# Академия адептов, колдунов и магов. Испытание для адептов

Галина Гончарова

Анна-Лиза, Линда и Селия подружились очень давно, еще детьми, когда поступали в академию адептов, колдунов и магов, и с тех пор своей дружбе не изменяли. Одна из них мечтает о свободе, вторая о приключениях, третья об аспирантуре. И этим планам не сможет помешать ни новый ректор, за которого хотят выдать замуж Анну-Лизу, ни орки, которым нравятся все адептки в принципе, ни симпатичный проходимец из другого мира, который понравился Линде. Пока девушки едины – они непобедимы.
Значит, так и решаем: врагов – убить, орков – прогнать, жениха – передать подруге, проходимца прикормить и женить… главное, не перепутать. А заодно разобраться с убийцами, покушениями и культом забытого кровавого бога. Нечего тут свои порядки устанавливать…
НО АДЕПТКИ СО ВСЕМ СПРАВЯТСЯ, ПОТОМУ ЧТО НАСТОЯЩАЯ ДРУЖБА – СРОДНИ МАГИИ!

© Г. Гончарова, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

## Пролог

– Мама!!!

Мужчина в ужасе взирал на женщину, которая едва виднелась из подушек на громадной кровати.

Балдахин затемнял лицо несчастной, отбрасывая тени, но даже в полумраке отлично были видны круги под глазами, впалые щеки, чахоточные пятна румянца, лихорадочно блестящие глаза, словно пожелтевший, восковой лоб…

Каким чудом несчастная еще задержалась на свете, не сказал бы ни один врач.

– Сынок…

Мужчина хотел присесть рядом на кровать, но его вовремя перехватили.

– Помнишь, что сказал доктор Клай?

Женщина подняла руку. Сухую, худую, желтую, в жутковатых струпьях.

– Нет-нет. Прошу тебя, не надо, Ронни. Я боюсь, что и ты тоже заболеешь…

– Я не боюсь. Мама…

– Сынок… – Единственная слезинка скатилась из глаза женщины, скользнула по щеке и канула в подушки.

– Как же ты так…

– Так случилось, малыш. Доктор Клай не знает, что со мной…

– Я вызову доктора из столицы.

– Я уже вызывал личного врача императора. Пойдем, сын, Дороти надо поспать.

– Вы еще придете вечером? – прошелестело из подушек.

– Да, конечно, матушка, – отозвался сын и вышел из спальни вслед за отцом.

В коридоре он хотел что-то сказать, но старший из мужчин поднял руку:

– Побеседуем в кабинете?

Более молодой пожал плечами, но послушно направился вслед за отцом. Действительно, тема серьезная, не стоит говорить о таком в коридоре.

Кабинет был мечтой каждого библиофила столицы.

Громадный стол, камин в углу, два кресла перед ним, книжные полки от пола до потолка, основательная мебель из мореного дуба, тяжелые шторы…

Лорд Аргайл отдернул их – и при свете дня, залившем кабинет, стало ясно, что мужчины не просто похожи. Копии.

Просто один постарше, а второй помоложе.

Оба высокие, синеглазые, оба с ястребиными носами и высокими лбами, у обоих тяжелые квадратные подбородки… У старшего волосы цвета солнечных лучей, у младшего тоже. Только старший уже наполовину сед, его волосы коротко подстрижены и тщательно уложены, а у младшего они отросли до середины спины, небрежно заплетены в косу и, к удивлению, перетянуты розовой лентой. Со стразами и жемчугом. И с пышным бантом.

Смотрелось это ужасно, так что старший из мужчин кривился, глядя на косу, переброшенную через плечо, и ленту, которую мужчина начал теребить. Но терпел.

Одежда их тоже разнилась, как день и ночь.

Старший из мужчин был одет в простой темный костюм. Белая рубашка, темный жилет, темный сюртук, брюки, мягкие домашние туфли. Все в черных и серых тонах.

Младший же… о, младший из мужчин мог дать фору всем попугаям императорского зоологического сада.

Рубашка – розовая. Жилет – голубой. Сюртук цвета фуксии, панталоны окраса ночного неба, и все это щедро украшено то ли стразами, то ли горным хрусталем…

Ах да! Потрясающая вышивка на жилете, на кармашке для часов – в виде зайчика. И бант на шее. Роскошный, пышный, в цвет заката. Сапоги – и те были со стразами, которыми щедро усыпали голенища. Кажется, вышивка на голенищах тоже была в виде зайчиков, но лорд Аргайл не приглядывался, ему и так хватало – аж в глазах рябило!

– Рональд…

– Слушаю?

– Я знаю, мы с тобой в ссоре…

– Да, уже лет двадцать? Или двадцать пять?

– Семнадцать.

– Маловато будет.

– Помолчи, щенок! Матери плохо!

Рональд тут же стал серьезным:

– Что с ней?

– Врачам неизвестно. Но… сам понимаешь.

– Не понимаю.

Старший из мужчин дернул кадыком:

– Не понимаешь?! Они боятся самого худшего!

– Поэтому вы меня и позвали?

– Да, и поэтому тоже. Рональд… мать больна. И ради нее… я знаю, ты в любой момент можешь отказаться от титула и наследства, но… она очень хочет увидеть внуков.

– Да неужели? А как же Эрвин?

– Да неужели ты не в курсе? – притворно удивился старший.

Лицо младшего стало жестким и холодным.

– Вполне.

Даже розовая лента в его волосах как-то померкла. Хотя нашитые на ней камни так же бликовали.

– Тогда что ты хочешь от меня услышать?

– Извинения? – задумчиво предположил младший.

– Да получи! – разозлился старший. – Я был не прав! Признаю! Ты доволен?

Рональд пожал плечами:

– Пожалуй. И что вы от меня хотите?

– Мать хочет внуков.

– И я срочно должен вам их дать?

– Хотелось бы, – вздохнул мужчина, – но я не буду настаивать.

– Уже лучше…

– У меня к тебе просьба.

– Слушаю.

Лорд Аргайл перевел дух – сын не отказался сразу – и медленно заговорил, подбирая слова.

– Я не хочу тебя ни к чему принуждать. Поэтому не навязываю невесту. Но я попросил его величество предоставить тебе пост ректора.

– Где?!

– В Академии АКМ.

– За что?! – душевно взвыл Рональд. И тут же исправился: – Зачем?

– Я не хочу навязывать тебе супругу. Но ты вполне можешь подобрать себе спутницу жизни в академии. Как ты понимаешь, девушки там из хороших семей, с сильной кровью, неглупые, воспитанные… будет возможность приглядеться. Выбрать по своему вкусу и тщательно.

– Хм. Не боитесь?

– Чего?

– Пустить козла в огород?

Лорд Кларенс ухмыльнулся:

– Не боюсь. Капуста там весьма и весьма плотоядная выросла.

На миг между мужчинами проскочило нечто… понимание?

Нет, показалось.

– Император согласился. Указ еще не подписан, но если ты не против… поезжай, присмотрись… я искренне надеюсь, что мать успеет хотя бы порадоваться за тебя. Какие уж там внуки…

– Выкручиваете мне руки?

– Тогда я бы представил тебе подписанный указ. Ты такой же подданный его величества, как и я, как и все мы.

Рональд хмыкнул, не комментируя это утверждение. И насчет приказа, и насчет такого же, как все… Последний раз он посвящал родителей в свои дела семнадцать лет назад и не собирался возвращаться к этому сейчас.

– А что со старым ректором?

– Удар хватил.

– Да неужели? – ехидства в голосе Рональда было хоть соли.

И то… Вся столица знала, что жена ректора душевно огрела мужа кочергой, застав в кабинете с адепткой. В весьма недвусмысленной позе.

Так что – да. Удар хватил. Кочергой, да тяжелой, да по пояснице…

На скорое возвращение ректора к своим обязанностям рассчитывать не стоило. Даже магия бессильна в некоторых случаях.

– Ты согласен?

Рональд закатил глаза:

– Не хочется. Честно, не хочется. Но мать жалко. Приказ где?

– Завтра же подпишу у императора. Погостишь у нас денек?

– Погощу? Денек?

– До нового учебного года – три дня. Тебе стоит хотя бы за день приехать, принять хозяйство.

Рональд скривился, но выбора, судя по всему, у него не было:

– Что ж. Денек погощу, а завтра – в столицу. Телепортом, конечно?

– Разумеется.

Рональд хмыкнул. Телепорты были стационарными. И конечно, за несколько дней до начала учебного года столичный телепорт был расписан едва не по секундам. Но ради Аргайлов можно и нарушить правила, подвинув очередь. Герцог же! Не хвост собачий!

Что поделаешь? Отказаться? Нельзя – мать…


На следующий день примерно в это же время Кларенс Аргайл вошел в спальню к супруге, опустился на кровать и взял тонкую руку в свои – горячие и сухие.

– Дотти, он уехал.

Умирающая приподнялась на кровати:

– Точно, Рен?

– Абсолютно. Я лично проводил его до телепорта и ушел только после его срабатывания.

– Сигнализация?

– Все чисто.

– Слухачи?

– Ничего нет, я лично проверил.

– Можно выходить? – обрадовалась женщина.

– Да.

– Фу-у-у! Я уж боялась, у меня вся кожа слезет под этой гадкой краской!

– Дотти, выбора не было. Магией тебя замаскировать нельзя, мальчик неглуп, он бы это проверил в первую очередь. А краску магией не определить.

– Но чешется ужасно!

Женщина принялась водить мокрой губкой по лицу.

Первой сдалась пудра, потом румяна, тени, и наконец – воск.

– Не смотри на меня, я страшная.

– Ты у меня всегда очаровательна.

Женщина хмыкнула:

– Он и правда заклинание кастовал. Проверял, паршивец…

– Хорошо, что диагностические заклинания ему удавались через раз, – хмыкнул любящий отец. – То ли дело боевые.

– Наследственность у вас такая, у Аргайлов, – хмыкнула дама. – Вытащи кристалл из подушки, пожалуйста. Он ужасно неудобный…

– Как скажешь, Дотти, – отозвался герцог. И послушно принялся потрошить подушку, в которую тоже лично засовывал кристалл с заклинанием искажения.

Стоил кристалл дорого, размером был с кулак, так что надо его сразу и достать, и в сейф отнести. Его еще раз на десять – пятнадцать хватит, потом рассыплется, конечно, но ведь это потом.

А сейчас он свою функцию выполнил.

Рональд раз скастовал диагностику, два, а потом и уверился, что Дотти больна. Потому как кристалл успешно показывал кучу проблем, несовместимых с жизнью, вид у матери тоже был страдальческий, а больше никаких заклинаний и рядом не было.

Что ж. Поедешь ты, сынок, в Академию АКМ – ректором.

А уж я позабочусь, чтобы ты женился к концу года. Сколько гулять-то можно?

Хватит, опыт есть – пора внуков делать. Авось справишься.

## Глава 1

…Его тело накрыло ее разгоряченной волной, и они сплавились воедино…

– Отдай книгу! Сели! Немедленно!

Лежащая на кровати блондинка протянула руку, но книжки не дождалась. Сели продолжала небрежно листать страницы.

Со стороны казалось, что она просто переворачивает их, но подруги отлично знали, что Селия читает. И более того, понимает прочитанное, может пересказать, едва ли не дословно, а потом и вспомнить. Через пару месяцев, например.

– Это что – пособие по металлургии? Сплавились они?

– Главное – не склещились, – меланхолично выдала в потолок третья девушка.

Красотки в комнате подобрались одна к одной.

На кровати лежала блондинка в лучших традициях любовных романов. С длинными золотыми волосами, огромными голубыми глазами, симпатичным личиком и прочими достоинствами весьма выдающихся размеров.

Книгу у нее отняла вошедшая в комнату рыженькая барышня. Невысокая, чем-то похожая на симпатичную умную мышку. Живое выразительное личико с остреньким носиком, стройная фигурка, большие карие глаза и длинная рыжая коса. Кончик косы она заправила за пояс, да так и забыла высвободить.

Третья девушка могла бы послужить натурщицей для скульптора, ваяющего богиню победы.

Высокая, пропорциональная, с фигурой прирожденной спортсменки, черноволосая и черноглазая, с коротко остриженными волосами и без малейших признаков косметики, она сидела на стуле, забросив ноги в кожаных штанах на стол, и даже чуть покачивалась.

– А, вот еще… мои каблучки громко цокали по лестнице, утопая в тишине зала…

– Селия, это роман! Ро-ман, понимаешь?

– Нет, не понимаю…

– Анна хочет сказать, что их читают не умом, а сердцем, – снисходительно пояснила черноволосая.

– Да! – подтвердила блондинка.

– А знаки препинания и падежи каким органом расставляют? – с чисто научным интересом поинтересовалась Селия.

– Вот уж не знаю, – брюнетка потянулась, немного не рассчитала, и если бы Селия не поддержала ее под локоть, свалилась бы на пол. – Спасибо.

– Не за что. Держи, Ани. Читай про своих металлургов-энтузиастов.

Анна задумалась, полистала книгу…

– Он таранил меня с неутомимостью молота, бьющего по наковальне, и мое тело извивалось в конвульсиях под невидимую мелодию…

– М-да, – впечатлилась уже и брюнетка.

Блондинка сунула книгу под подушку и вздохнула:

– Злые вы. Но что поделать, если книгу Розабелинды Отчаянной я уже дочитала, а новинка выйдет только через месяц?

– Почитать учебник? – предположила Селия. – Говорят, перед новым учебным годом это полезно делать.

– Вот еще! Не хочу! – в один голос отозвались подруги. И посмотрели на Селию. Даже ресницами попробовали похлопать. – Сели, ты же нам будешь рассказывать сказки на ночь?

– Куда я от вас денусь, – пожала плечами рыженькая.

«Сказки» она начала рассказывать еще неделю назад, благо программу знала наизусть. И учебники тоже.

Что сложного – рассказать подругам перед сном теорию кристаллов или агромагию…

И девочки вспомнят, и она сама повторит… сколько лет они уже так поступают?

Да уж лет пять.


Пять лет назад

Было страшно.

До тошноты страшно, но Анна-Лиза только сильнее выпрямилась. Вот так! Она красивая, и она всегда будет храброй. Она папе обещала.

А мама ее отправила в академию, и она теперь будет здесь учиться, и жить здесь будет, и ей двенадцать лет, тот возраст, когда в ребенке просыпается магия.

В Анне-Лизе она вот тоже проснулась. Душевно так проснулась, половина города узнала.

День сложился неудачно…

С утра ее начали изводить сводные сестрички. Спрятали туфли и измазали платье.

Пока Анна-Лиза искала их и переодевалась, она опоздала к завтраку, и мама ее отчитала. И ничего вкусного ей не досталось, только холодная овсянка. Она и горячая-то не слишком съедобна была, а уж холодная, на воде – и вовсе склизкая гадость. Но отчиму варили только такую, у него вечные проблемы с желудком.

Потом мистрес Луиза рассердилась, потому что Анна перепутала короля Карла Первого и императора Карла Пятого. Хотя какая разница, если они оба уже давно умерли?

В результате Анне досталось линейкой по ладошкам, а это больно.

Обед тоже не задался, потому что подали суп из шпината, а у Анны от него всегда живот болел. Но съесть все равно пришлось…

После обеда тоже было плохо – живот болел, так что Анна лежала, читала и грустила. И книга тоже закончилась плохо, в ней все умерли.

Вот зачем пишут такие книги?

Правильно, чтобы портить настроение маленьким девочкам.

А девочки уже не такие и маленькие…

А вечером, когда она пошла в библиотеку, на нее налетел сводный брат. Или сводный гад, как она его называла про себя. Впихнул ее внутрь, прижал девочку к двери библиотеки и попробовал задрать подол.

Да еще и приговаривал какие-то гадости…

Анна-Лиза не зря читала романы. Что хотят парни от девушек она поняла – и испугалась. До истерики. До визга. До… до магии!

И как полыхнуло! То есть, простите, ливануло…

Анна-Лиза оказалась магом воды, да еще каким! Сильным, потенциально чуть ли не архимагом.

Наглого мальчишку снесло водой. А Анна собой уже не владела. Всплыло все.

На улице активировались фонтаны, прорвало водопровод в двадцати трех местах, залило половину домов и всю улицу, да еще и несколько соседних, затопило городской парк, рядом с которым они жили…

А Анна в этот момент лежала в обмороке в библиотеке. Выброс магии был такой, что она два дня проспала, а на третий проснулась и узнала, что ее отправляют в Академию АКМ.

Вот и стояла она во дворе, и было ей грустно. И… Ой!

– А ну, подвинься!

Мальчишка толкнул ее так, что Анна едва не упала. Больно было до ужаса. Главное, и места-то было много, и пройти он мог спокойно, просто Анна была страшненькая. В двенадцать-то лет! В сером платье-обдергайке, в чепце, в тяжелых грубых туфлях… Как одевали – так и выглядела.

А мальчик явно был сыном аристократа. Элегантным, в дорогой одежде…

– Ой… – повторила Анна.

А сделать ничего и не успела больше. Потому что парня развернули и с размаху треснули ему кулаком по носу.

– Ой, – сказал мальчик.

История повторилась.

Девочка, которая стукнула его, недолго думая добавила еще – и мальчик упал на попу. И повторил в третий раз:

– Ой…

– Что здесь происходит?! – прогремел с небес преподавательский голос.

Анна-Лиза поняла, что ей настал конец, и зажмурилась.

И дома-то ей розгами доставалось, а что с ней здесь сделают?

Огнем сожгут, как говорили в народе? Или вообще… драконам скормят? Ой… мама…

– Господин учитель, этот невоспитанный молодой человек ударил нашу подругу, – прозвенел чистый детский голос. – А мы за нее заступились. Это же неправильно, когда мальчики обижают девочек? Непедагогично?

Анна приоткрыла один глаз. Потом второй. Убивать ее никто не собирался.

Между преподавателем и Анной стояла невысокая рыжая девочка, уперев руки в бока, и взирала на него снизу вверх.

– А если девочки обижают мальчиков – это педагогично? – поинтересовался преподаватель.

И стало ясно, что он даже не злится. А едва-едва сдерживает смех… это Анна видела.

– Конечно. Мальчики должны защищать родину, а кого может защитить мальчик, которого даже девочки побили? – удивилась рыжая.

– Да я… Да мой отец – граф!!! – прорвало в этот момент мальчишку. И очень неудачно.

Рыжая развела руками, явно подражая кому-то взрослому:

– Вот! Целый графин! И такой беззащитный!

– Графин? – опешил преподаватель.

– Сын графа – значит графин! – наставительно произнесла рыженькая.

– А не график? – так же вслух поинтересовалась брюнетка.

– Виконт!!! – прорвало мальчишку.

Три девочки переглянулись между собой и в один голос произнесли приговор:

– Гра-фин.

Прозвище прилипло намертво.

Преподаватель прикусил губу:

– Так… пойдемте, господин виконт, я вас провожу к доктору.

Они ушли, а девочки остались.

Анна секунду подумала и подошла к рыжей:

– Спасибо.

– Не за что. Меня Селия зовут. А тебя?

– Анна-Лиза.

– А я Линда, – представилась вторая девочка.

– Давайте дружить? – предложила Селия.

– Давайте, – согласилась Анна-Лиза.

– Давайте, – кивнула Линда. – А если нас кто-то обидит – я его еще раз стукну.

Так они и дружили уже пять лет.

Делили на троих одну комнату, беззлобно подсмеивались друг над другом, помогали подругам на зачетах и экзаменах, вытирали слезы и сопли… Подруги!

Как много в этом слове!

От одолженной на свидание кофточки до съеденного вместе пирожного. И плевать на все диеты мира!


Что такое Академия АКМ?

Почему она вдруг – АКМ?

Так все просто. Академия адептов, колдунов и магов.

Поступил – адепт, отучился шесть лет – колдун, закончил магистратуру (плюс еще три года) – маг.

Академия была старейшей в империи Франд.

Старейшей, знаменитой, очень респектабельной – и славящейся своими выпускниками. Знания в академии вдалбливали на совесть.

А еще сюда принимали только аристократов.

Из Франда, из соседнего Вигора, из Ардена, разве что из Оркриста к ним не ехали, но тому были свои причины…

Злые языки судачили, что этим и объясняется известность выпускников. Понятное дело, если у родителей есть титул, то абы куда их чадушко не пошлют. И проследят, и приглядят…

Понятное дело – сплетни.

Академия предоставляла полный пансион на десять месяцев в году. На два месяца детей распускали по домам – по желанию.

Наши героини всегда оставались на лето. Желания ехать домой не было ни у кого из них.

У каждой были свои печали, свои горести, честно поделенные на троих…

Познакомимся с ними поближе? И с горестями, и с девушками.


Итак, Селия Анетта Мария Лиасон.

Семнадцати лет от роду, волосы рыжие, глаза карие, по утверждению всех знакомых – заучка, зубрилка и зануда. Только при подругах так лучше не говорить – целее будете.

Дочь графа Лиасона. Седьмая дочь. Это вдобавок к четырем сыновьям (граф Лиасон при всей древности его рода был прозван соседями Кроликом; он страшно ненавидел это прозвище и кроликов заодно).

Приданое?

Да граф вообще собирался младших дочерей (или старших), кто останется перестарком, спихнуть в монастырь. Туда тоже деньги нужны, но меньше, меньше…

Двух старших у него получилось выдать замуж за бедных соседей, еще двух он таки отдал в монастырь, одна сбежала, одна пока жила с родителями, а Селия…

Селии повезло дважды.

Она родилась магом огня – это было ее первым везением. Дар был не слишком сильным, но девочка не отчаивалась. Не всем же огненный шторм вызывать, можно и бочку с порохом искоркой поджечь. Так, к примеру. И есть чары, где мастерство важнее силы.

Вторым везением была мистрес Лиан.

Престарелая, еще мамина гувернантка доживала свой век в замке графа Лиасона. Ни у кого не поднималась рука выгнать старушку.

Слушать ее? Слушаться? Да вы смеяться изволите?

Дети графа носились по замку, отмахивались от старушки, устраивали разные пакости и побаивались только отца, который мог выпороть любимое чадо розгами. Неважно, которое по счету чадо. Замок стоял в березовой роще, розог на всех хватало.

Селия родилась тихой и достаточно спокойной. Вот ей-то вся наука и досталась.

Именно мистрес Лиан обнаружила, что девочка – маг. Именно ей пришла в голову идея с Академией АКМ.

А поскольку обучение в академии было бесплатным… Не вполне бесплатным, но – на договорной основе. Хочешь – оплачивай обучение. Хочешь – учись на одни отличные оценки. Тогда тебе будут платить стипендию. А с академией можно заключить договор. Отработаешь сумму, потраченную на твое обучение, – и свободен.

Работать придется по распределению, да и зарабатывать будешь не так чтобы много, но ты же маг! Подработать всегда можно…

Селия это знала. А потому все пять лет учебы была зубрилой, отличницей и светочем знаний. В том числе и для своих подруг.

Она получала стипендию, она собиралась в магистратуру, она проводила дни в лаборатории – и ничуть об этом не жалела. Ее все устраивало.

Домой она не ездила.

Мистрес Лиан писала девочке длинные письма, Селия писала такие же в ответ. Старушку она искренне любила.

Вся остальная семья?

Родители не замечали отсутствия тихой и спокойной дочери. Братья и сестры были заняты собой. Стоит ли ехать, тратя на дорогу крупную сумму, которую еще и не пришлют из дома, и месяц времени?

Мистрес Лиан уверяла, что не стоит.

Селия училась, думала, где бы подработать, и планировала, как только получит диплом, забрать тетушку Ли к себе. Немного уже осталось.


Линда Арана Далг была незаконнорожденной.

Черноволосая и черноглазая, белокожая и задумчивая, в детстве она была типичным гадким утенком. Нескладным, худым и в прыщах.

Драться ей это ничуть не мешало. И безжалостно лупить всех, кто пытался ее дразнить, – тоже.

Отцом ее был комендант приграничной крепости, лэр Винон Далг, а матерью – ританская танцовщица. Ританки – дамы ветреные и долго оставаться на одном месте не склонные. А потому танцовщица прожила с Виноном целый год, родила ему дочку, а когда малышке было полгода – сбежала.

Ребенка она с собой не взяла.

Кто-то шептался, что она пыталась сбежать с ребенком, но комендант отобрал малышку, а саму танцовщицу задушил и сбросил в колодец.

Так это или не так – Линда не знала. Обычно на подобные слухи она отвечала пинком в колено – пока была маленькая выше не дотягивалась. Потом отец научил ее бить «двоечкой» в печень и в нос (место не принципиально, главное – чтобы оппонент проникся и скорчился) в ответ на «попрание дворянской чести». Линда так и поступала.

Сомнения? Интересное слово. Но – и только. Сомнений как раз у нее не было.

Воспитание в приграничной крепости было соответствующее. Его не было.

Зато девочка прекрасно стреляла из рогатки (лука, арбалета и даже новомодного пистоля, который отец получил в награду от самого командующего за верную службу империи), фехтовала, скакала верхом, дралась, не обращая внимания на пол и возраст противника, и ругалась так, что лошади краснели.

Линду все устраивало, коменданта – тоже. Винон так и не женился, но дочь признал, любил и заботился, хотя и на свой лад.

Когда у Линды обнаружился дар мага земли, он даже загрустил немного. Но девочку надо было обучать. Он подумал немного и написал прошение о зачислении дочери в академию.

Свободное место оказалось в Академии АКМ.

Да и какая разница? Дворянка? Да. Незаконнорожденная? Это уже детали. Главное, титул есть, остальное неважно. И семья хорошая, Далги уже триста лет короне служат, есть чем гордиться.

Линда домой не ездила. Далеко. Крепость на границе, мало того, что там неспокойно, так еще и не доедешь. Месяц, не меньше.

Месяц ехать, побыть дома два дня и обратно? Бессмысленно.

А телепорты очень дороги, да и нет их на границе. Только военные и дико загруженные. Так что Линда тоже оставалась на каникулах в школе.


Анна-Лиза Марион Эресаль.

Единственная дочь барона Эресаля. Но и тут были свои тонкости.

Когда престарелый барон женился на молодой девушке, никто не шушукался – дело понятное.

Когда девушка родила ему единственную дочку – тоже ничего страшного.

А вот когда погиб в приграничной стычке старший сын барона, а несчастный случай унес жизнь младшего – тогда соседи и зашептались.

И не зря. Барон умер от горя. Но… Спокойно умереть он не мог. И оставить все свое состояние вдове, как приличный человек, – тоже.

Все деньги, все поместья, которые у него были, а было не так и мало, он завещал дочери. Или по достижении той двадцати лет, или если она выйдет замуж раньше.

Условие – супруг должен быть с титулом не ниже графского, а один из детей, рожденных в браке, получит титул барона Эресаля.

До той поры Анне-Лизе назначается небольшое содержание.

Ее матери? Большая благодарность и ежемесячная выплата. Дом в городе и свобода действий. Ищи следующего супруга, дорогая, с этого больше ничего не получишь…

Танна Эресаль и нашла.

Следующий супруг ее был нетитулован, зато богат. И с тремя детьми от первого брака – сыном и двумя дочерями. Для Танны это было важно, вследствие неудачных родов детей она больше иметь не могла.

Дочь она не любила, в чем-то завидовала, в чем-то злилась… и конечно, не обращала внимания, когда девочку тиранили сводные брат и сестры.

Когда Анна-Лиза оказалась магом воды, не обрадовался никто. Но что-то же делать надо было? И Танна отправила девочку поступать в академию. В столицу.

Происхождение у малышки было аристократическое, сил много, пансион требовался… выбор был очевиден.

Анна-Лиза честно съездила домой, когда ей исполнилось тринадцать лет. И вернувшись, поблагодарила подруг. Селию – за подготовку, Линду – за тренировки…

Адепт? Будущий маг воды, и очень сильный.

Только вот нигде не сказано, что с магом нельзя справиться. Так их и одолевали – громадьем, многолюдьем…

Анну-Лизу подстерегла компания ее сводного братца. Восемь мальчишек.

Схватили за руки и за ноги, зажали рот, хорошо еще, не оглушили… не успели.

Тут и пригодилась наука Линды.

Что-что, а вырываться из захватов дочь коменданта крепости умела. И подруг научила на совесть. Вот Анна-Лиза и сделала правильно.

Вывернуться, отскочить – и схватиться за кристалл, над которым колдовали все подруги.

Кристалл принадлежал Линде, заклинания нашла Селия, силой их напитывала сама Анна-Лиза…

Мальчишки обзавелись ожогами от огненных искр, синяками от летящих камней, промокли насквозь от ледяной воды…

Лечили их долго.

А Анну-Лизу отправили в академию в тот же день. И убедительно попросили больше домой не приезжать до конца учебы.

Мало ли что… Мало ли кто.

Анна-Лиза вняла и не приезжала. Сдался ей тот дом три раза, овсянку она и в академии прекрасно поест.


– Девочки, вы в курсе, что у нас будет новый ректор? – Селия отслеживала все новости по учебе. Ей это было жизненно необходимо.

– Такой же козел, как и старый? – лениво поинтересовалась Линда.

– Пока неизвестно. Не хотелось бы…

– Надеюсь, что нет, – Анна потянулась на кровати и встала, сунув ноги в туфельки.

– Да, не хотелось бы, – согласилась Линда.

Предыдущий ректор был вот именно что козлом.

Ненасытным и озабоченным. Или как это у козлов называется? Гон?

Когда гребут под себя всех, кого видят, и требуют добавки.

Справедливости ради, козлом он был весьма разумным. Не лез туда, где можно было найти проблемы на свои рога, не спал с теми, кто был сильно против, никого не загонял в стойло силой. Так что девушки даже немного грустили.

Лучше уж предсказуемый козел, чем непредсказуемый… кто? Какое животное подкинет им судьба? Страшновато как-то…

– Девочки, вы только посмотрите!


Анна, как раз глядящая в окно, и заметилаэто первой.

Розовый костюм. Ярко-голубой жилет.

Громадный бант оттенка молодого салата и такие же туфли. Трость с набалдашником, которым можно было пробить дырку в полу. Камень размером с кулак, который его увенчивал, был подозрительно прозрачным и искрился на солнышке.

– Это хрусталь? – прищурилась на камень Селия.

– Это мужчина? – прищурилась на владельца трости Анна.

– Это крестец, – подвела итог Линда.

И мысленно подруги с ней согласились.

Если это ректор – таки да. Это крестец. Полный, законченный и крестцовый.


Мысли подруг полностью совпадали с мыслями новоявленного ректора.

Крестец? Да он всю анатомию вспомнил, которая ниже пояса, и еще присочинил.

Аудиенцию у императора он не получил – не тот повод, чтобы император снисходил до беседы, у него и без всяких там Аргайлов дел по горло.

Зато к Рональду снизошел министр образования.

Посмотрел на оппонента, как на коровью лепешку, которую ему в кабинет притащили, вздохнул и поинтересовался:

– Вы хоть когда-нибудь преподавали?

– Никогда, – браво ответил Рональд.

– Понятно… может, в армии служили?

– Никак нет! Пацифист по жизни, – Рональд и не думал стесняться.

А что ему? Не он это начал!

– Дрессировкой диких животных увлекались?

– Нет. А надо?

– Если вы идете ректором в Академию АКМ – надо бы. Вы хоть маг?

Рональд неохотно кивнул:

– Маг…

– А чем владеете?

– Боевик.

– И в армии не служили? – Лицо чиновника выразило явное недоверие.

Рональд похлопал глазками и сделал губки бантиком:

– Я мирный боевик.

– А специализация?

– Засекречено.

– У меня четвертая степень доступа.

– А надо вторую. Минимум.

Чинуша покачал головой. Потом в маленьких глазках загорелось злорадство:

– Я о вас запрос отправлю.

– Не стесняйтесь, – благодушно согласился Рональд. – Могу даже подсказать куда. Королевский дворец. Их величеству лично. Или – главе тайной службы.

– Пфф…

Судя по лицу, отправить запрос чиновник мог. Но был хороший шанс, что запрос тоже отправят. В мусорную корзину.

– Может, вы в разведке работали?

Рональд прижал палец к губам:

– Только тсс!

Лицо чиновника выразило сомнение:

– Не уверен, что вам это поможет.

Рональд развел руками. И уже сам поинтересовался:

– А что – все так плохо?

– Да как вам сказать… не переживайте. У нас еще две кандидатуры есть на это место.

Вот после этого Рональд переживать и начал.


Подписать шесть стопок бумаг – подписал.

Получить на руки инструкцию, которой слона убить можно, если прицельно стукнуть, – получил.

Устав академии – получил. Изучать, правда, будет потом. Там такой талмуд… в две инструкции толщиной. Наверное, что-то очень важное написано.

Да вот на первой же странице: «Ректор академии должен внушать почтение одним своим видом…»

Рональд в этом и не сомневался.

Форму… ладно. Форму – по желанию.

Аванс – если это аванс… м-да.

Рональд подумал, что тигров дрессировать выгоднее. Их, если что, можно на шкуры продать. А адептов?

Интересно, найдется такой дурак? Один точно нашелся, можно в зеркало полюбоваться… может, еще и обойдется?

Увы, Рональд точно знал, что не обойдется. Сам в это ввязался.

Но маму жалко… Мать он любил.

Семья у Аргайлов была небольшая, но очень знатная. И денег в доме хватало.

Когда у Дороти Аргайл последовательно родилось два сына – сначала Рональд, а потом Эрвин, – лорд Кларенс был счастлив. Он закатывал праздники, обожал жену и детей, таскал малышей на руках, лично играл с ними, что уж вовсе немыслимо…

Леди больше любила старшего сына, лорд, как ни странно, младшего. Забавно, что внешне Рональд был копией отца, а Эрвин – матери.

А вот внутренне…

В кого пошел Эрвин? Так сразу и не скажешь, в большую кучу навоза, наверное, но откуда такое в родне?

К очаровательной внешности прилагался редкой гадостности характер. Склочный, завистливый, подлый, хоть на выставку в качестве эталона. И табличку: «Поганец обыкновенный».

Рональда он подставил, когда тому было шестнадцать, а Эрвину соответственно почти пятнадцать. После чего мальчишка хлопнул дверью, ушел из дома и прекрасно жил все эти семнадцать лет.

Ладно. Не все прекрасно, но все вполне самостоятельно.

Ладно. Сегодня выспаться и собрать вещи, а завтра с утра в академию. С дикими тиграми, то есть адептами.


Как должна проходить встреча старых друзей? Камин, вино, неспешная беседа…

Камин и вино присутствовали. А вот беседа…

– Вы меня по миру пустить хотите, ваша светлость?!

– Все равно тебе ничего не отломится, а так хоть десять процентов, но получишь.

– Разоряете! Без ножа режете! Пятьдесят!

– Смеешься?

– Ладно… сорок пять. Но вы просто ставите камень на моей могиле!!!

Судя по лицу герцога – камень был бы дешевле. Даже из дорогого оркристского мрамора.

– Думаешь, девчонка вам хоть крошку от пирога отломит?

– Ваша светлость, сорок! Но это мое последнее слово.

– Если бы и правда последнее…

– Хоть вы и герцог…

Попытка отчима изобразить благородное негодование, вызвала только смешок:

– Вот именно. Герцог. И могу натравить на вас несколько проверок. Что там на самом деле с имуществом вашей падчерицы, Шинор?

Куда и возмущение делось…

– Вы этого не сделаете, ваша светлость.

– Не сделаю, Шинор. Но я надеюсь, мы договорились?

– Тридцать процентов…

Герцог начал демонстративно подниматься из кресла.

– Ну, хоть двадцать! – Голос отчима Анны-Лизы стал просящим. Молящим даже.

Жить хотелось… Да, бывает и так. Вроде бы ты богат, но до определенных пределов.

Женишься на вдове в надежде прирастить капитал – а она, оказывается, вовсе и не богата. Деньгами распоряжается падчерица. Будет распоряжаться.

С другой стороны, когда ей еще двадцать лет исполнится…

С третьей…

А что отвечать герцогу, который приходит и просит руки падчерицы для своего сына?

И не ответишь отказом. Он тебе так жизнь попортит, что проще самому будет повеситься. И как только узнал? Вроде бы жили тихо-скромно, падчерица в академии, еще год точно есть, чтобы что-то придумать…

– Десять процентов. И это мое последнее слово, Аркен.

Шинор опустил плечи. Десять процентов приданого не решали его проблем. Но… это всяко лучше, чем ничего.

– Хорошо. Вы мне не оставляете выхода, ваша светлость.

– Не оставляю, – кивнул Аргайл. – Извольте вызвать падчерицу домой, мне надо с ней поговорить.

– Завтра же вызову, – согласился Шинор. – Не извольте сомневаться, ваша светлость.

– Завтра после обеда я буду у вас. И хочу поговорить с леди Эресаль.

– Конечно, ваша светлость.

Подобающее число поклонов, расшаркиваний, уверений во взаимной симпатии.

И совсем незаметная искорка злорадства в глазах Аркена. Меня ты подмял. Теперь попробуй договориться с этой мелкой гадиной!


Что должен сделать ректор академии? Отметить назначение? Закатить гулянку для друзей?

Если бы! Он обязан принять дела. И вот это – реальный кошмар.

Акты, ведомости, отчеты, сводки, схемы, планы, программы…

Пятнадцать минут потребовалось Рональду, чтобы дойти до отчаяния.

Через три часа он задумался о самоубийстве.

К концу рабочего дня он выставил всех из кабинета, уронил голову в ладони и глухо застонал.

Заплакал бы, да вот беда – даже на слезы сил не осталось.

Он сам. Сам на это согласился.

Рональд немного подумал, а потом достал из-за голенища сапога небольшую флягу и от души отхлебнул. Благородный коньяк упал в желудок, как вода.

Зачем, зачем он только согласился?! Ради матери… Но сил же нет!

Рональд огляделся, потом тихо-тихо, на цыпочках, подкрался к входной двери – и повернул ключ в замке. А потом еще и засов задвинул. Хороший, металлический… Что б предыдущему ректору им пользоваться, глядишь, и не пришлось бы Рональду так мучиться.

Вовремя. В дверь постучали – и Рональд шарахнулся от нее как черт от ладана.

Хватит!!! Сегодня он больше не выдержит… А как выйти из кабинета? Телепортом? Нет его… И потайного выхода тоже нет. Значит, через окно.

Рональд решительно распахнул створки и выглянул наружу.

Смеркалось. Напротив окна стояло, приветственно помахивая ветвями, высокое дерево. Грех не воспользоваться случаем. Так оно удачно стояло…

Или все-таки… Рональд на цыпочках подкрался к двери. Прислушался.

– …Был там!

– А чего не открывает? Или он там не один был?

– Один, точно!

– Ладно, я сейчас еще постучу.

– Мистрес Варейн, может, до завтра?

– Как это до завтра?! Это бухгалтерская отчетность! Это не какие-то финтифлюшки, а серьезная документация!

– Может, дверь случайно захлопнулась… надо бы к завхозу… если документация…

Рональд содрогнулся – и так же, на цыпочках, направился к окну.

Хватит с него на сегодня отчетности. А мистрес Варейн с ее необъятным бюстом, прической королевских размеров и платьем в обтяжку ему скоро в кошмарах сниться будет!

Допрыгнет?

Допрыгнет! Учитывая альтернативу – птицей долетит! Рональд встал на подоконник, примерился – и прыгнул.


– Я атанор не выключила!

Линда посмотрела на подругу с укором:

– Селия, что с ним случится?

– Лин, у меня там результат экспериментов…

– Ну куда ты на ночь глядя?

– Надо.

Линда покачала головой, глядя на подругу, которая лихорадочно одевалась:

– До завтра оно никак не достоит?

– Мы эту серию опытов еще месяц назад начали. Лин, я мигом…

Линда покачала головой и тоже принялась одеваться:

– Цыц. Подожди меня, а то графин наш приехал.

Анна-Лиза наморщила нос.

Тот самый графинчик, который послужил причиной их дружбы, так и не успокоился за последние пять лет. Пакостил он постоянно, неутомимо и изобретательно. За что регулярно бывал бит Линдой.

А последнее время вообще распоясался.

Собрал себе компанию друзей-приятелей и начал задирать девушек уже не как врагов, а именно как девушек.

И тут начинались проблемы. Можно ли от него отбиться? Можно. Но при этом дурака придется или покалечить, или убить. А Селии этого делать нельзя, ни в коем разе.

Угрызения совести? Чушь! Аспирантура! Если она получит хоть одно, хоть крохотное замечание в личном деле, на аспирантуру можно и не рассчитывать. А аспиранты – это совсем другой уровень.

Это стипендия, на которую можно не существовать, а жить, это собственный домик на территории академии, это деньги на наем помощницы по хозяйству, на которые Селия рассчитывала перетащить к себе мистрес Лиан. Одним словом – Селии нельзя было нарываться.

А вот Линде можно. Знал ли об этом графинчик? Безусловно!

А потому подруги и встречали, и провожали Селию, и ходили везде вместе.

Вот и сейчас Анна-Лиза начала подниматься с кровати…

– Сиди, – отмахнулась от нее Линда.

– Но вы…

– Да ладно! Мы туда и обратно, это быстро.

Анна-Лиза посмотрела вопросительно. Вставать с кровати, в которую она уже улеглась, и отрываться от очередного романа не хотелось, на улице было промозгло и гадко, а рядом, на столике, ждали своего часа несколько конфет и чашка с горячим чаем…

– Правда-правда, – подтвердила Селия. – Мышками проскользнем.

– Если что – зовите, – Анна-Лиза улеглась обратно и демонстративно вытащила из тумбочки небольшой кристалл кварца. Поставила рядом с собой на специальную подставку.

Девушки переглянулись. Так уж распределились роли в их троице.

Линда была типичным боевиком. Ее магия настолько удачно сочеталась с фехтованием и боевыми приемами, что даже преподаватель боевки, постоянно ворчавший «баба с мечом – курица в полете», и тот прикусывал язык. Связываться с Линдой не рисковал никто – дело могло кончиться плохо и быстро.

Вообще закончиться.

Селия была не слишком сильна магически. Но знаний у нее хватало на сто человек. Мало того, она не просто зубрила. Она познавала – и могла применить, могла сделать выводы, могла изобрести нечто принципиально новое…

Теми силами, которые были даны ей от природы, она распорядилась с максимальной отдачей.

Анна-Лиза? Казалось бы, слабое звено, любительница плюшек и романов? Ан нет.

Селия полагала, что в роду Эресаль была или русалка, или озерная дева, или еще какой-то водный дух… сил у Анны-Лизы было столько, что академию она бы смыла, как лист бумаги в канализацию. Сейчас она бы даже в обморок после этого действия не упала.

А уж призвать с десяток водных элементалей для защиты себя и подруг… Да движением пальчика!

Мага можно одолеть численностью, да. Чтобы одолеть данного конкретного мага, потребовалось бы тысяч двадцать людей. Может, даже и побольше.

Впрочем, потенциальный противник мог так и не тратиться. Хватило бы и одного паука средних размеров.

Грозный архимаг воды боялась их до истерики. И забывала все заклинания. Поэтому, кроме подруг, ее секрета никто и не знал. Ни к чему.

Девушки накинули плащи и вышли в сгущающиеся сумерки. Им надо было в алхимический учебный корпус.


– Сократим дорогу? – предложила Линда.

Селия кивнула.

К алхимическому корпусу от общаги можно было пройти двумя путями. Или по мощеным дорожкам, но это дольше. Или спрямить дорогу по газонам мимо административного корпуса.

Если бы с ними была Анна-Лиза, девушки выбрали бы первый путь. Без колебаний. Подруга обожала модную обувь, а ее туфли вызывали зависть у всех окружающих. В таких по траве не походишь.

Сапоги самой Линды и практичные ботиночки Селии подходили для любой погоды и любой местности. Хоть по горам лазь, если в голову такая фантазия придет.

Девушки накинули плащи и бодро зашагали по траве. Преподаватели почему-то не одобряли «народную тропу» и ругались. А в плащах… Ночью все адепты на один плащ. Особенно казенный.


Рональд удачно перепрыгнул на дерево и приземлился на большую ветку. Пополз по ней к стволу. Ветка опасно подрагивала под его весом, но вроде бы ломаться не соби…

Накаркал! Сволочная ветка именно что хрустнула и обломилась.

– Ой… – сказал ректор и полетел вниз. – … ля.

Вторая часть спича родилась после приземления на другую ветку. И очень неудачного приземления.

Рональд понял, что – застрял? Кажется, да… Подвигался в разные стороны, чтобы оценить ситуацию. М-да, неудачно вышло. Какая-то деталь костюма намертво зацепилась за дерево. И ректор попал в сложную ситуацию.

Дернуться? А если на ветках останется примерно половина костюма? В иллюзиях он не силен, мягко говоря. А ему еще надо будет попасть в свой дом.

Идти туда достаточно далеко, если кто заметит – не отмоешься от позора.

Применить к дереву магию? Да он в любой момент мог испепелить чертову деревяшку! Но вряд ли это спасет и его, и костюм.

Позвать на помощь? Идите вы с такими предложениями… за помощью! Пусть над вами потом вся академия ржет.

Рональд находился в некотором размышлении, а потому…

– Давай быстрее…

– Лин, у меня ноги, а не ходули…

– Вот и перебирай ногами побыстрее!

– Я стараюсь… ой!

Девушка оскользнулась на траве, машинально схватилась за локоть подруги, чтобы не упасть, запрокинула голову – и…

– Ой!

– Что?

– Линда… там…

Линда подняла голову:

– Ой, твою мать!

Потом заинтересованно обошла вокруг дерева. И хотела уже в полный голос поинтересоваться, что тут происходит, но ее опередила Селия.

Нарисовала в воздухе руну замыкания, образовала небольшой купол, накрывший двух девушек и дерево, добавила скрыт и тишину…

Рональд ощутил искреннюю благодарность к сообразительной адептке.

– Все, можешь говорить. Нас не услышат.

– Да? – обрадовалась Линда. – Отлично. Мэстер, а что вы там делаете?

– Попугаев развожу, – огрызнулся Рональд, которому терять уже было нечего.

Селия фыркнула, а Линда не растерялась:

– Как лохов? И многих вы уже развели?

– А вы их видите?

– Нет.

– Вот и я не вижу. Закончились птички. Поможете мне спуститься?

Линда фыркнула:

– Селия, ты сможешь снять с дерева предводителя попугаев?

– Мм… а как вы туда попали и что вас держит? – логично поинтересовалась девушка.

– Спрыгнул из окна. Зацепился костюмом, – лаконично объяснил Рональд.

– Линда, тебе придется лезть.

Селия тоже не стала разъяснять детали.

Заклинание она бы уничтожила. Но что делать с неудачно зацепившимися штанами? Только вручную отцеплять…

Эх, не всесильна еще магия, нет, не всесильна…

Линда фыркнула, сбросила плащ в руки подруге и полезла вверх.

Через минуту она устроилась на соседней ветке и принялась отцеплять камзол и ленты от сучьев. Потом вздохнула – и достала нож из сапога. На землю полетели безжалостно срезанные ветки.

– Надеюсь, вы мне ничего ценного не отрежете? – забеспокоился Рональд.

– Если только хвост купирую, – успокоила его Линда.

– С этим и до вас прекрасно справились, – парировал Рональд, ощущая себя дураком. Но…

Лучше уж две адептки, чем вся академия. Может, с этими договориться можно будет?

– А что ж вас на дерево потянуло? Я думала – зов предков, – фыркнула еще раз девушка.

– А вас бы куда потянуло от мистрес Варейн? – огрызнулся бедолага-ректор.

Линда отсекла последнюю уцепившуюся за ректора ветку и ухмыльнулась:

– Понятно… Она дама любвеобильная…

– С этим я бы справился, – вздохнул Рональд, ощущая свободу. – Но бухгалтерские ведомости…

– Подпишите, не читая.

– Нельзя.

– Испепелите.

– Тоже нельзя.

– Тогда страдайте, – решила Линда, спускаясь вслед за ректором на землю.

– Благодарю за разрешение, дамы. И за помощь. Вы очень любезны.

– Что вы… не стоит благодарности, – покраснела Селия.

– Стоит, – тут же решила Линда.

– Лин!

– Сели, я что – обезьяна?

– Линда, это нехорошо.

Линда вздохнула и развела руками:

– Не стоит благодарности, господин… кстати – как вас там?

– Рональд Аргайл. К вашим услугам, дамы.

– Наследник герцога Аргайла? – Селия знала и такие мелочи.

– Не наследник. Но – сын. Скажите, я могу рассчитывать, что это происшествие останется между нами?

– Можете, – пообещала Селия.

Линда вздохнула:

– Ладно. Если Селия считает, что так нужно…

– Считаю, – кивнула подруга.

– Благодарю вас, девушки. – Мужчина раскланялся по всем правилам и поцеловал сначала нежную ручку рыженькой, пахнущую химикатами, потом такую же нежную ручку брюнетки, измазанную лиственным соком. – Может быть, представитесь?

– Селия Лиасон. Это моя подруга – Линда Далг, – не стала скрывать очевидное Селия.

– Я ваш должник, дамы, – честно сказал Рональд. – Я могу вас проводить?

– Не стоит, – в один голос отказались девушки.

Рональд и сам так думал. Но предложить был обязан – ох уж это воспитание.

– Тогда – всего наилучшего.

Селия жестом сняла купол и ответила:

– И вам тоже, мэстер Аргайл.


Анна-Лиза лежала на кровати и упоенно читала роман. Сначала читала, потом плюнула и просто принялась перелистывать страницы. Сосредоточиться никак не получалось.

Тяготило предчувствие чего-то нехорошего…

Но что может произойти? Вот же плюшка, чай, кровать, интересная книжка…

Увы, общение с подружками не прошло даром.

«…Ее гордо выпяченный подбородок плавно переходил в лебединую шею… Он взял ее руку – и между ними потекло нечто теплое и влажное… Раскрыв глаза, Белинда обнаружила, что обмоталась вокруг Айрена…»

Девушка потрясла головой, прогоняя прочь видения головы красавицы на лебединой шее, описавшихся от избытка чувств влюбленных и Белинды-удава. Или это она шеей? Лебединой?

Ох, лучше о таком на ночь и не думать, еще приснится.

В дверь постучали.

Предчувствие царапнуло когтями. Анна-Лиза встала и отправилась открывать. На всякий случай и заклинание приготовила, чтобы поздороваться.

Но на пороге обнаружился племянник коменданта общежития.

Рыжий и вихрастый Алек по умолчанию был неприкосновенен. Он приносил почту и бегал в столовую, он ходил в город за разными незапрещенными вкусностями и важностями, он был в курсе большинства сплетен – и Анна-Лиза подозревала, что через годик-другой Алек передаст этот пост или своему брату, или еще какому-нибудь родственнику. Зарабатывал он на своих услугах очень даже неплохо.

– Что случилось, Алек?

– Вам письмо, мистрес.

Анна-Лиза поблагодарила, наградила гонца медяком и закрыла дверь. И только тогда распечатала письмо.


Анна-Лиза Марион Эресаль!

Завтра ждем тебя на обед. Телепорт оплачен в обе стороны.

Шинор и Танна Аркен


И все. Коротко, лаконично, и без капли чувств…

Родители? Сволочи вы, а не родители.

Анна-Лиза вспомнила простыни, которые писала Селине ее мистрес Лиан, вспомнила короткие, с оказией передаваемые записочки от лэра Далга, полные любви, и решительно скомкала письмо от родителей.

Интересно, ее родной отец так же относился бы к ней? Барон Эресаль? Или он хоть чуть-чуть, но любил бы ее?

А, наплевать! Без уродов обойдемся! И запомните, как вы ко мне – так и я к вам. Уж страдать я точно не буду, даже если после окончания академии вас никогда не увижу. Я уверена!

Хотя все равно было немного обидно.


Подруги вернулись довольные. И Анна-Лиза от души посмеялась, слушая, как ректор разводил на дереве попугаев.

– А меня вызывают родители. Завтра, телепортом…

– Это чего их разобрало? – прищурилась Линда.

– Не знаю.

– А я бы задумалась, – кивнула Селия. – Телепорт – дорогое удовольствие. И если кто-то его оплатил…

Анна-Лиза побледнела, осознавая.

– Думаешь…

– Я бы подозревала самое худшее.

Замужество. Девушки переглянулись. Не то чтобы замужество было их самым страшным кошмаром, но… тут уж так. Смотря за кого выдадут.

Любовь? Любовь может возникнуть и в браке, это полбеды.

А как насчет понимания, уважения, да элементарно – подходящего возраста? Если Анне-Лизе двадцати нет, а ей подберут шестидесятилетнего старика? Есть желающие начать с таким супружескую жизнь? И получить счастье?

Ах, нет… То-то и оно.

А есть и еще более «приятные» варианты. С наследственными болезнями, со своеобразными увлечениями… Не надо думать о плохом? Вот о нем-то и надо думать! К нему и надо готовиться!

Обойдется? Порадуемся. А если нет – будем готовы и встретим напасть во всеоружии.

Девушки переглянулись.

Селия потерла кончик носа:

– Так, я завтра с утра в лабораторию. Пока еще занятия не начались, пара дней у нас есть. Анни, давай все побрякушки, заряжу потихоньку.

– И мои тоже, – Линда решительно сняла с шеи гроздь амулетов и сунула их Селии.

– И твои тоже. Опять до последнего протянула?

Линда развела руками.

Ну да. Чтобы зарядить амулеты, надо было сидеть, медитировать и медленно, осторожно, по капле сливать в них силу… лучше уж триста раз отжаться!

Селия могла это сделать в лаборатории, там стояли преобразователи и накопители, но если она попадется – преподаватели будут ругаться.

Самим надо, самим…

– И когда я вас только приучу, – вздохнула Селия.

– Не занудствуй! – в один голос рявкнули подруги.

Селия гордо фыркнула в ответ, но занудствовать перестала.

## Глава 2

– Вы издеваетесь?!

Орал Рональд час назад. Сейчас у него уже сил не осталось, он мог только сипеть. Но вышло очень угрожающе.

То ли покусает сейчас, то ли помрет, кто его знает?

Первый заместитель, он же преподаватель по боевке, грустно развел руками:

– Сами не знали.

– Что за… и…?!

Судя по глазам преподавателя, он был солидарен с ректором. Но кто ж их спрашивал?

В академию направлялась делегация орков. Ладно бы просто посмотреть, так нет же! Учиться! Хотя орки и учеба? Как вода и масло. Смешивать можно, но безрезультатно.

Да-да, как легко догадаться, из Оркриста. Дипломатические отношения с орками были… Да не было их, считай!

Отвратительные они были и сводились в основном к приграничным стычкам. Воевать с Оркристом было сложно – не страна, а сплошные горы. Равнин – раз-два и обчелся.

А по горам – поди побегай. Да и магами орки были не из последних.

С другой стороны, они не верили в Единого Творца, не освящали новорожденных, являлись темными тварями из-за своей склонности к некромантии.

А по-простому, у них в горах были найдены залежи арцита – редчайшего кристалла, который легко принимал и отдавал магию и использовался для амулетов-накопителей и кристаллов для телепорта.

Стоили кристаллы столько, что одной их горстью можно было себя на всю жизнь обеспечить. Вот и шла война.

Рональд был в курсе происходящего. И переговоров, и заключенного союза между императором Франда и союзом вождей Оркриста. Решение было простым.

Арцит поставлялся по сниженной цене и только для империи Франд (контрабанда все равно будет, но торговать выгоднее, чем воевать).

Империя взамен поставляла в горы продовольствие. Также по сниженным ценам.

А для полного успеха миссии обе стороны обменивались заложниками. В шахтах по добыче арцита работали люди. В академиях империи учились орки.

Но почему сейчас?! На следующий год это оставить было никак нельзя?!

Вот орков ему и не хватало…

– Много их будет?

– Нет, не очень. Всего пять орков.

– Фу-у…

– А еще – в этом году жребий выпал на нашу академию.

Рональд уронил голову на скрещенные руки. Промазал и глухо стукнулся лбом о стол.

– За что?!

Небо молчало в ответ. И правильно, Рональд бы сейчас и Творца Единого обложил в три этажа с чердачком.