Сергей Каштальянов
Путь по крошкам света. Корни

«Погоди, Гретель, вот взойдет месяц,

тогда мы все хлебные крошечки увидим,

которые я разбросал,

по ним и отыщем дорогу домой».

"Гензель и Грета"

      Сказки братьев Гримм

Предисловие

От автора.

«С начала корни.

Потом ствол с ветвями.

Ещё выше плоды и ростки.»

Книга не о колдовстве и не о магии любого цвета. Книга эта скорее сборник различных действенных практик, вписанных в отдельные главы со своими несвязанными на первый взгляд сюжетами преодоления трудностей и проблем здоровья и в жизни. И конечно практиками можно пользоваться выборочно и отдельно, но если вам удастся найти алгоритм последовательности, то вы сможете, последовательно практикуясь, усиливать эффективность своего воздействия не только на своей жизни и здоровье, но и продуктивно помогать членам своей семьи и другим людям. Для чего так усложнил? Не всем нужен путь целительства, многим достаточно отдельных практик. У каждого свой Путь.

От первого читателя, друга и клиентки.

«Каждый пишет, как он слышит,

каждый пишет, как он дышит,

не стараясь угодить.

Вымысел не есть обман, замысел ещё не точка,

Дайте дописать роман до последнего листочка.

И, пока ещё жива, роза красная в бутылке,

Дайте выплеснуть слова,

что пока лежат в копилке»

Булат Окуджава

Буду с удовольствием читать и пробовать идти по Пути Света. На мой взгляд, эта книга о ценности внутреннего мира человека и его связи с миром вокруг каждого из нас. Спокойно, хорошим русским литературным языком написаны главы о жизни ищущего и внимательного, простого и не очень человека. Книга рассказывает о способах помощи самому себе в разных жизненных ситуациях. Без мистики, фанатизма и исключительности посвящённых. Более того, автор считает, что практикам самопомощи может научиться каждый, стоит только захотеть. Каждый из нас что-то смутно чувствовал в своей жизни. Чувства приходили как-то сами, и уходили… Как развить свои способности к познанию внутреннего Мира? В каждом из нас есть Свет Божий изначально. Как пронести этот Свет через свою жизнь и поддержать своих близких?

Книга «Путь Света» об этом. Хочется попробовать практики на себе, и уже пробовала некоторые из них, получала радость и здоровье, так же как робко и довольно медленно пробовала практики из книги С.Каштальянова «Ваши руки всегда любят Вас».  Кроме жизнеописания и практик, в книге есть рисунки автора, которые, при внимательном рассмотрении, говорят сами за себя. Рекомендую, получите удовольствие с пользой.

Софья Луцковская

„Существует достаточно света для тех, кто хочет видеть,

и достаточно мрака для тех, кто не хочет.“

  Блез Паскаль

французский математик, физик,

литератор и философ

1623 – 1662

Р

ома.

Елкахей

  Сибирь, зима в городке N, темный вечер 19:00. Чуть освещённый лампами над крыльцом аптеки кусок проезда между аптекой и домом на Октябрьской. Мороз и наледь на асфальте, как и положено в Сибири.

   Сегодня мы докажем им что мы сильней и снова обыграем в ёлкахей! Ёлкахей, это когда настоящие хоккейные клюшки, как у сборной обыгравших канадцев, были в дефиците, а самопальные клюшки делались из выброшенных и ободранных ёлок после Нового года. Делали ёлки-клюшки, стягивая тонкие концы ёлочных веток, верёвками к стволу и изолентой, заматывая дыру полукруга. Получались палки с полукруглой лаптой на конце, отдалённо напоминавшие клюшки для игры в хоккей с мячом. На эти полукруглые лопаты ёлки-клюшки и подсекалась броском шайба, и хлёстким с оттяжкой ударом, отправлялась в полёт в сторону "ворот". Чаще это происходило между ног взрослых, мешающих играть. Воротами были выбраны освещённые высокие бетонные крылечки с торца здания аптеки.

    Наши ворота, это бетонное крыльцо с заднего неосвещённого запасного входа аптеки. Их, со стороны лицевого входа, где люди иногда забегали в аптеку, вздрагивая и ругая нас, при резком щелчке шайбы об бетон "ворот".

"ГОЛЛЛ!!!"– нам не до их ругани. Мы привычные и увлечённые хоккеисты.

Интересней и трудней играть, когда люди, идущие с работы домой или по делам, пробегают по нашему "полю".

    Сегодня у Ромы клюшка не "ёлкахейская", а настоящая, клеёная из фанеры с большими буквами на палке из магазина, уже со специально изогнутой "лопатой". Гнутая в дугу клеёная "лопата" клюшки легко "поднимает" шайбу в полёт над настом пешеходной дорожки. Уже воздухе шайба расчётливо направляется и успешно пролетает между ног прохожих и валенками вратаря в бетон крыльца – Щёлк!!! Гол!!!! 3–1!!!

–А всё почему?! А всё потому, что сегодня он снова знал: куда потянется клюшкой "защитника", и что шайба в полёте никого не заденет и попадёт в "ворота!".

Быстрое и ясное, как проскакивание искры, ощущение, и картинка, как это будет, что её невозможно не претворить в игре.

– "А!!! Мы выиграли!!! Нет?!!! Играем дальше!"

   Мы снова выиграли! Проигравшие начинают привычно хлюздить, рассказывая, что нечестно, что у них всего одна настоящая клюшка, а у нас три. Они предлагают ещё тайм! Так хочется, но уже поздно и "пора" домой, слушать ворчание мамы про лёд на коленях и пальто, пить сладкий душистый чай с малиновым, начинающим бродить вареньем.

Медленно согреваясь и расслабляясь, чувствуешь, как щеки начинают гореть с мороза -Аааа! Жизнь! И делать уроки с трудом видя, слипающимися глазами, что написано в учебниках.

Бабушка

    Три дня назад у них в подъезде были похороны. Хоронили бабушку с первого этажа. Выносили гроб из окна на улицу. Родители между собой говорили, что бабушка выпила уксус и умерла. Это Рому ужасало какой-то несправедливой темнотой и одновременно привлекало. Зачем, если жить так классно?! Привлекало тайной и неизбежным обязательным итогом всех людей, что не дети. Рома ощущал мир, как огромный и безмерный временем и радостями. А тут раз, и понесли куда-то, и ты уже не увидишь этого человека никогда.

     Рома жил на четвёртом этаже, прямо над окном на первом, из которого выносили умершую бабушку. И Рома, под траурный марш оркестра, высунулся из окна посмотреть, как проходят похороны. Он раньше не видел их и ему было страшно интересно.

    Посмотрел сверху, угадав момент вытаскивания гроба из окна, и увидел её ужасно бледное лицо с закрытыми глазами, "смотрящими" как будто только на него. Рому окатило вымораживающим, безмерно глубоко проникающим внутрь тела стылым холодом. Он быстро всунулся в тепло квартиры, как испуганный червяк в спасительную норку. Потом сидел на кухне и ещё очень долго ощущал странный, стылый "привет" из почувствованной им холодной ямы, как в погребе, из которого летом в саду его заставляли грузить картошку. У Ромы появилось и окрепло ощущение, что бабушка не выдержала оскорблений в семье, и со психа так ужасно и больно захотела умереть. И умерла, но ощущение режущего и раздирающего внутренности жжения от неё, Рома просто почувствовал в себе.

Чувствую

   Сколько себя помнил, Рома чувствовал других людей. Ощущение смертности человека и боли умирания его обожгло. Роме нравились ощущения живого пульсирующего тепла в людях. Они были сильнее и притягивали к себе.

    Не каждый день, но изредка, это просыпалось в нём как эхо желаний и действий людей, и он предугадывал текущие их желания. Также часто, он испытывал ощущения "проникновения" внутрь себя других людей, и особенно при массовом скоплении народа. Это было одновременно, как щекотка и как "волосы дыбом", но только изнутри тела в районе за грудиной и в "под дых", как он позже узнал, которое называется "солнечным сплетением". Да ощущение в этом месте было, как будто били сильно "поддых", и позже отзывалось длительной изматывающей сосущей пустотой внутри. На любых праздниках это его неприятно сковывало в присутствии других людей.

    И потому ему было легче находится в одиночестве дома, или ещё лучше, на каком-нибудь пустыре, или в лесу. Там, в безлюдье, он чувствовал себя лучше и ничто не давило на него неприятными ощущениями внутри.

    Иногда было интересно бродить с кем-то ещё. Был у него даже друг, с которым они исследовали новые места в местных лесах и холмах со скалами. Бродили в поисках больших жуков или пауков, и просто так.

    Правда наиболее интересные встречи случались, когда он был один.

    То суслик выскочит рядом, и безбоязненно смотрит на Рому, что-то спрашивая и посвистывая. То он нашёл в норке в мягком песке у ручья большого чёрного мохнатого паука. Большой земляной паук, уже всунутый в спичечный коробок, упрямо и легко его открывал, таким он был сильным. В августе встречались бабочки "Аполлон" белые и крупные с ярко красными кругами на крыльях, редкие в местной тайге в отрогах Саян.

Защита

     Через пару лет друг куда-то переехал с семьёй, а Рома стал испытывать внутри уже более «громкие» и яркие ощущения. Ему стало менее интересно, что говорят и чем заняты другие сверстники. Постепенно он понял, что «громкость» ощущений внутри возникает, отражаясь от его «защиты», выстроенной им, для отгораживания от внешнего «шума».

Эту «защиту» он строил с детства и почти привык к ней, но со временем внутри почему-то стало слишком тесно и шумно от собственных мыслей и ощущений. А Роме хотелось общаться, играть зимой в хоккей, летом в футбол с другим двором. Эти совместные игры, "кто лучше", иногда доходили до конфликтов двор-на-двор. После таких дружеских игр они долго обходили друг друга стороной, особенно когда те проиграли и срочно хотели отыграться. Но там было и интересней.

Там были первые ночные посиделки под гитару с девчонками.

Там были игры в войнушку по дворам и пригородным лесам.

Там были катания с горок зимой до полного окоченения и сосулеоблепления.

Там была Жизнь!

    Но «броня» мешала ему жить этой жизнью. И вот в некий случайный день, в читальном зале, близлежащей библиотеки, ему попалась книга о каком-то самопознании, как узнавании самого себя, как умение слушать то, что творится внутри себя. Рома пробовал делать предложенные книгой практики самопознания. Ему было это очень интересно.

    Первое упражнение предлагало выбрать некую точку на стене, и без отрыва смотреть на неё несколько минут. Обещалось, что тёмное и светлое начинает мерцать, и меняться местами в глазах.

    На некоторое время это мерцание и наступающее глубокое спокойствие, и уверенность, ему нравились. Потом он стал привыкать, и стал делать следующее предложенное упражнение.

    Предлагалось попробовать, как бы вслушаться в себя, в свои ощущения. Предлагалось вслушиваясь, начать учиться разделять ощущения на приятные и не очень, или совсем неприятные, и запоминая их. И он попробовал.

Это оказалось удивительным, но внутри у него обнаружился целый мир. Мир, живущий своей жизнью.

У Ромы получилось погрузиться своим вниманием ещё дальше внутрь некого бездонного пространства, просто постаравшись пойти глубже этого мельтешения игр ярких чувств.

Он был настойчив и целенаправлен, чуть больше, чем всегда.

Под поверхностью игр цвета и чувств было темно, но в глубине был Свет! Яркий источник света.

В принципе Рома и раньше помнил, как надумывал себе температуру, когда родители уделали больше внимания его младшему брату. Он давно заметил, что как только он заболевал простудой, все внимание было обращено к нему. Вот он и стал вспоминания как он себя чувствовал и ощущал, когда у него температура и болело горло, сам себе навязывал это, как будто он играет в болезнь. У Рома это получалось, а вот родители играли не очень интересно. Но главное своего он добивался. Даже сидя перед кабинетом врача, он усиленно «болел», а выйдя о врача он сразу «выздоравливал» и рвался на улицу играть с пацанами в хоккей. Но тут уже играла мама в болезнь заставляя пить не вкусные таблетки и чай с малиной и не пуская его на улицу.

Вот и с этим умением «всматриваться в себя» получалось у него также как и «вспоминать болезнь». Но он понимал теперь, что если слишком показательно «болеть», то лечат долго и гулять не дают и нужно учится «выздоравливать» тоже.

Благодатная поляна.

За озером в лесах летом Роман собирал грибы. Сам собирал, сам мыл, пока родители были на работе, и сам жарил. Сыроежки и бабки, скользкие опята и летние опята, мыл и жарил. Любил он жареные грибы. Наверное, от того, что раньше маленьким отец его брал за грибами и потом они вместе из жарили и ели. Отец всегда приговаривал – Грибы быстрая еда, съел – чуть не доглядел, а они сразу на выход!

В то лето начав чувствовать и ощущать ярче мир вокруг, он и наткнулся на эту очень светлую, солнечную поляну в глубине леса почти на берегу озера. Почему-то на ней сам собой утих азарт искать в густых кустах папоротников и под листьями пучки ещё и ещё грибы. Он присел на валёжину и сидел долго на тёплом и каком-то очень необыкновенно ласковом и теплом солнце. Сидеть и напитываться этим солнечным светом и теплом. Сидел долго, до тех пор, пока пацаны не стали свистеть ему из лесу «зовя» его домой.

Ему не хотелось уходить с этой солнечной поляны. Здесь он ощущал себя защищённым и под как будто под добрым присмотром.

Много позже он узнал, что такие места зовут благостными. А ещё много позже, когда заозёрный лес застроили микрорайонами, на месте поляны возвели красным кирпичом православный храм в стройных стрельчатых стенах с золотистыми маковками. Он знал почему храм возвели на этом благостном месте.

"Иди на свет!"

               Аль-Газали.

А

мос

Окунь

    -Бумммм!!!– и искры полетели перед глазами, а за ними и пузыри вверх пробулькали изо рта.  Все поплыло от удара о бревно под водой.  Испугавшись, в момент он собрался и дотянулся до края бревна, за которым и был прогал между брёвнами плота, куда он метил и не попал быстро поднырнув. Потянулся просунул голову между брёвнами, поднял рот над водой-Ааааххх!!!– жадно вдохнул и стараясь не сильно шуметь, стал жадно дышать. Дышал и слушал как над его головой по доскам плота пацаны с криками гонялись друг за другом.

    Бассейн. Да какой там бассейн? Просто пара плотов, скреплённых по контуру брёвнами в подобие формы и размера обычного школьного бассейна. Бревна, конечно, были тщательно "до бела" обработаны и сверху обшиты доской, а бассейн закреплён у песчаного обрыва на берегу озера в близи городского пляжа, но это был просто плавающие плоты в озере.

     Амос с пацанами в то лето каждый день ходили туда купаться, валяться в горячем песке, рыть "пещеры" в откосе берега и играть в догонялки в бассейне и главное под ним. Иногда целыми днями до изнеможения, гонялись они, друг за другом пытаясь ныряя и плавая догнать и пересалить другого.

     Пробел в нижних, погруженных в воду рядов брёвен плота, Амос заметил давно. И даже пару раз уже прятался там, подныривая под плот и отсиживаясь там пока его ищут. Но он никому не говорил об этом месте. И вот уже привыкнув подныривать в неё, не открывая глаза в мутноватой воде летнего прогретого озера, вдруг в запале промахнулся.

   -Буммм!!!!– и пузыри после искр гулко булькнули вверх, унося весь воздух изо рта.

   Но страх в этот раз не сковал его, а наоборот успокоил. А успокоив, отсек весь азарт догонялок и радость движений, и он увидел толщи воды вокруг. В глубине темно зеленоватая, а ближе к поверхности, мерно играющая солнечными бликами в верхних пластах перегретая на жарком солнце "цветущая" вода.

  Он увидел рядом с собой плывущую "нимфу" стрекозы. Он не шевелился от неожиданности. Нет, его ничто не сковывало. Он висел в воде придерживаясь рукой за край бревна у заветной прорехи между брёвен с блестящей поверхностью воздуха. И в этой невесомости не нужно было напрягаться чтобы оставаться на месте. Он как заворожённый смотрел как нимфа, махая брюшком отдаляется от него. Видимо он ее спугнул бумкнувшись о бревно своей удачливой башкой.

  И тут из глубины зелёной мглы проявляясь как из тумана, всплыл окунь. Окунь как играя расщеперил парусом иглы яркого черно-красного спинного плавника, манерно выгибая бок, вытаращил круглый глаз в золотом ободке на Амоса. Волна озноба прокатилась по телу у него.

Он сделать ничего не успел, как стремительно окунь, широко раззявив огромный рот, одним движением заглотнул нимфу и махнув, на прощание видимо, ярко-красным хвостом исчез в глубине. Все произошло быстро и пугающе невероятно.

Всплыл, подышал и сразу остыл к салочкам и ничего не объясняя, пошёл греться, валяясь на обжигающем пылеватом песке.

Позже плавая в озере, он стал чаще повисать в воде, не глубоко погрузившись. Это оказалось не сложно, висеть без движения, практически не всплывая и смотреть в глубь воды. Отсекались все шумы шумного летнего пляжа и ничего не мешало просто слушать себя и воду, не думая ни о чем. Наполняясь спокойствием и силой, которой, наверное, обладает волна прилива, что тихо скользит, и вдруг шумно и сильно ударяет в камни берега, разбрасывая мелкую гальку и резко брызгая каплями.

Медитация погружённости в себя

 Назначение:

Достижение простых форм баланса психики, уменьшение лишних энергозатрат, профилактическое недопущения суматошного поведения.

          Начинать нужно в спокойных местах, где вас некоторое время не будут беспокоить. Сидя в удобной позе удерживая спину прямо стройно, но без напряжения. Взгляд направить в любую сторону, но стараться не смотреть в "точку", а рассеять его по возможности по большей области чем вы обычно видите перед собой. Называется рассеянное внимание. Как в жизни обычно, но без цели. Помогает освоить рассеянное внимание быстрое как бессвязное и ненамеренное переключение внимания на разные вещи и объекты перед вами. Также помогает отслеживание так называемого "бокового зрения". Это когда мы и смотрим точно перед собой, но замечаем некие объекты на гранях этой центральной хорошо видимой области.

        Попрактиковавшись таким образом, приступаете к основной практике.

        Сидя, как описано выше, смотрите перед собой, но рассеянным взглядом, как бы всматриваясь вдаль за предметы и вещи пред вашим взглядом. Настроившись так видеть то, что за видимыми предметами и стараясь "видеть" все сквозь стены и препятствия зрению. Секунд 10–20 за один раз достаточное время. Но всегда ориентируйтесь на состояние спокойствия и наполненности "увиденным" или точнее "впитанным". Настроившись видеть то, что за видимыми предметами и стараясь "видеть" это как можно без напряжения находиться в этом состоянии.

Техники безопасности

Не нужно перенапрягаться, сразу пытаясь долго смотреть. Почувствуйте спокойствие и старайтесь удерживаться в нем, по немного прибавляя каждый раз.

Медитация "я такой медленный" или "сжатое время".

Назначение: Возможность, например отдохнуть за 15 минут медитации как за 2–3 часа полноценного сна; возможность в замедленном расслаблении быстро реагировать и действовать при необходимости; умение управлять своим "внутренним временем".

"Погрузится в себя" как в предыдущей практике и на фоне максимального расслабления навязывать себе состояние, говоря максимально медленно про себя-

– я очень м-е-д-л-е-н-н-ы-й, о-ч–е–н—ь м-е-д-л-е–н–н– ы–й.

Повторяя стараться принять, что мир вокруг быстрее тебя. Так повторяя замедлить внутри себя и смотреть на движущуюся людей или машины, на улицу пока не начнёте замечать, что вы легко и расслабленно замечаете любые детали движений людей или машин. Они перестанут быть размазанным для вас. А станут легко отслеживаемыми по частям, совершенно без напряжения.

Теперь стараясь вновь впасть в это состояние и добившись длительного нахождения просто созерцание их, находясь в погружении в спокойствие.

После добавляйте те насущные задачи, что вам интересны. Например, именно отдохнуть и восстановится за время медитации более полно.

***

«Отрицательный» опыт, это единственный опыт, толкающий…или к смерти, или к развитию.

«Положительный», толкает только «ещё-ещё.»

«Выживает лишь тот, кто проявляет отвагу.»

«Облачный Атлас» Д.Митчелл

С

амойло.

Жил-был

     Жил-был Самойло,

Прожил он на то время совсем не много.

     Жил не тужил, бригадиром у монтажников был.

     Самойло работать работы любил физически.

     Радовался жизни между работами от всей души, периодически.

     В будние дни усердно работал.

     В выходные зимой на горные лыжи с улыбкой ботал.

     Летом в большой теннис топтался, да на яхте иногда по волнам шлёпал.

     Всё его радовало технически.

     Если бы не изменения жизни и здоровья, возникающие спорадически.

    Жил и даже немного рисовал, калякая разное чудное карандашами по бумаге. И здорово ему было это, и так бы всё время. Но, как обычно, ничего как всегда так не бывает.

     Как бы вдруг в стране начались всякие демократии и прочая говорильня иногда немного со стрельбой. Под этот разброд традиционной морали, в телевизоре стали мелькать всякие необычные люди. И среди них были какие-то экстрасенсы Кашпировские, Чумаки и прочие. Кашпировский ему не нравился, ибо загибал мозг, а Чумак веселил заговариванием трёхлитровых банок с водой. Но по ящику ещё говорили о какой-то Джуне, вроде лечащей руками высшее руководство и прочую элиту.

    И вот это упоминание о лечении руками, вернее ладонями, как-то таинственно и сильно в нём отозвалось. Ну не то, чтобы он проникся и уверовал, а так, без веры прочувствовал где-то в теле и ладонях, как будто дёрнуло за какой-то узелок в памяти. Узелок расслабился, и что-то стало тревожить и возвращать ощущениями в ладонях к этому необычному проявлению в теле. По ощущению это было знакомо, но как-то очень забыто им.

    Он попробовал пару или больше раз, ладони прикладывать по случаю к свежим порезам, и неожиданно удивился. Если он ладонью прикрывал порез, то минут через пять порез начинал меньше саднить, а по краям его выступали малюсенькие прозрачные желтоватые капельки сукровицы крови. А после, ранка явно быстрее заживала, и вообще меньше беспокоила, чем обычные ежедневные ссадины и порезы при его работе на монтаже.

    Постепенно это стало увлекать его больше и больше. Пробовал он греть боли и беременной супруге, и это «работало» неплохо снимая токсикозы и боли.  Тут ему и попалась брошюрка, о Джуне, как она руками лечит.

Через пару недель в его бригаде, пожилой мужик на смене стал, вдруг кривясь от внезапных болей, прихватываться за поясницу. Вот и Самойло, весь такой уверенный, и предложил ему погреть своими ладонями почки. Мужик неожиданно согласился, видимо устав от болей.

Самуил погрел ему почки. Мужик от неожиданности или из вежливости, и от внезапного тепла в районе почек и ослабления болей, поблагодарил, но на следующий день не вышел на работу. При выяснении причин, родные сообщили, что ночью «камни пошли» из почек и его экстренно положили в больницу.

     С мужиком все обошлось более-менее удачно в больнице, а вот Самойла струхнул. Он не ожидал, что и так может быть, и решил крепко-накрепко быть осторожней с помощью другим, и помогать только себе и своей семье!

     Этим все развлечения наверное бы и закончились, но через пару лет у него обострилась не шуточно язва двенадцатиперстной кишки, «заработанная» ещё в армии. Обострилась она так сильно, что, попав второй раз в поликлинику с диагнозом «внутреннее язвенное кровотечение» был поставлен врачами перед «необходимостью» хирургического удаления части этой нужной кишки вместе с той язвой. По-другому в те года язвы с кровотечением и не «лечили».

    Само внутреннее кровотечение протекает не сильно заметно. Болей сильных нет, а силы просто исчезают, что бы ты о себе не думал и не представлял. Просто гаснешь и все, как холодильник с отключённым электропитанием. И чем дольше кровь внутри вытекает, тем сильнее стылый холод охватывает тело слабостью и отсутствием интереса к жизни. Пока не почувствуешь засасывание в ту пропасть, из которой уже не выбраться никак. Ещё и врачи пуганули, вразумили туповатого, что он может так и совсем «вытечь» в какой-то момент до полного выключения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.