своё удовольствие, пока в один прекрасный момент не выгорел. Мне всё надоело. Надоела игра, бесконечные ПК и фарм мобов. И я ушёл в реал. Прошло уже лет пять, но регулярно я встречал людей, которые меня узнавали. Как правило это заканчивалось волной дерьма в мой адрес.

– Слушай, да ты красавчик! Меня не помнишь? У меня ник «Эскандер» был, глава гильдии «Mercenaries». Мы с тобой в рейды против Рубиконов ходили…

– Нет, извини, – пихнув Андрея плечом, я наконец попал в комнату. Позади раздалось недовольное бормотание.

Менеджер явно преувеличил, когда назвал эту конуру апартаментами. Узкие одноместные кровати, стол и шкаф-купе. Напротив входной двери – узкий проход в санитарный блок. На этом удобства заканчивались. Успокаивало только то, что большую часть своего времени я буду проводить в персональной вирт-капсуле. Из трех кроватей свободна была только одна. Разобранная постель принадлежала по всей видимости коротышке, ещё на одной спал черноволосый паренёк, по самые глаза закутанный в одеяло. Бросив куртку на свободную койку, я тут же направился в душевую. Из небольшого зеркала на стене на меня смотрел усталый мужчина лет тридцати пяти с трёхдневной щетиной. Видок так себе: от хронической бессонницы под потухшими карими глазами нависли чёрные мешки, лицо опухло от неправильного питания и алкоголя. Раздевшись, забрался в капсулу бюджетной, но довольно современной душевой кабины. Выбрав режим водяной бани, я закрыл глаза и попытался расслабиться.

 Глава 1

– Опаздываете, Кирилл Николаевич, – Ольга недовольно постучала ярким ноготком по стеклу наручных часов, – постарайтесь быть более пунктуальным.

Закончив меня отчитывать, девушка забрала мой коммуникатор. По договору я должен был сдать личные устройства связи до окончания действия контракта или его досрочного расторжения. С коммуникатором я расстался без лишнего сожаления. Сеть внутри центра всё равно не ловила, а фотографий, которые я бы рассматривал в моменты сентиментального наплыва, я на нём не хранил.

Однако не один я оказался в числе опаздывающих, что дало мне возможность рассмотреть мою команду. Около девушки уже собралась группа из шести человек. Все разных возрастов и национальностей. Трое совсем молодых пацанов, уже знакомый мне Андрей и мой второй сосед. Он оказался моим ровесником. Худощавый, с ярко выраженными азиатскими корнями. Представился Алимом, обрусевший кореец во втором поколении. Все бывшие киберспортсмены или вольные игроки с хорошим стажем за плечами.

К моему удивлению, главными нарушителями режима оказались две молодые девушки. Миниатюрная Наташа выглядела просто невинным ангелом. Белокурые локоны сияющим ореолом обрамляли аккуратное личико с неестественно голубыми глазами, а разрез слишком глубокого декольте горделиво колыхался под напором твёрдой «троечки». Однако все скользкие взгляды тут же разбились об угрюмый взгляд её мужеподобной подруги, которая по-хозяйски сжала ладонью ягодицу девушки.

– О времена, о нравы, – с тяжёлым вздохом процитировал Андрюха, с трудом отводя взгляд от девушек, – не, братан, нам там ловить нечего.

Я согласно кивнул. Западные нравы на однополые отношения медленно, но верно проникали и в русское общество. Вообще я был толерантен ко всяким новшествам, но видя, как из прицела ускользает такая красотка, чувствовал, как в глубине души разгорается пожар гомофобии. Обидно.

Остаток дня прошёл в бесконечной череде медицинских кабинетов и диагностических капсул. Если бы я не прочитал в своё время кучу литературы о принципах работы вирт-капсул, я бы решил, что нас в космос готовят.

Вообще вирт-капсулы не так давно вышли на открытый рынок, ещё пятнадцать лет назад максимум виртуальной реальности обеспечивался банальным VR шлемом. Были возможности выйти в вирт через спинномозговой резонатор, вот только мало нашлось дураков бить себе дырки в затылке. Резонатор использовали только врачи, некоторые военные и особо ушлые психологи. Используя возможности виртуального пространства, мозгоправы анализировали поведение своих пациентов и прогнозировали их последствия. Особо отбитые пытались строить из себя настоящих ясновидящих и даже создали небольшую секту, которая существует и по сей день.

Всё изменилось, когда учёные Лондонского университета открыли поле Лэнси-Джексона. Если поместить человека в изолированную от внешних излучений зону и активировать ЛД поле, можно считывать все его нервные импульсы в стадии формирования. Дело оставалось за малым – научиться перехватывать и перенаправлять сигналы в виртуальную модель. С этим мировая наука смогла разобраться за пару месяцев, и на Земле наступила эпоха виртуального прогресса.

Очень быстро вирт из науки и медицины перекочевал в игровую индустрию. Игровые корпорации начали штамповать виртуальные миры с угрожающей скоростью и тут же вляпались в огромные неприятности. Буквально через пару лет компании были завалены многомиллиардными судебными исками от родственников игроков, погибших от истощения и нервного перенапряжения в вирт-капсулах. Начались долгие процессы по введению виртуальных миров в правовое и конституционное поле Земли. В некоторых государствах, таких, как Иран и Турция, до сих пор действует абсолютный запрет на вхождение в виртуальное пространство. В некоторых княжествах Индии, там, где сильно религиозное влияние, игроман рискует быть просто избитым полицией и религиозными патрулями «инквизиторов». Тёмные бедолаги считают, что душа погибшего в вирте не сможет найти выход наружу и так и останется блуждать в лабиринтах цифрового плена.

Медицинский осмотр я прошёл благополучно. На последнем этапе мне выдали пару блистеров со стимуляторами и витаминами, рекомендовали здоровый сон и ограничили на два дня доступ к онлайн-библиотеке. Сильно я не расстроился, в моих планах и так стоял пункт хорошо выспаться и постараться забыть о бесконечных звонках назойливых коллекторов.

Поэтому, вернувшись после ужина в комнату, я рухнул на кровать и, несмотря на попытки моих новых соседей пообщаться, забылся глубоким и здоровым сном.

***

– Добрый день, меня зовут Михаил, и я ваш куратор.

Следующий день начался с небольшого брифинга. Около ста человек легко разместились в просторном конференц-зале. На широком экране транслировались виды нового мира. Выжженные солнцем панорамы пустыни сменяли скальные пики, а густые леса с поросшими мхом деревьями – бескрайние просторы океанов с россыпью островов на горизонте. Около экрана сидел совсем молодой парень, с горящими глазами фанатика эмоционально рассказывавший о нашей будущей миссии.

Наша роль в первом задании сводилась к банальной цели. Появиться в новом мире, познакомиться с окрестностями и… в конечном итоге, умереть.

– Не думайте, что это будет просто, – задыхаясь от волнения, вещал Михаил, – болевые ощущения в среде приближены к реальным. От пореза идёт кровь и чувствуется боль, сломанная нога не слушается, а удар по голове вызывает такую же дезориентацию, как и в реальном мире. Вы можете испытывать головную боль, сексуальное возбуждение, желание почесаться. Присутствуют даже физиологические потребности в виде дефекации. Поэтому рекомендую умирать наверняка. Выход в реал активируется именно после вашей смерти, а не потери сознания или увечья.

– У меня вопрос, – по школьному взмахнув рукой, крикнул Андрей, – а зачем такой реализм? Этого и тут хватает. Вам не кажется, что это оттолкнёт игроков?

– Я вас понял, молодой человек, – улыбнулся куратор, – болевые ощущения существуют для равновесия. Многие виртуальные платформы были разбалансированы произволом игроков. Чувство безнаказанности порождает жестокость, а это чревато последствиями.

Сидящие в зале синхронно закивали головами. В новостных лентах до сих пор вспоминали историю с Эремором. Ничем не примечательный мир с эльфами, гномами, и магией. Один из топовых кланов, скучая без достойного противника, начал вырезать деревни и города вместе со всеми НПС. Дошло до того, что все остальные игроки, теряя доступ к игровому контенту, покинули проект и потребовали от компании материальную компенсацию за вложенные в игру средства. Процессы по Эреморскому делу до сих пор рассматриваются в судах по всей планете.

– У меня тоже есть вопрос, – поднявшись на ноги, я обвёл зал взглядом и посмотрел на куратора, – если я не захочу или, по каким-то причинам, не смогу умереть, как я выйду из вирта в реальный мир? Если я правильно понял, стандартный интерфейс там отсутствует?

– Всё верно, интерфейс находится в стадии планирования, – ответил Михаил, – наши архитекторы ещё разрабатывают этот модуль. Стандартные модели не подходят, так как снижают эффект присутствия. В игре вы сможете найти старые модули в виде книг, артефактов или порталов. Срок вашего контракта шесть месяцев, все капсулы оборудованы автономной системой питания клиента, и находятся под наблюдением наших специалистов. Если вы в течение шести месяцев не найдёте выход и не решитесь на смерть, мы выведем вас в реал принудительно. Компании интересна любая тестовая информация. Но если вы зациклитесь на одной сюжетной линии, вы потеряете возможность выполнить другие задания для искателей и не сможете рассчитывать на дополнительные бонусы и премии.

– Другими словами, если меня будут держать в тюрьме и пытать, – начиная понимать, во что вляпался, я почувствовал волну холода, пробежавшую по спине, – мне просто нужно продержаться всего полгодика?

По залу пролетел возбуждённый шёпот. Ни капли не смутившись, Михаил обезоруживающе улыбнулся:

– Постарайтесь не попадать в подобные ситуации. В любом случае, вы в любой момент можете прекратить действие контракта…

– …и сесть в реальную тюрьму, – угрюмо продолжил кто-то из темноты зала.

***

Брифинг длился весь день. Михаил много рассказал о новом мире. Раннее Средневековье. Классическая феодальная система, с небольшими отличиями в зависимости от локации. В некоторых государствах преобладала власть церкви, в других культивировалось многобожие и полиморфизм. Становиться в оппозицию против верующих крайне не рекомендовалось. НПС могли с лёгкостью устроить для таких персонажей классическое сожжение ведьмы на костре или применить пытки. А с учётом стопроцентной чувствительности к боли это был не самый удачный расклад для геймтестера. Стартовый статус игрока генерировался системой. После выхода в реал прогресс игрока обнулялся. Каждый мог попытаться подняться по социальной лестнице с самых низов или бесконечно умирать в попытке поймать уже прокачанного аватара.

Однако некоторые вопросы остались без ответов. Неизвестно точное количество рас, доступным игрокам. Система сама подбирает нужного аватара, опираясь на психофизические данные пользователя. Также система генерирует место высадки игрока. Создать персонажа по заданным параметрам невозможно. Не удержавшись, шепнул на ухо Андрея, что система, считав данные подружки Наташи, может с лёгкостью запихать её в тело орка с большим сюрпризом между зелёных ляжек. Коротышка тихо фыркнул и остаток брифинга искоса поглядывал на сидевших в обнимку девчонок.

Ещё больше смутила боевая система. Точнее, её полное отсутствие. Никаких скиллов, пассивных умений и комбо-атак. Все условия приближены к реальным, поэтому бери дубину побольше и бей посильнее. Но один плюс всё же присутствовал: магия! Можно не только развивать свой аватар в физическом направлении, но ещё и, при удачном стечении обстоятельств, овладеть магическим искусством и поражать врагов силой стихий. Правда, то, как нам этого добиться, благоразумно умалчивалось.

Главной задачей тестеров являлась проверка возможностей продвижения по социальной лестнице. Из-за зашкаливающего реализма у руководства компании начали возникать подозрения, что это вообще невозможно. Победителем считался тот, кто сможет занять высшую должность или титул по итогам соревнования. Однако учитывались и многие другие достижения. Например, можно было попытаться внедрить в игру незадействованные земные технологии, объединиться с другими игроками в клан и закрепиться на определенной территории. Особое внимание уделялось ассимиляции игроков в социальной среде игры. Строго запрещалось использовать неигровой сленг в присутствии НПС и была разработана система паролей для того, чтобы игроки могли узнать друг друга.

С брифинга я выходил со смешанными впечатлениями, чувствуя себя не геймтестером, а скорее шпионом. Но, судя по настрою других участников эксперимента, это считалось нормальным, и я постарался не обращать на свою паранойю внимания.

Глава 2

Перед выходом из душа оценивающе посмотрел на себя в зеркало. Щеки и подбородок выскоблены до блеска, два дня здорового сна, стимуляторы и хорошее питание омолодили меня лет на пять минимум. Даже как-то жалко отправлять такого красавчика в капсулу. Машина будет поддерживать тело в тонусе, питать и увлажнять кожу, но всё равно нет ничего лучше, чем отдых в реальности.

Надев лёгкий комбинезон, вышел из ванной. У двери нетерпеливо переминался Алим, поглядывая на настенные часы. Увидев меня, нервно дёрнулся и заёрзал спиной об угол двери.

– Ты чего такой дёрганый?

Алим мне нравился. Тихий и спокойный, он напоминал тибетских монахов. Не ряженых клоунов, которые скачут по улицам в поисках милостыни, а старых мастеров боевых искусств с холодным разумом и чистым сердцем. Вот только сегодня система дала сбой.

– Да как-то страшно, Кирилл, – нервно сглотнул Алим, – умереть – это ведь не просто так. Так ещё и с полным реализмом.

– Такая у нас работа, – ободряюще улыбнулся я, но по выразительному взгляду Алима, было понятно, что ухмылка моя совсем не успокаивала, – ты, главное, помни: это не по-настоящему.

Торопливо выскочив в коридор, я постарался держаться чуть впереди. Не хотел, чтобы Алим видел моё лицо и пробегающие по нему судороги страха. Встретившись в холле с остальной группой, проследовали за Ольгой в тренировочный сектор. Сегодня никто не шутил и не разговаривал. Как говорят поэты, напряжение в воздухе можно было резать ножом.

Ослепительно белое помещение и бесконечные ряды вирт-капсул впечатляли. Похожие на огромных серебристых моллюсков, они хищно распахнули свои пасти в ожидании геймтестеров. Остановившись напротив своей, я какое-то время молча разглядывал своего самого близкого соседа на следующие шесть месяцев. Через несколько минут этому куску металла и пластика станут известны все мои потаённые мысли и желания. Даже те о которых не принято говорить жене и психологу. Может быть, за это я так и не смог до конца полюбить виртуальный мир? Вирт-капсула может измерить твой страх, твою любовь и твою ненависть. Превратить интимные чувства в биты и байты, сохранить на жёсткий диск и переслать другому человеку или машине. Это пугает.

Решив подать пример нерешительно стоящей команде, первым разделся и лёг на тёплый гель-пластик вирт-капсулы. Стеснительно переглядываясь, остальные начали стягивать комбинезоны и занимать места. Взгляд задержался на крепкой попке Наташи. На левой ягодице девушки распустила бутон татуировка в виде колючей розы в обрамлении трех алых звёздочек.

– Ты как, нормально?

Чудесный вид заслонила фигура Михаила. Пальцы парня летали над панелью управления, подготавливая мой полет в волшебную страну виртуального мира.

– Сойдёт, – немного помедлив, ответил я. – Миш, можно вопрос?

– М-м-м? – не отрывая взгляд от монитора, промычал куратор. – Чего?

– А как называется этот мир? Никто ни разу не упомянул его название…

– А никто не придумывал ему название, называй, как хочешь.

– Странно…

Михаил внимательно, словно оценивающе, посмотрел мне в глаза. Чуть наклонившись надо мной, он сделал вид, что поправляет что-то у меня в изголовье.

– Когда будешь внутри, забудь про все игровые алгоритмы, которые ты знал раньше. Система управляется через квантовое ядро, многие НПС будут выглядеть живее многих реальных людей. Этот мир писали не люди, а компьютер. Они реально прожили свои жизни, у них своя религия, свои предки и короли. Воспринимая их как программу, ты не пройдёшь испытание. Тебе нужно жить там, чтобы выиграть.

Резко отстранившись, он нажал на рычаг, закрывающий капсулу. Сверху опустилась запорная створка, липко хлюпнув гелем, и на пару секунд я погрузился в абсолютную тьму. На границе моего восприятия постепенно начали проявляться смутные надписи:

(Сканирование…)

Завершено!

(Анализ нейронной совместимости…)

Завершено!

(Анализ синапсных связей…)

Завершено!

(Подготовка к погружению…)

Чувствуя, как тело постепенно теряет чувствительность, я молча ждал, пока индикатор загрузки достигнет ста процентов. В какой-то момент захотелось закричать, потребовать открыть капсулу, но было уже поздно. Голосовые связки, как и остальное тело, мне уже не принадлежали. Машина полностью контролировала все мои функции, включая биение сердца. И теперь. медленно, но верно поглощала моё сознание. Индикатор загрузки, постепенно наполняясь, становился всё более размытым, в глазах замелькали смутные тени, бесконечной волной увлекая меня в пустоту, растворяя в ней.

***

– Дар! Дар, очнись!

Хлёсткая оплеуха выдернула меня из темноты. Одновременно со звуком на меня навалилась целая гамма ощущений. Глаза заслезились, а тело словно окатила волна холода. Судорожно закашлявшись, я почувствовал, как из моей глотки вылетает вонючая, пахнувшая тиной вода.

– Во-от! Молодец, давай-давай!

Неизвестный мужчина продолжал тормошить моё тело. Перевернув меня на живот, он короткими ударами по спине начал выбивать остатки воды из лёгких.

– Говорила тебе мать… Я тебе говорил… Не шляйся ты у Ведьминой Топи! А если бы Мара не успела?

Нервно дёрнувшись, я попытался вырваться из крепких объятий неизвестного. Бесполезно. Широкие, как две лопаты, ладони крепко держали меня над землёй, буквально выжимая из лёгких остатки болотной жижи. Где-то рядом поскуливал совсем детский голосок, изредка тонко протягивая «Да-а-ар… Да-а-ар»

– Ух, вроде повезло, откачал, – довольно подвёл итог незнакомец, и экзекуция прекратилась.

Я наконец почувствовал мягкую траву под босыми ногами и обессилено опустился на землю. Однако, стоило мне только попробовать поднять руки, чтобы прочистить глаза, как я тут же словил могучую оплеуху, от которой зазвенело в ушах.

– Па-а-а! – взвизгнул всё тот же детский голос, однако тут же перешёл на приглушенный писк и послышались звуки коротких шлепков.

– Я вам добром говорил не ходить на болото! Говорил?.. Говорил! Вот, теперь не серчайте!

Словив ещё одну оплеуху, я ничком рухнул на траву и постарался притвориться мёртвым. После небольшой возни детское поскуливание начало удаляться, и я всем телом ощутил нависшего надо мной экзекутора.

– Вставай, герой! Хватит землю греть!

Протерев глаза, я взглянул на обладателя голоса. Первое, на чём зацепился взгляд – это обувь. Старинная, сплетённая из бересты. Память услужливо подсказала – лапти! Видел пару раз такие в старых фильмах доцифровой эпохи. Обладателем раритетных тапочек был мужчина. Широкоплечий и высокий. Настоящий великан почти на три головы выше меня ростом. С растрёпанной бородой и хитрым прищуром раскосых глаз, в которых мелькали искорки веселья.

– Вставай, Дар, больше бить не буду, – в голосе великана прозвучали примирительные нотки, – мне Мара, пока бежали, всё рассказала. Молодец, что сестру спас.

Ухватив меня за шиворот, громила играючи поднял меня на ноги. Ещё раз оглядевшись, я понял: это не мужик здоровый, а я попал в тело подростка! Совсем молодого пацана лет четырнадцати-пятнадцати, одетого в грубую полотняную рубаху и такие же штаны. И, судя по сценарию, я был сыном этого сельского терминатора! Вот так подарочек от Системы, значит, мой психофизический портрет вытягивает только на прыщавого подростка?

– Что-то ты чумной совсем, – озабоченно щупая моё тело, проговорил скороговоркой отец, – чего молчишь? Язык отнялся?

– Нет, – с молодой хрипотцой я выдавил короткое слово и сам испугался. Смысл слова был правильный, а вот звуки… Очень сложно было осознать, что я сейчас говорил на чужом языке. Гортанное слово по-русски прозвучало как «аррк».

– Вот и славно, – не замечая моего смятения, мужчина положил мне на плечо руку и увлёк в сторону натоптанной тропы, – я уж не знаю, каким богам теперь молиться. Когда прибежал, из трясины только рука твоя торчала. Думал, ты уже всё, того… Как бы матери потом в глаза смотрел…

Мужик не переставая болтал о своём, но я его уже не слышал. Вокруг играл первозданной зеленью самый настоящий лес! В небо тянулись могучие стволы с пушистыми кронами, в тени листвы гомонили многочисленные птицы и белки, в высокой траве, среди разноцветных созвездий цветов, деловито жужжали самые настоящие пчёлы. Прямо как в детстве! Моё поколение ещё успело застать настоящую природу до того, как многочисленные заводы окончательно отравили почву. Я до сих пор с ностальгией вспоминаю весёлые игры под густыми сводами алтайских сосен, походы на шашлыки, купание в реках и озёрах. Можно было даже поймать рыбу или насобирать раков и просто съесть, не опасаясь отравиться. Сейчас на земле осталось совсем немного мест, где вот так можно встретить зелёные деревья, а про пчёл вообще молчу, их никто не видел уже лет восемь.

Остановившись, я подхватил с земли несколько сухих листьев и, поднеся к носу, глубоко вдохнул. Чуть прелый аромат увлёк меня в воспоминания детства. Едва ли не со слезами на глазах я сжал листья в ладони. Теперь было понятно, о чём говорил Михаил: люди отдадут что угодно, чтобы вот так пройти по лесу, любуясь природой и слушая пение птиц. В этот мир пойдут не за убийствами и славой, сюда пойдут просто жить, и интерфейс тут реально не нужен – сломает и испортит весь эффект.

Между тем тропа вывела нас на большую прогалину. Посреди поляны возвышался покосившийся сруб, крытый хвойным лапником, а вокруг него были расставлены маленькие домики ульев с высокими крышами из пучков соломы.

– Матушка скоро с сенокоса вернётся, – остановившись около колодца, отец зачерпнул деревянным ковшом воды из ведра и плеснул себе на загривок. Зябко передёрнув плечами, протянул ковшик мне, – помойся. А то и тебя хворостиной отвозит.

Не обращая на меня больше внимания, мужик направился к ульям. Черпая холодную воду из лохани, я постарался отмыть грязную голову и тело. Получалось плохо. Вода была очень холодная, и пальцы быстро перестали слушаться. В итоге, психанув, я просто вылил на себя целое ведро и, взвизгнув, выскочил на солнце, пытаясь согреться.

– Дар…

Знакомый голос заставил обернуться. Из-за угла дома выглядывала чумазая девчонка лет восьми. Испуганно озираясь, она подбежала ко мне и обняла мои ноги крохотными ручками. Сейчас у меня было время разглядеть свою виртуальную сестру: тёмные каштановые волосы были затянуты в две тугие косички, с широкой мордашки, обильно усыпанной веснушками и грязью, доверчиво глядят широко распахнутые зелёные глаза.

– Спасибо, братик! – всхлипнула Мара. – Мне так страшно было. Я больше никогда на болото не пойду. Там дух живёт, который тебя под воду утащил.

Вспомнив, что надо отрабатывать сюжетную линию я присел на корточки и начал вытирать грязные разводы с лица виртуальной сестры.

– Глупая, духов не бывает…

– Нет, бывает, – насупившись, упрямо затарахтела Мара, – я сама видела. Тебя когда вода потянула, так вокруг всё светиться начало и дым от воды пошёл. Это дух тебя тянул, а если бы папка не подоспел, он бы тебя точно уволок.

Хмыкнув, я удивился продуманности системы. В этом мире игроки не появляются просто так. Всему должно быть своё логическое объяснение. Получается, жил тут персонаж, и там, где, по линии судьбы, он должен умереть, в него вселяется игрок. А уж дальше по желанию. Хочешь – начинай покорять миры, а хочешь – сиди себе тихо посреди леса и пчёл паси.

Во мне наконец проснулся геймтестер. Нужно было добыть побольше информации об этом мире и моей новой семье. Если я начну сходу задавать слишком много вопросов, мои суеверные родственнички могут решить, что в меня вселились демоны, и ненароком огреть дубиной по башке, а так быстро отправляться на рерол у меня желания не было. Возможно, для игроков модераторы и решат эту проблему, но на данном этапе придётся выкручиваться самому. Нужно действовать более хитро.

– Мара, устал я, спать хочу, – осторожно, чтобы не вызвать лишних вопросов, обратился я к девочке, – в голове шумит после топи. Где мне спать лечь, чтобы мамка с папкой не ругались?

– На печи, где же ещё? – испуганно затараторила девочка и попыталась заглянуть мне в лицо широко распахнутыми глазами. Схватившись тёплой ладошкой за палец, потянула в сторону избы. – Пойдём, братик, я тебя отведу.

Ощущения и правда были не лучшими. Видимо, экскурсия на болото основательно подорвала силы молодого, ещё растущего организма. Нужно было прийти в себя. С трудом, словно в тумане, я залез на пузатую, сложенную из речного камня печь и практически сразу уснул под тихое щебетание Мары.

Глава 3

Я проспал остаток дня и добрую половину ночи. Проснувшись от очень натурального чувства голода, долго лежал и прислушивался к звукам ночного жилища. Рядом со мной тихо посапывала Мара. Свернувшись клубком, девочка уткнулась лицом в мой бок и зябко поёживалась на прохладном ночном воздухе, поджимая босые ноги. За окном, гремя цепью, сонно брехала собака. Где-то на полу, в темноте, слышался тихий храп отца и более тонкое дыхание матери. Интересно, какая она? Из всей моей семейки только с ней мне ещё не пришлось встретиться.

Воображение тут же нарисовало высокую женщину в старорусском сарафане и платке. Если учитывать мой биологический возраст, ей уже далеко за тридцать, а тяжёлая работа в селе вряд ли способствует красоте и здоровью.

За своими размышлениями я не заметил, как в хате стало светлеть. Из темноты проступили контуры широкого стола посреди комнаты. На стенах заблестели грубые фигурки из белого камня. Мерцая тёплым внутренним светом, они постепенно становились ярче. Контуры становились всё более контрастными и чёткими. Теперь из обломка скалы на меня смотрели настоящие люди! Заворожённый открывшейся картиной, я восхищённо наблюдал, как они манили, призывно помахивая рукой.

Спустившись с печи, я аккуратно обошёл спящих на полу родителей и остановился около светящихся статуэток.

– Выбирай осторожней, – женский голос за спиной заставил меня вздрогнуть, – помни: это на всю жизнь…

Обернувшись, я встретился взглядом со своей матерью. На удивление молодая и миловидная женщина сидела на полу вполоборота и внимательно следила за моими движениями.

– Кого выбирать? – хриплым от жажды голосом спросил я.

Не отвечая, женщина бесшумно вскочила на ноги и грациозно подошла к статуэткам.

– Гор… Ада… Юкон… Утан… – поочерёдно прикасаясь кончиком пальца к навершиям камней, перечислила мать, а статуэтки, словно живые, отвечали на прикосновения слабыми волнами света, – духи-покровители дома и ремёсел. Авель… Миак… Ратос… вечные спутники воина и охотника. Литус и Кай принесут мир и здоровье в твою будущую семью, – палец завис над последним камнем, светящимся чуть видным лазурным светом, – и Итан, покровитель рыбаков.

Обернувшись, женщина с теплотой посмотрела на мои глаза. На её лице отражалась целая буря эмоций. Была и боль, и радость, и облегчение. Словно она долго ждала и боялась этого момента.

– Ты должен сам выбрать свою судьбу, сын, – глухим шёпотом выдохнула мать и отошла в сторону, – только тебе потом нести ответ за своё решение…

На занятиях куратор рассказывал о системе божеств в этом мире. Это была сложная система духов-покровителей и богов. У них имелась своя иерархическая лестница, фракционная принадлежность и специфика. Тема эта сильно не раскрывалась, планировалось, что каждый геймтестер самостоятельно определит покровителя и составит отчёт о плюсах и минусах своего выбора. Но я точно помнил, что богов было гораздо больше, а значит, выбор стоило сделать не здесь и не сейчас.

Отступив назад, я отрицательно помахал головой. Принимая мой выбор, камни тут же поблекли, а мать чуть слышно всхлипнула в окутавшей дом темноте.

– Значит, уйдёшь? – сквозь слезы прошептала женщина и, закрыв руками лицо, разразилась настоящими рыданиями.

На полу беспокойно завозился просыпающийся отец. Я, стараясь не убиться, нащупал в темноте дверь и вышел на улицу. Игра была слишком реалистичной. Искренние слезы НПС действовали угнетающе. Присев на сырую от утренней росы землю, я с наслаждением набрал в лёгкие чистый лесной воздух. Чувствуя, как разгоняются остатки ночной дрёмы, я попытался дать оценку произошедшему и с каждой минутой всё лучше понимал, что сделал правильный выбор.

Это был обряд инициации. Прикоснись я к одному из камней на стене, я бы выбрал судьбу своих родителей. Жил бы в деревне, охотился, торговал, ухаживал за скотиной. А попытка покинуть дом вызвала бы откровенный отпор со стороны домочадцев. Пришлось бы научиться колоть дрова, ухаживать за ульями, а через пару дней снова утопиться в болоте, чтобы завершить первый этап испытаний и двигаться дальше. Так себе перспектива.

Однако теперь у меня есть официальная причина покинуть этот дом и возможность осмотреться. Собрать больше информации о социальном устройстве общества, посмотреть другие локации, приобрести дополнительные навыки и знания.

В игре присутствовала магия. Об этом не раз упоминал Михаил на занятиях. Вот только механизм приобретения магических навыков нам лишь предстояло изучить.

На всякий случай прислушавшись к внутренним ощущениям, я так и не смог ничего почувствовать. Пытаться использовать какие-то кодовые слова и вызывать внутренний интерфейс тоже бесполезно. Оставался единственный путь – добраться до тех мест, где эта магия практикуется, и получить необходимые навыки.

За этими размышлениями и застал меня отец. Бесшумно выскользнув на улицу, он стоял позади меня и сверлил меня недобрым взглядом.

– Значит, такова твоя благодарность, Дар? – почти прорычал мужик. – Я тебя растил, кормил, одевал. А ты вот так? Махнул ручкой и поминай как звали? Ты о матери подумал?

– Успокойся, Дир, – из дома вышла матушка и положила руки на плечи мужа, – неужели ты хочешь нашему сыну такую же судьбу, как и нам?

– А чем тебе наша жизнь не нравится, Лана? – вскинулся мужик. – Живём честно, пищу и кров нам боги дают, никто не хворает, дети здоровыми родятся… Вот только неблагодарными, – угрюмый взгляд словно плетью полоснул по моей хилой фигурке.

– Да разве это жизнь, Дир?! – вскрикнула Лана. – Посмотри по сторонам! Мы в лесу, словно звери живём! К людям только на ярмарку выезжаем. Да я волков чаще чем их вижу. Дар подрастёт, невесту ему где искать будешь? На медведице женишь или косуле? К нам же ни одна приличная дивчина жить не поедет.

Не в силах больше сдерживать эмоции, супруга мелко замолотила кулачками в широкую грудь оторопевшего мужа. Изумлённо выпучив глаза, мужик перехватил руки и сжал Лану в крепких объятьях.

– Тише… тише, шальная, – уже более спокойно зашептал он ей в ухо, – понял я твою печаль, не гневись.

Забившись в истерике, Лана беззвучно плакала, постепенно оседая на землю. Я искренне жалел эту женщину. Захотелось подойти и обнять, успокоить. Если у остальных геймтестеров игра началась с такой же сюжетной линии, вряд ли все дойдут до конца испытания. Дир перевёл взгляд на меня. Задумчиво крякнув, почесал широкой ладонью затылок.

– Уговорили, бесы, собирайся, прощайся с сестрой и матерью. Сейчас позавтракаем и сведу тебя на заставу к Ратобору, десятнику. Им служивые часто требуются, а коли нет, так уйдёшь с караваном в город…

Услышав решение отца, Лана тут же вытерла слезы и метнулась в двери. Из дома донеслись грохот посуды и недовольный голос Мары, тут же сменившийся возбуждёнными криками.

Молча постояв немного на улице, мы тоже вернулись внутрь. В свете коптящей лучины мать накрывала на стол. Из потаённых шкафчиков вынималась деревянная утварь, куски вяленого мяса и рыбы. В печи грелся на слабом огне массивный чугунок, накрытый деревянной плошкой.

– Братик, ты уходишь? – грустно ткнувшись лбом в мой живот, спросила Мара.

– Да, сестрёнка, – потрепав по голове девочку, ответил я, – меня ждёт своя дорога.

Тоненько завывая, Мара оттолкнула меня и забралась обратно на печь. Обиделась, словно настоящая. Задумчиво хмыкнув, присел на край грубой скамьи у стола. Носа коснулся запах копчёного мяса, выбивая из меня невесёлые мысли. Есть хотелось по-настоящему, даже живот скрутило.

Несмотря на все старания Ланы, завтрак получился совсем не богатым. Жёсткие от времени рыба и мясо, постная каша без соли, краюха зачерствевшего хлеба. Однако, видя, с каким аппетитом уплетают свои порции остальные члены семьи, я понял: для них завтрак действительно необыкновенный.

После еды мать вытащила из сундука почти новый комплект одежды. Те же самые полотняные штаны и рубаха, кожаная жилетка мехом внутрь и пара сапог из грубой кожи. Отец неодобрительно покачал головой, но возражать не решился и молча вышел на улицу.

– Сынок, береги себя, – складывая в наплечную сумку мою старую одежду, торопливо говорила мать, – в мире много лихих людей. С такими не связывайся. Работай честно, друзьям помогай, к советам старших прислушивайся. И вот ещё…

Воровато оглянувшись на дверь, быстро сунула руку за пазуху и вложила в мою ладонь две серебряные монетки и пять медяков.

– Не переживай, это мне еще мать с отцом на венчание подарили, мои это. От дома не отрываю. Спрячь хорошо, если нужда будет, выручат тебя.

Порывисто обняв меня, Лана отступила в сторону и уставилась немигающим взглядом в окно. С печки, всё так же тихо завывая, слезла Мара. Став на одно колено, крепко обнял сестрёнку и улыбнулся.

– Больше на Ведьмину Топь не ходи, поняла? Меня теперь рядом не будет.

Молча кивнув, девочка разревелась и уткнулась лицом в плечо, вздрагивая и пуская сопли. Немного погладив худую спину и плечи, решительно отстранился и встал на ноги.

– Ну хватит, всю рубаху залила.

Взъерошив детские волосы, бросил последний взгляд на замершую у окна мать и вышел из дома.

Глава 4

Дорога до заставы была долгой. Мы несколько часов пробирались через бурелом по едва заметной тропе между прямыми, словно корабельные мачты, стволами сосен. Пару раз из чащи доносилось отдалённое рычание и рёв зверей, но отец не обратил на это никакого внимания. Здраво рассудил: раз он не видит опасности, значит, не стоит волноваться.

– Прибудем в крепостицу – тану Ратобору в ноги кланяйся, – учил меня своей мудрости отец, пока мы шагали по лесной тропе, – просись на обучение. До осени в крепости побудешь, а там и к великому князю в дружину. Тригодье отслужишь – глядишь, в горожане выскочишь. Мастерскую свою откроешь али кузню. Шкуры-то как выделывать руки помнят. Ну а коли доблесть свою проявишь, ворога знатного в плен возьмёшь или княжича от смерти убережёшь, то и таном станешь…

Занервничал отец уже ближе к заставе. Волчий вой, доносившийся всё ближе и ближе, заставил нас почти бежать по тропе. Неудачно споткнувшись, я свалился в заросшую бурьяном канаву, умудрившись набить себе пару шишек и порвать рукав новой рубашки к явному неудовольствию старшего.

Путешествие закончилось внезапно. Лесная чаща расступилась, и мы оказались на просторной поляне, раскинувшейся на целый километр, вдоль которой неспешно текла полноводная река. У воды, на противоположном конце поля, темнела деревянная крепостица, окружённая частоколом из брёвен, остро затёсанных сверху. Крепость запирала вход в долину и находилась на сходе двух горных хребтов, которые уходили далеко в стороны и скрывались за макушками деревьев.

Когда мы почти достигли центра поляны, из лесу показались и наши преследователи. Пятёрка матерых волков, ощетинившись серым мехом, зло рычала нам вслед, но не стремилась отходить от кромки леса. Перелаиваясь между собой, они возбуждённо кружились на месте и поочерёдно выли, задрав высоко вверх острые морды.

– Быстрее, Дар! – испуганно поторапливал меня отец. – Ой, чую, не к добру, не к добру всё это!

Меня не надо было подгонять. В мои планы совсем не входила перспектива быть заживо растерзанным лесными хищниками. Если уж и выбирать себе смерть, то нужно что-то более безболезненное. Идеальным вариантом была смерть во сне. Нужно будет узнать побольше о местных ядах, возможно, у меня получится вернуться в реальность с минимальными потерями для психики.

Пока я рассуждал о более гуманных способах самоубийства, из леса показался вожак стаи. Огромная зверюга с человеческий рост в холке. Оценив ситуацию огромными, словно два блюдца, янтарными глазами, гигант коротко взвыл, и вся стая сорвалась с места.

– Беги, беги, Дар! – тонко заверещал отец и рванул со всей силы к спасительным стенам крепости. Между заострённых кольев частокола замелькали встревоженные лица, над поляной раскатился тревожный рокот барабана.

В последний раз оглянувшись, я постарался выжать всё, что было возможно из худосочного тела подростка. Холодный воздух обжигал разгорячённые бегом лёгкие, в ушах глухим боем отдавались удары трепыхающегося от страха сердца. Не успею! Дир, позабыв о сыне, во всю прыть летел к крепости, с каждой секундой отдаляясь всё больше. А позади уже слышалось хриплое дыхание приближающейся ко мне смерти.

– Твоюжмать!

С глухим хрустом земля под ногой провалилась, и я кубарем полетел по высокой траве. Перекатившись на колено, с испугом пригнулся от пролетевшей над моей головой туши вожака. Звонко щёлкнули клыки совсем рядом. Не останавливаясь, гигант длинными прыжками продолжил преследовать убегавшего к воротам отца. Один из створов был приоткрыт, и из-за него выглядывала чья-то голова. По всей видимости, сражаться с волками защитники крепости не собирались.

Оказавшись между далеко вырвавшимся вперёд вожаком и остальной стаей, я растерянно огляделся. На лысой поляне совсем не было укрытий. Хоть бы маленькое деревце или нора! Понимая, что к стенам бежать уже бесполезно, прихрамывая заковылял к берегу. Волки умеют плавать, но, может быть, они решат, что худосочный парнишка не стоит вымоченной шкуры?

В любом случае, надежда умирает последней. Торопливо преодолев оставшиеся метры, я растерянно замер, глядя на стоящего у кромки воды волка, а за спиной послышался шорох приближающейся стаи. Вот и всё, Кирилл, приехали! Сейчас мы испытаем невероятный коктейль из болевых ощущений с последующей остановкой в реальности. Глядя на внушительный оскал животного, попытался вспомнить, что сказано в контракте про услуги психолога. И ведь даже самого простенького ножа нет, чтобы попытаться отбиться.

За спиной раздалось короткое рычание и шорох. Обернувшись, я заметил взмывающее в воздух тело, рефлекторно закрыл грудь и шею согнутыми руками, оттягивая неизбежный конец…

ХРЯСТЬ!

В воздухе раздался низкий гул, словно от удара по большой бочке. Нелепо раскинув лапы, зверь замер в метре над землёй. Воздух передо мной странно переломился, словно состоял из сотен стеклянных пластин. По прозрачным граням быстро растекалась волна пламени. А через мгновение огненный шар сбил зависшего на стеклянной преграде волка в сторону. Прозрачные пластины в последний раз блеснули и растворились в воздухе. В лицо ударила волна жара и запах палёной шерсти.

– Окружай! – властный голос издалека пробился сквозь огненные протуберанцы, бесновавшиеся вокруг меня. – Чтобы ни одна животина не ушла…

Обиженный волчий вой и рычание смешались со свистом летящих стрел и гортанными криками. Защитники крепости всё-таки вышли на бой с лесной нечистью. Прикрывая глаза от горячего воздуха, я заметил вожака, стоявшего в отдалении. Зверюга яростно хлестала хвостом по бокам и не сводила с меня плотоядного взгляда. Коротко взвыв, гигант увернулся от брошенного в него ратником копья и неровными прыжками устремился к лесной чаще.

– Ушёл! Опять ушёл, ирод лесной! – в голосе командира было столько обиды и разочарования, что становилось понятно: встреча с вожаком стаи у него уже не первая. – Цестус, ну как же так?

Вторая часть тирады была обращена к стоявшему рядом мужчине в длинном, ниже колена, плаще. Лет сорока пяти от роду, высокий и худой, он опирался на стальной посох с орнаментом на навершии и не сводил с меня холодного изучающего взгляда.

– Цестус! – почти заорал в ухо худого командир. – Ты вообще здесь?

– Да, Ратобор, – встрепенувшись, колдун обратил внимание на бессильно метавшегося воина, – я видел, что он ушёл. Однако мы перебили его стаю, и пройдёт много времени, пока он соберёт новую. У нас ещё будет возможность загнать его в ловушку.

– Ты это ему расскажи, – зло махнул рукой в мою сторону Ратобор, – и Страту с его семьёй. Они ведь даже детей в подполе откопали, никого в живых не оставили…

Не обращая внимания на ругань командира, Цестус подошёл ко мне и протянул руку:

– Тебя как зовут, парень?

– Ки… кхм… Дар, – едва не назвавшись настоящим именем, я в последний момент исправил оплошность.

– Дар, значится, интересно, – продолжая сверлить меня взглядом, колдун широким взмахом указал на крепость. – Прошу чувствовать себя моим гостем, Дар. В моём доме ты сможешь отдохнуть и привести себя в порядок.

– Эй… эй! Цестус, – удивлённо заорал Ратобор, – ты чего это с сопляком цацкаешься? Ты ведь не хочешь сказать…

Осёкшись под тяжёлым взглядом мага, десятник заткнулся. Словно рыба пару раз раскрыл рот, а потом развернулся к добивавшим волков солдатам и на негнущихся ногах пошёл прочь.

Любопытно. Что же такого успел заметить во мне Цестус? Пока мы шли к крепости, я спиной чувствовал, как маг прожигает во мне дыру. Неужели НПС могут определять игроков? Вообще, возможно ли это?

Внутри крепость состояла из просторного двора, вокруг которого к стенам жались небольшие домишки, более похожие на сараи. Кое где на стене с внутренней стороны крепились помосты с хлипкими лесенками, на двух из них стояли ратники в плетёных кольчугах до пояса, вооружённые длинными, в человеческий рост, луками. В центре возвышалась двухэтажная бревенчатая постройка, крытая досками, около неё несколько домов поскромнее с тесными двориками, обнесёнными плетёным тыном. В дальней части крепости, около реки, я заметил ещё одни ворота и несколько загонов с живностью. Цестус сразу направился к одному из двориков, бесцеремонно разгоняя пинками сновавших под ногами куриц и гусей. Пока мы пересекали двор, я пытался найти взглядом отца, но безуспешно.

Открыв дверь, он пропустил меня внутрь дома и зашёл следом, громко хлопнув тяжёлым запором. В просторной горнице висел тяжёлый запах сушёных трав и кореньев. Некоторые запахи, типа мяты и ромашки, я угадывал, но большинство мне было совсем незнакомо. Логично было предположить, что создатели игры не ограничились только земной природой, но и добавили что-то новенькое.

Скромно оглядываясь, я заметил неизменную русскую печь в дальнем углу комнаты, широкий стол и несколько громоздких сундуков и шкафов у стен. Спальня колдуна по всей видимости находилась за низкой дверцей в дальнем конце горницы. Единственным новым элементом в обстановке был небольшой алхимический стол со множеством склянок и перегонным кубом. Нос тут же выделил в воздухе тонкий аромат спирта. Видимо, кроме зелий, местный алхимик не прочь был побаловаться и самогоном. На широкой полке у окна возвышалось несколько каменных статуэток, часть из которых тут же замерцала уже знакомым мне свечением.

– Ещё не принял покровителя? – колдун с пониманием посмотрел на меня. После моего утвердительного кивка властно махнул на статуэтки, и они послушно угасли. – И правильно. Не спеши.

Присев на скамью, Цестус пару минут молча разглядывал мою хилую фигуру. Потом, спохватившись, открыл один из шкафов и достал глиняный кувшин, накрытый тряпкой. Плеснув содержимое в деревянную кружку, протянул мне.

– Ты, наверное, пить хочешь?

Напиток напоминал молоко с добавлением мёда. С удовольствием проглотив пряную жидкость, вернул стакан магу.

– Цестус, может, ты объяснишь мне, с чего такой интерес к моей персоне?

Устав от пассивного наблюдения за созерцанием моей личности, я решил взять быка за рога. В конце концов, что со мной может случиться страшного? Смерти я не боюсь. Оторопев от такой наглости, Цестус зло заиграл желваками. В глазах колдуна появилось слабое мерцание силы. На секунду мне показалось, что свет выдавило из горницы под напором ярости, которая исходила от хозяина жилища.

– Я спущу твоё невежество на близкий страх смерти, который ты только что пережил, смерд. В границах Империи любой простолюдин обращается к магу с приставкой «лэр». Поэтому для тебя я лэр Цестус! Ещё одна оплошность, и я выжгу эти буквы у тебя на груди, ты меня понял?

Осознав, что перегнул палку, я покорно склонил голову и приложил руки к груди в извиняющемся жесте. Не хватало поймать фаербол в голову за то, что не отыграл до конца ролевые особенности игры.

– Прошу простить меня, лэр Цестус. Я жил в глуши и мало общался с людьми из внешнего мира. Я услышал это обращение от Ратобора и просто повторил, не думая о последствиях.

– Ратобора? А-хах… а-ха-ха-ха, – хлопая себя по бокам ладонями, Цестус искренне рассмеялся, глядя на моё растерянное лицо. Однако взгляд его посветлел, а из глаз исчезло опасное свечение. – Мальчик, я дам тебе один совет, который сбережёт твои зубы и задницу. К любому человеку, одетому богаче тебя, всегда обращайся «лэр», а лучше «достопочтимый лэр». Однако, если ты увидел на его поясе меч или копьё за плечами, меняй титул на «тан». Так что для тебя десятник не иначе, как тан Ратобор.

– Благодарю за науку, достопочтимый лэр Цестус, – врубая режим подлизы на полную, я наградил колдуна всеми известными мне титулами, – однако вопрос у меня прежний. Чем я заслужил внимание столь важной персоны?

– Я отвечу на твои вопросы, – важно кивнул маг, и лицо его окаменело, принимая серьёзное выражение, – только сначала ответь ты на мой. Там, на берегу реки, ты сделал это осознанно?

Глава 5

– Не понимаю, о чём вы?

Я искренне недоумевал от вопроса Цестуса. Единственным моим достижением было то, что я просто не сдох от зубов волчьей стаи, да и в этом была больше его заслуга, а не моя.

– Не понимаешь? – лицо колдуна исказила гримаса разочарования. Такого искреннего, что мне даже стало его жалко. Торопливо открыв один из шкафов, маг начал копаться в его содержимом, бормоча под нос безвредные проклятия.

– Где-то же было, я точно помню… С праздника зелёного листа оставалось… куда же я его положил?

С довольным возгласом он извлёк на свет небольшую бутылку из зелёного стекла. Смахнув со стола дохлых мух, плеснул немного жидкости на поверхность и накрыл бурую лужицу своей ладонью.

– Возможно, ты с перепугу ничего не понял, но я-то видел!

Кожа на руке Цестуса начала мерцать внутренним светом. Жидкость под ладонью зашипела, испаряясь, и поднялась плотным облачком над поверхностью стола.

– Смотри!

Сквозь розовый туман начало проступать изображение поляны перед крепостью. По ней бежали с испуганными лицами бородатый мужчина и совсем молодой юноша. С удивлением я узнал в этих людях себя и отца, убегающих от волков. Когда вожак стаи почти догнал меня, я ожидаемо споткнулся, и волк пролетел надо мной, злобно клацнув зубами около головы. Не став останавливаться, он устремился за Диром, оставляя меня на растерзание более медленным соплеменникам. А из крепостных ворот в этот момент выбежали защитники, осыпая приближающегося зверя стрелами.

Волки, предугадывая мои действия, сместились к реке и успели блокировать моё отступление. Картинка замерла.

– Теперь смотри внимательно, Дар, – прошептал Цестус, и изображение сместилось в сторону. В одной из фигур я признал нашего мага. Навершие его посоха вспыхнуло пламенем, и пучок огня устремился в мою сторону, в этот же момент один из волков прыгнул на тщедушную фигурку у воды.

– Пламя летит, летит… – горячо шептал маг мне на ухо, – а потом – хоп!

Атакующий волк внезапно распластался в воздухе, словно наткнувшись на невидимую стену. В тот же момент рядом взорвался огненный шар, и пламя расплескалось по невидимой стене, обозначая её границы. Практически идеальная полусфера, направленная в сторону волка. Изображение снова замерло и приблизилось, позволяя подробно рассмотреть лицо мальчика.

Испуганные глаза крепко сжаты, руки согнуты перед собой, словно я обнимаю ствол невидимого дерева. Воспользовавшись моментом, постарался запомнить себя со стороны. Небрежно стриженые волосы русого цвета, острый нос, сильно выделяющийся на худом лице, и некрасиво раскрытый рот в немом крике ужаса.

– Теперь ты понял, о чём я говорю?

Вкрадчивый голос мага отвлёк меня от процесса самосозерцания. Сдержанно кивнув, я постарался запомнить позу и положение рук в момент возникновения защиты.

– Ты создал щит из чистой энергии, – продолжил Цестус, – у тебя сильный источник. Это я уже сейчас могу сказать. Осталось обучить тебя магии, и ты сможешь с гордостью носить приставку лэр к своему имени…

– Лэр Цестус, у меня вопрос, – чувствуя слишком уж большой энтузиазм, я с подозрением посмотрел на колдуна. Господи, да он едва ли не пританцовывает от возбуждения! – В чём ваш интерес? Вы ведь не каждого встречного готовы обучить своему искусству?

Удивлённо посмотрев на меня, Цестус разразился гомерическим хохотом.

– Деревня, что ещё сказать, – снисходительно махнув рукой, колдун заставил облачко над столом испариться и присел на скамью, – неужели ты думаешь, что люди с даром как грибы в лесу родятся? Нет, такого человека сложно найти. А ещё сложнее обучить и раскрыть его потенциал. Если получится сделать из тебя хотя бы мага первого круга, я смогу выгодно продать тебя Имперскому Легиону и выкуплю свой контракт с гильдией магов.

Устало прислонившись к стене, он прикрыл глаза и еле слышно прошептал:

– Если бы ты знал, как мне надоело сидеть в этой дыре…

– А если я откажусь?

На всякий случай я сделал шаг в сторону, так чтобы между мной и Цестусом располагался хотя бы стол. Но агрессии не последовало. Удивлённо распахнув глаза, он посмотрел на меня, как на идиота.

– Откажешься? Серьёзно? И чем же ты займёшься, свободный смерд? Будешь трудиться гребцом на барже или убирать за свиньями за пару медяков в месяц? Ты хоть знаешь, какие возможности открывает для тебя титул мага?

Отрицательно мотнув головой, я всем своим видом выразил готовность впитывать мудрость наставника. Великодушным жестом пригласив меня сесть за стол, Цестус начал мою первую лекцию об этом мире.

Иерархическая система в Империи Бернотов была довольно простой и одновременно сложной из-за множества сносок и поправок. Если рассматривать социальный слой снизу-вверх, то я находился почти на самом дне. Ниже смердов были только рабы, но даже там присутствовали исключения: раб высокородного господина мог довольно вольготно вести себя в компании свободных, но более низких по социальному статусу жителей Империи. Но не будем отвлекаться. Нижний слой общества – рабы. Лишены права голоса и права распоряжаться собственной жизнью. Убийство раба никак не каралось, обидчик просто выплачивал компенсацию хозяину жертвы, если причинил смерть без разрешения собственника. Чуть выше в пищевой цепи стояли смерды. Убийство смерда уже считалось преступлением, но за его малейший проступок следовало жестокое наказание. Смерд не имел права на собственную землю, не имел права свободного перемещения по территории Империи. Его права повсеместно ограничивались властью хозяина земли, на которой он проживал, и по факту смерд являлся его собственностью. Львиная доля добытого на земле отбиралась в пользу господина земель. Чуть больше свобод давалось горожанам или жителям городов и крупных поселений. Они имели право арендовать землю и мастерские для ремесла, поставлять излишки продукции на свободный рынок и свободно перемещаться между городами Империи.

Более высокие касты делились сразу на три древа. Во многом это зависело от способностей и склонностей дворянина. Рядовые дворяне без особых склонностей, называемые кастатами, зачастую выбирали военную службу и со временем могли обзавестись собственным поместьем и более высоким титулом. Эта категория с гордостью носила приставку «тан» к своему имени. Приставку «лэр» получали дворяне, обладающие магическими способностями, и служители храма Трилиста, официальной религии Империи Бернотов.

Получалось, что, если смогу сдать аттестационный экзамен на мага, я автоматически продвину свой статус со смерда до низшего дворянина и смогу получить гораздо больше привилегий в перемещении и изучении виртуального мира. Была ещё возможность попытаться заслужить обращение титул тана, рекрутировавшись в Имперский Легион, однако этот путь был гораздо более долгим и ненадёжным. Ведь, чтобы проявить себя умелым воином и продвинуться по службе, пришлось бы долгое время участвовать в сражениях и рисковать жизнью. А с учётом того, что для исследований у меня было только шесть месяцев, предложение Цестуса было самым лучшим.

– У князя Воломира шесть крепостей, и только в двух из них маги-острожники. Вольным-то ты и даром не нужен. Они за обучение такую цену задвинут, что души твоей не хватит. А Сварога я хорошо знаю, он из тебя душу вынет. Будешь его рабом до конца обучения, а там и обманет ненароком или закроется тобой в бою. Нет, Дар, лучше меня тебе не найти, и деваться тебе некуда.

Недовольно покрутив носом, я с большой неохотой согласился на условия Цестуса. В течение двух месяцев я буду числиться учеником чародея. Осенью из столицы княжества должен был прибыть караван за оброком – жители всех местных хуторов свозили их в крепость к этому сроку. С этим караваном мы отбудем в столицу для сдачи аттестационного экзамена на приём меня в семинарию магов. Если же у Цестуса не получится раскрыть мой потенциал, я всегда смогу попроситься в ученики тана Ратобора и попробовать проявить себя на ратном поле.

После того, как мы ударили по рукам, колдун заметно оживился. Словно торговец, который только что заключил выгодную сделку. Из складок мантии он извлёк заранее заготовленную резную бляшку из дерева на кожаном шнурке и велел носить не снимая.

– Разный люд в крепостицу ходит, а ты парень щуплый, неказистый, – неодобрительно покачал головой Цестус, – коли вопросы ненужные задавать начнут или работать заставлять, покажи им бляшку, они и отвяжутся.

Закончив с делами, колдун отпёр дверь и крикнул девку-прислугу. Конопатая молодуха в коротком сарафане сноровисто накрыла на стол, украдкой бросая в мою сторону любопытные взгляды. На украшенной вышивкой скатерти появились пирог с грибами, мясные щи и жареная рыба. После завтрака в отцовском доме я словно попал в ресторан, и потому с аппетитом набросился на предложенное угощение.

После трапезы Цестус указал мне место для сна: два сдвинутых вместе сундука и медвежья шкура. Твёрдые доски больно впивались в тощие бока, но я не жаловался. Лучше, чем печь, а мягкую постель я ещё успею заслужить. После долгого перехода, нападения волков и сытного ужина глаза сами закрылись, и я заснул, не обращая внимания на мелкие неудобства.

Глава 6

Утро следующего дня совсем не соответствовало моим ожиданиям. Солнце ещё не встало, а маг привёл меня на задний двор дома. Однако вместо всяких магических книг или медитаций Цестус вручил мне здоровый колун и указал на внушительную кучу напиленных чурбаков во дворе. На мой удивлённый взгляд, коротко пояснил:

– В ленивом теле и дух ленивый. Трудись усердно.

Не найдя, что сказать в ответ, я молча принялся за работу. Тяжёлый топор с трудом держался в слабых руках подростка. Лезвие постоянно увязало в твёрдом дереве, и у меня пару раз возникало желание плюнуть на всё и просто уйти. Однако куда здесь пойдёшь? В крепости все знают, что я под покровительством мага, и крова с едой не предложат, а в лесу где-то бродит здоровенный волчара, который до последнего изучал мою тушку плотоядным взглядом. Уж не знаю, как в этом мире связан размер животного с его интеллектом, но у меня создалось впечатление, что у волка есть определенная галочка на мой счёт.

Дело пошло веселее, когда я стал воспринимать рубку дров словно квест. Есть задание от НПС нарубить кучу дров. Выполню – получу плюшки и продвинусь в рейтинге игроков. Провалюсь – меня обгонят соперники. Интересно, сколько геймтестеров сейчас занимаются похожей хренью? Кому-то могло повезти, и он оказался в теле богатого вельможи или воина. Там, конечно, больше просторов для исследований и получения информации.

Задумавшись, я успел уменьшить кучу на четверть, когда меня окликнула вчерашняя девушка-служка:

– Эй, повелитель дров, пойдём в горницу. Лэр Цестус завтракать зовёт.

Закрепив топор в колоде, придирчиво оглядел девушку – а она ничего. Добавить немного косметики, причёску нормальную, модные шмотки, и с такой не стыдно будет по Москве прогуляться. Правильный овал лица с пухлыми губками, задорные серые глаза и лукавый взгляд заставили вспомнить обо всех плюсах погружения в виртуальную реальность. Куратор говорил что-то про сексуальное возбуждение, но как-то опустил тему самого процесса. Но ничего, мы ведь геймтестеры, нужно будет освоить все аспекты игры…

– Чего красуешься, сопляк? – надменно усмехнулась дивчина, словно прочитав мои мысли. – От горшка два вершка, а уже женихом себя почувствовал!

Коротко хохотнув, девушка скрылась в тени дома, а я пошёл к колодцу помыть руки. Склонившись над ведром, глянул на мутное отражение вихрастого мальчишки. Ну да, раскатал губу! Осваивать контент восемнадцать плюс в теле пятнадцатилетнего пацана – это зачёт. Все бабы твои, Кирюха. С твоим возрастом только в бане подглядывать…

На завтрак мы доедали вчерашний ужин и запивали тёплым парным молоком из больших кружек. Пару раз я замечал насмешливые взгляды служки, которую Цестус называл Владой. Интересное имя, никогда такого не слышал. Закончив трапезу, колдун, в моём сопровождении, отправился к крепостным воротам, у которых разминался десяток дружинников под предводительством Ратобора. У каждого солдата на кольчуге красовался вычурный герб с красной птицей, а вот снаряжение было разное. Трое были вооружены лёгкими луками и парными мечами, один с парными топорами, ещё трое упражнялись с короткими копьями чуть выше человеческого роста, у остальных были щит и меч.

– Принимай пополнение, – хлопнув с Ратобором рука об руку, Цестус подтолкнул меня к десятнику, – дай ему базовый курс, выносливость подтяни и силу.

– Значит, правда, – хитро щурясь, Ратобор осмотрел меня, словно выбирал щенка гончей на ярмарке, – хилый совсем, а вроде не хворый…

– Потому и привёл, – согласно кивнул маг и потрепал ладонью мои волосы, – но сила в нём есть, это точно. И ещё, дикий он, в лесу жил, устава не знает, не гневись на него понапрасну.

– Только если в воспитательных целях, – плотоядно ухмыльнулся десятник, и я судорожно стал вспоминать всё, о чём мне вчера рассказывал Цестус. Очень сильно не хотелось узнать на своей шкуре, в чём заключаются его воспитательные методы.

– Свирь, займись им, – Ратобор подтолкнул меня к солдатам, – я пока отойду. Нужно о делах поговорить с лэром Цестусом.

Стоило десятнику отойти в сторону, как меня окружили бородатые мужики в длинных полотняных рубахах по колено. Все как один мускулистые и высокие. У некоторых так и вовсе непонятно, каким образом рубахи не рвались под напором буйной плоти. На их фоне я выглядел настоящей блохой, которую нетрудно зашибить неосторожным движением. Самый молодой из бойцов присел на корточки и, склонив по-собачьи голову на бок, начал внимательно меня разглядывать. Я, принимая правила игры, бесцеремонно рассматривал его. Лет двадцать, не больше, даже борода растёт ещё клочками, и поэтому заплетена в небольшую косичку, что бы не так заметно было. Он был ощутимо меньше своих товарищей, но силу мышц компенсировал подвижностью и змеиной гибкостью.

– Да уж, дали нам боги воина несокрушимого, – добродушно оскалившись, Свирь обернулся к товарищам, – теперь никакой лихой человек нам не страшен…

Служивые по-доброму рассмеялись, даже обидно не было. Улыбнувшись в ответ, я протянул вперёд руку.

– Меч мне выдайте, будем тренироваться…

Моё заявление сотворило новую порцию смеха. Ратобор, отвлёкшись от разговора с колдуном, многообещающе погрозил кулаком в нашу сторону. Дружинники, тут же подобравшись, начали заниматься своими делами. Кто-то поднимал здоровенные мешки с песком, привязанные к перекладине, другие стреляли из лука и бросали изогнутые ножи для метания в деревянные чурбаны, прислонённые к стене. Еще двое стали в спарринг и начали обмениваться короткими ударами, отрабатывая нападение и защиту. Передо мной остался только боец, которого Ратобор назвал Свирем.

– Держи свой меч, – насмешливо улыбаясь, он протянул мне кривую кочергу из почерневшего железа, – пока им тренироваться будешь, а то поранишься.

– Эй, шутник, – закипая от злости, я швырнул ему под ноги кочергу и достал из-за пазухи бляшку Цестуса, – я ученик мага! Стану лэром, и ты мне в ноги кланяться будешь!

– Ну всё, испугал, – не меняя насмешливого выражения лица, Свирь достал из ножен свой меч и протянул его мне вперёд рукоятью, – держи.

Меч оказался нереально тяжёлым. Перехватив рукоять второй рукой, я с трудом удерживал его в вертикальном положении. И как только эти солдаты ими машут? Свирь мне его подал, словно он из бумаги сделан. Тем временем солдат поднял с земли кочергу и легонько ударил по лезвию. Меч ожидаемо отклонился, а я получил ощутимый тычок в грудь и присел, задыхаясь от боли.

– Руки слабые, мышц нет, сухожилий нет, куда тебе за оружие хвататься? – присев рядом, со вздохом сказал Свирь. – Бери кочергу и начинай повторять за мной.

Когда я отдышался, мой новый наставник показал несколько упражнений с мечом и приказал повторять бесконечно, чем я и занимался до самого обеда. Когда тени от солнца стали совсем маленькие, десятник остановил занятия. Я с облегчением отшвырнул осточертевшую кочергу в сторону. Запястья, кисти рук, да вообще все мышцы натурально выли от боли. Пока я разминал онемевшие конечности, ко мне подошёл Ратобор. Мне было приказано возвращаться к Цестусу и приходить на следующее утро после завтрака.

На полпути к дому меня окликнул знакомый голос.

– Дар, я пришёл проститься… Тан Ратобор двух дружинников отрядил в провожатые… Ухожу я.

Около забора переминался с ноги на ногу мой отец. Дир смущённо теребил в руках шапку и стыдливо отводил глаза в сторону. Я тут же догадался, что его мучает.

– Привет, отец, стыдно?

– Ты меня прости, сынок. Испужался я, – заикаясь пробормотал мужик, – бес попутал. Страху такого никогда ещё не видывал.

– Так испугался, что сына родного бросил на съедение? – обиды я не испытывал, сам едва не обгадился, когда волки окружили, и в глубине души я понимал, что раскаяние искреннее. Но хотелось в качестве профилактики немного помучить виртуального папу. – Ты ведь ещё вчера себя в грудь бил, рассказывая о том, как выкормил неблагодарного пасынка.

– Не бери грех на душу, прости! – неожиданно рухнув на колени, взвыл Дир на всю округу. – Как я к Лане вернусь? Что скажу ей?

Очумело уставившись на голосящего, словно баба, отца, я начал поднимать его на ноги.

– Прости… не встану, пока не простишь… – продолжал завывать на публику хитрый мужик. Знает же, что люди вокруг, на это и рассчитывает. Разозлившись, отвесил ему звонкую оплеуху, и тот удивлённо затих.

– Не злюсь я на тебя, – прошипел сквозь зубы и с силой дёрнул за ворот, заставляя подняться. – Вернёшься домой – скажешь матери следующее: у сына всё хорошо, крепостной чародей в ученики принял, дар колдовской разглядел; ест лучше, чем дома, спит в тепле, ни в чём не нуждается, у десятника тренируется. О волке молчи, и я молчать буду. Скажи, что без происшествий до крепости добрались, понял?

Часто махая головой, Дир попытался поклониться, но я успел его остановить.

– Разочаровал ты меня, отец. Ох, разочаровал. Вчера всем показал, что у тебя доблести нет, а сегодня и чести лишился. Иди… иди… не о чем нам с тобой больше говорить.

Проводив взглядом поникшую фигуру Дира, я обвёл взглядом собравшуюся толпу. Многие с насмешкой провожали взглядом моего отца, другие смотрели на меня с сожалением. Может, я переборщил? С другой стороны, он ведь реально бросил меня волкам… Какой нормальный родитель так поступит?

Прочистив горло, громко сказал, чтобы все слышали:

– Кто про это семье обмолвится – врагом моим станет кровным…

Вот теперь пусть задумаются. Я, конечно, просто пацан, но и ученик чародея. Кто его знает, что из меня вырастет дальше? Не слушая возбуждённый шёпот за спиной, молча зашёл в дом Цестуса.

Глава 7

Дни постепенно слились в один, угнетая своей однообразностью. Утром колода, потом завтрак и тренировки у Ратобора. Груда поленьев была освоена за три дня, но Цестус загнал мужиков в лес, и уже на следующий день во дворе ожидала ещё большая куча. У меня создалось впечатление, что колдун решил за мой счёт заготовить дрова на зиму для всей крепости. Успокаивал только тот факт, что в мои обязанности входила исключительно рубка дров. А значит, отработка ударной техники. Поэтому я, стиснув зубы от злости, продолжал молча колоть деревянные чурбаки каждое утро.

Занятия у Ратобора тоже не отличались разнообразием. Несколько базовых движений со сменой позиции и отскоками я выучил за два дня. Нового мне ничего не давали, заставляя до изнеможения повторять одни и те же комбинации каждый день.

Магическое поприще тоже угнетало своей стабильностью. Цестус, словно забыв о желании сделать из меня мага, целые дни проводил в горнице, производя непонятные махинации за алхимическим столом. Когда я попытался сунул нос в его дела и начал задавать вопросы, колдун молча вытолкал меня за двери и не пускал на порог до окончания ритуала. О своём наставнике я узнал только то, что был он магом-острожником. Преступником с магическими способностями, которого за какие-то проступки отправили отрабатывать свой долг перед законом в эту богом забытую крепость. Слишком уж редкими были люди с даром, чтобы гноить их в темницах или на каторге. У магов-острожников была возможность сократить свой срок, выплатив долг казне в виде звонкой монеты или, как в моём случае, обучив нового мага, который отработает оставшуюся сумму по контракту с властями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.