# Моби Дик. Подлинная история Белого кита, рассказанная им самим

Луис Сепульведа

А что, если мы могли бы взглянуть на знаменитую историю, описанную в книге Германа Мелвилла «Моби Дик» не глазами моряка, а глазами самого кита? Благодаря Луису Сепульведе это теперь возможно. Как и Мелвилл, он и сам в юности занимался китобойным промыслом. Как и Мелвилл, Сепульведа обращается к реальным событиям, описанным в периодике того времени: кит-альбинос совершил более ста нападений на китобойные судна за первую треть 19 века.

© Luis Sepúlveda 2019

© А.Н. Мурашов, перевод, предисловие 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

## Предисловие переводчика. Белый кит капитана Ахава

Двести лет назад, в ноябре 1820 года, у тихоокеанского побережья Южной Америки кит-кашалот атаковал и потопил трехмачтовое китобойное судно «Эссекс» из Нантакета, штат Массачусетс, США. После долгих скитаний из двадцати одного члена экипажа спаслись только восемь человек. Старший помощник капитана Полларда Оуэн Чейз написал в 1821 году «Рассказ о необычайнейшем и ужасном кораблекрушении китобойного судна “Эссекс“». Однако тот кашалот не был белым.

Легенда соединила его с другим кашалотом, который действительно был альбиносом, и притом очень большого размера. Ему дали имя Моча́ Дик по названию острова Моча у чилийского побережья. Он много раз нападал на китобойные суда. В майском номере «Никербокера, или Нью-Йоркского ежемесячного журнала» за 1839 год Джеремия Рейнольдс описал такое нападение. А в 1810—30-х годах их произошло больше ста. Возможно, память о ките-убийце и катастрофе «Эссекса» и сохранилась бы до наших дней, но вряд ли кто-нибудь вспомнил бы про Оуэна Чейза или Джеремию Рейнольдса, если бы в 1850 году их повествования не побудили взяться за перо одного из величайших американских писателей Германа Мелвилла. И Мелвилл написал роман «Моби Дик».

В этом романе о китобоях и белом кашалоте-убийце Моби Дике корабль тоже отбывает из Нантакета, а имя кита напоминает о Моче Дике. Однако сам по себе сюжет погони за китом не объясняет, почему в американской и мировой литературе роман Мелвилла приобрел такое значение, что лишь немногим уступает «Дон Кихоту». Дело в том, что Мелвилл нашел Моби Дику достойного противника – капитана Ахава.

Ахав одержим ненавистью к великому белому киту и маниакально хочет убить его. Для повествователя, моряка Измаила, который завербовался на судно Ахава, чувства капитана непонятны.

Два имени, Измаил и Ахав, отсылают читателя к Библии. Измаил – сын Авраама от служанки. С Авраама начинается религия Иеговы, давшая начало христианству, иудаизму и исламу, так что его считают «отцом веры». В жизни Измаила для Мелвилла, возможно, важно то, что он был изгнан отцом из дома, то, что он жил разбоем в пустыне и умер в конце концов как праведник. Поэтому своему рассказчику, наблюдателю по сути дела, автор дает это имя. А вот Ахав – израильский царь-богоборец, отступивший от Иеговы, единого невидимого Бога. Ахав приносил жертвы идолам и истреблял пророков.

То, что персонажи Мелвилла носят библейские имена, не странно. В протестантской, пуританской Америке чтение Ветхого Завета было повседневной практикой, и детям охотно давали ветхозаветные имена. Однако Мелвилл мог назвать своих персонажей иначе, но Ветхий Завет был для него не просто священной книгой, в том числе историей христианства, но во многом книгой о китах, или, как часто именует их писатель в романе, левиафанах.

Две части Ветхого Завета связаны с китом или его аналогом, чудовищем левиафаном. Это Книга Ионы и Книга Иова. Пророку Ионе единый Бог, Иегова, повелевает возвестить гибель большому богатому городу Ниневии в Персии. Иона боится ярости ниневитян и бежит в малоазийский город Тарсис на корабле. Поднимается страшная буря, и моряки, узнав, что вероятный виновник ее – Иона, прогневивший своего Бога бегством, выбрасывают его в море. Буря тут же утихает. Иону проглатывает кит, в его чреве он находится три дня, после чего выходит из него невредимым на берег и отправляется в Ниневию. Таким образом, Кит – спаситель Ионы, посланный Богом. Книга заканчивается благополучно: ниневитяне раскаются в грехах, и Иегова решает пощадить город.

В книге Ионы есть и угроза кораблекрушения, и кит, выглядящий довольно страшно, хотя и выступающий в роли спасителя. То, что кит, как и буря, послан Богом, связывает его с левиафаном Книги Иова. В ней левиафан предстает высшей демонстрацией мощи Иеговы. Сокрушенному горем праведнику Иову голос Бога из бури говорит о чудовищном величии левиафана, рядом с которым человек – слабое маленькое существо. Психолог Карл Густав Юнг посчитал Иегову в этой книге попросту «аморальным» («Ответ Иову») и приписал нравственную победу в споре с Ним Иову. Но все, вероятно, сложнее. Во-первых, Творец приходит и отвечает именно слабому страдающему маленькому Иову, а не громадному левиафану. То есть происходит невероятное: Иов сумел вызвать Творца на суд! Во-вторых, услышав голос из бури, Иов говорит Богу: раньше я слышал о Тебе, а теперь увидел Тебя. Однако здесь непонятно, что́ увидел Иов, если Бог был только голосом. Эта сцена следует за описанием мифического животного. Таким образом получается, что в образе левиафана Иов «видит» подобие самого Бога. Юнг, впрочем, отмечает териоморфный (подобный животному) облик Иеговы, современный созданию «Иова». Можно предположить, что в сознании иудеев той древней эпохи проявление Невидимого еще не лишилось животных черт. Хотя, с другой стороны, «аморальный» и подобный животному бог, конечно, не стал бы открыто судиться с человеком, не ответил бы ему даже словами о своем бесконечном величии – тем более не признал бы его невиновным.

У Мелвилла Ахав-богоборец преследует, как видно, не просто кита. Он враждует с высшим проявлением сверхчеловеческого могущества, природного или божественного. Моби Дик – и кит, и левиафан – топит его корабль. Состязаться с этим могуществом нечестивый Ахав не может. Он может только бросить вызов. Мелвилл не настаивает на героизме своего трагического персонажа, скорее властный и жестокий Ахав сам уподобляется своему противнику, «чудовищу левиафану», белому киту. Но следует напомнить, что праведный страдалец Иов оправдан Богом, а у Мелвилла, наоборот, окрас кашалота может указывать на библейское значение белого цвета: он символизирует оправданность и невинность Моби Дика.