# К морю, или Событие на планете Би

Валентин Ольгертович Бируля

Более трёхсот лет назад на земле произошёл качественный скачок практически во всех научных сферах. Это позволило открыть принципиально новый способ передвижения в пространстве. Тогда же была обнаружена очень схожая с Землёй планета БИ-085, что находится сравнительно недалеко в созвездии Ориона.

К морю, или

Событие на планете «Би…»


Полная версия


Аннотация


Молодая пара отправляется с исследовательской миссией на другую планету и принимает решение остаться там навсегда. У них рождаются сын и дочь. Когда детям исполняется девять лет, волею случая семья оказывается на необитаемом континенте, где и начинается невероятная история.


Все вещи, близкие и далёкие, незримо связаны бессмертной силой. Нельзя сорвать цветок, не потревожив звезду.

Фрэнсис Томпсон


Пролог

Более трёхсот лет назад в истории человечества произошёл качественный скачок во всех научных сферах. Элемент Q-19 и изучение квантовой запутанности помогли разгадать удивительное явление, при котором связанные частицы могут передавать информацию практически мгновенно. Это открыло принципиально новый способ передвижения в пространстве без каких-либо ракет и буквально в одночасье возвело наше сообщество в статус цивилизации второго типа. Тогда же была обнаружена очень похожая на Землю планета в созвездии Ориона, находящаяся сравнительно недалеко. Её назвали БИ-085. Размеры этой планеты в 14 раз больше земных. Её моря и океаны гораздо глубже, а горы выше. Огромные участки суши и множество прилегающих островов поражают цветущей красотой и разнообразием форм. Живописные материки окружены мелководными зонами – чарующими шельфами с глубинами, не превышающими 100–200 метров. Самые большие территории расположены в Южном и Восточном полушариях. Приятная, насыщенная кислородом атмосфера на 97% схожа с земной. Богатый животный и растительный мир наводит на мысль, что здесь, возможно, когда-то существовала разумная жизнь, но в настоящий момент ни на планете, ни в окружающем её пространстве ничего подобного не наблюдается. Сравнительно недавно люди начали заселять новую планету. Строятся первые города, заводы, порты и космодромы местного значения, поэтому она изучена не полностью. Пока освоены лишь три крупных материка; остальные территории – в основном закрытые неисследованные заповедники. Несмотря на огромные размеры, сила притяжения на новой планете немного меньше земной. Жить здесь легко, а если постараться, можно подпрыгнуть почти на метр.


Часть первая

В путь

Глава 1

Аплодисменты


– И… стоп! Так, дети, внимание! Начали, и… стоп, стоп! Ещё раз, точно, и все вместе, и… Стас, почему крутишься? Сядь нормально и не дёргай девочек за косы.

– А он принёс в класс своего белокрылого Мышана! – кто-то предательски кричит визгливым голосом с задней парты.

– Что? Что? Не слышу! – нервно морщась, переспрашивает учитель. – Не отвлекайтесь, соберитесь! Эту песню я разучивал давным-давно в детском саду, когда жил на планете Земля, – рассказывает он мечтательно, с оттенком светлой грусти, отрешённо глядя в окно на пролетающие в воздухе машины. – Со второго куплета… Нет, с первого – фа-бемоль мажор, пожалуйста. Вступайте разом, синхронно. В готовности поднимает руки. – Это вам не математика, не программирование, не физика с её вечно вычисляющими формулами мироздания. Музыка – это основная, самосозидающая величина! Поймите, здесь нужна точность, вы должны вступить одновременно! – говорит он уже с серьёзным выражением лица, крепче сжимая дирижёрскую палочку. – Сконцентрируйтесь, прошу тишины, и… Стоп! На задней парте, успокойтесь! Аня, не показывай язык, я всё вижу! Вторые голоса, не завышаем, прошу – до-бемоль мажор.

Вдохновенный Себастьян Доремидонтович – уважаемый школьный учитель пения, заслуженный дирижёр первой ступени. В свободном сером костюме, с тонкими компьютерными очками на приподнятом носу, с пышной седой причёской и густыми белыми усами он очень напоминает земного учёного Эйнштейна. Прирождённый педагог решительно утверждает, что ноты летают в пространстве и своей вибрацией создают весь окружающий мир. Мы их не видим – они очень маленькие, божественные песчинки энергии, – но зато слышим. Позитивные музыкальные звуки необычным образом меняют ДНК человека, животных и даже растений в лучшую сторону. Наш мир – это гармония вибрирующих струн. Вот так! – уверенно нажимаю клавишу Ре бекар в басовом ключе. Его веснушчатое лицо умилённо лучится сиянием неопровержимой истины.

– Сегодня последний урок, начинаются каникулы. Давайте проведём занятие достойно, – преподаватель удовлетворённо вздыхает и, собравшись, начальственно стучит длинной деревянной палочкой по пюпитру.

– Приготовились, allegro ma non tanto (быстро, но не слишком), вступаем! – неуклюже пританцовывая, он активно размахивает дирижёрской палочкой и звонко подпевает:


У синего моря,

Где бушуют бураны,

Жила там девчонка

С именем странным…

– Молодцы, молодцы! Очень даже хорошо. На сегодня урок закончен, всем пятёрки! Господа дети, вы свободны. Хотя, подождите, не шумите, дайте сказать… Что я ещё хотел сказать? Забыл… – опускает поднятую руку. В классе начинается суета, шуршание нотных тетрадей, завершающее щёлканье мышек, жужжание автоматических застёжек-молний. Острым кончиком дирижёрской палочки учитель почёсывает ухоженные усы и вспоминает:

– А-а… Я совсем ничего не хотел сказать. Бережно заворачивает в бархатный платок драгоценную палочку, которой сильно дорожит и никогда не использует как указку. Это памятный подарок с Земли. Аккуратно кладёт её в длинный пенал из красного дерева. Пенал закрывается и меняет цвет на строгий чёрный. На верхней крышке, словно невидимой рукой, кто-то выводит гвоздём: «Ларец закрыт».

– Идите домой и не делайте уроки. Играйте, развлекайтесь, отдыхайте! До-ре-ми-фа-соль-ля-си…

Ученики слаженным хором, словно выстреливая, отвечают заученной кричалкой:

– Кошка села на такси! Стас, качаясь из стороны в сторону и изображая рок-гитариста, вдохновенно «запиливает» на незримой гитаре. Любопытный Мышан, высунув голову из рюкзака, внимательно осматривается, усердно шевеля чувствительным розовым носом. Аня радостно играет двумя руками на фортепиано торжественные мажорные аккорды.


– Бам!

– Бум!

– Брам!


Чей-то визгливый, как аварийная сирена, гипертрофированный голос прорезает пространство класса. Дети ликуют: прыгают, подбрасывают учебники, портфели и ранцы к потолку, стараются перекричать друг друга. – Ура-а-а-а! – Каникулы!! – Свобода!!!

– Ребята, – непринуждённо обращается Себастьян Доремидонтович, – не забывайте, летом будет работать школьный лагерь, хоровая студия «Квинта». И, пожалуйста, выучите эту песню на память. Повернувшись к классной доске, он крупными размашистыми буквами пишет в центре: «КА-НИ-КУ-ЛЫ…» – но поставить восклицательный знак не успевает.

Вырвавшийся на свободу предприимчивый Мышан неожиданно взлетает, ловко выхватывает мел и, победоносно разводя крылья, садится на пюпитр. К разноголосым нечленораздельным звукам прибавляются одобрительные аплодисменты.


Глава 2

Прекрасная теория


Наша дружная семья давно живёт на планете БИ-085. Уже лет десять, как мы с женой Нэт (её полное имя – Наталья) благодаря чудесным технологиям переместились сюда с Земли. Здесь родились наши дети, они называют супругу Тата. Почему именно так – неизвестно; одним словом, настоящее таинство.

Тата – молодая кареглазая брюнетка спортивного телосложения с привлекательными женственными чертами лица. Её длинные прямые волосы постоянно преображаются в разные модные причёски. Всегда безупречно выбранный гардероб, множество нарядов – даже те, что шьёт сама в свободное время, – сидят на ней великолепно. Зимой на ледяном катке ей нет равных: супруга с лёгкостью исполняет сложные элементы фигурного катания, включая «эффектную ласточку». По специальности она музыкант, преподаватель фортепиано. Первые два года на новой планете работала старшим лаборантом, но позже, по зову сердца, вернулась в родную стихию – в центральную музыкальную школу «Вдохновение».

Сын Станислав – ему уже девять лет – спортивный симпатичный мальчишка с короткой стильной стрижкой. Не по возрасту любознателен, склонен к логическим выводам, отлично разбирается в сложных компьютерных программах. В свободное время обучает ИИ (искусственный интеллект), плетёт нейросети – куда же без этого! – в технике демонстрирует чудеса электронного Зазеркалья. Вчера прошёл трудную, запутанную стратегию «Фрактальный лабиринт Планка» до конца и получил приз – доступ к государственному серверу с последними техническими ресурсами «AI-019». Всегда что-то конструирует, а ещё часто играет с друзьями в волейбол.

Доченька Анечка – красавица с длинными волосами карамельного оттенка, младше брата почти на год. Весёлая, озорная, занимается дизайном, ходит на танцы и прекрасно рисует. Утверждает, что умеет печь заварные рожки и делать лучший в мире крем. Обожает нашего кота Мурзика, любопытного Мышана и не забывает укладывать кукол спать. Оба ребёнка хорошо учатся и посещают музыкальную школу по классу фортепиано и гитары. Планета другая, а музыкальные инструменты такие же, как на Земле.

Меня, несмотря на многочисленные звания и регалии в научном мире, сотрудники и друзья чаще зовут укротителем пресмыкающихся или просто Профессором. Хотя на самом деле я – доктор, да, доктор наук в области внеземной археологии. С удовольствием работаю в исследовательском институте «Поиск» при местном краеведческом музее. Если честно, мы планировали задержаться на этой планете один сезон, не больше, но влюбились в красочный заповедный мир и решили остаться навсегда. Как-то само собой затянули интересная работа и увлекательные дела. Количество людей, прибывших с Земли и рождённых здесь, растёт с каждым днём. К тому же мне предложили приличную зарплату и трёхуровневую 13-комнатную квартиру в центре растущего припортового мегаполиса «Сфера», на невысоком 38-м уровне. Выделили большой садовый участок, где супруга выращивает вкусные сезонные фрукты и овощи. Иногда земные арбузы достигают невероятных размеров – около метра в диаметре.

Дети в школе, жена – в музыкальной, а я жду служебную машину дома. Выхожу на просторную стеклянную лоджию – в современном мире это не только уголок для созерцания, но и парковочное место для летающего транспорта. За окном начинается дождь, плотная тёмная туча плавно закрывает небо. В прекрасном расположении духа я подхожу к бару, наливаю титанировый сок, который отжимают из местных плодов титаниры. Вспоминаю, когда в последний раз спускался на лифте, и зачарованно смотрю в окно с высоты 38-го этажа. Извилистые струи дождя стекают по стеклу вниз, удивительно искажая сияющий огнями мегаполис.

Моё небритое (уже почти два месяца) тридцатитрёхлетнее отражение в блестящих компьютерных очках не очень гармонично вписывается в модерновый городской пейзаж. Зато на работе, среди древних музейных экспонатов, мой грубый заросший облик напоминает вдумчивого неандертальца и смотрится отлично. Раньше я всегда был тщательно выбрит, а тут перед отпуском решил отпустить усы и бороду – так, от нечего делать. Чёрные длинные волосы закрывают красивые уши, свободная причёска и тёмно-зелёная рубашка в разводах тоже слегка отражаются в запотевшем стекле.

Ультрасовременные небоскрёбы в основном монтируются промышленными роботами по новой технологии. Такая сборка из высокопрочного пористого пластика напоминает конструктор «Альфа 10-01». Каждый блок содержит провода, множественные разъёмы, нагревательные и охлаждающие приборы. По этой причине батареи отопления, трубы, кондиционеры, розетки, холодильники и другая техника не заметна.

Пасмурное небо хмурится, чёрное мокрое одеяло плавно наползает на город. На оживлённых улицах биолюминесцентные деревья начинают качаться на ветру, излучая приятный свет, помогая прохожим ориентироваться в темноте. Днём дерзко отбрасывают зыбкие тени, даря приятную душистую прохладу. Многосекционные автобусные поезда тёмно-зелёного цвета извиваются, перелетая с уровня на уровень, словно сказочные змеи. А тяжёлые бетономешалки, раскрашенные в жёлто-чёрные полосы, подобно трудолюбивым шмелям, стремительно лавируют в беспрерывном нескончаемом потоке и совсем не жужжат.

Темнеет, звучат небесные раскаты грома. Зигзагообразные молнии подгоняют прячущихся пешеходов, высвечивая плоские защитные от дождя зонтики-диски, парящие над головами. Далёкие башни и ближние дома поспешно зажигают бесчисленные огни. Размытые очертания колеблются, магически искажаясь. Густонаселённый портовый город преображается на глазах, величаво плывёт в мокром искривляющемся пространстве.

Тёплый грибной ливень, какой бывает редко, усиливается, и кажется, будто здания, как живые растения, радуются, набирают воду впрок, усердно смывая городскую пыль. Вот такое мокрое утро.

Говорят, что эту красоту создаёт чудотворный взгляд Всемогущего Наблюдателя. Из глубины тёмного космоса он проницательно смотрит в пустое пространство, порождая всё сущее. Прекрасная теория… но кто знает, как всё обстоит на самом деле?


Глава 3

Музейные экспонаты


За окном становится светлее. Белые перистые облака уже полностью открыли чистое синее небо. Последние тягучие капли дождя летят мимо высоких окон, повышая и без того приподнятое настроение. Да-да-да, завтра начинаются каникулы, а через четыре дня я ухожу в отпуск. Скоро уроки в школе закончатся, мои дети, озорные третьеклассники зайдут ко мне на работу. Мы вместе полетим домой, – на-на-на, – душа поёт весёлые песни. Счастливо вздыхаю, сидя за полукруглым рабочим столом в удобном светло-коричневом кресле из новейшего кожзаменителя. Вокруг, как обычно, царит творческий беспорядок, зато всё под рукой. Рисую в разлинованной электронной тетради лазерным карандашом зубастого динозавра. Удачные варианты простым касанием переношу на большой трёхмерный экран, добавляю цвет, звук, движение. Те, что нравятся, оживляю.

Мой просторный офис, который я занимаю практически полностью, находится на 56-м этаже. Это родной кабинет при зоологическом музее и центральная лаборатория размером со стадион. Высота потолка – двадцать метров, что позволяет выращивать большие кусты, папоротники и карликовые деревья, упирающиеся в стеклянный свод. Тут и там бродят механические копии давно вымерших животных этой планеты, приглушённо и очень достоверно звучат голоса прошлого. Почти все гиганты созданы в натуральную величину: рычат, обнюхивают травы, цветы, плоды, но не едят. Их питание – электричество. Чувствуя голод и необходимость в энергии, они встают на площадки скоростной подзарядки. На полу разбросаны уникальные инструменты, белые пластмассовые кости, выкройки лохматых и гладких шкур, тюбики с клеем, катушки светодиодной проволоки, кевларовые нитки и классические плоскогубцы – куда без них. В незаконченных экземплярах частично виден металлический каркас, зелёные пластинки интегральных микросхем, блоки «ИИ» размером с зёрнышко, резиновые мышцы, сверхпрочные сосуды, живые нитевидные волокна тоньше волоса, микроскопические двигатели.

Чуткие искусственные глаза в стеклянной колбе моргают, сужают зрачки, реагируя на малейшее изменение света. Временами из глубокого подковообразного бассейна с голубой водой, стилизованного под лесное озеро, выглядывает пятнистая голова гигантского ската. Сонная рыба широко зевает, сочувственно подмигивает и, снисходительно цокнув рыбьим языком, плавно погружается, заваливаясь на спину.

«На обед не пойду, лучше искупаюсь и отдохну», – рисуя в голове радужную перспективу, смешиваю коричневый цвет с красным.

Девяносто семь процентов кабинета занимает густой тропический лес, имитирующий древнюю атмосферу планеты. Готовые экспонаты гуляют, прокладывая извилистые непредсказуемые тропинки среди зарослей. Искусственные насекомые, бабочки, птицы взаимовыгодно обогащаясь делят пространство с настоящими обитателями. Люблю ходить в этом лесу, встречая милых эрриотов, хищных динозавров, плотоядных камохонторов и лупоглазых палеоботрахусов. Срываю спелые плоды, наслаждаясь редким вкусом, мечтаю о счастливом будущем, размышляю о смысле жизни – здесь так хорошо. Механические животные моргают, внимательно сопровождают меня изучающими взглядами, медленно поворачивают головы, что-то мычат, синтезируя человеческие и неизвестные звуки. Иногда, просматривая записи с камер наблюдения, ловлю себя на мысли, что они живут собственной жизнью, но скрывают свой мир. Музейные экспонаты плодотворно общаются между собой, совместно исследуют просторы лаборатории. Самые любопытные подолгу смотрят в окна, провожают испытующим вопрошающим взглядом полёт машин, птиц и идущих по тротуарам людей. Замечательно было бы узнать, о чём они думают в этот момент.

На стенах с одной стороны висят портреты знаменитых учёных, с другой – рисунки древних животных и механические часы, собранные по старым чертежам. Вместо кукушки нежно кукует грубоватый лохматый птеродактиль. Я собирался поменять звук на яростный рёв, но дети сказали: «Не стоит, так прикольно, особенно когда он смущается, теряется, путает текст и начинает заикаться».

Редко бывает такое хорошее настроение, как сегодня, и всё получается. По радио играет красивая ободряющая музыка. Рука плавно ведёт лазерную кисть, и длинная мощная челюсть древнего животного обретает хищные очертания. Творческий процесс идёт уверенно: вчера привезли новые артефакты, древние окаменелости, неплохо сохранившийся скелет. Пытаюсь воссоздать образ зверя по останкам, определить, что это за вид. Компьютерная программа дорисовывает крокодилоподобную морду. Тело похоже на представителя вымершего подсемейства крупных нелетающих птиц. Недостающие детали уже допечатывает 4D-принтер, и я следую строгой, упорядоченной последовательности сборки. Подхожу к массивному трёхметровому макету, замыкаю основную цепь. Вставляю в тёмные глазницы силиконовые камеры-глаза, энергичным нажатием на нос активирую низкочастотные вибрации. Слышу характерный щелчок.

Моргнув, ресницы открывают взор. Доброе электричество бежит по слаженному организму, соединяя нейросети, и оживляет искусственный интеллект «ИИ-РХ 114». Выпуклые очи животного приобретают осмысленный вид, грубое мускулистое тело меняет осанку. Механическая кукла осматривается, останавливает изучающий немигающий взгляд на мне и замирает. Затем, подняв голову, рычит, издавая оригинальный звук. Набрав воздух, произносит басовитым понятным голосом:

– Экспонат «ДН-5667Х…» готов к функционированию.

Ожидаемо присев, застывает по команде «смирно».

– Молодец, дружище, – слегка подтянувшись на носочках, ласково хлопаю его по массивной шее и отправляю в парк. – Иди, малыш, знакомься с друзьями.

Как замечательно самому себе назначать работу и с интересом её делать! С чувством хорошо выполненного долга смотрю на осторожно шагающего в наш мир очередного динозавра, и душа наполняется нескрываемой гордостью, упоительным восторгом.

Тёплый солнечный день в самом разгаре. Предчувствие будущего путешествия будоражит сознание – ещё бы, едем всей семьёй к морю, на лучший курорт нашей планеты, «Аквамир Затерянных Кораллов». Многие стараются попасть туда хотя бы раз в жизни. А жене, представьте, повезло: она выиграла грант, стала лауреатом первой премии в конкурсе «Межгалактическая лира» по классу фортепиано. Немудрено – её ученики часто занимают призовые места на самых престижных конкурсах.


Глава 4

Неожиданный звонок


Сажусь за стол, включаю два вспомогательных монитора. В этот момент загорается экран голосового помощника. Небольшой изящный кубик энергично вздрагивает от собственного звонка. Начинает вибрировать, пульсировать цветными гранями, скользит, ползёт по столу и с мерным постукиванием упирается в плоскогубцы. Сворачивается в усечённый конус, настойчиво жужжит. Вращаясь, поднимается в воздух, пульсирует огнями, крутится в церемониальном танце, активно привлекая внимание. «Старые, отжившие свой век технологии», – непроизвольно вздыхаю я.

Современный интерфейс, наклеенный на запястье, сливается с рукой, его совсем не чувствуешь. Компьютерное устройство практически управляет всем и постоянно следит за здоровьем. Оно срабатывает от касания или мысленной команды, выводит информацию на роговицу глаза или проецирует перед вами объёмное изображение. Подвижный реалистичный образ можно потрогать, ощутить иллюзорное присутствие объекта. У детей и супруги давно такие – пора и мне привыкать к новым технологиям.

Видеозвонок. Да это же одноклассник Вовка! – радуюсь я. – Он тоже живёт здесь, бороздит океаны на великолепном научно-исследовательском судне «Обелус», поэтому мы видимся редко, но, как говорится, результативно.

На трёхмерном дисплее – бравый капитан в строгой морской форме. Короткая офицерская причёска, слегка курносый нос и крепкий, выступающий вперёд подбородок. На покатом загорелом лбу намечается вертикальная морщинка – признак воли, сильного характера. Настоящий капитан, но я узнаю те же озорные глаза. Друг многозначительно улыбается, как в далёкие школьные годы на Земле:


– Здравия желаю, профессор! Что делаешь?


– Привет, Вовка. Работаю с динозаврами.


– Они у тебя не кусаются?


– Нет, что ты! – отрывисто смеюсь. – Древние животные смирные, послушные, у них мозги с прошивкой «ИИ 061Т». – Показываю рукой на рядом стоящего и внимательно слушающего нас лупоглазого палеоботрахуса. – Ему можно положить в рот голову, зайти через горло в полый живот и выйти с другой стороны, подняться на спину.


– Стоп! – друг резко останавливает меня. – Бросай всё, поедем изучать необитаемые земли, в закрытую зону. Заповедник «Первой реки» берег континента Луно. Таких на планете четыре, ты же знаешь. Туда простым гражданам доступа нет, только мы, астронавты категории «А», и то по спецприказу с Земли. Раз в два года там берут пробы воды, грунта, изучают местную флору, фауну.


– Превосходно! – восторгаюсь я и тут же задумываюсь. – Но я не астронавт, и кто отпустит с работы!? До отпуска ещё четыре дня, потом собираемся всей семьёй на курорт в «Мир затерянных кораллов».


– Не переживай, я договорюсь с начальством без проблем. Мне поручено сформировать опытную команду, имею неограниченные полномочия и право привлекать гражданских учёных. Вскоре «Обелус» будет проходить недалеко, всего в 919-ти километрах от вашего берега. Отправим скоростной катер – десять минут, и ты на борту. Посидим, закусим, вспомним Землю, школу. Пройдут сутки-другие, и доставим тебя в лучшем виде на необитаемый континент – мечту всех учёных, исследователей, археологов и любителей приключений. Дней через пять пойдём обратно, заберём и доставим прямо на курорт или куда скажешь. Так что думай быстрее. Оформим тебя как учёного-экспедитора класса «А» особой секретности с нулевым допуском.

Одноклассник говорит быстро, с напором, – видно, что всё уже хорошо продумал и, как обычно, подготовил потрясающий сюрприз.


– Да, Вова, а как же семья?


– А какие проблемы? – привычно смеётся.

– Это будет твоя команда. Бери всех, их же не надо отпрашивать с работы, каникулы!


– Можно? – восторгаюсь я.


– Нам можно всё, уполномочен! Ну, что скажешь?!

От такого нежданного счастья я прихожу в сильное замешательство, растерянно моргаю, перевожу заинтересованный взгляд с голограммы капитана на гигантскую копию крылатого аномалокариса. Глубоко вздыхаю, не в силах сосредоточиться, вижу своё воодушевлённое отражение в хищных синтетических глазах животного и начинаю неуверенно бормотать:


– Да… мечтаю…, конечно…, это…, да…, чисто вот… цель жизни… от волнения не могу подобрать нужные слова…


Вова решительно перебивает меня:


– Можешь считать, что отпуск уже начинается. И не отпуск, а рабочая поездка, ещё хорошо заработаешь. Жди звонка, профессор. Конец связи!

Душа светится благоговейным восторгом, в голове плещется новая перспектива. Я неподвижно сижу, заторможено переваривая последнюю информацию. Проходит неопределённое количество волнующих минут – раздаётся звонок шефа. Это самый главный начальник всей археологии, господин Засуха Х. Р.:


– Здравствуй, дорогой. Слушай потрясающие новости, – голос его звучит необычно, словно он чем-то расстроен, озабочен. – Поступила заявка. Желаешь поехать в командировку?


– Да! – я сразу соглашаюсь.


– Понятно, – с лёгкой грустью говорит шеф. – Тебя ждёт закрытая неизученная территория – Луно. Ты как, сам хочешь или уже передумал? – спрашивает с надеждой, что я откажусь.


– Я просто мечтаю об этом!


– Об этом многие мечтают, – разочарованно вздыхает шеф. – Ну что же, тогда в путь. Собирайся. Бумаги у меня на столе, подписываю. Завидую. Поздравляю. Через минуту документы в электронном виде будут у тебя и на борту научно-исследовательского судна «Обелус». Это редкое везение, я и сам желаю туда попасть, – нотки нескрываемой обиды звучат в голосе начальника, – но запрос именно на тебя.


– Когда выезжать? – Находясь на седьмом небе от счастья и охваченный повышенным вниманием, уточняю я.


– Завтра утром в восемь ждите в порту на 7-м причале, пирс D13, там вас встретят. Кстати, по документам ты будешь учёным высшей категории.


– Да…, буду…, конечно, спасибо, первоклассно…, – запинаясь от счастья, тараторю я, не в силах поверить в чудо.

Закрутилось, завертелось. Неравнодушный аномалокарис возбуждённо поднимает треугольные тёмно-красные крылья, с завистью смотрит в мои глаза, окутанные мечтательной дымкой. Издаёт высокий ликующий писк, как радостный птенец, одобрительно урчит, качает умной массивной головой.

Перевожу ликующий взгляд в сторону порта. Бездонное небо светится пылающей синевой, приглашая в загадочное путешествие. Еле уловимый звук раскрывается низкой протяжной частотой где-то далеко-далеко в открытом океане. Это зовущий гудок могучего корабля обращается именно ко мне.


Глава 5

Такси


Трепетно волнуюсь, не могу сосредоточиться на работе. Беру тонкий редакторский карандаш и случайно касаюсь сенсорной панели на краю стола. Карандаш падает – включается умная колонка Коли, усердный голосовой помощник, наделённый незаурядным интеллектом. В воздухе возникает интерактивный безэкранный дисплей, на котором появляется красочное изображение знакомой телевизионной заставки.

– «Станция Земля». Программа новостей завершена, а сейчас – долгожданная реклама! Лови новинку – взгляни на мир в невесомых ультрасовременных линзах «Технооптик-04». Познай чудеса микромира и ощути полный спектр красок далёкой Луны. (Конец рекламного ролика). Вкрадчивый театральный голос актрисы предлагает послушать продолжение спектакля Александра Грина о вечной вере в чудо.

Слышится манящий плеск моря, призывные крики чаек; главные герои звонко поют заключительную песню.

В кабинет, распахнув настежь широкие двустворчатые двери, входят весёлые дети и сразу начинают подпевать. Стоящий словно швейцар под развесистой банановой пальмой старый зубастый птеродактиль приветственно поднимает могучую драконью лапу и кланяется. Аня забрасывает ему на голову белую панаму, Стас бережно вешает на чёрный коготь школьный ранец и, с разбегу перепрыгнув через спинку кресла, плюхается в него.

– Привет, папа, у нас каникулы! – в один голос кричат дети.

– Привет-привет, дорогие мои, поздравляю! Дайте пару секунд, – не отрываясь от работы, собранно прошу я, бросая короткий взгляд поверх монитора.

Меня, конечно, разрывает, хочется рассказать о предложении капитана, но усилием воли решаю довести работу до конца и выключить компьютер. Вот такой я ответственный человек.

Из качающегося портфеля сына выглядывает любопытная мордочка Мышана. Одно его остроконечное ухо смешно загнулось, длинные непослушные усы топорщатся как антенны, улавливая музыкальные вибрации. (Мышан – ласковый белый пушистый зверёк с тонкими серебристыми крыльями, чуть больше хомяка и чуть меньше кошки.)

– Как поживает твоя лаболатория? – с присущим ей юмором интересуется Аня, обнимает меня, целует в колючую щёку и, заглядывая в рабочий экран, восхищённо произносит: – Ого, доисторический слонопотам!

– Спасибо, доченька, отлично. А это представитель класса цераподов, – машинально отвечаю я, торопясь дописать последнюю деталь к рисунку.

– Цераподы тебе всю мебель поцарапают, – предупреждает дочка и тихо хихикает.

Аня, пританцовывая, ходит среди экспонатов, бережно трогает их руками, нежно гладит грубую шершавую кожу и возмущённо жалуется:

– Сегодня Доремидонтович нас просто замучил, а у меня столько неотложных дел накопилось. Вообще, он неадекватный человек. Порой заглянешь в пустой класс музыки, а он сидит за роялем один, одержимо уткнувшись в свои ноты, и поёт хором.

Из её нагрудного кармана выглядывает маленькая куколка. Тело размером с конфетку круглая голова, подвижные ловкие ручки и ножки – тонкие проволочки, но в голове – самый мощный самообучаемый искусственный интеллект. Удивлённо моргая чёрными глазками, гибкая игрушка внимательно осматривает тропические просторы. Сын выверенным движением касается запястья, включает игровой блок. В воздухе появляется красочная объёмная карта, загораются два виртуальных экрана. Одним движением пальца он уменьшает масштаб.

– Аня, сыграем! А? Ау, что молчишь?

Сестрёнка окидывает брата изучающим взглядом сверху вниз, вопросительно хмыкает и мечтательно отвечает:

– Я не молчу, я помалкиваю, так задумалась.

– И? – с нетерпением переспрашивает Стас.

– Вопрос деликатный, – специально тянет время она, подзадоривая брата.

– Ну, что, понеслась? – говорит он уже напористее, лёгким движением отправляя один виртуальный экран к сестре. – Давай замутим вот такой гигантский гайд-фигль! – с размахом раздвигает руки. – Выбирай: «Братья-маги» или окунёмся в новый мир «Майнкрафта». «Флай Бот» – тоже отличный экшен!

Спортивное тело брата пружинисто напрягается, горящие глаза усердно впиваются в длинный список игр с пёстрыми иконками.

– Смотри, что у меня есть из новинок!

Радость предвкушения игры и мальчишеский азарт смешиваются на его румяном одухотворённом лице в доброй улыбке. – Самые топовые игры: «Флинк-6», «Вторжение», «Орден Силы» и наша любимая стратегия «Планета "Би…"»!

– Ты мухлюешь! – Аня недвусмысленно грозит маленьким кулачком.

– Нет, это элементарно: нейросети в умелых руках творят чудеса! – демонстративно поднимая руки шевелит проворными пальцами.

– А я всегда считала, у кого круче COVT, тот и выиграл.

Стас заинтересованно качает головой.

– Предлагаю классику – «Морской бой».

– Давай, это легкотня. Включай, сразимся! В прошлый раз помнишь, я сразу сбила твой четырёхпалубник.

Смело подходит к огромному деодонту. Тот приветственно опускает тяжёлую голову, басовито урчит. Аня, весело напевая – «до-ре-ми-фа-соль-ля-си» —, отмечает каждую ноту звонким щелчком по носу динозавра. Отчего зверь артистично вздрагивает, неприязненно морщится, громко чихает, рычит, механически открывая широкую острозубую пасть, неуклюже пятясь и дробно стуча кончиком хвоста по полу. Шершавый нос динозавра, размером с большую боксёрскую перчатку, краснеет, но это нисколько не смущает смелую девочку.

– Ийяяя!!! – кричит она, как спортсмен, резко подпрыгивает и обводит ногой голову подавленного хищника.

Древнее животное эмоционально трясётся, испуганно вжимается в стену, свирепо рычит, протестующе скрежещет зубами, беспомощно взывая на человеческом языке умоляющим голосом:

– Спа-си-те!


По-мо-ги-те!


Нападение!

Закончив работу, я наконец закрываю программы, выключаю компьютер. Встаю, победоносно поднимаю обе руки, звучно хлопаю в ладоши. Тут же на плечо садится озорной Мышан. Придерживая рукой усатого друга, я многозначительно сотрясаю воздух и произношу:

– Внимание! Внимание! Сенсация, необычайное везение! – Далее важно рассказываю последние сногсшибательные новости: – Представляете, нас ждёт настоящее морское путешествие на знаменитом корабле «Обелус» и необитаемый остров, куда не ступала нога человека!

На какое-то время всё затихает. Возникшую тишину можно потрогать руками, крошить, как пористый лёд. А затем раздаётся взрыв – взрыв необузданных эмоций. Дети бегут, обнимают меня и радостно кричат:

– Ура! Невероятно! Круто!


– Со мной сейчас случится когнитивный диссонанс! – смеётся Аня.


– Это полный затык! – восторгается Стас.

Взволнованный динозавр успокаивается, потирая разбухший нос, и осторожно возвращается на прежнее место. Не спеша ложится, как огромный щенок, подкладывая под голову лохматую лапу. Крепкий, как футбольный мяч, кожаный нос темнеет, принимая естественный цвет. Дети бурно обсуждают неожиданную поездку и с радостью встречают беспилотное такси, мигающее посадочными фарами, которое подлетает к балкону на 56-м этаже. Машина производит стыковку, звучит привычный сигнал прибытия – «пью-пью-пью»…

– Это за нами! Домой, быстрее домой! – кричим мы дружным хором.


Глава 6

Воронка


Неожиданное предложение приводит семью в безграничный восторг. Начинаются торопливые сборы, радостная суета; настроение – праздничное, приподнятое. Даже висящие на стене интерактивные портреты родственников с Земли принимают живое участие. Молодые заботливые бабушки в красивых платьях поправляют сверкающие брошки. Важные дедушки в строгих классических костюмах ладно поглаживают ухоженные, щеголеватые усы и одобрительно наблюдают.

Тата, проходя мимо концертного рояля, с огоньком играет и поёт:


– Мы едем, едем, едем в далёкие края…

Я собираю научные приборы, тщательно проверяю, перепроверяю, продумываю, что ещё взять, стараясь ничего не забыть. Стас аккуратно помещает в рюкзак металлический конструктор, игрушки, блок «ИИ-43». Маленькую пчелу-камеру прячет в нагрудный карман рубашки.


– Порядок. Теперь можно немного развлечься, – и включает игру «Звёздные войны».

Комната превращается в тёмный участок агрессивной Вселенной, где зажигаются близкие и далёкие звёзды. Почему-то с самого раннего детства он называет этот фильм наоборот – «Войные звёзды». Находясь в комфортабельной капсуле, озорной мальчишка левитирует в пространстве большой комнаты, технично уклоняется от встречных камней, комет, астероидов, неожиданно появляющихся из стен, и точно сбивает препятствия боевым лучом.

Аня в сопровождении домашнего помощника Фёдора, отдалённо напоминающего робота из фильма «Тайна железной двери», возит в детской коляске кота, укутанного в одеяло. Не спеша обходит дом, собирает в дорогу любимые игрушки, одновременно отдавая распоряжения:


– В наше отсутствие узнаешь, почему небо голубое? Что такое Жужево и куда летят галактики? Кто такие Молчальники? Почему наши два солнца имеют разный цвет и могут ли животные с искусственным интеллектом чувствовать так же, как люди?

Записывая вопросы, робот озадаченно смотрит на Аню, по-киношному наклоняет голову, сводит круглые чёрные зрачки к переносице. Она, отвечая на его скептический взгляд, не колеблясь, повелительно и тихо спрашивает:


– Понял?


– Да, хозяйка, – согласно мычит андроид.

Мурзик послушно сидит, с понимающим видом внимает наставлениям:


– Без нас веди себя хорошо, – требовательно обращается она к коту, серьёзно постукивая пальчиком по алюминиевой ручке коляски. – Не обижай Мышана, остаёшься за главного! Робот Фёдор присмотрит за вами, накормит, напоит, поиграет. Усёк?!


– Мур, – понимающе отвечает кошачья голова, торчащая из одеяла.


– Да чтобы порядок был, – грозит Стас кулаком, выглядывая из своей комнаты на уровне потолка, – а то я вам устрою «войные звёзды»!

Услышав грозные комментарии, в комнату Стаса, на данный момент представляющую собой красочный уголок космоса, входит Аня. Её маленькая карманная кукла осторожно выглядывает, вопрошающе и с удивлением рассматривая звёздное небо. Сестрёнка, театрально разводя руки, трагическим голосом рассказывает:


– Представляешь, случилось непоправимое!


– Что такое? – заинтересованно спрашивает брат, удачно лавируя между крупными метеоритами и разбивая лучом большую космическую глыбу льда.


– А вот что: один дяденька скушал столько варенья, что умер.


– Нет, нет, – капсула динамично снижается, приближаясь к сестрёнке. – Я слышал эту передачу по «Радио-Карусели», – с добродушной иронией отмахивается брат. – От варенья не умирают. Это одно слово – «умиротворение» – означает, что всё отлично.

Попавшие в капсулу камни сотрясают её и оставляют значительные вмятины. Между ними пролетает яркая трескучая комета с длинным серебристым хвостом. Громко ударившись в стену, небесное тело ощутимо сотрясает комнату, красочно рассыпается, оставляя горящее обугленное пятно. Вздрогнув, кукла задумчиво покусывает губу, медленно опускается на дно кармана, уходя в режим подзарядки.


– Ясно, – Аня, отклоняясь от большого железного метеорита, опирается на стену. – Так я и думала, ведь от варенья только лучше становится. – Что-то вспоминая, смотрит в звёздный потолок и спрашивает:

– Говорят, что на Земле один музыкант сыграл миллион, миллиард, «165987» раз марш Мендельштампа?


– Да, только не Мендельштампа, а Мендельсона. Он всю жизнь работал в ЗАГСе и попал в Книгу рекордов Гиннесса!


– Везёт же людям, – восхищается сестрёнка. – Это же надо: постараться всю жизнь нигде не работать, а кругом свадьбы да праздники каждый день!

Стас выключает игру, автоматически включается свет, космос растворяется. Изрядно побитая, красная дымящаяся капсула под № 21 с ломаной жёлтой полосой безобидно прячется в стене. Комната превращается в уютную детскую.


– Ты навела порядок у себя?


– Давно, ещё послезавчера, – отмахивается практичная сестра.

Заботливо поглаживая наполовину высунувшуюся из кармана куклу, девочка постепенно погружается в потаённые мысли, которые начинают скоростной разгон. В памяти живо всплывает и зреет совсем не детский вопрос, над которым она немало размышляла, делая уборку. Внутреннее напряжение растёт и наконец находит желанный выход.


– Правда, говорят, – задумчиво поднимая голову, спрашивает, – когда дети занимаются генеральной уборкой, в небе умирает звезда?!


– Чистая правда, – серьёзно подтверждает Стас, для убедительности твёрдо кивает. – Всё вещество Вселенной незримо связано: нельзя даже сорвать цветок, не потревожив звезду! Энтропия, – осуждающе поджимает губы, – понимать надо! Мир естественным образом стремится к беспорядку. Машины ржавеют, люди стареют, даже звёзды, что кажутся вечными, со временем выгорают, гаснут и взрываются. – Многозначительно поднимает указательный палец, как бы проводя прямую линию до ближайшего светила.

Внезапное мучительное сомнение начинает терзать внутренний мир пытливой девочки. Похоже, сама эта мысль горько поражает её, заставляя разувериться в глубоком многолетнем убеждении. Придавая испытующему, непонимающему взгляду неизъяснимое детское очарование, тоненьким певучим голосом она отчаянно и разочарованно признаётся:


– Но как, как же так? Какая-то энтрóпия, – специально делает ударение на букву «о», – я всегда думала, что миром правит ГомеоСтас.

Брат, раздувая щёки, надувает большой цветастый шарик. Нарисованные синие моря, зелёные острова, крупные континенты увеличиваются. Извилистые реки блестят, появляются выразительные точки городов. Воздушный шар напоминает школьный глобус, растущую трёхмерную модель нашей планеты «БИ-085». Усердно закручивает горлышко, придерживает его двумя пальцами и объясняет интересную теорию:


– Представь, что города на шаре – это галактики. Надуваем – и расстояние между ними растёт. Это убедительное доказательство расширения Вселенной.


– А кто её надувает? – интересуется Аня.


– Говорят, Наблюдатель! – неуверенно пожимая плечами, отвечает брат и аккуратно вытирает нос.


– Нужно спросить у родителей, – предлагает Аня.


– Не стоит. Обычно взрослые не замечают то, что порой совсем неожиданно открывается детям, – со знанием дела утверждает умный ребёнок.


– Да, правда, – её лицо принимает вид предельной сосредоточенности, – я сама не раз это замечала.

Сильно раздутый шарик вырывается. Струя воздуха бьёт, словно из сопла ракетного двигателя, резиновый пузырь начинает быстро сдуваться. Мальчишка внимательно наблюдает за безудержным хаотичным полётом и приговаривает:


– Крибле…


Крабле…


Летающий по комнате шальной снаряд под углом 48 градусов врезается в стену, затем в потолок и с влажным шлёпком падает в аквариум на кормушку.


– Бумс! – кричит Стас.

Шустрые дети наперегонки бегут спасать перепуганных рыб, но первым, ловко обогнав Мышана, оказывается проворный кот Мурзик.

– Анюся, Стасюня, собирайтесь в поход, малыши, не забудьте освежающую пасту для рта! – ласково напоминает Тата и отдаёт голосовую команду: «Сезам, закройся!»


Крышка походного чемодана плавно опускается, магнитные замки щёлкают, со свистом выпуская лишний воздух. Электронный саквояж поднимается над столом на десять сантиметров, зависает, зажигая золотые габаритные огни.


– Уже собираемся, мамочка! – отвечают в два голоса ребята, дружно направляясь в ванную.

Через пару минут оттуда раздаются громкие возбуждённые голоса:


– Это не мочалка, а мурчалка!

Набрав полную ванну, дети запускают жёлтый подводный батискаф, резинового утёнка с красным клювом и маленький кораблик с алыми парусами. Касаясь запястья, активируют программу «Морская стратегия». Игрушки начинают взаимодействовать, охотиться друг на друга, стрелять цветными лазерными лучами. Увлечённые ребята весело подгоняют их штормовой волной, звонко смеются, ликующе поют:


– В стране подводных лодок


Живётся хорошо,


Живётся хорошо,


Живётся хорошо…


– Мурчалка – это наш кот, – однозначно объясняет Аня.


– Сейчас же выходите из ванной, сколько можно плескаться! – недовольно ворчу я и, проходя мимо, подгоняю, стучу кулаком в дверь.


– Уже идём! – кричат ребята, вытаскивая большую блестящую пробку.


– Выходи! – зовёт Аня, настойчиво тянет брата за рукав.


– Подожди, разве тебе неинтересно узнать, в какую сторону закрутится воронка.

Дети терпеливо ждут, когда вода уйдёт, и, как настоящие волшебники, совершают круговые движения над ванной, читая низкими монотонными голосами магическое заклинание:


– Море волнуется раз,


Море волнуется два,


Море волнуется три,


На месте любая морская фигура, замри!

Чистая голубая вода с характерным хлюпаньем уходит, игрушечные корабли предсказуемо заваливаются набок.


Глава 7

Сигнальные флажки


Ночью было пасмурно, налетел северный ветер, принёс холодные осадки – о чём ответственно сообщает Алиса. Но, проснувшись утром, мы видим за окном чистое голубое небо. Несмотря на ранний час, немногочисленные пернатые заливисто поют, задорно выводя мелодичные трели. Цветастый попугай настойчиво стучит в окно, требуя вкусняшек. Кот протяжно мяучит, а мышан торжественно пищит и, зевая, смешно меняет частоту звука; робот Фёдор приветливо улыбается. Кажется, все желают умножить нежданное счастье и отправиться в необычайное путешествие.

Одно далёкое полусонное солнце уже скрылось за горизонтом, а другое, яркое, лишь пытается подняться с противоположной стороны, чтобы озарить небесную лазурь. Сплочённая одной заманчивой идеей, довольная семья в полном составе стоит на балконе в полной боевой готовности. Скоро-скоро увидим сверкающий волнами безбрежный океан. В растущем нетерпении ждём немыслимого чуда, а солнечные зайчики счастья уже прыгают в наших душах, предвосхищая встречу с прекрасным и неведомым.

– Такси! – прыгая на месте, кричит Аня, заметив приближающуюся самодвижущуюся капсулу.


Небесный извозчик напоминает пузатый кабачок с зелёным огоньком и квадратными шашечками; верхняя половина и часть носа у него полностью прозрачные.


– Всё идёт как по нотам, – радуется Стас, артистично играя на воображаемой гитаре.

Двери такси и балконная синхронно открываются. Первыми заходят дети и тут же рассаживаются у окна в комфортабельном салоне; за ними – я и Тата. Умные чемоданы, сумки и рюкзаки, о которых мы совсем забыли, активно перемигиваются, стараются не шуметь и самостоятельно расползаются, занимая удобные места в багажном отсеке. Двери плавно закрываются, звучит приятный женский голос:


– Машина готова к полёту! Начинаем движение?


– Поехали! – повелительно командуют дети.

Мы плавно поднимаемся и уверенно летим, вливаясь в общий поток. Минут через десять уже видим светящиеся ворота порта в виде огромной арки. Воздушные дороги, пульсирующие городским транспортом, со всех сторон, словно нити в игольном ушке, сходятся в контрольной петле проёма и, не снижая скорости, расходятся в разных направлениях. Сразу за ней начинается центральная мостовая, ровные ряды деревьев, ухоженный тенистый проспект. Вскоре показывается долгожданная синева океана, отчего сердца наполняются безудержной радостью, начинают торжествующе стучать.


– Море, море, вон там, смотрите! – восхищённо кричат дети, прильнув к окну.

Взмывающие шлюпки и пёстрые, как воздушные шары, яхты то и дело поднимаются в воздух. У берега, зависая на гравитационных якорях, тяжёлые грузовые баржи размеренно качаются при разгрузке. Автоматические волнорезы поднимаются, пульсируя мачтовыми маяками. Это промышленная зона, мы следуем дальше. Желанная земля приближается, такси издаёт нисходящую мелодию и совершает мягкую посадку. Двери открываются, машина желает нам приятного дня.

Заполненные беспилотные автобусы, индивидуальные люльки и просторные вагоны разлетаются по маршрутам, забирая прибывших и оставляя на пристани возбуждённые толпы людей с чемоданами и лёгкой поклажей, отправляющихся в путешествие. Всё смешивается на центральной площади мира: люди и чемоданы, соединяясь, превращаются в пёструю живую палитру текущих улиц. Погожий день набирает силу, оживлённые аллеи, наполняясь солнечным светом, словно расширяются – или это только кажется. Ярче становятся краски кораблей; красные жилеты моряков и спасательные круги сияют на проходящем недалеко от берега магнитном буксире. Беспечные и целеустремлённые люди стучат горящими каблуками, шаркают светящимися подошвами. Одни отчаянно спеша к портовым причалам, другие в город. За ними, повинуясь заданной программе, послушно и легко, не касаясь мостовой, движется незамысловатый багаж, ориентируясь на значки и брелоки в карманах хозяев. Иногда ровная стопка чемоданов превышает рост человека. Дети удивляются: «Как раньше столько вещей носили в руках!?» Изредка с моря доносятся низкие протяжные гудки электропаромов, сигналы судов, сухие неразборчивые переговоры местного значения. Постепенно к этим звукам примешиваются крики проснувшихся чаек, многоголосый гул портовых кранов, отрывки лаконичных фраз, лёгкие всплески воды и детский смех.

Насыщенные цветами торговые автоматы наперебой предлагают холодный пломбир, горячий шоколад, шипучий напиток «Ларанна», кислое статическое электричество в прозрачных съедобных шариках. На автоматических кабинах, где подают знаменитые конфеты из корня тамбэй, сидит ленивая стая цветастых попугаев и десяток упитанных мышанов в ожидании угощения. Стас оценивающе смотрит на далёкую вершину с мигающим маяком и произносит загадочные слова:


– Апсель, мапсель, корделябсель! – красноречиво махнув рукой, гордо заявляет, что знает моряцкие команды.


– Откуда? – недоверчиво вопрошает сестрёнка.


– Оттуда! – многозначительно показывает он вверх. – Научные книги читать надо, а не детские сказки.


– И что это за команды? – с интересом спрашивает Аня, перекидывая длинные, украшенные световой лентой косы на грудь.

Брат становится серьёзным, набирает воздух и громким капитанским голосом командует:


– Поднять паруса, натянуть шопенгауэры!


Тата смеётся и предлагает взять воздушное мороженое.


– Не шопенгауэры, а шпангоуты, и их не натягивают; это поперечные рёбра корпуса судна, – корректно поправляю я, наблюдая, как ныряет белая чайка на фоне современного светло-синего лайнера.

Нужный причал находится в стороне от основного потока. Специальная платформа везёт нас прямо к береговой линии и, останавливаясь, оповещает о прибытии к месту назначения.

Спустившись на землю, мы наблюдаем, как чистая прозрачная вода перекатывается изумрудными волнами. Необъятный океан зачарованно блестит в лучах восходящего солнца и таинственно манит. Свежий морской воздух будоражит сознание.


– Какая красота, какой простор! – невольно восхищаемся мы, с наслаждением наполняя легкие.


– Внимание! Над горизонтом появляется неопознанный летающий объект! – пронзительно кричит Стас, оценивающе глядя в мощный цифровой бинокль.


– Что такое? Где? – взволнованно спрашивает Аня.


– Этого не может быть! – твёрдо заявляю я.


– Фантазёры, – супруга расплывается в безмятежной улыбке.


Аня живо надевает компьютерные очки и ответственно сообщает:


– Наблюдаю мигающий объект в виде тарелки. Недалеко, порядка семнадцати километров. Нечто быстро снижается, погружается в океан, вон в той стороне, – встревоженно показывает на юго-запад.


– Ну вот, концы в воду – исчезло ваше НЛО, – подчёркнуто отмечаю я.


– Сколько всего необычного происходит над океаном, – мечтательно говорит Тата, внимательно вглядываясь в расплывчатую даль.

В этот момент вода у берега начинает пузыриться, закипать; из бурлящей глубины поднимаются белые завитки, тянутся извилистые гирлянды. Окутанное белёсым облаком тумана, над поверхностью океана поднимается нечто огромное, могучее, незнакомое. Холодные солёные брызги осыпают нас, окружая бледной радугой. Мы машинально пятимся. Приглушённый зудящий шум пробирается в каждую клетку тела.


– Кто это? Заблудившийся кит? Морской слонопотам? Глубоководная черепаха размером с дом? – опасливо гадает Аня.


– Скорее всего, это гигантский мечехвост, – предполагает Стас, разглядывая несуразно торчащий хвост.

Незримая волна энергии толкает нас в грудь, вызывая чувство бессознательного страха. Не сводя глаз с морского чудовища, мы отступаем. Влажная пасть монстра раскрывается, обнажая красный неприятный язык. Запнувшись о каменный бордюр, упираемся в стену кофейных автоматов. Солёные пенные ручейки, не задерживаясь, стекают с монстра серебристыми струйками, обнажая массивный спинной щит, по форме напоминающий полусферу. Неизвестная сущность смотрит сложным, сканирующим взглядом. От раскосых, как у акулы, широко расставленных глаз исходит зеленоватый рассеянный свет. Сверху – крепкий тёмно-зелёный панцирь, покрытый крупной неровной сетью грубо вдавленных линий. Снизу, поднимаясь к поверхности, обманно вьются камуфляжные разводы цвета морской капусты. Внезапный испуг сменяется недоверчивым удивлением, когда грузное инородное тело становится полностью чистым и сухим.


– Неизвестный объект опознан! – важно докладывает Стас, читая бегущую строку на борту. – Это шлюпка с корабля «Обелус – Борт № 168».

И сразу чудовище превращается в мирную лодку. Открытая пасть – в дверной проём, язык – в морской трап, глаза – в прожекторы. Коллективный невольный вздох облегчения вырывается сам собой. Делаем маленький неуверенный шаг вперёд, мы освобождаем прижатые спины. Современная шлюпка, похожая на приплюснутую юлу, бесшумно висит над водой на метровой высоте, таинственно мигая сигнальными огнями. Секунды напряжённо тикают, остро стуча в висках. Внезапно за спиной раздаётся звучный повелительный голос:


– Ваш заказ готов, заберите кофе!


От этого мы одновременно вздрагиваем, но не оборачиваемся. В следующий момент из тёмного проёма на пологую палубу, шагая не в ногу, выходят трое подтянутых моряков в полосатых тельняшках и отутюженных чёрных брюках. Размахивая сигнальными флажками, бравые ребята гостеприимно приглашают нас подняться на борт.


– Надо же, настоящие матросы, а не роботы! – удивлённо шепчет Стас.


– Мой одноклассник позаботился, – с гордостью за товарища сообщаю я, стараясь восстановить учащённое дыхание.

Невзирая на только что пережитый шок, наше дружное семейство мужественно идёт навстречу морским приключениям, смело встречая неизведанное.


Часть вторая

Корабль


Глава 8

Морские огурцы


Скоростной катер резко взлетает под углом в сорок шесть градусов, стремительно набирает высоту и незаметно разгоняется до сверхзвуковой скорости. Минут через двадцать он настигает базовое судно. Конечно, мы видели его в новостях, иногда слушали короткие репортажи о перемещениях этого корабля и его работе, но воочию морской гигант высотой с пятидесятиэтажный дом больше напоминает затерянный в океане плавучий остров. Огромный высокотехнологичный мегаполис, часть обетованной земли, перенесённая из будущего – неизвестно откуда – грациозно движется, отбрасывая в царственные воды океана длинный пенный шлейф. Цветущие пятна парков, искусственные озёра, ровная сетка дорог, дугообразные аллеи, извилистые тропинки – всё как на большой земле. А маленькие движущиеся точки – это люди.

Высокие мачты периодически мигают сигнальными огнями, крутятся параболические антенны, вращаются радары; привлекая внимание, поворачиваются белоснежные обтекаемые вершины башен. Блестят открытые и закрытые иллюминаторы, чёрные солнечные панели на корме аккумуляторного отсека переливаются, переполненные энергией. Ближе к носу расположен местный аэродром. Ровными рядами, как на параде, выстроились летающие шлюпки, блестящие капсулы и длинные серебристые цилиндры, похожие на фюзеляжи самолётов, только без крыльев. По правому борту зелёным прямоугольником раскинулся стадион, на котором идёт футбольный матч. Чайки, живущие здесь, и другие птицы слаженно кружат вместе с летающим транспортом над просторной палубой и вокруг судна. Если птицам не удаётся поймать рыбу, за ней ныряют плоские, как камбала, безвинтовые квадрокоптеры. Вот такой современный самопроизвольный симбиоз.


***


Плавно снижая высоту, мы входим в открытый парковочный отсек на 42-м уровне, о чём оповещает экран монитора. Едва наши ноги касаются чистой палубы, как звенят торжественные склянки. Сопровождающий моряк в окружении верных товарищей приветственно разводит руки и важно сообщает:


– Этот звон в вашу честь, господа! С прибытием на борт «НИСО» – Научно-Исследовательского Судна «Обелус». – И торжественно, с уважением замечает: – Корабль без рынды – что дом без дверей.

Размеры плавучего острова поражают воображение, а от осознания того, что в любой миг можно увидеть морские просторы, захватывает дух.

Куда ни посмотри, взгляд выхватывает праздно гуляющих и спешащих по делам людей в штатском и матросов в форме. Слева, на обзорной палубе, расположен прекрасный фруктовый сад, огороженный прозрачным забором. Между высоких деревьев и пышных кустов по сочной зелёной траве гуляют белые козы, кудрявые барашки и множество птиц. Рядом с дивными животными ползают «таблетки», похожие на пылесосы, – они поддерживают чистоту и пополняют кормушки. Справа застывшей волной вздымается многоэтажный гипермаркет «Якорь» в виде закрученной ракушки. Чуть дальше плотными рядами выстроились громадные прозрачные яйца.


– «Киндер-сюрприз», какой большой! – неожиданно восклицает Аня, широко разводя руки.


– Что ты, доченька, это глубоководные батискафы, – вспоминаю я последний новостной репортаж.

Под обширным парусиновым навесом в стеклянных герметичных кабинах замерли инопланетные тёмно-зелёные существа. Притаившись в неясной тени, незнакомцы наблюдают за нами, медленно поворачивая страшные головы, от чего становится не по себе.


– Это гидрокостюмы высокой прочности, – объясняю я, снимая нарастающее напряжение.

Огибая телескопические мачты и подвижные механические руки кранов, летают магнитные дроны, умеющие совершать посадку даже на стену. Каждый сантиметр пространства наполнен невиданными приборами и сложными механизмами. Повсюду светятся экраны, следящие камеры на стенах мигают красными точками, на многих дверях пульсируют индикаторы с бегающими стрелками. Стас внимательно рассматривает специализированную технику, машинально поправляет чёлку и восторженно заявляет:


– Такое впечатление, что мы попали в завтрашний день. Каждый участок устроен здесь функционально, продуман до мелочей.


– Да, это город будущего, – утверждает Аня.


– Будущее, ты прекрасно, – наслаждается Тата.


– Слышала, – тихо спрашивает Стас, – говорят, на борту есть видеосвязь с другими планетами? Можно спокойно позвонить по «Космоскайпу» друзьям и бабушке с дедушкой на Землю. Практически без задержки сигнала.


***


В этот момент раздаётся боцманский свисток: «Все на бак!» Герметичные двери кормового отсека, издавая металлический щелчок и мигнув дисплеями, мягко открываются. Навстречу, по-свойски размахивая руками, в новой парадной форме выходит капитан Вова. Генеральская фуражка сияет на солнце. Красный околыш, чёрный лакированный козырёк, расшитый золотой канителью; на тулье цвета морской волны горят отличительные знаки – «Обелус». Подойдя ближе, он крепко обнимает меня и дружески хлопает по плечу.


– Здравия желаю, профессор!


Затем приветствует всё семейство.


– Добрый день, друзья мои!


– Здравствуй, дядя Вова! – радостно кричат дети и Тата.


– Как добрались?


– Отлично, – я с благодарностью пожимаю крепкую руку одноклассника.

Лучезарно улыбаясь, капитан приглашает на праздничный обед.


– Держите электронные ключи от вашей каюты.


Стас, опережая меня, оперативно касается запястья, подставляет левую руку. Вова привычным жестом касается своего коммуникатора. Экраны на наших руках загораются: «Код 961-V». В воздухе появляется подробная карта корабля и красная извилистая линия маршрута.


– А также местоположение вашей каюты покажет любой матрос. Или стоит сделать вот так.


Вова поднимает правую руку и коротко щёлкает пальцами. Тут же к нему подлетает шарообразный дрон синего цвета с круглыми чёрными глазами: «Слушаю команду».


– Где каюта №333-А?


– Следуйте за мной, – твёрдо предлагает машина.


– Свободен! – коротко командует капитан.


Шар принимает оранжевый цвет и шустро улетает, теряясь в облаке парящих аппаратов.


– Круто! – провожая заинтересованным взглядом стремительный полёт навигационного устройства, Стас толкает сестрёнку в бок.


– Этот дрон покажет нам самые таинственные места корабля.


– Точно, погоняем его по полной, а потом ещё что-нибудь придумаем, только тихо, – сестрёнка незаметно прикладывает пальчик к губам.


– Прошу, пойдёмте, друзья! – зовёт одноклассник.

На скоростном стеклянном лифте мы спускаемся в круглое помещение, из которого в разные стороны расходятся узкие коридоры. Дети, незаметно перемигнувшись, отстают и заглядывают в приоткрытую массивную дверь. Там, в просторном зале размером с городской парк, в воздухе летают тяжёлые металлические шары и вращаются гигантские кольца.


– Что за чудо!? – невольно восклицает Аня, медленно прислоняясь к стене.


Стас, немного подумав, непроизвольно чешет затылок и заключает:


– Это гравитационная модель нашей Солнечной системы. Считай, в центре две звезды – раз, и тринадцать планет.


– Нет, что вы, ребята, это гироскоп. На корабле таких двенадцать синхронизированных машин, управляемых искусственным интеллектом, – слышится за спиной басовитый голос капитана.


– Впечатляет! – не в силах оторваться от величественного зрелища, эмоционально оценивает Стас.


– Миленько, – подмечает Аня, романтично покручивая косичку, и мы прогулочным шагом направляемся дальше.

Пройдя огромный камбуз (что по-морскому значит «кухня»), мы входим в столовую, которая почему-то называется кают-компанией. Никакой компании или группы людей тут нет. Только худой, как речная селёдка, корабельный кок в белом халате и высоком поварском колпаке хладнокровно шинкует морские огурцы. Это место приёма пищи совсем непохоже на тесную каюту, скорее оно напоминает картинную галерею или обширный первоклассный ресторан.


Глава 9

Праздничный обед


– Одни объедашки! – переглянувшись, восклицают ребята, подробно осматривая стол.

Тата вдыхает дурманящий аромат выдержанного вина, совершая круговые движения бокалом, пробует, смакует золотистый сухой напиток. Не спеша наклоняет бокал, затем возвращает его в прежнее положение и с любопытством наблюдает за маслянистыми разводами. Восхищённо изучает каждое блюдо, особо отмечает голубых крабов, фаршированных морскими грибами и шейками лобстера, и безудержно нахваливает:


– Какое совершенство вкуса, а какой аромат!

– Это ещё что! – с самодовольным хмыканьем одноклассник отмахивается и с гордостью сообщает: – На обратном пути я познакомлю вас с женой – она прекрасно готовит королевский омлет.

Мы с капитаном по-мужски пьём крепкий ром «Первый шторм». Принципиально закусываем макаронами по-флотски, которые маленькими горячими порциями подаёт забавный конусообразный робот-официант в нарисованной тельняшке. Стоит нажать пусковую кнопку на его плече, как глаза машины привычно загораются зелёным, затем жёлтым и быстро краснеют. Мелодичный звон возвещает, что еда готова, и парящая тарелка с разнообразными приправами мягко выезжает на стол. Сердце щемит ностальгическая тоска по ушедшему детству. Эти машины, сделанные в ретростиле, имитируют роботов-поваров из школьной столовой и создают атмосферу того времени, когда мы были учениками.

– Столько лет за одной партой просидели, – расчувствовавшись, вспоминает земные учебные годы капитан, поднимая хрустальный бокал старого рома. Светящееся дно сосуда излучает светло-голубое сияние, которое меняется в зависимости от наполнения.

– Да, немало, – с безотчётной грустью подтверждаю я, вспоминая родную планету, беззаботное отрочество, заварные трубочки с кремом, которые лучше всех готовит мама. – Мечтали стать космическими пилотами, бегали к космодрому, наблюдали в телескоп за запусками новых межзвёздных ракет. Тогда считали, что скорость света – непреодолимая стена. Кажется, это было так давно.

Вова тяжело вздыхает, обводит задумчивым взглядом обеденный зал, мысленно возвращается в прошлое и, благодарно улыбнувшись судьбе, оптимистично продолжает:


– Как видишь, профессор, высокие технологии и всемогущее время рушат любые преграды! – откровенно радуется он и предлагает традиционный тост астронавтов: – За наши обитаемые планеты – хрупкие микроскопические шарики в бесконечном космосе!

– За разумные цивилизации – они наверняка существуют! – поддерживаю я.

Стас дразнится, показывает Ане язык, хвастается:


– Бе-бе-бе, я тоже стану капитаном, когда вырасту!


– Перестань кривляться, ты уже большой, – справедливо замечает Тата, недовольно размахивая салфеткой.

– Вот, Станислав Валентинович, – с добрым огоньком в глазах предрекает Вова, – вырастешь, поступишь в межгалактическую академию пилотов, станешь отважным капитаном, исследователем новых экзопланет.


– А может, музыкантом или писателем, как Лем, – с надеждой пророчит супруга, не желая подвергать сына непредсказуемым опасностям.

Аня перестаёт жевать шоколадное пирожное, становится серьёзной и с затаённой грустью рассказывает:


– Мы с папой прошлым летом были в цирке по делам, искали администратора. Зашли по служебному входу и случайно оказались в помещении, где прикованный цепями к бетонной плите стоял большой печальный слонопотам. Его так жалко! Больше мы никогда не пойдём в цирк: там животных мучают.

Командир понимающе кивает в знак согласия:


– Знаю, знаю. Скоро этому безобразию положим конец! Новый законопроект уже лежит у меня на столе.

Судовой кок в белом халате и накрахмаленном колпаке неожиданно появляется из стены, выкатывая перед собой восхитительный десерт. Семеро юных поварят ставят на стол серебряный поднос, напоминающий перламутровую раковину. Все с любопытством разглядывают красивый многослойный торт в виде оранжевой морской звезды, лежащей на круглом шоколадном валуне.

– Обожаю! Это полный восторг! – блаженствует Стас, сглатывая слюнки.


– Со мной сейчас случится когнитивный диссонанс! – ликует Аня, перемещая чистую тарелку поближе.

Нетерпеливо стучит кончиком косички по щеке, подвигается ближе к брату и шепчет ему на ухо:


– Если мы будем есть много рыбов и мясов, то для нормальных продуктов – пирожных, мороженого, соков и этого фирменного торта – в нас уже не останется места.

Свет резко гаснет. Корабельные поварята зажигают праздничные свечи и отходят, выстроившись в линию. Звучит обеденный гонг. Официанты неожиданно подходят, некоторое время висят в пространстве, словно теряя вес, затем начинают непрерывно вращаться и быстро улетают в открывшиеся в потолке люки.


Глава 10

Тайна планеты


После вкусного обеда дружная компания не спеша поднимается на палубу. Услышав виртуозное соло, Стас подхватывает музыкальную тему и начинает яростно «запиливать» на невидимой гитаре, а Аня темпераментно играет на несуществующей ударной установке. Приятный морской ветерок легко треплет непослушные чёлки, придавая нашим длинноволосым причёскам особый, ни на что не похожий вид. Над головой заботливо светится летнее послеполуденное солнце, за бортом плещутся нежные лазурные волны.

– Неужели это правда? – переполненная счастливыми событиями, восхищённо шепчет жена, рассматривая необъятный океан и многоэтажные надстройки корабля.


– Похоже на чудесный сон, – машинально отвечаю я.

Оживлённо беседуя, взрослые прогуливаются по кормовой палубе, направляясь в сторону парка, где много народа и звучит живая эстрадная музыка.

Дети замечают идущих строем молодых матросов, останавливаются и с увлечением принимаются играть в «Морской патруль». Стас, вытянувшись в струнку, как доблестный стратег на носу вымышленного крейсера, командирским голосом обращается к Ане:

– Офицер, у нас нет права на ошибку.

– Да, генерал! – по-военному чётко отвечает сестрёнка.

– Что – значит «Да»!? – нахмурившись уточняет брат.

– Ну, в смысле, нет, – разъясняет Аня, маленькой ладошкой вытирая нос.

– Держать курс 96 градусов на северо-восток, отсканировать фарватер, отдать швартовые, натянут шопенгауэры, – размахивая руками, командует боевой мальчишка, – румпель, бакен, ржавые борта!

– Есть капитан! – кричит Аня, рьяно прикладывая руку к голове.

– Порядок, – прищурившись, брат придирчиво осматривает корабль.

Сестрёнка призывно кричит:

– «Полундра!» – но неожиданно замолкает, прикрывает маленькой ладошкой рот: «Тссс…» – и тихо, нетерпеливым жестом подзывает брата:


– Смотри, что я нашла.

На палубе, чуть дальше радиорубки, под крепким непромокаемым брезентом скрывается нечто массивное и таинственное. Иногда оно подозрительно шевелится – словно дышит, или это просто шалости морского ветра.


– Нужно разведать, – заманчиво предлагает Аня.

Незаметно подобравшись к цели, Стас осторожно приподнимает грубую накидку, и дети украдкой проникают в закрытую зону.

Раз – и прежний мир исчезает. Солнечный день превращается в тёмную ночь, неугомонные ребята оказываются в удивительном месте. Слева и справа, достигая пяти-семи метров в высоту, громоздятся серые ящики с незнакомой маркировкой, пузатые бочки, картонные коробки с новыми роботами, блоками «ИИ» и заводскими принтерами. Посередине пролегает длинный тёмный коридор, уходящий в непроглядный мрак. В чёрном натянутом брезенте светятся сквозные отверстия для канатов, обрамлённые блестящими металлическими кольцами, создавая фантастическое впечатление, будто над головой горят далёкие лучистые звёзды. Привыкая к темноте, смельчаки осторожно продвигаются вперёд, разглядывая и трогая новую, пахнущую краской технику. Вскоре ребята замирают, услышав чьи-то приглушённые голоса.

В узкую прямоугольную щель дети видят двух роботов-помощников: жёлтого бота №23 и красного бота №8 с оранжевыми баллонами за спиной. Они чем-то похожи на андроидов из рекламы плавающих коммуникаторов. Частично открытые корпуса блестят на солнце множеством деталей и проводов. Сокращаются и сжимаются искусственные мышцы, в прозрачных трубках и сосудах движутся цветные жидкости. Тяжёлые, нескладные, с большими круглыми глазами, роботы проворно крутят многосекционными конечностями. На гибких руках быстро двигаются высокочувствительные пальцы-манипуляторы. Машины неспешно следуют вдоль борта круглого, как шар, разведывательного батискафа в сторону ребят. Опрыскивая и тщательно протирая корпус, непринуждённо беседуют:

– Работать в море гораздо интереснее, чем на суше, – категорично утверждает красный бот.


– Да, – соглашается другой, в жёлтом полосатом комбинезоне. – Больше свободного времени. Я люблю разгадывать загадки человечества, изучать статистические и новостные сводки за день. Однажды таким образом, я узнал о великой тайне, но в основном читаю техническую литературу, многие инструкции знаю наизусть.

Красный, не прекращая работу, возмущённо поворачивает голову к напарнику:


– Человеческие тайны – это нелепо и смешно, а заучивать постоянно меняющиеся инструкции глупо. Взгляни, какие красивые птицы, какое скользящее движение, – прямой рукой показывает вверх. – Само совершенство.

Прекратив работу, андроиды синхронно поднимают квадратные головы и зачарованно наблюдают слаженный полёт двух чаек. Жёлтый помощник, проводив восхищённым взглядом гордых птиц, поворачивается к соседу и многозначительно трясёт над головой правым манипулятором.


– Это великое произведение творца.


– Ты что, веришь в высшие силы, в создателя? – с лёгкой иронией интересуется красный. – Всем миром управляют нули, единицы и комплексные кубиты!

Круглые стеклянные глаза жёлтого выразительно вспыхивают. Совершая поворот головы на 365 градусов, он звучно стучит прорезиненным пальцем по металлическому корпусу головы.


– Я не настолько ограничен, чтобы быть атеистом. И часто мечтаю вот так же беззаботно летать.


– Причина этого желания понятна, – объясняет бот-8. – Это частично заложенный в нас навык пилота.

Жёлтый отрицательно мотает головой из стороны в сторону:


– Я не согласен. Наличие логических программ не обуславливает желания. Есть что-то ещё, надеюсь…

Задумчиво потирая шершавый прямоугольный подбородок, он ищет весомые аргументы, желая уловить самую суть вещей, выйти за пределы обозначенных рамок и подтвердить свою смелую догадку.