Мария Махоша
Баллада о Розафе

Предисловие автора.

 Есть на Балканском полуострове уголок заповедной земли, который бережно охраняют сразу несколько государств. Озеро Шкодер, миллионы лет назад отделившееся от Адриатического моря, – один из самых чудесных уголков нашей планеты. На западе и юго-западе к водоёму подступают невысокие, покрытые лесом горы, защищающие его от ветров, на востоке – живописные болота с белыми кувшинками и водяными каштанами, благодатные для своих обитателей: черепах, змей, ящериц и выдр. Климат там столь приветлив, что озеро стало пристанищем для сотен видов птиц и рыб, которых привлекает тёплая, укрытая ковром из цветущих лотосов, вода озера. На его берега прилетают зимовать розовые фламинго, африканские цапли и кудрявые пеликаны.

И люди издревле тянулись к этому сказочному месту. На берегах озера и многочисленных его островах сохранились древнейшие постройки: крепости, церкви и монастыри, хранящие тайны далёкой истории, которые передают из уст в уста за стаканом доброго вина из винограда, выращенного на тёплых приозёрных склонах.

Одно лишь омрачает жизнь местных обитателей: земля здесь неспокойна и подвижна. Её тревожат частые подземные толчки, нещадно разрушая постройки и старые уснувшие горы.

В том месте, где вытекающая из озера тепловодная река Буна несёт свои воды в Адриатическое море и соединяется с ледяной горной рекой Дриной, есть высокая скала. На этой скале в III веке до н.э. иллирийцы возвели крепость, призванную защитить их от набегов тех, кто посягал на земли в этом райском уголке. Красивая и печальная легенда о прекрасной Розафе и строительстве крепости, развалины которой по сей день покрывают белые подтёки, и легла в основу этой баллады…

Война, война… Твой след вокруг повсюду.

Царапины на камне словно шрамы,

Для крепости как будто украшение.

Но в этой раны побольнее будут:

В подтёках белых стены неустанно —

Расплата за минувшие свершения.

Глава 1

Велик тот царь, который для страны

И для народа ищет лучшей доли.

В его стремленьях «первые умы»

С ним рядом будут помогать, и спорить,

И, пособляя тот осилить путь,

Готовые весь мир перевернуть,

Плечом к плечу его прикроют спину.

Таким был царь Аргон. Его седины

Всем говорили: долгие года

Он заслужил, своё прибавив войско,

В беде и радости держа себя геройски.

Иллирия, его победами горда,

В тепле и изобилье процветала.

Но для хорошего царя цветенья мало:

Грозили недруги с восточной стороны.

Чужая радость – повод для войны!

Спасая тыл от чужаков свирепых,

Царь неприступную задумал крепость

И место знал, где стены возвести:

Скала высокая в слиянье Киры с Дриной.

Дозор с неё набеги сократит

И крепость сделает непобедимой.

Аргон сзывает свой Большой совет

И на гору ведёт с собою вслед.

«Смотрите! Видно чуть не до границ

Отсюда царство, словно на ладони.

И Кира с Дриной с юга нас засло́нят,

И Шкодер рядом, полный рыб и птиц.

Нет лучше места крепость поднимать,

Чем на скале из каменных развалов.

Что думаете? Время ль начинать?»

В ответ согласно Дума закивала,

Приветствуя решение царя.

«Тогда сегодня, день не тратя зря,

Начать я предлагаю дело с пира!

Мой младший сын Резар во имя мира

Решил жениться! В жёны он позвал

Красавицу, прекрасную Розафу.

В боях свою он доблесть доказал!

В наследниках пора явить свой пафос…

Благое дело с радости начнём.

Пускай же Боги нам помогут в нём!»

* * *

Решили так, и скоро пир горой

Гремел в долине, дело прославляя

И будущее пары молодой.

Им тосты и подарки посвящая,

Народ невесты чу́дной красоте

Дивился: лёгкий стан и глаз сиянье,

Как будто ночью звёздною блестеть

Спустилось в эти очи мироздание!

Взглянув в них, можно было утонуть,

Как ненароком в бездну заглянуть.

И прятали мужей от взгляда жёны,

Им искры эти издавна знакомы:

Прожгут, пожалуй, прочность их семей.

И го́лоса божественный елей

Поманит вновь огонь искать и свет,

Которого у жён давно уж нет.

Все пировали, вкусно ели, сладко пили,

А утром первый камень заложили.

Глава 2

В тепле и неге дивное дитя…

Живёт теперь Розафа в царском доме.

Он скучен ей: здесь платья шелестят,

И хвастаются камнем в окаёме,

А ей милее шелест вольных трав

Да серых скал нетёсаных фигуры.

И на намёки усмирить свой нрав

Уходит молча, голову понуря.

За молодость, за вольность, за мечты

Розафу жёны братьев невзлюбили,

Ей всё милее во дворе цветы:

Они полны добра и изобилья.

К чему ни прикоснётся – всё цветёт,

Как будто в пальцах тонких дар волшебный.

Её в обиду снохам не даёт

Царица-мать. И вместе с ней молебны

Возносит небу с просьбой за Отчизну,

Мужей, народ, наследников и жизни.

Гулять одной не может запретить,

Но просит очень осторожной быть.

* * *

Надев простое платье, на скалу

В который раз идёт бродить Розафа.

Её там ждут цветов пестрящих луг

И вид, достойный птичьих крыл размаха.

Она подолгу бродит меж камней…

И вдруг старик-колдун подходит к ней.

Придворный ясновидец, он царя

Врачует, на свершенья наставляет,

И потому, ни капли не боясь,

Розафа с ним заговорить решает.

– Приветствую! Зачем средь шатких скал

Розафа несравненная одна?

Так царственной особе не пристало!

Себя оберегать должна она!

– Я не страшусь одна. Среди людей

Бывает душно боле и опасно.

Цветы растут охотней средь камней,

А в замках их срезают понапрасну

И ставят в тёмных залах умирать.

Мне проще в скалах радости искать…

– Ну, хорошо. А я набрал камней:

Нужны для ворожбы мне самоцветы.

Их помоги нести в шатёр ко мне —

Я бусы подарю тебе за это…

– Не нужно мне подарков. По пути

Я ношу помогу тебе нести.

Суму взяла и ринулась вперёд,

Как будто самый лёгкий пух несёт.

– Не торопись, не поспеваю я

За резвыми ногами молодыми!

Постой, пришли, обитель вот моя.

Зайди. Настоян на целебном дыме

Сбор горных трав. Он силы возвратит

И долгой полной жизнью наградит!

Розафа благодарно ковш берёт

И сбор травы душистой жадно пьёт.

Но что случилось? Всё летит вокруг!

Не слушаются ноги, в теле слабость.

– Колдун, спаси!

– Ну, полно же, мой друг!

Сбор не убьёт, он нам дарует радость!

Твой муж в делах, его не видишь ты,

Ему борьба и подвиги дороже!

И прозябают чу́дные черты

Без поклоненья этой нежной коже,

Без ласки. Я исправлю, я смогу…

Ты спи, а я твой сон постерегу.

Дурман силён. Собрав остаток силы,

Розафа рвётся прочь, бежит с обрыва,

Её движенья плохи, торопливы,

Споткнулась и колени в кровь разбила.

Но боль дурман нещадно гонит прочь.

Себя она сумела превозмочь

И до ручья без устали бежала,

Измученная, рядом с ним упала.

Омывши раны ледяной водой,

Пугая путников, шатаясь, шла домой.

Глава 3

– Розафа! – крик поднялся при дворе.

Царица-мать навстречу ей спешила,

Красавицу на шкуры уложила…

– Дрожишь. Огонь зажгите! Отогреть

Скорей Розафу нужно. Что случилось?

Обидел кто? Скажи! Сейчас найдём,

Познает он великую немилость!

– Нет, я сама упала за ручьём.

– Ах, говорила! Будь же осторожна!

Пошлите за Резаром, пусть придёт,

Его жене сейчас без мужа сложно.

Вина несите! Пусть вино зажжёт

Огонь внутри. Она дрожит, бедняга.

Теперь без провожатого – ни шагу!

Резар примчался тотчас, царь-отец,

Строители с горы в тот день спустились

И отдохнуть решили, наконец.

Ожи́ли залы, слуги суетились,

А царь Аргон бранился за беспечность:

Солдат своих уберегает он,

А мать наследников лежит в увечьях,

Хоть ей ковёр под ноги положён!

* * *

– Да что с тобой?.. Теперь не узнаю

Я бесподобную жену свою!

Глазами смотришь дикого волчонка…

Когда опять услышу смех твой звонкий?

Кто стал причиной? Человек ли, зверь?

Скажи, любовь моя! Ему тогда, поверь,

Обиды не снесу: клинком горячим

Повержен будет, кто бы ни был он! —

В объятиях жену, разгорячён,

Резар качал, как малую дитятю.

Они заснули, как забрезжил свет,

Но неспокойный будет им рассвет.

Качнулись стены, трубный грянул глас,

Гора, шатаясь, в небо вознесла

Столбы из пыли, грохот, рокот, вой…

Сравнялись стены крепости с землёй.

* * *

Как пепел, бледный вышел царь Аргон

К народу, что на площади собрался.

Хоть был бедой правитель удручён,

Но гордо, прямо, как всегда, держался.

– Скажите, люди, все ли вы спаслись?

Не взяло ли кого земли трясенье?

– Нет, живы все! И трое родились:

Три бабы разрешились не ко времени.

От страху, видно!

– Значит, будем жить! —

Воскликнул царь и, вверх поднявши руку,

Добавил:

– Будет праздник! Будем пить

За то, что Боги дали нам науку!

А завтра соберём Большой совет

О том, как крепость строить нам без бед.

* * *

Тем вечером пирует весь народ,

А царь Аргон советника зовёт,

Но не того, кто признан большинством,

Зовёт того, кто правит колдовством.

С женой Теуной скрылись в тронный зал,

И перед ними тот колдун предстал.

– Ты знаешь, что случилось, Шепетим?

Тебе о том открыли правду звёзды?

– О, повелитель! С ними так непросто…

Сегодня небо сделалось глухим!

Наверное, от скрежета земного

И не хотело говорить полслова.

Его пришлось с лихвой задобрить мне:

Теперь придётся к молодой луне

Мне, бедному, совсем ни пить, ни есть,

Все звёзды в нашем небе перечесть.

– Возьми же воздаянье за труды.

Кошель монет подайте для звезды!

Теперь скажи нам, верный Шепетим,

Что слали Боги грохотом своим?

– Мне шёпот звёздный вот что сообщил:

Ты жертв Богам давно не приносил,

А если хочешь крепость на века,

То жертва эта будет велика.

– Так зверь ли, птица? Не томи, скажи!

– Ну это ты уж сам, мой царь, реши.

Боюсь, что жертву бо́льшую хотят…

За это лишь тебя вознаградят!

Царь гневался: он жертвы из людей

Не приносил на памяти своей.

– Ни дом, ни крепость, ни златой дворец

Не стоят этой жертвы, злой мудрец.

– Не я! То звёзды в небе говорят!..

– Наверное, сегодня было зря

Их спрашивать, – вмешалась тут Теуна,

– Была бы жертва та нужна звезде,

Сопутствовала б нам сама Фортуна,

В живых оставив наших всех людей?

Иди, колдун, ещё поговори,

Есть время убедиться до зари.

Колдун покинул быстро тронный зал —

Царь несогласно головой качал.

Чтоб невзначай немилость не нажить,

Расстроенных царей не стоит злить…

Наутро так решил совет Большой:

Пусть стены вдвое будут толщиной.

Быка и птицу в жертву принесут

И, отдохнув, возьмутся вновь за труд.

Глава 4

Проходит лето. Стены подросли,

Работники стараются усердно.

Уж ви́дны очертания с земли.

И башни, гордость мысли инженерной,

Подня́лись, чтобы показать врагам:

Негоже здесь искать наживу вам!

* * *

Розафы смех заливистый и чистый

Опять звучит в садах и гулких залах.

Она отныне осторожней стала:

Повсюду воин по пятам плечистый

За ней идёт, хоть больше не уходит

Розафа дальше царственных угодий.

Супруг доволен, а царица-мать

В глазах прелестных стала примечать,

Что, если в них поглубже заглянуть,

Увидеть можно там и Млечный Путь.

Супруг Розафу носит на руках!

Духи ей дарит, камни и шелка,

Стихи ей пишет, песни ей поёт.

За это снохи злятся на неё.

Ох, зависть! Можешь душу иссушить,

Когда не знаешь, как тебя тушить.

* * *

Устал Резар, но он спешит скорей

К супруге верной, горлинке своей.

– Розафа, радость, свет очей моих,

Где ты была, красавица, открой?

– Скрывалась я от цепких глаз людских…

У озера гуляла под горой.

– А кто сегодня встретился тебе?

– Мне повстречался молодой олень,

На водопой пришёл и оробел.

Мелькнул он и исчез, как будто тень,

Прекрасный, как лесное волшебство!

А я хотела покормить его…

Наутро, лишь забрезжил первый свет,

Резар уже и собран, и одет.

– Розафа, посмотри, у нас в саду

Как будто кто-то ходит меж ветвей.

– Олень! Олень! Резар, смотри скорей!

– Я, если надо, бога приведу

К твоим ногам, когда захочешь ты!

Родная, пусть сбываются мечты!

Сокровище! Пускай родится сын,

Я крепость эту строю дня него.

Пусть он растёт, мужает невредим,

Главой своей дружины боевой!

– А если дочь?

– Пускай родится дочь,

И стены эти будут защищать!

Хранить они должны и день и ночь

Жемчужину, прекрасную, как мать!

– Как хорошо! Слова твои меня

Утешат лучше дорогих подарков!..

С оленя можно будет путы снять

И отпустить? Его мне очень жалко.

В неволе он томиться будет тут…

Я покормлю, и пусть верёвки рвут!

* * *

А что ж колдун? Нет, грёз не бросил он

В шатре своём, как будто одурманен

Обидой и мечтой разгорячён,

Сон потерял от жарких воздыханий.

Повадился ходить он во дворец,

Как будто нужен лекарь и мудрец

Царю для управления страной,

Поддерживая правильный настрой.

Царица-мать, такую видя прыть,

Велела чёрный ход ему открыть,

Чтоб лишний раз не шастал по садам

И не встречался с девушками там.

Ему б Розафы хоть увидеть след —

Терпеть разлуку с нею мо́чи нет.

Разводит ночью Шепетим костёр.

Молельный череп опустил в котёл,

Добавил ядов, жабу, волка клык,

Степных гадюк раздвоенный язык,

Смешал с помётом крысы и кота

И начал заклинания читать.

Травы, кореньев разных накрошил

И в диком танце рядом закружил.

Рисуют ноги злого колдуна

Ужасных заклинаний письмена,

И пламени играют языки

На жутких амулетах колдовских.

Он в дикой пляске прыгал и скакал,

Пока в изнеможенье не упал.

В тот самый миг костёр почти погас,

Прозрачный всполох – голубой топаз —

Взметнулся в небо, бликами бурля,

И содрогнулась бедная земля.

Потом ещё, ещё, ещё сильней…

Колдун смеялся подлости своей.

* * *

Пролился ливень, пыль с камней омыл,

Развалы он нещадно обнажил.

И хоть опять никто не пострадал,

Народ напуган был, народ роптал,

Что не угодна крепость для богов,

Царь жертву принести им не готов.

Им камень тяжкий на гору тащить,

А раны сбитые не устают саднить.

Но только царь предстал перед толпой,

Люд замолчал с поклонной головой.

– Сегодня, вновь испытывая нас,

Играет в камни шалая судьба,

Роптать и плакать – это дело баб.

Спасибо ей скажу и в этот раз

За то, что мой народ она хранит

И только камень ею был разбит!

Был краток. Отослал людей домой,

А мудрецам велел совет Большой

Готовить. Думать думу и решить,

Как крепость от развалов укрепить.

Дал время до утра, а сам спешил

К тому, кто точно всё уже решил!

Кидая предсказания из рун,

Аргона в зале тронном ждал колдун.

– Здоров ли ты, мой вещий Шепетим?

Ты бледен, в лихорадке, ты горишь!

– О, повелитель мой! Меня услышь!

Народ, тот, что тобою так любим,

Готов сегодня был устроить бунт!

Я за тебя испуган, – врёт колдун.

– Спасибо, добрый друг. Поведай нам,

Что в этот раз угодно небесам?

Какой подарок нужен для богов,

Чтоб крепость устояла от толчков

На долгие лихие времена?

Какая нынче жертва им нужна?

– Всё, как и прежде. Но теперь они

Рассержены, что их ты отклонил.

Не просто жертву требуют, трубя,

Хотят большую жертву от тебя.

То, что дороже жизни самодержца,

Как будто оторвал кусок от сердца!

Теуна как покорная жена

Молчала долго, но теперь она

Вмешалась, чтоб беду остановить:

– Колдун, указ убийство попросить

И у богов, и у людей рождает споры.

Поди, послушай звёзды ты ещё раз!

Хоть царь на сей раз не давал отпор,

Но, глядя на жену, скорей во двор

Тот, кто не раз был за коварство бит,

От взглядов скрыться поскорей спешит.

* * *

– Теуна, разрушенья – не к добру.

Народ устал. Он ропщет, огорчён

И говорит, что Царь их близорук,

Боится жертвы, слаб и низок он.

Зачем ты отпустила колдуна?

Мне боле дорога моя страна,

Чем просто жизнь. Не дело ослаблять

Владыку! И хоть ты жена и мать,

Но не тебе считать потери от зимы

И жертвы неизбежные войны!

Что жизнь одна, коль стонет твой народ?

– Мой господин! Я знаю, твой черёд

Принять о жертве верное решенье.

И знаю, что себя предложишь ты,

Покуда жаркий пыл твой не остыл,

Отдать, чтоб прекратились разрушенья.

Давай дождёмся! Боги в прошлый раз

Под утро изменили свой указ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.