Ася Учайкин
Принцесса из провинции

Глава 1

Тим равнодушно взирал на сцену, где на шесте топлес кривлялась грудастая девица. Ему не нравились такие. Точнее, не так – подобные девицы не вызывали в его организме любовного томления и сексуального жжения. И в этот элитарный клуб притащился только потому, что из Питера прилетел буквально на несколько дней его старинный приятель Пашка. Тим мог привести его к себе. Не стыдно было принимать друга и в квартире, больше смахивающей на музей, – родители постарались, а точнее, дед. Он все сделал для своего единственного внука и даже кресло генерального готов был ему уступить, но… При выполнении определенных условий. А эти условия «содержали дух Тима в непрерывном печальном положении». Он даже думать об этом не хотел.

– Ты чего такой смурной? – поинтересовался Пашка и ткнул друга локтем под ребра.

– Все нормально, – отмахнулся от него Тимофей и улыбнулся по-настоящему, искренне.

– Давай закажем приватный танец на двоих? – предложил Пашка и похлопал по груди, где в кармашке дизайнерской рубахи у него лежала банковская карта.

– Не хочу, – поморщился Тим. – Ненастоящие они какие-то.

– Стареешь, друг, – рассмеялся Пашка. – Может, и на самом деле тебе жениться пора? Эту не хочу, ту не желаю… Ненатуральные сиськи, говоришь. А мне, лично, подошла бы эта грудастенькая.

– Закажи, если так хочется, – согласился Тим. – Я за любой кипишь, кроме голодовки. Не обращай внимания на меня. С дедом опять имел долгий разговор о женитьбе, все настроение он мне испортил.

– Смотри, как я угадал, – рассмеялся Пашка. – Ладно, не хочешь танец, поехали к тебе. Посидим, поболтаем в спокойной обстановке, посмотрим футбол или кинишко, раздавим бутылочку вискарика. Надеюсь, бар у тебя не пуст?

– Дедом затарен на полную, – кивнул Тим. – Он меня приучает употреблять только фирменные напитки.

Пашка хлопнул друга по плечу.

– Тогда в путь. Хватить бездарно тухнуть, пора действовать.

Он отставил в сторону бокал с недопитым коктейлем. Сегодня официанты не дождутся щедрых чаевых – они на двоих с Тимом даже тысячу рублей в клубе не потратили.

Пашка первым поднялся с мягкого диванчика, потянул за собой Тима, но остановился, заметив приближающуюся к ним фигуру.

– Кто это? – подтолкнул он в бок Тима.

– Не узнаешь? – фыркнул тот. – Твоя бывшая подружка Лика.

– Откуда она узнала, что я приехал? – спросил Пашка, испуганно озираясь и ища пути к отступлению.

Когда-то с Ликой их связывали теплые отношения. Но сейчас он желал бы с ней не встречаться, особенно тет-а-тет.

– И не вздумай, – покачал головой Тим. – Мне с ней не справиться в одиночку.

Пашка отбросил мысли о бегстве, чтобы не подставить друга – он-то уедет уже послезавтра, а тому здесь жить.

– Лика! – крикнул он, изображая неподдельное удивление в голосе и одновременно радость на лице. Сгреб девушку в охапку и приподнял над полом. Это он мог легко сделать – выше ее почти на голову, а силой обладал почти медвежьей. Впрочем, тощенькую Лику и Тиму, который рядом с Пашкой смотрелся заморышем, легко удалось бы поднять на руки.

– Какими судьбами?

Наступать так первым.

– Это я должна поинтересоваться, как ты здесь оказался, – недовольно поморщилась Лика, оказавшись в крепких мужских объятьях. – Больно. Отпусти. А я пришла забрать своего пьяного в хлам мужа из вашего мужского борделя.

– Вот как? – теперь Пашка удивился по-настоящему и осторожно поставил девушку на пол. – Ты замужем?

В свое время они расстались с Ликой, потому что та считала, что Пашка недостаточно обеспечен, чтобы достойно содержать ее красоту. Значит, все же нашелся более богатый кандидат в лохи. Может, это и к лучшему, что они разбежались.

– Ты знал? – Пашка толкнул локтем в бок Тима., когда Лика ушла, оставив их одних.

– Знал, не знал, – проворчал тот недовольно. – Какая разница?

Тим предусмотрительно не стал говорить другу, что предлагал его бывшей подружке руку сразу, как только дед впервые заговорил об условиях. Сердце все же он решил оставить за собой. А в данном случае, когда нет любви, какая разница на ком жениться. Но, может, это и к лучшему, что Лика к вящей его радости посчитала и Тима недостаточно богатым. Глупая баба, но красивая. Брала бы, что давали, а не считала чужие деньги. Тим дернул щекой – ему, как и другу, тоже была неприятна эта как бы случайная встреча. Кто-то все же заложил их. Это вполне мог быть якобы пьяный в хлам муж Лики. Что-то Тим засомневался, что бывшая Пашкина подружка случайно завалилась в клуб.

– Действительно, уже никакая, – многозначительно изрек Пашка. – Поедем к тебе, – потянул он Тима на выход, – пока еще кто-нибудь нам не попался навстречу. Чувствую, этот кто-то может не дать нам с тобой потрепаться и отдохнуть по-человечьи…

В круглосуточный маркет пришлось все же заехать. Выпивка у Тима была в изобилии, а вот с закуской наблюдался полный облом – ни сыра тебе, ни колбаски.

– Что-нибудь приготовить? – поинтересовался Тим, остановившись у прилавка с охлажденной рыбой.

– Ну купи форель, – предложил Пашка и, и наклонившись, прижался щекой к плечу друга. Рыбу тот готовил отменно.

Проходившая мимо них тетка недовольно фыркнула.

Тим улыбнулся одними уголками губ и даже не обернулся. Пусть окружающие думают о них, что хотят – они с Пашкой только друзья и не более того. Но друзья закадычные, готовые поддержать друг друга в любой сложной ситуации…

– Так что там дед сказал о женитьбе, что напрочь тебе испортил настроение? – снова поинтересовался Пашка, подцепляя вилкой рыбу прямо со сковороды, как в студенческую бытность.

Скорее всего, сковороду придется выбросить после их застолья – но Тим разберется, раз не предложил переложить блюдо по тарелкам.

Они нарядно расположились прямо на кухне квартиры-музея Тима и наслаждались не только хорошим виски, вкусно приготовленной рыбой с овощами, но и общением друг с другом.

– Да все то же самое, – отмахнулся Тим. – Что повторять одно и то же.

– И все же? – настаивал Пашка.

– Давай выпьем, закусим, а за сигарой я тебе поведаю, что выдумал мой единокровный предок, – предложил Тим.

– И в шахматы даже не сыграем? – удивился Пашка.

– Шахматы? – встрепенулся Тим.

Как он мог забыть про их извечное соперничество из десяти партий? Он тут же отложил вилку, поставил на стол бокал и, ни слова не говоря, исчез в недрах квартиры. Вернулся быстро, держа в руках шахматные часы и простенькую деревянную доску с фигурками внутри.

– Можно начать прямо сейчас, – предложил Тим.

– А это? – Пашка обвел руками стол.

– Когда нам выпивка с закуской мешала? – усмехнулся Тим, сдвигая сковородку в сторону, а на середину стола водружая доску.

К двум часам ночи «турнир» завершился со счетом шесть-четыре в пользу гостя.

– Рассказывай, – приказал Пашка, отрезая ручной гильотиной кончик сигары для и себя, и для друга.

Как не увиливал Тим от ответа, как не тянул резину, но, похоже, не удастся уйти от перечислений своих проблем.

Он включил вытяжку, прикурил сигару, протянул огонек другу.

– Дед потребовал, чтобы я не только женился, но и обзавелся наследником, – проговорил Тим обреченно. – Если раньше я планировал поджениться на ком-нибудь, а потом быстренько разбежаться, предложив бывшей жене достойные отступные, то теперь, сам понимаешь, ничего такого не получится. Какая женщина уйдет, а ребенка оставит?

– Да, – протянул Пашка, – выпуская струйку ароматного дыма в потолок, – обложили со всех сторон. А ты пока так и работаешь сисадмином?

– Ага, – кивнул Тим.

– И никто в институте из девиц не догадывается, что ты без пяти минут «богатенький буратино»?

– Нет, – покачал головой он, тоже выпуская струйку дыма в потолок. – Ну, сам понимаешь, кроме старых знакомых типа Лики.

– Так это же хорошо! – обрадовался Пашка. – Я тебе подтяну провинциалку для фиктивного брака. Настоящую принцессу. Обо всем договорюсь, обсужу заранее все острые грани, а тебе останется только грамотно составить с ней брачный договор…

– Ты не понял, – фыркнул Тим. – Мне не только жена нужна, но и ребенок. Мой ребенок… – простонал он. – Да и где ты возьмешь порядочную девушку, если ты уезжаешь послезавтра?

– Не боись. Ты так составь договор, чтобы деваха свалила, как только родит тебе наследника, – продолжил настаивать Пашка. – Ну изменила, например, встретила бывшую любовь, еще нечто подобное, перестала тебя устраивать в постели. Лучше пункт про измену. А у меня остались старинные связи… Девочка… Гарантирую невинность и чистоту рода. Обещаю, волне удовлетворится квартирой в центре города. Представь, что она просто суррогатная мать, вынашивающая твоего ребенка. С ней и спать-то не придется, чтобы забеременела, если не захочешь. Для этого есть экстракорпоральное оплодотворение. Как тебе моя мысль?

Тим встрепенулся. Действительно, чем не выход из положения? А уже потом, когда он встретит свою единственную, влюбится, женится, родит другого ребенка для любви. А страшим наследником пусть деды занимаются.

– Присылай свою провинциалку, – согласился Тим…

На работе Тимофей появился после того, как проводил Пашку. Взял отгулы. Он все равно не смог бы работать, думая лишь о том, чем занят друг в его отсутствие. Не то чтобы он ему не доверял. Да и как он мог ему не доверять, если Пашка служил в… Тим никогда не произносил название организации вслух. Может, поэтому Пашка полысел и постаршел (другого слова он не мог подобрать) раньше него и в свои тридцать лет выглядел на все сорок.

– Тимофей Ильич…

Едва он появился на своем рабочем месте, в кабинет вихрем ворвалась начальница отдела кадров. Было такое чувство, что она поджидала его за дверью, только не в прямом смысле, а компьютерном – сам систему отлаживал.

– Я вас слушаю, – недовольно поморщился Тим.

Он терпеть не мог, когда к нему так обращались сотрудники института, особенно пожилые тетеньки. Тим сразу начинал ощущать себя таким же древним, как они. Но и фамильярности не переносил. Обращение «Тимофей» его вполне устраивало в девяносто девяти процентов случаев.

– Вчера в директорскую лабораторию на должность младшего лаборанта приняли Анастасию Мелешкову…

«Началось», – простонал про себя Тим, не слыша, что дальше вещала начальница по кадрам.

Он совершенно забыл про пьяный разговор за шахматами, а вот Пашка остался верен своим словам. Что он там говорил, о чем предупреждал?

– Поухаживай за девицей, поводи ее по клубам, ресторанам, чтобы натурально выглядело, что увлекся красоткой, а не женился с бухты-барахты. Денег-то хватит на развлечения? – юродствовал Пашка. – А то могу подкинуть нищему миллионеру. Отдашь, когда разбогатеешь.

– Не надо, – отмахнулся Тим от его предложения.

Брать в долг даже у лучшего друга нужды не было. И без денег деда Тим не бедствовал. Он слукавил в разговоре с Пашкой – не солгал, просто не сказал всей правды. И без его слов все что надо Пашка о нем прекрасно мог выведать по своим каналам. Тим не был рядовым сисадмином, и в свои тридцать лет давно занимал кресло начальника отдела вычислительных систем. А эта должность подразумевала не только высокий оклад, но и приличные ежемесячные премиальные. Если все системы работали без сбоев, а поломки устранялись почти мгновенно, то на круг выходило порядка сотни тысяч рублей. Хватало на скромную жизнь. На развлечения и походы по дорогим клубам валютой обеспечивал все тот же дед, правда, и расходы внука он же контролировал. Это несколько бесило Тима, но кто платил, тот и заказывал музыку. Приходилось терпеть. Но на провинциалку, чтобы пустить пыль в глаза коллегам, ему вполне хватило бы и институтского заработка. К тому же он не собирался по-настоящему ухаживать за девушкой – пусть им детей вместе рожать, но не крестить. Да и деду о его матримониальных планах знать не следовало бы раньше времени. Сказано – жениться и детей, но ни слова про свадьбу, знакомство с родственниками и развод.

– А мне так никого и не подобрали? – спросил на всякий случай Тим.

Все же он искренне надеялся, что девочку Пашка пришлет для работы в его отделе, а не в директорскую лабораторию – далековато, побегать придется в другой корпус. Но ничего, Тим изобразит любовь с первого взгляда – ему не привыкать соблазнять девиц. А эта должна быть предупреждена, как себя вести, что отвечать.

– У вас слишком много условий для обыкновенной лаборантки, – попятилась от Тима начальница по кадрам.

– У меня одно условие, – усмехнулся Тим. – Исполнительная и трудолюбивая. Все остальное лишь дополнение.

– Я вас буду лично приглашать на собеседования с претендентками, – пригрозила женщина.

– Согласен, – кивнул Тим, вынимая из шкафа ящик с инструментами, к которому прикасался только в исключительных случаях. И этот случай настал.

Он уже сделал пометку в листе заданий отдела, что надо отладить комп директорской лаборантке и собирался сделать это лично. Как еще он с ней мог познакомиться? И сразу и наповал влюбиться? Только совместный труд на благо института мог привести два «любящих» сердца в ЗАГС…

Настя оказалась невысокой, тоненькой девушкой лет восемнадцати. По крайней мере, Тиму так показалось. Весьма интеллигентной и невероятно скромной – когда ей задавали неудобный вопрос, она смущалась, краснела и опускала глаза в пол.

Тим бегло окинул ее взором, прежде чем начать настраивать для работы ее новенький ноутбук. Установил стандартные Ворд и Эксел, подключил лабораторный почтовый ящик. А дальше уже шел специальный набор программ для лаборатории. Только младшей лаборантке вряд ли они понадобятся. Скорее всего, девушка будет выполнять секретарскую работу, не более того.

– Все готово… – Тим встал из-за стола, предлагая девушке занять его место и проверить, как все работает.

Та села за ноут, заправила пряди длинных каштановых волос за уши, чтобы не мешали, и пробежалась пальцами по клавиатуре.

Тим обратил внимание на ее дорогущий изысканный маникюр на изящных пальчиках. Весьма странно для провинциалки. Хотя все может быть. Почему бы нет? Но с другой стороны, надета на ней самая обыкновенная рубашка, да и строгий костюм-двойка не из модного бутика, выглядел слишком уж простенько. Тим скользнул взглядом по стройным лодыжкам, не задержавшись на дешевых босоножках, и снова вернулся к рукам девушки.

– Вроде бы все работает, – произнесла она и, сняв очки, выразительно посмотрела на сисадмина.

У новенькой лаборантки оказались глаза невероятного василькового цвета. Тим бы подумал, что этот цвет придавали ее глазам цветные контактные линзы, если бы не очки в руках.

«Оправа недешевая», – отметил про себя он.

– Если что-то вдруг начнет глючить, звоните напрямую мне, – произнес Тим, лучезарно улыбнувшись, и положил на клавиатуру свою фирменную визитку. Не только он, но и все его подчиненные, выдавали всем новым сотрудникам подобные клочки картона, отпечатанные в местной типографии. Номера телефонов их отдела были и в институтском справочнике, но пока найдешь нужный. А тут, может, решается судьба планеты.

Девушка смешно сморщила тонкий нос и улыбнулась в ответ, растянув в улыбке слегка напомаженные естественно пухлые губы. Тим тихонько хмыкнул, глядя на нее – многие из его подружек хотели бы иметь такие же, а не платить бешеные деньги за инъекции красоты. Он продолжил рассматривать такое привлекательное и одновременно простое лицо девушки с минимумом косметики на нем и ямочками на щеках. Все его подружки были невероятно красивы, но какой-то ненастоящей кукольной красотой, доведенной до совершенства изысканным макияжем.

Тим глянул на негромко звякнувшие часы.

– Смотри, как быстро время пролетело, – проговорил он и разочарованно взглянул на девушку. – Уже и перерыв на обед наступил. Не хотите прогуляться со мной до кафе? А потом мы бы еще немного протестировали ваш ноут.

– Кафе? – переспросила девушка. – Какое-нибудь поприличнее. Мой желудок совершенно не переносит столовскую еду. А домой добраться, чтобы перекусить, и вернуться обратно, никак не успеть.

– Я приглашаю, – добавил Тим. – Всего пять минут езды на машине. Я тоже не любитель общепита, но там вполне сносно кормят.

Тиму было видно, что девушка колеблется – она пошевелила губами то ли отказывая, то ли соглашаясь. Непонятно. Актриса. Он хотел даже ее одернуть. Какой смысл играть на публику, когда их никто не видит? А потом решил, пусть играет, зато наверняка не ошибется, когда кто-нибудь окажется рядом.

– Так мы едем в кафе? – немного резко переспросил он.

Девушка кивнула и опустила глаза в пол.

– Нам надо хотя бы познакомиться, – проговорила она негромко. – А то как-то неудобно получается, вы меня приглашаете на обед, а я даже не знаю вашего имени.

Тим задорно рассмеялся.

– И то правда, – согласился он и решительно протянул руку. – Тимофей. Друзья кратко называют Тимом.

– Тася, – отозвалась девушка и в ответ подала узкую ладошку.

Тим осторожно взял ее руку в свою и поднес к губам, преодолевая незначительное сопротивление Таси. Ее кожа пахла изысканным парфюмом…

Обед прошел за пустопорожней болтовней ни о чем. Тиму к своему величайшему удовольствию удалось засечь несколько заинтересованных взглядов – от официантов до посетителей.

«Неплохо, – отметил он про себя. – Если донесут деду, то будет совсем великолепно. Тогда начнем активнее двигаться в заданном направлении».

Тим неспроста привел Тасю именно в это кафе – оно тоже имело прямое отношение к бизнесу его деда, а значит, и его в будущем. Девушка мило позволила угостить ее обедом, виновато потупившись и извинившись, что оставила кошелек в офисе.

«Знаем, проходили», – улыбнулся ей Тим. Что он, в конце концов, не джентльмен? У него найдется на карте несколько тысяч рублей, чтобы оплатить обед с понравившейся ему девушкой. А если учесть, что ему подыгрывали здесь все – то с дедушкиной карты для порядка и видимости для новоявленной пассии будет списан только один рубль.

«Очаровательные у нас с Тасей получатся дети – умненькие, как папа, и красивые, как мама».

Тим мило и насколько мог очаровательно улыбался девушке. Та порой улыбалась ему, но больше смущенно отводила взгляд в сторону или опускала его в пол…

– Душа поет…

Мурлыкая песню под нос, Тим пританцовывал у себя в кабинете. Он был благодарен Пашке – сам бы он не справился. Девушка ему очень понравилась. Ему почему-то все время попадались бесчувственные, но невероятно красивые куклы. Может, конечно, что он сам только на таких внимание обращал. А если девушка окажется еще и на самом деле такой, как пообещал друг, то он ему точно век признателен будет. Сейчас Тиму не хотелось думать совершенно о разводе. Жениться он все еще не хотел, но провести ночь, а, может, и не одну с Тасей был согласен.

Тим присел на самый кончик кресла и «разбудил» свой компьютер. За время его отсутствия на рабочий почтовый ящик упало только одно письма и то было личного характера – от Пашки. В теме письма стояло – Тася Малышкова. Он нехотя открыл досье на девушку. Не любил Тим подобного рода документы. Но на удивление досье оказалось очень коротким: родилась, училась, не поступила, переехала из районного центра в областной. Живет на съемной квартире.

– И это все? – фыркнул он, закрывая файл. За полдня общения с Тасей узнал гораздо больше, чем было написано в письме. – Спасибо, друг.

– Начальник, – постучавшись, в кабинет заглянула сотрудница отдела Ольга, – где вы пропадаете?

– Что-то важное? – удивленно поднял брови Тим.

– Не то слово, – завлекая, повела глазами девушка.

Она давно положила глаз на своего начальника, Тим это не только видел, но и постоянно ощущал на себе – Ольга то прикасалась к нему, как бы невзначай, то приваливалась своей пышной грудью, когда вроде бы и повода не было прижиматься, то томно вздыхала и смотрела, не отрывая взгляда глазами с поволокой в обрамлении пушистых ресниц.

Тим давно бы переспал с ней, не будь она его подчиненной. Для себя решил с самого начала в свой самый первый рабочий день начальником – никаких служебных романов. Это всегда плохо кончалось. Работа и все, кто с ней связан, должны оставаться за дверями института. При других обстоятельствах Тим, может, и не пренебрег прелестями Ольги, но она пришла в отдел, когда он уже занял кресло руководителя.

– Нач по кадрам приняла сегодня девушку к нам в отдел. Правда, с испытательным сроком. У девчонки нет профильного образования, но по всем остальным пунктам, выдвинутыми тобой, простите вами… – Ольга почтительно склонила голову и слегла улыбнулась одними уголками рта, – подошла на все сто процентов. И веселая, и коммуникабельная – мы всем отделом в этом уже убедились. Незамужняя, – на последнем слове она недовольно пождала губы, – и, следовательно, работе может посвящать двадцать четыре часа в сутки. Квартиру снимает в пяти минутах ходьбы от института.

– Но это она солгала, – усмехнулся Тим, – или ты преувеличила. Ближайшие жилые дома расположены в десяти минутах ходьбы.

– Разве это принципиально? – низким грудным голосом рассмеялась Ольга.

Тима всегда поражал контраст между просто разговором и смехом девушки.

– Нет, – покачал он головой, – но точность в некоторых вещах помешает работе.

– Ой, бросьте, – отмахнулась от него Ольга. – Пойдемте лучше пить чай с тортиком.

Тим не любил тортики, но отказываться вроде бы не было повода, да и на новенькую взглянуть не помешало бы, хоть принимал он ее не для себя, а для своего ведущего инженера и программиста по совместительству – тот постоянно что-нибудь где-нибудь забывал, а потом вспомнить не мог, где был и что там оставил. Но теперь они с Тамарой будут ходить исключительно парой, чтобы дорогостоящий инструмент и флэшки с программным обеспечением не терялись.

«Не хватало, чтобы новенькую на самом деле звали Тамарой», – хмыкнул он про себя…

– Тая, – высокая брюнетка решительно вышла навстречу Тиму и протянула ему руку, едва он в сопровождении Ольги вошел в зал, где сидели институтские программисты и обслуживающий персонал.

– Чуть-чуть не угадал, – приветливо улыбнулся он ей и взял ее ладонь в свои руки.

И эта девушка ему понравилась. Она была как раз в стиле тех красоток со стильными стрижками, с которыми Тим любил проводить время в клубах, чтобы головы все поворачивали в их сторону – восторгались им, ну и заодно на его спутницу посматривали.

За день два знакомства и оба очень приятные. Может, и эту красотку пригласить на свидание, отбросив к едрене фене его принцип.

– Надолго планируете влиться в наш творческий коллектив? – на всякий случай поинтересовался Тим.

Он продолжал держать Таю за руку, перебирая ее длинные сильные пальцы.

– Ровно на год, – ответила та, хихикнув, – до следующей осени, если ничего не изменится в моей жизни.

– А почему до осени? – продолжил допытываться Тим. – И что может измениться в вашей жизни?

– Ну, – протянула Тая, не выдергивая свою руку и позволяя себя вести не к накрытому столу с угощениями, а совершенно в противоположную сторону, – осенью я могу поступить в университет, и тогда с работой, – она внимательно посмотрела прямо в глаза Тима, – придется попрощаться. Хотя работа мне уже нравится. Или, например, – Тая громко и звонко рассмеялась, – я выйду замуж.

– Замуж? – Тим выразительно приподнял одну бровь, удивленно распахивая этот же глаз, а второй наоборот хитро прищуривая. Он долго тренировался изображать и удивление, и недоверие сказанному одновременно.

– А почему нет? – отозвалась Тая, несколько не смущаясь и продолжая говорить громко. – Я не тщеславна. Мне бы хорошего мужа и десяток деток. А в техническом институте холостых мужчин много, надо только проявить инициативу – и уже колечко на пальчике.

Тим откинул голову назад и рассмеялся, обращая взоры присутствующих теперь на себя. Врала бы за не завиралась – знавал он подобных хищниц. Ишь чего – замуж ей захотелось.

Он привлек к себе ближе свою новую подчиненную – и пусть все видят, плевать, – вдохнул аромат дешевеньких духов и зашептал ей на ухо: – А не поужинать ли нам вместе для, так сказать, лучшего узнавания друг друга. Чтобы конфликтов во время работы было как можно меньше.

– Можно, – кивнула Тая. – Только…

– Дополнительные условия обсудим позже, – предложил ей Тим.

Тая снова кивнула.

– А теперь по тортику? – спросил он и повел девушку к столу.

Пусть уж угостит коллег и напоит, в конце концов, чаем. Он и так слишком долго, а главное, нагло ухаживал за новенькой на глазах у всего отдела. Пусть коллеги подумают, что у него гормон взыграл, посплетничают в кулуарах, помоют ему кости, мол, начальник совсем с ума сбрендил, раз за подчиненной решил приударить. Тогда ни для кого не станет неожиданностью, когда он поведет под венец Тасю после короткого, но бурного романа. Пусть все будет выглядеть по-настоящему: дед ведь всяко проверять станет, ни одному слову не поверит…

Из института Тим и Тая вышли вместе, держась за руки.

Они и не заметили, как Ольга гневно посмотрела из окна на втором этаже след «счастливой парочке», уехавшей на такси. Она покинула рабочее место гораздо позже и, кусая губы от злости и желания отомстить начальнику – девчонка тут ни при чем, просто оказалась не в том месте и не в то время – отправилась на остановку.

Из неожиданно набежавшей одинокой тучки принялся моросить мелкий дождик под стать ее настроению. Только Ольга, строившая коварные планы, казалось, его не замечала, даже шаг не ускорила. Она отомстит Тимофею Ильичу за невнимание к собственной персоне, за демонстративное игнорирование ее ухаживания на глазах у всего отдела, и мстя та будет кровава. Ольга еще не знала, что сделает, что предпримет, но терпеть и дальше подобные выходки от своего начальника – с новенькой или нет – уже не могла.

Ее волновал вопрос – куда это они отправились. Вряд ли сразу в койку, что, впрочем, тоже не исключено, – знакомы они явно не были, да и начальник не производил впечатление ловеласа. Несмотря на то что беспардонно красив и невероятно обаятелен – такому трудно отказать – своей красотой и обаянием, кроме как в служебных целях, не пользовался, а с женской частью коллектива института, как, впрочем, и с мужской, держался весьма ровно. И вдруг выкинул такое! И с кем? С девчонкой, только что закончившей школу… Ольга залезла в институтскую базу и выяснила для себя все про длинноногую новенькую. Удивилась про себя, что по документам девушке всего восемнадцать, но на вид она тянула на все двадцать пять. Нисколько не похоже, что только что окончила школу и не поступила в институт, как бы баллов по результатам ЕГЭ не хватило. Узнать бы в какой школе она экзамены сдавала, но кадровичка почему-то не сделала копию с аттестата и не внесла ее в личное дело. Хотя, может, это и неважно – есть образование у лаборантки или нет. Диплом – совсем другое дело. Да и он, по сути, не особо нужен, ну есть высшее образование и есть, разве только при защите диссертации копию с него в ВАК отправляли, но и то чтобы подтвердить академическое образование или удостоверить техническое.

Прописка в паспорте тоже ничего Ольге не дала – так и не удалось узнать, где жила девушка до этого или откуда приехала. Самая обычная информация о регистрации и ничего больше.

«Придется наведаться в кадры и поговорит о новенькой лаборантке», – решила Ольга, с трудом втискиваясь в переполненную мокрыми пассажирами маршрутку.

Знать бы еще, кто обрабатывал ее документы. Светиться, задавая неудобные вопросы, не хотелось. С чего это вдруг ее заинтересовала некая Малышкова? И вопросы надо придумать и грамотно их задать.

Маршрутка резко затормозила. Ольга не удержалась и сильно ударилась прямо лбом в затылок стоявшего впереди нее мужчины.

И тут вдруг в ее ударенную голову пришла совершенно сумасшедшая мысль – а не удалить ли файл с информацией из базы, чтобы кадровики позвали ее для восстановления. Тут она и задаст свои вопросы.

– Простите, – пробормотала она. – Остановите на остановке! – прокричала водителю.

Глава 2

Едва на следующий день Тим появился на работе – он старался занять кресло ровно за минуту до прихода своего первого подчиненного – как к нему вихрем ворвалась разъяренная начальница по кадрам.

– Что за бред? – прокричала она с порога вместо приветствия. – Ничего не понимаю.

– Я тоже ничего не понимаю, – спокойно произнес Тим. – Что случилось?

Женщина пробежала до стола и плюхнулась на стул для посетителей, но тут же опять подскочила и легла грудью на стол.

– Я вчера сама лично копировала документы директорской лаборантки и заносила их в базу. А сегодня прихожу, а их нет, – проговорила начальница раздраженно, но уже почти не повышая голос.

– Вот как!

Тим не поверил ей. Сами документы исчезнуть из базы не могли – начальница либо забыла сохранить личное дело новенькой лаборантки, либо… Их кто-то удалил по каким-то причинам. Сделать это могла сама начальница по кадрам, кто-то из кадровиков, либо… Кто-то из сотрудников его отдела. В хакеров, выборочно вымарывающих документы сотрудников института, он не верил.

– Идите к себе, – приказным тоном посоветовал ей Тим. – Я разберусь…

Не прошло и получаса, как вся информация была восстановлена. Это было сделать совершенно не сложно – основные институтские базы копировались с сервера ему на комп ровно в шесть часов вечера, то есть по окончанию рабочего дня, когда никакие изменения внесены быть не могли, а потом уже утром, придя на работу, Тим скидывал все на флешку, навешивал на нее картонный ярлычок с датой и кидал в нижний ящик стола. Думал, никогда не пригодится его ноу-хау по хранению баз данных. Ан нет, все же пришлось воспользоваться.

Оставался открытым вопрос – кому понадобилось подставлять нач по кадрам.

А еще спустя полчаса Тим достоверно знал, кто выступил в роли злоумышленника. По проставленным им меткам легко отследил, что Ольга под своим паролем вошла в базу сотрудников института и зачем-то удалила сведения о директорской лаборантке.

– Вот безмозглая курица, – выругался вслух Тим.

Пожалуй, впервые об Ольге он подумал не как о нерадивом сотруднике, а как о ревнивой подчиненной, на которую начальник не обращал никакого внимания. Только при чем тут личное дело несчастной Мелешковой? Или Ольга могла их видеть во время обеда и решила отомстить? Вряд ли. Кафе довольно дорогое и находилось на приличном расстоянии от института. Это на машине быстро, а у Ольги личного транспорта не было, насколько Тиму было известно. Или он чего не знал о своих подчиненных? Да и опять же, покидая рабочий кабинет, Тим никому не доложился, что пошел в другой корпус. Если только нач по кадрам проболталась. Но этот вопрос он сейчас и прояснит.

Тим прикрыл крышку ноутбука, стоявшего на столе и направился на выход из кабинета. В коридоре возле своих дверей столкнулся с улыбающейся как ни в чем не бывало Ольгой.

– Вы ко мне? – серьезно спросил он и выразительно приподнял бровь.

– А мы что, с вами теперь на вы? – переспросила девушка и улыбка медленно сползла с ее губ.

– Не цепляйся к словам, – отмахнулся от нее Тим и попытался придать лицу добродушное выражение. – У меня с утра был неприятный разговор, еще не отошел от него. Прости, я спешу…

Он вытащил нач по кадрам в коридор – не хотел проводить допрос с пристрастием в присутствии ее подчиненных. Женщина настолько перепугалась сурового вида всегда улыбающегося начальника отдела вычислительных систем, что готова была вот-вот рухнуть в обморок. Она привалилась к стене и молитвенно сложила руки на груди.

– Кому вы говорили, что я отправился настраивать комп новенькой? – суровым шепотом поинтересовался Тим. – Да не пугайтесь вы так, – попросил он более мягко и подхватил начальницу подмышки, чтобы не дать той упасть. – Кто-то специально удалил эти сведения.

– Никому, – отчаянно затрясла головой женщина. – Только вам. А что случилось?

– Вот и я хочу понять, что случилось, – вздохнул Тим, приобнимая нач по кадрам за плечи. – Кто-то хочет навредить вам, – продолжил он заговорщицки. Не стал говорить, что скорее не ей, а ему пытались сделать гадость.

– Кто? – ахнула начальница и стала сползать по стенке. – Мне до пенсии бы досидеть. – У нее мелко-мелко задрожала нижняя губа. – Где я такую работу еще найду в моем возрасте?

Тим снова подхватил ее подмышки.

– Только поэтому я веду с вами эти полутайные разговоры, – сказал он с чувством собственной важности.

Тим слегка встряхнул женщину, чтобы та пришла в чувство, и поставил ее на ноги.

– Только поэтому я пришел к вам, – продолжил он. – Хочу заключить соглашение.

– Да-да, – закивала головой начальница, сразу приободрившись.

– Вы мне станете докладывать обо всех, неважно, кто это будет, интересующихся директорской лаборанткой… Похоже, у нас в институте завелся крот.

– Кто? – ошалело распахнула глаза женщина.

– Так обычно называют сотрудников, сливающих информацию конкурентам, – деловым тоном произнес Тим.

Он видел, что совсем запугал несчастную нач по кадрам, но ничего с собой поделать не мог.

– Среди нас шпионы? – растерянно произнесла та.

– Да, – уверенно кивнул Тим. – И наша с вами задача вычислить их и обезвредить. По чьей рекомендации девушку принимали на работу?

– Я не знаю, – затрясла головой начальница, но тут же встрепенулась: – Могу узнать. Надо?

– Надо, – уверенно произнес Тим. Он и сам все знал, но лишняя информация не помешала бы. – И сразу докладывать мне, если хоть кто-то даже полунамеком станет интересоваться ей или спрашивать о девушке.

– Может, лучше сразу в органы? – на всякий случай поинтересовалась нач по кадрам.

Когда работал «первый отдел», было как-то проще, но последнего сотрудника уволили год назад. И теперь за все и всех отвечала она.

– А вдруг мы ошибаемся? – спросил Тим. – Все может быть. Что о нас подумают? Параноики. Нет, – он выразительно покачал головой, – тут надо выяснить, под кого из нас с вами копают. А потом… – Тим махнул рукой, – у меня есть к кому обратиться. Пока это только между нами.

– Есть, – козырнула ему начальница. – Буду присматриваться, принюхиваться, прислушиваться.

Она немного отошла от шока и сейчас готова была подыгрывать Тиму.

Он ей подмигнул и улыбнулся.

– Сразу ко мне, как кто-то спросит о новенькой, – повторил на всякий случай, хотя теперь совершенно не сомневался, что Людмила Ивановна сразу побежит к нему, а не посплетничает о Мелешковой с коллегой, сидящей за соседним столом. – А почему вам понадобилось заглянуть в личное дело директорской лаборантки?

– Да не заглядывала я, – ответила недовольно начальница. – Мне вчера еще одно дело надо было завести, а я не успела. Дочь позвонила, попросила забрать заболевшего внучка из детсада. Я все бросила и за ним. Села сегодня вбивать данные, вот случайно и увидела, что вчерашняя работа пропала.

– Ну ладно, – согласился Тим. – Идите, работайте, отвлек я вас от дела.

Он ничего не понял, как это она заметила, что сведения пропали, но переспрашивать не стал. Снова улыбнулся начальнице, продемонстрировав невероятно очаровательные ямочки на щеках, и решительно зашагал к себе на второй этаж…

«Если нач по кадрам никому не говорила, а Ольга ничего не спрашивала, то откуда последняя могла узнать и удалить из базы сведения. А главное, зачем? Что ей это давало?» – мысли роились в голове Тима и никак не давали сосредоточиться на работе.

Ближе к обеду зазвонил мобильный, Тим даже подскочил от неожиданности. Он порой забывал, что есть сотовая связь – в рабочее время ему звонили только по городскому телефону или по внутреннему. Родители тоже. И даже дед предпочитать поболтать с любимым внуком не по мобильной связи, если ему вдруг захотелось обсудить с Тимом последние футбольные новости – обо всем остальном старик предпочитать беседовать с глазу на глаз.

Номер незнакомый, но Тим смело нажал соединение – он только никогда не перезванивал незнакомцам, если по каким-то причинам не смог ответить сразу.

– Это Тася, – раздался в трубке веселый голос.

– А это Тим, – произнес он не менее весело в ответ. Градус настроения сразу заметно увеличился. – Слушаю вас внимательно, Тася, – сказал Тим и покатал имя на языке.

– Хочу исправить вчерашнюю оплошность, – быстро заговорила девушка, словно ее могли перебить или недослушать до конца, – и пригласить теперь вас на обед.

– Я согласен. Я зайду за вами, – быстро ответил Тим и сразу нажал отбой, так как дверь в кабинет распахнулась без стука.

На пороге возникла Тая.

– Привет, начальник.

– Здравствуй, – произнес Тим и убрал телефон в верхний ящик стола. Они вчера приятно провели время, но это не повод, чтобы обращаться к нему подобным образом. Фамильярность он не переваривал на дух. – У тебя дело ко мне? – спросил он несколько раздраженно.

– Да нет никакого дела, – ответила девушка и плюхнулась на стул для посетителей, вытянула длинные ноги. – Зашла потрепаться. Работы все равно никакой нет. Может обсудим, куда ты меня сводишь на обед, или куда поедем развлекаться вечером?

Она взяла первый попавшийся предмет со стола и стала крутить его в пальцах.

– У кого-то нет работы, а у кого-то ее очень много. Прости, но сегодня у меня дела запланированы и на обед, и на вечер…

Тим забрал, почти вырвал, у девушки из рук дорогостоящую авторучку «Паркер», которую дед подарил ему со словами «Документы подписывать», когда Тима назначили на руководящую должность, и добавил при этом: «С золотым пером подарю, когда займешь мое кресло»…

– Тогда работай, – невозмутимо отозвалась Тая и, нисколько не обидевшись, направилась на выход, грациозно повиливая бедрами, затянутыми в узкую юбчонку.

– Хороша, стерва, – хмыкнул Тим, когда за девушкой закрылась дверь, – но женюсь я на другой…

На обед Настя повезла Тима не на такси, как он ее в прошлый раз, а на маленьком рыженьком «Пежо». Пыжик – так называл подобную машинку дочери его родной дядька, брат отца.

«А у провинциалки, оказывается, имеется собственная машинка», – вяло подумал Тим, рассеянно осматривая средство передвижения.

Вряд ли ей какая-нибудь подружка дала «Пежо» покататься. Смешно, наверное, смотрелось, как он здоровый мужчина пытался втиснуться на пассажирское сиденье. Девчачья машинка, что бы ни говорили. Будь на месте Таси кто-то другой, Тим, скорее всего, отказался от подобного средства передвижения, заказал бы элитарное такси, но тут, не задумываясь, согласился, несмотря на то, что и машинка маленькая и совсем неопытный водитель поведет ее. Откуда у восемнадцатилетней девушки опыт вождения? Да еще и повезет его в неизвестном направлении.

– И куда мы поедем? – весело спросил Тим, осторожно закрывая дверцу и глядя прямо в фиалковые глаза Таси.

– Тут совсем недалеко, – ответила девушка и смущенно отвела взгляд в сторону. – Думаю, вам понравится. Заведение не такое дорогое, как то кафе, в которое вы меня водили, но тоже весьма приличное.

– С вами хоть на край света, – вырвалось вдруг у Тима.

Настя быстро, как бы мельком, глянула на него из-под опущенных ресниц и нажала на газ.

Тим редко бывал в этой части города – развлекательных заведений почти не было, а от работы совсем недалеко. С одной стороны, это хорошо, но с другой, он не хотел, чтобы кто-то из коллег заглядывал в его тарелку, когда он обедал не в институтской столовке, как все. Но с Тасей спорить не стал – сегодня его угощала она.

Маленький ресторанчик оказался на удивление довольно уютным, а цены весьма демократичными, так что «объесть свою Тасю» Тим не опасался. А если говорить честно, то после вчерашних возлияний в клубе на пищу еще смотреть не хотелось. В таких случаях Тим говорил, что у него возник перекос в организме. Вот к вечеру все вернется в норму, аппетит появится, тогда он наверстает упущенное за день.

Не мудрствуя лукаво, Тим заказал себе кислых щей и салат «Императорский», который вполне мог сойти за второе блюдо. Настя выразительно взглянула на него, как тогда в машине, но спрашивать ничего не стала.

– А я очень люблю мясо, – виновато призналась она, делая заказ официанту.

– Ничего удивительного, – улыбнулся ей Тим, – растущему организму требуется белок.

– Вы говорите прямо как мой папа, – встрепенулась Настя. – А дедушка вообще считает, что надо есть, пока естся, мол, в старости успею насидеться на диетах.

– Мудрый у тебя дедушка, – снова улыбнулся Тим.

Он придвинул к себе принесенный салат и вдруг принялся его наворачивать с неожиданно появившимся аппетитом.

Тим бросал быстрые взгляды на девушку и сразу опускал глаза, стараясь не смущать ее – пусть хоть поест спокойно.

– Почему пошла работать, а не учиться? – спросил он, чтобы занять разговором паузу между салатом и щами.

– Не поступила, – просто ответила Настя, подцепляя на вилку цветную капусту. – Теперь вот работаю и занимаюсь математикой с репетитором.

– Математикой? – удивился Тим.

Ему казалось, что такая девушка точными науками интересоваться не должна.

– Ну да, – пожала плечами Настя. – Я сдавала профильную математику, но как-то неудачно. Поэтому подавала в универ на юридический, но туда меня тоже не взяли.

– Стоп-стоп-стоп, – потряс головой Тим. – Ты сдавала столько предметов?

Настя кивнула.

– Родители настояли, – произнесла она, прожевав кусочек мяса. – Только мне это не помогло. Никуда меня не приняли. Поэтому сейчас решили ударить по математике, чтобы я смогла поступить на экономический факультет на следующий год, если меня снова не зачислять на математический.

– А на матфаке чем ты хочешь заниматься? – спросил Тим.

– Информационной безопасностью…

«Специальность нынче в тренде, – хмыкнул он про себя, – все туда и рвутся, как в наше время просто на информатику рвались».

– А при чем тут экономика или юриспруденция? – все же не удержался от вопроса Тим. Он даже есть перестал, замерев в ожидании ответа с ложкой наперевес.

– Это просто, – улыбнулась Настя. – Информационная безопасность – мое желание, экономика – папино, а дедушка хочет, чтобы я стала адвокатом.

– Да-а-а, – протянул Тим. – Тяжело тебе приходится.

– Не то слово, – вздохнула Настя, а потом негромко рассмеялась.

Тиму понравился ее смех – не наглый, как у Таи, не томный, как у Ольги, не пошлый, как у многих его бывших и настоящих подружек, а… Словно колокольчик. Другого сравнения и не напрашивалось. Неожиданно он возбудился.

«Проклятие, – чертыхнулся про себя Тим. – Папа, дедушка… Для кого это словесное шоу? И куда подевались мама и бабушка? Но если родственники на самом деле существуют, как они отнесутся к тому, что их дочь станет фиктивной женой великовозрастного жеребца?»

– А денег на репетиторов хватит? – вдруг раздраженно спросил Тим, не поверив ни единому слову девушки. Он старался сдерживаться, но получалось почему-то плохо.

– Не знаю, – пожала Настя плечами, отодвигая в сторону пустую тарелку. – Мы забыли заказать десерт.

– Не хочу сладкого, – покачал головой Тим. – А вот кофе бы выпил.

Настя кивнула и попросила у официанта два бокала латте макиато.

«Ребенок», – фыркнул про себя Тим.

Он давно вышел из того возраста, когда после обеда пьют молоко, пусть и с кофе.

– Замужество, как запасной вариант из создавшейся ситуации, не рассматривается? – спросил он, не пытаясь скрыть издевку в голосе.

– Рассматривается, – холодно отозвалась Настя. – При условии, что встретится порядочный мужчина.

– Порядочный? – изумленно поинтересовался Тим. – А твои методы добиваться своего порядочны?

Девушка резко подскочила с места и опрокинула хрустальный айриш-бокал. Она не успела его поймать или побоялась испачкать рукава пиджака остатками молока – бокал скатился по столу и упал на пол, разбившись вдребезги и забрызгав ее босоножки латте.

– Сядь! – рявкнул Тим. – Мы недоговорили.

Настя испуганно глянула на него, подогнула колени и снова опустилась на стул, всем своим видом показывая, что она проклинает тот момент, когда вчера согласилась пообедать с начальником отдела вычислительных систем.

– Значит, так, дорогуша, – произнес Тим как ни в чем не бывало, но при этом внимательно наблюдая за реакцией девушки. – Мне твоя игра ни к чему. Оставь это для других – для своих благодарных зрителей. Придет время, думаю, мы все же поженимся, ты родишь ребенка. На этом наши отношения закончатся.

Настя молчала. Она не знала, что сказать в ответ. Слова мужчины, сидящего напротив за столом, ее сильно напугали. Почему она должна выходить за него замуж, рожать детей? Тут какая-то ошибка. А, может, и нет никакой. Отец тоже кричал что-то о замужестве. Но больше ее поразил тон, с которым произнес слова Тимофей. У отца порой случались такие же неконтролируемые вспышки гнева. Именно поэтому она и уехала из дома, сбежала по сути. Но ее словно преследовал злой рок. Дедушка обещал тихое райское место, чтобы отсидеться в научном институте под крылом его старинного друга, пока отец не успокоится. Что ни говори, но тот пришел просто в ярость, когда узнал, что его дочь никуда не зачислили. В пед она могла, конечно, поступить, но туда сама не захотела.

Но как выяснилось теперь, друг деда оказался академиком, более того, директором этого самого «райского» института. А Настя попала не только под прицел любопытных глаз, но и стала притчей во языцех, судя по всему. Может, уволиться, пока не поздно? Не любила она такого пристального внимания к своей персоне. Найти работу попроще, где была бы незаметней – продавцом, например, в каком-нибудь супермаркете. На какое-то время, если не шиковать, денег, что сунул дед перед ее позорным бегством из дома, хватит. А там, глядишь, и отец успокоится, да и сама Настя что-то может. А заниматься она будет без репетиторов. А в институт согласилась пойти на работу опять же только потому, что университет рядом – удобно добираться без пробок и опозданий на подготовительные курсы по вечерам, организованные для таких, как она. Повезет, напишет контрольную одну, затем вторую, которые здесь гордо именовали олимпиадами, может, и ЕГЭ по математике пересдавать не придется – просто зачислят на факультет по результатам олимпиад.

– Ты все поняла? – спросил Тим.

Настя встрепенулась и кивнула. Она ничего не слышала, что говорил мужчина, погруженная в свои невеселые думы. Зачем спорить со старшими? Спросили – ответила, если надо, повторила сказанное. Будь мама жива, не допустила бы подобного с ней обращения. А молодой мачехе глубоко на нее наплевать. Хоть козни против нее не строила, давала спокойно жить в доме – и на том спасибо.

– Вы пообедали? – подняла Настя глаза на Тима и тут же их опустила.

– Спасибо, – ответил тот. – Все было очень вкусно, но рассчитаюсь я сам. И за разбитый бокал тоже, – продолжил тоном, не терпящим возражений.

Настя кивнула. Не было ни сил, ни желания спорить или что-то говорить в ответ. Вроде бы как она пригласила приятного во всех смыслах мужчину на обед, но оказалось, что не такого уж и приятного, и не пригласила вовсе.

– Вас отвезти в институт? – задала она очередной вопрос после недолгого, но напряженного молчания.

– Нет, спасибо, не стоит беспокоиться, – еще раз поблагодарил ее Тим. – Мне надо съездить тут в одно местечко. Я вызову такси, так будет проще.

Тимофей солгал. Он что, дурак подкатывать к институту на «Пежо»? Отъезжать от корпуса в лесу – одно, но возвращаться, да еще и в копании с новенькой директорской протеже – совсем другое. Не хотел, чтобы кто-нибудь видел его, подъезжающим к институту в смешной машинке, не желал становиться посмешищем в глазах коллег. Да и женитьба на провинциалке не такой уж и хороший вариант. Ошибся он…

Настя не поехала к себе в лабораторию, а, поставив «Пежо" на стоянке перед главным корпусом института, поднялась на второй этаж в директорскую приемную. И плевать, что секретарша без всяких намеков, а прямо в лоб, пыталась объяснить наглой новенькой, мол, посетителей академик принимает исключительно по предварительной записи и в указанные на дверях часы приема.

– Я его лаборантка, – упрямо повторила Настя. – И у меня дела, не терпящие отлагательств.

Секретарша посмотрела на девушку, как удав на кролика, но та гипнозу не поддалась и взгляда не отвела. Тогда женщина все же соизволила вылезти из-за стола, заставленного телефонами разных расцветок и форм, как в кабинете правительственной связи, покачивая широкими бедрами, она продефилировала к двери и без стука распахнула ее настежь.

– Борис Леонидович! – прокричала секретарша прямо с порога. – К вам тут рвется ваша новенькая лаборантка.

– Пусть войдет, – раздался приятный мужской голос, почти бас, из недр помещения.

Настя протиснулась мимо полненькой секретарши внутрь кабинета. Та фыркнула ей вслед и захлопнула дверь с громким стуком.

«Сучка крашеная, – без злобы выдохнула Настя. – Такая же злобная, как мачеха. Если спит с академиком, думает, ей все дозволено».

– Ну, рассказывай, Настя, что случилось? – спросил Борис Леонидович девушку, пришедшую к нему в неприемные часы.

Это именно с его подачи внучку его и внучку лучшего друга, родившихся в один день и неожиданно названных родителями девочек одинаково, стали именовать сначала Настася и Настуся, чтобы не путаться, а потом имена сократили до Тася и Туся.

У Таси вдруг полились слезы ручьем – сказалось нервное напряжение последних дней, а последняя стычка с секретаршей на пороге кабинета академика доконала вовсе.

– Ну-ну, – академик быстро и легко, несмотря на возраст, подошел к ней, вынул из кармана пиджака носовой платок и, взяв девушку за подбородок, вытер ей слезы, как дома сделал бы дедушка. Вместо того чтобы успокоиться, Настя заревела еще сильнее, как девчонка, упавшая и разбившая коленку, а не взрослая девушка.

– И все же, что произошло? – переспросил Борис Леонидович.

Он взял Тасю за руку, подвел к своему креслу и насильно усадил девушку в него. Сам сел на стул рядом.

– Рассказывай, – приказал.

– Зря дедушка обратился к вам за помощью, – всхлипнув в очередной раз, прошептала Настя.

Она прекрасно понимала, что повела себя недостойно взрослому самостоятельному человеку, и теперь пыталась сохранить хотя бы остатки достоинства.

– И ничего не зря.

Борис Леонидович поднялся со стула и прошелся пружинистой походкой по просторному кабинету туда-сюда. Настя отметила про себя, что академик выглядел просто прекрасно, несмотря на возраст. От деда она постоянно слышала, что он продолжал играть в теннис круглый год, как в молодости, устраивал летом заплывы на водохранилище. Вот ей бы так. На бег по утрам и на тот силы воли не хватало.

– За два дня ты сделала больше, чем предыдущая лаборантка за полгода, – проговорил академик.

Но Тасе показалось, что слова сказаны лишь для того, чтобы ее успокоить, вселить в нее уверенность, не более того.

– Опять же я с репетитором по математике договорился, – продолжил Борис Леонидович, останавливаясь напротив Таси.

– Не стоило беспокоиться, – потупилась девушка.

Она всегда испытывала смущение, когда напрягала людей. Старалась без особой нужды этого не делать.

«Все, что можно купить за деньги, должно быть куплено, а не получено нахаляву. Пользы от халявы мало, и ее нельзя вернуть, если она не понравилась», – так любили повторять ее отец и дед.

– Стоило. Это любезный взаимный обмен, – усмехнулся академик и улыбнулся. Его строгое лицо помолодело стразу лет на десять. – Молодой человек…

Теперь улыбнулась Настя – что для его деда, что для Бориса Леонидовича все, кто моложе их хотя бы лет на десять, именовались молодыми людьми.

– Ровно через год осенью планирует защищать докторскую диссертацию. Он обратился ко мне с просьбой выступить его научным руководителем. Я предложил ему в обмен подготовить тебя для поступления на матфак нашего университета. Баш на баш, так сказать.

– Может… – неуверенно начала Настя.

– Не может, – строго перебил ее академик. – Я уже договорился. У моего диссертанта богатый опыт преподавания, это раз. Кроме того, он является председателем «олимпиадной» комиссии, а это два.

– Борис Леонидович, – улыбнулась Настя, – это называется злоупотреблением служебным положением.

– Ничуточки, – рассмеялся академик. – Это всего лишь услуга за услугу, я же сказал – он будет возиться на совесть с тобой, я с ним. А по осени все будет видно, кто из нас старался лучше. Но предупреждаю сразу, что Николай Алексеевич, так зовут твоего репетитора, строг, но справедлив. Уже сегодня он позвонит тебе и озвучит расписание занятий в университете. Замечу ты не одна такая, это не индивидуальные занятия, вас будет целая группа. Но только тебе посчастливилось – не придется думать об оплате. Так что, иди и работай. И больше не устраивай ненужных истерик.

Настя кивнула.

– Про меня сплетничают в институте, – вздохнула она.

– Представляешь, Тася, – хмыкнул Борис Леонидович, – про меня тоже. И, знаешь, все те пятьдесят лет, что я тут работаю. И ничего, как видишь, жив и здоров. До академика и директора института дослужился. А сплетни, – он махнул рукой, – это не от большого ума. Постарайся быть выше пересудов. И еще… Хочешь, чтобы меньше говорили, не давай повода.

Настя снова кивнула. Легко сказать, не давай повода. А повод вот он, лежит на поверхности: Анастасия Мелешкова – директорская протеже.

Она вздохнула, улыбнулась и встала с кресла.

– Я пойду, – вздохнула Настя. – Постараюсь, не думать о плохом. Только о хорошем и о поступлении на матфак.

– Совсем другой разговор, – согласился академик.

Он хотел еще что-то добавить, но в этот момент зазвонил городской телефон. Борис Леонидович расправил плечи, словно на том конце провода могли его видеть, натянул на лицо дежурную улыбку и только после этого снял трубку.

«Наверное, не только мне приходится сохранять хорошую мину при плохой игре», – подумала Настя и вышмыгнула за дверь, чтобы не смущать своим присутствием во время телефонного разговора теперь уже не друга семьи, а директора института.

На пороге приняла горделивый вид, приосанилась, как академик, искренне надеясь, что слезы высохли, а подслеповатая директорская секретарша не заметит ее покрасневших глаз, и важно прошествовала мимо женщины.

– Ираида Михайловна, извините за вторжение, – обернувшись, произнесла Настя. Она почти покинула приемную, но задержалась ровно на секунду на пороге. – Но дело на самом деле не терпело отлагательств. Этого больше не повторится, в следующий раз я обязательно запишусь на прием.

Секретарша недовольно поджала губы и ничего не ответила.

«Ну и не надо мне ее ответов», – фыркнула Настя.

Действительно, чего это она – растерялась, раскисла в большом городе среди незнакомых людей. Всю жизнь под крылом отца и деда все равно не прожить. Надо и самой что-то делать, чтобы двигаться к заветной цели. И информационной безопасностью она решила заняться лишь потому, что кто-то сливал, как бензин из цистерн, информацию о фирме отца конкурентам. Только вычисляли одного, как его место занимал очередной «доброхот».

Настя подъехала к корпусу в лесу, посидела немного в машине, набираясь решимости. Одна радость – для лаборантки без образования у нее слишком идеальные условия, отдельное помещение с ноутбуком и образцами разработок лаборатории, которые она за вчерашний неполный день расставила по полкам. Осталось систематизировать их. Но это несложно. Во-первых, процесс систематизации никогда не казался ей скучным, а, во-вторых, ее предшественница многое успела сделать…

В комнату, где сидела новенькая лаборантка не вошел, а буквально ворвался сотрудник лаборатории. Настя его видела впервые, а имени так вообще не знала. Он решительно подошел к полкам с образцами и принялся рыться там, переставляя и переставляя образцы. С минуту, не больше, Настя молча наблюдала за ним, а потом подошла и встала перед мужчиной, закрывая собой стеллажи – она с таким усердием вчера все расставила, а какое-то невоспитанное хамло, которое делало вид, что ее нет в комнате, пытался нарушить созданный ею порядок.

– Что вы хотите найти? – спросила Настя строго.

– Какое твое дело? – огрызнулся мужчина.

– Самое прямое, – сдерживая гнев и возмущение, произнесла Настя. – Теперь за все образцы отвечаю я. Поэтому предъявите заявку и удостоверение личности, чтобы я могла убедиться, что выдаю запрашиваемый образец по назначению.

– Какую заявку? – опешил сотрудник. – Что ты себе позволяешь?

– Ничего особенного, – покачала головой Настя. – Только выполняю должностную инструкцию. И если вы сию же секунду не предъявите заявку, заполненную и заверенную по форме, я вынуждена буду вызвать охрану.

– Вас Настя зовут, – неожиданно резко сменил тон мужчина.

– Тася, – поправила она его.

– Я вам принесу заявку, но завтра, а образец для сравнения мне нужен сегодня, сейчас.

– Не получится.

Настя проявляла завидное упрямство – если она уступит сейчас, то и в дальнейшем ее не станут воспринимать всерьез.

– Пройдите на выход, – потребовала она, по-прежнему закрывая собой полки и не давая ничего взять с них.

– Я сейчас уйду, – попятился от нее недовольный мужчина. Не драться же с лаборанткой. – Но я вернусь, – пообещал он и погрозил пальцем.

– Возвращайтесь, – согласно кивнула Настя и улыбнулась. – И согласно принесенной заявке, я вам все выдам, а не вы станете рыться на полках.

Напряжение отпустило ее. Это была первая маленькая, но такая значимая для нее победа.

Глава 3

После обеда с Тасей и разговора с ней настроение у Тима упало в ноль. Что девчонка себе позволяет? Или Пашка не рассказал ей про условия их быстротечного романа и скоропалительной женитьбы по каким-то там причинам? Тогда какого она здесь делает, скромная провинциалочка, мечтающая стать специалистом в области информационной безопасности? Или это тоже часть игры, чтобы дед ничего не заподозрил? Впрочем, пусть поступает, как знает.

Вернувшись в офис, Тим сделал себе чашку крепкого кофе. Дорогущую кофемашину, на какую хватило первой зарплаты начальника отдела вместе с премией, купил сразу же, чтобы за чашечкой ароматного напитка в тиши кабинета поразмыслить о том или об этом. Причем запах ему нравился гораздо больше, чем вкус кофе.

Немного успокоившись, чтобы голос звучал не слишком раздраженно, позвонил в элитарный клуб. Для всех он должен оставаться всего лишь обаяшкой Тимом, пока не стал богатеньким буратино, а там можно и прикрикнуть на кого-нибудь. Он заказал вип-ложу для двоих на вечернее представление. Этот городской клуб некогда принадлежал его деду, был частью ресторанного бизнеса того, но потом был продан за немалые деньги. Что поделать, на все ни сил, ни времени, ни средств не хватало. Но будь Тим на месте генерального, не стал бы этого делать. Клуб приносил неплохой доход его новому владельцу.

Подружкам, как правило, бывало скучно на подобных мероприятиях. Ничего перетерпит, ему надо-то всего лишь пар выпустить. А лучше хорошего секса ничего не придумано для этого. Сначала он заведется от вида полуобнаженных танцовщиц, томной певички, а уже потом они с подружкой поедут в гостиницу – и уже там помогут друг другу расслабиться. К себе Тим девушек принципиально не водил: он один, а их много – телефонная книга забита именами. Никто из его подружек даже не знал, где он жил. Могли, конечно, проследить, но все равно дальше охраны пройти не получилось бы. Осталось решить, кого позвать. Настроения ухаживать за девушкой не было, поэтому Тим остановился на Раечке.

Может, она и не такая красотка, как прочие, и фигура оставляла желать лучшего, но с этой пухленькой блондиночкой, Тиму удавалось расслабиться, как ни с кем другим.

Договорились, что он заедет за девушкой часиков в девять вечера…

Дверь в кабинет дернули раз, потом еще раз. Тим усмехнулся – когда он пил кофе, всегда запирался изнутри. И вовсе не потому, что жаль было с кем-то поделиться – запах все равно распространялся по всему второму этажу – не терпел, когда ему мешали.

Неизвестный за дверью осторожно постучался. Тим отставил в сторону пустую чашку, поднялся с кресла и, открыл замок. В кабинет буквально ввалилась Тая.

– Кофе будешь? – спросил ее Тим.

– Буду, – ответила девушка. – От запаха чуть на слюну не изошла.

– Чашку тащи, – приказал Тим и выставил Таю за дверь. – У меня свободной нет.

Это вчера она ему нравилась, а сегодня раздражала без меры. Манеры грубые – смеется громко, часто не по делу, словно старается, чтобы обернулись посмотреть на нее. Поведение наглое, на грани хамства – без стука вваливается в кабинет, хватает со стола что ни попадя. Деревенщина.

Тимофей брезгливо поморщился. Все его девушки отличались безукоризненным воспитанием и изысканностью манер. Нет, Тае не занять место среди его подружек. Теперь оставался открытым вопрос, как избавиться от ее навязчивого внимания. Вот взять ее и директорскую Тасю, смешать, но не взбалтывать и разделить. Две половинки получились бы весьма и весьма привлекательными. А так обе – ни рыба ни мясо.

– Может, не жениться мне вовсе? – буркнул Тим.

Настроение снова испортилось в хлам, а раздражение навалилось с новой силой. Сбежать куда-нибудь, пока Тая где-то ходит за чашкой для кофе.

Тим быстро глянул на пришедшие заявки – ничего интересного, к тому же большинство из них уже разобраны сотрудниками и по ним ведутся работы. И вдруг прямо на его глазах упало письмо из директорской лаборатории. Тим тут же забрал заявку себе, подхватил фирменный ящик с инструментами и буквально пулей вылетел в коридор, захлопнув дверь в кабинет. Если даже столкнется с Таей, всегда сможет сказать ей, что появилась срочная работа и теперь не до кофепития. В следующий раз.

Но выйдя из института, Тим тут же сбавил скорость – теперь можно и не спешить. До термостатического корпуса, термостата, как его называли, расположенного в сосновом бору, пешком топать не менее получаса, а то и сорока минут. Куда торопиться? К тому же работу надо беречь – она его кормит. Пока дойдет, пока разберется с причиной неполадки, а там и рабочий день закончится. Завтра с утра и займется ремонтом и устранением сбоя, возникшего в компьютере одного из сотрудников директорской лаборатории. Может, там и нет ничего сложного, и работы на пять минут, но назад он возвращаться ни за что не станет и утром, зайдя разве что на пяток минут, снова отправится в термостат. Проторчит там полдня, а, может, и весь последний рабочий день на этой неделе.

– Дожился, – проворчал недовольно Тим, – сбегаю из своего кабинета. Надо спросить у Людмилы Ивановны, откуда она откопала эту нахальную девицу.

Нет, оставлять в отделе он ее ни за что не станет – отработает испытательный срок и пусть сваливает на все четыре стороны.

Стоп! Тим даже остановился на месте как вкопанный. Как бы надо придумать причину, почему она ему не подходит. Иначе нельзя. Отработала положенный срок: придраться не к чему – будьте любезны зачислить в штат. А Тая ему в штате не нужна. Что он, мальчишка, чтобы так бегать от нее?

На крыльце термостата Тим чертыхнулся и громко выругался, заставив обернуться и посмотреть на него какую-то случайную прохожую. Он так поспешно сбежал от Таи, чего уж тут скрывать, что свою сумку с документами оставил в кабинете – и теперь телефона, ни пропуска, ни денег. Обратно до главного корпуса тоже пехом топать придется – почему-то в маршрутках без оплаты не возят.

Тим недолго постоял на крыльце, а вдруг выйдет кто-нибудь знакомы, тогда можно будет полтинник на проезд до завтра перехватить – ящик уже все руки оттянул. Можно было бы с вахты позвонить отправившему заявку, чтобы хотя бы инструменты у него забрали, но он так спешил, что не прочитал фамилию в листке заказа. И все же Тим дошел до вахты.

– Как позвонить по внутреннему телефону новенькой директорской лаборантке? – спросил он у сурового вида охранника.

Тот молча кинул перед Тимом потрепанный справочник, который не переиздавался лет сто.

– Но она новенькая, ее в этом гросбухе нет.

Тим даже не предпринял попытку поискать знакомые фамилии.

– Ищи по номеру комнаты, – пробасил охранник. – Телефоны внутренней связи привязаны к комнатам.

«Точно», – обрадовался Тим. Он же сам на этом настаивал, чтобы, не думая особо, просто набрать номер комнаты и все. Когда стал начальником отдела много времени это потратил, но все привел в соответствие…

– Тася, – проговорил он как можно ласковее – Это Тим.

– Узнала, – отозвалась девушка. – Но я вас не вызывала, у меня все отлично работает.

– Это мне нужна помощь и настоящая, а не компьютерная, – ответил Тим упавшим голосом. – Это я вас вызываю. Я тут на вахте стою.

Вот только девушек о помощи он не просил.

– Сейчас бегу, – ответил голос в трубке и сразу же раздались короткие гудки…

«А ведь, и вправду, бежит», – фыркнул Тим, заслышав цокот каблучков по коридору.

– Ко мне можно провести специалиста? – спросила Настя, подойдя к вахте.

Голос уверенный, лишь слегла запыхавшийся после быстрой ходьбы.

Охранник молча швырнул перед девушкой потрепанный журнал для записи посетителей.

Его пропустят без документов? Тим записался в журнал, по памяти указав паспортные данные. Настя расписалась в соответствующей ячейке, но страж порядка не торопился нажать кнопку, чтобы турникет открылся.

– Паспорт предъявите, – потребовал он.

– У меня с собой его нет, – улыбнувшись, ответил Тим.

Только его слащавая улыбка никак не подействовала на мрачного охранника.

– Нет документа, нет прохода. У нас режимный объект, – ответил тот.

– Но вы же меня знаете? – Тим попытался пустить в ход все свое обаяние.

– Знаю, но без пропуска или документа, вы для меня человек с улицы, – хмуро произнес охранник. – А, может, вас уволили и теперь вы хотите завладеть разработками секретной лаборатории.

Тим чуть истерично не расхохотался. Какие секреты? Лет десять назад имел бы смысл охранять достижения нанолаборатории, но сейчас… Просто смешно. Академик живет «старым научным жиром», а все остальные пасутся вокруг него.

Настя в их перепалку с охранником не ввязывалась, сначала постояла рядом, а потом, отойдя немного в сторону, позвонила кому-то по телефону.

У охранника буквально следом тоже зазвонил телефон.

– Проходите, – проворчал он недовольно, еще не положив трубку, и кивнул на загоревшуюся зеленую стрелку на турникете.

– Спасибо, – хмыкнул Тим. – Я мог бы не проходить, попросить девушку забрать только ящик.

Настя уже протянула руку, но он не отдал ей инструменты.

– Ящик очень тяжелый, не для девичьих ручек, – добавил Тим, проходя в коридор.

Он нисколько не обиделся на охранника – сам в свое время настраивал камеры слежения над вахтой, а человек в будке всего лишь дословно исполнял должностную инструкцию…

Настя уверенно пошла вперед, Тим за ней. Даже не пыталась повиливать бедрами, чтобы хоть как-то завлечь его или понравиться ему. Тиму всегда казалось, что кокетство у девушек в крови. Но эта, похоже, родилась тихоней. Хотя… С охранником на вахте говорила вполне уверенно, а потом и в трубку кому-то почти приказывала, что-то требовала. Не такая уж и серая мышка, как показалось ему вначале…

Тим поставил ящик прямо у входа, вежливо и с улыбкой извинился за доставленное беспокойство.

Тася предложила чаю. Можно было бы посидеть, пообщаться с девушкой в обстановке, где она хозяйка, но Тим отказался – надо было вернуться еще в главный корпус за документами. Полтинник на маршрутку у Таси не попросил, постеснялся. Ничего с ним не случится, если налегке прогуляется по хорошей погоде еще тридцать минут, может, настроение улучшится перед походом в клуб.

Настя посмотрела на закрывшуюся за Тимофеем дверь.

Странный он какой-то. Позвонил почему-то ей, когда она работала в институте без году неделю. Неужели никого знакомого в здании больше нет? Вряд ли. Глядя на него, не скажешь, что начальник отдела – бука.

Настя села за рабочий стол и покрутила в руках визитку, оставленную Тимом в свой первый приход – та так и продолжала валяться рядом с ноутбуком.

В дверь постучали.

– Войдите! – крикнула Настя, обрадовавшись неожиданно для себя и, подскочив, чуть не кинулась к двери.

Тимофей вернулся! Чем-то этот мужчина все же ее притягивал. Такие ей раньше совершенно не нравились. Небритый блондин. Такое чувство, что крашеный. У настоящих блондинов такой густой щетины не бывает. Ей ли не знать этого достоверно: отец, и дядьки и двоюродные братья – все натуральные блондины? Да и она была такой же, пока не уехала из дома. Ей на собеседовании в университете заявили, если бы она не была блондинкой… Настя в тот же вечер перекрасилась в шатенку, если это мешает ее карьере – она никогда не цеплялась за цвет волос. Можно вообще покрасить их в любой цвет, было бы желание.

А Тим… Настя улыбнулась, приготовившись его увидеть. Высокий, сероглазый с порочностью во взгляде азиатских глаз. Скуластый. Было в нем что-то не только от тех скандинавских богов, каких изображали в фильмах, но и от китайских мастеров кун-фу – тренированный торс приятно подчеркивала облегающая трикотажная рубашка, а узкие бедра – брюки, сидевшие на нем как влитые. Терпеть не могла разношенные, потрепанные джинсы на мужчинах. Был у нее в классе подобный. Внешне очень похожий на Тимофея или Тим на него. Такой же самовлюбленный, уверенный в себе. Умный, красивый, ни отнять, ни добавить, богатый наследник с четкими планами на будущее. Одно слово – первый парень на деревне. И все только потому, что девчонки колледжа от первоклашек до учительниц западали на него. А у них в классе все были такие, но только он один блондин.

Но Настю ждало разочарование – в комнату вошел не Тим, а коллега по лаборатории. Дина, кажется. Настя провалами памяти не страдала, но запомнить тридцать имен, фамилий, а также научных степеней разом почему-то не получилось. Улыбка медленно сползла с лица.

– Когда ты собираешься проставляться? – поинтересовалась Дина прямо с порога. – Меня отправили узнать.

– Что? – не поняла ее Настя. – Как это проставляться?

Дина улыбнулась и выдавила из себя несколько негромких смешков. Смеяться девушка явно не умела.

– Выставляются всегда, когда происходят какие-нибудь важные события у человека, например, прием на работу, увольнение, уход в отпуск, рождение наследника, в конце концов, день рождения, да мало ли причин, когда хочется погрустить или порадоваться с коллегами.

– Это понятно, – кивнула Настя. – Только я плохо понимаю смысл слова «выставляться».

– Ну это совсем просто, – ответила, махнув рукой, Дина. Она прошла к столу и встала рядом с ним, так как стул в комнате был только один. А занимать «хозяйское» место Дина не решилась – не так воспитана. – Ты приносишь тортик…

– На тридцать человек один тортик? – ахнула Настя.

– Несколько тортиков, – поправилась Дина. – Если это вечер пятницы, то тебя никто не осудит, а наоборот поддержат, если, кроме тортика, на столе окажутся шампанское с селедкой.

– Что? – опешила Настя.

– Да-да, – подтвердила Дина. – Наиболее старые участники нашего тесного научно-творческого коллектива, пережившие лихие девяностые, предпочитают именно шампанское с селедкой на закуску. И никаких шоколадок, – замахала она руками.

– Тортик, шампанское и селедка? – переспросила Настя.

– Оно самое, – согласилась Дина, обрадовавшись, что новенькой не пришлось объяснять дважды.

– Завтра в пятницу после обеда, – кивнула Настя. – А где? Ко мне в комнату тридцать человек не влезут, – испугалась она. – Разве что по очереди будут заходить. Но у меня же подотчетные образцы…

– Есть у нас одно подходящее помещение, – заверила Дина. – Там мы поместимся все разом, и никто никому в затылок дышать не будет. О посуде можешь не беспокоиться – не первое мероприятие проводим. Так я объявлю, чтобы все были завтра после обеда на своих рабочих местах?

– Конечно, – покачала головой Настя.

Вот уж неожиданные непредвиденные расходы. Потом, скорее всего, придется проставляться по поводу первой зарплаты. Дожить бы до нее. И сколько покупать шампанского, а селедки?

Настя посмотрела на телефон, лихорадочно соображая, у кого можно проконсультироваться по этому поводу.

Но телефон от ее гипнотического взгляда зазвонил сам. Настя дернулась на месте и нервно схватила аппарат – на экране высветился незнакомый номер.

– Да, я, – подтвердила Настя и кивнула, когда спросили ее.

Мужской голос тоже оказался незнакомым, но очень приятным, низким, обволакивающим, который хотелось слушать и слушать. И совершенно неважны слова.

– Николай Алексеевич, – представились на том конце провода.

Настя замерла и даже дышать перестала. Сейчас репетитор назначит первое занятие в пятницу после обеда. Не хотелось бы отменять лабораторную вечеринку, но и пропускать первое занятие тоже было бы неправильно.

– Занятия начнутся со следующей недели, – произнес Николай Алексеевич. – Понедельник, среда, пятница. Главный корпус университета. Сбор в холле в шесть часов вечера. Попрошу без опозданий. По этому номеру можно связываться со мной.

Настя обрадованно выдохнула – она уже почти полюбила этого пока еще неизвестного ей мужчину, который не испортил ей ни конец недели, ни выходные.

– Хорошо, – ответила она весело.

Едва успела нажать «отбой», как телефон зазвонил снова. Теперь была подружка Катя, с которой Настя уехала из дома – одну ее дед ни за что бы не отпустил.

– Машину заправила? На автомойку заехала? – затараторила девушка без остановки.

– Ты чего? – опешила Настя. – У меня рабочий день не закончился.

– Надо все сделать сегодня, – продолжила Катя. – Завтра будет некогда.

«Завтра, на самом деле, будет некогда», – вздохнула Настя. И зачем только она согласилась отвезти Катерину в какой-то загородный клуб? Какая дурочка, но афиши обещали невероятно улетное развлечение.

Настя покрутила в руках телефон и набрала номер академика, все равно больше спрашивать про шампанское и селедку было не у кого. А в магазин, как ни крути, заехать надо было край сегодня после заправки и автомойки.

– Борис Леонидович! – почти прокричала Настя в трубку, не понимая истеричного смеха своего начальника. – Так сколько брать-то? Из какого расчета?

– Не бери в голову, – просмеявшись, ответил ей академик. – Я распоряжусь. На сколько застолье назначено?

– На четыре, – обреченно ответила Настя. Она уже в сотый раз пожалела, что позвонила Борису Леонидовичу, но обратного пути уже не было.

А, может, оно и правильно – академик опытнее, ему виднее, сколько шампанского смогут выпить его сотрудники и сожрать селедки. Тортики, так и быть, она купит – речи про них не шло…

Тая дернула ручку двери один раз, второй.

– Что за черт? – громко выругалась она на весь коридор.

Павел предупредил, что клиент тот еще упырь, но если она постарается, то двушка в центре ей обеспечена за хорошую работу.

А какая тут работа, если клиент бегает от нее? Похоже, придется поупираться за квартирку – не все оказалось так просто. Павел сказал, что и делать-то ничего не придется – поувиваться немного за мужчинкой… А тот оказался ничего так себе, приятный. С одной стороны, с таким приятно встречаться, но, с другой стороны, рядом с ним такие фифы крутятся. Потом замуж сходить без взаимных обязательств, изобразить беременность, пока суррогатная мамашка будет вынашивать их с клиентом дитятю. А после развода – квартирка и свобода. Можно не двушку попросить, а однушку, а остальное взять деньгами. Зачем ей, одинокой, незамужней, большая квартира? А деньги никогда лишними не бывают, на какое-то время их хватит.

Тая постучала кружкой по руке… И куда Тим сбежал, спрашивается? Рабочий день еще не закончен. Она обернулась и, можно сказать, почти вовремя – в коридор вывалилась шумная компания. Видимо, собрались отправиться на перекур. Дернув нервно плечами, Тая продефилировала мимо мужчин, покачиваясь на высоченных шпильках, и скрылась в дамской комнате, будто бы и шла именно туда – кружку помыть после чая или кофе.

– Хороша, стерва, – донеслось ей вслед. – А что если…

Вот «что если» она уже не расслышала – доводчик закрыл за Таей дверь. А любопытно было все же узнать, о чем сплетничали научные сотрудники в свободное от открытий время. Пойти с ними, что ли, на перекур?

Тая покуривала, но тщательно от всех эту свою слабость скрывала. Но сейчас можно схватиться и за сигарету. Бросив в раковину злосчастную кружку, она помчалась в комнату, где в сумочке лежала початая пачка.

– Угостите даму спичкой, – перекрывая мужской смех, громко попросила Тая, выплывая из коридора на лестницу.

В импровизированной курилке мгновенно стало тихо – все перестали смеяться и повернулись в сторону девушки. Но никто не поспешил поднести огонек к ее тонкой сигарете.

Тая поиграла глазами. Но опять никакой реакции… Повторять предложение было по большому счету глупо. Развернуться и уйти – не менее глупо. Но как выйти из создавшегося положения, она не представляла.

– Думала, начальник с вами, – произнесла она виновато.

– А Тимофей не курит, – нарушил молчание чей-то голос.

– Скажите, что еще не пьет, – хмыкнула Тая.

Стоявший рядом с ней мужчина чиркнул дешевенькой газовой зажигалкой и поднес к лицу девушки, но курить Тае уже расхотелось. Она дернула головой и, тряхнув волосами, резко отстранилась.

– Ну-ну, осторожнее. Прическу не попорти. Тогда я тоже не буду курить, – добавила она. – Пойду еще где-нибудь поищу его.

– Не найдешь, – произнес еще один мужчина. – Видел, как он выбегал из института с синим ящиком в руках.

– Ну, тогда он ушел в другой корпус, а это надолго, – произнес тот что с зажигалкой. – А я не смогу твоего начальника заменить? – спросил он с кривой ухмылкой.

Тая гневно поджала губы – все же сбежал, гад позорный. И тут ей словно шлея под хвост попала – Павел далеко, Тима нет и не будет до завтра, когда она опять сможет за ним увиваться хвостиком. Ее работодатель строго-настрого запретил преследовать объект, если тот будет по каким-то причинам сопротивляться. Все должно быть естественно. Заменят ее, если не справится с заданием.

– А почему нет? – повела бровями Тая и игриво подмигнула. Неловкость прошла, теперь она ощущала себя в своей тарелке. – Тим, – она специально назвала его уничижительно-пренебрежительно, – обещал сводить меня в клуб.

Тая назвала первое название, что пришло на ум, не задумываясь ни о его элитарности, ни о ценнике, ни о среднем чеке.

Все мужчины, что находились в курилке, присвистнули. Тая поняла, что попала в точку и теперь навязчивый кавалер либо отстанет, либо она прекрасно и без Тима проведет вечер.

– Удивительное рядом… А мы ненароком подумали Тимофей Ильич другой окраски, – произнес кто-то многозначительно.

Тая резко повернулась на голос, но, кто это был, не поняла. Плохо, если так сплетничают о ее клиенте. Надо обязательно поставить работодателя в известность, пусть проверит по своим каналам. Неспроста же Тимофей собирался заводить ребенка не естественным путем, а через суррогатную мать.

– Так мы идем сегодня вечером в клуб или нет? – спросила Тая, обратившись к своему «кавалеру».

И теперь неважно, что он ответит – зато она сможет покинуть эту мужскую тусовку без всяких для себя последствий.

– Конечно, идем, – хмыкнув, ответил мужчина. – Место и время, откуда тебя забрать, – он сделал паузу, – Тая.

Имя было произнесено довольно громко и с интонацией, которая совершенно не понравилась девушке. На что-то это кавалер намекал? Никакой близости после клуба не будет – это она знала точно. Установка такая от ее работодателя. Клиент не должен усомниться в ее порядочности. Ей даже сделали гименопластику, не сегодня, и даже не вчера, и берегли для особого случая. Как знать, как знать, может, Тим и оказался тем особым случаем.

– Я пошутила, – ответила Тая, неожиданно утратив веселость.

– Зато я не шучу.

Мужчина схватил ее за руку и привлек к себе.

– Так как насчет клуба? – спросил он и тоже поиграл глазами.

– Леха, прекрати.

Один из мужчин похлопал его по плечу, другой попытался разжать пальцы, сомкнутые на запястье девушки.

– Пошутили и будет.

Но Леха не собирался отступать.

– Мне понравилась девушка, и я приглашаю ее в клуб. Что в этом плохого? – спросил он.

– С одним условием, – неожиданно согласилась Тая, только чтобы ее отпустили.

– И какое же это условие? – спросил Леха.

– После клуба ничего не будет…

Тая говорила, больше обращаясь к свидетелям, чем к своему кавалеру.

– А ты хотела бы? – рассмеялся Леха. Искренне и звонко.

Тая пожала плечами. Если бы не работа, она бы не отказалась, но работодатель ей указывал все, в том числе, с кем и как часто. А мужчина вполне даже ничего. Ничем не хуже того же самого Тима. Даже несколько покрепче него выглядит. И сколько силы в хватке. Правда, не особо поймешь, что скрывали бесформенные джинсы, потрепанная футболка и драная безрукавка поверх нее. И почему все ученые так ходят?

– Нет, – отрезала Тая.

– Тогда я буду ухаживать за тобой столько, сколько понадобится, – мягко ответил Леха, отпуская руку девушки, – пока не пригласишь к себе или не согласишься пойти ко мне. Так как? Откуда и во сколько?

«Соглашайся, дуреха», – бухало сердце. «У тебя есть работа и она никак не связана с этим мужчиной», – взывал разум.

Тая назвала время и место.

Что же, она посмотрит, насколько окажется щедрым ее новый «воздыхатель». Не получится с Тимом, она обязательно переключит свое внимание на темноволосого и кареглазого Алексея. Такие ей нравились. Веселый, нахальный, высокий. Тая тоже очень высокая, но сейчас даже на шпильках смотрела глаза в глаза Лехе. А, может, тот все же Леонид? Их тоже Лехами иногда называли.

Глава 4

Ольга краем глаза проследила, как ненавистная соперница схватила первую попавшуюся кружку для чая, даже не потрудившись удостовериться чистая та или нет, и выскочила в коридор.

– Дура, – фыркнула ей вслед, нисколько не заботясь, что Тая может ее услышать. Ну и пусть, она сказала, как есть. Дура и есть дура.

Ольга тоже слышала аромат кофе, но бежать за ним к начальнику не собиралась. Во-первых, это бесполезно, не только их отдел или второй этаж знал, это было известно всему институту, что Тим может налить кофе разве только директору и то при условии, что тот попросит лично. А, во-вторых, начальник запирался, когда пил свой кофе, и никому не открывал двери. Хоть потоп или пожар. Все прекрасно были осведомлены об этом.

– А эта дуреха понеслась, – фыркнула Ольга, разговаривая сама с собой. В комнате все равно никого не было – специалисты-компьютерщики разошлись по заявкам, а остальные слонялись неизвестно где.

Как бы ей хотелось увидеть лицо Таи, долбящейся безрезультатно в двери к начальнику. Но только гордость не позволяла выглянуть в коридор. А вдруг та ее случайно заметила бы?

Она весь день с раннего утра злилась на новенькую и вкупе с ней на начальницу отдела кадров. Ольга так надеялась, что именно ее позовут восстанавливать базу данных, но, как оказалось, обошлись без нее. Более того, именно данные Таи оказались почему-то запаролены. Бред какой-то. И теперь вообще никак не узнать, откуда та появилась у них в институте.

Ольга швырнула ни в чем не повинную авторучку, кончик которой грызла, и принялась ждать возвращения несолоно хлебавшей соперницы. Та вернулась довольно быстро, нисколько не разочаровав Ольгу, но без кружки и лишь для того, чтобы схватить нечто из сумки. И снова выскочила из комнаты.

Не выдержав на этот раз, Ольга выглянула в коридор – Тая мчалась, покачиваясь на шпильках, в сторону импровизированной курилки, организованной на пожарной лестнице между вторым и третьим этажами. Стараясь оставаться незамеченной, Ольга покралась следом, готовая юркнуть в первую попавшуюся незакрытую дверь, только чтобы Тая ее не увидела. Но сопернице было не до нее.

Ольга без проблем добралась до двери на лестницу, прислушалась – смех и разговоры доносились из курилки. Но разобрать слова из-за двери было невозможно. Оставалось только незаметно подобраться к компании. Ольга проскользнула за дверь на лестницу, пока еще кому-нибудь не захотелось «отравиться ядовитым дымом». Не так давно она и сама курила и, прося у кого-нибудь сигаретку, всегда произносила: «Не будет чем отравиться». А давая, наоборот говорила: «Травитесь на здоровье».

Ольга спустилась на пролет вниз и снова прислушалась. Так есть, Тая кокетничала с сотрудниками восьмой лаборатории… Ольга узнала мужчин по голосам. Они там все ничего, но один ей очень нравился, после Тима номер два естественно. Но похоже, Тая и на него глаз положила. Ну уж нет! Ольга захотела подняться по лестнице, но в последнюю секунду передумала – пусть Тая и дальше соблазняет Леху. Ведь ей это только на руку. А Ольга проследит за парочкой, а потом донесет Тиму при случае. И… она улыбнулась своим мыслям. Зачем Тимофею подружка, которая крутит с другими? Только так, а не иначе, удаляются соперницы.

Ольга даже выдавила из себя несколько негромких смешков…

Клуб, правда, несколько дороговат, в который собралась Тая с Лехой. Но она может себе позволить посетить и такое заведение. Продолжая улыбаться, Ольга спустилась по пожарной лестнице на первый этаж, чтобы вернуться по главной. Недолго задержится у них в отделе эта кикимора болотная – она сделает все, чтобы как можно скорее избавиться от Таи.

***

Настя долго выбирала заправку по интернету. Ехать, пусть и за обычным бензином абы куда, она не собиралась, просто искала принадлежавшую ее отцу и одновременно ближайшую к институту. Еще и желательно с автомойкой рядом. Катька на дух не переносила пыль в салоне – у нее, видите ли, аллергия. И как она в такси ездила?

Заправка «Янтарь» нашлась на федеральной трассе. Настя приготовила скидочную карту и десять рублей чаевых для человека в робе. И уже собралась покинуть комнату, как телефон зазвонил еще раз.

Катя закричала в трубку сразу.

– Ты представляешь? – истошно завопила она. – Представление в клубе не завтра, а сегодня.

– И что? – спокойно спросила Настя. Она не понимала нервозности подруги. Ну, приедут не к началу, а чуточку позже. Ничего страшного. Это же не концерт в филармонии. – Раньше я все равно не могла уйти с работы. Как освобожусь, сразу за тобой заеду. Надеюсь, ты столик все же заказала? А не на завтра отложила заявку?

– Заказала, – немного успокоилась Катя. – Не столик, а вип-ложу.

Настя закатила глаза. Заказала, пусть сама и платит – у нее нет таких денег.

– Катька, – все же сказала Настя. – Ты как-нибудь бы соизмеряла свои желания с нашими возможностями.

– Что? – переспросила девушка.

– Для меня теперь это очень дорого, – уточнила Настя. – Я уже не та принцесса. Как бы перед зарплатой из-за того, что ты транжиришь по привычке, нам не пришлось перейти на хлеб и воду.

– Ничего страшного, – хохотнула в трубку Катя. – Немного похудеть, сидя на такой своеобразной диете, нам не помешает.

Ей хорошо рассуждать, неожиданно для себя обиделась Настя. Катьку родители денежного довольствия не лишали. А у нее сейчас будет лишь зарплата лаборантки и все – больше никаких доходов. Правда, и траты тоже сведены к минимуму. Бензин и тот на папиной заправке будет оплачиваться не ей самой, а родителем. Папенька специально сделал ей такую карту, чтобы легко контролировать, скажем так, перемещения в пространстве своей дочери вместе с машиной. А за съемную квартиру Катькин родитель, весьма тоже небедный, заплатит. И все только потому, что он доверял серьезной и рассудительной Насте, подруге ее взбалмошной дочери. Из-за определенных свойств ее характера родители Катьке даже машину не покупали, несмотря на то что права у нее были. Опасались, что та въедет в кого-нибудь на первом же перекрестке или вляпается в какую-нибудь неприятную историю. Насте постоянно приходилось одергивать Катю. Особенно ей было неприятно, когда та строила рожи водителям или пассажирам, сидящих в проезжающих мимо них машинах, или показывала им средний палец. Совсем еще ребенок, право слово, а не взрослая девушка и студентка университета. Катьке повезло, позавидовала ей Настя. Хотя почему повезло, Катя всегда училась очень хорошо – школу окончила с медалью и ЕГЭ, в отличие от нее, Насти, сдала блестяще.

А она почему-то решила, что принцессе, как ее величали в классе, дозволено все. А оказалось не все и далеко не все, а она маленькая глупая девочка без единого злотого в кармане, как любил повторять дедушка, а еще обзывал ее «селом», когда у Насти что-то не получалось. Село и есть, провинциалка. Даже путный деловой костюм самостоятельно выбрать не смогла. Купила дешевку. А в итоге юбка мнется, на спине пиджака тоже складки появлялись к концу рабочего дня. Настя разражено повела плечами. Уже два вечера подряд отглаживала и отпаривала костюм, а вечером он опять выглядел, как из секонд-хенда. Но в тех платьях, что Настя привезла с собой из дома можно разве что в клуб пойти, но никак не на работу. Занять у Катьки, что ли, денег на покупку нормального костюма? И как сейчас в ее положении должен выглядеть нормальный костюм…

Настя подала червонец улыбающемуся заправщику. Хорошо, пусть улыбается. Она не терпела мрачные лица и плохо выполняемую работу. Всегда отцу докладывала, как ее обслужили. Могла бы этого и не делать, но либо он, либо дед всегда все равно спрашивали. Настя у них типа инспектором была.

На автомойке посетителей было мало, и ее Пыжик сразу загнали в бокс.

– Помыть, пропылесосить, – сказала Настя молоденькой приемщице.

Она отметила про себя, что та строила глазки работнику за ее спиной, который пришел забрать машину, или подавала ему сигналы, но оборачиваться не стала.

Со стойки взяла несколько потрепанных журналов – все равно делать было нечего, и направилась к диванчику для посетителей. Настя подняла взгляд как раз в тот момент, когда приемщица снова кивнула на плазму, висевшую на противоположной стене. Настя инстинктивно тоже глянула, куда указывала приемщица, и обомлела – на экране была она. Дед, она еще со светлым цветом волос и отец, который что-то вещал без звука.

– Говорю же, – донесся до Насти громкий шепот приемщицы, – это она, дочка хозяина. Или девчонка на нее сильно похожа. В любом случае сделай все в лучшем виде. Таких совпадений не бывает – и похожа, и фамилия совпадают.

Настя улыбнулась сначала парню, потом девушке и, пожав плечами, произнесла, чтобы те ее услышали: – Да, это я. Но это не значит, что только мне вы должны оказывать услуги в лучшем виде. Для вас каждый клиент должен быть дочкой, сыном или самим хозяином. Более того, теперь я стану наведываться к вам часто. И позаботьтесь, чтобы журналы были к следующему моему приходу не такими потрепанными.

– Чай, кофе, минералка, – произнесла растеряно приемщица. – У нас все есть, и кулер работает.

– Зеленый чай, пожалуйста, – ответила Настя, пересаживаясь ближе к журнальному столику. Теперь она была уверена, что машину не только отлично вымоют и почистят, но и очень быстро – Катька будет довольна…

– Ты уже приехала?

Полуголая Катька из кухни прошмыгнула в комнату. Они снимали двушку, и каждая из них обитала в своей комнате, не мешая друг другу – только у Катьки была большая спальня, а у Насти маленькая десятиметровка. Но это уже было неважно.

– Я-то приехала, – недовольно отозвалась Настя, – а вот ты, вижу, еще не одета.

Она разулась и уже собралась поставить босоножки на обувную полку, но замерла с ними в руках – на ее месте стояли мужские «плетенки».

«Кто это еще?» – опешила Настя.

Она решительно подошла к Катиной комнате и громко постучала в стеклянную дверь. Можно, конечно, нагло заглянуть за дверь, чтобы увидеть паренька, которого привела подруга. Но Настя опасалась, что тот тоже не одет.

– Я надеюсь, – прокричала Настя, – что вы занимались защищенным сексом. И очень хочу увидеть использованный презерватив.

– Что ты себе позволяешь?

Из-за двери высунулось красное от смущения Катькино лицо.

– Скажи еще, что вы с молодым человеком занимались матанализом? – спокойно произнесла Настя, но тут же пошла вразнос. – Молодой человек, как вас, Гоша?

– Гриша, – поправила ее Катя.

«Почти угадала», – хмыкнула Настя.

– Вы хоть в курсе, что вашей подружке еще нет полных восемнадцати лет? Она еще ребенок. И ее папа может вас привлечь за растление несовершеннолетних…

– Что ты несешь? – распахнув настежь дверь, из комнаты выскочила пунцовая от гнева Катька.

Настя прекрасно знала, что подруге еще в апреле стукнуло восемнадцать, и она всегда гордо предъявляла водительское удостоверение, когда покупала алкоголь или сигареты. Но именно этого Настя и добивалась – выманить Катьку из комнаты, чтобы взглянуть на прыщавого юнца, которого та привела. Так и было – молодому человеку самому, похоже, едва стукнуло восемнадцать. Гормон играл не только у Кати, но и у него.

– Гриша сейчас уйдет, оставив нас двоих, – невозмутимо произнесла Настя, совершенно никак не прореагировав на метания подруги, которая, похоже, мечтала вцепиться ей в прическу. – У нас совершенно нет времени.

Она не могла позволить, чтобы Катя тратила папины деньги не только на нее, но и нежного вьюноша, который красный от стыда и смущения, как и его недавняя подружка, судорожно натягивал на худосочное тело футболку и джинсы…

Катя все же вцепилась в Настю, но не в волосы, а в плечо, с силой сжав ткань пиджака.

– Пусти, – попросила Настя. – Мне надо переодеться для похода в клуб. – Она окинула многозначительным взглядом подругу. – Да и тебе не мешало бы переодеться и причесаться.

– Я тебя придушу, – незлобно прошипела Катька. – Зачем ты так?

– Не хочу потом оправдываться перед твоими родителями, что недосмотрела за тобой, – ответила Настя и улыбнулась. – И все же я надеюсь, что Гриша был в презервативе.

Катя кивнула и, отпустив Настю, разгладила пальцами пиджак на плече.

– Собираемся? – спросила она, словно ничего не произошло. – У нас есть шанс почти не опоздать на начало шоу…

Настя распахнула шкаф в своей комнате и принялась перебирать одно за другим вечерние платья, которые зачем-то захватила с собой из дома. Это новые, которые она еще ни на одно мероприятие не надевала. Они в определенном смысле уникальны – их сшила изумительная мастерица. Ей было достаточно взглянуть только на образец, как следом она реализовывала уже платье для Насти. Когда-то эта же портниха обшивала и ее мать.

Какое выбрать? Длинное с блестками в пол, или короткое? Темное или светлое?

– Я оделась!

Из созерцания платьев Настю вывел радостный Катькин возглас. Она встрепенулась и выглянула в коридор – Катерина облачилась в кроваво-красное обтягивающее платье. В нем она выглядела гораздо старше своих восемнадцати.

Настя тут же вернулась к шкафу и вынула зеленое с блестками – нельзя допустить, чтобы рядом с Катькой она смотрелась блеклой молью или бедной родственницей. А светлое платье потерялось бы рядом с таким ярким цветовым пятном, и Настю никто бы не заметил. Впрочем, она не стремилась к этому, но привычка осталась.

От клатча придется отказаться – ничего подходящего у Насти не было. Что поделать, из дома все не забрать? А вот туфли к платью у нее были. Правда, папе не нравились босоножки с прозрачными светящимися зеленым каблуками. Но здесь его не было, и можно смело надевать, что хотелось…

Клуб встретил девушек фейерверком огней, музыкой, грохотавшей прямо снаружи, толпой на входе и потоком машин.

Когда-то супер-пупер популярный и невообразимо дорогой клуб располагался в самом центре города. Хозяину постоянно приходилось платить штрафы за шум и за нарушения общественного порядка посетителями клуба. Но несколько лет назад он выкупил почти заброшенный санаторий в сосновом бору, модернизировал его и превратил в загородный клуб с обширной охраняемой парковкой, чего не мог позволить себе в центре города, парком такси, службой водителей, которые перегоняли автомобили гостей куда потребуется, а главное, с дорогим отелем для подгулявших посетителей.

Настя высадила Катю перед входом, а сама проехала на парковку. Дома просто передала бы ключи от машины услужливому охраннику, тот выдал бы ей жетон, а сам позаботился о машине посетительницы, но здешних правил она не знала…

– Девочки!

Чуть не сбив с ног Настю с Катей, к ним подлетела незнакомая девушка, буквально перехватив на входе.

– У вас нет лишнего билетика? – поинтересовалась она.

– Это же не кинотеатр, – удивилась Катька. – Здесь, насколько мне известно, заказывают столики.

– Может, у вас есть свободное место за столиком? – спросила девушка и молитвенно сложила руки на пышной груди. – Мне очень надо туда попасть.

Настя молча окинула просительницу презрительным взглядом, но та в густых сумерках, скорее всего, этого не заметила. Туфли на ней дрянь. Это Насте привозили обувь из-за границы. После песни Шнура потребовала себе лабутены. Но сейчас носить их особо было некуда, но дома до лучших времен оставить все равно не решилась, притащила с собой. Правда, облегающий костюм девушки стоил недешево и сидел на ней отменно. Этот аргумент оказался в ее пользу. Можно и доставить радость человеку, если согласится оплатить часть стоимости вип-ложи.

– Может, не надо? – одними губами спросила Катька.

– Надо, – ответила ей Настя также тихо. Ей показалось, то девушку она встречала в институте, не могла обознаться, а свои люди везде пригодятся. К тому же им с Катькой это ничего не стоило, а вот просительнице придется заплатить, и немало. – У нас вип-ложа, – сказала Настя. – Готовы заплатить треть?

– Без проблем, – пожав плечами, ответила девушка. – Ольга, – представилась она…

Молчаливый администратор проводил девушек на второй этаж, открыл магнитным ключом дверь, впуская их в небольшое уютное помещение с балконом, а затем передал ключ им.

– Смотри-ка! – ахнула Катька. – Сцена и танцпол как на ладони.

Она отошла от балкона и с размаху плюхнулась на диван.

– Красотища! И отсюда все видно.

– Я никогда не была здесь, – с восторгом произнесла Ольга, озираясь по сторонам. Ей тоже понравилось – видно все, что творилось внизу. Она даже успела разглядеть ненавистную Таю, что извивалась в танце с Лехой.

– Мы тоже, – честно призналась Настя. К чему лукавить? Ничего нет страшного признаться в том, что две молодые особы впервые пришли в дорогостоящий клуб.

В дверь ложи постучались – троица синхронно обернулась. Кому они понадобились?

На пороге возник официант в строгом черном костюме с манишкой. Он мило улыбнулся и положил на столик меню – несколько листов рисовой бумаги между деревянными обложками.

– Меня зовут Дима, – произнес он со все той же улыбкой на губах. – Как будете готовы сделать заказ, я к вашим услугам, для этого нажмите кнопку под столешницей.

И он показал, где та находилась.

– Спасибо, Дима, – за всех ответила Настя. – Для начала принесите минеральной воды и три бокала.

Она не сомневалась, что официант выберет самую дорогую минералку, какая окажется в баре. Можно было даже не добавлять слова «французской» или «дорогой».

А когда Дима уйдет, они, конечно, же изучат меню. Без коктейлей не обойтись, их придется заказать, но ей можно только молочный – она за рулем.

– Я пойду, потанцую, – смущенно произнесла Ольга.

Она взглянула на ценник, и ей сразу расхотелось что-либо заказывать в этом клубе.

– Надо заказать, – строго сказала Настя, буквально схватив девушку за руку, – хотя бы молочный коктейль. Сделаем вид, что вы тоже за рулем.

Ольга кивнула – пришла в клуб с этими яркими девчонками, теперь приходилось им, точнее, одной из них подчиняться.

– Закажите молочный коктейль, – согласилась она. – А я все же схожу на танцпол.

И попятившись, Ольга исчезла за дверью.

– В клубах алкоголь, пот, беспорядочные половые связи, экстази, – многозначительно заметила Настя и плюхнулась на диван рядом с подругой. – Как ты думаешь, она на самом деле пошла потанцевать?

Катя вяло пожала плечами. В чем-то Настя, предпочитавшая походы и отдых на природе, была права, но она любила клубное безудержное веселье.

– В походах будто лучше, – проворчала Катерина незлобно, – к дешевому бухлу и тем же самым потным пьяным парням, которые пристают, задирают юбку или стаскивают джинсы точно так же, как в клубах, добавляются еще комары, мошки, отсутствие удобств и вонь от костра.

Настя спорить не стала – они пришли сюда не для этого. Подискутировать можно и дома.

– А танцует наша новая знакомая или нет, можно посмотреть и из ложи.

Катя рывком поднялась, поправила юбку и подошла к балкону.

– Смотри-ка, танцует, – хмыкнула она. – И титьки ей не мешают. Двигается она неплохо.

Настя ничего не ответила, она даже оценивать танцевальные способности девушки не станет – подруге видней, та долго занималась танцами и балетом. Стала почти профессиональной танцовщицей. Вот если бы Ольга стала петь, она смогла бы оценить ее вокальные данные – все же музыкальная школа за плечами, именно по классу вокала. Многие думали, что Настя продолжит карьеру певицы, но отец наотрез отказался оплачивать ее обучение в Гнесинке. А она смогла бы пополнить ряды певичек в отечественном шоу-бизнесе – и внешние данные, и голос позволяли.

– Какой самчик! – радостно воскликнула Катька. – Пойду-ка и я потанцую.

– Не пей напитки, которые будут предлагать незнакомые парни и не обнимайся с ними, – напутствовала ее Настя.

Пусть идет. А ей улыбчивый официант Дима понравился. Она вызовет его и некоторое время отпускать не будет…

***

Ольга хотела не столько потанцевать, сколько проследить за Таей, пока та куда-нибудь не утащила Леху с танцпола. Да и не помешало бы узнать, за каким столиком они обосновались.

– Девушка, потанцуем? – ее со спины обнял мужчина.

Ольга дернулась в кольце рук и уже собралась позвать охрану – не переносила, когда к ней приставали, но какие-то знакомые интонации послышались в голосе и не позволили устроить скандал.

– Потанцуем, – зло ответила она, только чтобы отпустили. – Ты… Вы…

Ольга чуть не захлебнулась воздухом от возмущения – наглецом оказался ее начальник.

– Потанцуем, – сразу сменила она гнев на милость и сбавила тон.

– Ты одна? – спросил Тим, – увлекая ее в круг танцующих.

– Не совсем, – ответила Ольга. – Я с девушками – Катей и Тасей. У нас на троих вип-ложа.

– А я в своей вип-ложе один, – улыбнулся Тим. – Подружка задерживается. Можно поделиться – два на два.

– Подружка? – резко остановилась Ольга. – Но я видела ее здесь совсем недавно с другим мужчиной.

– Раечка с другим? – ошарашенно переспросил Тим. Вот это новость. Но откуда Ольга знакома с его подружкой.

– Какая еще Раечка? – фыркнула Ольга. – Тая. Наша новенькая.

– Тьфу ты, – чертыхнулся Тим. – Чуть не напугала. Да плевать я хотел на эту Таю. Не сдалась она мне ни разу. Пусть ходит, с кем хочет.

– Правда?

Ольга даже не пыталась скрыть своей радости. Значит, Тая ей не соперница. Действительно, пусть ходит с Лехой – ей тоже нет до ни них никакого дела. Тем более какая-то Раечка не явилась в клуб, а она здесь и Тим с ней танцует.

– Не помешаю?

Ольга чуть не выругалась вслух – грязно и громко. Ну кто, спрашивается, звал ее новую знакомую Катю. Она так приятно общалась в танце со своим начальником. Может, ожидалось бы приятное дальнейшее продолжение, а тут эта нимфетка откуда-то появилась.

– Кто вы, прекрасное дитя? – Тимофей мгновенно переключил свое внимание на присоединившуюся к ним в танце незнакомую девушку.

– Это Катя, – зло произнесла Ольга. Она готова была придушить девушку на глазах у всего клуба.

– Катя…

Тим протянул ей руки.

– А не выпить ли нам что-нибудь несколько крепче воды? – спросил он у нее, совершенно забыв, что рядом с ним продолжала извиваться в танце Ольга.

– А почему нет? – игриво отозвалась Катя.

Предложение не расходилось с ее желанием, и Ольга, как оказалось, не помеха.

– В следующий раз, девочка.

Катю от понравившегося ей мужчины нагло оттерла рыжая невысокая толстушка.

– Ну, наконец-то, – совершенно не удивился Тим. Казалось, он даже обрадовался ее внезапному появлению. – Раечка, познакомься.

– В следующий раз, – твердо повторила она. – Скоро шоу начнется, – произнесла она тут же слащаво и прижалась к Тиму. – А не подняться нам в ложу?

– И мы пойдем в свою ложу, – потянула Ольга Катю за руку. Мол, и мы не лыком шиты – тоже вип-гости, а не тяп-ляп. – Выпьем по коктейлю.

Вот только ей не коктейля хотелось, а напиться до потери пульса.

– Пойдем, – вздохнув, согласилась Катя. Эх, такого самчика уводят. Она и забыла про того, ради которого кинулась на танцпол. Этот, с которым танцевала их новая знакомая, оказался вблизи гораздо интереснее. Как там в песне у Максимова – «не дай ему уйти». Но цапаться с рыжей мегерой совершенно не хотелось.

– Ты его знаешь? – спросила Катя, глядя в спину Тиму.

– Еще бы, – вздохнула Ольга. – Он мой начальник.

– И где мы работаем?

– Пойдем, – потянула Ольга ее недовольно. – Шоу должно продолжаться. В институте в отделе вычислительных систем.

– Вот оно как! – прошептала Катя.

Казалось бы, ряд случайных встреч и знакомств, но как говорил известный черепах в ее любимом мультике: «Случайности не случайны». Она разыщет этого Тима, а Тася ей поможет.

Глава 5

Тим неспешно одевался, порой бросая раздраженные взгляды на Раечку. Та продолжала лежать обнаженной на постели и вставать не торопилась. Впрочем, пусть лежит, если хочет – Тим ни уговаривать ее, ни торопить не собирался. Гостиничный номер все равно снят до утра. Хочет, вообще пусть ночует здесь. Он был до невозможности сердит на Раечку – весь кайф обломала, мало того, что опоздала, так еще и удовольствие с ней получилось какое-то сомнительное. Тим уже представил, как он с Катенькой завалится куда-нибудь. Пусть даже в ту же гостиницу. Ему всегда нравились такие девушки – уже не девочки, но еще и не женщины.

– Как ты думаешь, – подала голос Раечка, – может…

Тим недовольно поморщился – он слышать не мог от своих подружек, когда те пытались выяснить, что в их внешности или фигуре ему не нравилось, а потом раскрутить его на деньги. Если ему переставала нравиться та или иная девушка, он безжалостно, а порой и беспардонно с ней расставался, даже не удосуживаясь объяснять причину. Разонравилась и все.

Похоже, и с Раечкой пришла пора расстаться.

Тим вытащил купюру из бумажника и кинул ее на прикроватную тумбу.

– И это все? – ошалело уставилась Раечка на деньги. – Но я просила совсем другую сумму.

– Вообще-то я не таскаю таких денег с собой по карманам, – фыркнул Тим. – А это тебе на такси. Да и твой номер из телефонной книжки я вычеркиваю.

– Что? – слегка опешила Раечка.

– Говорю открытым текстом…

Тим отошел от кровати подальше, ближе к двери. Он с трудом мог представить, как прореагирует обиженная женщина. А если вдруг захочет ему фейс расцарапать? Надо подготовить пути к отступлению.

– Ты мне надоела, – произнес он отчетливо. – Всегда опаздываешь, мне нравятся пунктуальные. Постоянно чем-то недовольна, мне нравятся терпеливые. А за последнее время ты набрала килограммов семь лишнего веса, мне нравятся худышки. И денег на увеличение титек я не дам, мне нравится девичья грудь, а не вымя.

– Что? – взвизгнула Раечка и – откуда только прыть взялась? – выскочила из постели и метнулась к Тиму, выставив перед собой руки с ногтями, словно дикая кошка.

Но Тим предвидел такое развитие событий после сказанных слов и сразу же исчез за дверью. Вряд ли девушка голой выскочит в коридор…

Он прошелся пару кварталов по ночной улице и, остановившись возле ярко-освещенного бутика, вызвал такси.

– Катечка, – прошептал он ласково, – как же мне тебя разыскать?

Девушка сильно запала ему в душу. Он был завсегдатаем клуба, но там на танцполе встретил ее впервые.

Тим резко остановился и хлопнул себя по лбу. Точно! Девушка же была с Ольгой.

– Оленька, – улыбнулся он, – ты мне поможешь. Я знаю.

Что он к своей сотруднице, которая неровно дышит в его сторону, подхода не найдет? Можно и в постели разговор завести, каким это образом ее занесло в этот клуб, да еще и в компании с такой приятной девушкой. Не сахарный не рассыплется, от него не убудет. Девушки ведь явно были вместе, ну или, по крайней мере, знакомы.

Знакомый «Мерседес» на пустынной улице Тим заметил издалека, и водитель за рулем оказался прежним.

– От подружки, что ль, сбежал? – спросил он, не глядя в сторону пассажира.

– Что, так заметно? – усмехнулся Тим.

– Пиджак неправильно застегнут, – хмыкнул водитель в ответ. – Пуговиц всего три, но и их ты неправильно застегнул.

– Задрали все, – незлобно отозвался Тим. – Хочется большой и чистой любви, а ее нет.

– Купи слона и вымой, – посоветовал водитель. – Говорят помогает. А если серьезно, что случилось?

– Длинная история, – отмахнулся Тим. – А путь у нас короткий. Не успеть все рассказать.

Не нравились ему такие приставучие и разговорчивые водилы, не собирался он перед ним душу раскрывать, а условие деда обсуждать с кем попало и подавно. Но хамить владельцу «Мерседеса», который по каким-то причинам зарабатывал элитарным извозом не хотелось.

– Дед хочет, чтобы я женился, – все же ответил Тим. С одной стороны, он сказал достаточно много, а с другой стороны, не сообщил ничего важного.

– Так и мой дед хочет того же самого, – рассмеялся водитель. – Только я из этого проблемы не делаю. Правда, теперь приходится возить дорогие задницы… Простите.

– Ничего страшного, – улыбнулся Тим. – Я, действительно, дорогой и к тому же порядочная задница.

– Ну да, ну да, – смущенно покачал головой водитель. – А вы критически относитесь к себе.

– Да где там! – махнул рукой Тим. – Я себя люблю, но любил бы еще больше…

Он прикусил язык, чуть не проговорившись, что когда стал бы богаче. Что ни говори, но ограничивать себя в тратах и постоянно зависеть от деда начинало раздражать…

Тим отдал водителю тысячную купюру и вышел из автомобиля, остановившегося перед шлагбаумом. Он никогда не требовал довозить его до подъезда. Шифровался. Даже когда был сильно пьян, все равно всегда выходил перед шлагбаумом. Во-первых, был уверен, что таксист следил за ним, когда, пошатываясь, он шел по прямой дорожке к дому, а потом сворачивал за угол. В какой входил подъезд, водители видеть не могли – для этого им надо было идти за ним следом. За все время, пока Тим жил в этом доме, ни один не рискнул проследить его. Элитарное такси, что ни говори…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.