Владислав Осипов
Карусель. Сборник рассказов

Иллюзия

В ночи неизреченной,

Сжигаема любовью и тоскую –

О, жребий мой блаженный! –

Я вышла стороною,

Когда мой дом исполнился покоя.

В ночи благословенной

Я лестницей спустилась потайною –

О, жребий мой блаженный! –

Окутанная Тьмою,

Когда мой дом исполнился покоя.

Ночною тьмой хранима,

Таясь, я никого не повстречала,

И я была незрима,

А путь мне освещала

Любовь, что в сердце у меня пылала.

Любовь сия светлее,

Чем солнце в полдень, путь мне озаряла.

Я шла, ведома ею,

К тому, кого я знала,

В безлюдный край, где встречи ожидала

Глава 1

Очнувшись в холодном поту, Рик снова, не раздумывая, побежал за успокоительным. От вечной бессонницы изнемогало его тело, помутился рассудок. Её причиной послужил пережитый им три года назад развод. Клэр, жена Рика, не выдержала его агрессии, разгула и ушла от него, забрав с собой маленького Кайла. После этого в жизни Рика всё пошло кувырком: запои участились, а разговоры со здравым смыслом напрочь отсутствовали. Он не отдавал отчёт своим действия и тому, какие они могут нести за собой последствия. Его жизнь перестала носить какой-либо смысл и, тем более, ценность. Он ежедневно напивался до беспамятства, как свинья, возвращался в грязную квартиру или же проводил всю ночь в полицейском участке. После пары недель такого образа жизни он потерял работу, хотя и считался лучшим автомехаником в округе. Дик Николсон, его шеф, не стал терпеть такого хамского поведения по отношению к себе и вышвырнул его, как шавку. После череды неудач у Рика началось что-то вроде белой горячки: ему казалось, он видит то, чего не может видеть любой адекватный человек в здравом рассудке. Он думал, что видит тени, которые показывают мир прошлого, но, в то же время, и настоящего. Рик видел альтернативу себя в покровах теней.

Позже он решил обратиться к психотерапевту, доктору Уильямсу, проводящему частные сеансы в доме для душевно больных. На приеме он был сдержан, из-за страха, что его отвергнут:

– Док, мне кажется, что я вижу себя, только в очень странных интерпретациях, непонятных для восприятия, – говорил ему Рик.

– Ну что ж, хе-хе. Много таких, кто видит себя в непонятных интерпретациях, сынок, – ответил док.

– Нет, сэр, я серьезно. Мне кажется, что я могу наблюдать альтернативы, которых, по сути, нет, – продолжал Рик.

– Ну и что в них такого? – спросил доктор в сомнениях.

– Там всё то же, что и у нас, но варианты и исходы всегда разные: одни и те же люди, которых я встречаю, появляются в моих снах, будто видения, но совершают странные вещи, которые никогда, на мой взгляд, не могли бы произойти с ними, – опустив голову, он, словно сам себе переставая верить, продолжал говорить, – они словно находятся в покровах теней или ещё какой-то силы.

– Молодой человек, как часто вы употребляете алкоголь или наркотики? – уставившись на него, спросил доктор.

– Я не пью уже более трёх дней, сэр, а наркотики я и вовсе не употреблял, надеюсь, этого и не произойдёт, – ответил Рик.

– Ну что, предлагаю вам пройти терапевтический курс, – сказал док.

Он встал, протянул Рику руку, пожал её, давая понять, что их сеанс подошёл к концу. Когда Рик ушёл, доктор снял халат, сел на стул, налил в стакан бурбон, сел и задумался.

Уильямс был мужчиной среднего роста, худощавый, с морщинистым, с обвислыми щеками, лицом, а на макушке его давно уже сияла лысина. Вырос он в семье врачей-хирургов, но несмотря на то, что в детстве мальчик мечтал стать историком, после школы его родители настояли на учёбе в медицинском университете. После долгих ссор Уильямс всё-таки поступил в медицинский университет «GALL’s». После его окончания он переехал в Night-Souls, где и остался жить. Здесь Уильямс и встретил Мэри, его супругу, с которой у них две дочери Линда и Сара.

Глава 2

Night-Souls был маленьким городишком, ничем не примечательным для важных людей и вообще богом забытым местом. Но он славился своими легендами о таинственных исчезновениях людей в 50-х и 70-х годах. Говорят, были какие-то люди, вроде участников секты, которые похищали городских для своих обрядов и оккультных шуточек. Но после они внезапно и бесследно исчезли, и вот уже пятнадцать лет, как ничего о них не слышно. Тогда Рик был совсем ребёнком, у него пропал крёстный, его очень долго искали и, спустя два месяца, его тело было найдено в шахте, изуродованное до ужаса: на его лице совсем не было кожи, только кости и части мышечной ткани. Его похоронили в закрытом гробу, чтобы люди не смогли увидеть тот кошмар, который его настиг. После полиция города патрулировала районы по ночам, с целью выловить участников секты. Спустя два года был найден некий Джон Пэрис и его брат Роджер. Они были лидерами секты. Им угрожали судом, но доказательств того, что братья причастны к делу, не было. Ночью двадцать третьего декабря, семья Рика и его соседи убили всех членов секты и подожгли их убежище. Тогда это дело решили замять, так как мать Рика приходилась племянницей начальнику полицейского участка. Потом город успокоился, и это история стала легендой.

После окончания колледжа в 1989 году Рики устроился к Дику в автомастерскую: они с Клэр ждали ребёнка, и необходимо было на что-то жить. Так он и остался работать там. Вскоре, когда Кайлу исполнилось пять лет, Рик стал часто приходить домой выпившим. В 1996 году они с Клэр развелись. Она, забрав с собой ребёнка, уехала к родителям в Нью-Джерси. Рик почти не видел малыша, три года лишь отправлял открытки на Рождество и день рождение. Тяжело переживая их уход, он ничего не мог делать, а только лишь пил, пил и пил…

Глава 3

В ночь после сеанса Рик лежал в постели и не мог заснуть, а точнее, боялся. Он не хотел снова видеть свои кошмары, неудачи, потери, которые давили на его и без того потрёпанную психику. Рик не знал, куда себя деть, как бороться и в один момент перестал осознавать, реальность перед ним или сон. Больше всего ему хотелось снова увидеть Клэр и Кайла, но это было невозможно: денег у него почти не было, да и Клэр, наверное, сама не хотела его видеть, а, возможно, у неё появился другой, и эта мысль тоже немало давила на его подсознание.

«Время на часах 3:42, чёрт возьми, что за напасть… Может, я окончательно свихнулся, и мне дорога в дурку? А эти сны? Все думают, я псих… Но это не так! Или так?.. А Клэр? Как она там с Кайлом? Что у них происходит? Интересно, она себе ещё никого не нашла? Ох, чёрт подери, почему именно со мной случается всякая хрень?! Жил, ведь, спокойно, а теперь всё кувырком, всё идет под откос… Нужно что-то делать, выбираться как-то из этой грязи», – думал про себя Рик, не заметив, как отключился.

Он шёл по хорошо знакомому ему лесу, сам не замечая, как за спиной всё погружалось во тьму. Вдруг он увидел свет, странный отблеск, и силуэт на этом фоне. Непонятная фигура стояла и смотрела прямо на него, а он на неё. Вскоре она протянула левую руку и указала на свет. Он решил двинуться, но почувствовал, что не может, точнее, его что-то держало. Рик дёрнулся ещё раз, и снова безуспешно. Он направил взгляд вниз и увидел, что стоит в какой-то непонятной субстанции, которая медленно его засасывала. Как оказалось, он увяз в трясине. Но откуда ей взяться в лесу? Быть может, это не она вовсе? Тогда что? Это было неважно. Нужно было срочно выбираться. Приложив максимум усилий, Рик схватился за ствол дерева и начал себя тянуть. После четырёх рывков он выпутался. Рик прошёл, как ему казалось, почти весь лес, но до света было ещё слишком далеко. Неожиданно на него накинулась какая-то тварь и повалила его на землю. Он не смог разглядеть её и, быстро оттолкнув её локтем, принялся бежать, не оборачиваясь. Минут через десять, окончательно вымотавшись, он остановился, чтобы перевести дух, и заметил маленький сарай. Рик подошёл к нему, медленно открыл дверь. Внутри, на стене, висела записка. Он сорвал её и увидел одно слово «БЕГИ!». Записка была написана кровью. Испугавшись, он обронил её и, выбежав из сарая, понял, что за ним кто-то стоит, но поворачиваться не стал. Неизвестный, подойдя совсем близко, прислонился к его уху и сказал: «Я знаю все твои страхи».

На этой ужасающей ноте Рик проснулся, вскочив с постели. Посмотрел на часы: время было 12:25. Он пошёл в ванную за таблетками. Приняв их, поставил кипятиться чайник и начал собираться. У него были дела в городе, к тому же нужно было заехать к мистеру Уильямсу.

Выбравшись в город, Рик ощущал некий дискомфорт: люди смотрели на него с долей презрения. Он прекрасно понимал, что город маленький, и все в нём друг друга знают, что всем также известно и об их отношениях с Клэр, о том, что произошло у них, о том, как он пил и был способен поднять руку на жену.

Его лицо давно потеряло светлые черты: кожа побледнела, появились жуткие круги под глазами. Он перестал следить за собой: одежда была в пятнах, мятая, обувь грязная. С момента развода Рик похудел на пятнадцать килограмм, стал тощий, как ветка полумертвого дерева, которая бултыхалась на нём и вот-вот должна была свалиться, но каким-то чудом держалась.

Рик зашёл в аптеку, чтобы взять успокоительного и снотворного. Купив всё это, он вышел на улицу, и в его глазах всё резко помутнело. На долю секунды он понял, что сейчас всё, как во сне, но это чувство резко оборвалось. К нему подбежал мужчина лет двадцати девяти, чуть полноватый, с короткой стрижкой, в коричневой куртке, под которой была синяя водолазка, он обнял Рика. Это был его лучший друг Генри.

Они познакомились ещё в школе, вместе окончили колледж, только Генри устроился в большом городе, а Рик остался в Night-Souls. Они не виделись пять лет с последнего визита Генри, когда Клэр подавала своё фирменное блюдо на ужин, и все сидели за одним столом, шутили, делились разными историями.

– Чёрт возьми, Рик, тебя не узнать! Что с тобой стряслось? – спросил Генри, улыбаясь, смотря на своего лучшего друга и, в то же время, ужасаясь от того, как его потрепало.

– Да много чего произошло… а ты откуда? Чего это приехал, а? – спрашивал Рик, улыбаясь и не веря своим глазам, что, спустя пять лет, Генри снова решил приехать в родной городишко.

– У меня отпуск. Вот я и подумал, заскочу к своим, повидаюсь. Сто лет не виделись! Как ты? – отвечал он Рику с улыбкой, пытаясь, словно фотоаппарат, сфокусировать свой взгляд на друге и досконально рассмотреть его лицо.

– Ох, бывало и лучше… Столько дерьма приключилось с последней нашей встречи, что не знаю даже, с чего начать. Может, сегодня сходим в наш бар и поговорим? У меня есть ещё некоторые дела, а вечером сядем и поболтаем. Как тебе? – Рик держал голову опущенной, будто был в чём-то виноват перед приятелем, но при этом старался выдавить из себя хоть какую-то улыбку.

– Хорошо, сегодня в девять, – ответил Генри, ещё раз обняв приятеля, и они разошлись.

Собравшись ехать на сеанс, Рик решил заскочить по пути в свою автомастерскую, чтобы поговорить с Диком. Доехав до тех. станции, он заглушил мотор, но не мог сообразить, что сказать шефу. Собравшись с силами, он всё-таки вышел из машины и пошёл прямиком в офис. Постучав в дверь, он услышал крик «ВХОДИ» и зашёл. Офис почти не изменился с того момента, как его уволили: всё та же барная мини-стойка, старенький патефон, который не работает уже чёрт знает сколько времени, потрескавшееся кожаное кресло, которое шефу подарили ребята из мастерской на пятидесятилетие, только вместо комода стоял стеллаж, которого раньше здесь не было. Увидев Рика, шеф немного растерялся, но тут же подхватил.

– Какого черта ты сюда пришел?! – Крикнул он ему.

– Сэр, мне очень нужна работа… Я вообще не знаю, что мне делать. Я бросил пить и готов трудиться хоть двадцать четыре часа в сутки, – немного мешкая, ответил Рик.

– Не будет у тебя никакой работы. ЗАБУДЬ! – снова крикнул ему Дик.

– Но я вас умоляю, сэр… Я уже и правда не знаю, что мне делать… Денег нет, жена уехала с сыном, мне нужна эта работа… – сказав это, Рик, чуть было, не пролил слезу, но сдержался.

Дик понимал всю сложность ситуации. Он ненадолго задумался, посмотрел на Рика, что-то побурчал про себя. И вскоре, подняв голову, сказал: «Чёрт с тобой… Завтра в девять, без опозданий. У тебя куча заказов». Рик улыбнулся, пожал ему руку и ушёл. Нужно было ещё заехать на сеанс к доктору Уильямсу.

Проехав по Линкольн шоссе 8 километров, Рик свернул на бездорожье, где располагалось большое здание имени Святой Марии. Заехав в ворота, он припарковал свой минивен и направился в главный корпус. Но мистера Уильямса не было на месте. Как оказалось, он взял выходной. Рик решил ему позвонить, но никто не отвечал. После трёх звонков, он вышел из корпуса и двинулся в сторону парковки. В его голове крутилась только одна мысль: «Наконец-то дела начинают подниматься со дна».

Глава 4

Вечером, как и договорились, Рик встретился с Генри в их любимом баре «Dirty Horse». Они ходили сюда, когда учились в колледже. Это было небольшое заведение, построенное на месте бывшей прачечной (хозяин обанкротился и решил продать её), Майки Кэмбел был тогда малым предпринимателем и решил расшириться, открыв бар. Его надежды на этот бизнес оправдались. Очень скоро Майки расширился и уехал в Нью-Йорк, оставив бар Линде Кэмбел, своей бывшей жене, как часть имущества.

– Рик! – Крикнул ему Генри, помахав рукой, – я думал, ты забудешь.

– Ты что, я же пообещал прийти, – улыбаясь, подошел к нему Рик, – чёрт возьми! Лет сто мы здесь не сидели.

– Даа… Было время. Помнишь, каждую пятницу с девочками, – Генри, говоря это, чуть слезу не обронил.

– Ну что ж, по пиву? – с улыбкой произнёс Рик.

– Бармен! Два пива! – крикнул Генри, – Ну, рассказывай, как ты тут? Я слышал, что вы с Клэр разбежались. Сожалею…

– Да, слухи в этом городе быстро разлетаются, – Рик отвернулся в сторону окна и продолжил, – я стал слишком злоупотреблять спиртным, перегнул палку, а там, сам понимаешь… Накипело, пошло-поехало одно за другим, так и разбежались…

– А Кайла ты видишь? – спросил Генри.

– Нет, только открытки им посылаю и подарки… После этого меня с работы выгнали, и всё пошло кувырком, сам понимаешь… Сегодня поговорил с шефом, вроде как восстановил меня. Надеюсь, сейчас всё пойдёт в гору, – продолжил Рик, – ещё я у психотерапевта лечусь. Странные вещи у меня стали происходить… Я во сне стал видеть то, чего не может быть, понимаешь?

– Не совсем, – ответил Генри, резко переведя взгляд с незнакомки на Рика.

– Понимаешь, во сне я попадаю в знакомые места, но не могу вспомнить, где их видел. Вижу людей, которые меня преследуют, и, кажется, я вижу самого себя. Но только это не я… а сегодня приснился сон, в котором я увидел человека или тень, но лица разглядеть не мог, а, может, его и не было. Он указал на свет, я пошёл туда. Приблизившись, я пригляделся, там было что-то, похожее на маяк. Но вдруг я обнаружил сарай, весь в крови. А там была записка, где было только одно слово: «БЕГИ». А потом я почувствовал, что кто-то стоит и шепчет мне на ухо, но я ничего не смог разобрать из-за ветра. Затем я резко проснулся, весь в холодном поту, – рассказывал ему Рик, смотря в пустоту, сдерживая некий страх в себе.

–Ух ты, чувак… Да тебе надо ужасы писать. У тебя, наверное, на почве всех событий, крышу сорвало… Это стресс, он скоро пройдёт. Тем более, ближайшие месяца два я буду с тобой, так что, думаю, мы тебя вылечим, – обняв, сказал ему Генри. Они говорили уже на протяжении трёх часов, потом выпили текилы, и Рик сказал: «Ладно, давай рассчитаемся и поедим по домам, поздно уже».

Глава 5

Проснувшись в семь сорок, Рик начал собираться на работу. Сегодня была первая спокойная ночь, может, это из-за алкоголя, а может, и нет, тем не менее, он спал, как покойник, и абсолютно ничего не тревожило его. Собравшись, он вышел из дома, вдохнув свежей утренней прохлады, сел в машину и направился на автостанцию. Он приехал ровно в девять. Поздоровавшись с Диком, он принялся за работу. В перерыве Рик почувствовал лёгкое недомогание, он пошёл в машину за таблетками, но их там не оказалось. Он сел на скамью, закрыл глаза, чтобы ему хоть немного стало легче. В этот же миг он снова оказался в лесу, но всё было уже не так, как в прошлый раз: темнота окутывала всё, не видно было даже ног. Тут же он стал слышать непонятные ему голоса: «Мы знаем, что ты ищешь, что хочешь. Все мечты угасают. Рик, прими нас, ПРИМИ!!!». В этот момент Рик резко открыл глаза, вскочил со скамьи. Он вновь был в холодном поту. К нему подбежал Дик со словами:

– Эй, ковбой, с тобой все в порядке? Выглядишь дерьмово.

– Да, да. Всё хорошо, просто не здоровится, – ответил он ему.

– Точно? – ещё раз спросил Дик.

– Да, да. Всё хорошо, спасибо, – ответил Рик, вытирая пот со лба, и снова принялся за работу.

Ровно в шесть часов, закончив работу, он прыгнул в машину и поехал домой. Добравшись до дома, первым же делом он выпил таблетки и принялся прослушивать сообщения.

«Здравствуйте, мистер Андерсон. Это доктор Уильямс. Извините, что я вас не предупредил об отмене сеанса, жду вас завтра в семь часов».

Прослушав сообщения, он лёг на диван, задумался и уснул. Погрузившись в сон, Рик был не в состоянии отличить его от реальности. Возле него сидели Клэр и Кайл, он им улыбнулся и был несказанно рад тому, что они рядом с ним. Но резко всё прервалось. Он снова оказался в лесу, в том же мрачном, богом забытом, скверном месте. Опять тот свет, маяк. Он незамедлительно двинулся вперёд, и с каждым шагом ему было всё страшнее и страшнее, а дорога становилась всё мрачнее и мрачнее… Но пути назад не было, как и выбора. Шум ветра давил ему на мозг. Он остановился, сделал глубокий вдох и продолжил путь. И вот Рик был почти уже возле света. Как он и думал, это был именно маяк, но мост, ведущий к нему, был разрушен, поэтому Рику пришлось идти в обход, и вновь через лес, через этот чёртов тёмный лес. Спустившись по тропинке, он почувствовал резкий холод, который бежал по его телу. И чем дальше он шёл, тем сильнее становился холод, который пробирал до костей. На одно мгновение он застыл в неподвижности. Рик ощутил, что за его спиной кто-то есть. «Неужели снова?» – подумал он. Что-то обхватило его плечи, наклоняясь к уху, и заговорило…

«Рики, ты не уйдёшь так просто от всего, что натворил. У тебя не получится. Я буду пожирать тебя снова и снова, пока твоя оболочка не заставит тебя убить себя, и пока твоя внутренность не осознает всех своих ошибок и проступков, совершённых за всю твою грешную жизнь», – сказало нечто и испарилось.

Рик снова вскочил с кровати. Время пять утра, он решил не ложиться больше. Выпив таблетки, он пошёл заварить себе кофе, и потихоньку начал собираться на работу. «Нужно не забыть заехать к доктору», – подумал он.

Глава 6

После смены Рик направился к доктору Уильямсу. Он опаздывал, поэтому гнал на всей скорости. Рик приехал в клинику, и ему сообщили, что доктор уже ожидает его в своём кабинете.

– Здравствуй, Рик. Извини, что в прошлый раз всё сорвалось: у меня дома были некоторые проблемы. Ну что, рассказывай. Как ты? – спросил Уильямс.

– Вообще, док, дела пошли в гору: я вернулся на работу, приехал мой друг, мне почти ничего не снится, только вчера повторилось, – сказал Рик.

– О, это отличные новости! Значит, наш курс тебе помогает, что весьма радует. Так, расскажи, что тебе опять приснилось? – спросил доктор.

– Эээ… В общем, всё, как обычно. Но я, наконец-то, дошёл до того места, там был маяк. Я уже видел его где-то, но не помню где. Я не смог к нему попасть, мост был разрушен. Я пошёл через лес, в обход, и снова нечто начало сводить меня с ума. Оно говорило, что я должен что-то принять, что я никогда не смогу уйти от прошлого, – Рик смотрел в окно, рассказывая свой сон, иногда сам не веря в то, что он говорит.

– Очень интересно… Вы никогда не думали о том, что у вас может быть раздвоение личности? Только не в совсем стандартной форме, а когда одна часть живёт в реальном мире, а другая – в мире сновидений, – доктор пристально смотрел на Рика в ожидании ответа.

– Не знаю, я не силён в подобных вещах, никогда даже и не задумывался об этом, – ответил пациент.

– Ну что ж, советую вам завершить медикаментозный курс. Я смотрю, дела идут вполне хорошо. Буду ждать нашей последней встречи на следующей неделе. До среды, мистер Андерсон, – Уильямс встал и протянул Рику руку, тот, в свою очередь, ничего не отвечая, встал и после рукопожатия двинулся в сторону выхода.

Он вышел в холл, налил стакан холодной воды из кулера, выпил залпом и вышел из клиники, сел в машину и набрал Генри.

Генри так и не ответил, Рик завёл машину и направился в бар, может, именно там и был в стельку пьяный Генри.

Приехав в бар, Рик не обнаружил там друга, но уходить не стал, решил выпить кружечку пива. К нему подсела девушка и, заказав себе виски, заговорила с Риком.

– Привет, меня зовут Рэйчел, – она улыбнулась и протянула руку Рику.

– Привет, я Рик, – он протянул ей руку в ответ и тоже улыбнулся.

– Ты местный? – спросила Рэйчел.

– Да, я родился и вырос здесь. Замечательное тихое место, никакой мегаполис не сравнится с этим городком. За городом великолепный пейзаж и чистое, ночное небо, – Рик рассказывал это с неподдельным наслаждением, – А ты откуда?

– Я из Нью-Джерси. Мне подруга посоветовала сюда приехать отдохнуть, говорит, райское место. Она жила тут раньше, а потом разбежалась с мужем и уехала, забрав с собой сына, – договорив, Рэйчел заметила, что Рик поменялся в лице, – В чём дело? Я что-то не то сказала?

– Как зовут твою подругу? – поинтересовался Рик.

– Клэр, а что? – ответила Рэйчел.

– Ничего. Просто интересно… Город маленький, всякое бывает, – с некой неуверенностью отвечал Рик.

– Да ладно, ты её знаешь? Ты и есть тот, от кого она уехала, не так ли? – сказав это, Рэйчел улыбнулась и аккуратно взяла его за руку.

– Может, поедем ко мне, и там я подробнее расскажу эту печальную историю? – улыбнувшись, предложил Рик.

– А знаешь, я согласна. С тебя выпивка, – Рэйчел улыбнулась, встала со стула и пошла к выходу. Рассчитавшись, Рик направился за ней.

Глава 7

Приехав в дом Рика, они первым делом разулись и отправились на кухню, которая располагалась за гостиной. Он предложил Рэйчел выпить и достал из мини-бара ирландское виски семилетней выдержки.

– Ты не будешь против, если я посмотрю дом? – спросила Рэйчел.

– Да, конечно. Можешь осмотреться, а я пока всё подготовлю, – ответил Рик и, развернувшись, пошёл к холодильнику.

Рэйчел начала с гостиной, в центре неё стоял большой стол, на котором лежали какие-то бумажки, газеты и пульт от телевизора. Справа от неё располагался камин, на котором стояли фотографии Рика вместе с семьёй. Она подошла ближе, взяла фото и начала с интересом его рассматривать. Рамка была уже немного треснута, поэтому приходилось сжимать её, чтобы не вывалилась фотография. Насмотревшись, она поставила её на место и пошла дальше. Выйдя из гостиной, девушка поднялась по лестнице на второй этаж и зашла в спальню. Здесь она почувствовала, что тут холоднее, чем в доме и даже на улице. Включив свет, Рэйчел оглядела комнату и ощутила что-то вроде дуновения ветра со стороны шкафа. Когда она подошла поближе, воздух стал ещё холоднее. Рэйчел решила отступиться и не трогать шкаф. Она спустилась вниз. Стол уже был готов.

На столе стояла выпивка, нарезанные овощи, сыр и два стакана.

– Ну, в холостяцкой берлоге всё по скромному, – улыбнувшись, сказал Рик.

– Ничего, всё хорошо, главное, нет ничего лишнего, – сказала она ему с улыбкой, – слушай, Рик, почему у тебя так холодно в спальне, а, точнее, почему из шкафа веет холодом? У тебя там морозилка что ли?

– Ха-ха, нет. Там, вроде, не было холодно. Может, тебе просто показалось? Давай лучше выпьем за знакомство, – предложив тост, он протянул стакан скотча.

– За знакомство, – ответила Рэйчел и протянула свой стакан.

Они сидели так почти до самого утра, разговаривали о карьере, о детях. Рик рассказал ей свою историю, как они разошлись с Клэр, как поменялась его жизнь. Единственное, о чём он умолчал, так это о своих сновидениях.

– Ох, ну ни черта себе! Пять утра! «Я, пожалуй, поеду в мотель», – сказала Рэйчел заплетающимся языком.

– Может, останешься? – предложил, косо смотря в сторону из-за алкоголя, Рик.

– О, нет. Я поеду, нужно поспать, тем более, у меня ещё много дел. «В другой раз», – сказав это, она улыбнулась и немного покраснела.

– Ну, хорошо. В другой раз, – ответил Рик.

Проводив её до такси, он зашёл в дом, позвонил Дику и предупредил его, что до обеда не появится, объяснив всю ситуацию. Рик лёг в постель и вырубился в считанные секунды, погрузившись в крепкий сон.

Он снова попал в тот сон, тот лес, но решил больше не следовать за маяком, а найти тот силуэт, который постоянно, с ним разговаривал. Поиски оказались безуспешными, и он всё-таки решил пойти к маяку. Может, по дороге ему попадётся то нечто? Он шёл по той тропинке, которую нашёл недалеко от моста. Спустившись вглубь леса, Рик стал ощущать знакомый ему холод и сразу вспомнил про то, что говорила ему Рэйчел. Пройдя через глушь, он очутился около озера, возле которого был тот самый маяк. Спустившись чуть ниже, Рик увидел пристань, но ни одной лодки там не было. Он зашёл в домик. Обыскав всё, обнаружил ключ от лодки. Рик остановился и начал думать: «Если ключи тут, значит, лодка должна быть на месте. Но где же она? Может, её спрятали где-то на лимане? Думаю, стоит сходить проверить». Выйдя из дома, он направился к зарослям камышей, где и обнаружил спрятанную лодку. Отвязал конец и протащил лодку сквозь камыши. Но тут произошло то, зачем он и пришёл: позади себя Рик ощущал некое тело. В этот раз он решил резко повернуться к нему лицом и, наконец, увидеть того, кто пугал его всё это время. Повернувшись, Рик увидел девушку в тёмно-красном порванном платье. Но оно оказалось вовсе не красным, а белым, но запачканным кровью. Девушка была вся в грязи, руки порезаны, лица её было почти не видно, но Рик смог узнать её. Это была Клэр…

– Какого чёрта?! – вскрикнул Рик.

– Здравствуй, милый. Ты меня не узнал? – спросила она.

– Клэр, какого чёрта? Что с тобой? что происходит?? Где Кайл??? – нервно начал расспрашивать он свою бывшую жену.

– Всё, Рик. Ты сейчас там, где тебе и положено быть. Ты должен понять, – тихо ответила Клэр.

– Что понять, чёрт возьми?! Что происходит?! Где мой сын?! – снова крикнул Рик.

– Ты не можешь больше так жить. Ты и твои поступки аморальны, твои желания – это дьявольские искушения. Ты вёлся на поводу у всего и всех. «Пора собраться и закончить свою историю», – сказала Клэр и испарилась в воздухе.

Рик резко вскочил с кровати весь мокрый. Его будто выбросило из собственного сна. Минут десять он прибывал в шоковом состоянии. После он пошёл в туалет за таблетками. Выпив последнюю таблетку, Рик понял, что его курс лечения окончен, а ночные кошмары до сих пор посещали его, конечно, не так часто, как это было раньше, но всё же. Первое, что пришло ему в голову, что всё это из-за алкоголя. Собравшись, Рик поехал на работу, заскочив по пути за водой в мини-маркет. Он зашёл в магазин, и ему показалось, что всё здесь не так, как раньше: полочки были не на своих местах, а холодильники убрали в дальний зал. Но, ведь, три дня назад такого не было. Он дошёл до стеллажа с водой, остановился и посмотрел в верхнее зеркало на покупателя, стоявшего позади него. Этот человек был в кофте с чёрным капюшоном, потрёпанных джинсах и изношенных коричневых ботинках. Всмотревшись повнимательнее, Рик выронил из рук бутылку воды: у человека не было лица, точнее, оно было зашито. Рик резко обернулся в его сторону, но там никого не оказалось.

К Рику подбежал продавец и начал кричать, чтобы тот заплатил за воду. Рик, совсем ничего не слышав, сунул ему два доллара и вышел из магазина. Он сел в машину в шоковом состоянии, которое теперь ещё больше усилилось после ночного кошмара. Рик сидел и смотрел сквозь лобовое стекло, абсолютно не понимая, что происходит. Ему казалось, что он перестал уже различать, где сны, где иллюзии, а где реальность. Его моральное состояние сошло на нет. Он завёл машину и медленно двинулся в сторону работы. Подъехав к мастерской, он заметил, что Дик уже ждал его.

– Андерсон! Какого чёрта ты опоздал на целый час?! Мы так не договаривались, – когда Дик кричал, его лицо становилось, как переспелый томат.

– Извини, Дик. Мне снова не здоровится, я очень плохо спал. Давай, что нужно делать? – сквозь зубы пробурчал Рик.

– Ладно, там «Ford» подогнали, посмотри, что с ним. «Потом зайди ко мне, поговорим», – сказал Дик и ушёл в свой кабинет.

Рик пошёл переодеваться. Открыв свой шкафчик, он впал в полнейший ступор: шкафчик был весь в крови, а на полу лежала разорванная фотография Рэйчел. Из этого ступора его вывел Патрик, напарник Рика. Рик зажмурился, а когда открыл глаза, его шкафчик был таким, как раньше: там висел комбинезон и защитные очки. Он схватил свою одежду, хлопнул дверью ящика и вышел в мастерскую.

Провозившись с машиной три часа, он зашёл к Дику, как тот и просил.

– Рик, какого чёрта с тобой происходит? Что у тебя в голове творится? Ты хороший парень, механик от бога! Но объясни мне, ЧТО С ТОБОЙ!? – не выдержав, крикнул Дик.

– Это всё эти идиотские кошмары. Я никак не могу от них избавиться. Но я стараюсь работать над этим. Я не хочу терять работу. Больше такого не повторится. Правда. Извини, – снова опустив голову, Рик, будто раскаиваясь, говорил всё это.

– Ладно, это ты извини, что так давлю на тебя. «Поезжай домой, отдохни», – сказал Дик и указал взглядом на дверь.

Попрощавшись, Рик вышел из кабинета, переоделся, закрыл мастерскую и поехал домой. Ему необходим был здоровый сон.

Глава 8

Вернувшись, домой, Рик принял душ, выпил горячее кофе и решил посмотреть телевизор. После двадцатиминутного просмотра телевизора он вырубился, но его разбудил звонок. Это был Генри.

– Алло, Рик! Алло! Мне нужна твоя помощь! Приезжай на Сайдерс авеню как можно быстрее! – нервным голосом прокричал в трубку Генри и скинул.

Рик кинул телефон, быстро собрался, схватил ключи от машины и выбежал из дома. Через пятнадцать минут он был на месте. Генри сидел на асфальте, держась за голову, его руки были в крови. Рик подбежал к нему, поднял его на ноги и начал расспрашивать.

– Что случилось? Откуда у тебя кровь?! Что произошло?! – начал кричать Рик, дёргая Генри за плечо, но Генри ничего не отвечал. Рик смотрел ему в глаза, как вдруг всё, что его окружало, стало блекнуть. Он повернул голову направо и увидел человека в капюшоне, который шёл в его сторону. Повернувшись к Генри, Рик увидел, что вместо друга держит облезлый человеческий скелет. Он быстро перевёл взгляд на незнакомца. Тот уже стоял рядом.

– Тебе ничего не изменить. «У тебя нет шанса точно так же, как не было его и у меня», – сказал незнакомец, снимая капюшон.

Его лицо было полностью сожжено, волос не было вовсе, впалые щёки и сильно выпирающие лицевые кости. При виде этого Рика стошнило прямо на асфальт.

– Кто ты такой, чёрт тебя подери!? – крикнул Рик, вытирая рот рукавом.

– Я тот, кого похоронили, но не убили. Тот, кто сломает твою жизнь так же, как сломали мою твои отцы, – ухмыляясь, сказал незнакомец.

Незнакомец взмахнул рукой так, что Рика отбросило на пару метров. Он упал, ударившись головой прямо об асфальт, и потерял сознание. Проснувшись утром, Рик не смог подняться с кровати: его голова и тело раскалывались. Он осмотрелся и понял, что оказался в больнице. Но как это произошло, он не помнил.

– Здравствуйте, мистер Андерсон. Как вы себя чувствуете? – зайдя в палату, поинтересовался у него доктор.

– Док, как я здесь очутился? Что случилось? И где Генри? – кое-как приподнявшись, начал расспрашивать Рик.

– Пожалуйста, успокойтесь. Вам нельзя сейчас нервничать. Генри – это, наверное, ваш друг, который вас сюда и привёз? Он всю ночь с вами просидел. Сейчас я его позову. А если вам станет хуже, нажмите на синюю кнопку, чтобы вызвать медсестру, – сказав это, доктор удалился из палаты.

В палату зашёл Генри. Выглядел он, на удивление, отлично: не было ни единой царапины, и плечо было в полном порядке, как и прежде.

– Генри, твою мать! Ты живой! Какого чёрта вчера было?! Что случилось!? – начал кричать Рик и сразу почувствовал дикую боль в голове, но на кнопку нажимать не стал.

– Оууу! Полегче, брат. Тебе сейчас нужен отдых. Я всё расскажу, – Генри взял табуретку и, усевшись напротив Рика, начал свой рассказ, – я вчера звонил тебе весь вечер, думал сходить куда-нибудь, проветриться. Но ты не брал трубку. Потом я решил заехать в видео магазин, взять что-нибудь на прокат: хоть как-то время скоротать. Ну, еду я такой, вижу ты идёшь. Я остановился, вышел из машины и подбежал к тебе. Но ты меня не заметил. А потом схватил за куртку и начал трясти, потом перевёл взгляд на дорогу, и я увидел в твоих глазах адский страх. Я ещё никогда не видел тебя таким. Вскоре ты меня отпустил, выбежал на проезжую часть и начал что-то кричать. А потом тебе навстречу выехала «BMW» со скоростью 80 километров в час и сбила тебя. Ты отлетел метра на два или три. Я подбежал к тебе, у тебя была разбита голова, и ты был без сознания. Я сразу же схватил тебя и повёз в больницу.

– Ох, чёрт возьми. Я ничего не помню. У меня же смена!! ЧЁРТ! Дик меня уволит, – закричал Рик.

– Об этом я уже позаботился. Позвонил с утра твоему начальнику и сказал, что тебя машина сбила. Так что, когда тебя выпишут, сразу к нему. Он так сказал. «Ладно, поспи дружище, а я вечером ещё заеду, еды привезу», – сказал Генри, встал с табуретки и ушёл.

Рик лежал и думал, что же произошло с ним на самом деле? Откуда тогда был тот звонок? Почему у этого нечто был голос, как у Генри? Кто тот человек в капюшоне? И что ему сделали, как он сказал, отцы? После выписки Рик решил разобраться во всём, но сначала, как сказал Генри, он собирался наведаться к Дику. Рик перевернулся на бок, закрыл глаза и погрузился в сон.

Глава 9

Рика выписали уже через три дня. Когда он вышел из больницы, его ждала машина, но за рулём был не Генри, а какая-то девушка.

– Рэйчел! – крикнул Рик, – Ты за мной что ли? А где мой друг Генри?

– И тебе привет, дорогуша, – улыбаясь, сказала Рэйчел, – давай запрыгивай, твоему дружку я сказала, что сама заберу тебя. Совершенно случайно с ним познакомилась, когда навещала тебя. Он просил, чтобы я отвезла тебя к твоему боссу, так что поехали. А потом заедим в магазин, купим тебе еды, Генри будет ждать нас дома.

Подъехав к мастерской, Рик вышел из машины, у входа его ждал Дик.

– Ну, с возвращением, сынок, – сказал Дик и обнял Рика.

– Извините, что так получилось, мне приступать к работе сейчас? – спросил Рик.

– Нет, ты что. Тебе нужен отдых. «Послезавтра я жду твою белую задницу в мастерской», – сказал Дик, улыбнувшись.

– В таком случае, приходите сегодня ко мне на обед, – сказал Рик.

– С удовольствием, – ответил Дик.

– Значит, сегодня в восемь буду вас ждать, – сказал Рик, пожал руку Дику и пошёл обратно к машине.

Рик с Рэйчел отправились в магазин за продуктами, как и договаривались. По пути они заехали в аптеку за обезболивающим. Купив всё необходимое, они отправились домой, где их уже ждал Генри. Он помог им разгрузить пакеты из машины и прибраться в доме, после чего уехал по своим делам. Пока Рэйчел готовила, Рик решил принять душ. В душе он думал обо всём, что происходит и понял, что жизнь его потихоньку налаживается: работа, девушка, лучший друг рядом. Всё бы ничего, если бы не эти видения и непонятные вещи, творящиеся в его голове.

После душа он решил помочь Рэйчел накрыть на стол: он расставлял тарелки, стаканы и приборы, а Рэйчел в это время занималась приготовлением салата и нарезки. Перед обедом они решили выпить немного красного вина. Рэйчел сказала, что оно улучшает кровообращение. На одну секунду их взгляды столкнулись, и Рик решил сказать ей пару слов: «Спасибо, что помогаешь, ты, конечно, не обязана…» Он не успел договорить, как почувствовал её губы возле своих. Она поцеловала его и сказала: «Не надо лишних слов, милый». Рик был приятно удивлен.

Ровно в восемь, когда к обеду всё уже было готово, в дверь постучался первый, как думал Рик, гость. Но это оказалось не так.

– Срочное письмо мистеру Андерсону, – сказал курьер и указал, где Рику нужно поставить подпись.

Рик взял письмо, расписался и попрощался с курьером. Он решил прочесть его позже, поэтому, даже не посмотрев адресанта, положил его на тумбочку возле стойки для обуви.

Через десять минут вновь зазвонил звонок: на пороге стояли Генри и Дик. Рик впустил их в дом. Дик протянул ему бутылку отменного виски, тот поблагодарил и указал рукой в направление гостиной.

Гости сели за стол, Рик наполнил бокалы и рюмки и предложил первый тост:

– Давайте за то, что всё хорошо, и все живы, – гости чокнулись и приступили к еде. После бурных разговоров о работе, планах на будущее каждого из присутствующих Рик, извинившись, встал из-за стола и направился в уборную. Почувствовав несильное головокружение, вызванное спиртным, он умылся, взглянул на себя в зеркало, и перед его глазами на секунду проскользнул образ Клэр из сна. Она была одета в белое платье, вся в крови… Он зажмурил глаза, и она исчезла. Рик по привычке потянулся за таблетками, но вдруг вспомнил, что его курс лечения окончен. Он здоров. Но так ли это было на самом деле?..

Когда Рик вернулся в гостиную, гости сразу завели разговор о его самочувствии.

– Рики, как ты себя сейчас чувствуешь? – спросил Генри первым.

– Спасибо, уже отлично. Я в полном порядке. Просто тогда чувствовал себя плохо. На меня нашло чёрт возьми что… но сейчас всё хорошо. «Давайте закроем эту тему», – сказал Рик, смотря более чем настойчивым взглядом на Генри.

– Как скажешь, дружище. Просто мы все волнуемся за тебя. Но, раз всё хорошо, больше не будем об этом, – Генри улыбнулся и приобнял Рика.

– Ну что ж, мальчики. Уже двенадцатый час. Пора закругляться. «Завтра уйма дел», – сказала Рэйчел, встав из-за стола, и начала убирать грязную посуду.

– Юная мисс права, уже поздно, завтра на работу. «А тебя, Рик, я жду послезавтра», – сказал Дик и встал вслед за Рэйчел, задев локтём Генри.

– Рад был всех вас видеть. Спасибо, что пришли. Я вас провожу, – Рик встал и направился с гостями в прихожую. Когда Генри и Дик ушли, Рик взял письмо, чтобы его прочесть, но не успел: перед ним стояла Рэйчел. Он снова отложил письмо на тумбочку, шагнул ещё ближе к девушке и поцеловал её. Она бросила кухонное полотенце на пол и обняла его. Они, не глядя, направились в спальню…

Глава 10

Проснувшись утром, Рик обнаружил, что Рэйчел уже ушла. Он пошёл на кухню, чтобы сварить себе кофе и заметил, что пришедшее вчера письмо было уже распечатано. Взяв его в руки, Рик увидел, что оно от Клэр, точнее, от её матери.

«Мистеру Андерсону,

Night-Souls, Pricen street, 3.

«Здравствуй, Рик, это Эмма, мать Клэр. Спешу поделиться очень печальной новостью… Клэр мертва. Её нашли на окраине города. Эксперты говорят, её убили уже 4 дня назад. Я не написала раньше, потому что думала, что она уехала к тебе, чтобы помириться… Также исчезла её подруга Рэйчел. Полиция подозревает её в убийстве. За Кайла не волнуйся, он со мной и при первой же возможности приедет к тебе. Похороны состоятся через два дня, но не думаю, что тебе тут будут рады. На этом всё.»

Не дочитав письмо, Рик начал кричать, у него началась дикая истерика. Внутри зависло чувство абсолютного опустошения. Его сильно трясло. Он начал колошматить стену. Минут через десять он начал приходить в себя… Перечитав письмо ещё раз, он сел в углу гостиной… по его щекам текли слёзы, оставляя мокрые следы на письме. Он не знал, что теперь ему делать… Открыв бутылку виски, которую Дик принёс накануне, Рик начал пить залпом. Через полтора часа он вырубился там же, где и сидел, в углу гостиной.

И снова он оказался в лесу прямо перед тем самым маяком. Чувствуя, что за ним кто-то есть, он повернулся и увидел того же человека в чёрном капюшоне.

– КТО ТЫ?!?! ЧТО ТЕБЕ НУЖНО ОТ МЕНЯ??!!! – крикнул ему Рик прямо в лицо.

– Я уже говорил тебе, кто я, и что намерен делать. Ты не поверил мне. А теперь задумайся, насколько больно и невыносимо терять близких людей и всё, что у тебя есть. И это далеко не конец. Пока ты не поймёшь, что натворил, пока не осознаешь свою важность, своё назначение, свои грехи, это не прекратится, – ухмыляясь, говорил незнакомец.

Рик не верил своим ушам. Понимая, что этого просто не может быть, он развернулся и побежал на свет, к маяку. Но тщетно: чем быстрее он старался бежать, тем дальше становился маяк. Через пару минут Рик окончательно выдохся и упал на траву. Он бился в истерике, подпитанной страхом. Рик окончательно запутался, не мог разобрать суть и смысл всего происходящего. Подняв голову, он снова увидел незнакомца.

– Джон Пэрис, – сказал незнакомец и исчез.

В этот момент Рик почувствовал, что его бьют по лицу. Открыв глаза, он увидел Генри, который взял ковшик и облил его холодной водой. Рик сразу же пришёл в чувство, резко встал, протянул другу письмо и ушёл в гостиную.

Прочитав письмо, Генри не стал ничего говорить. Просто взял Рика за руку, поднял с дивана, отвёл в прихожую, обулся, указывая Рику на то же самое, и посадил его в машину.

– Тебе необходимо немного отвлечься, брат, – сказал Генри, заводя мотор.

– Согласен, – ответил Рик и отвернулся к окну.

Они направились на ярмарку.

Глава 11

На ярмарке собрался почти весь город. Яркие фонари освещали лавочки со всевозможными сладостями и небольшие бары. Ярмарка – это именно то место, где любой может отдохнуть от серых будней, дети повеселиться на аттракционах, а продавцы заработать денег. Рик и Генри пробирались через толпу людей, чтобы отыскать хотя бы один свободный столик под ночным небом. Нашлось единственное место возле тира.

– Не хочешь пострелять, дружище? – предложил Генри. Рик ничего не ответил, только кивнул головой и взял винтовку. Когда он прицелился, в его глазах помутнело, будто он вот-вот потеряет сознание. Но, не обратив на это внимания, Рик сосредоточился на мишени. В последний момент перед самым выстрелом его руку подкосило, и он промахнулся, попав в фонарь, который стоял рядом с игрушками. Он потерял сознание… Открыв глаза, он понял, что снова находится не в том мире, который привык видеть обычно. К нему сразу пришло осознание того, что он без сознания. Рик прошёл к тоннелю, над которым была вывеска с надписью: «Тебе сюда!». Недолго думая, он зашёл внутрь. В тоннеле не было света, только неразборчивый гул. Рик шёл вдоль стены, чтобы знать, в каком направлении он двигается. Неожиданно он почувствовал резкую боль в боку и начал идти быстрее. Пройдя около пятисот метров, Рик очутился в каком-то слабо освещённом зале. Осмотревшись, он заметил маслёнку. «Но откуда она здесь?» – подумал Рик. Он посветил фонариком на свой бок: из него сочилась кровь. Дотронувшись рукой до раны, Рик понял, что неслабо разодрал его, когда шёл по тоннелю. Достав из кармана платок, он свернул его и прижал к ране. В конце зала была старинная дверь. Недолго думая, он решил узнать, что находится за ней. Рик дёрнул за ручку, но дверь была заперта. Вдруг позади него вспыхнул огонь. Обернувшись, Рик вновь увидел того человека в капюшоне.

– Снова ты… что ещё тебе надо?! – выкрикнул Рик.

– ТЫ! – крикнув это, Джон подбежал к Рику и нанёс сильный удар ножом в его рану так, что лезвие прошло сквозь руку, которой он прижимал платок. Кровь хлынула ручьём. Рик, еле дыша, безмолвно упал на пол.

– Твой кошмар подходит к концу. В скором времени ты вообще не очнёшься. «Твой мир останется сном, в котором ты получишь всё, чего хотел», – сказал Джон и исчез, оставив Рика истекать кровью.

Когда Рик снова пришёл в сознание, рядом с ним сидел Генри.

– Ну как ты? – спросил Генри, – ты был в отключке три дня, мы уже думали, что ты не очнёшься… Тогда, на ярмарке, ты просто вырубился. И никто так и не понял, из-за чего это произошло. Тебе сделали МРТ… у меня плохие новости. Твои расстройства переросли в болезнь: большая часть клеток головного мозга оказалась повреждённой. Так что теперь ты будешь отключаться из-за любого стресса или после употребления спиртного…

Но Рик его почти не слышал. Он осматривал свой бок, но всё было в порядке, ни единой царапины.

– Ну что ж, когда меня выпишут? «Нам нужно решить пару дел», – спросил Рик.

– Через три дня, – ответил Генри. Он даже не спросил, о каких именно делах говорил Рик. В любом случае, он ему обязательно поможет.

Через три дня, как и говорил Генри, Рика выписали из больницы. Его встретил Генри и отвёз домой.

– Заходи. Кстати, Дик просил передать, что ты снова уволен, но он выдал тебе зарплату за месяц в полном размере. Она лежит на столике, в зале. И твоя подружка Рэйчел уехала из города. «Я пытался с ней поговорить, но она толком ничего мне не объяснила, кроме того, что ей необходимо срочно уехать», – сказал Генри.

– Ну что ж… дела хреновей, чем я думал, сейчас я тебе расскажу, почему она уехала, – сев на диван, Рик рассказал Генри, из-за чего уехала Рэйчел. Сказал также о том, что он видит, и что ему нужно, обо всех своих кошмарах, о том, как его убили во сне, как он видел Клэр. Упомянул о незнакомце, который, по его мнению, стоит за всем этим, но так ли это на самом деле, Рик не мог сказать.

На следующий день Рик и Генри отправились к Дику, надеясь узнать у него что-нибудь о том незнакомце.

Приехав в мастерскую, Дика они там не обнаружили. Один из рабочих сказал, что его увезли в больницу с инсультом. Рик предложил Генри съездить туда, но Генри отказался, объяснив это тем, что Дику сейчас будет совсем не до них. Они решили поехать в библиотеку и порыться в архивах, дабы узнать, что произошло двадцать лет назад, почему это тяготит Рика, и что на самом деле скрывается за этими странностями. Как бы ни хотелось, но выяснить всё в мельчайших подробностях им бы не удалось, так как часть архива хранится в полицейском участке в секретных делах. Но, тем не менее, какое-то представление о произошедшем можно было бы составить.

Не мешкая, они отравились в библиотеку, которая находилась почти на окраине города. Библиотека была построена в одно время с основанием города. Ремонтировали её всего пару раз, поэтому выглядела она не самым лучшим образом. Как и ожидалось, краска на стенах была облуплена, а читальный зал почти не изменился со времён войны. Но всё же люди сюда приходили, потому что это место считалось единственным, где можно было найти подробную информацию о многих вещах. Кроме того, здесь было много художественной литературы в оригинальном исполнении. Зайдя в здание, Рик спросил у библиотекаря, где находится зал истории города. Женщина указала на зал под номером 3. Там хранился архив со всей информацией о «Night-Souls». Парни не стали мешкать и немедленно прошли в нужное им место.

– Что именно ты хочешь тут найти? – спросил Генри.

– Надо найти как можно больше информации по последним сводкам происшествий в городе за последние двадцать лет, – сухо ответил ему Рик и принялся листать разные папки с документами и книги. Но толку от них было мало. И, когда он почти отчаялся, вдруг обнаружил под папкой с названием «Перепись жильцов города 1986 г.», другую, более тонкую папку без названия. Местами она была порвана и помята, будто бы её хотели выбросить, как не нужную утиль, но так и не сделали этого. Рик открыл её и сразу обнаружил, что половины информации не хватает: листы были вырваны, целых фотографий не сохранилось, были только их обрывки, что намного осложняло задачу выяснить, что, в самом деле, на них запечатлено. Но всё же он принялся её изучать.

Тем временем Генри отправился в закусочную неподалёку, чтобы взять кофе и чего-нибудь перекусить, так как предполагал, что в библиотеке они проведут весь вечер. Он не успел дойти до закусочной, как увидел Рэйчел. Генри сразу ринулся в её сторону, но дорогу перегородил автобус. Когда он проехал, девушка исчезла. Генри подумал, что у него уже начались галлюцинации из-за, всей этой истории, и решил списать это на усталость.

Когда он зашёл в закусочную, принадлежащую Билли Расселу, сразу же подошёл к бару, заказал два больших кофе и четыре сэндвича с беконом.

Рик, продолжая изучать документы, наткнулся на интересную выдержку из газеты того времени под названием «Череда убийств в Night-Souls»:

«Члены некой сатанинской секты, действующей в окраинах города, стали похищать людей и использовать их в качестве жертвоприношения своим языческим богам. За прошедшую неделю исчезло три человека, двое из них найдены мёртвыми, их тела были изуродованы, черепа деформированы, а с лиц был снят скальп. Преступники пока что так и не найдены, следствие продолжается……» На этом месте статья обрывается, точнее, кто-то оторвал кусок от неё. Отложив статью, Рик начал рассматривать фотографии, точнее, их кусочки: на одном из обрывков он увидел пожар, точнее, горящий дом. Рик задумался и спрятал кусок фото в свой карман. Далее шли подшивки из дела. Но не успел он начать читать, как в зал зашёл Генри с едой и кофе. Отложив всё в сторону, они сели обедать. После обеда они собрали пару бумаг из дела о пожаре, который был запечатлён на фото, выдержки из газет и отправились домой.

Вечером того же дня Рики и Генри продолжили читать документы и сводки происшествий в городе. Изучая письма, Генри обратил внимание на одно из них. Адресантом была некая Кларон Уитнес. Развернув письмо, Генри начал внимательно его читать:

«Около двух часов ночи я заметила двух молодых людей возле дорожных путей. Они были в масках и тащили с собой какой-то мешок. Я сразу же вызвала полицию, но этих людей так и не нашли. С меня взяли штраф за ложный вызов. А через пару дней пропал мой кузен Арнольд. Я снова обратилась в полицию с заявлением о пропаже, но его проигнорировали. Когда я приехала домой, окна были разбиты, а дверь выбита. Посреди гостиной лежал мёртвый пёс, а над столом висела записка, написанная его кровью… Я очень испугалась и вновь вызвала полицию. Они приехали не сразу, после чего приняли новое заявление и завели дело. Я и сама начала проводить некое расследование, а когда узнала, кто эти люди, была повержена в шок. Это были…»

Генри внимательно рассмотрел данное письмо, но не нашёл имена виновников. Он отложил листок и пошёл на кухню. В это время Рик отлучился в уборную под предлогом плохого самочувствия. Через пару минут из уборной раздались истерические крики… Генри уронил чайник и кинулся к Рику. Открыв дверь в уборную, он увидел, что его друг лежит на полу, весь в крови. А на руках его были неразборчиво вырезаны имена, места. Генри поднял своего друга, умыл его и отвел в гостиную. Положив его на диван, он отправился за бинтами, но Рик не позволил ему перевязать руки, попросив его переписать всё, что на них было написано. Генри начал записывать. Шокол Стрит, миссис Уитнес, Артур Льюис. После того, как Генри переписал все имена, он перевязал руки Рику, уложил его отдыхать и продолжил копошиться в документах. Теперь он просматривал их с конкретной целью найти те самые имена, вырезанные у Рика на руках. После долгих поисков Генри наткнулся на одного человека, инициалы которого сильно походили на те, что были у Рика на руке. Рэдкольф Артур Льюис. Он был участником секты. Кроме того, Артур имел четыре судимости: первая за убийство жены, вторая за разбойное ограбление, третья за убийство тестя и четвёртая за торговлю наркотическими веществами. Ознакомившись с его биографией, Генри заметил, что он состоял на учёте в психиатрической клинике, а в годы окончания мировой войны занимался тайным оккультизмом в Германии, после чего был пойман и приговорён к пяти годам лишения свободы в колонии строгого режима.

«Если верить этим хроникам, он являлся основателем этой секты. Своими выходками он подставлял всех, вот и допрыгался. Что ж, если он являлся членом секты, которую сожгли, значит, по всей видимости, остальные, чьи имена на руке у Рика, тоже были её участниками», – подумал Генри.

Глава 12

Несколько дней       спустя. После того, как Рик оправился после очередного приступа, они с Генри ещё раз отправились в библиотеку, чтобы просмотреть запретные файлы и хроники о дне самосуда, точнее, им нужны были фамилии участников, но на вход в запретную секцию им было отказано. Недолго думая, Рик, решив совершить отвлекающий манёвр, начал кричать на всю библиотеку, что государство ограничивает его права даже в литературе. В этот момент Генри проскользнул в запретный архив и без особого труда нашёл то, что ему было нужно. Спрятав папку под куртку, он подбежал к Рику и принялся его успокаивать. Показательно схватив его за шкирку, он повёл друга к автомобилю. По дороге они заехали в закусочную, чтобы позавтракать и взять какой-нибудь еды домой.

– Мне кажется, тот, кто это сделал, явно хотел указать нам на тех, кто, в самом деле, виноват в похищениях и убийствах, а он сам не причастен к случившемуся. «Мы должны докопаться до правды», – сказал Генри.

– И что? Ну, узнаем мы правду. И что нам это даст? Он уже давно мёртв, как и все те, кто с ним был, – ответил Рик.

– Да… но вдруг мы найдём что-то, что откроет нам завесу тайны. Что, если не они должны были погибнуть, – задумавшись, ответил Генри, допивая свой кофе.

– Ладно, поехали. У нас куча дел. Дома нужно разбираться, а не тут сидеть, гадать, – Рик встал, оставил на столе десятку, они вышли из закусочной.

Глава 13

Уже был поздний вечер, на улице начался ливень. Гроза была настолько сильной, что создавалось ощущение того, что вот-вот из окон вылетят все стёкла. Они быстро добежали до автомобиля, но всё равно промокли до нитки. Когда Рик заводил машину, Генри предложил прокатиться до местного кладбища: у него были некие догадки, которые могли направить по нужному следу. Он сказал это Рику, эта идея ему особо не понравилась. Но что ж поделать, выбора у них не было.

– Дружище, включи печку, а то мы вообще сейчас задубеем, – сказал ему Генри.

– Да, конечно, что-то я задумался, – он повернул ручку, и в салоне не сразу, но начал циркулировать тёплый воздух, – что, если мы ничего не найдём, и вся эта несуразица – просто сон или бред? А, может, я вообще сплю и всё это – один большой кошмар, который до такой степени кажется реальным, что я даже не могу проснуться? Как думаешь? – спросил Рик с очень задумчивым видом, не отрываясь от дороги, которой ничего почти не было видно.

– Может, и так, но что поделать. Назад пути нет. Нам придётся довести это дело до конца. Мы с тобой прямо, как Шерлок и Ватсон, частные детективы в поисках того, не зная, чего. А, в конце концов, всё окажется проще, чем мы думали. Но сейчас это неважно. Надо найти хотя бы маленькую зацепку, которая хоть немного приблизит нас к разгадке, – ответил он другу.

Это уж точно. После того, что пережил Рик, ему просто необходимо было докопаться до самой сути, иначе он окончательно свихнётся, и его постоянным домашним интерьером станут белые стены.

Они были почти на месте. Весь оставшийся до их пункта назначения путь друзья молчали и слушали радио, на котором музыка играла через раз: видимо, из-за погоды радио не могло поймать нормальную сигнал, который и без того всегда был слабым. Ну что, хотели бедный, богом забытый городишко, который почти никто не посещал, а если и приезжали незнакомцы, то только проездом, переночевать и ехать дальше по своим делам. Вот он. Минуты через две они были уже на месте. Дождь почти прекратился, но совсем заканчиваться пока не собирался. Они вышли из автомобиля и почувствовали сырость и холод, пробирающие до костей. На улице наступала ночь. Они чувствовали страх, который не давал им решимости зайти на территорию кладбища, но через мгновенье, отбросив все сомнения, Рик взял фонарик, открыл ворота и зашёл первым.

Шагая по заброшенному кладбищу, друзья чувствовали странное, неприятное ощущение, которое давило на них. Будто вся их сущность уносится в один миг, не оставляя ничего святого и душевного. Будто их тела опустошаются, и вот-вот они упадут замертво. Пройдя пару могил, Рик посветил фонарём и увидел склеп, одиноко стоявший вдали от остальных могил. Вокруг него было столько деревьев, что казалось, что он ими оброс, а одна из веток и вовсе верхнюю плиту.

– Нам, наверное, туда, – сказал Рик. Генри ничего не ответил и молча пошёл за ним. Добравшись до того места, Рик оттянул ветки, пропустив друга вперёд, и протиснулся сам.

– Рик, тут какой-то подземный ход, помоги, он завален. «Надо разгрести камни», – сказал Генри. Рик положил фонарь на надгробие и начал помогать другу. Когда они разобрали завал, Рик пробил ногой деревянные доски, перекрывающие вход в подвал, и без лишних раздумий нырнул вниз. Генри схватил фонарь и прыгнул за ним.

Глава 14

В полном мраке даже при свете фонаря мало что можно было разглядеть, но, несмотря на это, друзья поняли, что находятся в катакомбах. Только, куда они вели, не знал никто. Друзья двигались медленно и осторожно, дабы балки не рухнули на них. Пройдя пару сотен метров, они обнаружили вагонетку. Посветив в неё, Рик отступился назад.

– Что такое? – подскочив к нему, спросил Генри. Но Рик молчал, лишь указывая на неё указательным пальцем. Генри заглянул внутрь и ужаснулся: в вагонетке лежал скелет… Видимо, это был один из участников секты, на его шее был странный медальон. Рик отдал фонарь Генри, и, закрыв лицо рукой, сорвал медальон.

– Посвети, – сказал Рик. Рик протёр его и увидел тот символ, который засветился в газетных выдержках, которые они видели в библиотеке.

– Мне кажется, мы на верном пути. Этот тоннель должен вести в место, где они проводили свои собрания. «Нужно идти дальше», – сказал Рик, выхватив фонарь у друга, и уверенным шагом двинулся дальше.

– Мы уже многое нашли. Может, вернёмся сюда завтра утром? Это место наводит на меня жуткие ощущения… Чувствую, просто так мы отсюда не выберемся. Тем более, ты ещё не совсем восстановился, – догоняя его, шёпотом ворчал Генри. Но Рик его не слушал, а уверенно шёл вперёд. Пройдя примерно метров пятьсот, они наткнулись на дверь. Вдруг Рика начало мутить, он упал на колени перед дверью. Генри подбежал к нему и хотел схватить его под руку, но не успел: он рухнул на землю.

Спустя час, Генри удалось привести Рика в чувство. Они дошли до машины. И Генри уже собирался сесть за руль, но Рик его остановил, настаивая на том, что поведёт машину сам.

Рик завёл машину и, как только они тронулись, почувствовал острую головную боль. Но он не обратил на это внимание и постарался сосредоточиться на дороге. Его зрение резко ухудшило фокус, в глазах начало мутнеть. Рик посмотрел на Генри, но тот уже спал. Не став его будить, он перевёл взгляд на дорогу, которую практически не было видно. Через долю секунды Рик совсем перестал различать, куда едет, и начал снижать скорость. Дальше машины видимость была практически нулевая… Удар. Машина влетела в столб. Удар пришёлся на место водителя. Генри еле вылез из автомобиля и, переведя дух, принялся вытаскивать своего друга, который был без сознания. Параллельно он вызвал скорую, которая приехала уже через десять минут. Вместе со скорой приехала и полиция. Генри дал показания и, взяв все документы из машины, отправился в больницу вместе с Риком, которого решено было немедленно госпитализировать.

Рик очнулся, но не в больнице. Он не понимал, что это было за место. Оно было похоже на старый дом, но было такое чувство, что здесь никто не жил уже много лет. Осмотревшись, Рик обнаружил фото, стоявшее в рамке, на тумбочке в спальне. Протерев его от пыли, он посмотрел на него и вспомнил тех самых братьев, которых сожгли. Получалось, что это тот самый дом, в котором они жили. Рик принялся его осматривать. В подвале он обнаружил потайную дверь, скрытую за шкафом с антресолями. Она была покрыта неизвестными для него письменами. Рик слегка толкнул дверь, и она приоткрылась. Он не решался туда зайти, но после недолгих колебаний ступил за порог. Рик очутился в знакомой пещере, точнее, уже по другую её сторону. Пройдя вперёд, он заметил, что с того времени, когда он был здесь последний раз, всё изменилось. Миновав несколько сотен метров, Рик обнаружил перед собой некие ворота, на которых так же были надписи, как и на той двери. «Ну вот, снова началось… Но в прошлый раз здесь этого не было. Как они появились? Уму непостижимо… Пора уже закончить это всё. Интересно, как там Генри? Когда проснусь, нужно будет обязательно ему обо всём рассказать… Ну, а пока что…» – Рик открыл ворота, и… Его дыхание замедлилось, он не верил своим глазам. Рик не мог собраться с мыслями: в его голове творилась абсолютная бессмыслица.

Генри решил зайти к лечащему врачу Рика, чтобы узнать о его состоянии после операции, так как к больному никого не пускали. Но врача не было на месте, никого не было. На секунду ему показалось, что он вообще один в больнице, что представилось ему очень странным. В тот же момент он почувствовал холод, пробежавший по всему его телу. Генри незамедлительно направился к палате Рика, но, открыв дверь, обнаружил только кровавый след, ведущий до потолка, и ничего больше… Он выбежал на улицу, вокруг был один туман. Ужас пробирал его до костей. Он направился на свет, горящий в магазине неподалёку, и, когда он добежал дотуда, его ослепила яркая вспышка…

Рик увидел, что перед ним стоит один из основателей секты, Джон Пэрис, точнее, его образ, а рядом с ним стоящие спиной вперёд Клэр и Кайл. Рик, не думая, побежал к ним, но какая-то неведомая сила не давала ему продвинуться дальше, чем на десять шагов.

– Теперь наступил тот момент, когда ты будешь принимать решения. У каждого есть выбор, но каждый вынужден стоять в очереди, чтобы его осуществить. Ну, что ж, теперь пришло время твоего выбора, Рик. Чего ты хочешь: всю жизнь пробегать от самого себя или, наконец-то, обрести счастье, вернуть семью и начать жизнь с чистого листа? – сказал Джон Пэрис.

– Что тебе нужно?! О каком выборе идёт речь?! Верни мне жену и ребёнка!! – крикнул Рик, всё время пытаясь пройти хотя бы на шаг вперёд. Джон молчал, он выдерживал паузу…

Рик, погрузившись в раздумья, не мог сообразить, что же такое на самом деле происходит. Он не мог сосредоточиться и рационально рассудить, ничего не лезло в голову. Но через пару минут Рик собрался и сказал в ответ Джону лишь одно слово:

– Семья.

– Смелый выбор, мистер. Да будет так, – ответил Джон и обратил свой взгляд на чашу, которая была наполнена тёмно-синей жидкостью. Через мгновение всё вокруг начало меняться. Яркая вспышка ослепила глаза Рика. Всё померкло…

Он вскочил с кровати в холодном поту, ему приснились уму не постижимые вещи, от которых шли мурашки по коже. Повернув голову налево, он увидел Клэр. И тогда ему в голову пришла мысль, что всё это был один сплошной кошмар. Встав с кровати, Рик направился в ванную, чтоб умыться. По пути он заглянул к сыну, тот крепко спал. Рик поцеловал его и пошёл дальше. Умывшись, он посмотрел на себя в зеркало и улыбнулся от мысли, что, наконец, всё закончилось. Возвращаясь обратно в спальню, он остановился возле часов: его смутило то, что они не шли. Рик подумал, что, наверняка, это из-за того, что в них сели батарейки. Он зашёл в спальню и лёг к жене. Поцеловав и обняв её, Рик снова уснул…

Глава 15

– Диспетчер, это сержант Аллиен, нам нужная срочная медицинская помощь. Тут машина попала в аварию, двое мужчин без сознания, кажется, мертвы. Вызывайте реанимацию, – сказал молодой полицейский.

– Принял, сержант, немедленно вызываю, – ответил диспетчер.

Спустя пять дней…

– Генри, как давно вы знакомы с Риком? Не замечали ли вы за ним что-то странное в последнее время? – спросил шериф.

– После того, как умерла его семья, он стал сам не свой. Этот алкоголизм… Он стал терять память, ему казалось, что его преследует какой-то человек. Постоянные галлюцинации. Он слал открытки, подарки, потому что думал, что жена и ребёнок уехали от него. Но всё это приходило мне. И сейчас эта авария… Я думал, что уже вот-вот, и всё наладится. Ведь он стал выходить из этого состояния. Перестал винить себя за то, что он убил их. Я ему много раз объяснял, что это несчастный случай, но он в это верить не хотел, – ответил Генри, сдерживая тяжесть, которая давила на него.

– Спасибо, сэр, – ответил шериф.

– С вашего позволения, я поеду. «А то похороны скоро начнутся», – сказал Генри.

– Конечно, сэр, – буркнул шериф.

Когда Генри приехал на похороны, гроб уже погрузили в землю. Он подошёл к нему и, стоя молча, просто смотрел. Вскоре, когда люди стали расходится, Генри кинул горсть земли и сказал Рику лишь пару слов: «Пусть земля тебе будет пухом, брат», – надел очки и направился в сторону автомобиля.

Послесловие

Все что происходит в нас, и есть самая жизнь она сковывает и отпускает нас в разные моменты, мы боимся, но продолжаем жить, потому что страх того, что нас не будет намного выше остальных, но не каждый справляется с такой ношей и не каждому это дано. В этом прекрасном мире есть все, что только можно или нельзя. Будьте справедливы и понимающе относитесь к каждой ситуации, какой она не была бы. И песни природы и мира помогут вам дойти до того, чего вы так хотели и желали любым способом, главное верить в него, в себя и своих близких…

… О ночь нежнее рассвета!

О ночь, что провожатой мне служила!

О ночь благая эта,

Что с Милым обручила

И в Жениха Невесту облачила!

И в сердце, что незримо

Лишь для него цветенье сберегало,

Лежал он недвижимо,

И я его ласкала.

Нам кедра ветвь прохладу даровала.

Там, под зубчатой осенью,

Его волос касалась я несмело,

А ветра дуновенье

Крылом меня задело

И чувствам всем умолкнуть повелело.

В тиши, в самозабвенье

Я над своим Возлюбленным склонилась,

И всё ушло. Мученье,

Которым я томилась,

Средь лилий белоснежных растворилось…

Один вечер

Александр стоял и молча смотрел в окно. Его не интересовал футбол, новости, листать «ленты» в интернете, нравилось стоять и смотреть в окно по вечерам. Он был часто один на один с самим собой. В голове проносились мысли – анализ, что он успел и не успел ещё сделать, как и почему повернулась его судьба. Правда, к конечным выводам он никогда не приходил. Холодный воздух задувал в форточку, и попадал ему в нос, понемногу резал горло, но это никак не отвлекало его от погружения в свои мысли. На улице проносились машины, кто-то на углу уже врезался и стала образовываться пробка, таксист вышел из машины и сразу принялся покрывать матом всех стоявших рядом людей. Да кому вообще, какое дело, завтра об этом и не вспомнят, а если и будут говорить, так это немногие очевидцы, ещё максимум, какой-то идиот выложит это в интернет. Александр потянулся левой рукой к чашке, она уже была пуста. Заваривать новую кружку кофе было неохота.

         Маленькая студия, примерно квадратов, тридцать в которой есть всё, что надо для одного человека, в такой, конечно, с семьёй не поживёшь нормально, но Александра особо не думал заводить семью, к слову, студия была не его, он арендовал; около трети зарплаты за аренду, другая на еду и пару тысяч на личные расходы, откладывать получалось не всегда, наверное, знакомая многим ситуация, в целом ничего нового здесь нет, при этом ему было хорошо. Александр чувствовал себя в покое, что никто не шумел, не доставал его вечными вопросами, но в какие-то моменты, он чувствовал одиночество.

         Он уехал от родителей, когда ему исполнилось девятнадцать лет, самостоятельность, о которой Александр так грезил, распахнула перед ним двери, ему предложили поработать в компьютерной компании, в должности администратора отдела по сборке комплектующих запчастей для ноутбуков. С детства Александр любил проводить время, лазая в железе, вот и ему сама «судьба» подарила такой билет на его будущую работу. Примерно через год Александра отчисляют с университета из-за частых прогулов, ему было не особо важно, что происходит в учёбе, в голове играла совершенно иные ноты. Учёба только лишь портила эту композицию, вслед за этим, повестка в армию, так как отсрочка сгорела. Отслужив, Александр вернулся, но компании, где он работал, больше не было, в университет вернуться тоже не было возможности, денег платить за коммерческое обучение, просто не было. Пришлось искать новую работу.

 Иногда наши стремления и желания сталкиваются, как «Титаник» с айсбергом, вместе с тем амбиции, как «судно» медленно, но уверенно начинает идти ко дну. «Шлюпки» – возможности не всегда есть свободные, либо кто-то уже занял в них места, приходится сильно попотеть, чтобы найти выход из такой ситуации, и оставаться при этом адекватным человеком, и не сойти с ума.

         Примерно полгода Александр отработал мойщиком автомобилей, в целом деньги платили неплохие, но что дальше? Потом в кафе официантом, ещё немного в офисе на охране, подкопил денег, вернулся на учёбу. Так он снова нашёл новую компанию по компьютерным запчастям, только на сей раз лучше, чем было. Отработав там ещё года два, пока не уволился из-за скандала; его обвинили в воровстве деталей, которые помогал ставить и сортировать, в целом так и было, но кто виноват, что иногда делали задержки по зарплате, как и многим сотрудником, конечно, самоуправство всё понятно, но Александр считал иначе, грезил тем, что помогает другим и себе зарабатывать сверху положенного. Он забирал, что неровно лежит, продавал через интернет-площадки. Имел при этом ещё небольшой сторонний доход, откладывал деньги на жильё, но деньги пришлось всё отдать, чтобы на него закрыли дело, деньги ушли зам. директору, который раскручивал всю эту «шарманку». Естественный отбор и круговорот в природе, только в данном случае круговорот финансовой деятельности, в целом ничем не отличимые от зверей. Каждый хочет загрызть кого-то, или поиметь. Ничего страшного подумал Александр, жизнь продолжается. Через время не стало отца, после, год спустя «ушла» и мать, возраст взял своё, так он и остался один на один со своей мечтой детства стать таким, чтобы все его узнавали, советовались, как символ мира технологий, к сожалению, он стал, как Pentium 4, который был выброшен или оставлен за ненадобностью. Взрослый человек, с ребёнком внутри, только ребёнок нужен для поддержания рассудка, а не для овладения разумом. Личная жизнь не особо его интересовала Александра, правда, она особо и не клеилась, пока все друзья отдыхали с девочками и куда-то ездили, он сидел дома копался в «железе», единственный момент на работе была одна девушка, Марина, которая покорила сердце Александра, но он не смог подойди к девушке. Со временем она нашла более решительную кандидатуру. Тогда он обозлился на неё, оставлял по офису оскорбительные записки, в которых упоминал её, никто так и не догадался чьих это рук дело. Марина через время ушла в декрет и так не вернулась на работу. Всё что оставалось делать Александру на этой Земле, так это смотреть в окно. Он не знал, себе места в этом мире, каждый день, как «день сурка», а может и того хуже. Обычный панельный дом, двадцать четвёртый этаж, съёмная квартира, если случайно упасть, шанс проснуться в больнице или дома, сведён к нулю, но это очень глупые мысли, такие точно ни к чему.

Он достал, бумажку, которая лежала сзади под его штанами слева. По правую руку лежал карандаш, стёртый, давно его никто не точил, да нужды как-то не было, сегодня просто вечер такой особенный, честный. «Прям повезло, что всё рядом», – подумал он про себя. На маленьком клочке бумаги уместились пару четверостиший:

***

Привет, мой друг, я так давно не заходил к тебе, мне жаль,

Что новый мир, так и не понял, но он уже погас во мне,

А этот день, да что за день, болезнь, работа и постель,

Метель окутала глаза, и крыша едет не спеша,

Я так устал, жаль мама так давно ушла, жаль я не слушал никого, отец ворчит, мне не хватает и его,

Прости ты жизнь меня, я пропустил урок,

Я мог бы, даже лучше стать, но не пойму лишь для чего?

Ты покажи мне знак, хочу тебя я понимать…

          Бумага, к сожалению, закончилась он не смог дописать что хотел, просто отложил в сторону листик, перевёл взгляд в окно; женщина, которая стояла ещё некоторое время назад на остановке, уже лежала на земле, вокруг скопление людей, непонятно, конечно, как это произошло, вот так всегда пару минут только ты отвлечёшься от мира, он уже подбрасывает свои «сюрпризы». А ведь только аварию растащили, снова какая-то «карусель». Надеюсь, ей вызвали скорую помощь, кто-то стоял, снимал, как по закону жанра, сегодня прям каждый второй оператор. Кроме того, как снимать и говорить ничего не умеют, да не и не хотят, безусловно. Лучше бы кто-то оказал ей первичную помощь, думаю там, никто не знает, как это делать. Интересует сегодня людей лёгкая слава, лёгкие деньги, хотят на всём поймать популярность, только так не бывает, само понимание лёгкости «ломает» человека ещё быстрее, но ничего скоро и эта мода пройдёт, может, нет, никто не знает.

         Александр потянулся к телефону, чтобы тоже сделать звонок медикам, а то вдруг никто этого до сих пор не позвонил. Батарея разрядилась, отложив телефон назад на стол, решил спуститься на улицу вдруг сможет чем-то помочь. Честно ему так хотелось. Сейчас это единственное желание на вечер, стать хоть на секунду полезным человеком этого мира. Он схватил куртку и побежал на лестничный пролёт, лифт не спешил, пока поднимется на 24 этаж пройдёт уйма времени, плюс ко всему не самые лучшие лифты стояли в таких домах, всё максимально дёшево, с лозунгом «доступное жильё для всех», чтобы не забывался кто ты, есть и откуда. Спустя примерно минут семь лифт соизволил приехать, ещё пару минут на спуск. Получается из Александра не самый лучший спасатель, точнее, не самый быстрый. Выбежав на улицу, скорая уже приехала, опоздал, его всего распирало от злости, что он снова опоздал где-то. Недолго думая, он решил побежать всё равно ко всем людям, видно, спешил не только Александр, машина реанимации, которая мчала к своим коллегам тоже не сильно следила за дорогой, через мгновение он уже лежал под машиной. Успел или опоздал? Люди не сильно заметили произошедшее, конечно, сразу Александра вытащили из-под колёс первые очевидцы, всё было нормально пару ушибов и синяков, но живой, на него накинулась разъярённая толпа, как «пиявки», которые увидели очередную жертву опущения, голодный народ, закалённый только своими старыми порядками, нежелающий в чём-то разбираться, им нужно было «крови и зрелища». Они кричали на него, что он не смотрит под ноги, какой идиот, куда летит? Что вообще он здесь забыл? Самый умный, что ли?

         Александр просто хотел помочь, по-настоящему и искренне, он встал, отряхнулся, послал всех куда подальше и ушёл в сторону дома. По дороге назад он вспомнил, что в доме есть магазинчик. Заскочил в магазин и купил пачку сигарет хотя завязал с этим давно, но сейчас был момент, когда это нужно, обычный вкус сигарет уже давно не переносил на дух, поэтому взял, пачку сигарет с ароматизированной кнопкой, так было менее противно. Прошло пару часов, все разошлись, Александр уже искупался, обработал все раны, снова сел на подоконник, закурил, взгляд вновь перешёл в окно, ему было плевать уже на то, что происходит во дворе. Ему было плевать на всё, что происходит в этом несправедливом мире, в руке тлела сигарета, а каждая затяжка была очень жадной, словно она последняя в жизни, докурив, потушил, бычок об обратную сторону подоконника, и направился в кровать, предварительно ещё раз обработав все раны. У него было желание проснуться где-то в другом мире не здесь. Мысли грызли его изнутри, лицо покраснело, голова раскалывалась, шум в ушах не на шутку разыгрался, может лёгкое сотрясение, заработал в тот момент, как машина на него наехала. Он не знает, проверится или помощь ему никто не предложил, только как «собаку», укравшую обед со стола, отчитали. Сейчас, главное, немного поспать и на работу.

         Будильник отбивает, как штык в 07 часов 20 минут, Александр не встаёт, будильник насаждает снова и снова, у него есть свой алгоритм проигрыша, через пару таких перезвонов будильник затухает. Соседи начинают бить по стенам, всё слышно, конечно, мало кто работает по субботам особенно в семь утра, плюс в картонном домике не скрыться от соседей, словно все живут в большой коммуналке, а их лишь отделяют перегородки в виде стен и этажей, всё слышно, на кого кричат, кто храпит, кто пришёл только домой, кто занимается любовью.

         Примерно несколько часов спустя, после того как соседи не достучались, дверь выбивают спасатели, хотя выбивают это слишком уж наигранно, просто толкают со всей силой, дверь вылетает с петель, ремонт самый дешёвый. Александр спит; точнее, возможно, он уже встал и куда-то ушёл в мире, котором так хотел проснуться, только «сосуд» осталась здесь в панельке, на уютной кровати на двадцать четвёртом этаже, обычном спальном районе мегаполиса, среди миллионов людей, спешащих от станции к станции, не всегда понимая, зачем они это делают, не обращая никакого внимание на окружающих, а главное, не обращают внимание на самих себя.

Собака

2 апреля 1901 года

Сегодня самый интересный день жизни, осталось пройти последний тест и тогда меня отправляют на вахту, обещали платить посуточно с момента моего отъезда на работу по 15 долларов за 24 часа, это хорошие деньги, еда есть, крыша над головой будет, значит можно откладывать, а по возвращению заживу хоть как-то нормальной жизнью. Конечно, огорчает один момент – напарника не нашли мне, но да ладно, одному будет тоже неплохо. Решил начать вести дневник и повышать свою грамотность письма, он станет моим компаньоном на долгие полтора месяца. Интересно, если я буду постоянно работать и писать, то может и время пойдёт быстрее?

Всё это была лирика, конечно же, но выхода у меня не было. Каждый в этом грёбаном мире пытается оторвать свой кусок и погибает, выбирать не приходится. Мне наплевать на всё это начальство, на их мерзкие рожи, запах вчерашнего бренди, который несётся из их пасти, когда выдают новые приказы своим рабам. Они посылают таких, как я, на такие вахты, получают с нас больше 1000 долларов, отдавая нам, как собакам, маленький кусок мяса. А что мы можем? Ничего, лаять на тех, кто кости тебе в будку закидывает, бесполезное занятие. Система беспощадна, она никогда не будет лелеять, только камнями бить по затылку или палками по хребту, дабы сохранить молчание. Улицы стали, как преисподняя, которая пытается забрать твою душу с самого рождения. Что-то я увлёкся в своих фантазиях. Надо проверить телеграмму с ответом от компании. Я вернусь к тебе позже.

4 апреля 1901 года

Привет, мой друг. Ну что ж, работа у меня в кармане, но рано радоваться, теперь надо быстро паковать чемодан и собираться на остров. Ребята, которые там работали, сказали, что это злостное место, в котором кроме диких зверей и вечного холода ничего нет, оно сводит с ума людей. Но всегда спасало, что людей было двое, каждый выручал друг друга и время шло быстрее. Что-то подсказывает мне глубоко внутри души – это будет не лёгкое испытание для меня, может тогда я пойму по-настоящему, зачем был рожден, Бог мне подскажет, как и где найти путь из этой суеты. Говорят, мне дадут винтовку, буду, как солдат, правда, жалкое подобие, конечно, в армию меня не взяли из-за недовеса, а что они хотели, если все мы живем в нищете, а мясо большая роскошь, как сказал начальник медкомиссии: «У этого парня даже нет мяса, посмотрите, если очень захотеть, можно его использовать как палку, чтобы отбиваться от врага», помню все тогда смеялись надо мной, мне оставалось всего лишь молчать и уводить взгляд от этих надменных тварей, тогда это был лучший выход из такой ситуации.

Раз за разом меня посещает моё «любимое» чувство того, что я мусор, которому вечно раздают приказы и кидают куда не попадя, ты не видел, как мешки с мукой перекидывают мужики на скалах, фасуя и отправляя по городам, чтобы потом высшие чины могли довольствоваться жаренными пирожками с печенью гуся. Ох… в животе свело, жрать хрен, чеснок с хлебом и жир мало приятно, но ничего, ничего, скоро мой выход будет, я тоже смогу ублажать свои потребности без лишних ограничений. Очень скоро.

Мой отец делал горшки, всю жизнь он делал мерзкие горшки, получал жалкие триста шестьдесят долларов в месяц, ему хватало еле-еле, чтобы нас накормить с матерью, а по пятницам ходил в паб и напивался до такого состояния с проститутками, которые имели все болезни мира, что после этого видел самого дьявола. Видно, демон разговаривал с ним, что после того, как он возвращался, мы с матерью получали от него такую взбучку, что становились ближе к звёздам. Однажды он пришёл домой с одного вечера, мать тогда, я помню, болела, она лежала на кровати, жар с преисподние пытался забрать её грешную душу, но так как отец вернулся с приёма дьявола, он решил добивать ещё от себя, мол, небольшое послание. Помню, как подбежал, чтобы его оттащить, но мне сразу прилетело в голову. Словно десятки птиц кружились надо мной. Я схватил палку, которой он выравнивал горшки перед окончанием работы, к сожалению, в момент взмаха меня поймали и тогда эта палка пошла работать в обратном направлении, сам дьявол меня покарал за мои действия и мысли. Он хлестал её, потом меня, при этом прикрикивая, что мы виноваты в его поганой жизни. В эти моменты мне представлялось, что однажды, когда я вырасту, он ответит за все свои действия и слова, а сейчас приходилось лишь терпеть.

Знаешь, друг, мне так лестно, что с тобой познакомились, приятно, когда тебя могу выслушать и понять, спасибо тебе за это. Позволь, я продолжу повествовать тебе свою историю. Мне даже ответы не нужны, главное слушай.

Я похоронил мать в 1882 году. Её сердце не выдержало такой жизни, было не раз, когда она сама на себя хотела наложить руки, но почти во все моменты словно Бог мне подсказывал, я видел это и пресекал. Получалось однажды предотвратить это, но как-то раз ночью, видать, просто уже не было у неё сил или её миссия здесь была окончена, она просто не проснулась – очень лёгкая смерть. Всё время думал, что она заслужила так легко уйти от нас. На небесах её ждали другие дела, более важные, чем тут. Надеюсь до сих пор, что там ей хорошо.

Через три года отец тоже наложил на себя руки, правда не специально, контракт с дьяволом, видимо, начал вступать в силу. Он умер от лихорадки: пьяный, грязный и вонючий. Местный доктор сказал, что возможно он от кого-то заразился, думалось мне, что от какой-то своей очередной шлюхи, которая брала и совала его член везде, где только можно, ублажала эту мразь, которая только причиняла всем боль. Мне было всё равно в тот момент, ни одной слезы не пошло с моей щеки.

Образование мне никто не дал после того, как не стало моих родных, меня взял к себе жить местный хозяин паба. После того, как не стало матери я у него подрабатывал подсобщиком, расставлял пойло и фасовщиком. Это был излюбленный бар отца и его демона. За хлеб и койку я продолжал делать ровным счётом то же самое, наблюдая каждый день за мужиками, которые проклинают всё на свете, чтобы забыться приходят сюда и напиваются до чертей, вызывают самых дешёвых и мерзких проституток, только не себе, а своим демонам, которые искусно ими управляют. По ночам, в свободное время от работы, я учился письму и чтению, чтобы в дальнейшем найти работу, которая позволит не видеть эту грязь и мусор. Это была моя мечта юности, в 18 лет покинул свой город, накопил на билет и переехал на север. В целом ожидал, что такие, как я, никому не нужны, работал чистильщиком обуви, барменом в пабе и прочих местах, которые так и обливались запахом алкоголя, дешёвых плотских утех и крови. Спустя несколько лет мне выпал джек-пот, как тогда я считал, меня взяли к господину, который дал мне комнату, вместе с ним следили за его хозяйством, так было несколько лет, пока я не узнал, что у него туберкулёз и он скоро умрет. Заболеть той чумой в раннем возрасте мне не очень хотелось, и так однажды ночью я собрал все свои вещи и покинул его дом, не оставив даже записки, что было с ним не интересно, в любом случае, нас всех ждала одна и та же участь. И вот спустя несколько месяцев нашёл эту сомнительную контору, которая занималась тем, что отсылала на остров таких, как я, словно мешки с мукой, честно, мне было плевать. Деньги такие в городе нынче мало, где найдёшь. Вот вроде и всё, теперь ты точно мой настоящий друг, который знает обо мне больше, чем кто-либо на этом проклятом свете, но да ладно, дела не ждут, увидимся позже, друг.

12 апреля 1901 года

Так давно сюда ничего не записывал. Надеюсь, ты не обижаешься на меня, был очень занят, все дни прошли в суете, которая никак не могла угомониться до самого моего отплытия. Мы в море уже второй день, оказывается, у меня есть морская болезнь, никогда не подумал бы, что такое тоже бывает. Иногда я просыпаюсь от того, что меня несёт по всей каюте, вещи летают из стороны в сторону, но во всём есть и свои плюсы, когда я первый раз попал на камбуз, то очень поразился. Никогда не видел столько еды. Всё, что решил делать до прибытия на остров, как можно больше набивать своё брюхо: горячее жаренное мясо, различные фрукты и прочие лакомства, при виде всего желудок сводило напрочь, невозможно устоять перед таким, многие блюда и продукты я отроду не пробовал. Как-то вечером за общим столом мне рассказывали про остров, чем занимаются там и что там есть. Каждый, кто туда приезжал, оставлял книги, поэтому, думаю, скучать не придётся, а повышать мою грамотность есть куда, тем более если я собираюсь двигаться дальше. Также у меня есть ты, друг мой, с тобой я точно скучать не буду. Ещё там сделали мешок в виде мяча, можно себе попинать, если хочется разгрузиться.

Вчера, когда мы обустроились, за ужином меня угостили бренди, настоящий бренди, это не то пойло, что продавали в нашем пабе, с двух рюмок я охмелел напрочь. Мы со всеми познакомились ближе, собирались за столом один раз по вечерам, в остальное время за едой каждый приходил отдельно. Также, пока мы добираемся до острова, решили не халтурить и тоже помогать команде с разными рядовыми задачами, делаю что умею и учусь одновременно. А по вечерам слушаю настоящие байки моряков про девок и поход в море. Могу сказать так, пока меня устраивает абсолютно всё. Люди другого сорта, у них есть чему поучиться, но в то же время в них живёт своя чума.

Ну что ж, друг мой, надо идти на ужин. Не скучай, скоро вернусь к тебе.

16 апреля 1901 год

Я приехал на остров вчера. В последний день до прибытия на судне была попойка в честь того, что мы дошли без происшествий.  Мы пили так много, что мне казалось я видел того самого дьявола, который приходил к моему отцу, но в этот момент меня ничего не останавливало, чувство свободы и непринужденности, наверное, на мгновение переоделся в его шкуру, того тирана, а между тем травили байки и просто делились тем, что знали до этого. Я чувствовал себя частью команды, частью чего-то больше, чем парень на побегушках, которого везде кидали и шпыняли, как пса. Это было незабываемое действие, буду прокручивать его в голове на протяжении всего времени, пока буду тут. Капитан рассказал историю про то, как однажды он снял двух девок, и они его так обхаживали, что он не смог и минуты устоять вместе с ними. Я тоже так бы хотел. Все картинки играли в голове яркими красками, а дьявол подливал мне ещё больше огненной жидкости. На момент мне показалось, что мне он предоставил контракт на мою душу, но это была ещё не стадия его подписи, да к тому же он меня не заберёт. Я не отец и в его игры играть я не намерен.

Ребята, которых я поменял, отнеслись ко мне с уважением, это главное, наверное, они такие, как я: отбросы этого мира, которые никому не нужны. Показали мне, где еда, книги, дрова, инструмент, склады, где стоит общая винтовка, правда, на неё было всего два патрона, но я думаю на острове, где даже птицы неохотно садятся на землю, мне она ни к чему, но чувство того, что я защищён мне нравилось, здесь я был хозяин. Это мой остров, и я на нём командую. Они передали мне журналы ревизии и отчётные листы, сказали, что возможно приедут высшие чины, которым понадобится то, что лежит на складе, что там? И, конечно же, я совершенно не верю тому, что кто-то сюда приедет зачем-то. По поводу того, что было в ящиках мне пояснили, что это не моего ума дело и лезть туда не надо, настаивать не стал. Ящики и бочки были покрыты свинцовыми пломбами, их огибала леска и вернуть пломбу назад или её сорвать было невозможно. Всё это делалось в целях безопасности от воровства. Мне было не особо интересно что там, лишь играло небольшое чувство азарта и интереса, но да ладно, у меня тут масса забот. Видит Бог, я тружусь и за это получу свою награду. Сегодня надо обустроить всё для удобства. Мужики даже гуталин для обуви оставили и щётки с тряпками. Надо сегодня наколоть дров и воды себе наносить, чтобы ванну приготовить, да уху наварить. Мне рассказали, здесь можно и рыбачить, рыба клюёт в это время. Только рыбачить я не умел, но никогда не поздно познать новые навыки.

Деревянный домик из бруса и досок, в котором я жил, больше походил на хибару или сторожку, внутри ровно два стула, две кровати, один стол, камин и ванная, на кухне один шкафчик. Почему-то столовых приборов семь, может иногда тут и в гости чайки залетают – смешно.  На кровати было трое шерстяных одеял, они могли согреть твою грешную душеньку в морозы или грозы, которые здесь почти каждый день, солнца не предвиделось и в помине, лишь на праздники. Моя шинель, которую выдали, местами была поедена молью, для них это деликатес. Жаловаться не приходится, всё казённое и выданное.

Ладно, надо идти проводить первый обход, да готовить себе ванны и постель, наварить еды и, может, вечером к тебе вернусь, друг мой.

Вот и вечер подошёл, время пролетело, на удивление, быстро, впрочем, оно всегда идёт быстро, когда занят делом, обход прошёл более, чем удачно, склады в порядке, только мороз ужасный, пока я сделал внешний обход, моё лицо превратилось в кусок льда, если к нему приложиться, оно бы с удовольствием треснуло и распалось. Сдаваться я не собирался, зашёл на склад, пересчитал весь груз, который был. Потом решил, надо и дров себе наколотить, перчатки не помогали, но дрова были нужны. Ничего не спасало, это вечная тьма, которая воцарилась на улице, окутала меня своей пеленой полностью, словно глотка дьявола меня поглотила. В хате огонек в спиртовке только лишь спасал меня от этого, мысли начинали спутываться понемногу, прошёл один день и так не по себе, но ничего, сейчас поедим и сразу в койку надо, на утро приму ванны. Согласен со мной? Мне сказали, тут есть припасы – пара бутылок бурбона под этой хатой, я могу им пользоваться, но я не хочу. Просто нельзя такое, когда ты один, а то действительно будешь упиваться самому дьяволу и невольно он заставит тебя подписать его контракт. Бог меня хранит.

Доброй ночи, друг мой.

18 апреля 1901 год

Приветствую тебя, дорогой, сделал сегодня обход и принял ванны. Знаешь, местность здесь такая, что почва словно прячет мертвецов, картошку точно не посадишь. Мне становится не по себе, думал, что каждый день смогу с тобой общаться, но, как видишь, не получается, я прихожу и сразу валюсь с ног, ничего мне не помогает, грешные мысли в голову мою лезут, хоть и мужики говорят, что чем больше устаешь, тем меньше и думаешь, со мной такое не работает. Друг, помоги мне продержаться в этом Богом прокажённом месте и убереги меня. Решил, что надо молиться каждый день, тогда, думаю, свет будет на моей стороне, иначе не смогу, что ж поделать. Знаешь, открыл для себя книгу, она про философию, читал её вчера всю ночь. Там было, что всё в наших умах грешных, добро всегда побеждает. Я не верю в эту чепуху, потому что люди, из-за которых мы здесь, которые кидают нам кости, никогда не могут быть чистыми и светлыми, уж тем более «честны на руку». Не знаю, может настолько сильно я зациклен на этом и это неправильно, позже меня будет ждать наказание, но всё, что я хочу – справедливость в любом её проявлении, она должна победить. Понимаешь ли ты меня? Знаю, что понимаешь, просто молчишь, ладно, моя голова сейчас взорвётся, надо ложиться.

19 апреля 1901 год

В моей голове царил хаос. Я не знаю сколько проспал, но за окном также темно, пошёл дождь, страшно выходить туда, но обход надо сделать, как думаешь, Друг, стоит ли рисковать в такую погоду или ничего не случится, может переждать пару часов? Я пишу и смотрю, как сверкает молния, которая так и хочет ударит в стекло, а после по мне, острову не нравится наше присутствие здесь. Ощущения были самые неприятные сначала, а сейчас ещё хуже, как загнанная собака – это моя будка я в ней и умру. Возле камина стояла винтовка и рядом лежал маленький топорик, обе вещи, думаю, нужны совсем не по назначению, а лишь отпустить любой грех той души, которая сюда заплутала. Я сейчас лежу на полу и общаюсь с тобой, друг мой, с тобой, когда же закончится этот дождь и вахта…

20 апреля 1901 год

Вот завтрак себе сготовил – два яйца и тунец в консервах, хочется отметить, что консервы тут отменные, прям наслаждение какое-то, дождь уменьшился, но очень сильно раскачал море, оно не спокойное, знаешь, может море показывает меня? Это ли подсказка, надо в любом случае на обход, больше лежать нельзя, голова стала меньше болеть, но чувство тревоги меня не покидает, не понимаю. Хочется думать, что Бог говорит со мной, хочется… Так, я на обход, ты погрейся тут за меня, на обед суп из шпината.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.