Анна Гале
Личный менталист для серого волка

Глава 1. О странной работе для слабого менталиста

Элена

– Здравствуйте. Меня зовут Элена Кейли, и я менталист.

– Я уж думал, что ты – клептоманка или алкоголик, – хохотнул темноволосый охранник ночного клуба, высокий, крепкий оборотень с нагловатыми глазами. – Сеансы групповой психотерапии посещаешь?

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Прозвучало моё приветствие действительно глупо. Ну почему я постоянно оказываюсь в каких-нибудь неловких ситуациях? На улице, в академии, в разных официальных учреждениях, а теперь вот и здесь. Оборотень-охранник бесцеремонно разглядывал меня и откровенно веселился, я ощущала его эмоции: ни малейшего напряжения, только веселье и… О нет! Сексуальный интерес? Язык сразу зачесался сказать, что я пришла сюда совсем не за приключениями.

– Меня ждёт мистер Норс, – торопливо произнесла я.

– Тебя? – охранник окинул меня откровенно сомневающимся взглядом. – Мистер Норс заказывает себе таких девочек… В общем, поверь, тебе с ним ничего не светит. А вот я после смены готов показать тебе своего зверя. Он у меня любит молоденьких менталисточек, – в глубине тёмных глаз парня заискрились манящие огоньки.

По моей коже пробежали крупные резвые мурашки. Кажется, я влипла не просто в неловкую, а в опасную ситуацию! Если оборотень решит, что я дала ему хоть какой-то повод, даже позволила себе неосторожный взгляд в его сторону… Лучше не представлять, что этот серый волк может сделать со мной в чёртовом ночном клубе, прямо перед открытием. А потом скажет, что я сама его спровоцировала. Всем известно, насколько оборотням трудно держать себя в руках, у них над разумом часто берут верх животные инстинкты.

Я опустила глаза и постаралась дышать медленнее и глубже. Не поддаёмся панике, пока что парень откровенно развлекается, и ни малейшей агрессии не проявляет.

– Мистер Норс сказал, чтобы я пришла сегодня устраиваться на работу, – я старалась говорить твёрдо. – У меня и направление есть.

– Ах, на работу, – протянул охранник. – Да, старик предупреждал. Он сейчас занят, опробует новую танцовщицу. Сказал, чтобы я тебя сам проинструктировал. Заходи.

Охранник отодвинулся от узкой двери – совсем немного. Так, чтобы, когда я входила, мне на мгновенье пришлось почти прижаться к его теплому мускулистому телу. Раньше мне не приходилось оказываться настолько близко к мужчине. Его дыхание стало прерывистым. Я невольно вздрогнула и поспешно отшатнулась, охранник ухмыльнулся.

– Какой у нас пугливый новый менталист! Где мистер Норс тебя откопал?

– На распределении, – нехотя буркнула я.

Кто возьмёт на работу менталиста самого низкого уровня? Таким, как я, вообще лучше было бы не иметь дара. Честно говоря, в академии я училась отвратительно – с моими-то слабыми способностями, – и очень надеялась, что ни один из работодателей на обязательном распределении выпускников мной не заинтересуется. Наверное, я бы достаточно быстро придумала, как работать на себя, или нашла работу, как обычный человек.

Но на распределении среди обычных серьёзных работодателей – оборотней, магов и даже одного вампира – затесался развязный красноносый старик, от которого за полмили разило ромом. Когда прозвучал вопрос, кто хотел бы дать работу менталистке Элене Кейли, сдавшей выпускной экзамен на самый низкий балл, в зале повисла тишина. Я чувствовала эмоции окружающих – немного презрения, равнодушие, сомнение, раздражение. В общем, всё прошло бы, как я и ожидала, однако в дело неожиданно вмешались судьба и красноносый мистер Норс.

– Менталистка? – громко прохрипел он. – Мне нужна менталистка! От меня вчера сбежала… тьфу ты, уволилась менталистка! Третья за месяц! Кого вы тут готовите? Они совершенно не желают работать!

Пьяного работодателя быстро усмирили и пообещали, что уж я-то буду у него работать. Вернее, по закону мне по окончании академии придётся отработать как минимум полгода по полученной специальности. И я тут же получила направление в ночной клуб с настораживающим названием «Девчонки тут!»

В принципе, я понимала, что меня отправляют в какой-то сомнительный притон, но только здесь, на месте, осознала всю глубину проблемы.

– По пьяни, что ли, мистер Норс тебя выбирал? – с сомнением пробормотал охранник. – Тут же девка нужна – во! – он нарисовал в воздухе нечто, напоминающее двугорбого верблюда. – Фактурная, с фигурой, красотка… Не, ты ничего так, вполне привлекательная, – добавил он. – Но только не для посетителей. Тут ценятся немного другие девушки.

– Послушайте, я – менталист, а не танцовщица, – возмутилась я. – Моя задача – считывать эмоции посетителей, а для этого не нужна фактурная фигура. Я не собираюсь тут никого завлекать.

– Ладно, садись, – охранник с ухмылкой кивнул в сторону столиков. – Проинструктирую.

– Может, я всё же дождусь мистера Норса?

Старик хоть пошлых предложений не делал, только заявился пьяным в академию на распределение и потребовал прислать ему менталиста для работы.

Словно в ответ на мои мысли откуда-то из глубины клуба, видимо, со стороны служебных помещений, донёсся недвусмысленный женский стон. Я сморгнула. Это ещё что?

– Сказал же, танцовщицу пробует, – хмыкнул охранник, поймав мой ошарашенный взгляд. – Похоже, горячая штучка.

Кровь прилила к щекам. Даже издали до меня долетали отголоски сильных сексуальных эмоций.

Охранник решительно схватил меня под руку и повёл к ближайшему столику. Я с трудом сдерживалась, чтобы не вырываться. Поссориться с охранником в первый же вечер – не лучшее начало для работы.

– Меня Вилли зовут, – сообщил парень, подталкивая меня к мягкому стулу. – Значит так, Элена, у нас здесь ночной клуб, один из самых известных в городе. И весь персонал должен соответствующе выглядеть. Переодеться ты уже не успеешь, – с неудовольствием заметил он, – так что я попрошу девчонок выдать тебе что-нибудь из нормальных шмоток. Наверняка у них в гримерке найдётся что-то твоего размера.

Нормальных шмоток?! Боюсь представить дресс-код этого заведения! Я пришла в джинсах и футболке, а тут, оказывается, нужно демонстрировать красоты фигуры.

– Менталист не должен привлекать к себе внимания, – выпалила я. – Это как охранник… Только незаметный.

– А ты думаешь, на тебя в таком виде не обратят внимания? – хохотнул Вилли. – Ты будешь очень сильно выделяться на общем фоне.

– Думаю, меня могут принять за посетительницу, – я нервно потёрла руки. – Вообще-то я умею быть незаметной.

О да, быть незаметной – мой главный дар! За это не ставят оценок в академии, он не считается важным, но для меня умение стать незаметной всегда было бесценно. Как ещё я смогла бы выжить и сохранить рассудок в приюте для найденышей неизвестного происхождения, а потом – и в академии? Я была для всех серой мышкой, которую переставали замечать через несколько секунд после её появления. И самое лучшее, что у меня получалось, – это щит, за которым прятались не только мои эмоции, но и я сама. За годы в приюте и в университете я ни разу не ловила на себе похотливого взгляда сокурсника-оборотня или какого-нибудь сластолюбивого профессора.

Я, на всякий случай, проверила щит. Он был на месте. Только не похоже, чтобы мой щит хоть как-то действовал на сидящего напротив Вилли. Мускулистый парень продолжал источать эмоции, связанные с чисто мужским интересом. И относился этот интерес, к сожалению, именно ко мне. Больше вокруг никого не было.

Стоны вдалеке усилились, переходя в визги. Я тяжело вздохнула. А ведь клуб ещё закрыт. Что же здесь будет твориться ночью?

– Незаметной, говоришь? – скептически повторил за мной Вилли. – Ладно, посмотрим. Постоишь сегодня рядом со мной у входа. Будешь сканировать эмоции приходящих посетителей. Если что-то покажется подозрительным – сообщишь. Ни в коем случае ни во что не вмешиваешься, понятно?

Я кивнула. Мне и в голову не пришло бы вмешаться в напряженную ситуацию в сомнительном заведении. Да это и не моя обязанность, с проблемным клиентами пусть разбирается охрана.

– Твоя задача – выделять всё, что не относится к предвкушению удовольствия, к возбуждению и к сексу, – деловито объяснял Вилли. – Особое внимание надо уделять напряжению, агрессии, тревоге и равнодушию.

– Равнодушию-то зачем? – не поняла я.

– Золотце, сюда приходят повеселиться, посмотреть зажигательную программу, познакомиться с горячей девчонкой или договориться за отдельную плату с одной из танцовщиц, уединиться в каком-нибудь кабинете, – он неопределённо махнул рукой в сторону каких-то кабинок, закрытых бордовыми занавесками. – Так что равнодушие выглядит ещё подозрительнее, чем тревога или агрессия. Неуверенный клиент может переживать, например, что не найдёт себе партнёршу, а агрессия может быть проявлением садистских наклонностей. Сюда заглядывают любители садо-мазо, – пояснил Вилли в ответ на мой непонимающий взгляд. – Они мирно и по согласию договариваются между собой, но приглядывать за ними, на всякий случай, все равно нужно – чтобы не слишком увлекались. А вот равнодушие в этом клубе – очень тревожный звоночек. В общем, сегодня ты осматриваешься, пробуешь поработать, а завтра с утра разговариваешь с мистером Норсом и выясняешь с ним, в какой одежде тебе ходить и как именно работать в зале. Какой у тебя, кстати, выпускной балл?

– Первый, – нехотя ответила я.

– С ума старик сошёл вчера, что ли? – пробормотал парень. – Иди оформляйся. Вернёшься сюда, будешь стоять со мной у входа, поняла? Только у входа, дальше ни шагу. Иначе ты за минуту захлебнешься в чужих эмоциях.

– А оформляться где?

Я нервно покосилась в сторону, откуда неслись звуки и долетали эмоции страсти. Надеюсь, мне не надо туда идти? Охранник задумчиво побарабанил пальцами по столику.

– Вот что, начнёшь работать сегодня неофициально, а к утру Норс тебя оформит. Я сам занесу ему твои документы.

Клуб открывался через полчаса. Через пятнадцать минут появились ещё два молодых, беззаботно болтающих между собой охранника. С Вилли они почти не общались. Ещё через пять минут наконец-то стихли звуки страсти и исчезла буря эмоций, остался лишь шлейф глубокого удовлетворения. Да уж, меньше всего я ожидала оказаться менталистом на службе порока.

Почти всё шло по привычной схеме. Подошедшие охранники скользнули по мне такими взглядами, словно с трудом отличали от стены, и тут же перестали обращать на меня внимание. Не уверена, что они вообще запомнили, как меня зовут. А вот Вилли поглядывал на меня с возрастающим интересом, и этот момент выбивался из схемы. Мой щит всегда действовал на окружающих – одноклассников, сокурсников, даже на преподавателей, среди которых были действительно сильные менталисты. Я привыкла, что меня не замечают ни маги, ни оборотни, ни обычные люди. Даже вампиры, появляясь в нашей академии, лишний раз не смотрели в мою сторону. И до сегодняшнего дня исключений из этого правила я не встречала.

В узкую дверь начали входить посетители. Кто-то пытался ввинтиться в клуб как можно незаметнее, кто-то наоборот вплывал внутрь с таким видом, будто ожидал бурных и продолжительных оваций. И от всех посетителей остро чувствовалась сильная эмоция – предвкушение эротического приключения.

Ещё бы они не предвкушали! Две девушки-змеи в босоножках на высоких каблуках извивались под медленную, манящую музыку у шестов посреди зала, привлекая публику. Они наполовину обратились, их перламутровая змеиная кожа блестела в лучах искусственного света, тела изгибались так легко и грациозно, как это возможно только у змей. Вокруг каждого шеста толпились мужчины. Многочисленные руки касались тел замирающих в соблазнительных позах танцовщиц, задирали их крошечные маечки, под которыми не было нижнего белья, лезли под короткие, чисто символические юбочки, трогали, похлопывали, поглаживали. Девушки-змеи продолжали свой номер, ничуть не смущаясь таким откровенным мужским вниманием.

Я ощутила отголоски эмоций посетителей, и меня замутило от чужой животной похоти. Щит дрожал, он не мог справиться с хлынувшим на меня эмоциональным потоком. В поисках поддержки я осторожно протянула невидимые обычному глазу нити к ближайшему охраннику, затем к другому. Нет, желанного отдыха тут не найти. От них исходит та же похоть. О деле парни вообще не думают, они с вожделением глазеют то на танцовщиц, то на входящих девушек. Непонятно, зачем здесь держат такую охрану. Моя третья попытка увенчались успехом: Вилли был собран, деловит и не интересовался вакханалией в зале. Из троих фактически работал он один.

Я полностью сосредоточилась на его эмоциях, с облегчением погружаясь в чужое спокойствие. Посетители проходили мимо охраны – по одному, парами, небольшими компаниями. Некоторые знакомились прямо на входе в клуб. Ничего подозрительного я пока не заметила, все шли поразвлечься. Да и для чего ещё можно прийти в этот то ли притон, то ли бордель?

– Менталист Элена, не отвлекаемся от работы, – Вилли подошёл ко мне вплотную. – Пару заметила? – он показал глазами на парочку, в обнимку направлявшуюся к центру зала.

Кого в этом заведении вообще может заметить менталист? Я же сейчас чуть не утонула в ярких эмоциях посетителей, как и предупреждал Вилли. Начинаю понимать, почему менталисты здесь не задерживаются. У таких, как я, слабых, сносит крышу от обилия и силы чужих эмоций, а серьезные специалисты ни за какие пряники не пойдут работать в замаскированный под ночной клуб бордель мистера Норса, для них найдутся дела гораздо интереснее.

– Пара как пара, – я проводила их взглядом. – Бурый волк с волчицей. Вроде ничего особенного.

Медноволосый оборотень в это время переместил руку с талии своей девушки пониже, неторопливо погладил упругие ягодицы. Пара остановилась в самом центре зала между шестами с девушками-змеями, под огромной безвкусной люстрой, блестящей, как новая елочная игрушка. Девушка встряхнула распущенными каштановыми волосами и эффектно, очень сексуально закинула ногу на бедро партнёра. Разрез на длинном красном платье разошёлся до бедра, открывая кокетливую ажурную резинку чёрного чулка.

– Ладно, эти два болвана ничего не видят дальше собственного носа, – Вилли недовольно кивнул в сторону глазеющих по сторонам охранников. – Но ты же какой-никакой, а менталист, Элена! Неужели не замечаешь ничего необычного?

Его спокойствие сменилось напряжением и лёгким раздражением. Я неохотно вынырнула из облачка эмоций Вилли в насыщенную страстями атмосферу ночного клуба.

– Хотя что ты можешь заметить, если уже минут десять как зачем-то прощупываешь мой эмоциональный фон, – с язвительной усмешкой добавил Вилли. – Не знаю уж, что ты у меня сейчас хочешь найти, но я это чувствую. Эмоции я тебе дам, конечно, раз ты так хочешь, но только после смены, где-нибудь в кабинете. Сейчас нам не до развлечений.

Чувствует? Но раньше никто и никогда не чувствовал, как я просматриваю эмоции. Меня вообще не замечали! Сейчас-то что не так? Вилли не должен обращать на меня внимания, а он замечает, как я отдыхаю в его эмоциях.

– Я не… – с ужасом начала я, но Вилли не стал слушать объяснений.

– Пойдём-ка туда, потанцуем, – он решительно сгреб меня в охапку, приподнял и потащил туда же, в центр зала, где привлекла в себе внимание горячая парочка.

– Нам же нельзя, – пискнула я.

– Кто сказал? – ухмыльнулся Вилли. – Мы на работе, и твоя задача сейчас – проверить эту пару. Так что расслабься, улыбайся и не сопротивляйся, когда я буду двигаться с тобой к ним поближе.

Как тут расслабиться, когда случайный знакомый оборотень притянул меня к себе и неторопливо, неожиданно приятно оглаживает по спине, по талии, касается губами волос? А вокруг бурлят страсти. Девушки-змеи на своих шестах сладострастно постанывают в два голоса, и мне совершенно не хочется видеть, что там происходит. С ума сойти! Меня фактически отдали в рабство на полгода в это кошмарное заведение. Правда, какую-то зарплату будут платить, но сумму я пока так и не услышала. Хорошо бы для начала выяснить, сколько мне собираются платить.

– Работай, – шепнул на ухо Вилли.

Глава 2. Чем может закончиться общение со странным, но очень привлекательным волком

Элена

Мы были совсем недалеко от парочки, которая чем-то не понравилась охраннику. Оборотни зажигали вовсю, раздевая друг друга под музыку. Казалось, весь воздух вокруг был пронизан животной страстью. Руки девушки скользили по мускулистому телу волка, а он, уже освободив партнёршу от «лишнего» красного платья, оглаживал её бедра, задерживая руки на крошечных тесемках кружевных чёрных стрингов.

– Ну как? – настойчиво спросил Вилли.

Можно подумать, он сам не видит – как! Я отвернулась от парочки и прикрыла глаза, а затем, проверив свой щит, принялась сканировать окружающих. Пока всё предсказуемо. Вокруг танцующих собралась небольшая толпа, все раззадорены, все ждут чего-нибудь погорячее. Примешивается и лёгкое раздражение зрителей – мы топчемся неподалёку от заводной пары совсем некстати, закрывая обзор нескольким любителям «горяченького». Со зрителями всё ясно. Так, а где же сама пара? Я прощупывала сантиметр за сантиметром в поисках исходящих от парочки эмоций. Вилли был прав, тут действительно есть странности.

Я резко открыла глаза и тихо выдохнула:

– С ними что-то не то!

– Рассказывай, – коротко приказал оборотень.

– Они равнодушные. Совсем равнодушные и безразличные друг к другу, – попыталась я быстро объяснить. – Я их почти не чувствую, они как живые куклы. И щитов на них нет, никакой защиты от менталиста, под которой они могли бы прятаться. Они делают… – я осеклась, пытаясь подобрать слова, – всё это совсем без эмоций, как будто просто должны отработать. Между ними ничего нет, даже самого слабого влечения, даже лёгкого интереса!

– Сказать, что ли, старику, чтобы завтра же разогнал и горе-менталиста, и горе-охранников? – пробормотал Вилли. – Какой от вас толк? Только и можете, что отвлекаться на всякую ерунду.

Я торопливо ставила дополнительные щиты, через которые почти не проникали отголоски чужой страсти. Хватит с меня! Надеюсь, охране и самому владельцу заведения не нужно, чтобы менталист в первый же вечер сошёл с ума прямо на рабочем месте? Нашёл чем напугать! Можно подумать, я мечтаю работать в этом заведении.

– А мистер Норс правда может нас разогнать? – с надеждой спросила я.

– Не отвлекайся, – недовольно буркнул Вилли.

Он в медленном танце отвёл меня в сторону от парочки и теперь легко двигался между столиками к занавешенным бордовыми портьерами кабинкам. Вернее, занавешенными должны были быть только занятые места, и сейчас все портьеры висели по краям кабин в ожидании тех посетителей, кто захочет оказаться в более-менее интимной обстановке. Подозреваю, что скоро желающие развлечься начнут занимать подготовленные для этого места. Свободные кабины для уединения манили парочки широкими диванами и зеркальными потолками. И к одной из таких кабин решительно двигался со мной Вилли. Я попыталась высвободиться. Бесполезно, это все равно, что отодвигать скалу. Шаг, ещё шаг…

– Я туда не пойду! – прошипела я, возмущённо глядя на Вилли. – Это не входит в мои обязанности. Мы на работе!

– Кто только выдал тебе диплом? Ты не менталист, ты – недоразумение, – буркнул он мне на ухо. – Нам нужно место, чтобы хорошо все видеть и не бросаться в глаза. Прекрати брыкаться немедленно! Ты уже привлекаешь к нам внимание.

– Ух какая строптивая девочка! – бросил рядом какой-то оборотень. – Разделим? Устроим крошке запоминающуюся ночь?

От ужаса у меня язык отнялся, и я невольно прижалась к Вилли. Он успокаивающе потрепал меня по плечу.

– Это – служащая охраны, мистер Одьер, – на ходу бросил Вилли. – С ними вдвоём не положено. Новенькая, – он неприятно усмехнулся. – Придется объяснить девочке, что бывает, если долго провоцировать оборотня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.