20
Дмитрий Ростовский

Антон Геннадьевич Курлуков Иллюстратор

© Дмитрий Ростовский, 2021

© Антон Геннадьевич Курлуков, иллюстрации, 2021

ISBN 978-5-0053-7681-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Парижское

Май. Холодно. Ночь в Париже,
В Марселе сейчас гроза,
Давай говорить на три тона ниже,
Ты не отводи глаза.

Рояль, загораясь прокуренным блюзом,
Обнимет, хрипя, тишину.
Я здесь чужестранец, разорваны узы,
Не будем будить старину.

Налей, запивай и почувствуй,
Как будто впервые со мной,
Ведь из-за тебя я знаю
Любовь не бывает земной.

Май 2018, Лосево

Посвящение К.

Он больше не курит, не пьёт,
Не уносится по шоссе,
Он спокоен и знает, его гамбит
Пахнет Винстоном и глясе.

Его сердце ищи: Мец, Париж, Марсель,
Там, где старый поёт джазмен,
Может строки любви нашептали ему
Сам Рембо да старик Верлен.

Май 2020, Санкт-Петербург

Ночь

Наша уютная вечерняя брассерия,
Такой знакомый и чужой Париж,
Non ma chérie, ты не впадай в истерику,
Скажи, что так же любишь и не спишь.

Наша уютная вечерняя брассерия,
Любимый профиль рядом, но другой.
Лазурных глаз я разгадал эклектику,
Спешу на вернисаж души родной.

Зову тебя в Булонский лес на Луперкалии,
Твои красоты не пугает нагота.
Ночной наш шабаш сплошь греховная патетика,
Христовы страсти, но святая простота.

На Сене, знаешь, все желания сбываются,
Я чист и светел от заката до зари,
Non ma chérie, ты не впадай в истерику,
Желаю тебе вечного, гори.

Апрель 2021, Санкт-Петербург

Ватерлоо

Лучи рассвета пробежали по шатру,
Я поправлял манжеты на мундире,
В нас   жажда боя зарождалась по утру,
Таких как мы не сыщешь в целом мире!

Здесь поднимались гвардии сыны
В земле бельгийской, мимо кирасиры,
Пылая шлемами, все на подбор равны,
Салютовали армии кумирам.

О, сколько крови драгоценной пролилось,
Но всё ж французские каре врага теснили,
Да без картечи злой не обошлось,
На англичан достаточно взвалили.

Вдруг дрогнули линейные полки,
В садах зелёных синие камзолы
Стояли насмерть, пулям вопреки,
Ломали храбростью мушкетов частоколы.

А на закате неевы птенцы
В последний раз историю творили,
Прекрасны марсова творения венцы
Тайфуном поле брани проредили.

И я средь них, на вороном коне,
Эфес с агатами, плюмаж на двууголке,
Губил шотландцев в яростной резне
На скромном и испуганном просёлке.

Деревню заняли до ночи, но притом,
Все потеряли друга, брата, сына,
И ранен будучи, я вспомнил профиль той,
Кто на балу была прекрасней Жозефины.

Глаза её – берлинская лазурь,
Рука нежнее ключевых потоков.
Пускай слияние из наших тесситур
Умы освобождает от пороков.

Я ранен был, но дух мой не был сломлен,
И императора гвардеец не срамил,
Но Веллингтон, с удачею помолвлен,
Мученья наши быстро прекратил.

Штыки французские сражались до конца,
Не сдюжили сегодня Ватерлоо,
Пусть слава наша бередит сердца,
Героев мало здесь, остался только хор.

Июнь 2020, Санкт-Петербург

Стамбульская весна

На столе приготовленный завтрак, ты видишь??
Я не пропащий.
Утро можно начать не с войны и, тем паче, не с кофе.
Мое тонкое чувство свободы не кубок переходящий,
Звёзды с небес собираю в блокноте на апострофы.

Правда Стамбул необъятный прекрасен, особенно в марте?
Вот почему утекают сюда все сокровища нации.
Двое в квартире – две точки живых на израненной карте,
Смело вдыхай из окна ароматы цветущей акации.

Будто бы родина нас объявляет врагами народа,
Только святая София любовь сохранит первозданною,
Тонкие струйки вина успокоят в душе непогоду,
Только рояль ниспослал, наконец, сюда нотки гортанные.

Будем жалеть, что борьбы испугались, зажженного факела,
Поезд вечерний и порт – вот последние
наши пристанища.
Чайки все вниз, и торговцы кричат, предлагая нам всякое,
Но не забылись ещё эмигрантом родные пожарища.

Февраль 2021, Санкт-Петербург

Видишь

Видишь над сумраком красное зарево?
Значит вершится суд.
Будешь ты гостем, шагни в пандемониум,
Только тебя здесь ждут.

Я Люцифер, светоносный и царственный,
Славный отец огня.
Каждый тиран и потомок отступника
Боготворит меня.

Тебе подаю раскалённой рукой,
И к престолу сему иди,
Мне отдаёшь теперь душу, покорный?
Адский эдем впереди.

Ты позабудь добродетель и вежливость,
Слушайся князя лжи,
Отведай великое яблоко знания,
Мир весь в руках держи.

Февраль 2021, Санкт-Петербург

Праздник

Нет лучше праздника, нет лучше сабантуя,
Чем хоронить себя как будто в сотый раз,
Чем водку траурным глотком смакуя,
Отпеть безумный сладко-терпкий спас.

Вы не грустите да над скромной ямой,
Не лейте слез, бунт крови на лицо,
Скажите просто и скажите прямо,
Молчите только перед матерью с отцом.

Живёт и над моей землицей праздник,
Стареет всё над камнем вяз,
Навылет проблеснула пуля-странник,
И окропила мной иконостас.

Вы не жалейте мёртвых, пожалейте друга,
Спасите мир, и крест свой донеся,
Порадуйтесь за дочку, не за тризну,
Порадуйтесь, а мне уже нельзя.

Да, жизнь любил, но жизнь ещё, быть может,
Придет в мои забытые края,
И жарким лежбищем страстей положит,
Вновь окликая, здравствуй, это я!

Август 2019, Сочи

Революция

Вот Царскосельский наш вокзал во мгле притих,
Все, кто хотел, в ночи могли уехать,
А вы тайком искали глаз моих,
Искали счастья нестареющее эхо.

Никто у сводов побледневших не спросил,
Сколько пришлось им видеть странных расставаний,
Горячих слёз, пролитых у перил,
И на ступеньках замолчавших отрицаний.

Я знаю, вы мечтали б не о том,
В нашем весеннем и цветущем Петрограде.
Ведь год назад, под ситцевым зонтом,
Меня с войны встречали, стоя в анфиладе.

Нестройным гулом вереницы недовольств,
Смотрите, мы взрастили злое семя,
Среди балов, привычных нам щегольств,
Придумали себе крутое бремя.

Все думали, что бунт – святая блажь,
Долой засилье монархистских бастионов,
И брали по ночам на абордаж,
Кружки и общества, да лежбища масонов.

Теперь февраль, что ж, Керенский, виват!?
Уже ль кружки и ложи победили?
А русский дух отныне нам не брат?
Мы ветер перемен лицом ловили…

Из нитей кулуарных телеграмм,
Толпе людской мы знамя подарили,
Быстрее птиц по весям и дворам,
Под сердцем революцию носили.

Я помню обезумевших солдат,
И парк, усеянный телами офицеров,
Как в Мариинском осмелевший депутат,
Бежал средь побежденных интерьеров.

Чуть слышным ропотом колышется листва,
Не ранит вас мое короткое «прощай»,
И, не тая улыбки озорства,
Вы выпалили жарко «уезжай».

Здесь каждый слышал, я вам возражал,
Но возражать судьбе я был не в силах,
Пусть руки свои кровью окроплял,
И загонял страну свою в могилу.

А много лет спустя в сухом письме,
Я назову себя стыдливо «февралист»,
А вы ответите строкой: «В том феврале,
Ты был свободен и душою чист».

С далёкого порога окликаю,
Мечту желая полностью прожить,
О, ma chérie, вернись, и, замирая,
Научимся мы заново любить.

Октябрь 2019, Санкт-Петербург

Страсть посреди грустных раздумий

Звон и утро. Морозный кусок здесь
С похмелья встающего Питера.
Что я делаю здесь? Почему одинок?
Дом без номера, дроби и литеры…

Стало быть, ты живёшь без любви, маргинал?
Безотчётно, бессмысленно, праведно?
Может быть, долго ждать ты не смог, нелегал?
Здесь чужой – там чужой, сердцу завидно.

Дверь открой моих глаз, прямо в душу входи,
Прожигай, не жалей драму взгляда в ней,
Строго я погляжу, но печаль позади,
И спокойно живи и мурлыкай злей.

Красотой не обидеть, а все ж восхитить
И заставить наглеть кровь по венам.
Красоту ненавидеть и все же любить
Наших тел отпечатки на стенах.

Да, придётся по вкусу, bonita, тебе
Жгучий наш поцелуй незабвенный,
Да, единожды встретились, ты улетишь,
Быть во тьме мне написано в генах.

Декабрь 2018, Санкт-Петербург

Как хорошо…

Как хорошо живётся без причин,
Когда надежды нет и веры, и любви,
Когда угрюмо молчаливый визави —
Один зелёный лист среди рутин.

Приятен день без шума, болтовни,
Без брошенных на ветер слов, объятий,
Быть может кто-то скажет, что я спятил.
А кто-то душу вдруг возьми да расстегни.