# На связи

Олег Шабуня

В фильме режиссёра Павла Лунгина «Такси-блюз» прагматичный матёрый таксист трогательно нянчится с раздолбаем-саксофонистом. А на резонный вопрос соседа: «Зачем тебе это надо?», – лаконично ответствует: «Он с Богом разговаривает…» (про игру на саксофоне). В понимании автора данной книжицы, тот «разговор с Богом» (мирозданием, ноосферой и т. д.) является ключевым в созидательной деятельности. В единичных случаях на выходе – целая книга. Иногда с десяток стихов. У большинства же (и в этой книженции) дело ограничивается двумя-тремя строфами, в основание которых вложены, подобные бозонам Хигса, крохотные «фонемы Бога».Содержит нецензурную брань.

"Ты имеешь не дарование, а гений. Ты рождён быть великим поэтом, будь же этого достоин. В этой фразе вся твоя мораль, всё твоё возможное счастие и все вознаграждения. Обстоятельства жизни, счастливые или несчастливые, шелуха…"

В. А. Жуковский – А. С. Пушкину.

12 (?) ноября 1824.


"...Я бессмертен, пока я не умер,

А для тех, кто еще не рожден,

Разрываю пространство, как зуммер

Телефона грядущих времен..."

. А. Тарковский


"…Мне шифровки небо день за днём стучит,

Но от шифра мной утеряны ключи.

Ангел мне связной сквозь дверь твердит пароль,

Но без отзыва, поди, её открой…"

А. Ахматов.


"..."Re-ligio" дословно означает просто "восстановление связи..."

Александр и Николь Гратовски


В фильме режиссёра Павла Лунгина «Такси-блюз» главный персонаж являет собой эдакий тандем из прагматичного водителя таксомотора и раздолбая-саксофониста. Матёрый таксист трогательно нянчится с совершенно невменяемым музыкантом, а на резонный вопрос соседа по коммуналке: «Зачем тебе это надо?», – следует лаконичный ответ: «Он с Богом разговаривает…» (подразумевается игра на саксофоне).

В понимании автора данной книжицы, именно вот этот самый «разговор» с Богом (мирозданием, ноосферой и т. д.) является ключевым в любом жанре созидательной человеческой деятельности. При этом вероятность «беседы» подразумевает не только пиитов и иже с ними. Просто в сегменте «лириков» всё более наглядно, нежели у «физиков». Фиксация, стенограмма этого разговора в художественном произведении более наглядна, нежели в «железе» или трудах врача, учителя, оперативного уполномоченного. Это то, что привнесено извне. В единичных случаях на выходе – целая книга. Иногда с десяток стихов. У большинства же из нас, дело ограничивается двумя-тремя строфами. Именно поэтому основной объём большинства стихотворных сборников – наносы авторской отсебятины, по сути лишь объёмные фанерные декорации, необходимые для формально-смысловой законченности стихов, в основание которых заложены, подобные бозонам Хигса, крохотные «фонемы Бога».

## Жизни виражи


### Внешне недвижимы

Внешне недвижимы

Жизни виражи.

Плавно, без нажима

Натяженьем жил


Лишь отчасти выдаст,

Что чему ценой.

Множит жизнь обиды,

Нянчится со мной.


### Из детской тетради


Из детской тетради

С бодуна так светло и тревожно,

С бодуна мир идёт ходуном.

С амплитудой почти невозможной:

Даты, запахи, встречи – вверх дном!


Клён под ветром, как будто в падучей.

Гроздьев пену роняет сирень…

Наудачу, очки нахлобучив,

Начинаешь вживлять себя в день.

### Дождь влез в глаза, поправ очки

Дождь влез в глаза, поправ очки,

«…Ты должен уезжать…»

Он застит мне, шельмец, зрачки –

Приходиться брюзжать.


Вагонный борт, дверной провал

Оконному под стать.

Я в тамбуре, я прозевал

Последний шанс – отстать.


Чужой рефрен подполз опять:

«…Ты должен уезжать…»

Или стоп-крана рукоять

В руке, как нож, зажать.


Ну, что за чушь, что ты несёшь:

«Провал, стоп-кран, стилет».

Ты знал, дружок, на что идёшь,

Купив сюда билет.


Через пару минут межвагонный сустав

Хрустнув, выдернет пол из-под ног,

И зажимы перронов отпустят состав.

В сотый раз ты остаться не смог.


г. Ленинград, 1987 г.

### Ночная прогулка

Алексею Ахматову


1.

"…А мой кораблик утл, почти что лодочка:

Ни вёсел, ни руля, да в трюмах водочка.

Куда ж нам плыть?.. – авось, куда и вынесет.

Вода тебя, пловец, как глину вымесит...."

О. Охапкин.


Почат флотский кубинский ром.

Ну, держись, бедолага-плоть.

Ром нам – плот, или нет – паром,

Чтобы ночь на нём переплыть.


Вниз, по стапелю кухонного стола,

Соскользнём, подытожим главу, –

Невесомы стали наши тела,

Это значит: мы уже на плаву.


В трюмах сумок – стихов тюки,

Полбуханки ржаных хлебов.

Что за вздор – рук стальные крюки

Абордажные, скрежет зубов.


Будет скуп и неряшлив наш бой,

Затрещат утлых курток борта.

Враг обступит зловещей гурьбой,

Грозно спросит у нас паспорта.


И совсем уж некстати удар

По шпангоутам рёбер ногой…

Мы крушение примем как дар,

Что сюжет выгибает дугой.


2.

Утром город невнятен

Он отчётлив в ночи,

Где на дне подворотен

Лишь менты да врачи.


Стылым ветром проколот

Его профиль сквозной,

Ночью в городе полом

Нужен верный связной.


Чтоб связал воедино

Всех столетий торцы:

Казино, магазины,

Бани, банки, дворцы.


Сковырнёт, как гнилушку

Он чердачный замок

И устроит пирушку,

Что и Карлсон не смог.


Нежить выйдет из мрака,

Круг очертит стакан,

Он игрок и гуляка

Стих поставит на кон.


Будет звонкая свара

В обрамлении дрязг,

Лярв суставчатых свора

Проиграется вдрызг.


Утром выставит свору

Подустав от их рыл

И к метро выйдет с парой