# Наивный романтик

Иван Владимирович Малейкин

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В эту книгу лег опыт приключений в период с 2017 по 2021 годы. Надеюсь, тебе будет интересно со мной в этом путешествии. Мы вместе посетим города: Дубаи, Абу-Даби, Шарджу, Ларнаку, Айя-Анапу, Лимассол, Пафос, Акабу, Вади-Мусу, Вади-Рам, Петру, Калелью, Барселону, Валенсию, Жирону, Фигерас, Андорру, Анталью, Стамбул, Каир, Хургаду и Луксор.

© Иван Владимирович Малейкин, 2025


ISBN 978-5-0053-7805-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Глава 1. «На 163 этаже»

Осень для меня началась с дождя, желтых грустных листьев и ремонта однокомнатной квартиры в области на границе с Самарой. Я купил ее два года назад на этапе строительства, и вот сейчас, дом наконец-то построили, и я получил ключи от бетонной коробки площадью тридцать квадратных метров на девятом этаже. От города можно было добраться на рейсовом автобусе всего за тридцать минут. Все детство и юность до двадцати четырех лет я вместе с мамой и папой жил в частном старом деревянном доме без удобств, на окраине города Самары, между автостанцией Аврора и рекой Самарка. После смерти отца мне удалось приватизировать земляной участок и продать его вместе с домом. Денег хватило на маленькую малосемейку в нашем районе города, куда мы переехали с матерью. Оставшиеся деньги вместе с остальными накоплениями я вложил на этапе строительства в квартиру в области. Теперь же, спустя два года, когда дом построили, мы стояли с матерью перед ним и думали, что нам делать дальше.

– Сейчас ремонт сделаешь и переезжать будешь? – обнадеживающе спросила мама.

– Не надейся – засмеялся я – сделаю ремонт, и попробую продать дороже, чтобы найти для себя что-то в городе.

– То есть ты от меня так никогда и не съедешь – улыбнулась она – уже двадцать шесть лет никуда тебя сплавить не могу.

– Сам никуда никак не сплавлюсь, придется потерпеть еще годик – произнес я.

– Тебе кстати не кажется, что здесь навозом пахнет? – спросила мама – сейчас ветер дунул, и я почувствовала.

– Да, я тоже почувствовал, здесь вон за тем лугом – я показал на большой амбар, что виднелся вдалеке – склад хранения навоза вроде.

– Отлично, все прелести провинциальной жизни, как у меня в детстве в Красном Яре – засмеялась она.

Мы сделали круг по дворам высоких новостроек. Было пусто и очень ветрено. Кругом лишь поля и луга. На берегу ручейка, который местные называли рекой Подстепновкой, возвышалась Никольская церковь, а через несколько домов строили школу и детский садик.

– Через несколько лет тут будет целый город, надо только подождать – произнесла мама.

– Да, но жить-то хочется сейчас – сказал я, а через неделю уже приступил к ремонту.

С сентября по октябрь я вместе с несколькими местными рабочими всего за месяц сделал чистовой ремонт, потратив все свои деньги и все свои нервы. Позвонив риелтору, который помогал нам продать старый частный дом и купить малосемейку, мы решили выставить квартиру на продажу. Ему потребовалось меньше недели, чтобы найти покупателей. За месяц до нового года мы продали квартиру и сразу нашли для меня отличный вариант рядом с центральным автовокзалом и парком Гагарина. Маленькую студию в доме, который должны были сдавать через месяц, но уже сейчас людей запускали на ремонт.

– По деньгам как раз выходит – подсчитал я – только ремонт не на что делать пока что.

– Ничего, накопишь, это отличная инвестиция, тем более одна только студия осталась по такой цене – заметил риелтор – тут проблема еще в том, что сдачу дома несколько раз переносили, не могут они никак по каким-то своим причинам ввести его в эксплуатацию.

– А чем это опасно? – поинтересовался я.

– Только тем, что прописаться сразу нельзя будет, люди некоторые здесь уже полгода живут, а остальные ремонт делают, квартиры почти все проданы, сносить его точно не будут, просто затянут процесс сдачи – пояснил риелтор.

Конечно, это был риск, покупать квартиру без горячей воды и пока без возможности там прописаться, но застройщик обещал сдать дом уже через месяц, и все выглядело так, что он сдержит обещание.

– Думай сам – ответила мама – но за такую цену и в таком хорошем районе квартиру точно не найти.

Я подумал и все-таки купил квартиру студию площадью двадцать пять квадратных метров с открытым балконом в ЖК Париж.

– Какая ирония – произнес я чуть слышно, когда стоял посреди пустой квартиры – даже год не прошел, как я гулял по Парижу и любовался архитектурой его домов, а теперь я стою здесь, в новой квартире и любуясь на голые кирпичные стены, представляя каким будет мое собственное жилье.

С единственного окна был вид во двор на частный дом, владелец которого отказался продавать землю, и теперь все жители новостроек знают, когда он топит баню. Неплохо. За его домом виднелись еще три высокие новостройки, а вдалеке у горизонта две полосатые красно-белые трубы лениво изрыгали из себя густые столбы дыма. Это была центральная отопительная котельная самарской ГРЭС. Я учился через дорогу от нее в Самарском государственном педагогическом университете и часто наблюдал за тем, куда дует ветер, пока ждал трамвай или автобус. Санитарный узел в моей квартире был всего лишь два с половиной квадратных метра, и как мне тут уместить ванную, о которой я мечтал с самого детства? Я что-нибудь обязательно придумаю! Теперь нужно подкопить на ремонт и, как обычно, экономить на всем, кроме путешествий, ибо только они заставляют меня улыбнуться и почувствовать себя живым. Сейчас я наконец-то могу перерезать пуповину и жить отдельно. Ужасно подумать, что почти тридцать лет я шел к тому, что у других людей уже есть с рождения – квартира и ванна, полная горячей воды. Жить в настоящем Париже не получится, поэтому я попробую жить в ЖК Париж, хотя дом еще официально не сдали. Его сдадут в эксплуатацию лишь только через три года, но тогда я этого еще не знал.

Я по-прежнему наслаждался своей работой в магазине спортивного питания и добавок для здорового образа жизни в ТЦ Империя. Если весной, летом и осенью я ездил туда на своем велосипеде «Десна», то зимой мне приходилось пользоваться общественным транспортом. Это время я тратил с пользой, слушая по дороге аудиокниги из моего списка литературы, который я составил еще несколько лет назад. На работе я продолжал писать рассказы о своих путешествиях и наконец-то закончил редактировать книгу о поездке в Америку, которая была пять лет назад. Сразу по возвращению оттуда, я написал отчет о том, как я туда попал, где работал, и куда потом отправился путешествовать. Я подробно описал пять месяцев жизни, которые провел там, а затем напечатал сто книг в центре полиграфических решений у рынка «Караван». Это был мой первый опыт написания чего-либо, начиная со школы, поэтому мне было интересно узнать мнение окружающих о том, как у меня это вышло. Я подарил книги ребятам, которые, так же, как и я, провели то волшебное лето в Америке, а затем вернулись обратно в Самару. По традиции мы каждый год собираемся вместе, чтобы вспомнить то, как нам было хорошо, когда мы были молоды и мечтательны. Книга имела черно-белую обложку, а ее содержание было меланхоличным и безрадостным. Это было связано с сильной депрессией из-за возвращения в Россию и возвращением в реальную жизнь. Чего стоит только первое название книги «Без определенного места жительства». Остатки тиража я продал по себестоимости, взамен получив отзывы с критикой и рекомендациями. Сейчас, работая в ТЦ Империя, я имел возможность несколько часов в день заниматься творчеством. Я отредактировал эту старую книгу, внес незначительные изменения в повествовании, поменял название на «Господин Окободжи», а в качестве обложки использовал яркую обложку, созданную при помощи искусственного интеллекта для большего привлечения внимания читателей. Когда книга была готова, я выложил ее в свободный доступ на сайте Ридеро, где были тысячи книг, которые не приняли издательства. Любой человек мог бесплатно скачать книгу или купить ее бумажную версию. После того как я, спустя пять лет, выложил на всеобщее обозрение свою первую книгу, я почувствовал легкость на душе, как будто бы я отпустил то, что меня тормозило в творческом развитии.

– Мне кажется отличной идеей выкладывать в свободный доступ книги о своих путешествиях – поделился я с мамой – пока я работаю над романами, которые требуют определенных навыков, я могу писать не просто рассказы о своих поездках, а формировать их в отдельные работы. Это позволит мне набить руку и правильно научиться формулировать мысли.

– Ты думаешь, кому-то будет интересно читать о твоих путешествиях? – спросила мама.

– Не знаю, но я пишу эти книги для себя в первую очередь – ответил я – чтобы не забыть те волшебные моменты, которые были со мной, и чтобы я мог и через десять, и через двадцать лет, просто открыть книгу и вспомнить о том, какие же классные у меня были приключения. Ведь с годами память выцветает.

На работе помимо творчества я занимался и работой. Я старался использовать любую возможность заработать, выходя в другие магазины на замену коллегам, и проводя дегустации спортивного питания в фитнесс клубах. Трат у меня по-прежнему было немного и понимая, что у меня в новой квартире будет не так много места, как было в частном доме, я начал продавать все свои вещи, начиная от коллекционных фигурок героев компьютерных игр и одежды, которую не ношу, а заканчивая неношеной футбольной формой и книгами, что я прочитал.

После нового года праздники закончились, и мы снова вышли на работу. Я как обычно стоял и ждал маршрутку на пустой остановке, чтобы уехать домой. Температура была почти минус двадцать градусов и дул сильный январский ветер. Я залез в переполненную маршрутку, а вскоре сел у окна, где начал скоблить налипший снег со стекла, чтобы следить за дорогой и не проехать свою остановку. Именно в этот момент, глядя на снежные хлопья, темноту ночи и редкие огни машин и квартир, я поймал себя на мысли, что не везде сейчас так. Где-то, всего в нескольких часах полета от Самары, не десять вечера и там стоит тридцатиградусная жара, а люди не знают, как выглядит снег. Я начал гнать все эти мысли прочь от себя, ведь мне нужно было сконцентрироваться на ремонте квартиры, но ремонт – это всегда бездонная яма в бюджете, бюджете которого пока у меня еще не было. Я глянул еще раз на редкие огни города через замерзшее стекло маршрутки. Квартира никуда не денется, а я могу. Я не хочу становиться заложником ситуации. Я хочу быть свободным в мыслях и в своих действиях. Я не хочу забывать свое жизненно кредо.

– Я замерз, мне нужно погреться – тихо произнес я, растирая красные холодные руки.

Весь следующий день я провел на работе с максимальной для себя пользой. Я штудировал сайты различных туроператоров, чтобы найти какой-нибудь горящий тур. Такой способ путешествий ранее мне был не знаком, поэтому я относился к нему с подозрением. Еще никогда я не ездил куда-то через туроператора, если не считать давнюю поездку на автобусе в Санкт-Петербург. На сайте «онлайнтурс» я нашел бюджетный тур в Объединенные Арабские Эмираты, куда был включен перелет, трансфер до отеля, страховка и проживание. Прикинув свой бюджет, я решил, что смогу себе это позволить, ведь накануне я продал свою коллекцию фигурок, игровых дисков и аксессуаров по вселенной компьютерной игры «Кредо Ассасина». Этих денег хватит как раз. Я немного подкорректировал рабочий график, чтобы уйти на отдых на пять дней вместо трех законных.

Ровно через неделю в минус пятнадцать градусов мороза, я стоял на остановке в белых летних кроссовках «Найк», в тонких штанах, и в одной кофте зеленого цвета с капюшоном, а за спиной висел мой маленький коричневый кожаный рюкзак с шевроном «Эльбрус». Мне показалось, что ехать в зимней одежде в аэропорт, а потом таскать ее везде с собой, это глупая идея, а вот стоять на остановке зимой в летней одежде, и ловить на себе удивленные взгляды людей – хорошая идея. Да, я странный человек. Замерзнуть я не успел, всего через десять минут ожиданий я сел в маршрутку, на которой уже второй год ездил на работу только зимой. Мы проехали мимо ТЦ Империя, где в этот момент трудилась моя сменщица, и покинули город Самара. В аэропорту Курумоч я зарегистрировался на рейс, а в пять часов вечера занял место у окна в самолете. Чуть позже рядом со мной сели две красивые и молодые девушки. Самолет взлетел, а я начал думать, как бы мне завязать с ними диалог. В середине полета я все-таки придумал гениальный план знакомства.

– А вы тоже в Эмираты летите? – спросил я.

– Да, самолет-то рейсовый, все туда летят – ответила девушка, что сидела рядом.

– Действительно, а вы куда отдыхать? – я старался поддержать разговор.

– Мы в Фуджейру – ответила другая девушка – а ты?

– Я в Шарджу, а почему вы так далеко забралась? – поинтересовался я.

– Туда очень выгодный тур был, а достопримечательности мы смотреть все равно поедем вместе с экскурсией – пояснила девушка.

Остаток полета мы непринужденно проболтали. Девушку, что сидела рядом со мной, звали Кристина, а ее подругу Екатерина. Пока я не узнал, что они подруги, я был уверен в том, что они родные сестры, до такой степени они были похожи и внешне, и в общении. Они были лучшими подругами и работали на ресепшене в фитнес клубе «Х-Фит». Жаль, конечно, что они летели не в тот же эмират, что и я, но я привык, что в моей жизни часто расходились дороги с красивыми девушками. Однако, это пойдет мне на пользу, ведь меня ничто не будет отвлекать в путешествии. В моем распоряжении было всего лишь три дня и четыре ночи для знакомства с этой удивительной арабской страной. Пятьдесят лет назад тут не было ничего кроме пустыни, а сейчас по слухам, уже наступил двадцать второй век развития технологий.

Полет прошел очень комфортно, через четыре часа мы начали спускаться на побережье Персидского залива, которое встречало нас яркими огнями спящих городов. В аэропорту Шарджи я вместе с девушками занял длинную очередь перед таможенным контролем. Здесь были установлены передовые сканеры сетчатки глаза. Они должны были ускорить процесс проверки документов и регистрации пассажиров, но на деле все вышло иначе. Арабы, что сидели в кабинках не слишком спешили приглашать нас и, в итоге, мы потратили почти час перед тем, как оказаться в главном зале аэропорта. Девушки получили свой багаж, и мы вышли на улицу, где дул прохладный ветер, но все равно было очень жарко и душно. На небе горели звезды, было слышно, как шумят своими листьями пальмы. Вокруг ходили арабы в своих национальных белых одеждах, а женщины в черных, закрывая все, кроме глаз. Всех прибывших пассажиров встречали русскоговорящие гиды с табличками туристических фирм в руках, а после рассаживали в автобусы. Я попрощался с Кристиной и Екатериной и пожелал им отличного отдыха.

– Когда мы в следующий раз увидимся, мы все будем загорелыми! – крикнул я им вслед.

– Очень надеюсь – улыбнулась мне Екатерина – у нас всего три дня.

Вместе с остальными туристами я сел в комфортабельный большой автобус, где работал кондиционер. Почти все места были заняты. Через несколько минут мы тихо поехали по темным улицам Шарджи. Я посмотрел в окно на тихий, сонный город и улыбнулся. В Самаре сейчас мороз и снег, а здесь жара и пальмы. Вот она свобода. Лететь как птица туда, куда хочется и когда хочется. Жаль только, что сейчас «свобода» стала синонимом слова «деньги». Хотя, наверное, у людей так всегда и было на этой планете. Дорога из аэропорта до трехзвездочного отеля «Роял Отель» заняла не больше получаса. На входе нас встретил улыбчивый рабочий персонал, состоявший из пакистанцев. Нам выдали пластиковые ключи и сообщили, что встреча с русскоговорящим гидом будет завтра в одиннадцать утра.

– Туристы, на этом наши с вами пути заканчиваются – фыркнул я себе под нос и поднялся на второй этаж в номер 109.

Во время всех своих путешествий я всегда останавливался в хостелах, где в одной комнате стоят несколько кроватей и могут жить до двадцати человек, а душ и туалет находятся на этаже. Теперь же я почувствовал все прелести жизни в номере отеля. Я открыл дверь, приложив к ней пластиковый ключ и оказался в небольшом красивом номере с личной душевой и туалетом. На светло-желтой стене висела картина со сказочным пейзажем озера, прямо под ней находилась двуспальная кровать с двумя тумбочками по сторонам. В номере так же был телевизор, маленький холодильник и шкаф для одежды. Из единственного окна виднелась стройка будущего отеля и большая красивая мечеть, которая подсвечивалась ярко-оранжевым светом. Комфорт трех звезд произвел на меня отличное впечатление. Даже, когда я ездил в Санкт-Петербург единственный раз в жизни вместе с туристической фирмой, то даже там, у меня в номере не было ни туалета, ни душа, ни холодильника, хотя гостинца тоже имела три звезды. Я достал вещи из рюкзака и приготовился на завтра. Меня ждал ранний подъем в семь утра и очень сложный насыщенный день.

Через пять часов я вскочил с кровати и начал озираться по сторонам. Я не понимал, что происходит. По громкоговорителю на весь район раздавалась арабская речь. Сначала я подумал, что начался либо пожар, либо война. Протерев глаза руками, я открыл окно и выглянул. Звуки раздавались из мечети. В окнах домов начал загораться свет. Громкоговоритель призывал мусульман совершить утренний намаз. На часах было пять утра. Я снова лег в кровать, накрыв голову подушкой, и попытался уснуть. В семь утра я сходил в душ, где почему-то была только холодная вода, а затем спустился на ресепшен, где поменял двадцать долларов на местные дирхамы. Солнце только начало подниматься из-за домов, когда я вышел на улицу. Вокруг отеля через каждые несколько метров была новая стройка, очередного отеля. Как оказалось, район, в котором я остановился, оставлял желать лучшего, но я ничуть не расстроился. Жить в портовом районе Шардже среди пакистанцев не так уже и плохо. По крайней мере, здесь было множество кафе где, судя по вывеске, можно было очень дешево перекусить. На мне были удобные белые кроссовки «Найк», черные шорты, белая майка и черные солнечные очки. К сожалению, я не взял с собой ни один головной убор, и что-то мне подсказывало, что я об этом скоро пожалею. По пустым улицам я прошел к величественному отелю «Рэдиссон» и находившейся рядом с ним мечети. Здесь брала свое начало набережная Корниш. По правую сторону от меня был небольшой залив, вдоль которого грустно стояли огромные ржавые баржи, чередуясь с маленькими деревянными лодками местных рыбаков. По левую сторону остался район, в котором был мой отель и целый ряд пальм, которые прекрасно спасали от жгучего солнца. Навстречу мне попалось несколько пакистанцев вышедших на утреннюю прогулку, а также несколько арабов в национальных одеждах. С воды дул ветер и приносил с собой запах едкого корма для рыб, а с города, видимо с одной из многочисленных лавок со специями, пахло шоколадом. Странное сочетание. Вокруг летали и кричали чайки, а на воде двое пакистанцев в лодке сонно доставали разный мусор специальными сочками. Я полюбовался через затон красивым зданием суда и, дойдя до конца набережной, перешел дорогу к автовокзалу города под названием Аль-Джубайл.

Потратив полчаса, чтобы найти нужную мне кассу, я в итоге просто занял место на остановке с надписью: «В Дубай». Чернокожий охранник объяснил мне, что оплачивать билет нужно будет наличными водителю перед посадкой. Автобус приехал через несколько минут. Первые восемь мест были строго для женщин, о чем гласили таблички над ними, поэтому я прошел в середину салона автобуса, где занял место у окна. Большой комфортабельный автобус с кондиционером и мягкими креслами, в которых при желании можно было немного поспать, покинул автовокзал. Кроме меня в автобусе сидело трое смуглолицых пакистанцев и два индуса. Мы проехали через центр Шарджи с ее красивыми небоскребами, а когда выехали из города на шоссе Е11, то вдалеке, в утренней туманной дымке на горизонте я увидел самое высокое здание в мире – Бурж-Халифу. На его фоне другие небоскребы, высотой в пятьдесят или семьдесят этажей, выглядели карликами. Еще в Самаре за день до вылета, я купил билет для ее посещения, и мне было чрезвычайно важно успеть к часу дня в торговый центр «Дубай Молл», где находился вход в башню. Простояв несколько минут в пробках на выезде из города Шарджа, автобус всего за полчаса довез меня до центра Дубая. Еще покупая билет у водителя, я сообщил ему на английском название нужной мне остановки «Финансовый центр», и теперь он остановился на ней. Оказавшись в районе «Башни Эмиратов», я впал в восторг от увиденного великолепия. Закинув высоко голову, я начал крутиться, пытаясь разглядеть небоскребы, что окружали меня. Нью-Йорк отдыхает. Знаменитые небоскребы Нью-Йорка были первыми, что поразило всех своим масштабом, но с той поры очень много воды утекло, и новых небоскребов на Манхеттене не становится больше. Технологии шагнули вперед, и теперь здесь в городе, что опережает свое время, американские и немецкие компании трудятся, воздвигая поистине фантастические здания. Каждый небоскреб имел свой уникальный и неповторимый дизайн и цвет. Здесь нет ни одного похожего друг на друга здания. Каждое из них это настоящее произведение искусства и пиршество инженерной мысли. Дополняет всю эту картину города будущего надземное метро без водителя, которое уже успело несколько раз промчаться у меня над головой, пока я любовался небоскребами. Быстро сориентировавшись на местности с помощью карты в телефоне, я уверенными шагами направился в сторону самого большого торгового центра в мире. Поскольку меня окружал бизнес центр города, то мне на пути попадались арабы в строгих деловых костюмах и в своих национальных нарядах. По дорогам рассекали дорогие автомобили, спортивные Феррари, Ламборгини и электромашины Тесла.

Пройдя через хитросплетение дорожных развилок, я наконец-то вышел к «Дубай Моллу», но вход в него не обнаружил. Спросив у чернокожего охранника, куда мне нужно идти, я еще полчаса кружил возле торгового центра и лишь потом поднялся наверх в надземный переход, ведущий от метро к входу. Кроме многочисленных магазинов, внутри торгового центра, находился один из самых больших океанариумов в мире, на часть которого можно было полюбоваться совершенно бесплатно. Так же здесь был водопад, кинотеатр с двадцати двумя залами, каток олимпийских размеров и еще множество всего интересного. Все осмотреть у меня бы не хватило и дня, но я здесь находился с одной конкретной целью – подняться на самое высокое здание в мире, на башню Бурж-Халифа. Ориентируясь по указателям, я нашел большую очередь за билетами, возле которой толпились группы иностранных туристов с гидами. Имея билет на руках, я быстро прошел мимо касс и занял место около металлодетекторов. Здесь было две очереди: одна для мужчин, а другая для женщин. Очень необычно. Далее к лифту нужно было пройти несколько сотен метров по длинным коридорам, а заодно и познакомиться с историей этой башни. Здесь были макеты Бурж-Халифы, фотографии всех этапов стройки, общая информация о сооружении и интересные факты. В лифт запускали людей небольшими группами. Внутри лифта было три телевизора, на которых начался видеоролик с информацией о башне сразу, как только его двери закрылись. Единственное что выдавало нашу скорость 600 метров в минуту, это заложенные уши. Чуть больше минуты потребовалось, чтобы мы незаметно оказались почти на самой вершине, где была расположена смотровая площадка. Вся открытая площадка была заполнена туристами из самых разных стран, здесь были немцы, американцы, англичане, русские, азиаты и индусы. Гул стоял страшный, а вид отсюда был еще страшнее. Дождавшись подходящего момента, я занял место на краю у стекла. Через железные прутья можно было просунуть руку. Внизу были видны маленькие пятидесятиэтажные и семидесятиэтажные небоскребы. Крохотные виллы вдоль берега. Персидский изумрудный залив с красивыми искусственными островами. Дорожные развязки и маленькие точки машин, движущиеся по ним. Подумать только, каких-то пятьдесят лет назад здесь только и была что пустыня, а теперь раскинулся мегаполис будущего. Нефть творит чудеса. Благодаря этому богатству местные жители могут не работать, получая денежную компенсацию и бесплатное образование в любом университете мира.

– В России вроде тоже есть нефть, где же тогда моя компенсация и бюджетное место в Гарварде? – тихо спросил я, смотря вниз.

Я пробыл на смотровой площадке почти час, наслаждаясь видом и делая фотографии, а потом спустился вниз в торговый центр. Мне нужно было добраться до берега, где находился отель Бурж Аль Араб, имевший форму белого паруса.

Оказавшись на улице, я с трудом купил себе проездную карточку в автомате, и с таким же трудом нашел нужную мне остановку. Все было очень запутанно даже для моего пытливого ума. Зайдя в салон автобуса, я приложил карточку к сканеру и занял свободное место, а спустя сорок минут, опять приложил карточку к сканеру и вышел на остановке. Сумма оплаты проезда зависела от расстояния, которое я проехал. Перед тем как идти на пляж к «Парусу», я решил прогуляться по искусственному каналу и познакомиться с «Дубайской Венецией». В районе Мадинат Джумейра находилось несколько отелей, между которыми протекали искусственные водные каналы. По ним время от времени проплывали лодки, а изобилие зелени и яркое солнце делало это место еще более привлекательным. Перед входом я увидел несколько туристических автобусов и незаметно примкнул к одной из русскоязычных групп, чтобы послушать рассказ гида. Многочисленные кафе вдоль каналов выглядели очень манящими, но мой бюджет как всегда был сильно ограничен, к тому же я уже купил в «Дубай Молле» несколько плоских булок и бутылку с водой. Для счастья больше и не надо. Это место, действительно, чем-то было похоже на Венецию, разве только тут было спокойнее и гораздо жарче. После прогулок по каналам я, через многочисленные магазины с сувенирами, вышел на шоссе и по нему добрался до общественного пляжа. По дороге я остановился у презентабельного и очень дорогого отеля Бурж Аль Араб, где сделал несколько фотографий. На пляже было ветрено, огромные волны разбивались о песок. На ветру развевались красные флаги, запрещающие купаться. Никто даже не загорал. Все просто сидели и смотрели на беспокойную воду. Я перекусил, отдохнул, посмотрел на солнце, что близилось к горизонту, а затем на автобусе вернулся обратно в «Дубай Молл».

Когда я доехал до торгового центра, за окном уже смеркалось, жара спала и начал дуть холодный ветер. В этот раз я без проблем нашел в него вход. Вечером здесь стало гораздо больше людей, а местами даже возникали пробки в перемещениях по этажам. Выбежав на уличный мост во внутреннем дворе, я протиснулся через толпу туристов и занял место напротив башни Бурж-Халифа. Я глянул на часы, было чуть больше шести вечера, но знаменитое представление световых поющих фонтанов почему-то задерживалось. Заметив, что на балконе торгового центра освободилось несколько мест, я со всех ног поспешил туда, ведь именно оттуда открывается самый лучший вид на фонтаны и башню. На балкон меня впустил чернокожий крупный охранник, попутно что-то сказав мне, но я не расслышал, и лишь улыбнулся ему в ответ. Облокотившись на перила, я приготовил свои две камеры и телефон. Время шло, на улице темнело и холодало, а представление все еще не начиналось. На набережной и на мосту было несколько тысяч человек, все затаив дыхание ждали. Прошел час. Вдруг в семь вечера вместо поющих фонтанов раздалась молитва. Все туристы были удивлены, я тоже ничего не понимал, поэтому решил уточнить, что происходит у темнокожего крупного охранника, который стоял рядом.

– Привет, а когда будут фонтаны работать? – спросил я на английском языке.

– Привет, сегодня они не будут работать, у нас траур – спокойно ответил охранник.

– Что случилось? – удивился я.

– Кое-кто очень важный умер и три дня не будет никаких фонтанов и праздников – пояснил охранник.

Погрузившись в свои мысли, я развернулся и пошел по торговому центру в сторону метро.

– Я буду в эмиратах всего лишь три дня и четыре ночи, и каждый день для меня очень важен. Все было так четко расписано и спланировано. Теперь же, не увидев шоу поющих фонтанов в первый день, мне придется менять свои планы на последний день и чем-то жертвовать. Скорее всего, поездкой в столицу эмиратов, но я еще подумаю. Побывать в Дубае и не увидеть шоу, поющих фонтаны – это непростительно – грустно рассуждал я себе под нос, пока шел по длинному коридору из «Дубай Молла» к одноименной станции метро.

На входе в метро я использовал свою проездную карточку. Вагоны были переполнены. Я с большим трудом нашел стоячее место в углу вагона. Пока я ехал семь остановок до станции «Юнион», от которой отправлялись автобусы в Шарджу, я внимательно изучал пассажиров вагона. Подавляющее число было пакистанцев, причем мужчин, далее шли разных возрастов и полов туристы, после совсем немного женщин в панаджах. Местных жителей практически не было. Думаю, они передвигаются в личных автомобилях, и увидеть их своими глазами крайне сложно. Когда двери вагона открылись, я вместе с толпой вышел на улицу. Светили фонари, горели витрины магазинов, а я повернул налево и через несколько минут уже пополнял свою проездную карточку в автобусной кассе. Я занял место в комфортабельном двухэтажном автобусе номер 303 около окна и наконец-то расслабился. Сумасшедший день! Первая половина прошла точно по плану, а вот вторая половина дня, с отменой шоу фонтанов, слегка смазала впечатление. Сейчас для меня было главным без происшествий добраться до отеля, а там я уже буду спокойно планировать оставшиеся два дня, чтобы попробовать увидеть все, что я хочу за столь короткое время.

Мы выехали из Дубая и по шоссе Е11 мчались по ночной Шардже. Глядя в окно, я отметил для себя несколько магазинов с сувенирами, в которые должен буду заглянуть до отъезда. Согласно вывескам, там продавалось все по пять и десять дирхам. Очень дешево и поэтому любопытно. Усталость, культурный шок и темное время суток сделали свое дело, и я случайно вышел раньше на остановку, чем мне это нужно было сделать. Оказавшись около мечети короля Фейсала, я попытался включить телефон и по карте понять, куда же мне идти, но этого не получилось. Батарейка села. Я огляделся по сторонам. Вокруг пролетали машины на большой скорости, слышался громкий говор пакистанцев, и дул холодный ночной ветер. Примерно представив, где находится мой отель, я неспешным шагом направился туда. Несколько раз я заблудился и завернул в малолюдные улочки, где на меня удивленно поглядывали пакистанцы. Тем не менее, я довольно быстро вышел на набережную Корниш, ведь меня подгоняли страх и голод. Уже несколько часов я мечтал о запоздалом ужине. Увидев первое попавшееся пакистанское кафе, я смело зашел в него. Я встал в дверях и принялся изучать меню. Постояльцы кафе и его работники не обратили на меня ни малейшего внимания, никто даже не поздоровался со мной и не подошел, чтобы принять мой заказ. Я подумал, что лучше поищу более дружелюбное место и вышел на улицу. Следующее кафе оказалось тем, что я искал. У входа один пакистанец энергично готовил шаурму, а другой разносил по столикам заказы. Я сделал заказ, взяв одну шаурму с собой на вынос и стакан горячего чая. Меня быстро обслужили и пожелали хорошего вечера на английском языке. Около Шарджского музея исламской цивилизации, на пустой остановке я приступил к ужину. Глядя на то, как в свете фонарей лениво колышутся большие листья пальм на набережной Корниш, я постарался поймать и запечатлеть это мгновение. В пакете вместе с шаурмой, был еще один маленький пакетик с овощами, там лежал ломтик морковки, ломтик капусты и перчик. Все это было очень острым, а в сочетании с горячим чаем становилось обжигающим. Это было именно то, что мне нужно, чтобы не разболеться, как обычно я любил делать во время своих путешествий. Смахнув слезы от острого перчика, я направился к отелю. Теперь на полный желудок все смотрелось иначе. У мечети Аль-Махфираха я набрал полную бутылку воды из фонтанчика. Было почти одиннадцать вечера, когда я зашел в вестибюль отеля.

– Добрый вечер! Вы уже записались на бесплатный автобус до пляжа? – дружелюбно поинтересовался работник ресепшена.

– Еще нет, а в котором часу он уезжает? – спросил я.

– В десять утра еще есть места – мужчина внимательно посмотрел на листок.

– Да, отлично! – согласился я – записывайте.

Я поднялся к себе в номер, где принял холодный душ и лег спать.

## Глава 2. «Солнца много не бывает»

Ровно в десять утра я с синим большим полотенцем, которое получил у работника отеля специально для пляжа, стою в вестибюле и поглядываю на пыльную улицу. Автобус задерживается. Когда он наконец-то приехал, стало ясно, что людей было больше, чем мест в автобусе. Я в порядке живой очереди занял место на раскладывающемся дополнительном кресле около водителя. Тучная женщина и семья с маленьким ребенком в коляске, остались стоять на улице, недоумевая, почему им не хватило места. Увидев эту ситуацию, наш русскоговорящий гид взял список людей, которые записались на этот рейс вчера, и начал проверку.

– Тут кто-то лишний – произнес он – кто вчера не записался на ресепшене, а сейчас сел в автобус?

Все молчали.

– Будем по списку проверять или сразу признаетесь, чтобы сэкономить время? – спросил гид.

Все молчали.

– Хорошо – произнес гид, и начал называть фамилии по списку, а люди в ответ поднимали руки.

Некоторые люди стали возмущаться этой задержкой на тридцатиградусной жаре, всем хотелось быстрее к воде, поэтому семья, что осталась на улице вернулась в отель, махнув рукой, а автобус тронулся так и не найдя виновных. Добраться до пляжа самостоятельно было крайне сложно, ведь он находился в двенадцати километрах от нашего отеля и туда не ходили рейсовые автобусы. По этой причине я решил воспользоваться бесплатными услугами отеля и сразу же столкнулся с негативом земляков. Вскоре лишняя группа из двух парней и двух девушек, была обнаружена.

– Да, мы вчера пришли поздно, забыли записаться – объяснял парень сидящему рядом мужчине, который хотел рассказать водителю о том, что эти ребята лишние в автобусе, но не сделал этого.

– Мы скоро выйдем, мы на самом деле на пляж не едем – ухмыльнулся другой парень – нам главное добраться до центра города, а там мы пересядем на автобус до Дубая.

– Да, просто копеечку сэкономим – подтвердила одна из девушек.

Все они выглядели такими счастливыми и радостными, что им удалось всех нас обмануть. Они просто наслаждались своей безнаказанностью и совсем не раскаивались в своем низком поступке. Мы проехали через портовый район, а в центре Шарджи, на одном из светофоров эти ребята вышли из автобуса и весело пошли на остановку. Я отвернулся и начал смотреть на высокие небоскребы Шарджы на Корниш-стрит. Меня переполняли стыд и отвращение.

В половине двенадцатого в самую жару наш автобус остановился рядом с пляжем Аль-Хана. На песке было мало людей. Везде стояли красные флаги, означающие, что из-за сильных волн купаться запрещено. Я посмотрел на огромные пенные волны неспокойного Персидского залива. Расположившись на горячем песке у воды, я включил аудиокнигу «Дон Кихот» и начал загорать.

– Пытаться изменить человеческую природу это борьба с ветряными мельницами – произнес я чуть слышно – у всех своих пороки.

В одном ухе через наушник звучала аудиокнига, в другом ухе звучало море.

– Мир не фабрика по исполнению желаний – грустно вздохнул я – это жестокое место, где каждый день ты сталкиваешься с несправедливостью.

В Самаре сейчас было около двадцати пяти градусов ниже ноля, а тут такие же двадцать пять градусов, но выше ноля. Фантастика. Я лежал, слушал аудиокнигу и думал о том, какие необычные небоскребы я видел сегодня в центре города, пока ехал на пляж. Прошел час. Я крутился как курочка на вертеле, то спиной, то грудью к солнцу. Мне хотелось загореть сегодня так, как люди загорают за весь свой отпуск, ведь завтра был мой последний день в эмиратах. Я провел на пляже еще час. Встав с полотенца, я зашел по колено в пустой Персидский залив и взглянул на пустой пляж Аль-Хана.

– Туристов мало на пляжах из-за запрета на алкоголь и откровенные наряды, пакистанцы и индусы все в работе, им некогда купаться, местные шейхи имеют собственные острова, для кого же тогда все эти райские условия? – рассуждал я вслух.

С последним автобусом я вернулся в отель, по пути отмечая для себя места в центре Шарджи, куда загляну вечером. Первую половину дня я нежился на солнце, а вторую планировал посвятить знакомству с этим эмиратом. В отеле я быстро переоделся, сложил в рюкзак бутылку с водой и неспешно отправился по набережной Корниш к автовокзалу, чтобы узнать расписание автобусов на завтра. Из-за того, что вчера я не попал на шоу фонтанов, мне придется освободить для них завтрашний вечер, на тот случай если шоу все-таки состоится. Изначально на завтра у меня была запланирована поездка в столицу эмиратов, в Абу-Даби, где я хотел провести весь день, посетив белую мечеть шейха Зайда. Теперь же мне придется, как можно раньше ехать туда, а вечером снова возвращаться в Дубай, в надежде увидеть фонтаны.

Солнце понемногу начинало уходить к линии заката, но сильная жара все еще стояла на улице. Спасенье было лишь в прохладном сильном ветре, который дул с Персидского залива. Я уже подходил к автовокзалу по набережной Корниш, когда с другой стороны дороги мне махнул рукой незнакомец. Он быстро подошел ко мне и представился.

– Мухтар! – произнес он и протянул мне руку.

Я с осторожностью пожал ее, и внимательно взглянул на незнакомца. Ему было за сорок, невысокого роста, щуплый, энергичный, со смуглой кожей и черными короткими волосами. Я представился ему, и мы завязали небольшой диалог. Оказалось, что он был из Пакистана, и работал здесь в порту. Его родной брат работал в Манчестере, в Англии. Мухтар оказался очень дружелюбным, а когда узнал, что я из России, так и вовсе засиял.

– Россия и Пакистан друзья! – произнес он на английском языке.

Мы с трудом понимали друг друга, но тем не менее успели пообщаться пока я шел к автовокзалу.

– Если нужно, то я могу достать алкоголь – предложил он – я знаю магазины.

– Спасибо, но я почти не пью! – поблагодарил его я.

– Если вдруг что-то понадобится, то обращайся, я все знаю тут – продолжал Мухтар – алкоголь, сигареты и даже девушки!

Мы рассмеялись и около автовокзала попрощались. Возле одной из касс, я сфотографировал расписание автобусов, идущих из Шарджи в Абу-Даби и из Абу-Даби до Дубая.

Рядом с вокзалом находилось красивое и длинное здание овощного рынка. Проходя мимо него, я внезапно почувствовал жжение у себя на лице, но подумав, что это просто раздражение от сильного ветра, не придал ему никакого значения. Сразу за рынком я поднялся на мост, где неторопливым шагом направился по улице Аль-Арауба через озеро Халида и остров Флаг. Я внимательно смотрел по сторонам, разглядывая небоскребы, что окружали меня. Когда я спустился на набережную вдоль озера Халида, то заметил странную вещь, от которой мне стало как-то не по себе. Время на часах было вечернее, но несмотря на это, роскошная набережная была абсолютно пуста. Пустые велосипедные дорожки, пустые лавочки, пустые газоны для пикников. За час моей прогулки вокруг озера, я встретил лишь двух женщин в национальных одеждах, которые скрывали все, кроме глаз, но даже в их глазах читалась немая грусть. Пока их мужья были на работе, они одиноко сидели на лавочках и смотрели на спокойную воду озера Халида. Я остановился около железных перил и посмотрел на белую чайку, которая летала возле воды в поисках рыбы. С озера дух свежий ветер, вокруг меня возвышались невероятной красоты небоскребы, но все выглядело так, как будто это все было лишь одной сплошной театральной декорацией. Пустые золотые пляжи, пустые красивые набережные, нигде не играет музыка, нигде не слышен смех людей, нигде не проходят влюбленные пары держась за руки. Я внезапно осознал, что здесь есть все для жизни, кроме самой жизни. В странном расположении духа и весь погруженный в свои философские мысли я дошел до парка Шарджи под названием Аль Мажас, где вечером на озере тоже включат поющие световые фонтаны. Судя по информации из интернета, они были чуть менее впечатляющими, чем их знаменитые собраться из Дубая, но все равно, невероятно красивы.

– Добрый вечер, а сегодня будут работать фонтаны? – обратился я к охраннику возле входа в парк.

– Сегодня нет, но завтра возможно будут работать, траур должен закончиться – ответил мужчина.

Я грустно вздохнул. Пройдя через несколько невысоких домов, я вышел на шумную улицу Аль Уода Стрит, где было очень многолюдно. Это место пользовалось спросом у туристов из-за нескольких крайне дешевых магазинов под названием: «Все до 10 дирхам», «Все до 15 дирхам», «Все до 20 дирхам». Я решил, что это отличная возможность купить сувениры и зашел в большое здание, напоминающее своим видом гипермаркет. Тут продавали абсолютно все, начиная от банальных сувениров, а заканчивая одеждой и кухонными принадлежностями. Цена не могла быть выше, чем 10 дирхам, что в переводе на рубли было невероятно мало. По этой причине здесь было так много русских туристов, которые набивали тележки до отказа, сметая с полок все, что только видели. При желании можно было скупить весь магазин, ведь в России за такую цену такое качество нельзя было найти. Я провел в магазине порядка двух часов, купив отличные сувенирные брелки, магниты, статуэтки, коврики, футболки и даже легкий национальный халат. Я покинул магазин, когда на улице уже было очень темно.

Вернувшись в парк Аль Мажас, вдоль набережной я направился в сторону отеля, попутно любуясь небоскребами, которые с наступлением темноты стали красиво подсвечиваться разными цветами. Проходя мимо мечети Нора, на берегу озера, я услышал молитву, разносившуюся из громкоговорителя. Я сел на лавочку перевести дух и задумался над тем, как же это интересно прикоснуться на мгновенье к другой религии и другим традициям. Женщины в парандже вызывают у многих туристов удивление, но я попробовал взглянуть на ситуацию, с другой стороны. У нас в России женщина, когда собирается выйти из дома надевает на себя все самое лучше, долго красит лицо и только после всех приготовительных процедур выходит на улицу. Неважно куда она идет, в магазин за продуктами, на свидание или просто на работу, она всегда старается выглядеть идеально. Ей крайне важно, как на нее будут смотреть женщины и мужчины, которых она встретит, даже если она их не знает. Она хочет произвести на всех положительное впечатление, ведь ей важно мнение других людей. Когда она находится лишь наедине со своим мужчиной, особенно спустя несколько месяцев отношений, эта же женщина может, не краситься и ходить в обычном халате по дому с пучком волос на голове. У арабских женщин все наоборот. Они выходит из дома строго в национальной одежде, где видны лишь глаза. Они не хотят, чтобы на них смотрели другие мужчины и женщины. Им незачем производить на кого-то впечатление. Однако дома, находясь наедине со своим мужчиной, они надевают свои лучшие наряды и всегда выглядят красиво. Я задумался, ведь в плане логики арабские женщины куда более правильно ведут себя. Они выглядят красиво лишь для своих вторых половинок, а для чужих людей, они просто черный национальный костюм с глазами. Наши же женщины стараются выглядеть красиво для чужих глаз, а для своих мужчин дома зачастую вообще не думают об этом. Возможно я не прав, а просто слишком сентиментален и все излишне романтизирую, а на деле это не выбор арабских женщин, а строгие правила шариата и вековые традиции. Всем людям без исключения нравиться, когда ими восхищаются, не важно внешностью или же достижениями иного рода, таков уж весь наш человеческий вид.

На набережной Корниш я зашел в пакистанский ресторанчик, в который уже заглядывал вчера. Был уже поздний час, поэтому все столики оказались свободны. Я прошел в глубь зала и занял один из трех столиков в углу помещения. В этот раз я заказал шаурму и картофель фри с чаем. Чем дольше ты без еды, тем вкуснее она кажется. Чем дольше ты на ногах, тем приятнее сидится. Ожидание увеличивает удовольствие. По этой причине для меня идеально путешествовать один – максимум два раза в год. Этого времени с лихвой хватает, чтобы успеть соскучиться по самолетам и поездам, по новым городам и странам. Я завершил свой поздний ужин, но мне не хотелось уходить из этого уютного места. Я сидел у печи и после еды меня начало клонить в сон. Собравшись с силами, я вышел на свежий ночной воздух и у мечети Аль-Махфираха набрал полную бутылку бесплатной воды из фонтанчика. Зайдя в отель, я первым делом пошел в душ, но искупаться мне не удалось из-за отсутствия горячей воды. Завтра у меня последний день в ОАЭ и столько дел я должен успеть сделать. Я рухнул на постель и только, когда я оказался на матрасе, понял, насколько сильно обгорело мое тело. Я аккуратно перекатился на бок и закрыл глаза.

Я проснулся и начал собирать рюкзак сразу, как только за окном раздалась громкая молитва. На улице было темно и пусто. С Персидского залива дул холодный бодрящий ветер, от которого все тело покрывалось мурашками. Рюкзак пришлось нести в руках, так как спина, да и все остальное тело сильно обгорело. Быстрым шагом я добрался до автовокзала и, купив билет, занял место у окна в передней части автобуса. Через двадцать минут, когда почти все места уже были заняты, в салон зашел контролер и начал проверять билеты. Внезапно он попросил меня освободить мое место, ссылаясь на то, что это место для женщин, я удивленно посмотрел на него, но в итоге был вынужден плестись в конец автобуса. Я знал, что несколько мест в передней части автобуса были только для женщин, но то место, что занял я, было без специальной таблички. Однако спорить я не стал. Ни желания, ни знаний английского языка у меня для этого не было. Автобус тронулся и, как только мы выехали на шоссе, несколько пакистанцев заняли свободные места в передней части салона, а я так и продолжил сидеть в самом хвосте. Не самое лучшее начало поездки длинной в сто семьдесят километров. Долгие пробки на выезде из Шарджы, затем небоскребы Дубая, и бесконечные пейзажи пустыни до самой столицы Абу-Даби. Я краем глаза увидел с правой стороны дороги тематический парк Феррари, а с левой стороны огромную и красивую белую мечеть шейха Зайда. Я вышел на конечной остановке автобуса, на центральном автовокзале города, где попытался купить билет на следующий автобус. Еще в Шардже я заметил двух молодых русских девушек, которые тоже собирались ехать в Абу-Даби. Теперь найдя их в толпе на вокзале, я подошел к ним.

– Привет, вы случайно не к мечети едете? – поинтересовался я.

– Привет, нет, мы там вчера уже были, а сегодня собираемся на весь день в аквапарк – ответила одна из девушек.

– Ясно, а билет как покупали до мечети? – спросил я – а то никак не разберусь с терминалом.

– Мы тоже не смогли в терминале купить и купили в кассе карточку для автобуса – пояснила девушка.

Я пожелал им хорошего дня и пошел к кассе, где купил билетную карточку, после нескольких долгих минут объяснений. Возле автовокзала я сел на автобус номер сто одиннадцать, который повез меня по Истерн Роуд. Моя электронная карта в телефоне не определяла мое местоположение без интернета, поэтому я начал беспокоиться, что могу проехать нужную мне остановку. Рядом со мной сидел молодой бородатый парень с телефоном в руках, которому я попытался объяснить всю сложившуюся ситуацию, используя все свои знания английского языка. Мы несколько минут пытались друг друга понять при помощи переводчика, который был у араба в телефоне. Сделать это было крайне сложно, ведь у него в телефоне все было написано лишь арабской вязью справа налево. В итоге он предложил мне выйти с ним на остановке, рядом с торговым центром «Машриф Молл», где он работал, и там воспользоваться бесплатным интернетом. По пути мы перекинулись несколькими фразами, все так же до конца не понимая, о чем именно мы говорим. Около торгового центра я поблагодарил парня за помощь, а сам подключился к интернету и понял, что до мечети осталось еще семь километров.

Прошел час, проведенный на 25-ти градусной жаре, прежде чем я увидел перед собой огромные белые купола мечети шейха Зайда. Эта мечеть была примечательна не только своей красотой, но и тем, что на ее территорию пускали представителей любых вероисповеданий, чтобы они могли познакомиться чуть ближе с мусульманской религией. Заметив группу туристов, я вместе с ними добрался до входа во двор мечети. Пройдя через металлодетекторы, я оказался в просторном дворе с ровными зелеными аллеями. Рядом с фонтанами, около входа в величественное белое здание находились небольшие ящики для обуви. Дальше проход разрешен был только босиком, а для женщин еще и с покрытой головой. Вход был бесплатный. Здесь уже бегали в разные стороны многочисленные группы туристов и одинокие зеваки с фотоаппаратами. Первым что попадалось на глаза, так это огромный мраморный пол, на котором во время молитв расстилают самый большой ковер в мире площадью в пять с лишним тысяч квадратных метров. Дальше я прошел вместе с остальными туристами вдоль высоких белых колонн с золотой лепниной и вошел внутрь помещения. Здесь были высокие потолки с необычными и очень красивыми люстрами. Тут ощущалась свобода движений и свобода мыслей. Пройдя несколько залов, я вновь оказался на улице. Среди туристов преобладали азиаты. Здесь, в священном месте, они были не такими шумными как обычно.

Я не заметил, как быстро пролетело время за этой увлекательной прогулкой по белой мечети и ее двору. Уникальное здание. Мечеть шейха Зайда – одна из шести самых больших мечетей в мире, названа она в честь первого президента эмиратов и ее основателя. Я бы провел в этом месте больше времени прямо до темноты, когда величественное белое здание начинает подсвечиваться синим цветом, но к сожалению, мне уже нужно было ехать в Дубай. Я не терял надежды увидеть шоу фонтанов. Изначально я еще планировал заглянуть в центр эмирата к Падающей башне, которая имела самый большой наклон в мире, но сейчас глядя на часы, я понимал, что не успею это сделать. После посещения мечети в умиротворенном состоянии я направился к остановке. На улице по-прежнему было не выше двадцати пяти градусов тепла, но солнце пекло так сильно, что спасение я нашел только внутри автобусной остановки, где работал кондиционер. Через несколько минут я уже подъезжал к центральному автовокзалу города. В окне автобуса я заметил Падающую башню. Если бы днем я доехал до своей остановки, а не вышел на торговом центре, то я бы все успел. Если бы фонтаны работали в первый день моей поездке, то я тоже бы все успел. Однако не всегда все идет по плану, даже у меня. В этой жизни всегда нужен «план Б», а лучше еще и «план В». Пересев на автовокзале на автобус, идущий до центра Дубая, я включил кондиционер над сиденьем и немного расслабился. За окном был все тот же пейзаж – бескрайние пустыни. На въезде в эмират мы встали в небольшую пробку. До старта шоу поющих фонтанов оставался всего час. Слева автобус обогнала золотая Феррари, а за ней пристроилась переполненная маршрутка с пакистанцами и индусами. Не сложно догадаться, кому достался счастливый билет в этой жизни. Автобус остановился в шести километрах от торгового центра. Я взглянул на часы.

– Придется немножко пробежаться – произнес я и закинул рюкзак на обгоревшую спину.

На улицах уже начали загораться фонари и вывески магазинов. Я легкой трусцой бежал в направлении торгового центра «Дубай Молл», вспоминая маршрут первого дня. В голове была лишь одна надежда на то, что сегодня траур закончен, и поющие фонтаны Дубая включат по расписанию. Побывать в ОАЭ и не увидеть знаменитые фонтаны! Я никак не мог с этим смириться! Мой марафон закончился перед входом в торговый центр, где я решил уточнить у столика информации, действительно ли сегодня будут работать фонтаны.

– Добрый вечер, сегодня будут работать фонтаны? – в надежде спросил я у молодой азиатки.

– Добрый вечер, к сожалению, нет, идет траур – грустно ответила она.

Я молча повернулся и пошел прочь из торгового центра. Я перестроил весь маршрут ради этого шоу, но видимо не судьба увидеть его собственными глазами. Я сделал все, что мог! Перед выходом я увидел еще один столик информации и почему-то ноги сами подошли к нему.

– Добрый вечер, сегодня будут работать фонтаны? – на автомате спросил я.

– Добрый вечер, сейчас уточню – ответила молодая пакистанка и взяла трубку телефона – да, они сегодня работают, скоро начало.

Я не мог поверить своим ушам. Без ума от радости я побежал на балкон, где протиснулся сквозь толпу туристов к железным перилам. До начала шоу оставались считаные минуты, поэтому я достал камеру и телефон в ожидании чуда. Внезапно послышалась романтичная и спокойная мелодия песни «Жизнь в розовом цвете» французской певицы Эдит Пиаф. На озере начали возвышаться струи фонтанов, покачиваясь в разные стороны в такт мелодии. На берегу так же начали покачиваться влюбленные пары туристов, зачарованные прекрасным зрелищем. Кто-то стоял на берегу, кто-то на мосту, кто-то на балконе, кто-то сидел в кафе, а кто-то плыл в маленькой лодке по озеру в нескольких метрах от фонтанов. Под оглушительные аплодисменты фонтаны стихли на полчаса. За это время я спустился вниз, где занял место в шаге от воды недалеко от моста. Меня ждал сюрприз. Сначала вся 163-х этажная башня Бурдж Халифа засияла разноцветными огнями, а затем на ней начался обратный отсчет, начиная от десяти. После единицы на башне появился орел, и одновременно с ним фонтаны выстрелили на несколько метров в небо. Здесь и началось самое шокирующее и волнующее зрелище, которое мне довелось видеть в жизни. Новогодняя программа, посвященная первому президенту эмиратов – шейху Зайду, который объединил все арабские эмираты. Не получится описать все волшебство и сумасшествие увиденное мной. Это надо прочувствовать. Я даже не снимал и не делал фотографии. Я был в ступоре. Все тело было в мурашках, а руки тряслись от восторга. Все лицо было в брызгах, а на лице сияла улыбка. Это самое удивительное, что я видел в своей жизни! До этого момента, первенство было за ночной площадью Таймс Сквер в Нью-Йорке, когда я в двадцати однолетнем возрасте вышел из метро и оказался среди небоскребов, ярких рекламных огней и жизни, о которой грезил с детства. Теперь, спустя пять лет, я стою весь мокрый, уставший и счастливый в центре Дубая. Интересно, что меня будет ждать еще через пять лет? Где я буду стоять? Чем я буду восхищаться?

По длинному коридору я поспешил из торгового центра до станции метро «Дубай Молл», где ухитрившись, протиснулся через толпу туристов и залез в вагон. Выйдя на станции «Юнион», я сел в двухэтажный автобус до Шарджи, мне уже был знаком этот маршрут. Через час я уже стоял в парке Аль Мажас, где вовсю танцевали поющие фонтаны Шарджы. Посмотреть два шоу фонтанов за один вечер в двух разных эмиратах? Так могу только я! Людей, которые наслаждались этой красотой на фоне панорамы небоскребов и звездного неба, можно было пересчитать по пальцам. В парке находилось шикарное двухэтажное кафе, где можно было заказать чай или кофе, чтобы посмотреть на шоу с лучших мест, но у меня в кармане осталось несколько дирхам ровно на шаурму с чаем в моем уже любимом пакистанском кафе. На берегу озера Халида расположились несколько очень высоких небоскребов, которые красиво подсвечивались неоновой, фиолетовой и голубой лентой огней. Около двенадцати ночи я доковылял до кафе и, заказав шаурму с горячим чаем, попытался расслабиться за столиком, возле печки. Завтра в это же время я буду спать у себя дома в Самаре, а все то, что сейчас кажется реальным и осязаемым, станет воспоминаниями, которые с каждым годом будут лишь тускнеть, пока не исчезнут совсем из моей памяти. Единственный способ хоть как-то поймать и спасти их, это перенести на бумагу, чем я и займусь в Самаре на монотонной работе, которая мне очень нравится. Поблагодарив повара и продавца за вкусную еду и сказав, что завтра я возвращаюсь обратно в Россию, я вышел в арабскую ночь. Дальше все пролетело очень быстро. Отель, сон, сборы, самолет, в котором я встретил обгоревших Кристину и Екатерину, аэропорт Курумоч и дом. Завтра мне вновь нужно надевать теплое пальто и придумывать ответ на вопрос о том, где так сильно обгорел мой нос.

## Глава 3. «Афродита»

Все началось случайно. Летом я вышел на подработку в торговый центр «Космопорт», чтобы подменить коллегу, который взял отпуск. Во время обеденного перерыва, когда я возвращался из столовой, то вдруг увидел знакомое женское лицо в толпе покупателей. Это была моя бывшая одногруппница Эмма. Последний раз мы виделись на вручении дипломов в актовом зале педагогического университета ровно пять лет назад.

– Вот мы и встретились – я раскинул руки в стороны, чтобы обнять ее.

– О, боже – воскликнула она и назвала меня по фамилии, как это обычно делала в университете.

– Какими судьбами? – поинтересовался я.

– Подругу жду, а она как всегда опаздывает – ответила Эмма – а ты тут работаешь?

– Да, я в этой сфере четыре года уже работаю, раньше в другой компании был, но вот недавно в эту перешел – пояснил я.

– Клево, правда я думала, что ты уже за границей где-нибудь живешь – рассмеялась Эмма.

– Я тоже так думал, но вон как все вышло, а ты где трудишься? – спросил я.

– Не поверишь, я сразу после университета пошла в школу по нашей специальности, но там совсем недолго была – начала рассказывать Эмма – ученики все избалованные, особенно старшеклассники, выпить предлагали после уроков и постоянно сигареты стреляли у меня.

– Ты же вроде бросила курить – заметил я.

– Я бросала, да с такой жизнью это тяжело сделать – засмеялась Эмма – зато теперь я работаю в магазине оптики, зарплата лучше, чем в школе и нервы целее.

– Отлично, а я думал ты уже замужем давно? – улыбнулся я.

– Почти – ответила Эмма – пять лет же встречалась с Алексеем, он на географа учился у нас и фотографом работал, помнишь?

– Да ладно? – удивился я – тот с длинными волосами?

– Да, он – Эмма начала краснеть – сама не знаю, как так вышло, но сразу после университета мы начали общаться и все закрутилось, но не получилось, хотя я не отчаиваюсь, подумаешь, мне всего двадцать семь!

– Правильно, все впереди! – подбодрил я Эмму – из наших видишь кого-нибудь?

– Некоторых видела за это время, все толстые стали, у всех уже дети, семьи, а кто-то даже успел развестись – она опять засмеялась.

– Видишь, у нас с тобой все еще не так плохо! – улыбнулся я – из университета я только «Бороду» вижу, он же здесь со мной теперь работает, это я его в эту компанию устроил.

– Да, вы как всегда вместе, попугаи неразлучники! – мы с Эммой вместе залились смехом.

Было приятно встретить кого-то из студенческой жизни. Отличные были годы. Я смотрел ей вслед и вспоминал, какой она была в университете. Даже не верится, что худая, высокая девушка с прямой челкой превратится в прекрасную, стройную восточную женщину с милой улыбкой. Ее внешность за это время изменилась лишь в лучшую сторону. Быть может это особенность восточных народов? Она была чистокровной башкиркой и с легкостью могла сниматься в фильмах, где ей бы доставались главные роли цариц или принцесс.

После этой случайной встречи в торговом центре мы с Эммой начали общаться в социальной сети. Мы время от времени перекидывались парой сообщений и смешными картинками. Как это делают все старые знакомые. Мое лето прошло полностью в работе. Я работал в двух торговых центрах: «Империя» и «Космопорт», а также проводил дегустации в нескольких фитнесс клубах города. В начале октября с первыми холодными ветрами я начал думать о путешествии за границу. С момента моей поездки в ОАЭ прошло десять месяцев, и мне нужен был кислород, чтобы жить дальше. Все мои накопления ушли на ремонт в маленькой студии в «ЖК Париж», куда я наконец-то переехал осенью. После двадцати семи лет жизни с матерью я перерезал пуповину и зажил взрослой жизнью. У меня было все для счастья: квартира площадью двадцать пять квадратных метров, ванная, горячая вода, велосипед и игровая приставка «Сони Плей Стейшен 4». В детстве я всегда мечтал играть в «Сега Мега Драйв», «Денди» или «Сони Плей Стейшен 1», как играли мои одноклассники. Но у меня не было ни цветного телевизора, ни игровой приставки. Однажды я притащил со свалки большой разбитый кинескоп от черно-белого телевизора и прислонил его к забору во дворе. К кинескопу я привязал старый сломанный джостик от «Денди», который где-то нашел отец. Черным маркером я что-то нарисовал на темно-зеленом экране, затем я взял в руки джостик, сел и представил, что во что-то играю. Благодаря богатому воображению я на некоторое время становился счастливее. Теперь, когда я оказался в собственной квартире с джостиком в руках, я вспомнил этот эпизод из детства и улыбнулся. Теперь у меня все было для счастливой жизни. Единственное, чего мне не хватало, так это золотой осенью отправиться в путешествие, чтобы вновь почувствовать волнение и эмоциональный шок. Я снова захотел на несколько дней стать частью чего-то нового, ведь всякий раз, когда я путешествую, я не просто смотрю новые страны и города, я стараюсь прожить там часть своей жизни, тем самым навсегда связав себя с новым местом. Теперь, когда я что-то слышу про знакомые города Нью-Йорк, Санкт-Петербург, Милан, Сочи, Париж, Дубай, для меня звучит нечто больше, чем просто название города. Я вспоминаю ту часть своей жизни, которую провел там, и на лице появляется улыбка.

За окном собирались грозовые тучи. Я сидел на работе и изучал выгодные предложения на сайте «онлайнтурс», где мой поиск остановился на двух странах Тунис и Кипр.

– Если я поеду с кем-нибудь вдвоем, то это окажется крайне выгодно – произнес я, глядя в монитор – только вот с кем?

В голове я начал перебирать всех друзей и знакомых, которые могли бы отправиться со мной в путешествие уже через пару недель. Внезапно меня осенило.

– Эмма! – выкрикнул я.

Я сразу написал ей несколько сообщений, в которых кратко изложил свое предложение о том, чтобы провести совместный отпуск. Какое было мое удивление, когда через полчаса она написала, что согласна. Уже через два дня мы встретились с Эммой в Парке Дружбы. Был холодный, пасмурный октябрьский вечер, мы сидели на лавке, где я объяснял ей все детали нашей будущей поездки.

– Кипр! – произнес я в заключении.

– Кипр! – согласилась Эмма и улыбнулась.

Не знаю, быть может, я описал свой обычный активный отдых недостаточно подробно, но Эмма ничуть не смутилась моим планам на каждый день отпуска. Напротив, она все больше и больше загоралась предстоящим путешествием.

– Ты даже не представляешь, на что ты подписываешься – ухмыльнулся я.

– Мне все равно, я просто хочу в отпуск – произнесла Эмма и закурила.

На следующий день я взял аванс на работе и забронировал пятидневный тур на Кипр. До вылета оставалось три недели, и этого времени было предостаточно, чтобы еще тщательнее спланировать наш активный отдых и собрать все необходимые вещи. Я расписал каждый из пяти дней с утра до вечера, часто меняя планы исходя из погодных условий и расписания общественных автобусов на острове.

Ноябрьским холодным вечером, когда на улице уже давно стемнело, я вышел из квартиры и подошел к дороге, где через несколько минут сел в машину.

– Ты слишком легко оделся, не замерзнешь? – поинтересовалась Эмма.

– Не должен – ответил я.

– Красивая куртка, она женская? – спросила Эмма и, не дожидаясь моего ответа рассмеялась.

– Ты пьяная? – удивился я.

– Немножко – улыбнулась она.

До аэропорта Курумоч нас довез ее младший брат. Когда мы с ним прощались, он крепко пожал мне руку и попросил приглядеть за Эммой. В девять вечера улетал самолет из Самары в Москву, где нас ждала пересадка до Кипра. Я взял с собой лишь черную кожаную сумку в ручную кладь. Мои страхи, что Эмма наберет кучу чемоданов, не оправдались. Она взяла всего один маленький рюкзак. Мы подошли к регистрационной стойке, где отдали свои паспорта для регистрации на рейс. Из моего паспорта случайно вылетело двести пятьдесят рублей.

– Надеюсь, мне теперь достанется место у окна – подмигнул я.

Эмма рассмеялась, а девушка за стойкой не повела и бровью. С каменным лицом она отдала мне упавшие деньги, а затем вручила билет. Когда мы прошли в зал ожидания, я заметил, что у Эммы был новый маникюр ярко красного цвета и длинные пышные ресницы.

– Ты отлично подготовилась – я приобнял ее – мы найдем тебе горячего Киприота!

– Пф – фыркнула она – я туда отдыхать лечу, а не мужика искать.

Мы ехали в отпуск как старые друзья, которые знают друг друга уже десять лет, если считать время с момента нашей первой встречи на первом курсе университета. Однако со стороны мы смотрелись как обычная молодая пара, которая летит в семейный отпуск, возможно даже на медовый месяц, только колец не хватало. Вдруг Эмма засмотрелась на симпатичного парня, который сидел напротив нас и разговаривал по телефону. Парень заметил это и, посмотрев сначала на нее, а затем на меня, резко встал и пересел в конец зала.

– Он подумал, что мы с тобой пара и принял тебя за гулящую девку – рассмеялся я – чтобы не рушить наш союз он ушел, как благородно!

– Я не гулящая! – крикнула Эмма и, сложив руки, демонстративно отвернулась от меня.

– Не обижайся – начал я – но я ведь говорил, что нас все вокруг будут воспринимать как пару.

– Мы не пара, я свободная девушка – произнесла Эмма, не скрывая своей обиды.

– Свободная, сильная и независимая – заметил я.

Началась посадка на рейс до Москвы, мы заняли место в конце длинной очереди.

– Пс – шепнула мне Эмма – у тебя из носа что-то торчит.

Я не заметно провел рукой по носу.

– А теперь? – спросил я ее.

– Теперь порядок – ответила Эмма.

– Отличная наблюдательность напарник – засмеялся я – мы сработаемся!

Перелет до Москвы прошел очень быстро, всего полтора часа, и мы уже сидели в зале ожидания аэропорта Внуково. Вылет в Ларнаку был только через четыре часа, и мы отлично провели время в ожидании самолета. Эмма успела выпить бокал пива, съесть огромный бургер в «Бургер Кинг», послушать музыку и подремать на лавке, а я лишь успел выпить стакан горячего молока из автомата.

До Кипра мы летели на местах, которые были разделены проходом. Поспать друг у друга на плече нам не удалось, и мы считали минуты до приземления. Через три с половиной часа наш самолет совершил посадку в аэропорту Ларнаки, где уже было восемь часов утра. Яркое солнце уже давно взошло над этим удивительным островом. На улице было свежо и тепло, только иногда сильный морской ветер качал высокие кроны пальм, которые окружали аэропорт. Мы вместе с гидом сели в туристический автобус, который должен был развезти всех по отелям. Только мы с Эммой сели на свои места, как нам уже нужно было собираться на выход. Наш отель был всего лишь в десяти минутах езды от аэропорта. Подъезжая к нему мимо соленого озера, я краем глаза заметил небольшое скопление птиц.

– Смотри это же фламинго! – я толкнул Эмму в плечо.

– Какие-то они худые – заметила она.

– В отличие от тебя? – язвительно произнес я.

– У меня сейчас даже нет сил обижаться на тебя – устало ответила Эмма.

– Никогда не видел фламинго в естественной среде обитания – произнес я.

– Хорошее начало – сказала Эмма.

Трехзвездочный отель «Пляж Фламинго» находился на первой береговой линии, прямо через дорогу от огромного песчаного пляжа Маккензи и синего бескрайнего Средиземного моря.

– Заселиться в номер можно будет в два часа дня – сообщила нам светловолосая девушка на ресепшене – а пока можете сложить ваши вещи в свободной комнате на первом этаже.

Мы с Эммой оперативно переоделись и привели себя в порядок, используя влажные салфетки. В девять утра мы вышли из отеля и направились к соленому озеру, чтобы сфотографировать фламинго, которых мы видели по дороге сюда. Пройдя через памятник рыбацкой лодке, мы оказались на шоссе Артемидос. Из-за того, что на Кипре было левостороннее движение, мы немного запутались при переходе через дорогу, но все закончилось хорошо. Яркое солнце жгло под собой все, что только можно: асфальт, пальмы, нас. На моей голове была широкополая серая шляпа, на глазах черные солнцезащитные очки, синяя футболка, черные летние штаны и белые кроссовки «Найк», которые уже давно стали моими верными спутниками в поездках. На Эмме было надето платье в черную и белую полоску и белые кеды. Короткое платье отлично подчеркивало ее стройные длинные ноги. Вдалеке показался аэропорт и небольшой водоем возле него. Это был затон соленого озера, где мы видели фламинго, но сейчас здесь было пусто.

– Может нам показалось? – задумчиво начал я – мы ведь больше суток не спали.

– Типа мираж что ли? – улыбнулась Эмма.

Я пожал плечами. Мы снова перебежали через шоссе, где быстро неслись машины и пошли вдоль соленого озера. На другой стороне среди пальм и деревьев виднелась красивая мечеть Хала Султана Текке. Мы с Эммой решили спуститься вниз к воде и пойти прямо по соленому берегу. Соль забавно хрустела под нашими ногами, а со стороны все озеро выглядело так, будто бы находилось под снегом. Если бы не яркое солнце и жара в тридцать градусов, в это легко можно было поверить.

– По легенде на этом месте давным-давно был огромный виноградник. Мимо него как-то проходил измученный жаждой и жарким солнцем Лазарь. Он попросил у хозяйки виноградника гроздь, но она ему отказала. В ответ Лазарь проклял эти земли, превратив плодородную почву в соль – рассказал я Эмме.

– Интересно, а это правда? – удивилась она.

– Кто знает, но звучит красиво – ответил я – и выглядит красиво.

Мы шли по соленым льдинам берега несколько часов, иногда останавливаясь на отдых в тени высоких пальм. Вокруг ни души. Тишина и спокойствие. За все время нашей прогулки мы встретили лишь одного человека, им оказался мужчина, который вышел на утреннюю пробежку. Несмотря на нашу усталость, мы с Эммой весело общались и шутили.

– Кстати, мы сейчас с тобой идем по тропе Афродиты – заметил я.

– Неплохо – улыбнулась Эмма.

Когда мы добрались до акведука Камарес, то уже порядком проголодались.

– Я нашел тот таинственный акведук, о котором говорил Александр, когда мы были в Америке шесть лет назад – чуть слышно буркнул я себе под нос.

Сейчас от десятикилометрового акведука осталось лишь несколько живописных арок. Вокруг по-прежнему не было ни души.

– Почему здесь совсем никого нет? – обратилась ко мне Эмма.

– Это не удивительно – произнес я, взглянув на электронную карту в телефоне – мы с тобой сейчас находимся на окраине города, не всем туристам под силу сюда дойти.

– Я скоро умру от голода! – возмутилась она – нам нужно срочно где-нибудь поесть!

– Я согласен – продолжая смотреть на карту, ответил я – надеюсь, ближе к центру города мы найдем какое-нибудь кафе.

Мы с Эммой свернули направо на широкое шоссе «Б5» и дошли до кольца, где внимательно осмотрелись по сторонам в поисках супермаркета или кафе, но ничего не было. Чем ближе мы подходили к центру города, тем больше нам попадалось магазинов, но все они были закрыты.

– Это потому что сейчас суббота? – обратилась ко мне Эмма.

– А где они тогда еду покупают на выходных? Не понимаю – задумчиво ответил я.

Спустя час на перекрестке мы свернули на улицу под названием Георгиу Грива Дигни, а чуть дальше на противоположной дороге показался супермаркет «Спар». Перейти дорогу сразу мы не могли из-за плотного траффика и особенностей левостороннего движения, поэтому нам пришлось идти до следующего перекрестка. В этот момент моя спутница и не выдержала.

– Я больше не могу ходить! Я хочу пить! – с этими словами она забежала в первый попавшийся магазин, каким оказался магазин под названием «Аптопоейо» и, купив там банку холодного лимонада, залпом выпила ее.

Ее можно было понять, она не была готова к таким трехчасовым прогулкам на жаре без еды и воды. После того как Эмма немного успокоилась мы зашли в «Спар», где купили две бутылки вина «Отелло» и «Афродита» по акции, а также знаменитую водку «Зевания» и пиво «Кео». Весь алкоголь был местного производства из Лимасола.

– Дегустация алкоголя объявляется открытой! – торжественно произнесла Эмма и покатила тележку к кассам.

На кассе Эмма взяла себе две пачки кипрских чипсов, а я взял апельсиновый сок и минеральную воду.

– Я хочу немного прогреть горло – обратился я к Эмме, когда мы оказались на улице.

– Держи – она протянула мне «Зеванию».

Убедившись, что вокруг нет полицейских, я сделал один большой глоток.

– Я тоже – и Эмма так же сделала большой глоток, сильно при этом поморщившись.

С прогретым горлом и душой нам было приятнее продолжать наши поиски кафе для обеда. На очередном светофоре рядом с нами встала женщина, которая услышала, что мы разговариваем на русском языке.

– Здесь есть хороший ресторан Итальянской кухни – обратилась она к нам на русском языке – но он открывается с двух часов дня, потому что сейчас выходные.

– Спасибо большое – поблагодарил я любезную женщину.

– Теперь все понятно, у них в выходные кафе и некоторые магазины начинают работать с обеда! – удивилась Эмма.

Рядом со школой, в небольшом переулке я увидел вывеску кафе, на котором были изображены блюда вместе с ценами.

– Свиной шашлык, вместе с овощами и картошкой фри, всего за пять евро! – обрадовался я – мы по адресу!

В кафе было пусто. Лишь только тучный улыбчивый владелец, он же и повар, он же и официант, да его маленький сын, который спал на небольшой кровати в углу кафе. Мигранты. Я всегда относился с теплотой к таким людям. Они покинули свой дом, свою родину и вынуждены как-то зарабатывать на свою жизнь и жизнь семьи. Они не опустились на самое дно из-за трудностей, а вместо этого сумели открыть свое дело и ассимилироваться на новом месте. В Италии, во Франции, в Эмиратах, я всегда посещал подобные заведения и чувствовал себя там комфортнее, чем в ресторанах. Мы с Эммой слышали, что порции еды на Кипре были такие большие, что одной порцией можно наесться двум людям, поэтому мы заказали одно блюдо и два комплекта приборов. Мы сели за столик на улице, чтобы Эмма могла спокойно курить. Я никогда не любил, когда девушка курит, но Эмма делала это очень сексуально, и мне нравилось на нее смотреть.

– Меня даже курилкой картонной называли из-за этого – засмеялась она в ответ на мой комплимент.

Быть может от того, что мы были так давно без нормальной еды, может по другой причине, но этот шашлык или, как называют его киприоты «сувлаки», нам очень сильно понравился, несмотря даже на несколько больших кусков жира. Поблагодарив хозяина кафе за вкусный обед, мы неспешно отправились в сторону набережной Финикудес.

– У меня предложение – обратился я к Эмме – давай не будем кушать в одном месте дважды?

– Давай! – покорно согласилась она.

У самого начала набережной находился красивый фонтан, а рядом автобусная станция. Чуть дальше был новый порт Ларнаки, где безмятежно колыхались на волнах сотни белоснежных яхт и катеров. Тут мы встретили туристов. Они спокойно гуляли вдоль воды, а некоторые загорали на песке. Было такое чувство, что на Кипре день начинается очень поздно и, лишь ближе к вечеру, все люди выходят из домов, чтобы насладиться прохладой, что доносится с моря.

Мы прошли всю набережную Финикудес на одном дыхании, настолько она была интересной. Мы любовались, то синими и мощными волнами, что разбивались о камни слева от нас, то десятками маленьких кафе с правой стороны, которые потихоньку начинали открываться. Видимо на Кипре было нормой открывать лавку или кафе во второй половине дня. Весь город лениво просыпался и готовился к жизни.

– Вечером нужно будет где-нибудь здесь перекусить – предложила Эмма – они как раз все откроются.

– Полностью поддерживаю! – согласился я.

По дороге к отелю мы заглянули в район церкви Святого Лазаря, где до сих пор хранятся его мощи. Этот старинный район города все еще сохранил свои милые маленькие домики, хотя некоторые из них уже начали разваливаться. Также в этом месте была целая куча различных лавок с серебром, вином и сувенирами. Мы единогласно решили в последний день отдыха вернуться сюда за покупками. Пройдя через белые дома с синими ставнями, мы вновь оказались у моря. Прохладный средиземноморский ветер ласково трепал темные волосы Эммы. Первый раз я поехал с девушкой за границу, что же меня ждет впереди? Было около двух часов дня, когда мы подошли на ресепшен и получили ключ от номера «302». Мы взяли вещи из общей комнаты для хранения и поднялись на лифте на третий этаж.

– Это еще что такое? – воскликнула Эмма, когда первая зашла в номер.

Я быстро зашел следом за ней и осмотрелся. Хороший туалет с ванной и душем, удобный стол с зеркалом, маленький балкон и большая двухместная кровать.

– Я не знаю – замялся я.

– Как ты не знаешь? – продолжала восклицать она – кровать одна! Ты специально это подстроил?

– Нет, я не знал, я думал, будут две односпальные кровати – честно признался я.

– Врешь! Ты точно знал, что будет одна кровать! Это был твой план – Эмма немного упокоилась и уже начинала улыбаться.

– Да это был мой план, который я вынашивал десять лет! Прямо с первого курса университета, как только тебя увидел – засмеялся я.

– Ладно, что поделать, будем так спать – смирилась Эмма.

Я стал распаковывать сумку, а Эмма вышла покурить на балкон. Через несколько секунд я услышал ее радостный крик.

– Посмотри, какой вид! – послышалось с балкона.

Я вышел и сам чуть не закричал от восторга. Перед нами плескалось синее средиземное море. В солнечных лучах искрились и шумели волны. Над пляжем Маккензи время от времени низко пролетали самолеты с аэропорта Ларнаки. Воздух был свежий и чистый, если не считать табачного дыма от сигареты. Мы по очереди приняли душ, а затем уснули каждый на своем краю кровати.

В пять вечера заиграла мелодия будильника. Проснувшись бодрыми и полными жизненных сил, мы собрались и вышли из отеля. На улице было темно, солнце давно село и везде горели фонари.

– Еще нет шести часов, а солнце уже село? – удивилась Эмма, когда мы вышли на набережную.

– Да, странно выглядит, но у нас в России тоже в ноябре солнце рано садиться – пояснил я.

– Когда ты здесь, не верится, что сейчас зима – произнесла Эмма.

– Да, ощущается будто бы сейчас лето, только солнце слишком рано садится – улыбнулся я – это и выдает, ведь у нас в Самаре летом закат только в девять вечера.

– Смотри сколько людей – отметила Эмма несколько компаний туристов возле входа в ресторан – похоже день только начинается!

Она оказалась права. С наступлением темноты Ларнака ожила, людей на улицах стало больше, а кафе и рестораны открыли свои двери и зажгли вывески.

– Давай тут кофе выпьем? – предложила Эмма и показала пальцем на роскошное кафе в сине-белом цвете.

– Давай меню посмотрим сначала – согласился я.

Неформатный официант с длинными светлыми волосами в белой рубашке и джинсах быстро подошел к нам.

– Сладенького захотелось? – обратился он к Эмме на русском языке с забавным акцентом.

– Да – засмеялась она.

– Проходите, присаживайтесь! – официант широко улыбнулся – я немного знаю русский язык.

В кафе было занято всего лишь два столика. Мы сели на веранде за белый стол, на котором была красивая полоска синей скатерти. Кафе называлось «Монте-Карло».

– Я как раз в прошлом году, когда был в Монте-Карло, ничего там не ел – произнес я – сейчас надо это исправить.

– Давай, клевое место, скажи? – обратилась Эмма ко мне, а я в ответ одобрительно покачал головой.

Мы заказали блинчики с шоколадным сиропом и две чашечки фирменного кипрского кофе. Через двадцать метров плещется средиземное море. Напротив меня сидит красивая девушка в тонком черном платье. Как интересно может измениться жизнь человека всего лишь за пару дней. Удивительно. Взбодрившись кофе и холодным морским ветром, мы прошли мимо Ларнакского замка и фонтана в начале набережной. Целью нашей прогулки был крупный супермаркет «Лидл» на окраине города, где мы хотели посмотреть ассортимент и купить продукты в отель.

– Этот город Ларнака разный, очень разный. Тут разные пляжи и отели. Разные одноэтажные дома и уютные кафе. Вот смотри, уже начались пятиэтажные дома, а мы всего несколько метров от центра прошли – Эмма показала рукой через дорогу – а утром вообще мост этот старинный.

– Да, акведук! – пояснил я.

– Мне очень тут нравится – восторженно произнесла Эмма.

– Ничего себе – удивленно крикнул я – это же магазин спортивного питания!

– Даже тут твои порошки продают – засмеялась она.

Мы перешли через большое кольцо, в середине которого находилась красивая скульптура, подсвечиваемая всеми цветами радуги. Здесь на улицах людей совсем не было, и стояла тишина.

– А вот тут мне не нравится – произнесла Эмма и прибавила шаг.

– Мне тоже – я старался не отставать от нее – скоро уже дойдем, если верить карте.

Совсем скоро мы увидели яркую вывеску супермаркета, возле которого стояло несколько машин. Супермаркет «Лидл» оказался с очень скудным ассортиментом. Бананы были зеленые, вино дорогое. Я купил пачку больших круассанов с шоколадной начинкой, а Эмма банку зеленых оливок.

– Неужели ты будешь это кушать? – с отвращением спросил я.

– Да, обожаю их! – весело ответила Эмма.

– Может ты еще и томатный сок пьешь? – засмеялся я – что с тобой не так?

Она пожала плечами. Обратная дорога до набережной заняла у нас куда меньше времени, ведь на улице стало еще темнее, а во дворах домов виднелись очень подозрительные личности. Одной из таких личностей оказалась странная бабушка, которая выбежала откуда-то из темноты прямо на дорогу. Она широко расставляла ноги как опытный ковбой. Цветное платье и яркий макияж еще больше добавляли абсурда в ее образ.

– Куда-то торопиться – засмеялся я – оделась еще так ярко, как светофор.

– Ага – засмеялась Эмма – наверное, на вечеринку опаздывает.

– Надеюсь, ее никто не собьет на дороге – произнес я.

За время нашей прогулки мы с Эммой очень проголодались. Ресторан «Александр» находился в самом начале набережной Финикудес. Там было очень много людей. Везде слышались разговоры на разных языках мира и лязганье столовых приборов в сочетании с чоканьем бокалов.

– Я читал про это место, когда планировал наше путешествие – обратился я к Эмме – его все очень хвалят, пошли там вроде столик освободился.

Мы заняли свободный столик на улице под навесом, где начали листать меню. Наш выбор пал на блюдо под названием «шефталья», которое представляло собой несколько свиных котлеток завернутых в свиной сальник и обжаренных на углях. Эмма так же взяла банку кока-колы и миску попкорна. Через несколько минут нам принесли пять котлеток с большой порцией картошки фри и листьями салата. К блюду так же прилагалась половинка лимона и две горячие лепешки. Мы с Эммой опять взяли одну порцию на двоих, но даже в тандеме мы не смогли с ней справиться. Рассчитавшись с официантом, мы попросили его сложить нам с собой все, что мы не доели. Официант с улыбкой на лице унес все на кухню. Через пять минут официант вернулся, улыбки на его лице уже не было. Он поставил нам на стол пакет с пластиковым контейнером и молча ушел.

– Что это с ним такое? – удивилась Эмма, когда мы покинули ресторан.

– Может он из-за чаевых так расстроился? – предположил я – мы ему вроде несколько центов не додали.

– Очень жалко – произнесла Эмма – это все из-за твоей жадности!

– Да я просто не понимаю смысла чаевых – пояснил я – это же их работа, за которую они получают зарплату, почему я должен дополнительно платить им? В магазинах, к примеру, никто продавцам-консультантам на чай не оставляет, в магазине оптики я думаю тоже, даже если ты с одним клиентом целый час работаешь.

– Мне оставляют – ехидно улыбнулась Эмма.

– Это другое – я приобнял ее за талию, она не сопротивлялась.

В отель мы зашли в одиннадцать вечера. Пока Эмма принимала душ, я развернул пакет и посмотрел в содержимое контейнера. Картошка, котлетки, овощи, попкорн, лепешки, все лежало вперемешку.

– Наверное, стоило все-таки оставить больше чаевых – тихо произнес я.

Когда Эмма вышла из душевой, ее уже ждала открытая бутылка вина «Афродита». Штопора у меня не было, и я открыл ее при помощи селфи-палки, продавив пробку внутрь бутылки. Бокалов тоже не было, поэтому я воспользовался двумя стеклянными стаканами для зубных щеток.

– За Афродиту! – произнесла Эмма.

– За тебя! – произнес я, и мы чокнулись стаканами.

Мы с Эммой сидели на балконе, пили вино, слушали громкие волны моря и смотрели на черное небо.

– Гроза будет – предположил я – слышишь, как волны бушуют?

– Ага – задумчиво ответила Эмма – все небо в тучах даже звезд не видно.

Через мгновение все небо залилось белым светом, а через несколько секунд прогремел гром. На протяжении почти часа мы наблюдали за тем, как тонкие молнии падают в воду. Две разные стихии на мгновенье становятся одним целым. Никогда в жизни я не видел ничего подобного. Эмма замерзла, и мы вернулись в номер, где внезапно посреди ночи две разные стихии на мгновенье стали одним целым. Я сейчас не о молнии и море.

## Глава 4. «Курион»

Ранний подъем был связан с тем, что внизу на первом этаже отеля нас ждал бесплатный завтрак, а сразу после него первое большое путешествие по Кипру. Мы с Эммой лениво набрали две полных тарелки и устроились в углу за столиком. Здесь были в основном русские туристы, все вели себя очень сдержанно, никто не толкался и не норовил забрать с подноса последний шоколадный кекс. На наших тарелках оказались: омлет с маленькими сосисками, ломтики бекона, творожный сыр, обычный сыр, листья салата, тосты, бисквит, йогурт и кусочки свежего ананаса. Запить все это пиршество мы взяли по бокалу апельсинового сока и по бокалу черного кофе.

– Все, я больше не могу – выдохнув, произнесла Эмма.

– А зачем тогда брала? – спросил я.

– Я думала что съем, но здесь слишком много – ответила она.

– Ешь! Помни о детях в Камбодже! – строго произнес я.

– В Окободжи? – переспросила Эмма – а что там?

– Нет, в Окободжи все прекрасно, а в Камбодже голод! – ответил я – может, конечно, и в Камбодже все хорошо, но где-то в мире точно сейчас голод!

– Ладно – Эмма поддалась моим уговорам и через силу начала доедать все, что было на тарелке.

Мы встали из-за стола и, переваливаясь с ноги на ногу, направились на лифте в номер, где начали сборы. Я взял с собой черную сумку через плечо, куда положил круассаны, бутылку воды, бутылку водки «Зевания», свою синюю кофту и красную кофту Эммы. Она же взяла лишь маленькую сумочку с кошельком, телефоном, зажигалкой и пачкой сигарет.

– Ты с собой целый блок сигарет взяла? – поинтересовался я.

– Почти – ехидно ответила Эмма.

Под жаркими лучами утреннего солнца мы прошли к началу набережной Финикудес и заняли место в небольшой очереди на остановке. На часах было около десяти утра, когда мы купили билеты у водителя и заняли свои места в комфортном зеленом автобусе «Интер Сити Бас».

Мы быстро покинули Ларнаку и поехали по живописному шоссе. Невысокие горы с левой стороны дороги, небольшие леса и побережье с правой стороны. От пейзажа за окном тяжело было оторваться, и мы с Эммой почти не разговаривали, а просто наслаждались видами. Через час поездки мы вышли рядом с Макдоналдсом в самом центре города Айя-Анапа.

– В туалет сбегаю – произнесла Эмма и скрылась за дверьми фаст-фуда.

– Хорошо – я осмотрелся, вокруг было несколько закрытых кафе и большой белый отель «Тася Марис Сизонс».

Эмма вышла с большим стаканом кофе в руках. Мы прошли несколько метров вперед, и в это мгновенье по улице с ревом самолета истребителя промчался мотоцикл.

– А здесь живенько! – заключила Эмма.

– Эмма! – я толкнул ее в плечо – оглянись!

Позади нас находилось небольшое городское кладбище.

– Живенько говоришь? – засмеялся я.

– Ой – удивилась Эмма и залилась громким смехом.

Не уверен, что над такими вещами можно смеяться, но мы с Эммой смеялись надо всем подряд. Особенно ее веселила моя фирменная фраза: «Как-то так и живу!». Эта фраза подходила к любой нелепой и абсурдной ситуации. Неспешным шагом мы прошли через весь город и оказались возле Парка Скульптур.

– Мы почти на месте! – подбадривал я свою спутницу, чувствуя, что она уже немного утомилась гулять под жарким солнцем.

– Хорошо, тут тоже тихо – отметила Эмма – опять все начнет работать вечером?

– Видимо – предположил я – но ты не забывай, что сейчас не сезон, а летом в Айа-Анапе самые бурные вечеринки устраивают.

– Правда? – спросила Эмма – тогда нам сюда с подругами надо съездить.

Через несколько минут на наши глаза показался знаменитый «Мост Любви», и Эмма побежала к берегу. Удивительная каменная арка спускалась в бирюзовую чистую воду. Вокруг красно-желтые скалы и ярко-синее небо. Очень умиротворённое и сказочное место на берегу средиземного моря. Я догнал Эмму, и мы вместе сели на край скалы, свесив ноги.

– Говорят, что надо слиться воедино в поцелуе на этом мосту, чтобы загадать желание… – начал я.

– Не дождешься! – прервала меня Эмма.

Мы молча наслаждались шумом волн и редкими криками чаек. Все было отлично, пока не приехал автобус с громкими туристами из Азии.

– Эмма, осторожней! – предостерег я ее – а то они тебя перепутают и по ошибке с собой заберут.

– Сейчас получишь у меня! – Эмма ударила меня в плечо – я их в два раза выше!

Восточноазиатская внешность Эммы всегда была поводом для моих добрых шуток. Мы вернулись к Парку Скульптур, где сели на автобус, который шел до Мыса Греко, конечной цели нашего сегодняшнего путешествия. Через десять минут мы вышли из него и оказались около кафе и информационного центра национального парка «Каво Греко».

– Зайдем за картой? – поинтересовалась Эмма.

– Я сам карта! – решительно ответил я – пошли, нам туда, к морю!

По горячей асфальтированной дороге, среди скалистых холмов с редкими кустарниками и без деревьев, мы дошли до перекрестка, где повернули налево. Вдалеке показалась первая достопримечательность национального парка под названием «Мост Грешников». Эта тоже была каменная арка над водой, только в отличие от «Моста Любви», этот мост имел огромную трещину прямо посредине.

– Ты мне сегодня экскурсию по мостам решил устроить? – засмеялась Эмма.

– Что-то типа того! – улыбнулся я и перелез через невысокое ограждение – по легенде этот мост обрушится, когда по нему пройдет самый грешный человек на земле, поэтому Эмма, тебе лучше не рисковать!

– Пошел ты! – и Эмма показала мне средний палец.

– Ты лучше не провоцируй меня! – пригрозил я ей.

– А то что? – подначивала меня Эмма.

– Узнаешь что! Тут, кстати, совсем недалеко город Фамагуста находится, а там замок Отелло, где он и задушил свою жену.

– Мы с тобой не женаты! – засмеялась Эмма.

– Тем лучше, никаких подозрений на меня! – улыбнулся я, а Эмма махнула на меня рукой и отвернулась.

Я сделал несколько фотографий скалистого природного моста над морем. Желто-оранжевый цвет скал прекрасно сочетался с сине-бирюзовой водой. Мы с Эммой прошли чуть дальше по асфальтированному шоссе, где совсем не было машин. Жара, тишина и приятный соленый ветер. Сделать небольшой привал мы решили на берегу, сев на одинокую лавочку, с которой открывался потрясающий вид на средиземное море.

– Знаешь, что там, перед нами за горизонтом? – обратился я к Эмме.

– Нет, а что там? – ответила она.

– Я не уверен, но думаю, что там находится Греция! – с важным видом заключил я.

– Хорошо, я в географии не сильна – произнесла Эмма и подошла к самому краю берега, где внизу о скалы разбивались пенные волны.

Я внимательно посмотрел на Эмму, ее красное платье в белых цветках, раздувалось на сильном ветре и обнажало ее длинные красивые ноги. Волосы закрывали лицо, и она тщательно пыталась их убрать. Эмма стояла на краю берега и смотрела вдаль, где по моим догадкам должна была быть Греция. О чем были ее мысли? Или о ком?

Через несколько минут мы возобновили нашу пешую экскурсию и совсем скоро оказались у маленькой белой церкви «Айя Анаргири». В ярком солнце, на фоне голубого неба и синего моря, она смотрелось завораживающее и очень самобытно. Здесь было несколько туристов, которые делали фотографии и спускались вниз по ступенькам, где у воды находилась пещера. Мы с Эммой набрали воду из бесплатного фонтанчика и спустились вслед за туристами. Около пещеры были сильные волны, брызги от которых разлетались на несколько метров в разные стороны. Туристы смеялись и пытались, не промокнув, добраться до пещеры. Это у них не получалось и, они все мокрые с веселыми ругательствами на английском языке, возвращались обратно. Эмма тоже попала под брызги волн, но не издала ни звука.

– Солнце скоро будет садиться – показал я рукой на небо – нам нужно успеть на смотровую площадку.

– Пошли – глубоко вздохнула Эмма, понимая, что нам опять нужно идти по горячему асфальту.

Мы вернулись до перекрестка, где свернули на тропу Афродиты.

– Еще одна тропа Афродиты? – удивилась Эмма – она весь остров обходила?

– Да, ведь именно на этом острове она и появилась из пены морской – сумничал я – это ее дом.

Я был уверен, что эта тропа должна была нас вывести прямо на гору, где находилась смотровая площадка, рядом с монументом мира. Однако спустя несколько минут, когда мы оказались у подножья горы, я увидел, что тропа спускается к берегу и морю, вместо того, чтобы вести на гору.

– Думаю, сейчас эта тропа где-то завернет и начнется крутой подъем в гору – задумчиво произнес я – но меня смущает забор с колючей проволокой, похоже, это британская военная база.

– Как знаешь – произнесла Эмма – ты веди, а я за тобой.

У берега стояла машина, где семья из трех человек грузила в багажник акваланги и гидрокостюмы. Я подошел к ним и спросил, правильно ли мы идем на смотровую площадку. Они оказались русскоговорящими и сообщили, что приехали понырять у знаменитых скал и поплавать в подводных пещерах, но не знают, где находиться монумент мира. Я поблагодарил их за помощь и вернулся к Эмме, которая осталась стоять на тропинке.

– Ну что там? – спросила она меня.

– Ничего – ответил я.

Эмма покачала головой и надела красную кофту.

– Я замерзла – сказала она – надеюсь, мы уже скоро дойдем.

– Я тоже надеюсь – произнес я и пошел вперед.

Прошел час, мы обогнули гору, но не нашли подъема на нее, а тропинка уходила куда-то дальше вдоль берега.

– Все, мы куда-то не туда пришли – признался я.

– Я уже поняла – ответила Эмма и села на камень.

– Вон там площадка – произнес я, посмотрев вверх, где на вершине горы были видны силуэты людей.

– Отсюда тоже видно закат – улыбнулась Эмма.

Она была права. Неважно, откуда мы бы смотрели на этот закат, все равно, он был бы так же прекрасен. Тяжелый день. Я достал бутылочку «Зевании» и, сделав глоток, передал ее Эмме. Вот так мы и сидели на камне, обдуваемые свежим морским ветром, а где-то вдалеке над Грецией, громко кружили самолеты. Мы видели солнце. Мы видели море. Мы видели, как они стремительно спешат друг другу навстречу. Море – вспениваясь высокими волнами. Солнце – заливаясь алой краской, падало вниз среди облаков. Водка согрела нас, мы обнялись, а Эмма положила меня свою голову на плечо. Прекрасный закат и неважно где, важно с кем.

– Это того стоило – тихо произнесла Эмма.

– Это и был мой план, который я готовил десять лет – сказал я.

– Наивный романтик – заключила Эмма, и мы замолчали.

Возвращаться всегда приятно, особенно, когда все планы на день были успешно завершены. Мы успели на автобус от мыса Каво-Греко до Айя-Анапы, а затем спокойно пересели там на автобус до Ларнаки.

– Мы все успели сегодня – гордо заявил я, когда мы вышли на набережной Финикудес – теперь по плану только ужин.

– Я умираю от голода! – закапризничала Эмма.

– Как всегда – я демонстративно закатил глаза – сейчас покушаем.

– Где в этот раз? – спросила Эмма.

– Я где-то видел креветки за шесть евро, может, пройдем дальше по набережной и поищем их? – предложил я.

– Ты издеваешься? – она тяжело вздохнула – а если их не будет, то где мы поедим? Ты же знаешь, там больше нет дешевых кафе, а лишь дорогие рестораны.

– Я что-нибудь придумаю! – с энтузиазмом заявил я.

Мы прошли по набережной от начала до конца, где находился наш отель. За время наших молчаливых поисков лицо Эммы менялось до неузнаваемости. От любви до ненависти всего один шаг, или несколько километров бессмысленных поисков на голодный желудок.

– Я ничего не придумал – виновато признал я свое поражение.

Эмма кричала на меня возле входа в отель, а я лишь улыбался ей в ответ. Смешная ситуация. Смешная и глупая. Я как упрямый капитан Ахав в погоне за Моби Диком, бегал по всем кафе и искал эти креветки за шесть евро. Одержимый идей я, точно так же, как и он, подверг опасности всех, кто был рядом. Эмма злилась на меня, и я этого полностью заслуживал. Когда мы зашли в отель, Эмма молча пошла к лифту, оставив меня в вестибюле.

– Добрый вечер, а где тут рядом можно недорого перекусить? – спросил я на ресепшене.

– Здесь есть ресторан, рыбная таверна и спортивный бар, все это называется «Саламин» – ответила девушка на русском языке – это место прямо за нашим отелем, вам лучше выйти через задние двери.

– Огромное спасибо! – обрадовался я – вы спасли меня!

Быстро побежав к лифту, я схватил Эмму и не дал ей в него зайти.

– Я нашел, где нам можно поужинать, пошли – произнес я, но Эмма выхватила у меня свою руку.

Не сказав ни слова, она пошла рядом со мной в заведение, которое находилось через дом от нашего отеля. Мы зашли внутрь и заняли свободный столик у окна. Место действительно напоминало и кафе, и таверну, и спортивный бар. Здесь было все! Уютные столики у окон. Барная стойка с многочисленными бутылками за ней. На стенах висело несколько больших телевизоров, на которых шел футбол. Людей было очень много, в основном мужчины, в основном никто ничего не ели, а только пили. Все весело и громко общались между собой и выкрикивали слова поддержки своей команде.

– Атмосферное место – впервые за несколько часов Эмма улыбнулась.

Я подошел к барной стойке и заказал куриный кебаб с салатом и картошкой фри. Из напитков я взял две бутылки пива «Кео». Внезапно в баре раздались радостные крики, которые переросли в гул и всеобщий восторг. Команда, за которую болели местные жители, забила гол. После еды и алкоголя Эмма стала снова доброй и веселой. Как комплимент от повара мы получили по две маленькие рюмочки очень вкусного бананового ликера.

– Мы должны найти, где продают такой ликер! – произнесла Эмма, когда мы покинули заведение.

– Полностью поддерживаю! – согласился я.

Начало ночи мы, как и вчера, провели, сидя на балконе нашего номера со стаканами вина «Отелло». Вместо вчерашнего концерта с молниями и громом, сегодня небо предложило нам полюбоваться полотном бесконечных звезд. Перед нашими глазами были созвездия, которых мы до этого никогда не замечали. Звезды отсвечивали от водной глади моря, и создавалось впечатление того, что море и небо были единым целым. Точно так же, как этой ночью единым целым стали мы.

День начался с вкусного бесплатного завтрака.

– Давай доедай! – скомандовал я.

– Не могу я больше! – оправдывалась Эмма.

– У нас очень тяжелый день впереди – пояснил я – не знаю, где и когда в следующий раз мы сможем перекусить.

Эмма с трудом доела омлет и еле встала из-за стола. Мы вышли из отеля «Фламинго» и заглянули в старый порт Ларнаки, где на волнах покачивались рыбацкие лодки и фешенебельные катера.

– У каждой из них своя история – с умным видом произнес я.

– Да, выглядят красиво – согласилась Эмма.

Я внезапно вспомнил штат Айова и маленький городок на озерах, где я провел четыре месяца своей жизни.

– Господин Окободжи, когда же ты вернешься домой? – тихо произнес я, смотря на один из катеров.

– Что? – переспросила Эмма.

– Ничего, пошли, нам надо успеть на автобус – ответил я.

Мы с Эммой вновь прошли от начала до конца набережной Финикудес, а потом сели на зеленый автобус «Интер Сити Бас». Дорога до города Лимасола заняла почти два часа. В течение этого времени мы успели и немного поспать, и насладиться прекрасными пейзажами виноградных полей, гор и моря. Нас впечатлил размах города Лимасол сразу, как только мы в него въехали. Определенно этот мегаполис был самым большим из всех городов, какие мы до сих пор встречали на Кипре.

– Посмотри только какая набережная – восхищалась Эмма.

– Да, нужно будет вечером здесь обязательно прогуляться – произнес я, пока мы мчались вдоль зеленой красивой набережной Молос.

Мы вышли из автобуса на остановке, рядом с Греческой православной церковью и направились вдоль пересохшего канала вглубь города. Целью нашей поездки были развалины античного города Курион, а именно амфитеатр, который был построен Греками во втором веке до нашей эры. Добраться до него можно было только на одном автобусе, который ходил всего лишь два раза в день, что значительно усложняло нашу задачу. Пока мы шли по окраине города в сторону автостанции, у старого госпиталя я обратил внимание на то, что нас окружало.

– Это гетто какое-то – удивился я.

– Это точно – согласилась Эмма – пошли быстрее!

На дне пересохшего канала лежали стулья, старые телевизоры, бутылки и другой ненужный хлам. Стены некоторых домов были исписаны граффити, а окна были разбиты и заколочены досками. Тут не было ни следа от того мегаполиса, который мы проезжали всего лишь пять минут назад. Около старого госпиталя толпились люди, в большей степени это были школьники, которые, по-видимому, только что закончили уроки. Я протиснулся через толпу и увидел на табло прибытия автобусов, что нужный нам маршрут приедет через тридцать минут.

– Я кушать хочу – обратилась ко мне Эмма.

– Я же не просто так заставлял тебя все доедать на завтраке – я тяжело вздохнул.

– Еще я хочу в туалет – добавила она.

– Здесь я с тобой солидарен – согласился я и начал глазами искать значок туалета «WC».

Около автобусной остановки было маленькое кафе, рядом с которым находилось несколько туалетных кабинок, но все они были закрыты на ключ. Мы зашли в кафе, где Эмма заказала себе сэндвич и банку лимонада, а я чашечку кипрского кофе. Только после того как мы приобрели перекус в кафе, его хозяин вручил нам заветный ключ от туалетных кабинок.

– Интересное бизнес решение! – засмеялся я.

– Отлично работает! – согласилась Эмма.

Вскоре вместе со школьниками мы сели в автобус. Когда мы оплачивали билет, то столкнулись с русской девушкой, которая так же ехала в Курион. Давно я не ездил куда-то в автобусе вместе с подростками, которые смеются, кричат, ругаются, толкаются и спорят всю дорогу с водителем. Меня и Эмму даже напугал своим видом один толстый школьник, который сидел прямо перед нами и время от времени злобно косился на нас. Выглядел он как второй водитель автобуса, хотя ему было от силы лет шестнадцать. Когда нельзя смеяться, смех так и вырывается из уст, но мы с Эммой сдерживались изо всех сил. Прошел час. До конечной остановки в районе Эпископи доехали лишь мы втроем, Эмма, я и светловолосая девушка маленького роста по имени Дарья. Мы весело разговорились, пока шли по крутой дороге к Куриону. Дарья уже приезжала сюда вчера, но не успела до закрытия все осмотреть, поэтому была вынуждена приехать сегодня. Она путешествовала одна по Кипру и в совершенстве знала английский язык. Я так разболтался с Дарьей, что проглотил муху, пока мы поднимались по каменистой дороге среди скал, чем развеселил девчонок.

– Я только вчера узнала, что хоть Курион находится сейчас на Кипре, но принадлежит он Великобритании – рассказала нам Дарья – даже на картах это место отмечено как территория Великобритании.

В маленькой кабинке мы купили билеты за четыре с половиной евро.

– Последний автобус из Куриона уедет почти через час, поэтому я побежала, мне нужно успеть посмотреть то, что я не успела вчера! – пояснила наша новая знакомая и ушла вглубь древних развалин светло желтого цвета.

Мы с Эммой свернули направо, где немножко посидели на трибунах амфитеатра, с которых полюбовались средиземным морем и зелеными полями около Лимасола.

– Представляешь, как здесь было несколько веков назад? – обратился я к Эмме – вечером на фоне моря и заката ставили театральные постановки, лучше декораций и не придумать!

– Я сейчас так устала и так спать хочу, что мне тяжело что-то представить! – эмоционально ответила Эмма.

– Хорошо, посиди тут тогда, отдохни, я все посмотрю здесь, а после вернусь за тобой, идет? – предложил я.

– Эти поездки на автобусах меня уже вымотали, а нам ведь еще и обратно ехать! – выкрикнула она и достала сигарету.

Эмма была раздражена и лучшее, что я мог сделать, это просто оставить ее одну. Я привык путешествовать в бешеном темпе, чтобы успеть везде побывать и все посмотреть. Мне было тяжело под кого-то подстроиться, да и не хотелось. Мы взрослые люди, она знала, на что идет, по крайней мере, я надеюсь на это. Я прогуливался один среди развалин древнего города, который был построен в двенадцатом веке до нашей эры. Величественные колонны, арки, стены домов и красочная мозаика. Я посмотрел все, что можно было посмотреть, включая побережье и потрясающий пляж Куриона. Если бы у нас с Эммой было чуть больше времени, мы бы спустились к нему и поужинали бы в рыбацкой таверне. Если бы у нас было чуть больше времени, мы бы никуда не спешили, но было бы тогда хоть какое-то движение? Ведь нехватка времени и заставляет нас двигаться все дальше и дальше. Страх чего-то не успеть – является движущей силой развития и познания. Такие мысли приходили мне в голову пока я смотрел на кусочки истории, сохранившиеся в этих желтых камнях. Я вернулся за Эммой, и мы молча спустились к остановке, где встретили Дарью.

– Я успела все посмотреть! – радостно заявила наша новая знакомая – а вы?

– Я тоже все успел – ответил я и посмотрел на Эмму.

– Я нет, я сидела, курила и смотрела на море – устало произнесла Эмма.

Мы сели в автобус и через час уже шли по центру Лимасола в сторону набережной, где жила Дарья.

– Когда я искала остановку, чтобы добраться до Куриона, то ко мне подошел какой-то наркоман! – начала рассказывать Дарья – район тут, конечно, оставляет желать лучшего, хорошо, что мы возвращаемся вместе, а то темно уже.

На часах было около шести вечера, везде горели фонари и витрины кафе. Мы дошли до оживленного района вокруг Замка Лимасола, где находились бесчисленные лавки с украшениями и сувенирами. Девушки сразу убежали за покупками, а мне оставалось лишь неспешно плестись за ними и не потерять в толпе туристов. Результатом шопинга оказались сережки и браслет, которые Эмма подобрала себе, а Дарья ограничилась двумя браслетами из серебра. После покупок мы попрощались, и она направилась к себе в отель, а мы с Эммой вышли на роскошную зеленую набережную, где множество людей гуляли, бегали и сидели в кафе, распивая кофе и другие напитки. Неторопливым шагом мы двигались вдоль аллей, а рядом плескалось море. Меня что-то беспокоило в глубине души, но я никак не мог понять, что именно. Последний автобус до Ларнаки уезжал в восемь вечера, у нас в запасе было полчаса, и мы находились рядом с остановкой. Проблема была лишь только в том, что нужный нам автобус на ней не останавливался, он останавливался на другой, которая находилась на три километра дальше. Я узнал это только сейчас, заглянув в электронную карту и проверив информацию.

– Эмма? – робко обратился я к своей измученной спутнице.

– Что? – спросила она, но, не дожидаясь моего ответа, устало закатила глаза.

Мы бежали со всех ног, чтобы успеть к остановке, где совсем скоро остановиться последний автобус из Лимасола. Три километра дались нам очень тяжело, но мы успели. Забежав в закрывающиеся двери автобуса, я выдохнул, потому что нам не придется ночевать на набережной Молос, а Эмма вздохнула, потому что нам предстояла дорога длиной в два часа на автобусе, а затем еще час пешком до отеля. Мы не разговаривали. Эмма всю дорогу слушала музыку в наушниках и грустно смотрела в окно. Я улыбался.

– Завтра я никуда с тобой не поеду! – закричала Эмма, когда мы только вышли из автобуса на набережной Финикудес – все, с меня хватит! Сколько можно так носиться! Без еды, без воды, без отдыха! Я в отпуск приехала, но я не получаю никакого удовольствия!

Я лишь улыбался в ответ, что ее только еще больше раздражало.

– Хорошо, отдохни завтра в отеле, а я поеду в Пафос – заявил я – я с самого начала тебе говорил, что ты можешь отдыхать так, как ты захочешь, я же тебя не заставляю ничего делать.

– Вот и езжай! А я буду загорать на пляже, плавать в бассейне на крыше и есть, есть, есть! – продолжала кричать Эмма – и никто мне ничего не запретит! Мы с тобой друзья и должны понимать друг друга и не быть эгоистами!

– Да какие мы друзья! – громко выкрикнул я и поднял руки к небу.

– Обычные друзья – пояснила Эмма – мы друг друга столько лет знаем.

– Да брось ты! – отмахнулся я – мы толком не общались в университете, а сюда поехали вместе лишь в целях экономии, но я об этом уже жалею.

– Я тоже жалею! – Эмма закурила – дурацкий отдых!

После сигареты она немного успокоилась, и мы зашли в кафе «Так Инн» и заказали фирменное кипрское блюдо из баранины под названием Клефтико и по бутылке пива «Кео». Наши места были на крыльце, а на улице было холодно, так как кафе находилось всего лишь в нескольких метрах от моря. Официантка поняла это и зажгла красивую электрическую печку, чтобы мы не мерзли.

– Когда ты трезвая, ты злая – сказал я после ужина своей спутнице.

– А ты всегда невыносим – фыркнула она.

– Я знаю – улыбнулся я.

Так после очередного тяжелого дня, мы уставшие, но счастливые, вместе возвращались в отель «Фламинго» в конце набережной Финикудес. Перед сном мы с Эммой посидели на балконе и посмотрели на море.

– Интересное ты мне сегодня представление устроила в амфитеатре – язвительно начал я – такой актерский талант пропадает.

– Даже не начинай, я завтра реально в отеле остаюсь – Эмма толкнула меня в плечо.

– Я на это надеюсь – засмеялся я, а затем начал шутить без остановки, мне нравилось смотреть на улыбку Эммы.

Я сильно ее рассмешил, и она громко смеялась в течение нескольких минут. Вдруг в дверь постучали. Мы с Эммой сделали вид, что в номере никого нет. Стук повторился. Эмма открыла дверь. На пороге стояла очень упитанная смуглая женщина с расплывшейся татуировкой на руке.

– Я хочу взглянуть на парня – попросила она.

Эмма удивилась, и я тоже.

– Просто взглянуть на парня – пояснила женщина, она была сильно пьяна.

Я робко выглянул с балкона.

– Отличная работа! – женщина показала большой палец и улыбнулась, а затем ушла.

Мы с Эммой рассмеялись, но я быстро опомнился и приложил палец к губам.

– Тише – успокаивал я Эмму – люди спят же.

– Да, она наша соседка – объяснила Эмма – вчера уборщица на нее ругалась из-за того, что в номере очень грязно было.

Мы легли спать. На моем лице сияла горделивая улыбка. Наконец-то мой специфичный юмор был официально признан.

## Глава 5. «Фламинго»

Утром я завтракал сидя один за столом. Эмма еще спала, ей некуда было спешить сегодня, ведь в Пафос я тоже ехал один. Этот день Эмма решила посвятить себе целиком и полностью. Съев все, что в меня влезло, я вышел из-за стола и на лифте поднялся в номер. Эмма уже проснулась и нежилась в постели. Я быстро переоделся и закинул сумку на плечо.

– Все я поехал – улыбнулся я.

– Давай, хорошего тебе дня – пожелала мне Эмма.

– И тебе! – произнес я – ты ведь знаешь, почему я не беру тебя с собой?

– Да, потому что я сама не хочу с тобой ехать – засмеялась она.

– Нет! – воскликнул я – потому что нельзя со своей Афродитой ехать в бухту Афродиты, плохая примета!

Эмма махнула на меня рукой.

– Это как ехать в Тулу со своим пряником и самоваром! – пошутил я.

– Езжай уже! Дай поспать! – крикнула на меня Эмма.

– Кстати в Ларнаке дождь обещали – ехидно произнес я, закрывая за собой дверь – а в Пафосе весь день солнечно.

Эмма показала мне средний палец и накрылась одеялом.

Когда я вышел из отеля и по солнечной набережной пошел в сторону автобусной остановки, то наконец-то почувствовал себя в своей тарелке. Нельзя сказать, что до этого момента я чувствовал себя плохо, нет, я просто чувствовал себя необычно, потому что я впервые с кем-то путешествовал вместе. Сейчас же, оказавшись один на один со своими мыслями, я улыбнулся привычной для меня стихии и неспешным шагом пошел вдоль средиземного моря. Сначала автобус два часа шел до Лимасола, а затем еще час до Пафоса. Когда мы приехали в верхний Пафос, я уже порядком утомился сидеть на кресле. Конечно, красивые пейзажи за окном иногда радовали мои глаза, но пятая точка сильно онемела. Быстро сориентировавшись по карте в телефоне, я начал спускаться по крутым улицам. Иногда казалось, что если я случайно оступлюсь, то так и покачусь до нижнего Пафоса без остановок. Этот город как бы был разделен на две части, на уютный верхний Пафос и нижний Пафос с пляжами и морем. Эти две части были соединены небольшим районом, где я бы точно не хотел оказаться в темное время суток. Несмотря на обеденное время, ни людей, ни машин на улицах тут не было. Очередное гетто в большом городе. Лишь только спустя полчаса, когда я приблизился к огромному торговому центру, я увидел человека. «Королевский торговый центр» полностью оправдывал свое название. Сотни брендовых магазинов и большой продуктовый супермаркет, который я с радостью посетил. В отделе с алкоголем я приценился к маленькой бутылке вина «Коммандрия» и апельсиновому ликеру, потому что бананового не нашел.

– На обратном пути куплю и порадую Эмму – прошептал я.

Я купил воды, два банана и мой любимый фруктовый энергетик «Монстр». Пройдя церковь Соломона с катакомбами, я совсем скоро оказался на автостанции, где работал русскоязычный персонал.

– Нужный вам автобус стартует через тридцать минут с третьей платформы – объяснила мне черноволосая молодая девушка.

Пока у меня было время, я прогулялся по набережной и полюбовался стаей бродячих котов. Когда я вернулся на станцию, то увидел, что автобус уже стоит на третьей платформе, а водитель запускает людей. Я забежал в салон и показал водителю листок бумаги, на котором был нужный мне номер автобуса.

– Это этот маршрут? – спросил я.

– Да! – ответил водитель.

Я купил билет и занял место в конце салона. Весь автобус был заполнен под завязку, причем многие пассажиры были с чемоданами.

– Неужели все эти люди едут в бухту Афродиты? – задумался я.

Я взял билет в руки и начал его пристально рассматривать. Протиснувшись через толпу людей к водителю, я снова спросил про маршрут.

– Это моя ошибка! – спокойно ответил он и открыл двери автобуса.

Меня поражает, с каким равнодушием некоторые киприоты себя ведут. Это как нельзя описывает их фирменное выражение «сига-сига», означающее «не спеши – успеешь». Мое счастье, что нужный мне автобус остановился на этой же остановке всего лишь через пару минут, иначе я никуда бы не успел. Потратив еще два евро на билет, я сел в автобус и поехал вдоль побережья к бухте Афродиты.

Пока я был в центре Пафоса, меня очень смущала огромная грозовая туча, которая судя по ветру, скоро должна была меня настигнуть. Произошло это на половине пути к бухте. Ливень пошел стеной, и все небо заволокло огромной черной тучей. Я мысленно выругался на Эмму, ведь здесь без ее проделок явно не обошлось. Через полчаса автобус остановился возле маленького магазинчика сувениров. Все вышли. Дождь прошел, но время от времени с неба долетали последние мелкие капли. Я вместе с остальными туристами спустился в подземный переход и оказался в бухте Афродиты. Это был очень большой галечный пляж, с высокой скалой и с камнем Афродиты, который торчал из воды. Круглый, черного цвета, он выглядел как большая картофелина, именно здесь, согласно легенде, из морской пены появилась богиня любви – Афродита, или как ее иногда называют Киприда. Я пробыл в бухте почти два часа. В поисках камешка в форме сердца я провел столько времени, что моя спина перестала разгибаться, но я нашел его. Это служило очень хорошей приметой. Я поднялся на самый верх самой большой скалы на берегу и там полюбовался закатом. Дождь окончательно прошел, и небо стало чистым. Солнце закатилось за горизонт, и только тогда я поехал обратно в Пафос. Меня ждало тяжелое возвращение. Час до Пафоса, час до Лимасола и два часа до Ларнаки. После чего еще час идти по набережной, но оно того стоило, ведь я нашел камень в форме сердца, а согласно древнему преданию, теперь я должен встретить свою настоящую любовь.

Я вернулся в «Королевский торговый центр», где купил маленькую бутылку фирменного кипрского вина «Коммандрия» и бутылку апельсинового ликера. Какое было мое удивление, когда в торговом центре я встретил нашу вчерашнюю знакомую из Лимасола по имени Дарья. Она приехала в Пафос совсем недавно и хотела успеть посмотреть на замок города и набережную до наступления полной темноты. Я бы мог составить ей компанию, но я был уже совсем без сил. Я планировал перекусить где-нибудь поблизости и на автостанции ждать свой автобус. Как оказалось, Дарья тоже поедет обратно этим же маршрутом, поэтому мы договорились встретиться чуть позже на автостанции. Рядом с торговым центром я нашел небольшое кафе «Донер Бар», где с радостью и аппетитом съел целый большой донер в лепешке с картофелем фри. По дороге на автостанцию я купил вишневый сок, который по этикетке состоял из ста процентов натурального сока без примесей.

– После жирного донера самое время задуматься о здоровье – засмеялся я.

За несколько минут до отправления автобуса на такси приехала Дарья. Мы заняли места рядом и всю дорогу до Лимасола болтали. Она работала в Москве, а жила в Подмосковье и очень часто путешествовала. После Кипра она собиралась навестить друга в Лионе.

– Тебе там понравиться, я был там год назад и до сих пор под впечатлением – произнес я.

Мы очень мило побеседовали, а когда она собралась на выход из автобуса мы обменялись контактами. Она вышла из салона автобуса, и я вновь остался один. Я проехал по набережной Лимасола, где вчера мы с Эммой бежали, опаздывая на автобус. Затем за окном до самой Ларнаки была лишь темнота с редкими огнями. Я возвращался в отель хромая из-за того, что натер левую ногу. В номере меня ждала Эмма, видно было, как она соскучилась. Я принял душ, и мы устроились с ней на балконе, смотря на звезды и попивая апельсиновый ликер.

– Утром я все-таки попала на бесплатный массаж по купону, который нам дали, когда мы сюда заселились. Потом я пошла, позагорать на пляж, где взяла шезлонг и вкусный коктейль. Пообедала в кафе салатом из морепродуктов, но не доела их. Вечером дошла до центра города за сувенирами в лавку, которую мы с тобой заметили в первый день, но заблудилась и просто погуляла там. Тихий и спокойный день – рассказала мне Эмма.

Завтра был наш последний день на Кипре, и я планировал съездить в деревню под названием Лефкара, где делают серебро и кружевную ткань, но сегодня я так устал, что решил завтрашний день провести вместе с Эммой в спокойном отдыхе. Я человек крайностей, я либо бегаю до мозолей, либо лежу до пролежней. Эмма меня балансировала. Возможно в этом и есть тяжкая миссия всех женщин? Балансировать буйных мужчин и заземлять великих мечтателей? Я гулял сегодня по бухте Афродиты и видел камень Афродиты, а сейчас я смотрел на саму Афродиту. Очень вкусный апельсиновый ликер.

Последний день отдыха оказался единственным днем, когда я действительно планировал отдохнуть. Мы с Эммой встали почти в десять утра и сразу пошли на бесплатный завтрак. Неспешно вернувшись обратно, мы переоделись, она в купальник, а я в плавки. Мы поднялись на крышу отеля, где находился бассейн под открытым небом, и заняли места на шезлонгах. В нескольких метрах шумит средиземное море, над нами пролетают самолеты в аэропорт Ларнаки, а мы лежим и загораем на крыше рядом с бассейном. Максимальное расслабление. Вода в бассейне была такой же холодной, как и в море и, зная свой иммунитет, купаться я там не стал, зато отлично позагорал. В обед мы вышли из отеля и сразу купили по вишневому мороженому в магазинчике «Наполеа мороженое». Чистое небо без единой тучки и яркое солнце – атрибуты хорошего дня. Найдя уютное кафе без названия через дорогу от старого порта, мы присели на террасе и заказали по кипрскому кофе. Улыбчивая седовласая бабушка вынесла нам маленькие чашечки в красивых серебряных держателях, наподобие тех, что давали раньше в поездах, только в разы меньше. К кофе нам было положено по маленькой сушке, так же в красивой серебряной миске с крышечкой. Эмма сидела лицом к морю и смотрела вдаль, я сидел напротив и смотрел на нее. Даже не верится, что через какие-то сутки мы попрощаемся и точно так же, как и раньше будем просто давними одногруппниками.