Ираида Волконская
Единственная для эшра. Тень. Книга 3

Часть 1
Ты меня любишь?

Глава 1

Особняк Повелителя эшров в Санкт – Петербурге.

– Предсказание? Ты серьёзно?! – в удивлении воскликнул Акинсар. – Вот уж от кого не ожидал услышать подобное! Отец, ты и, правда, в это веришь?! – услышанное никак не укладывалось у наследника в голове: драконы, тени, пророчество – это всё какая-то чушь. В одно мгновение реальность, в которой он вырос, разбилась вдребезги. У него есть брат! Брат! И тот уже значительно превзошёл его: нашёл пару, обзавёлся двумя детьми и нашёл портал в их родной мир! А его словно дурачка водили за нос и кто? Собственный отец! Немыслимо!

– Акинсар, хватит! – прикрикнул на сына Эрилл, хмурясь. Он сложил руки домиком, в стремлении сосредоточится и подобрать именно те слова, которые смогут объяснить Акинсару всю серьёзность сложившихся обстоятельств. – Всё что предрекла Алура, сбылось. Да, на это ушли многие годы, но она не ошиблась ни в чём. Предназначение твоего брата – вернуть эшров в родной мир и отвоевать им свободу. А ты должен помогать ему в этом, находясь в этом мире. Всё получится только, если эшры с Кэру объединятся с эшрами с Земли. Мы не выживем без них, а они без нас. И только вы – два брата, работая сообща, сможете обеспечить это.

– А что в итоге? Алану достанется полноценное государство в нашем родном мире. А я? Я должен буду остаться здесь?! – возмутился Акинсар, вскочив со стула, расположенного напротив рабочего стола отца. Он просто не может больше спокойно сидеть и выслушивать этот средневековый бред!

– Не спеши, сын мой. Тебя слишком беспокоит твой статус и власть, а должно другое: благополучие твоего народа. Алан не стремится к власти, а его пара – тем более. Для неё, это лишь тяжёлое бремя, мышиная возня, и он, будучи её мужем, чувствует это, постепенно подстраиваясь под её мировосприятие. Не думаю, что они надолго задержатся в качестве правителей. Но пока каждый из вас должен быть на том месте, что предназначено вам судьбой. Я надеюсь на твоё благоразумие, Акинсар. Правда, твой недавний поступок заставил в этом усомниться. Что это было?! Такими темпами ты потеряешь авторитет среди эшров и никакие сверхсилы не помогут. А сейчас этого допускать никак нельзя, – посмотрел тяжёлым взглядом прямо в глаза своему сыну Повелитель.

Но на Акинсара подобный взгляд не оказал никакого влияния. Он понимал разумность слов отца и обоснованность его претензий к его поведению. Но,..он и сейчас поступил бы также.

– Я разозлился. Она посмела говорить со мной на равных, а ведь ещё не знала точно, что мы с Аланом братья. Она смотрела мне в глаза, и я видел в них вызов! Если бы я не желал её себе в жёны, то придушил бы на месте собственными руками! – неожиданно, даже для себя, вспылил Акинсар, заводясь с пол оборота. Даже сейчас просто вспоминая их диалог, его начало потряхивать. Чтоб хоть немного успокоится, он подошёл к окну и бездумно уставился на покрытую грязным мокрым снегом дорогу. Как же он ненавидит холодное время года в городе: вся эта грязь и слякоть наводят на него тоску.

– Ого! Сколько эмоций! Но это слова мальчишки, слепо идущего на поводу у своих желаний и страстей, а не наследника трона. Тебе нужно поработать над своим самоконтролем, – наставительно произнёс Эрилл, хмурясь. – Она вела себя с тобой так, потому что ни мой, ни твой статус для неё ничего не значат. Я же сказал тебе, кто она. Пусть она потеряла память и лишена большинства своих способностей, но в ней постепенно пробуждается её сущность, которая и диктует ей линию её поведения. Она – могущественное древнее существо, на долю которого выпало испытать на себе все тяготы бренного тела и бюрократических проволочек этого мира. Человеческие страсти смутили её душу и, открыли для неё мир с другой, до селе невиданной, стороны, но не более. Она на подсознательном уровне ощущает, что для неё никто не указ, что рамки, в которые её пытаются заключить не имеют к ней никакого отношения. И чем сильнее она чувствует желание кого-либо подчинить её себе, тем яростнее она будет сопротивляться. То, что она не уничтожила тебя на месте, есть та случайность, которая обусловлена самим предназначением. Но настоятельно тебе советую больше не играть с судьбой.

Акинсар повернулся к отцу, скептически приподняв белую бровь.

– Ты говоришь о ней с таким восхищением. Но сейчас я вижу в ней лишь полукровку с задатками к ледяной магии, не более. Она действовала весьма эффектно, но эти фокусы слишком энергозатратны. Я видел, что она уже выдыхается. Если бы не твоё вмешательство – мои воины одолели бы её, – хмыкнул Акинсар, всё ещё ощущая своё превосходство.

– Ты ошибаешься, сын. Она не показала и одного процента своих возможностей. И ты по своей дурости потерял бы эшров, превратив её, в глазах подданных в чудовище, которым она не является, – холодно высказался Повелитель. – И твой поступок будет ещё долго отдаваться эхом в кулуарах знати, особенно после того, как твой брат был представлен вторым наследником.

– Возможно, ты прав, но сейчас мне сложно поверить в твои слова. Я признаю, что поступил, опрометчиво поддавшись эмоциям, но соблазн увидеть её в деле был слишком велик, – пробормотал Акинсар, погрузившись в воспоминания. По правде сказать, теперь ему самому хочется сразиться с ней, почувствовать азарт схватки, ведь у него до недавнего времени не было равных соперников кроме отца. А она вызывает такую бурю эмоций: от невероятного притяжения до раздражения, что бой с ней был бы крайне интересным времяпрепровождением. Но вместо этого ему приходится нянчиться с собственным братом, осваивающим новые способности. И пока, Алан кроме раздражения, не вызывает у него никаких чувств. Тот, кстати, платит ему взаимностью, ощущая, насколько Акинсар заинтересовался его женой. А если учесть, что отношения в семейной паре разладились, то ждать что они наладятся между братьями бессмысленно.

Алан ждёт подвоха от своих родственников и ведёт себя крайне настороженно, что мешает ему освоить азы контроля данных ему природой сил. Из-за этого Акинсару приходится проводить с ним куда больше времени, чем было изначально задумано. Но отец настоял на том, чтобы именно он помог брату после частичного снятия блока. Это, видите ли, должно помочь найти им общий язык, что крайне важно для их дальнейшего сотрудничества. Но думать об этом Акинсару совсем не хочется. Идея: прибрать Рину к своим рукам, – до сих пор тлеет в его душе. И сейчас, когда она обижена на своего мужа, идеальное время для того, чтобы обратить её внимание на себя. То, что про неё рассказал ему отец, в рамках этого мира звучит весьма эфемерно. В отличие от того, что она могла бы дать ему абсолютно точно: своё тело и наследников. В последние годы Акинсару всё труднее сдерживать свой темперамент: внутри, словно всё сильнее и сильнее сжимается пружина, так что иногда становится трудно дышать, а тело трясёт в лихорадке. Его душа мечется словно хищник в клетке и не находит выхода. Он хочет на свободу, а его лишь сильнее сковывают цепями. Акинсар стиснул зубы и с трудом выдохнул, прикрыв глаза.

– Забудь про неё, – донёсся до него словно из-под воды голос отца. Её пара – твой брат. И их союз никто и ничто не сможет разрушить.

– Да-а? – недоверчиво протянул Акинсар, – Отчего же они не разговаривают друг с другом уже неделю, вернее она с ним? Похоже на поведение обычной обиженной женщины, не более того. Никакой вековой мудрости и всепрощения. Я вообще не могу понять, что её не устраивает? Теперь ей не могут приказать даже старейшины, которые, как я понимаю, не вызывают у неё никаких тёплых чувств. А она нос воротит.

– Как рассказал мне Алан, она воплотилась в теле представительницы древнего рода Ида, за которыми охотятся демоны, так как союз с ней обеспечит их невиданной силой и могуществом, даруя бессмертие и сильное потомство. Именно поэтому её мать поставила на неё блок сродни тому, что я поставил на Алана, таким образом, она спрятала её. Рина знает об этом; и теперь она думает, что Алан не лучше этих демонов, что ему нужна лишь её сила, а не она сама. Она раскрыла ему тайну своего происхождения, думая, что он обычный эшр, далёкий от власти и связанных с ней амбиций. Но всё оказалось не так. Я понимаю её сомнения и страхи, её возмущение. И если сейчас вмешаться, подлив масло в огонь её гнева, она может разорвать их связь и это убьёт их! Я видел, насколько плотно переплетены их энергетические потоки, как интенсивно они обмениваются энергией. Искренняя любовь сделала возможным образование такой крепкой связи. То, что она не способна полюбить кого-то другого кроме Алана абсолютно точно. Но если не дать восстановится доверию между ними, их обоих начнёт поглощать тёмная энергия, разрушая саму их основу. То, к чему это может привести,.. может погубить не только их самих, но и всех эшров, так как вы, как мои дети, имеете с ними непосредственную связь. Потому прошу тебя не только как отец, но и как Повелитель ответственный за каждого своего подданного, не смей вмешиваться в их отношения. Их связь восстановится; я верю, что Алану это по силам. Они прошли через столько испытаний, что нынешняя размолвка не должна затронуть их глубинную связь.

Произнося эту речь, отец был настолько серьёзен, что Акинсар невольно проникся его опасениями, но отказываться от собственных амбиций и желаний ох как непросто! – Хорошо, отец, я понял тебя! – мрачнея всё больше, ответил наследник.

– Скучать тебе не придётся, ведь я назначил тебя полноценным наместником в этом мире и все текущие задачи: по налаживанию отношений эшров с рэтсами, разработке пригодного для эшров мутагена и подготовке к переселению и возможной войне в нашем родном мире, лягут на твои плечи.

– Что?! Но…я думал, что, так как портал, наконец, открыт, ты вернёшься к исполнению своих обязанностей, а всё сказанное тобой на приёме было лишь ширмой, – потрясённо пробормотал Акинсар, неверяще вглядываясь в сосредоточенное лицо отца.

– Увы, мне предстоит решить проблему, которая назревала уже давно, – вздохнул Эрилл. – Но для этого мне придётся переложить на тебя своё бремя. Всё то время, что эшры находятся в этом мире, я являюсь для них источником их сил, тем стабилизатором, что не позволял им окончательно выродится, после потери связи с родным миром. Со мной связан каждый эшр, и каждого я чувствую как самого себя. Всю свою жизнь ты чувствовал лишь отголоски этой связи, но, увы, сейчас тебе предстоит научиться жить с этим и поддерживать эту связь пока последний эшр не вернётся на Кэру. Тебе, как моему сыну это по силам, я знаю это. Если эта связь с ними прервётся, их ждут болезни не только физические, но и душевные, они потеряют способности принимать второй облик и производить новые поколения. Мы чужды этому миру и для меня стоило огромных сил поддерживать стабильность нашего здесь существования. Но, как ты знаешь, с каждым годом представителей старших домов и знати становится всё меньше, а ниршей становится всё больше. Я уже не справляюсь. Сейчас я не стабилен, что эмоционально, что физически. Я веду уединённый образ жизни, так как не всегда могу контролировать свои силы и эмоциональный фон. Эшрам просто опасно находится рядом со мной.

– Я просто не верю своим ушам! Отец! Конечно, я возьму твоё бремя на себя. Этого будет достаточно, чтобы ты восстановился? – Акинсар был потрясён до глубины души. Оказывается, он даже не подозревал, в чём состоит основная обязанность Повелителя. Все эти годы отец страдал, а он даже не удосужился вникнуть в его жизнь!

– Увы, сын, я зашёл слишком далеко. Я не знаю, откуда у меня такие силы и способности, ведь мои родители были обычными эшрами из правящего рода. Драконы не обучали меня никаким секретным техникам и не наделяли особыми силами. Они лишь учили меня контролю над тем, что мне было дано от рождения. Алура сказала, что я должен буду найти свою пару, благодаря которой, смогу обрести гармонию. Иначе я погибну, уничтожу сам себя. И я близок к этому.

С тех пор как погибла ваша с Аланом мать, я словно падаю в бездну и не могу остановиться. Я любил её. Время, когда она была жива, было самым счастливым в моей долгой жизни. Она не обладала никакими сверхспособностями, но на удивление прожила со мной так долго. Её любовь действительно привносила в мою душу покой и гармонию, а они, в свою очередь, помогали мне выполнять мои обязанности с минимальными потерями.

Но её больше нет, и мой контроль трещит по швам. Иногда гнев поглощает меня так сильно, что эшры устраивают столкновения между кланами или совершают ужасные поступки, впадая в безумие, находясь в боевой форме. Повелитель эшров всегда должен быть эмоционально стабилен, так как именно от него зависит мир и процветание его народа. Но сейчас…для меня это невозможно.

Все эти годы я искал свою пару, сканируя этот мир, затем перейдя к поиску в других мирах через астральный коридор. Но была тишина… А сейчас я слышу её зов! Но он такой слабый, что боюсь, она находится слишком далеко. Это будет нелегко, но я продолжу искать пути попасть в тот мир, где находится моя пара. Если мне суждено её найти, то это будет благословение создателя, если же нет, то так тому и быть, – в голосе Эрилла звучит решимость, граничащая с отчаянием. Но в его глазах мерцает надежда, без которой трудно отважится сделать решающий шаг.

– Значит, то, что мучает меня всё сильнее с каждым годом, связано с отсутствием пары? И меня ждёт тот же исход, что и тебя? – потерянно произнёс Акинсар, продолжая прокручивать в голове рассказ отца.

– К сожалению да. Но ты молод и у тебя ещё есть время на её поиски. К тому же, если к нам будет благосклонна судьба, эшры покинут Землю, перебравшись в свой родной мир, и тебе не придётся больше питать их своей энергией, что подарит тебе дополнительное время. Но эмоциональная связь со своим народом у тебя будет всегда. Вот почему я призываю тебя к ответственности и развитию самоконтроля. Я понимаю, что прошу от тебя многого. Твоя молодость является как преимуществом, так и недостатком. Я исподволь обучал тебя все эти годы, но боюсь, этого может быть недостаточно. У меня ещё есть немного времени, и я посвящу его твоему обучению. Тебе придётся взять себя в руки и прекратить губить эшари, их смерти лишь усугубляют твоё состояние. Твоя жажда неутолима, ты словно бездна поглощаешь их энергию, взамен разрушая своей. Я научу тебя, как ставить внутренний блок, как успокоить своё сознание. Когда-то мне всё это помогало, значит, поможет и тебе.

– Ответственность, которую ты возлагаешь на меня, колоссальна! Я даже представить себе не мог, в чём состоит наше предназначение! У меня есть сомнения в своих силах, отец.

– Ты должен отринуть все сомнения, Акинсар. У тебя просто нет другого выбора. Алану, как и тебе, предстоит наладить связь с эшрами, которых он найдёт на Кэру. Несмотря на нахождение в двух разных мирах ваша родственная связь не прервётся и это поможет вам справиться с возложенной на вас миссией. Повторяю, вы должны объединиться, только так непреодолимые преграды будут покорены, а вы обретёте уверенность в себе и завтрашнем дне. Разделённые должны воссоединиться, а Тень увидит возможности там, где другие будут видеть лишь трудности.

***

Особняк Повелителя эшров в Санкт – Петербурге.

День подписания договора с рэтсами.

В бальном зале то и дело раздаются шепотки. Высокородные эшры в смятении. То чему они стали свидетелями не укладывается у них в сознании. Весьма неожиданно воскресшая жена ира Алана оказалась с сюрпризом. И судя по всему, наследник знал о её способностях и пожелал сделать их достоянием общественности. А её гневные слова с вызовом брошенные в его адрес, говорят о том, что наследник возжелал её себе в жёны, и это не нашло отклика в её сердце. Она посмела перечить наследнику! Неслыханно! Но, кто же она такая? Уж не связана ли она с теми ледяными иномирцами, что нападали на неё неоднократно? О том, была ли ири Арина когда-то человеком, спорят до сих пор, как и о том, стала ли она рэтси после нападения на неё одного из этих чудовищ.

Но способности, которые она продемонстрировала сегодня, говорят о том, что все эти споры были напрасными и, возможно, она никогда не была человеком и, уж тем более, не является, ни эшари ни рэтси. Но, как в таком случае, она смогла увлечь наследника? Невозможно себе даже представить, чтобы он связал свою судьбу с нечистокровной эшари! В качестве развлечения, – почему бы и нет. Но стать ему законной женой… – об этом не может быть и речи! К тому же, она уже произвела на свет дочь, о которой также ходит немало толков. Есть свидетели, которые утверждают, что девочка слишком быстро растёт, отличаясь от обычных детей абсолютно во всём. Нет, рисковать потомством в угоду прихоти наследник точно не станет. Ну, или ему не позволит Повелитель, уж он-то сумеет выбить эту дурь из головы своего сына, в этом не сомневается никто из находящихся в этом зале. Возможно, ири Арина обладает некими знаниями, полученными от своего народа, представительницей которого она является, которые могут оказаться выгодными для эшров, и лишь, поэтому Повелитель был так учтив с ней. Это единственное адекватное предположение, которое приходит в голову каждому разумному эшру, находящемуся в этом зале сегодня. Но, так ли это на самом деле, и посвятят ли их в подробности, никто сейчас сказать не может.

Присутствующие то и дело бросают косые взгляды на невозмутимых рэтсов, что не сдвинулись с места, с самого момента окончания боя между ири Ариной и охраной. Знают ли они её секрет? Ведь она прожила у них довольно долго. Вообще странные дела творятся в последнее время. Один только мирный договор с рэтсами, чего стоит! А ведь они утверждают, что создали мутаген, позволяющий бесплодным эшари родить им потомство! Это же прорыв в медицине! Конечно, Повелитель не смог остаться в стороне, понимая какие перспективы это даёт всей расе эшров. Можно и с давними врагами пойти на перемирие. И сегодня они были удостоены чести лицезреть не только наследника, но и самого Повелителя воплоти, чего не случалось уже очень давно! Несомненно, грядут большие перемены в устоявшемся укладе жизни эшров и от этого все находятся в состоянии нервного перевозбуждения.

Но прошло уже полчаса, а Повелитель не возвращается. Впрочем, он этого и не обещал. По идее, торжественный приём должен был продолжиться, но наследник явно не в духе, и даже старейшины не решаются привлечь его внимание к образовавшейся неудобной паузе. Акинсар, обратив взор своих облепиховых глаз вглубь себя, размеренно постукивает острым когтем по мраморному подлокотнику белого трона, который вправе занимать в отсутствии отца. И этот звук действует на нервы всем присутствующим, словно набат, отбивающий последние секунды до начала жуткого действа.

И вот, когда старейшина Харсур, наконец, отважился взять ситуацию в свои руки, боковые двери распахнулись, привлекая к себе внимание всех присутствующих. Первым в зал вошёл Повелитель, при виде которого Акинсар напрягся и немедленно встал с трона, демонстрируя уважение к отцу и его статусу. Все остальные, включая старейшин, почувствовали мощнейшее воздействие ауры Повелителя, от которого хотелось просто упасть ниц и не двигаться. Но, так как по протоколу, в его присутствии все должны стоять, если он не прикажет иного, представителям знати пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить «лицо».

Но те, кто вошёл в зал вслед за Повелителем, окончательно деморализовали и без того шокированных эшров своим внешним видом, а именно, наличием дэйкар (головных украшений, выполняющих роль малых корон для наследников) на головах. И судя по обескураженному выражению обычно невозмутимого лица Акинсара, к такому повороту событий он не был готов также, как и его подданные. И в такой реакции нет ничего удивительного: во-первых, все были убеждены, что у Повелителя лишь один сын, а во-вторых, никто и в страшном сне не мог представить, что вторым наследником окажется вечный изгой и возмутитель спокойствия Алан Веллар! Несмотря на то, что ритуальные украшения, красующиеся на головах Алана и Арины, демонстрируют их изменившийся статус лучше тысячи слов, Повелитель всё же представил их официально, ничуть не смущаясь произведённым на окружающих эффектом своей речи.

Кажется, пара эшари всё же упала в обморок. Но новость и правда выходит за рамки адекватной реальности! Подобное просто не может уложиться в головах у присутствующих. Этот вечер по количеству шокирующих событий поистине превзошёл даже самые смелые ожидания.

Аарон и вовсе впал в ступор, видимо проигрывая все прошлые события своей жизни связанные со своим бывшим другом, и теперь не ожидает от своей дальнейшей судьбы ничего хорошего. То же можно сказать и про старейшин. Они все словно потеряли краски, превратившись в выцветшие от времени фотографии самих себя. Но ведь они, как и все здесь присутствующие, не имели о реальном статусе Алана, ни малейшего понятия.

Харсур почувствовал, что у него вот-вот помутится рассудок. Нет, это всё какой-то страшный сон! Он сейчас проснётся, и всё вернётся на свои места. Но секунды складываются в минуты, а реальность всё не возвращается к своей первичной версии. Он словно попал в параллельный мир, из которого нет выхода. Может Арина околдовала Повелителя?! Кто знает, на что она способна? Ведь другого объяснения этому театру абсурда просто нет!

Но вот Алан встаёт рядом с Акинсаром и уже, ни у кого не остаётся сомнений в том, что они близнецы. И как они не видели этого раньше? За исключением: цвета волос, глаз и кожи, – они имеют стопроцентное сходство! Они словно два ферзя на шахматной доске: равные, но при всей своей схожести абсолютно различные. Взглянув на дэя Алана новым взглядом, подданные отметили его неприступность и холодное величие. Понять узнал ли он о своём статусе сегодня или же знал всегда, точно нельзя. Но спокойный уверенный взгляд зелёных глаз, устремлённый в толпу, наводит на мысль, что всё же последнее. Так как представить такую реакцию на подобную новость у обычного эшра просто невозможно. Его жена так же не выглядит поражённой, она словно ушла в себя и происходящее её нисколько не волнует.

Зато волнует эшров. Почему Повелитель допустил союз одного из своих сыновей с женщиной, не являющейся чистокровной эшари, да ещё и возвёл её в статус дэи?! Это же немыслимо! Может она, и правда, приворожила обоих наследников и затуманила разум Повелителя?

Но следующая информация, которую озвучил Повелитель, смогла отвлечь его подданных от размышлений об этой загадочной во всех отношениях женщине. Второй наследник обнаружил портал в их родной мир! Новость настолько ошеломила, что несколько минут в зале стояла гробовая тишина, и чувств лишились ещё несколько эшари. Неужели всё происходящее, правда?! Но Повелитель абсолютно серьёзен. Он назначает второго наследника Алана дэй Рэма наместником в мире Кэру, ответственным за разведывательную миссию и возвращение эшрам их исконных земель для последующего переселения всей расы эшров в родной мир. А первого наследника Акинсара дэй Рэма назначает наместником на Земле, под чью ответственность попадает: завершение работы над мутагеном переданным рэтсами, налаживания полноценной и продуктивной работы эшров со своими новыми союзниками, подготовку бойцов для возможной освободительной войны на Кэру, а также ведение всех сопутствующих дел. Повелитель видит в своих сыновьях своё достойное продолжение и полностью уверен в благополучном исходе тех миссий, что он на них возложил. Оба наследника имеют равные права, но пока будут их реализовывать в разных мирах, в этом состоит его воля и указ от сего дня, который вступает в силу с момента его оглашения перед высокородными эшрами. Эшрам ничего не оставалось, как склонить головы в почтении и признании воли Повелителя.

Но не успел Повелитель объявить о продолжении торжественного приёма, как старейшина Харсур, пересилив сковывающее его напряжение, задал вопрос, так или иначе волнующий каждого присутствующего здесь эшра:

– Мой Повелитель, дозволь узнать, достойна ли дэя Арина иметь столь высокий статус? Всем присутствующим известно, что когда-то она была простой человеческой девушкой, но по неясным причинам ставшей впоследствии эшари. Ко всему прочему, у неё была порочная связь с присутствующим здесь аром Аароном. А не так давно она подверглась нападению рэтса, вследствие чего приобрела способность к трансформации в боевую форму, но отнюдь не соответствующую благородной эшари, а скорее рэтси. А не более часа назад здесь в этом зале она использовала ледяную магию вовсе несвойственную ни эшрам ни рэтсам, которой могла нанести серьёзные увечья нашим славным воинам, выполнявшим приказ первого наследника. Неужели вы допустите, чтобы чуждая нашему народу полукровка осталась полноправной женой второго наследника и производила на свет детей, имеющих к эшрам лишь косвенное отношение? – голос нэра Харсура подрагивал от волнения и напряжения, но он всё же высказал всё, что хотел сказать. Перечить Повелителю дело рискованное, но разве он не прав? То, что он скрывал ото всех своего второго наследника – его полное право. Но позволить сыну связаться со странной полукровкой, которая, к тому же, уже успела родить от него дочь… Подобное просто не может быть! И он считает своим долгом предотвратить это недоразумение.

Но стоило Харсуру договорить, как он ощутил адский холод, что начал вымораживать его тело с ног, продвигаясь с каждой секундой всё выше. Его дыхание перехватило, а в горле застрял дикий крик, частично вырвавшийся из охваченного спазмом горла в виде невнятного сипа. Его расширившиеся от боли и ужаса глаза как загипнотизированные смотрят в ледяные фиалковые глаза той, которую он сейчас посмел оскорбить. Похоже, он совершил последнюю в своей жизни ошибку, и это существо убьёт его без тени сомнений. В её глазах нет ни гнева, ни жажды мести, в них – мёрзлая пустота. Она словно божья кара, настигшая неразумного смертного. Дэя Арина лишь повернула в его сторону голову, остальное же её тело даже не шелохнулось, для неё он лишь букашка не достойная полноценного внимания. Ледяная корка добралась до горла, и Харсур уже попрощался с жизнью, как увидел, что дэй Алан обхватил свою жену руками и умоляет её пощадить неразумного эшра:

– Рина, прошу, остановись! Он – всего лишь обычный эшр. Он не ведает, что говорит. Прошу, пощади его, – в голосе дэя Алана звучит неподдельная мольба. Но нэр Харсур отчётливо понимает, что не его жизнь важна второму наследнику. Он не хочет, чтобы его жена убила старейшину на глазах у подданных, показав себя бесчувственным чудовищем без жалости и сострадания. Её глаза на секунду проясняются, а взгляд обращается к мужу. Она колеблется и проходит несколько мучительных для нэра Харсура секунд, прежде чем, сковывающая его, ледяная корка трескается и выпускает его из своих смертельных оков. Он падает прямо под ноги своей несостоявшейся убийце, обмороженный, униженный, слабый. Какой он после этого старейшина, если его чуть не убила бывшая человечка?! Он поднимает взгляд на Повелителя, и в его взгляде видит лишь презрение: значит старейшиной ему всё же уже не быть. Но ведь он лишь сказал правду, и задал вопрос, на который имел полное право!

– С меня довольно! Я больш-ш-ше не ш-желаю выслуш-ш-шивать подобное от ваш-ш-ших подданных дэй Эрилл! Эш-ш-шры и ос-с-собенно старейш-ш-шины уш-же достаточно поиздевалис-с-сь надо мной! И этого больш-ш-ше не повторитс-с-ся! – гневно блестя глазами, прошипела дэя Арина, отстраняясь от мужа. И продолжила уже гораздо спокойнее: – Старейшина посмел усомниться в принятом вами решении, Повелитель. Неужели у эшров так принято? В любом случае, я отказываюсь дальше принимать участие в этом фарсе. Я возвращаюсь в отель к детям. – Сказав это, дэя Арина не медля ни секунды, спустилась с возвышения, на котором установлен трон и решительным шагом направилась к дверям, находящимся на противоположной стороне бального зала. Эшры в богатых одеждах поспешно уступали ей дорогу, невольно вжимая головы в плечи. Сейчас она излучает такую мощь, с которой сравнима лишь мощь Повелителя. Кем бы она ни была, теперь ни у кого в здравом уме нет желания поднимать вопрос о её праве на статус. Всё же эшры привыкли подчиняться сильнейшему, и она только что продемонстрировала свою силу, а значит, и право приказывать, но осадочек остался. Женщины по традиции эшров эту самую силу не демонстрировали никогда, как и не говорили вперёд мужа и, уж тем более, Повелителя. Но ей, похоже, абсолютно безразличны их традиции, и подчиняться им она не желает. Впрочем, мужа она всё же послушала, оставив старейшину в живых. Когда она поравнялась с рэтсами, их вожак Зирэк выделил ей в сопровождение двух охранников, молча склонив голову. Значит, рэтсов её поведение впечатлило, и сам вожак признал её в качестве равной.

***

Когда за новопровозглашённой дэей закрылись массивные резные белые двери, Повелитель взял слово, обращаясь к подданным и делая особый акцент на старейшинах. Его низкий, рокочущий голос уверенно разнёсся по большому залу:

– Я понимаю, что вы все в смятении: слишком много информации обрушилось на вас сегодня. Но, не зная сути ситуации, выражать сомнение в принятом мной решении, крайне необдуманно и недальновидно. Я неприятно удивлён вашим поведением, нэр Харсур. Говорить порочащие честь и достоинство женщины слова в присутствии её подданных, – есть недостойное поведение не только для старейшины, но и для любого мужчины. Всё, что произошло с дэей Ариной в прошлом – вина эшров, и вы не вправе обвинять её в чём-либо. Увы, ваш поступок не оставляет мне выбора: вы лишаетесь своего статуса и более не в праве когда-либо занять его вновь.

Дело не в вашем вопросе Харсур, а в том в какой форме вы его произнесли и какой смысл вложили. Вы показали себя, как узколобого консерватора не умеющего смотреть на ситуацию широко, а для управленца это приговор в его некомпетентности. У нас нет закона, запрещающего эшру избирать в пару представителя другой расы. Мы сами – есть результат эксперимента по смешиванию нескольких рас, и не нам говорить о чистоте крови!

Дэя Арина обладает уникальным набором генов, в равной степени являясь: и эшари, и рэтси, и ледяной ирной и множеством других сильных существ. Она оказала нам честь, избрав одного из моих сыновей себе в мужья, и подарив ему детей. Наша задача становиться сильнее с каждым поколением, а не гнаться за призрачной чистотой расы. Уже совсем скоро эшрам предстоит вернуться в родной, но не дружелюбный для нас мир, и благоприятный исход будет возможен лишь благодаря помощи дэи Арины. Так предрекла Алура – древняя звёздная драконица, хранительница Великих гор, та, что помогла мне открыть портал в этот мир, и благодаря которой, мы живы до сих пор. Грядёт время перемен, и мы должны быть достойны того будущего, что будет возможно лишь, если мы отринем ханжество и предрассудки.

Речь Повелителя взволновала умы эшров, слишком привыкших жить в устоявшейся системе ценностей, где они самые сильные из нечеловеческих рас (не считая рэтсов, конечно), а все проблемы можно решить при помощи денег и связей (за исключением проблем с рождаемостью). Они слишком привыкли, что создавать союз они могут лишь внутри расы и с человеческими девушками, что опять же возможно лишь для нирши и представителей знатных домов, а для старших является табу. Однако Повелитель рождён в другом мире, он единственный помнит истоки своего народа. Он воочию видел другую реальность, что так сильно отличается от здешней. А это значит, что только ему под силу видеть всю картину их бытия в целом и принимать подобные решения. Для современных эшров истории про их родной мир, про драконов и злодеев кейлити-тэ превратились в сказки, что рассказывают на ночь детям. И осознать, что всё это отнюдь не фантазии, а их реальность частью которой оказалась и жена второго наследника также сложно, как обычному человеку поверить в существование самих эшров. Но, похоже, что у них нет другого выбора, и уже совсем скоро они вернутся к своим истокам и положат начало своей новой истории.

Глава 2

Я покинула особняк Повелителя в состоянии с трудом сдерживаемой ярости. Как они мне надоели! Похоже, они ещё долго будут припоминать мне моё прошлое, которое стало таковым по их вине. Нет, я вовсе не забыла про Гэрса, но Тирнал действовал сам, так что моя обида на старейшину обоснована. Но я всегда отличалась, и буду отличаться от эшров, и им это не нравится. Смотрят свысока, оценивая каждый мой шаг, считая себя мерилом праведности! Гр-р-р-р! Ещё секунда и Харсур бы превратился в ледяной посмертный памятник самому себе… Но я рада, что Алан остановил меня. Каким бы мерзким типом Харсур ни был, смерти он не заслуживает. Да и я – не убийца. Я ещё не забыла свои ощущения после того, как по моей вине умер Тирнал и повторения не хочу. Харсы и ассияр с фарном не в счёт. Не знаю от чего, но эти товарищи не вызывают у меня ни капли сострадания. Я передёрнула плечами, вспомнив, как чуть не потеряла из-за них мужа. Картинка его застывшего взгляда до сих пор иногда всплывает перед моими глазами, а страх за его жизнь прочно поселился в моей душе. Но, то, что произошло сегодня, ощутимо выбило почву из-под моих ног, и сейчас я очень сильно на него злюсь! Муж водил меня за нос столько лет, пользуясь тем, что мне и в голову не могло прийти, что он может быть как-то связан с Повелителем. Хотя, надо отдать ему должное: так вжиться в роль среднестатистического эшра, пусть и из старшего дома, не каждый принц сумеет. Когда мы познакомились, он жил в однокомнатной квартире в обычной новостройке! Никогда за всю нашу совместную жизнь у меня не промелькнуло даже тени сомнения в том, что он не сын своих родителей. И даже внешнему отличию нашлось вполне логичное объяснение. Но он знал! Как-то он спросил меня, изменилось ли что-то, узнай я о его дальнем родстве с Повелителем в начале нашей совместной жизни, а не спустя одиннадцать лет. И я ответила, что ничего бы не изменилось, и в тот момент это было правдой. И я бы ответила также, если бы тогда узнала и о его реальном статусе, потому что всё ещё ощущала себя простой человечкой, которую он повстречал в институте. Его статус, лишь смутил бы меня и взрастил множество комплексов. Но сейчас всё изменилось. Я изменилась. От той девчонки уже почти ничего не осталось, она стала почти прозрачной, лишь иногда напоминая о себе в некоторых моих эмоциональных реакциях, не более. У меня больше нет комплексов и неуверенности в себе, но… у меня теперь есть сомнения в нём. Сейчас я не могу быть уверена ни в чём, словно все прожитые годы перечеркнуты большим жирным крестом. В чём ещё он мог мне врать? Знаю ли я его настоящего или же это маска, ради того, чтобы удержать при себе Тень? И вновь слова Акинсара всплывают в голове, и настроение моё портится ещё больше. В то время я и правда долго не могла поверить, что такой парень как Алан влюбился в такую как я: ни внешности, ни денег, ни родителей, ни таланта к ведению домашнего хозяйства, – сама заурядность. Но пройденные вместе жестокие испытания доказали мне его любовь. А сейчас я вновь не знаю: где – правда, где ложь. Возможно, тогда он уже догадывался о том кто я такая и терпел всё по приказу отца? Я по сути ничего о нём не знаю, как и о его отце. Ведь про Повелителя рассказывал мне он. Да, сейчас я могу ощущать чужие эмоции, и его эмоции были искренними и соответствовали моменту. Но…откуда я могу знать, что он, к примеру, не умеет их подделывать? Уже давно я замечала, что Алан сильнее многих эшров, а дар убеждения, заставляет к нему прислушиваться всех, кто попадает в радиус его воздействия. Возможно, он обладает рядом способностей, которые могут оказывать влияние и на меня? Ведь, если быть до конца честной, про некоторые свои способности я ему так и не рассказала. Что уж говорить про него? В общем, от былого доверия не осталось и следа. Мне жутко хочется выпустить пар и с кем-нибудь подраться, но боюсь, не смотря на наличие вполне сносных спарринг-партнёров осуществить своё желание у меня не получится, ведь мы живём в гостинице. Внутри меня бурлит вулкан эмоций, некоторые из которых я даже не могу описать. Но приходится держать себя в руках, ведь скоро мне предстоит встреча с детьми, и я пока не знаю, что им говорить.

От всех этих размышлений у меня разболелась голова, чего не случалось со мной уже довольно давно. Мы приехали, и я уже собралась выходить из машины, как увидела себя в зеркале заднего вида и испугалась: мертвенно бледная с серым оттенком кожа, огромные чёрные зрачки, а по щекам струятся слёзы. Я их даже не почувствовала! Мне надо взять себя в руки! Всё будет…хорошо. А перед глазами извиняющийся Алан, его пронзительный умоляющий взгляд, напряжённое как струна тело. Я в бессилии закрыла лицо руками. Сейчас я не верю ему. Не верю! Когда я была уверена в его чувствах ко мне, я ощущала себя всемогущей, хоть пока и не стала той, кем меня называют. А сейчас мне словно подрезали крылья, убрали опору, я вновь одна на стылом ветру. Ему удалось то, о чём мечтают ледяные ирны: он заполучил меня в жёны, я родила ему двоих детей. А дальше? Я должна буду преподнести ему Кэру на блюдечке?! Злость вновь стала преобладать над остальными эмоциями и слёзы моментально высохли, а на щеках вспыхнул болезненный румянец. Ну, нет, дорогой, эшров на Кэру будешь покорять сам, как и ваших врагов. Но до чего же больно, там, в глубине сердца! Я хочу вернуть всё назад, вернуть наши отношения, нашу любовь, но дважды в одну реку не войдёшь… Древняя Я внутри меня шепчет: «Беги…» Но я уже не та Эсия, что скиталась из мира в мир, убегая от Гэрса, я больше не хочу бежать. Мне надо найти в себе мужество смотреть в будущее. У меня есть планы, у меня есть враги, у меня есть дети! Весьма необычные дети и они уже заждались меня.

Хлопнув себя по щекам, я выбралась из машины.

***

Номер встретил меня тишиной: дети спят, а Эви, увидев в каком я состоянии, молча, выскользнула за дверь, давая мне возможность побыть наедине со своими мыслями. Но у Дары были другие планы.

– Где отец? – тихо спросила дочь, стоя в проёме двери ведущей в комнату, выделенную под детскую.

– Ему нужно было остаться. Не волнуйся, всё в порядке, – следя за тем, чтобы голос не дрожал, сказала я, присаживаясь на кровать.

– Ты раньше не врала, – задумчиво произнесла Дара, в голосе которой не было и тени обиды. – Что случилось?

Она смотрит на меня глазами так похожими на глаза своего отца и от этого у меня наворачиваются слезы, и я поспешно отворачиваюсь.

– Прости, родная, просто я сама ещё не разобралась и не хотела тебя беспокоить. И боюсь, что тебе будет сложно это понять, – борясь с эмоциями, выдавила я. – Твой отец оказался сыном Повелителя эшров. Нора и Дарэк ему не кровные родители. И имя его рода не Веллар, а Рэм. Твой отец знал о том кто он, но не счёл нужным рассказать об этом мне. Он солгал, а ложь не приводит ни к чему хорошему.

– Ты права, мне трудно понять то, что произошло, – по-простому ответила Дара. – Но из сказанного тобой, я поняла, что ты обиделась на отца за то, что он тебе солгал.

– Ты права, Дара, – я обиделась, потому что я доверяла ему, а он… не оправдал этого доверия. Его ложь может иметь самые плачевные последствия для нашей семьи.

– Ты боишься того, что он может причинить нам вред? – нахмурившись, спросил меня ребенок, и я осознала, с кем говорю.

– Нет, конечно, нет. Папа любит вас и никогда не обидит, – поспешно ответила я.

– И всё-таки ты боишься… – протянула Дара задумчиво. – Ты не должна бояться. Отец любит и тебя, значит опасаться нечего. Но ведь не только факт лжи вызвал в тебе столько отрицательных эмоций? Неужели его реальный статус имеет какое-то значение?

– Безусловно, его статус привнесёт серьёзные перемены в нашу жизнь. Вы с Элларом теперь тоже наследники во втором поколении, и это приведёт к ряду изменений и для вас тоже. Ко всему прочему нам предстоит переселиться в мир Кэру, портал в который я нашла. Отец будет там наместником Повелителя, а это значит, что фактически он возьмёт на себя все его обязанности. Эшры, которых мы должны будем там найти, ничего о нём не знают, так что, ему предстоит завоевать их доверие. Но сначала, мы с твоим отцом должны будем отправиться в тот мир на разведку и вас мы не сможем взять с собой: слишком опасно. За вами присмотрит Эви, но ты как старшая сестра присмотри, пожалуйста, за братом, я очень рассчитываю на твою помощь, милая.

– Я понимаю, мама. Хорошо, Эллар будет под моим присмотром, – хищно улыбнулась дочь, явно строя коварные планы по контролю за своенравным младшим братом, у которого она так и не смогла стать авторитетом, но явно на это рассчитывает. И на этой жизнеутверждающей ноте мы завершили наше общение, и дочь отправилась спать.

Странный конечно у нас получился диалог, и впредь мне надо быть осторожнее и не морочить ребёнку голову взрослыми проблемами. Вот к чему приводит отсутствие подруг и вообще того, кто достоин доверия. Эви хорошая, но она при всей своей активности и деловитости с самого начала вела себя больше как…фрейлина. Всплывшая в голове, ассоциация, в свете последней информации, меня несколько шокировала, но по-другому и не скажешь. Она никогда не лезет с советами или предложениями, всегда готова помочь, и ещё с самого начала с её стороны ощущается уважение и преданность что ко мне, что к Алану. Сейчас я уже начинаю подозревать рэтсов в том, что они были посвящены в тайну Повелителя. Или же сама Эви что-то учуяла своим оборотническим нутром. Глупо приравнивать эшров и рэтсов к оборотням Земли. Они совсем другие, они дети этого мира, и ощущают, безусловно, больше. Надо будет спросить у Эви про то, как она ощущает Алана и меня.

***

До чего же странно быть в постели одной… Да, раньше мне тоже порой случалось ждать Алана неделями, прежде чем он вернётся домой, но тогда я грезила им наяву и во сне, он словно всегда был со мной, окутывая коконом своей любви,…и одиночество ощущалось совсем по-другому. Нет, – я даже мотнула головой в раздражении, – я не знаю, была ли это настоящая любовь. Возможно, это была иллюзия…не та, о которой говорил Акинсар, но не менее действенная. Она называется самообман. Сегодня, как и раньше, Алан ничего не сказал в мою защиту, не захотел уничтожить глупого старейшину посмевшего оскорбить на глазах у знати его жену… Он только испугался, когда понял, что я могу его убить. Он остановил меня. Моё тело всё ещё реагирует на него как прежде, и ему удалось вывести меня из состояния бездушной машины несущей смерть. Но после, он не пошёл за мной, не остановил. Он не сделал ничего. Но я не понимаю… Раньше он часто бездействовал и это было обосновано его социальным статусом отверженного, да и остальными ограничивающими его свободу законами и правилами его народа. Но сейчас он официально объявленный Повелителем второй наследник, у него практически нет ограничений. Но боюсь, он так и останется тем слоном, что вырос в неволе со скованными ногами. С него сняли цепи, но он всю жизнь будет ощущать, как они впиваются ему под кожу. Если это действительно так, то Повелитель просчитался, – горько улыбнулась я, – из такого правителя не выйдет, как ни старайся. Но если причина не в этом, то… в чём? Ах да, он мог испугаться, что я устрою безобразную сцену выяснения отношений на глазах у его подданных, а ему это сейчас не на руку, ведь ему необходимо обрести в их глазах тот же флёр могущества, что есть у его брата от рождения. Это неприятно, думать, что мнение обезличенной толпы для него важнее, чем мои чувства и наши отношения. Но лучше чтоб было так, чем…знать, что он на самом деле согласен с Харсуром, что на самом деле стыдится меня перед этими напыщенными щёголями. Ведь в глазах эшров я именно та, кем обозначил меня старейшина: безродная полукровка, чьим телом овладел другой мужчина. И все-таки, какие же эшры лицемеры! Они словно животные допускают битву за самку и их воровство друг у друга, но не могут принять женщину, если она стала жертвой таких обстоятельств. Я боготворила Алана за то, что он не отказался от меня, что бился не на жизнь, а на смерть, чтобы вернуть меня. Тогда он стал для меня идеалом во всех отношениях. Именно так должен поступать мужчина, который искренне любит свою женщину. Но, сейчас я знаю, что ему ни в коем случае нельзя было меня терять, я должна была остаться с ним во что бы то ни стало… И та ситуация теперь видится мне в несколько ином свете. Он не мог прикоснуться ко мне неделю! Отводил глаза, сбегал на тренировки и дежурство. И как раз это поведение было нормальным для мужчины, гордость которого задета, но который не может поступить так, как хотел бы. Он тогда оправдался какой-то нелепицей про страх причинить мне боль или что-то в этом духе, и тогда это было принято мной за чистую монету. Но всё было не так…Ему и, правда, было неприятно, и ему действительно пришлось переступить через себя, и словно больному ложку за ложкой пить горькое лекарство, убеждая себя, что это необходимо, пока желания тела, ни победили. А я так желала его, так любила, и возможно это помогло ему преодолеть, возникшую ко мне неприязнь. Вряд ли это было бы возможно останься я в прежнем теле…Но что было, то было. В своих размышлениях я погрузилась слишком глубоко и вскрыла старые раны. Зачем? Добавить себе ещё боли? Я и так вся разваливаюсь на куски. Я свернулась калачиком посередине большой кровати, закутавшись в одеяло, словно в кокон. Но вдруг я ошибаюсь? Может, всё было, так как было, а я теперь извращаю реальность? Но как узнать правду? К такому удару судьбы я явно не была готова.

***

Ночь прошла тяжело: мне снилось, что я бреду в серой мгле и подспудно ожидаю, что вот-вот покажется Гэрс, но он не появился, значит, это был просто сон. Эллар проснулся рано, и я была даже рада вынырнуть из серой мути своего сна в реальность. Правда потом я вспомнила, что в реальности я теперь тоже бреду в потёмках, еле разбирая дорогу.

Муж позвонил ближе к обеду, но я не стала с ним говорить. Я хочу встретиться с ним лицом к лицу, хочу видеть его глаза, ощущать его эмоции. Только так, и никак иначе. После нескольких сброшенных звонков он написал, что не может приехать, так как отец частично снял с него блок, и ему нужно время, чтобы адаптироваться к новым для него ощущениям себя и мира вокруг. Но он очень хочет со мной поговорить. Я ответила, что мы поговорим тогда, когда у него не будет проблем с его физическим и душевным состоянием, а пока нам стоит побыть порознь. На это он лишь ответил, что сделает всё от него зависящее, чтобы этот момент настал как можно раньше. Пока не представляю, что именно с ним сейчас происходит, какую силу сдерживал этот пресловутый блок? И почему он снят лишь частично, а не полностью? В душе заворочалась совесть, что я, как жена должна была бы пройти с ним все трудности и невзгоды, а я, обидевшись, отдалилась, оставив его одного. Но с другой стороны общение с родственниками для него сейчас актуальнее. И я была бы совсем не против, если бы Алан отстоял мою честь, выяснив по-мужски отношения, хотя бы со своим братом. Желание Акинсара прибрать меня к рукам не может меня не беспокоить. Реакция Алана на него была довольно красноречива, но вот чем конкретно она была вызвана в тот момент, я не могу знать. Алан мог быть просто раздосадован тем, что правда откроется мне сама, и он был бессилен это предотвратить. Отчего-то о том, что Акинсар действительно не знал про существование брата до этого приёма, я верю, как и в то, что он вряд ли так просто откажется от своих планов. И если Алан будет бездействовать, то…это меня разочарует.

В любом случае Акинсар меня не получит, и если помощи в этом вопросе от Алана я не дождусь, то справлюсь сама, ведь как я поняла из своих обрывочных то и дело проявляющихся воспоминаний, это для меня не впервой. «И почему мужчины взяли моду охотится за мной словно за лесной ланью?» – фыркнула я, не удержавшись. Когда закончился этот бесконечно долгий день, я приняла решение, отправится на базу вместе с рэтсами: мне здесь нечего делать. Петербург конечно не Москва, но среди людей мне несколько некомфортно: меня окружили их эмоции, желания, страхи. Загазованный воздух давит на грудь каменной плитой. Вокруг суета, множество звуков и запахов. Детям большой город тоже не понравился, но любопытство смогло переключить их внимание на изучение новых объектов. Эллар в отличие от сестры видел всё впервые, так что день мы провели в движении, изучая город, заходя в магазины, блуждая по набережной и вдоль каналов. Детям, конечно, удалось меня немного отвлечь, но противное состояние тягостной пустоты в груди лишь усиливалось с каждым часом. Отсутствие отца Эллар воспринял спокойно, он лишь кивнул, когда я сказала, что Алану нужно побыть со своим отцом и братом. В отличие от Дары, периодически с тревогой, поглядывающей в мою сторону, он не заметил моего подавленного состояния. Возможно, это связано с его ещё совсем малым возрастом, а точнее с отсутствием опыта в распознавании человеческих эмоций. Во всяком случае, он всегда очень удивляется, когда сам испытывает гнев или радость. Чаще всего его лицо абсолютно бесстрастно, напоминая кукольное. Я волновалась, будут ли люди обращать внимание на его необычные глаза, так как чёрно-белые вихры мы спрятали под шапкой. Но всё обошлось: всё же люди довольно невнимательные существа. Больше всего Эллара удивили собаки на поводках. Точнее то, что они спокойно воспринимают ограничение своей свободы и даже не помышляют о ней, преданно смотря на хозяина. И тогда я сказала ему, что свободу можно понимать по-разному. Для одних это полная независимость от кого-либо, для других – это возможность беспрерывно находится с объектом своей любви рядом, и тогда поводок сущая мелочь никак не влияющая на их восприятие жизни. Сказала, и моё сердце сжалось: что же свобода для меня?

***

В привычных стенах базы рэтсов мне не стало легче, даже хуже. В груди беспрерывно ноет, а волны слабости и жара то и дело прокатываются по всему моему телу. У меня словно ломка: мне не хватает Алана с каждым днём всё больше, но моё внутреннее сопротивление только растёт. Я тренируюсь каждый день, чтобы хоть как-то сбросить болезненное напряжение, но это не помогает! Как же это бесит! Неужели мне придётся смириться с тем, что моему телу необходим Алан? Но если бы только телу! Душа потерялась в сомнениях и догадках, и просто хочется услышать его голос, заглянуть в его глаза. В такие моменты острой грусти я сильно зажмуриваюсь и мотаю головой из стороны в сторону, стиснув зубы, чтобы не расплакаться. Как же я слаба перед ним, похоже, он захватил всё моё сердце без остатка. Что же будет, когда он вернётся? Я просто брошусь ему на шею, забыв обо всём? Нет, я этого не допущу! Страх, и обида никуда не ушли. Я не сдамся так просто. Он должен объясниться, должен сделать хоть что-то, чтобы я поверила ему!

Я пропадаю часами в мире Кэру, окончательно убедившись в том, что время в обоих мирах синхронизировано, что не может не радовать. Только здесь я могу немного прийти в себя, погрузившись в медитацию, восстановится энергетически. Меня манят лазоревые небеса, где в вышине парят драконы, которых в первый раз я прияла за огромных птиц. Их большие мощные тела отсвечивают перламутром и золотом, а огромные крылья поражают своим размахом. Их тела более вытянутые и стройные по сравнению с теми, что часто изображают художники у нас на земле, а лапы довольно длинные. Жаль, что разглядеть их подробнее пока не представилось возможным. Отчего-то я уверена, что моё присутствие не осталось незамеченным с их стороны, но они пока не сочли нужным, познакомится со мной поближе. Что ж рано или поздно это всё равно произойдёт, не буду торопить события.

За эти два месяца, что мы вновь живём на базе в ожидании возвращения Алана, Эллар ещё немного подрос и теперь выглядит как трёхлетний ребёнок, этому наверняка поспособствовало то, что он, превозмогая неприятные ощущения, которые сопровождают нас по возвращении на Землю, часто увязывается за мной на Кэру. Он говорит, что смотреть на драконов очень больно, потому, что для него они представляют собой ослепительные сгустки золотого свечения с проблесками голубых молний. Поэтому он, как и я, чаще всего медитирует, отрешившись от внешнего мира, напитываясь его энергией. Эллар сказал, что чувствует эшров, и их довольно много, так что наша будущая экспедиция быстро принесёт результат. А меня мучает вопрос: от чего эшры остались в живых, если по рассказу Алана их должны были истребить кейлити-тэ и именно поэтому Повелитель пошёл на тот отчаянный шаг, спасая тех, кто доверился ему. Но выходит, что исход той битвы оказался иным и эшры выжили…или кейлити-тэ создали новых… И всё же не стоит гадать и придумывать, надо лишь узнать реальную историю от местных эшров. Однако иллюзии, что нас с Аланом встретят с распростёртыми объятиями, я не имею. Особенно касаемо себя. То, что я отличаюсь от них видно сразу, а ещё лучше об этом говорит мой запах. А то, что их будущий наместник, сын ушедшего в другой мир Повелителя, выбрал себе в пару такую нестандартную женщину, вряд ли добавит ему очков в глазах его новообретённых подданных. А это значит, что мне вновь надо молчать, быть тихой мышью, не привлекать к себе внимания, чтобы хоть как-то сгладить эффект от своего присутствия в его жизни…гр-р-р. Но я чувствую, что это уже не возможно! От одной мысли об этом всё моё естество встаёт на дыбы! Я не собираюсь сидеть на Кэру сложа руки, подчинившись навязанным правилам, моё предназначение не в этом, и если местных это не устроит, что ж им или придётся принять меня такой, какая я есть, или я уйду. Да, это эгоистично с моей стороны, но моему терпению пришёл конец. Если Алан не сможет отстоять мой статус рядом с ним, пойдёт на поводу у эшров, чтобы заслужить их доверие, это будет его выбор. К сожалению, я его уже предвижу, глупо надеяться, что в новом мире и в грядущих обстоятельствах Алан проявит несвойственную ему жёсткость. Будущее, как и настоящее, предстаёт отнюдь не в радужных красках.

Однако с каждым новым часом проведённом в том мире, моё восприятие потихоньку стало меняться, утратив трагические краски, боль притупилась, уступив место странному ощущению, схожему со слабой анестезией: душевная боль не ушла полностью, но на первый план вышло ощущение какого-то онемения. Ничего подобного я раньше не испытывала, это совсем не похоже на ледяной транс, когда я перестаю чувствовать совсем. В своих медитациях, я стала видеть картинки из своего прошлого, в котором я всегда была такой разной внешне и в то же время неизменной внутри. И я поняла про себя одно: я никогда не знала чувства любви или привязанности, окружающие меня существа всегда казались мне чуждыми и представляющими опасность. Воплощаясь в смертных телах, я ощущала себя крайне уязвимо и жила всегда с оглядкой, утратив многие краски жизни. Да, страх перед Гэрсом затмил мой разум на многие тысячелетия. Какой же трусихой я была, – невероятно! Так отчего же в этой жизни всё пошло по-другому? Потому что я встретила Алана? Почему я смогла полюбить?

Глава 3

Особняк Повелителя эшров в Санкт – Петербурге.

Алан дэй Рэм.

Его жена ушла, показав свой характер, предварительно чуть не убив Харсура. Тот, безусловно, озвучил то, что следовало бы держать при себе, и Алан, непременно вызвал бы его на поединок чести, но Арина больше не ждёт помощи, она действует сама и, похоже, ей безразлично общественное мнение. Он многократно видел её в битве, но не ожидал, что она может вот так просто захотеть отнять жизнь только за высказанное вслух мнение. Он знает, она не такая, просто в тот день её реальность пошатнулась, она потеряла опору, ощутила себя преданной, одной среди врагов, и едкие, пропитанные превосходством слова старейшины стали для неё последней каплей. Но она остановилась, не довела дело до трагического конца, показав своё милосердие. Демонстрация силы произвела на эшров неизгладимое впечатление и вряд ли теперь кто-то осмелится выразить своё недовольство вслух, но это не значит, что ситуация исчерпана. У Алана одна надежда, что в мире Кэру его супругу воспримут более благосклонно. С другой стороны, с чего бы? Там такие же эшры, причём наверняка с более строгими законами, чем на Земле. В любом случае он не отречётся от неё. Если эшры не будут готовы принять её, то он…Что? Он заставит их это сделать! Ему нужно будет предложить им то, от чего они не смогут отказаться и тогда они уже не смогут перечить ему. Только так. Но для начала ему нужно вернуть Рину… и с этим может быть посложнее. Она уехала на базу вместе с рэтсами, даже не дав ему возможности объясниться. Сказала, хочет говорить с ним лицом к лицу, что ж это лучше чем ничего. По крайней мере, она готова к диалогу. Но её своенравность и гордость могут оказаться сильнее его слов.

Тоска по Рине усиливается с каждым днём, она вытягивает из него силы, мешает воспринимать и усваивать новую информацию, но он не может себе позволить небрежно отнестись к обретению контроля над своими способностями. Все эти годы, когда отец укреплял его блок, ему казалось, что он задыхается, а тело плохо слушается, словно он двигается под водой. Он думал, что когда блок будет снят, ему станет легче, но всё оказалось совсем не так. Его тело оказалось не готово, голову буквально разрывало от боли: столько чужих эмоций, мыслей, желаний, знаний, – они ворвались все разом, заставив его буквально утонуть в них. Отец, видя, что он не справляется, вернул часть блока на место, сказав, что он разрушится сам, когда Алан будет к этому готов. Алан думал, что у него совершенный контроль над телом, при переходе в боевую форму, и так и было, когда дело касалось обличия Эштар. Однако получив возможность переходить в любую ипостась из пяти возможных, Алан понял, что помимо сложностей освоения различных по физическим данных тел, он не справляется ещё и на психологическом уровне. Эшры стараются не допускать полукровок, так как психика химер чаще всего нестабильна, что влечёт за собой безумие. И сейчас он на своей шкуре понял почему: когда тело и сознание получают противоречивую информацию одновременно, то все реакции или замедляются или наоборот неимоверно возрастают. То, что хорошо Шэссуру, противопоказано Айрэш, а Шинари полная противоположность Уришу. Ему надо отделить в своём сознании все эти реакции, систематизировать, и научится не только физически менять ипостась, но и менять свою психику. И это далеко не так просто как кажется, особенно если ты всю жизнь прожил как Эштар.

Ему нужно сосредоточиться, взять себя в руки, но перед глазами её ошеломлённое лицо, вытянутые в защитном жесте руки с искрящейся ледяной магией, а в ушах её холодные слова, что она не может простить его. Это преследует его ежечасно, мучая вопросом: сможет ли он вернуть её? Да, она сказала, что не уйдёт, но на самом деле она уже бросила его, он не чувствует той прежней связи, что была между ними. Она почти перерубила её, испугавшись за себя и своих детей, ведь они тоже Ида, они не Рэм, как думает Эрилл. В чём-то старейшина прав, она не сможет дать жизнь новому поколению рода Рэм и одно это может послужить основанием к расторжению их брака. Но об этом никто не знает и не узнает, он сделает всё для этого.

Но сейчас он остался один, совсем один. Отец уже много столетий наделённый властью, слишком привык общаться с ним отстранённо, а брат… от одной мысли о нём чешутся кулаки, но ему приходится себя сдерживать, ведь именно он его наставник в вопросах освоения сверхвозможностей, так повелел отец. Алан не дурак, понимает, почему Эрилл распорядился подобным образом, но…он допустил ошибку. В данном случае они чужие друг другу мужчины, один из которых во всеуслышание объявил о том, что желает присвоить себе жену другого. И теперь Акинсар не может скрыть в глазах своё превосходство и издёвку, постоянно напоминая ему о том, что из него не выйдет достойного наместника на Кэру, ведь он даже не может справиться с собственной женой. Да что он понимает, этот губитель невинных жизней?! Бездушный болван! Всякий раз, как он оказывается в поле видимости Алана, в нём вскипает ярость. Как отец видит их дальнейшее сотрудничество, если у них нет ничего общего, кроме родителей и женщины, которую они оба желают?! К тому же Акинсар осваивал свою силу с самого рождения, и он не знает иного. Не знает, что такое быть скованным, когда сознание затуманено, а тело ничуть не сильнее обычного эшра, и сейчас он вдоволь потешается над неуклюжими попытками брата постичь за пару месяцев то, на что у него ушли годы.

С каждым новым днём вместе с новыми знаниями и силой, его разум всё больше туманят гнев и ярость. Он чувствует себя словно раненый зверь попавший в ловушку. У него было всё, что нужно для счастья – его семья, а теперь, что у него есть теперь?! Акинсар сам определил место, которое он будет занимать в жизни брата, так пусть пеняет потом на себя. Алан изменил свой внутренний настрой: теперь брат – это враг, которого необходимо победить, превзойти его во всём. С этого момента его дела пошли на лад, и он значительно продвинулся, больше не чувствуя себя неудачником, но на душе становится только хуже. Он грезит Риной и во сне и наяву, она стала его наваждением. Его изводит чувство вины, а тело изнывает от желания. Он жаждет ощутить нежность её кожи, вдохнуть родной запах, зарыться руками в её шелковистые волосы, впиться в её губы. С каждым днём пытка становится всё невыносимее и Алан понимает, что начинает терять контроль. Он по дурости хотел попробовать вновь связаться с ней по телефону, мечтая хотя бы услышать её голос, но он оказался заблокирован. Она тоже сделала свой выбор: показала ему на дверь. Алан в бешенстве разбил телефон вдребезги. Как назло в этот момент, словно специально в проёме двери небрежно скрестив руки на груди, стоял Акинсар, который ехидно ухмыльнулся, проследив своими облепиховыми глазами траекторию полёта телефона, приподняв белые брови, когда тот разлетелся на тысячи осколков. Он заявил, что с таким слабым самоконтролем, ему необходимо прекратить занятия, пока он не вернёт себе его в полной мере. А затем он предложил Алану то, от чего тот потерял этот самый контроль полностью: сбросить напряжение с одной из эшари, которые прислуживают в этом доме, раз жена не посчитала нужным быть с мужем в такой сложный для него период жизни. В этот момент Алан не желал ничего, кроме как поставить своего братца на место, выбив из него его высокородную спесь. Как он посмел?! Не медля ни секунды, он набросился на брата, обрушив на него всю скопившуюся ярость. Тот же только этого и ждал, видимо мечтая доказать отцу, что Алан ни на что негоден. Но тьма затопившая сердце Алана придала ему сил, которых Акинсар не ожидал. Его движения были сильны и точны, а в глазах переливалась ртутью холодная решимость, а вовсе не слепой гнев, на который рассчитывал первый наследник.

Если бы ни вовремя появившийся Повелитель они бы разнесли пол особняка вдребезги. Он взял под контроль сознания обоих своих сыновей, отняв у них силы и способность двигаться. На это способен только он, как тот, кто их породил. Такого от сыновей он не ожидал. И если Акинсар лишь вновь поддался своему дурному характеру, то состояние Алана его взволновало не на шутку: его связи с женой ослабли, а ауру почти затопила тьма. Как он мог не просчитать такой вариант развития событий? Почему не предвидел столь очевидной реакции?! Его сын не может без своей половинки, как и она без него. Им нужно срочно перебираться на базу рэтсов пока не стало слишком поздно. Дальше он займётся обучением Алана сам, но только когда он восстановит баланс энергий. Его надежды на то, что тренировки помогут братьям наладить контакт, не оправдались. Они слишком разные и не видят друг в друге продолжения себя. Теперь это тоже проблема, но не такая срочная как тьма, почти поглотившая его второго сына.

База рэтсов, восточный склон Уральских гор, заповедник Денежкин камень.

От одной мысли, что он скоро увидит жену, внутри всё дрожит и трепещет. Конечно, он соскучился по детям, но… без Рины он больше не может! Но надо держать себя в руках, сейчас она не бросится к нему в объятия, не скажет, что скучала. Максимум на что он может рассчитывать – это холодный взгляд её красивых фиалковых глаз. Ну почему она ему не верит?! Ведь каждый из них уже стоял на краю бездны и возвращался, потому что они не могут друг без друга. Так почему сейчас, после стольких совместно прожитых лет она смотрит на него как на незнакомца? Ведь он – это по-прежнему он, сменился только статус… и семья. Чёрт! Он даже не связался с Норой и Дарэком! И теперь всё выглядит так, словно получив официальный статус наследника, он вычеркнул их из своей жизни,…забыл. Но всё не так! Просто…его словно заклинило. Алан пообещал себе, что обязательно поговорит с…родителями. Они его настоящая семья, не Повелитель и уж точно не Акинсар. При мысли о брате злость вновь начала поглощать его сознание, заставляя щерить клыки на невидимого врага. Жаль, что отец не дал ему завершить поединок, а ведь он уже был близок к победе. Несмотря на то, что у Акинсара по определению должно было быть явное преимущество в управлении силой и способностями, в настоящем не тренировочном поединке оказалось, что Алан гораздо сильнее его. Когда ярость смела все его внутренние барьеры, он почувствовал в себе неимоверную силу, и ему казалось, что он может стереть брата в порошок, если ему так захочется. Алан всегда был умелым воином, а в последние годы, усиленные тренировки помогли достичь ещё более высокого уровня, никто не мог победить его. Но, то были обычные эшры, перед братом же, всё это время он испытывал некоторую неуверенность и постоянно терпел поражение за поражением, что лишь усугубляло его состояние. Но оказалось, проблема была только у него в голове: он чувствовал себя слабым, поэтому он им и был. А это отвратительное чувство слабости и так сводило его с ума все предыдущие годы, но его причина была другом: в отсутствии у него права сопротивляться приказам старейшин из-за чего он испытал немало боли, а его жена и подавно. По прошествии двух месяцев поведение Рины на том злосчастном торжественном приёме, когда она чуть не заморозила Харсура до смерти теперь не кажется ему чем-то неправильным, и появилось даже некоторое сожаление от того, что она не завершила начатое до конца. Ещё никогда он не испытывал такого безжалостного желания уничтожить любого, кто может встать у него на пути или попытаться ограничить его свободу. Он всегда чувствовал, что разочаровывает жену своим правильным поведением, подчинением старейшинам и довольно жестоким законам эшров, но тогда он не мог позволить себе идти против системы. Теперь же он наследник Повелителя и сам может способствовать изменению законов и устаревшей уже системы, иначе, чем он отличается от обычного эшра? Наконец он может дать своей любимой все, что она пожелает, никто не посмеет ограничивать её свободу быть собой. Но она не оценила подарка, дарованного ей судьбой, предпочла сбежать. Но она его жена и он вернёт ее, во что бы то ни стало.

***

Очутившись на базе, сразу увидеться с семьёй у Алана не получилось, так как он с отцом отправился к Зирэку, где они стали проговаривать многочисленные проблемные моменты грядущих перемен. Ведь у Повелителя не так много времени и надо успеть как можно больше. Но после трёх часов совещания, Алан не выдержал и, извинившись, вышел. Дара, скорее всего, на занятиях и её тревожить Алан не захотел. Но в выделенных когда-то его семье апартаментах никого не оказалось, а зная неугомонный характер своей благоверной, быстро её найти Алан не рассчитывал: она может быть где угодно и даже малолетний сын ей в этом не помеха. И если раньше он относился к этому факту нормально, то отчего-то сейчас в его душе поднялась удушливая волна возмущения. Ведь ей наверняка сообщили о его возвращении, так почему она не проявила хоть толику такта и не дождалась его?! Ему ничего не оставалось делать, как попытаться почувствовать её, как он это делал раньше. Но неожиданно он столкнулся с проблемой: теперь все присутствующие на базе эшари для него как яркие маячки, он буквально ощущает каждую, их физическое и эмоциональное состояние, местоположение, но Рина пропала с его внутреннего радара. Она не эшари и её он мог чувствовать только через их брачную связь, но теперь он практически её не ощущает! Его бросило в холодный пот, а в душе поднялась волна гнева: как она посмела?! Она не дала ему объясниться, не дождалась его возвращения, она просто отреклась от него! Так вот насколько крепка их связь…нерушимая и вечная, значит, – Алан сжал челюсти так, что казалось ещё чуть-чуть и его крепкие зубы раскрошатся в пыль. Она считает себя жертвой, считает себя вправе так поступать с ним, он в её глазах теперь враг номер один, и почему? Только потому, что он все эти годы выполнял клятву данную отцу?! Что оказался сыном Повелителя эшров?! В этом его вина?! Он собирался покаяться, молить её о прощении, снова и снова признаваться ей в своей любви, но своим поведением она уничтожила в нём всякое желание так поступать. За все годы у них не было ни одного скандала или крупной ссоры, он всегда хотел угодить ей, обеспечить ей комфортную жизнь, дарить свою любовь и заботу, он делал всё возможное со своей стороны. А теперь она словно плюнула ему в душу, махнув хвостом чёрной кошки на прощание. Раз она Тень, то для неё закон не писан и муж не указ, так получается? Ну, ничего, он найдёт её на этой чёртовой базе, и они поговорят, он слишком долго ждал этой встречи и откладывать её не собирается.

***

К сожалению никто, из встреченных им на пути не смог подсказать ему, где находится его жена в данный момент и ему пришлось побегать, что лишь усилило его злость. Рина обнаружилась в одном из многочисленных тренировочных залов. Она в боевой форме на немыслимой скорости сражается с Киримом, который также принял свой второй более естественный для него облик. От открывшейся ему картины Алан на пару мгновений застыл в дверях не в силах пошевелиться: как же она прекрасна! И она его женщина, но сейчас без его ведома находится в близком контакте с другим мужчиной! Волна ревности и злости затопила его сознание, а красная пелена ярости застила глаза. Никто не смеет прикасаться к ней! Дальше его тело действовало само, бросившись на Кирима, за секунды перейдя в пока привычную форму Эштар. Но, несмотря на то, что бой был в разгаре, Кирим заметил нападающего и мощным ударом отбросил Алана на стену. Форма Эштар не годится для этого боя, так как Кирим значительно крупнее и с большей массой тела, поэтому тело Алана практически на автомате принимает другую форму, на этот раз Шессур. Сейчас он не уступает рэтсу ни в росте, ни в весе: его болотного цвета кожа неимоверно плотная, покрыта толстыми роговыми пластинами, руки и ноги усыпаны множеством острых шипов, на голове «корона» из четырёх загнутых назад длинных рогов; оставшиеся зелёными глаза, защищены второй парой прозрачных прочных век, а колючий гребень на спине переходит и на длинный мощный хвост с острым длинным шипом на конце, – если бы не другая форма черепа и цвет шкуры его можно было бы принять за рэтса. Рина смотрит на него расширившимися красными глазами, полными удивления и настороженности: она не ожидала подобной выходки с его стороны. Но у него есть цель: Кирим, – и он вновь бросается на него, издавая громкий рык.

– Не смей прикасаться к моей женщине! – И сразу, метнув взгляд разъярённых глаз в сторону жены, прокричал: – А ты не имела права тренироваться с кем-либо без моего разрешения! Иди в комнату и жди моего возвращения!

Он хочет уничтожить наглеца, выместить на нём свой гнев, Алану кажется, что если он оставит его в живых, то Рина так и не поймёт своей ошибки. Она его и только его! Никто не должен сомневаться в этом, особенно она сама. Но Рина бесстрашно встаёт у него на пути, шипя разъярённой кошкой и щеря клыки! Она требует, чтобы он прекратил вести себя как идиот и приказывает Кириму уйти. В её голосе столько власти, что тот беспрекословно подчиняется, слегка склонив голову, даже не посмотрев в сторону Алана. Эта сцена окончательно выводит Алана из себя. Рина смотрит ему в глаза и всё больше хмурится, видимо разглядев в них что-то такое, что явно ей не по нраву. Она говорит, что он разочаровал её: так быстро поддался тьме, позволил гордости и статусу подчинить себя. Сейчас он не лучше Акинсара, привыкшего брать себе всё что пожелает, не интересуясь мнением объекта своего желания. Упоминание о брате становится последней каплей и Алан набрасывается на жену, которая так и не сменила ипостась, в его голове нет мыслей, лишь горькая обида и уязвлённая гордость. Как она посмела сказать такое?! Ему нужна она, его жена! И он вправе требовать от неё верности и уважения. Но он оказывается, её разочаровал! Он потерял контроль. А Рина напротив, войдя в боевой транс, его обрела. Они сражались в полную силу не щадя друг друга и помещение. Он хорошо её учил, а за эти два месяца разлуки она многому научилась и у рэтсов, видимо бой, свидетелем которого он стал, был далеко не первым. Её скорость и ловкость превышают его, этим она компенсирует недостаток физической силы. Её ледяные руки обжигают его лютым холодом, а он в свою очередь ошпаривает её кожу жаром своей. Теперь они не единое целое, теперь они по разные стороны баррикад. Но она не хочет убивать его, как и он, не желает ей смерти. Они лишь хотят достучаться друг до друга таким жестоким образом, не имея сил и терпения начать диалог.

Он прижал её к полу, придавив своим немалым весом, раня своими многочисленными шипами. Внутри своей грубой боевой оболочки, что стиснула мощные челюсти полные острых зубов, его очнувшаяся ото сна душа мечется и кричит: он не желает причинять её боль, он хочет любить её! Почему всё обернулось таким образом? Он жаждет её тело, её сердце, её душу! Желание столь велико, что оно буквально выжигает его изнутри. Но её глаза излучают арктический холод, а душа молчит, не отзываясь на его зов. Чёртов ледяной транс! Он рычит, перетекает в боевую форму Эштар и впивается в её ледяные губы грубым поцелуем. Он обжигает их обоих: температуры их тел несовместимы. Рина кричит ему в губы, опаляемая его жаром, но Алан упрямо не разрывает этот жестокий поцелуй, обмораживая свои. Он сжимает её в своих стальных объятиях, крича всей душой: Я люблю тебя! Я хочу тебя! Вернись ко мне! Будь моей вновь! Внезапно, словно настроившись на нужную волну, он начинает ощущать её эмоции и чувства как свои.

Его эмоции, жар, что проникает в её тело, начинают сводить её с ума. Её тело на пределе, оно мигает красным индикатором разряженной батареи: на сражение с ним она отдала всю энергию, что у неё была. Рина выходит из состояния боевого транса, и поцелуй перестаёт приносить боль. Теперь его губы дарят уже забытое чувство наслаждения, разбегающееся мурашками по её измученному телу, которое требует взять то, что само рвётся в руки, требует отдаться его воле, подчиниться. Ведь это так сладко быть в его руках! Но она сопротивляется из последних душевных и физических сил. Рина не простила его, а он вместо извинений ведёт себя как эгоист, которому не важны её чувства! Он лишь ревнивый мужчина, что истосковался по женскому телу. Она вырывается, вспарывая своими острыми когтями его прочную кожу как бумагу, кусается и рычит.

Но Алан больше не в состоянии сдерживаться, не в силах ждать её прощения. Если он сейчас не овладеет ей, то свихнётся, поглощённый безумным желанием. Оно настолько мощное, что сознание ушло на второй, а может и на третий план. Тело двигается само, на одних лишь древних инстинктах. В какой-то момент Рина перестаёт сопротивляться, не имея больше сил идти против желаний собственного тела. Она слишком долго ждала его возвращения, грезила им во сне и наяву, вспоминая его прикосновения, его голос. И сейчас она не хочет думать ни о чём, она хочет ощущать его каждой клеточкой своего тела. Это полное безумие. Им не важно, увидит ли их кто-нибудь в этот момент, не важно, что будет потом. Они существуют лишь здесь и сейчас. Они существуют на кончиках пальцев, в аромате друг друга, в этом остром первобытном удовольствии. Нет мыслей, лишь эмоции и чувства. Их тела звенят от напряжения, словно высоковольтные провода. Воздух искрит от бушующих энергий. Сейчас Алан воспринимается Риной иначе: больше энергии, силы, ярости. В нём живут бури и грозы, его сердце почти поглотила тьма. Она даёт много силы, но она обманчива, иллюзорна, после неё всегда только пепел и разрушения. Но так не должно быть! Тьме не место в его сердце! Энергия Рины ворвалась в него живительным потоком, выжигая липкую тьму, освобождая его душу и сердце. Они замкнутая друг на друга система: когда одному хорошо – хорошо обоим, когда одному плохо – второй страдает вместе с ним. Они воссоединились, и баланс энергий в их душах и телах восстановился, энергия вновь свободно циркулирует в них как в едином организме. Больше нет места тьме, которая всегда заполняет образовавшиеся пустоты. Она ждёт своего часа и всегда приходит сама. Тогда как к свету надо стремиться самому, прилагать усилия, бороться с соблазнами, превозмогать слабость и лень. Это трудно и потому так просто не заметить, что ты уже не тот, что прежде и с каждым днём уходишь во тьму всё дальше. Если этот путь начат вдвоём, то должен продолжаться дальше вместе, только так тьма отступит и не посмеет вернуться вновь.

Для Рины странно вновь быть в объятиях Алана, чувствовать его руки на своей коже. Тело блаженствует, а душа в смятении. Что это было? Какое-то сумасшествие. Наваждение схлынуло, оставив после себя чувство неловкости и основательно покорёженный тренировочный зал. Алан в не меньшем смятении, чем Рина, его сознание очистилось от тьмы, и теперь, он с острой ясностью видит в кого он превратился за последнее время, что он творил, как себя вёл, как думал. Как он мог?! Он мечтал вернуть свою семью, вернуть любимую, но лишь всё испортил!

Рина молча, встаёт и идёт в душевую. Он чувствует, что она начинает злиться на него, на себя, на обстоятельства. Она не желает подчиняться ни ему, ни кому бы то ни было. Но он не хочет её ни к чему принуждать! То, что произошло сегодня, было ошибкой, его ошибкой. Он идёт за ней в душ, и молча, наблюдает, как струи воды стекают по её прекрасному телу, все нанесённые им во время боя раны уже исчезли, словно их и не было. Но с душевными ранами так не бывает, они восстанавливаются долго или не проходят совсем. Вот и сейчас он чувствует исходящие от неё волны обиды и боли. Он не хочет, чтобы так было! Не желает причинять ей боль! Он подошёл к ней сзади, поцеловав основание шеи, там, где стоит его брачная метка. Она вздрогнула, но не отстранилась. Он прошептал: – Прошу, прости меня, – вложив в эту нехитрую фразу все свои чувства. – Я, правда, не могу без тебя, любимая. Во что я превратился? Тьма чуть не сожрала меня с потрохами. Я на всё готов ради тебя. Слышишь? Только не закрывайся от меня, не отталкивай, прошу, – в его голосе мольба и отчаяние.

– Я больше не могу доверять тебе. Ты понимаешь это? – напряжённо спросила Рина в ответ.

– Да,– выдохнул он в ответ. – Что я должен сделать?

– Больше никогда, слышишь, никогда не смей приказывать мне! Не смей требовать мою любовь и брать меня силой! Клянусь, если это повторится, я уйду и ты никогда меня не найдёшь, – решительно ответила его жена, блестя глазами.

От последней фразы его прошиб холодный пот. Такое он не хочет представлять даже гипотетически.

– Пожалуйста, прости меня, я не знаю, что на меня нашло. Когда я увидел тебя с ним, то потерял самообладание, ревность затмила всё. Это было какое-то помутнение рассудка. За всю свою жизнь я не испытывал таких эмоций. Мне казалось, что если не овладею тобой, то сойду сума, это было не выносимо.

Рина наконец развернулась к нему лицом, заглянула в глаза, читая его душу как раскрытую книгу.

– Это лишь желания тела, Алан, только и всего. Мы вернули друг другу способность ясно мыслить, но…это ничего не значит. Я не знаю, что ты должен сделать, чтобы вернуть моё доверие. Боюсь, та наша история дописана до конца. Больше нет человечки Рины Волковой и того простого эшра Алана Веллара, они рассыпались в прах, возродившись теми кто мы есть: Тенью потерявшей память и наследником Повелителя эшров. Наша связь нерушима, поэтому мы не можем долго быть по отдельности. Но мы ничего друг про друга не знаем, боюсь, мы даже сами себя ещё не знаем в полной мере, чтобы делать какие-то выводы. Я ничего не могу тебе обещать и прошу тебя ничего не обещать мне. Нам придётся создать новую историю, не оглядываясь назад, – Рина опустила глаза, и, выключив воду, завернулась в большое белое полотенце. Её волосы отросли ещё больше, теперь достигая бёдер, а белого в причёске прибавилось: теперь весь верхний слой волос абсолютно белый и лишь снизу они имеют цвет горького шоколада. В фиалковых глазах появился отблеск цвета фуксии, и притаилась печаль. Она больше не тонет в его глазах, магия исчезла, превратив их в чужаков.

– Но я тот, кем был всю жизнь, Рина! – решил не сдаваться Алан. – Я рос в семье Веллар и долго считал их своими родными родителями и сейчас это также не изменилось. Они моя семья. Ты знаешь про меня всё. Я не общался с Повелителем и не получал от него никаких заданий. Я в тайне надеялся, что бремя власти никогда не коснётся меня. Ты же знаешь, я архитектор, я люблю заниматься любимым делом, отдаваясь этому всей душой. Но судьба распорядилась иначе, и да, теперь я буду вынужден вести за собой эшров, отвоёвывать вместе с ними наше право на свободу, если таковой у них нет. Но я, ни в чём не обманывал тебя больше, клянусь! Также я не знал, что мог убить тебя, если бы ты оказалась человеком, я думал, раз мои силы опечатаны, то я для тебя безопасен. Слова отца стали для меня полнейшей неожиданностью. Я усомнился в надёжности блока лишь однажды, когда ты теряла детей. Я винил во всём себя, думал причина в этой чёртовой опечатанной силе. Когда нам было приказано явиться на тот злосчастный ритуал, я был в отчаянии. Я умолял отца отменить приказ старейшины, оставить нас в покое, ведь верил, что причина во мне. Но он остался безучастен к моим мольбам. Всё, что мы пережили вместе, было по-настоящему. Я люблю тебя и не мыслю своей жизни без тебя! Для нас ничего не изменилось!

– А твой приступ гнева? А тьма, что поглощает тебя с такой скоростью? Алан, не глупи, ты меняешься и ты лишь в начале пути. Как и я. Постепенно память возвращается ко мне, и я понимаю, что могу измениться очень сильно.

– Так давай меняться вместе. Ты сказала, что наша связь не рушима, так давай не будем превращать наши отношения в пытку. Нас тянет друг к другу не меньше чем раньше. Осталось лишь довериться друг другу и всё вновь встанет на свои места.

– Прости, Алан, пока мне нечего тебе на это сказать. Я знаю лишь то, что твой отец является сильным существом, наделённым властью, и он знает кто я. Возможно, знает обо мне больше чем я сама. Сейчас он говорит о том, чтобы я помогла обрести эшрам свободу, возродить ваше государство. Но… может оказаться, что этого ему будет мало и в дальнейшем при помощи наших детей он захочет захватить весь мир. Ведь уже сейчас они обладают немалой силой и способностями, и он точно об этом знает. И я не могу быть уверена в том, что ты не скрываешь от меня его дальнейшие планы, так как я вижу, что ты не можешь ослушаться его. Так о каком доверии может идти речь?

– Я клянусь, что не знаю ни о каких планах отца, даже если они есть. И я не могу отвечать за него. Он на базе, можешь поговорить с ним ещё раз. Я понимаю твои страхи, но Дара и Эллар и мои дети тоже, я не допущу, чтобы их кто-то использовал словно орудие, даже если это будет мой отец. Рина, прошу, дай мне шанс доказать искренность моих слов. Я не знаю, с чем нам предстоит столкнуться на Кэру, но это трудный путь и если мы не станем командой, то не справимся.

– Я очень хочу тебе поверить, но пока не могу. Сегодня ты уже показал себя с новой очень неприятной стороны. Так что, как я сказала ранее, куда приведёт нас наша судьба, покажет время. И сейчас бессмысленно подгонять события.

Глава 4

Алан вернулся, но моя душа осталась глуха к его мольбам. Тьма, что плескалась в его глазах, напомнила мне о Гэрсе: когда-то он также был поглощён ей, и я не смогла его спасти, оставалось только бежать и скрываться. Ведь если бы он нашёл меня, то с большой долей вероятности перетянул бы меня на свою сторону и тогда мы бы превратились в пожирателей миров, и никто не смог бы нас остановить. И вот теперь Алан поддался её вкрадчивому шёпоту. Его энергетика давила, желая подчинить, сломить мою волю. Его ярость, направленная на меня, опаляла не меньше высокой температуры его кожи. Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не уничтожить его. Это желание возникло рефлекторно: пока он окутан тьмой – он враг, потому что представляет для меня опасность. Если через него тьма проникнет в меня, это будет начало конца. Я видела, на что были способны мои предки, перешедшие на сторону тьмы, и я не хочу повторения. Я лучше уничтожу нас, чем позволю трагедии повториться. Но я услышала зов той части его души, что не поддалась тлетворному воздействию, и жажда спасти его пересилила желание уничтожить. Это было…трудно. Я уже забыла как это – очищать от тьмы. Но он сам жаждал этого и у нас всё получилось. Но я понимаю, что былого уже не вернуть.

Всё изменилось…Былых чувств уже нет. Эти месяцы разлуки меня терзала жгучая обида на него, она разъедала мою душу, мучила сердце. Я была зла на него. Но я его любила… Это было так…по-человечески. Но сейчас ощущение онемения охватило всю мою сущность: эмоции словно застыли. Я смотрю на него совсем другими глазами: отстранённо и холодно, – и возможно в этом виновато постепенное пробуждение второй части моей личности, что все эти годы спала. Я вдруг с острой ясностью осознала, насколько он ещё молод и неопытен. Его поступки импульсивны и порой не продуманы, в его сердце притаилась неуверенность, а в душе печаль. Он ещё практически не чувствует ту силу, что течёт в его венах, которой пропитана его аура. Он растерян и оттого склонен допускать нелепые ошибки. Его ждут великие свершения, но он только в самом начале пути. Этот путь непрост, и не имеет конца. Его душа молода, в отличие от моей, но насколько он силён мне пока видеть не дано. Ему необходимо учиться, но у его отца мало времени. И причина такой спешки мне совсем не нравится.

Сейчас я вижу, что Повелитель истощён, возведённые им барьеры трещат по швам, а тело не справляется с бушующей внутри него энергией. Мне жаль его. Он противостоит тьме уже много лет в полнейшем одиночестве, и он достиг своего предела. Эрилл заметил, что от меня не укрылось его состояние, и заверил меня в том, что у него ещё есть шанс преодолеть этот кризис, и он им обязательно воспользуется. В свою очередь он посоветовал мне постараться наладить отношения с его сыном и не усложнять там, где всё просто. Я бы и рада последовать его совету, но боюсь, он немного опоздал. Во мне самой сейчас происходят такие серьёзные перемены, что мои реакции на одни и те же вещи в течение дня могут кардинально отличаться, а душевное состояние меняется от полного безразличия до крайне импульсивных реакций. Поэтому, да, я стараюсь не усложнять. Мы больше не пытаемся выяснить отношения, не предъявляем, друг к другу претензий; мы поглощены изменениями, происходящими в нас самих. Я продолжаю дарить мужу своё тело, и контакт с ним имеет только положительные последствия для нас обоих, но я понимаю, что этого не достаточно. Словно вместо мёда я даю ему сахар: сладко, но витаминов никаких. Но я не знаю, как мне разбудить себя. И надо ли мне стремиться к возвращению прежних эмоций и восприятия реальности? Возможно ли это?

***

С каждым днём мы всё явственней ощущаем, что времени остаётся всё меньше. Эрилл занимается подготовкой сына практически без перерыва, на пределе сил и возможностей обоих. Я часто присутствую на их занятиях, разумно посчитав, что мне это будет, не менее полезно, чем мужу, так как сама сейчас живу, руководствуясь одной лишь интуицией и смутными воспоминаниями. Знания, которыми обладает Эрилл, бесценны, и я впитываю их словно губка. Драконы хорошо его учили, и мне не терпится самой пообщаться с ними, возможно, они смогут помочь мне разрушить блок, который мешает мне вернуть память и силу.

Несмотря на высокий темп занятий, Повелитель всё же выкроил немного времени для знакомства с внуками. Они так сильно поразили его с первого взгляда, что он замер и не мог прийти в себя, пока Эллар не подошёл к нему вплотную и не попросил взять его на руки. А так как сделал он это мысленно, то Эрилл выполнил его просьбу автоматически, а потом рассмеялся, осознав каким образом, внук к нему обратился. Дара же предпочла общаться с ним на расстоянии, объяснив это тем, что сила, что разрушает его изнутри, оказывает на неё угнетающее действие и желания подойти к нему ближе, у неё нет. Мне показалось странным, что лишь мы с Дарой увидели проблему Повелителя. Ни Эллар, ни Алан, судя по всему, ничего подобного не чувствуют. Эмоции, что испытывал Эрилл от общения с внуками, были искренними и тёплыми, и это легло ещё одним зёрнышком на чашу весов, постепенно склоняющихся в сторону моего доверия к семье Рэм, частью которой я стала. Я наблюдаю и анализирую и пока не спешу с выводами, но уже понимаю, что Повелителю сейчас не до завоевания мира, если вообще когда-то было до этого дело. Узнавая его с каждым днём всё больше, я ощущаю исходящую от него доброту, которая порой, кажется даже неуместной для такого древнего и сильного существа. Он словно находится на своей волне, руководствуясь лишь одному ему известными мотивами, не желая вписываться в искусственно созданные обществом стереотипы, которым поддалась и я. Жаль, что времени для неформального общения у нас практически нет. Внутри меня возникло смутное ощущение родственной связи, которой просто не может быть, но она, тем не менее, есть. Возможно, это эхо от моей связи с Аланом, которая сейчас ослабла, но не разрушилась. Как бы я ни старалась, но ощутить больше у меня не получилось. Жаль, но пока мои возможности ограничены.

Помимо практических занятий, Эрилл передал нам всю информацию о мире Кэру, что он знает. И пусть ей две тысячи лет, но всё же это лучше чем ничего. К тому же кое-что бывает неизменно, например традиции и особенности менталитета живущих там рас. Сейчас нам важна каждая мелочь, чтобы суметь вписаться в тот мир наиболее органично. Я всё ещё не планирую вмешиваться в политику, предоставив это мужу, но боюсь, что остаться совсем в стороне как я планировала раньше, у меня не получится. В любом случае подробную и актуальную информацию о текущей ситуации на Кэру нам смогут дать лишь местные жители.

За неделю до назначенного дня начала разведывательной экспедиции на базе появились Нора с Дарэком, что стало для нас настоящим сюрпризом. Повелитель за нашими спинами договорился со старым другом о том, чтобы он с женой присмотрел за своими названными внуками, пока родители в разведке. Такой вариант меня устроил больше, так как обременять Эви мне было неловко, хоть она охотно согласилась помочь мне. Детям же по большому счёту всё равно под чьим присмотром быть. Тем не менее, я рада, что Эллар познакомился с эшрами воспитавшими его отца. Правда, они его интересовали лишь с научной точки зрения. Сын сказал, что пообщаться с эшрами ему будет интересно, так как с рождения он наблюдал лишь за рэтсами и оборотнями, к которым мы периодически наведывались в гости и это знакомство как нельзя кстати. Надо сказать, что мой немного изменившийся вид, облик внука и манера его общения впечатлили неподготовленных к подобному родственников. В прочем, изрядно подросшая Дара, тоже не осталась без внимания. Я попросила детей контролировать свои способности и лишний раз их не демонстрировать, чтобы не напугать Нору и Дарэка. Правда, боюсь, Эллар всё ещё далёк от понимания, что есть норма для поведения ребёнка его визуального возраста. Пришлось обстоятельно поговорить с Норой, объяснив ей некоторые нюансы психики её названных внуков ничего не утаивая, так как малейшее недопонимание может привести к самым неожиданным последствиям. Она как мудрая и образованная женщина восприняла информацию с достоинством, заявив, что от внуков Повелителя меньшего она и не ожидала. Оказывается, Алан в детстве тоже отличался от обычных детей. Конечно, не так сильно как его дети, но общие черты проглядываются. Например, он не любил много говорить, часами сидя в тишине, наблюдая за птицами или насекомыми; не любил активные игры и общение со сверстниками, предпочитая изучать их на расстоянии. Иногда пытаясь подражать некоторым выходкам детей, он устраивал крупные погромы, не осознавая, что гораздо сильнее их, и его действия принесут другие последствия. Лишь к восьми годам Алан стал проявлять реакции схожие со стандартными, постепенно вливаясь в общество. В этом ему помог Аарон, воспринимая Алана со всеми его заморочками и отличительными чертами, показав ему, что значит дружба и общение. Воспитывать Алана было непросто, но интересно. Это помогло Норе вернуться к жизни после смерти её любимого сына. Так что Нора с удовольствием готова вновь окунуться в интересное общение с нашими необычными детьми. Новая информация о детстве мужа меня заинтересовала и лишний раз убедила меня в том, что семья Рэм может быть во многом схожа с семьёй Ида, но была на более ранней стадии своего развития, и Эрилл стал представителем первого поколения сильнейших, а его дети уже вторым. Возможно, именно это стало причиной того, что мы с Аланом притянулись друг к другу, ведь, как, оказалось, объединиться с простыми смертными в союзы мы не можем, для них это принесёт лишь смерть.

***

И вот настал день, который положит начало переменам в жизни эшров и в жизни нашей семьи в частности. В экспедицию было решено отправляться налегке. С собой взяли воды и вяленого мяса на пару дней, так как мы доверились Эллару, утверждающему, что скопление эшров находится не более чем в двадцати километрах от Великих гор. А небольшие группы рассеяны по всей обширной территории обозримого леса и ближайшая находится от нас всего в пяти километрах. Это значит, что с нашими будущими подданными мы встретимся уже сегодня и провизия была взята скорее для перестраховки, чем по острой необходимости. Мы облачились в спецкостюмы, а сменную одежду взяли с собой, так как спуска с отвесного уступа, на котором открылся портал, нет, и нам придётся спускаться проверенным способом, перекинувшись в боевые формы, полагаясь на когти и силу. Расставаться с детьми было тяжело, но уверенное выражение лица Дары и как всегда безэмоциональное личико сына помогли мне справиться с сомнениями и неуверенностью. Они в надёжных руках Норы и Дарэка, так что я взяла себя в руки, и мы отправились в путь.

Пройдя сквозь портал, Алан позволил себе на минуту погрузиться в себя, прочувствовать изменения, что начали происходить с его телом, мировосприятием. Я же чувствую себя здесь уже привычно, практически как дома. Но от обилия свежего воздуха, напоенного ароматами растительности и местной живности, голова всё ещё немного кружится, к такому чуду нашим организмам придётся привыкать не один день, прежде чем мы избавимся от всех шлаков и смога, что осел в наших лёгких. Боюсь даже представить, как бы себя почувствовали здешние эшры, переместись они на Землю сейчас: наверняка, им бы пришлось привыкать не один месяц к нашему воздуху, словно к яду, адаптируя к нему свой организм. К слову о ядовитых испарениях, в воздухе то и дело проскальзывает сладковатый запах, который, по словам Эрилла и является их признаком. Значит, топи всё ещё остались, и Лес занимает не всю территорию. Это странно, потому что визуально с высоты мы не заметили ни одного серого островка, везде, куда ни кинешь взгляд буйство красок и зелени. Две тысячи лет назад здешняя местность отличалась кардинально. Во-первых, не было реки, и Великие горы представляли собой неприступный монолит. Во-вторых, деревьев было значительно меньше, и окраска листьев была в диапазоне от серого до хаки и бурого, с редкими включениями красного, оранжевого и жёлтого. Весьма тревожная картинка, в таком мире я бы жить не смогла. Но эшры с их боевыми формами вписались сюда как нельзя лучше и на жизнь не роптали. Что ж в любом случае сейчас всё изменилось и приспосабливаться придётся именно к этому миру.

Оказавшись у подножия горы, мы словно очутились в аквариуме: даже влажный воздух казалось, имеет зёленый цвет, а вокруг нас на разном уровне плавно летают насекомые, напоминающие экзотические цветы. Но они настолько же ядовиты, насколько прекрасны, но не для нас: плотность нашей кожи надёжно защищает нас от укусов и проникновения в организм опасных веществ. Естественно, что по прошествии стольких лет, здесь появились новые обитатели что в животном, что в растительном мире, которые возможно могут нанести нам вред, так что никакого излишнего любопытства мы с Аланом проявлять не будем, пока не получим всю необходимую для выживания здесь информацию от местных. Но сдерживать себя довольно трудно, так как привлекает и завораживает буквально всё: огромные корни деревьев-гигантов, покрытых толстым слоем мягкого мха, который меняет цвет, когда до него наступаешь с бирюзового на оранжевый; белые круглые ягоды, издающие нежный звук хрустальных колокольчиков, если до них легонько дотронуться, которые усеивают тонкие фиолетовые веточки здешних кустарников; глянцевая антрацитовая кора большинства деревьев, что больше напоминает пластик, птицы и грызуны самых невообразимых расцветок и многое другое. Я почувствовала себя ребёнком в стране чудес, представляю, сколько придётся приложить сил, чтобы наши дети не попали в беду, исследуя здешнюю местность вдоль и поперёк. Но для начала нам самим следует держать ухо востро и не попасться в возможные ловушки, которые могли расставить здешние охотники.

Большинство животных повстречавшихся нам по пути, старались держаться от нас подальше, за нами по пятам увязалась лишь стайка мелких размером с ладонь саблезубых обезьянок, правда в отличие от земных пушистых сородичей эти милые создания покрыты коричневой чешуёй с бронзовым отливом, имеют три хвоста и огромные жёлтые глаза с вертикальными зрачками. Интересно, чем мы могли их привлечь? Ни я, ни Алан не спешили, стараясь попутно изучать местность и брать образцы растений и почвы для наших учёных. Естественно это не является нашей основой задачей, но мы предпочли работать в режиме многозадачности, не зная, как быстро начнут развиваться события, и разумно полагая, что знания лишними не бывают.

Чем дальше мы продвигались, тем отчётливей Алан стал ощущать своих сородичей, почему-то до уровня чувствительности нашего сына ему пока далеко, но и той, что есть, нам вполне хватило, чтобы вовремя сменить облик на человекоподобный, предположив, что так мы продемонстрируем эшрам свои дружелюбные намерения. Если нам будет грозить опасность, я их просто заморожу, здесь энергия наполняет моё тело бесконечным потоком, что немного дурманит моё сознание, так что с этим проблем возникнуть не должно.

Наконец нам на встречу вышло трое эшров, а сзади перекрыли путь ещё двое. Все в боевых формах, что и понятно: трое Эштар и двое Шинари. Первая мысль: «Неужели выжили только эти кланы?» Но это мы выясним только от них. В отличие от нас спецкостюмов у них нет, и они щеголяют лишь в кожаных набедренных повязках, демонстрируя своё трансформированное тело во всей красе. Как я и думала, каждый имеет свой индивидуальный оттенок кожи, количество и цвет шипов и ещё множество других отличий, чего было не разглядеть у эшров на Земле. Их настрой был далёк от дружелюбного, но наш запах их явно смутил и драку они решили отложить на потом. Один из Эштар вступил с Аланом в диалог, и мы с облегчением поняли, что язык эшров со временем практически не изменился. Алан представил нас, не скрывая, кто мы и откуда, попросив проводить нас к старейшинам или их нынешнему предводителю для более подробного рассказа о цели нашего прибытия в этот мир. Выражения лиц стражей, продемонстрировало нам всю степень их недоверия, к его словам, но то, что мы эшры, – ну Алан как минимум, – не оставило им другого выбора кроме как выполнить нашу просьбу. Как я заметила, на меня они старались лишний раз не смотреть, а надеть на мои руки некое подобие наручников, представляющих собой восьмерку, сделанную из неизвестного нам прозрачного материала, заставили Алана. Значит и здесь отношение к женщинам, особенное в не зависимости от того представляет она опасность или нет. Мои наручники прикрепили к наручникам Алана при помощи тонкого эластичного металлизированного шнурка, который внешне, как и наручники выглядит очень ненадёжно, но на деле, думаю, это не так. Вообще эти атрибуты местных стражей порядка выглядят несколько инородно, словно попали сюда из другой техногенной реальности. И это Алана удивило не меньше, чем меня. Возможно, внешний облик стражей обусловлен какой-то традицией, а не их техническим развитием. Нас предупредили, что транспорта у них нет, и до города придётся бежать на своих двоих. В голосе стража было столько ехидства, что мы поняли, они это делают специально, проверяя нас, так сказать, на прочность. Но увидев наши бесстрастные лица, весёлость с лиц стражей испарилась, и на её место пришло злорадное предвкушение. Однако оно не оправдалось: мы преодолели путь без особых проблем даже в человеческих телах. И потом, рассчитывать на какой-либо транспорт в условиях здешней местности было бы странно, если конечно они не имели в виду нечто летающее. Со скованными руками бежать, конечно, было более чем неудобно, но так как от чего-то их сцепили спереди, а не сзади, всё же возможно.

***

Город эшров нас впечатлил тем, что на город был вовсе не похож. Так и хотелось спросить: не родственники ли они лесным эльфам? Впрочем, кто конкретно им приходится родственниками, я и так знаю, и эльфами в этом мире и не «пахнет». Их создатели, конечно, судя по описанию, могли бы сойти за всем известных представителей прекрасного, но высокомерного народа, но в своих амбициях они их явно превзошли. Но сейчас не о них. Собственно город отличается от дикой части леса, прежде всего тем, что: здесь среди деревьев и растительности снуют эшры, деревья располагаются относительно друг друга более разреженно, и большинство приспособлены под дома, благо диаметр гигантских стволов позволяют их так использовать. Дома-деревья безусловно экологично, но позвольте, прошло две тысячи лет, а эшры откатились в своём развитии в противоположную сторону? Как это вообще возможно? Единственное каменное здание снаружи выглядит крайне запущенным, напоминая просто древнюю руину, увитую многочисленными лиандровыми растениями и корнями деревьев. Глядя, на древний дворец, я понимаю, что две тысячи лет назад эшры действительно жили по-другому и по уровню развития явно превосходили своих потомков. И как нам их из этой дремучести вытаскивать? Однако внутри здание оказалось в куда более хорошем состоянии, чем снаружи. Я бы даже сказала, что по стилю оформления оно чем-то напомнило базу рэтсов: практично, лаконично, современно. А вот это неожиданный поворот! Значит вид снаружи – это камуфляж? А вот с этого места поподробнее…

Нас провели в большой зал, который, как и в древности выполняет функцию по приёму различных гостей местными правителями. Однако старейшины кланов Эштар и Шинари (пока буду называть их так) не восседают величественно на тронах, а громко спорят, склонившись над объёмной картой местности расположенной на огромном столе, установленном у основания тронного возвышения. Они в человеческих обличиях, но одеты тоже весьма…экзотично: удлинённые кожаные безрукавки, усеянные многочисленными металлическими бляшками разных размеров и форм, скорее демонстрируют мощное развитое тело, чем прикрывают его; металлические испещрённые знаками наручи, закрывают предплечья, их мощных рук; серые штаны афгани, подпоясаны широкими яркими поясами из сложенного в несколько раз тонкого похожего на шёлк материала, спереди завязаны на хитрый узел, который закреплён большой металлической заколкой. У обоих длинные волосы, спускающиеся ниже плеч, заплетены в многочисленные косички с вплетёнными в них металлическими украшениями. М-да… они отличаются от старейшин на Земле так же, как индиец в национальной одежде от европейца. И если такое же отличие у них и в менталитете, вряд ли мы сможем быстро найти с ними общий язык.

Стражи ввалились в зал без какого-либо предупреждения со своей стороны и привлекли к себе внимание своих вожаков простым покашливанием за их спинами. Те отвлеклись от своего спора неохотно, явно не испытывая положительных эмоций к посмевшим нарушить их рабочий процесс эшрам. Но натолкнувшись взглядами на нас, их недовольство мигом испарилось, сменившись настороженностью. Сначала слово дали стражам, и те рассказали, где и при каких обстоятельствах обнаружили чужаков, то есть нас. Поняв, что эта информация не несёт никаких интересных подробностей, старейшины переключились на нас, точнее на Алана, едва мазнув по мне взглядом. Алан взял слово уверенно и обстоятельно объяснил кто мы, откуда и с какой целью пришли. Надо сказать, реакция старейшин мало чем отличалась от реакции стражей границ: всё те же иронично приподнятые брови, насмешка во взгляде, ехидная усмешка на губах. Алану заявили, что он сошёл с ума и то, о чём он рассказывает – детские сказки, просто древняя легенда. Во время сильнейшего землетрясения, что раскололо Великие горы пополам, пещера, куда прошли ведомые предводителем Эриллом дэй Рэмом, обвалилась, и драконы запретили разгребать завалы, дабы избежать больших разрушений. Так что все кто пошёл за дэем Эриллом, как и он сам считаются погибшими. И потом, он их вёл на ту сторону Великих гор, считая, что там эшры обретут спасение, а мы заявляем, что он каким-то чудом открыл портал в другой мир! Всем известно, что эшры не владеют магией, и уж тем более им не под силу открыть портал, даже для драконов это непросто. К тому же, ни один эшр не способен прожить более двух тысяч лет, а Алан имеет наглость заявить, что он ни кто иной, как сын того самого последнего предводителя, после смерти которого эшры живут под управлением совета старейшин, так как кейлити-тэ оставившие их расу в живых, запретили когда-либо избирать нового лидера. Значит, эти эшры всё же являются потомками тех самых эшров, что жили здесь когда-то, построив собственное свободное государство, но в отличие от предков, они вновь под пятой у своих создателей. Алан не сдался и заявил, что может доказать свои слова, приняв боевую форму всех пяти кланов. И готов это сделать и сейчас и потом перед всеми эшрами, чтобы они знали, что сын Эрилла явился, чтобы привести свой народ к новой свободной жизни и процветанию. Старейшин, однако, не впечатлило столь громкое заявление, и они уже готовы были сослать нас куда подальше, и вернуться к нашему вопросу уже после решения своих срочных дел, когда Алан, которого не устроило подобное к нам отношение, просто сломал наручники, словно они были сделаны из хрупкого пластика и за мгновение перетёк в боевую форму Шуссур, затем Уриш, Эштар, Шинари и наконец Айреш, распахнув большие пепельно-чёрные крылья во всю ширь. Я, конечно, наблюдала это действо на тренировках неоднократно, однако сейчас, как и в первый раз, оно произвело на меня неизгладимое впечатление. И судя по обескураженным лицам старейшин, на них тоже. Я под шумок попробовала сломать свои наручники, и у меня это получилось так же легко, как и у Алана, что тоже не осталось незамеченным со стороны присутствующей в зале стражи. Алан вернул себе человеческий облик и заговорил уже другим тоном, теперь властные нотки сквозили в каждом его слове, а излучаемая им ментальная мощь начала ощутимо давить на всех присутствующих, не давая им и шанса усомниться в правдивости его слов. Что ж это сработало: эшры склонили головы и встали на одно колено, приложив кулаки правых рук к центру грудных клеток. Старейшины, придя в себя, отдали распоряжение собрать экстренное тайное собрание всех пяти кланов, где Алан сможет заявить свои права на престол уже официально. У него получилось!

Глава 5

Алану удалось впечатлить двух старейшин нэра Акрама (Эштар) и нэра Тэсира (Шинари), но предстоящее собрание ещё может всё изменить, так что мы не спешим расслабляться. К сожалению пока ни он, ни я не умеем читать мысли, поэтому приходится прислушиваться к интуиции и эмоциям окружающих, чтобы если что, вовремя распознать надвигающуюся на нас опасность. Пока всё было слишком просто и это настораживает. С другой стороны никакой угрозы от них я не ощущаю, только удивление и сильную растерянность. Жили себе эшры своей привычной жизнью и тут явились мы, как гром среди ясного неба. Так что их реакция вполне оправдана.

На время подготовки к собранию нас проводили в большую, светлую комнату, находящуюся на втором этаже дворца очень схожего с архитектурной точки зрения с индийскими дворцами древности. Я бы назвала комнату гостевой, но она вряд ли рассчитана на то, что гость останется на ночь. Обставлена комната скромно: длинные жёсткие зелёные кожаные диваны с резными чёрными деревянными спинками, стоящие вдоль двух стен песочного цвета с еле заметным растительным рисунком; большой, занимающий одну из стен деревянный шкаф с пока ещё непонятным механизмом открытия створок, которые скромно по краям инкрустированы перламутром; рядом с каждым из диванов установлен низкий деревянный антрацитового цвета столик, неправильной формы, ножка которого напоминает корни дерева (скорее всего это они и есть), больше никакой мебели в просторной комнате не наблюдается. Пол и потолок покрыты искусной мозаикой, где изображены сцены из повседневной жизни эшров, местная растительность и животные, а на потолке среди бирюзы парят драконы, блестя позолотой – красиво! Что-то мне подсказывает, что мозаика – это культурное наследие предков, а не творение современных мастеров, так как она не очень хорошо сочетается с грубоватой мебелью. Но больше мозаики нас с Аланом привлекла система освещения, представляющая собой, установленные в каменных нишах друзы жёлтых кристаллов, по внешнему виду напоминающие цитрин, которые испускают довольно мощный рассеянный свет. Сначала мне показалось, что это всего лишь дизайн лампы, но я решила это проверить наверняка, вытащив один кристалл из ниши, что легко мне удалось, так как он там просто стоял и не был, ни с чем соединён. Оказалось, что кристалл светится сам по себе! Он оказался очень лёгким и холодным, но в моих руках сразу начал стремительно нагреваться и мерцать, мои руки стали нагреваться в ответ, так что понять насколько он стал горячим, я не смогла, а затем он просто потух! Кажется, я его сломала! Э-э-э, нет, надо что-то придумать, а то неудобно как-то, пришла в гости и сломала осветительный прибор. Прикрыла глаза и попыталась направить энергию в кристалл, это получилось довольно легко, так как я обнаружила, что перед этим просто поглотила ту энергию, что была заключена в нём изначально, и она ещё не успела раствориться во мне, так что я просто вернула то, что взяла. Вот чудеса, не думала, что способна на такое. Как раз в тот момент, когда кристалл вновь засветился, двери открылись, и в комнату вошла служанка с нагруженным снедью подносом. Увидев кристалл в моих руках, она открыла от удивления рот, её руки ослабли и поднос упал бы на пол, если бы не реакция Алана, успевшего его подхватить в последний момент. Девушка, тихонько пискнув, выскочила за дверь, оставив нас в полнейшем недоумении. И что это было?

Но не успели мы с мужем уделить достаточно внимания экзотическим фруктам, которыми нас решили угостить старейшины, как к нам заглянул ещё один гость. Высокий статный мужчина с длинными песочного цвета волосами, заплетёнными во множественные косички (похоже, это их традиционная причёска) и в наглухо застёгнутой длинной кожаной безрукавке (что меня несколько удивило), который представился кором Лэйсиром. Весь его вид выражал крайнюю степень озабоченности, и он то и дело поглядывал на мои руки, в которых я держала увесистый колючий плод ярко оранжевого цвета. Интересно, что могло так взволновать врача? И кто его сюда позвал? Но оказалось, что он пришёл по мою душу, но обратился не ко мне, а к Алану:

– Дэй Алан, позвольте узнать, правда ли что ваша супруга взяла в руки источник света?

Мы с Аланом переглянулись, а я поняла, что явно сделала что-то не так.

Слегка напрягшись, Алан, тем не менее, ответил честно: – Да, это так. Прошу нас простить, если наши действия вышли за рамки дозволенного.

– Ох, вы не нарушили никаких правил, дэй! Просто…это не возможно, – пробормотал побледневший Лэйсир, вновь посмотрев на мои руки.

– Невозможно? Прошу вас, кор Лэйсир объясните толком, что произошло? – нахмурился Алан.

– Видите ли, кристаллы Акша синтезированные кейлити -тэ невозможно взять голыми руками, даже будучи в боевой форме. Они достигают крайне высокой температуры за считанные мгновения от контакта с любой органикой. Они чрезвычайно опасны, так как регенерация будет крайне медленной, а в некоторых случаях невозможной. Прошу нас простить, что не проинформировали вас об этом, склонил голову Лэйсир.

Алан, стараясь сохранить невозмутимое лицо, спросил: – Есть ли в этой комнате или здании ещё что-либо столь же опасное, о чём мы должны знать?

– Нет, опасны лишь кристаллы, дэй Алан. Вы уверены, что медицинская помощь не требуется? – спросил врач, продолжая смотреть только на Алана, напрочь игнорируя свою предполагаемую пациентку. Что-то мне всё это не нравится…

– Со мной всё в полном порядке, кор Лэйсир, прошу прощения, что доставила вам беспокойство. Я поступила опрометчиво, впредь постараюсь не допускать подобных ошибок, – решила ответить сама, так как мне надоело быть пустым местом. Но, похоже, своим ответом я всё же допустила ещё одну ошибку, так как кор нахмурился и ничего более не сказав, кивнул и вышел вон. Похоже, женщинам у эшров говорить не положено. Ох, чувствую, мне будет здесь нелегко…

Я подошла к узкому высокому окну и постаралась успокоиться. Мне не стоит сейчас себя накручивать и злиться. Возможно, мы просто не знаем тонкостей местного этикета и из-за этого создалось впечатление, что в этом мире у меня нет прав даже, несмотря на то, что я жена наследника. В любом случае мне необходимо пересмотреть свои реакции. Даже если правда окажется жестока, и официально моё место будет ограничено лишь супружеской спальней и детской комнатой, я не буду закатывать истерик и требовать равноправия, не сейчас. Они привыкли жить по своим правилам – хорошо. Будем действовать осторожно и постепенно, я знаю, что добьюсь своего, иначе и быть не может. Но кто сказал, что я буду соблюдать их правила? Прилюдно я буду тихой и незаметной… пока, но ежедневно я буду жить, так как я хочу и обязательно найду способы как это устроить. Алан подошёл ко мне сзади и легонько приобнял меня за плечи.

– Прости за всё это, Рина. Я постараюсь прояснить ситуацию и отстоять твои права. Я не хочу видеть, как тебя игнорируют, – решительно сказал муж, поцеловав меня в висок.

– Не волнуйся обо мне, Алан. Это сейчас не главное. Мы для них чужаки и твоя задача сначала отстоять свои права. Не стоит сейчас рубить с плеча и переворачивать здесь всё верх дном, ещё не время, – не менее решительно ответила ему я, отстраняясь. И через секунду добавила, стараясь сохранить серьёзное выражение лица: – Я буду держать себя в руках и обещаю никого не убивать.

– Спасибо, что относишься к происходящему с пониманием, – обескуражено ответил Алан, но заметив ехидный огонёк в моих глазах, ощутимо расслабился: – Кажется, мне пора привыкать к твоему новому чувству юмора, любимая. Лишних жертв, конечно, хотелось бы избежать, но я, правда, волнуюсь, прежде всего, за тебя.

– Спасибо, мне очень приятно это слышать, Алан, – улыбнулась я. Его стремления меня удивили и порадовали. Теперь, главное чтобы он не наломал дров, стремясь угодить мне.

– Ты, правда, не обожглась? – поинтересовался муж, разглядывая мои ладони.

– Нет, я почувствовала нагревание, но ожога не было. Странные это какие-то кристаллы. По идее они должны аккумулировать энергию, раз их используют как источник света, но я смогла выпить её очень быстро, так как, на самом деле, энергии там оказалось совсем не много. И с какой стати они нагреваются при контакте с органикой? Надо захватить один кристалл для наших учёных. Сдаётся мне, что кейлити-тэ опять перемудрили.

– Да, это всё действительно странно, – задумчиво пробормотал Алан, уходя в свои мысли.

Следующие два часа мы провели в молчании, но весьма плодотворно. С момента попадания на Кэру, я пребывала в состоянии эйфории от большого количества доступной энергии, что могло сыграть со мной злую шутку. Но я смогла держать себя под контролем, хоть это и давалось мне с трудом. И вот теперь, после полноценной медитации, я, наконец, освоилась. Голова больше не кружится, и пульс пришёл в норму. Во всём теле ощущается лёгкость и сила, никакой усталости или голода. Я покосилась на блюдо с фруктами, к которым мы с мужем так и не притронулись, посчитав, что перед важной встречей вкушать дары местной флоры будет, по меньшей мере, неразумно: может, и не отравимся, но последствия для организма могут быть весьма неприятными.

Алан, судя по моим ощущениям, производит внутреннюю настройку на местных эшров. Его задача подключится к каждому, стать с ними одним целым и тогда, они просто не смогут не откликнуться на его призыв. Мало продемонстрировать силу и сверхспособности. Они должны ощутить его своим лидером на подсознательном уровне, должны доверить ему свои жизни. Когда Эрилл пришёл к эшрам, спустившись с Великих гор, то, по сути, был таким же чужаком, как и мы с Аланом сейчас. При себе у него был кулон матери и перстень отца, на мой взгляд, не так уж и много для того, чтобы его признали и поверили в его историю. Но он добился своего, его не отвергли, признав вожаком. У Алана не будет второго шанса, всё решится сегодня.

***

Для участия в сегодняшнем собрании нам с мужем принесли традиционную одежду эшров, видимо для соблюдения традиций и чтобы я не смущала мужчин своим телом, которое сейчас видно во всей красе в облегающем чёрном спецкостюме. Но мы решили рискнуть и всё же подчеркнуть то, что мы явились из другого мира и можем предложить для них нечто новое, что мы реальные представители власти, а не заурядные эшры. Это, безусловно, может быть расценено, как оскорбление, но Алан не собирается прогибаться под местные традиции и законы во всём без разбора, он планирует сразу начать нововведения сначала в мелочах, а потом и в более важных аспектах, чтобы показать серьёзность своих намерений по изменению жизни эшров и выведению её на новый уровень. Я с ним согласилась и обрадовалась своей прозорливости, что захватила с собой юбку и корсет, в которых я была на торжественном приёме в честь подписания договора с рэтсами. Алан также взял с собой костюм, сшитый специально для него по аналогии с костюмом брата и отца, но по его требованию выполненный в чёрном цвете (он остался верен своему вкусу). Костюм он надел поверх спецкостюма, так как ему ещё предстоит сегодня перевоплощаться. Нам не составило труда привести вещи в порядок, так как наши руки способны нагреваться до довольно высоких температур, особенно у Алана (я всё же больше мастер заморозки). Также мы посчитали необходимым обозначить свой статус, надев дэйкары, ведь мы те, кто мы есть в не зависимости от признания местных эшров.

Хотя, надо признать, я бы с удовольствием посмотрела на Алана, облачившегося по местной моде. Но, думаю, для этого ещё будет время. Женский традиционный костюм тоже весьма интересен и не вызвал у меня неприятия: такие же как у мужчин штаны афгани, но из более лёгкой ткани, мягкий кожаный корсет регулирующийся двумя расположенными по бокам шнуровками, а сверху предполагалось надеть кардиган из тончайшего нетканого эластичного материала с длинными рукавами, расклешённой длинной юбкой и глубоким капюшоном. И вся эта красота, судя по тому, что я уже успела увидеть, подпоясывается длинным поясом из тонкого лёгкого материала, свободные длинные концы которого свисают у кого с левой, у кого-то с правой стороны (скорее всего в зависимости от социального статуса) в качестве обуви они носят мягкие полусапожки, больше напоминающие носки (также из нетканого, но более плотного материала, чем использован в кардигане) на кожаной подошве. Всё выполнено в нейтральных бежевых оттенках, так как ни у одного клана (по крайней мере, на Земле) бежевый цвет качестве кланового не фигурирует.

Наша же задача, не быть нейтральными, наоборот – мы должны выделяться и у нас это получится даже чересчур.

***

Тяжёлые двери отворились, и стражи попросили нас следовать за ними. Судя по решительному и одновременно спокойному взгляду Алана, а также по исходящим от него волнам уверенности, он готов к решающей встрече. Я же пока буду его тенью, мои амбиции подождут. Ведь иногда можно побыть и тузом в рукаве, чем бронежилетом, в который летят все пули, верно? К нашему обоюдному удивлению, мы спустились на минусовой этаж, попав в зал-близнец того, что до сих пор иногда снится мне в кошмарах: ритуальный зал особняка Эштар в Москве. Впрочем, в их сходстве нет ничего странного: архитектурные традиции и создатели у них общие. От неприятных ассоциаций меня передёрнуло, но усилием воли я заставила себя отрешиться от плохих воспоминаний. Прошлое не должно мешать строить нам будущее. Нас вывели из бокового прохода и попросили встать на каменном возвышении у левой стены, откуда, по всей видимости, Алану и предстоит обратиться к своим будущим подданным. Старейшины всех пяти кланов разместились на каменных тронах («это должно быть очень неудобно» – подумалось мне), стоящих на возвышении совсем недалеко от нас. Значит, выжили все кланы, это хорошие новости.

Те старейшины, что впервые увидели Алана, не в восторге от перспективы отдавать свою власть в руки юнцу, пришедшему из ниоткуда. Старейшина клана Шэссур нэр Тагар – очень крупный мужчина с бронзовой кожей и чёрным ирокезом из мелких косичек, смотрит на Алана особенно злобно, не скрывая своего негативного отношения. Его ярко жёлтые глаза, хищно прищурены, а тонкие губы кривит злая усмешка: вот-вот покажет клыки.

Утончённое бледное лицо старейшины Уриш нэра Нэлиса, полускрытое болотного цвета волосами, как и у его собрата на Земле не выражает никаких эмоций, однако теперь я знаю, что творится за этой маской безразличия – высокомерие и презрение.

Старейшина Айрэш нэр Вэйт, внешне наиболее отвечающий своему званию (самый старший) смотрит заинтересованно, но не воспринимает Алана всерьёз. Несмотря на то, что его внешность по сравнению с остальными старейшинами выглядит несколько заурядно, напоминая человеческую: русые с проседью волосы, светло-голубые практические выцветшие глаза, и даже морщины на благородном лице (сколько же ему лет?!) – он излучает уверенность и силу, очень напомнившую мне Повелителя. Могу поспорить, что решающее слово будет за ним.

Акрам и Тэсир полны надежд и энтузиазма, сдаётся мне, они самые молодые из старейшин. Акрам, судя по запаху лис, а не волк, и обладает соответствующими внешними признаками: изрядной ярко рыжей шевелюрой и хитрыми тёмно-зелёными глазами. А вот Тэсир внешне напомнил мне Тима, с которым мы утратили связь. Жаль, он был хорошим другом, но сейчас не время рефлексировать.

Помимо яркой внешности, о принадлежности эшров к своим кланам, как и на Земле, указывают цвета. У старейшин они отражены в ярких поясах, а у остальных эшров, проглядывают в элементах одежды и кожаных шнурках, вплетённых в волосы – что ж довольно удобная система распознавания. Но, по сути, для самих эшров бесполезная: зачем смотреть на внешние атрибуты, когда есть запах. Скорее всего, подобную традицию когда-то ввели кейлити-тэ, так как они не обладают развитым обонянием.

Большой зал забит до отказа, но присутствуют лишь мужчины, этому я уже не удивляюсь. Впрочем, вряд ли женщины чувствовали бы себя комфортно среди крупных полуобнажённых мужчин, порой весьма эмоционально выражающих своё мнение. Сейчас зал гудит, словно потревоженный улей, и атмосферу нельзя назвать дружелюбной. Эшры поддерживают своих старейшин, не желая видеть в чужаке своего нового лидера. Но все эти эмоции разбиваются о спокойствие Алана, как волны о непреступную скалу. Он взирает на взволнованное море эшров со спокойным величием, ожидая, когда старейшины начнут собрание, ведь он ещё не вступил в свои права на этой земле. Наш внешний вид смутил всех присутствующих в зале, но никто даже старейшины пока не выразили своё недовольство вслух.

Как я и ожидала, первым слово взял нэр Вэйт, призвав всех к спокойствию. Для начала он предложил Алану доказать всем здесь присутствующим, что он тот за кого себя выдаёт. Алан представился, и в первую очередь через стража передал старейшине свиток, написанный рукой его отца, скреплённый печатью его рода: десятилучевой звездой, вписанной в круг. Эрилл, не зная какие традиции сохранились в его родном мире, тем не менее, решил соблюсти те, что были во времена его правления. Своим указом, он назначил своего второго сына своим полноправным наместником в мире Кэру, до его возвращения. Если же смерть заберёт его раньше, чем он вернётся в родной мир, он оставляет за своими сыновьями право решить, кто из них достоин, занять его место, сойдясь в честном бою, согласно древним традициям эшров. Вместо росписи в подобных документах эшры используют отпечатки пальцев, которые подделать крайне трудно. В зал торжественно внесли один из трёх сохранившихся древних свитков, с указами правителя Эрилла дэй Рэма. Старейшины с неохотой признали, что отпечатки совпадают, но отказались признавать факт подлинности этого свитка, по причине невозможности столь длительной продолжительности жизни, какую демонстрирует их бывший правитель. Алан на это заметил, что их создатели кейлити-тэ порой проживают жизнь длинной в три тысячи лет, а это значит, что для эшров, имеющих их гены нет ничего невозможного. Услышав это, нэр Вэйт улыбнулся, признав довод логичным, а нэр Тагар, фыркнул, не желая слушать глупые бредни. Алан, ничуть не смутившись, сказал, что готов сразиться со старейшинами или с любым назначенным ими воином, чтобы на деле доказать свою принадлежность к правящему роду. И тут нэр Тагар не выдержал и первым вышел на бой, желая побыстрее покончить с этим фарсом и поставить выскочку на место. Алан принял боевую форму Шессур и играючи за минуту, положил Тагара на лопатки, тот даже не успел опомниться. На тренировках с отцом Алан ему немного уступал, но сейчас я поняла, что это было скорее проявление сыновних чувств, чем реальное положение вещей: Алан и, правда, силён. В сражении с эшрами его главная задача – никого не убить, так как отнять жизнь как раз для него теперь не проблема. А вот сдержаться, филигранно соизмерить свою силу с возможностями противника – это трудно и требует повышенной концентрации. Это хорошо мне знакомо по тому периоду моей жизни, когда я только стала использовать ледяной транс во время боя. Тагар, не желая признавать поражение, захотел продолжить столь быстро проигранный им бой, но Алан впечатал его в каменные плиты пола, применив ментальное подавление отстранённо наблюдая, как тот тщетно силится подняться. Тагар оказался тем ещё упрямцем и сопротивлялся до тех пор, пока не потерял сознание. Сильная воля – это хорошо, но не в данных обстоятельствах. После поражения Тагара, эшры притихли и уже не спешили поднимать Алана на смех и обвинять во лжи. В зале повисла напряжённая тишина. Я стала ощущать страх, что неожиданно стал зарождаться в толпе. Никто не ожидал, что поражение сильнейшего старейшины будет столь быстрым и столь неприглядным. Они посчитали, что Алан излишне жесток – плохо, он всё же «перегнул палку».

Однако реакция подданных Алана не смутила, он сказал, что стойкость, проявленная нэром Тагаром в бою достойна уважения, и он признаёт его сильным воином, не зря носящим свой титул. Бой, каким бы он ни был, всегда должен прийти к своему логическому завершению, что и случилось сейчас. Он как сын своего отца заведомо сильнее любого из присутствующих в этом зале, однако, правитель ничто без своих подданных и именно они его сила. Он пришёл не для того чтобы подчинить или унизить их достоинство, он пришёл чтобы вести их за собой по пути свободы, чтобы эшры наконец заняли достойное место среди живущих в этом мире рас. Если они доверятся ему, он не обманет их доверия, и они общими усилиями построят свободное государство.

Эшры замерли, словно в медитативном трансе, впитывая его слова как губка, а затем зал наполнился мощным рёвом сотен сильнейших воинов. Их охватила эйфория, они вдруг осознали, что всё это по настоящему, что грядут перемены, о которых они боялись даже мечтать. Алан, оставаясь в боевой форме Шессур, крикнул Шессурам: – Вы со мной?! И они, взметнув руки в воздух, прокричали: – Да!!! Затем он плавно перетёк в форму Уриш, мощно ударив своим длинным хвостом нага по каменным плитам и повторил свой призыв, и Уриши подхватили крик согласия своих собратьев. Далее последовали Эштар и Шинари и наконец, Айрэши. Алан взвился под высокие своды древнего зала, обдавая всех потоками воздуха от взмахов своих мощных крыльев, и в последний раз прокричал: – Эшры вы пойдёте за мной?!!! И зал вновь взорвался криками согласия.

Это было потрясающе! В какой-то момент я поняла, что плачу. Я увидела перед собой лидера, который, несмотря на свою молодость и неопытность действительно готов на всё ради своего народа. Сейчас он транслирует не подавляющую ментальную силу, призванную склонять головы, а воодушевление, поддержку, уверенность. Он зажёг их сердца, заставил поверить в то, что свобода для них возможна. Оглянувшись на старейшин, я увидела в их глазах осознание, что единый лидер для всех кланов вернулся, что время перемен действительно пришло.

Глава 6

Время минутного триумфа, тем не менее, закончилось, собрание распустили, наказав эшрам не болтать о произошедшем на открытой местности, соблюдать внешнее спокойствие, продолжая жить в прежнем режиме, до новых распоряжений наместника. Конечно, укротить свой буйный темперамент для эшров не самая лёгкая задачка, но они справились, понимая, что от этого зависит успешность предстоящей подготовки к полномасштабному противостоянию кейлити-тэ. Их коварные создатели не должны догадаться, что к эшрам явился сын их Повелителя, который по прошествии двух тысяч лет успел превратиться в мифического персонажа, что немудрено, ведь, ни до него, ни после, никто не демонстрировал такой силы и способностей. Его сын Алан сначала вызвал в них лишь недоумение приправленное толикой здорового скепсиса. На вид довольно молодой эшр, явившийся в сопровождении самки, без свиты и каких-либо других дополнительных спецэффектов. Но теперь они лично убедились, что такому как он мишура явно, ни к чему. Ни один старейшина, сколь бы мудрыми ни были его слова или впечатляющей сила, не мог произвести такое впечатление на свой народ, как пришедший из другого мира наследник своего отца. Конечно, сейчас слишком рано делать какие-либо выводы, но то, что эшры почувствовали и приняли Алана своим лидером, сомневаться не приходится.

Через пару часов, когда нэр Тагар окончательно пришёл в себя, старейшины организовали экстренное совещание, основной целью которого являлось введение в курс текущих дел наместника и получение от него первых распоряжений. Как вы понимаете, на подобном мероприятии женщине быть не полагалось, но Алан настоял на моём присутствии, сказав, что я, как его законная супруга имею на это полное право. Старейшины смолчали, но внутреннее неприятие подобного поступка своего молодого предводителя, так и рвалось наружу, но было ими жестоким образом подавлено. То, что они подчинились – хорошо, но… если Алан будет слишком часто идти вразрез с устоявшимися традициями, это может послужить образованию раскола в обществе и возникновению аппозиции, что в данный период недопустимо. Алан, это понимает, но в данный момент оказался неспособен сдержаться и проявить осторожность. В его крови всё ещё бурлят эмоции его народа, и душа рвётся в бой. Над самоконтролем ему предстоит работать ещё долго и обстоятельно… Но я рада, что он сделал это для меня. Эдакая иррациональная женская благодарность в ответ за проявленное ко мне участие.

Я, молча, вошла в небольшое помещение служащее рабочим кабинетом нэра Акрама и пристроилась возле окна, наблюдая, как на лес опускаются лиловые сумерки – красиво. Дома-деревья осветились множеством огоньков, во многих из которых я признала живые растения, меж раскидистых ветвей то и дело пролетают стайки розовых светлячков, создавая сказочную атмосферу. Все эти многочисленные огни отражаются в небольшом озере, которое обнаружилось с противоположной стороны древнего дворца. Его берега усыпаны мелкими жёлтыми цветами, напоминающими пушистые шарики, но вот пробежала ватага ребятишек и шарики взмыли в воздух, превратившись в насекомых с тонкими прозрачными крылышками – чудеса! Когда-то подобные картины являлись ко мне лишь во снах, теперь же всё происходит в реальности, частью которой я являюсь.

Но мужчинам, собравшимся в кабинете не до красот природы, их умы поглощены заботами о грядущем. Первым слово взял Тагар, настроение которого после поражения нельзя назвать добродушным: – Что ж сын Эрилла, пос-с-смотрим как ты выкрутиш-ш-шься, – ехидно усмехнулся змей. – Ты явился непонятно откуда, без войска, техники и оружия, лишь в сопровождении самки, которую не отпускаешь от себя ни на шаг, словно она твоя мамочка. И заявляешь, что даруешь эшрам свободу. Ха! Пусть твои стремления благородны, но ты понятия не имеешь о здешней реальности, что бы что-либо обещать!

– А я думал, что мы собрались здесь именно для того, чтобы вы дали мне исчерпывающую информацию о вашей истории и текущем положении дел, нэр Тагар, – невозмутимо ответил Алан, твёрдо глядя в глаза строптивого старейшины. На это Тагар лишь фыркнул. В будущем с ним у нас могут возникнуть серьёзные проблемы…Он, как и все Шессуры явно считает себя выше других и подчиняться не в его характере.

– Дэй Алан безусловно прав, – кивнул нэр Вэйт, хмуро поглядывая на Тагара. – Простите его дэй. У него всегда был скверный характер. Но отчасти прав и он. Эшры уже многие годы находятся в крайне стеснённых обстоятельствах, и до сего дня мы так и не смогли переломить сложившуюся ситуацию. Основным сдерживающим фактором для нас является не только договор с кейлити-тэ добровольно заключённый нашими предками, но и средства контроля, которые создатели применяют к нам. Вы не могли не заметить башню контроля, что сверкающей стелой поднимается к небесам. При помощи этой башни и вживлённых в сердце каждого эшра микроскопических энгов кейлити-тэ могут за одно мгновение уничтожить хоть всех эшров разом, не пачкая своих рук в нашей крови и не потеряв ни одного своего воина. Энг – универсальное устройство являющееся результатом объединения магии и технологии, которым кейлити-тэ очень гордятся. Он подключается к нашей нервной системе и на протяжении всей жизни считывает жизненные показатели, а так же фиксирует наши перемещения. Сейчас территория, отведённая нам в разы меньше той, которую мы занимали изначально и мы не можем выходить за её пределы. Нет каких-либо стен или стражи, но стоит эшру пересечь невидимую границу, как его сердце просто остановится. Даже сегодняшнее собрание нельзя назвать тайным в полной мере, так как системой было зафиксировано большое скопление эшров и их участившийся пульс, что может насторожить наших создателей и привести к проверкам с их стороны. Так что несколько последующих суток нам необходимо снизить активность, чтобы не вызвать дополнительные подозрения. Кейлити-тэ беспокоят нас редко, но сейчас это было бы совсем некстати.

– Возможно ли, его извлечь? – спросил Алан нахмурившись.

– Исключено, – мотнул головой нэр Тэсир. – При любых попытках, сердце останавливается. Были у нас смельчаки, рассчитывающие на регенерацию, исход был у всех один.

– А из тел ваших мёртвых, чтобы изучить? – уцепился за последнюю соломинку Алан, явно шокированный полученной информацией.

– Это так же невозможно, – ответил нэр Акрам. – Смерть, как и рождение каждого эшра фиксируется. Мы обязаны хранить тела в специально отведённых для этого помещениях до прибытия группы зачистки. Они осматривают тела, а после забирают их с собой. Так что, у нас нет даже места, где мы могли бы почтить память ушедших за грань. Даже если бы нам удалось извлечь энг, мы не обладаем ни знаниями, ни оборудованием чтобы суметь понять устройство этого маленького убийцы. Обладают ли эшры вашего мира знаниями, чтобы суметь решить эту проблему? Если нет, то о любых попытках бунта не может быть и речи, дэй. Это будет верная смерть для всех нас.

– Для ответа на этот вопрос мне нужно раздобыть энг, чтобы отдать его нашим учёным для изучения, – задумчиво ответил Алан.

Я слушала и понимала, что эту проблему надо решать не так, но предпочла промолчать. Работа предстоит интересная и кропотливая, но я чувствую, что шанс освободить эшров от этой пакости есть.

– Но это невозможно, дэй! – воскликнул нэр Вэйт.

– Хорошо… Вы сказали, что сигнал идёт от башни, которая установлена за пределами земель эшров. Значит, надо вывести её из строя. Это под силу эшрам с Земли, ведь мы не чипированы и для кейлити-тэ не существуем, а значит, мы можем пересечь границу, где и когда нам вздумается, – выдвинул предложение Алан.

– А в этом есть смысл, – задумчиво произнёс нэр Нэлис, до этого не принимавший участия в обсуждении. Старейшины также согласно закивали, боясь поверить, что выход из казалось бы неразрешимой ситуации всё же есть. Однако я не думаю, что нам стоит идти этим путём. Так как мы не можем знать наверняка, есть ли у кейлити-тэ резервные подстанции или что-то в таком духе. Они умны, а значит, должны были подстраховаться. Пока энги находятся в телах эшров они в опасности. Их необходимо разрушить, но с другой стороны… их можно перенастроить… Пока у меня нет чёткого плана действий, но есть смутное ощущение направления в котором предстоит работать.

На этом собрание, конечно же, не закончилось. Из дальнейших докладов старейшин мы узнали многое. И чем больше узнавали, тем больше убеждались, что эшры попали в ловушку, выбраться из которой самостоятельно вряд ли смогли бы.

В день, когда кейлити-тэ планировали покончить с эшрами раз и навсегда, а Эрилл смог увести часть эшров за собой в другой мир, случилась настоящая природная катастрофа: землетрясение такой силы, что Великие горы и вся долина раскололась надвое, образовав Ущелье семи водопадов и Великую реку, которая берёт своё начало далеко в восточных землях и впадает в Безбрежный океан, далеко на западе. Многие эшры, рэтсы, кейлити-тэ и их союзники погибли в тот день, и военные действия решено было прекратить. Образовавшийся проход в Великих горах насторожил кейлити-тэ, ведь никто до того момента не знал, что может скрываться по ту сторону. И тогда они решили поступить мудро, даровав выжившим эшрам жизнь в обмен на их вечное служение своим хозяевам и охрану западных земель от любой угрозы, которая может прийти с востока. У эшров не было другого выбора, кроме как подчиниться, тем более что эту территорию они уже давно привыкли считать своей. Кейлити-тэ не прогадали: уже через год на своих кораблях прибыли чужаки с востока. Ими оказались…люди. По началу пришлые вели себя мирно, дивясь чудесам открывшегося им мира, так отличающегося от привычного им. Но кейлити-тэ было не обмануть восторженными и льстивыми речами. Они уже успели изучить людей достаточно хорошо (на примере единственного человеческого государства по эту сторону гор), чтобы понимать, что за кажущейся слабостью, скрываются упрямые и жадные сердца. Ко всему прочему пришлые люди отличались от своих местных собратьев тем, что владели магией, сила которой по их же словам на западных землях возрастает в разы. С этого момента кейлити-тэ приняли решение закрыть границу и не допускать человеческую «заразу» на свои земли, в этом их поддержали все расы, живущие по эту сторону гор, а эшры заняли свой пост хранителей врат. Драконы же по своему обычаю заняли нейтральную позицию.

Как и предполагалось, люди были не согласны со столь категоричным решением и на протяжении многих лет пытались доказать кейлити-тэ и остальным нечеловеческим расам, что сотрудничество с ними принесёт обоюдную выгоду всем, предлагая скудные дары своей земли и магических ремёсел. Но кейлити-тэ не велись на эти уловки, ведь побывав по ту сторону Великих гор лишь однажды, они увидели: нищету, перенаселение и болезни, поглотившие простой народ. А властители этих земель, словно не замечая всей этой мерзости, говорили о: просвещении, науке, искусствах, о возможностях, которые открыты для людей благодаря магическому дару ниспосланному им богами. И раз открылся проход, теперь соединяющий две половины континента, то это знак свыше, говорящий о необходимости объединения и народов населяющих его, а перечить богам, значит навлечь на себя их гнев. Но всё это были лишь пустые разговоры, в людских сердцах кейлити-тэ увидели отражение собственной алчности. Людям не было нужно сотрудничество с превосходящими их в развитии расами, им нужна их богатая на дары земля. И уже совсем скоро они показали своё истинное лицо, попытавшись силой своих объединённых армий проникнуть на западные земли. На эшров практически не действует магия и в этом их сила. Они отразили и то нападение, и ещё множество последующих за ним, столетие за столетием, теряя своих лучших воинов. Они живут в обстановке постоянной мобилизации, всякий раз восстанавливаясь практически с нуля, пока другие расы живут и развиваются, отвлекаясь лишь на мелкие междоусобные дрязги и извечное противостояние с кейлити-тэ, которое уже превратилось чуть ли не в рутину. Люди относятся к эшрам со страхом и омерзением, неоправданно называя их порождениями сумраков. Они считают своим долгом уничтожить их во имя торжества света. Как это похоже на повелителей людей: придумать выгодную для них реальность, чтобы с чистой совестью объявить захватническую войну, освободительной. Они придумали сказочку, что подлые эшры пленили разумы рас живущих на западной стороне гор и теперь не дают людям проникнуть в захваченные ими земли, чтобы те не смогли спасти от тьмы несчастные расы Загорья. Бред – скажете вы, но это работает, и по сей день.

Эшры застряли между создателями и людьми, каждый из которых использует их в своих интересах при этом, мечтая уничтожить их, как нечто пугающее и чуждое этому миру. Кейлити-тэ тщательно следят за тем, чтобы эшры не развивались, не получали информацию извне, не вели торговлю с другими расами. Они изолировали их полностью. Рождаемость также полностью контролируется. Так как вхождение в гон естественный для эшров процесс, то создатели не посчитали необходимым в него вмешиваться. Они потом просто уничтожают лишних детей в утробах их матерей, запуская особую программу у энгов. Это чудовищно и унизительно, но эшры нашли выход: изолировать часть самок на время гона, чтобы избежать подобных последствий. Лучше так, чем видеть страдания своих женщин.

Помимо прочего, каждые сорок лет кейлити-тэ забирают пять тысяч лучших воинов, которые с этого момента навсегда будут разлучены со своими родными и не смогут дать продолжение своему роду. Так как теперь кейлити-тэ не сомневаются в эффективности своей системы контроля, то не боятся использовать эшров для собственной охраны, ведь каждый эшр знает, что если он попробует пойти против хозяина умрёт не только он, но и вся его семья. Повелитель кейлити-тэ использует эшров не только в качестве своей личной гвардии и для охраны дворца, но и в вялотекущих противостояниях с кейлити-зу и эшсами, потихоньку прибирая к своим рукам их земли. Как и раньше кейлити-тэ считают себя венцами творения богов и не оставляют попыток захватить все расы и их земли находящиеся на западной стороне Великих гор.

По мере поступления информации Алан мрачнел всё больше, неосознанно нагнетая своё ментальное воздействие на всех присутствующих в кабинете, от чего у Тагара отпало всякое желание язвить и говорить что-то вроде: « А я что говорил? Попробуй, разгреби всё это…» Ну вы поняли, что именно. Сейчас старейшинам хочется только одного: быть как можно дальше от разозлившегося наместника. Ситуация и права трудная, но и решать её мы будем не за один месяц, но Алан по своему обыкновению пытается в своём сознании объять необъятное, от чего теряет контроль и пугает подчинённых. Молча, подошла к нему и, положив руки ему на плечи, мысленно прошептала: «Расслабься, не мучай старейшин, они тебе ещё пригодятся». Не сразу, но это подействовало: Алан вынырнул из состояния мрачной задумчивости, извинившись за потерю контроля. Старейшины впервые за всё это время, обратили на меня внимание, и в их взглядах я увидела благодарность. Нэр Тагар, ранее испытавший на себе всю мощь воздействия моего мужа, посмотрел на меня с расчётливым прищуром, видимо прикидывая, в каких случаях в будущем меня можно будет использовать для усмирения его гнева.

***

Алан уже хотел закончить наше собрание на сегодня, так как информации для размышлений уже более чем достаточно, когда нэр Нэлис поднял тему до этого никем не озвученную, а именно: кем является жена наместника? А я так надеялась, что моя скромная персона останется вне поля их интересов, но нет.

– Не сочтите за грубость, дэй Алан. Но ваша супруга дэя…Арина несколько отличается от эшари. Дочерью какого клана она является?

– Это имеет какое-то значение, нэр Нелис? – холодно спросил Алан, вставая из-за стола.

– Нет, но…

– Мой отец полностью одобрил её кандидатуру. У нас двое детей. И я не потерплю неподобающего отношения к моей жене и нашим детям. Надеюсь, мы больше не вернёмся к обсуждению моей личной жизни, нэры, – произнёс Алан тоном, которым можно замораживать реки.

Старейшины нервно сглотнули, а Нэлис затаил обиду. Ведь он задал довольно невинный вопрос, и если бы наместнику нечего бы было скрывать, то он бы так не реагировал. Вот, что читалось в его глазах и эмоциях.

Удастся ли нам замять вопрос о моём весьма сомнительном происхождении? Сомневаюсь. Сегодня мы получили лишь общий срез текущей обстановки, но чем живут эшры, какие традиции и законы соблюдают, что для них является табу, нам всё ещё не известно. Так или иначе, начало положено. Но вот захочу ли я отстаивать своё право быть парой собственному мужу? Ответа на этот вопрос у меня всё ещё нет. Но и сильного беспокойства по этому поводу я не испытываю. Ощущение внутренней свободы отсекает от меня их эмоции и взгляды полные подозрений. Мне всё равно, что они думают обо мне. Новый мир манит меня заняться его исследованием. Мне интересно абсолютно всё: местные расы, их возможности, флора, фауна, магия… и раскрытие собственных способностей в первую очередь. Ведь мало чувствовать в себе силу, необходимо уметь ей пользоваться и только тогда я буду по-настоящему свободной. Какое мне дело, одобрят ли меня в качестве своей дэи местные эшры или нет, главное, чтобы они не покушались на мою свободу и права моих детей.

***

Для начала мы решили задержаться на неделю, чтобы получить как можно больше информации, исходя из которой, Алан примет решение, как действовать дальше. Сейчас ясно одно: действовать придётся предельно скрытно, что ощутимо замедлит нашу подготовку к освободительной войне. С одной стороны: зачем спешить? С другой: порой излишнее промедление сеет смуту и сомнения в обществе, рождая неуверенность в своём лидере. Сейчас необходимо соблюсти баланс, а это, ох как непросто. Также серьёзной проблемой является изоляция эшров от остального мира, из-за которой мы не можем получить всю необходимую информацию о развитии кейлити-тэ и остальных рас, которые могут выступить на их стороне. Без этих знаний планировать что-либо бессмысленно, но как их добыть – вот в чём вопрос. Внешность эшров слишком приметна в этом мире, обмануть кейлити-тэ и представителей остальных рас не получится, как это получилось у эшров на Земле. Так что выступить в качестве разведчиков у эшров с Земли не получится… Чтобы не быть голословной поясню почему.

Кейлити-тэ очень высокие, ростом от двух метров, гибкие и стройные, с очень светлой почти белой кожей и волосами цвета льна, с тонкими чертами узкого лица с очень большими голубыми либо зелёными глазами, радужка которых практически полностью перекрывает белок. Их длинная (около пятнадцати сантиметров) с острым кончиком ушная раковина необычно раздвоена и очень подвижна, из-за чего кажется, что у них по две пары ушей. Кейлити-тэ вегетарианцы, и не имеют резцов. Также их отличительной особенностью является шесть пальцев на ногах и руках. Обладают магией исцеления. А также боевой магией, но не очень мощной: они просто могут формировать сгустки чистой энергии и направлять их в противника. Время действия ограничено светлым временем суток, после захода Тэльмы они теряют свои способности. На эшров и рэтсов это не действует, так как их шкура способна отражать магию подобного уровня воздействия.

Кейлити-зу прямые родственники кейлити-тэ и имеют с ними общего предка. По легенде считается, что они поддались тлетворному воздействию сумраков, из-за чего их кожа приобрела угольный цвет, как и их волосы, а глаза теперь имеют либо жёлтый, либо оранжевый цвет. Зу не любят дневной свет и холод, потому живут под землёй и в Великих горах на юге, где есть долина гэйзеров и действующие вулканы. Они обладают магией смерти и одним прикосновением могут умертвить противника, и на время подчинить его тело своей воле. Боевая магия у них на уровне своих собратьев, а её время действия ограничено тёмным временем суток.

Эшсы, как и эшры делятся на кланы, каждый из которых имеет свои особенности. Единственное, что их объединяет – это вертикальный зрачок. Кланы эшсов рассеяны по всему западному полушарию Кэру и составляют его основное население.

Акари (кошки) от шинари отличаются зелёным окрасом и способностью долгое время прожить только на растительной пище. В человеческой форме они сохраняют зелёный цвет волос и хвост с кисточкой. Эмпаты.

Шэрки (пустынные ящеры) в человеческой форме похожи на рэтсов, но имеют песочный цвет кожи и выдающуюся нижнюю челюсть с большими клыками, волос не имеют совсем, даже на голове. Телепаты.

Урсы (волки) даже в человеческой форме имеют серый оттенок кожи и красные глаза. Владеют магией крови: если их кровь попадёт к кому-то в организм, они смогут управлять сознанием этого индивида в течение недели.

Арны (огромные хищные птицы с серым металлизированным оперением имеют четыре крыла) Поэтому в человеческой форме у эшсов этого клана четыре руки. Кожа бледная, глаза чёрные или серые. Цвет волос разный, как у людей Земли. Слабо выраженный телекинез.

Улы (водяные змеи) делятся на пресноводных, и живущих в океане. У них бледная полупрозрачная кожа с зеленоватым оттенком и с еле заметным рисунком чешуи, большие глаза и четыре пальца на руках. Их телосложение более изящное по сравнению со своими собратьями, а рост не выше ста восьмидесяти сантиметров. Способность предсказывать будущее, но весьма смутно.

Единственное человеческое государство, находящееся на западной территории об образовании которого эшры узнали из разговоров кейлити-тэ между собой, ведёт замкнутый образ жизни и полностью подчинено кейлити-тэ. Люди с внешними признаками европеоидной расы, но не высокого роста не обладают магией и какими-либо другими сверхвозможностями. Для кейлити-тэ до сих пор загадка, откуда они здесь появились. Эшры же предполагают, что они могли попасть в этот мир случайно, пройдя через портал. Я склонна с ними согласиться.

В общем, как ни крути, эшры не смогут прикинуться кем либо из перечисленных, да это бы всё равно мало помогло. Единственный выход, который вижу я – это обратиться к драконам. Тем более, мне крайне важно узнать по какой причине открылся портал с Земли на Кэру. Надеюсь Алура ещё жива и не откажет в помощи сыну своего воспитанника и его жене.

Старейшины, узнав о наших планах посетить драконов, испытали священный ужас и принялись отговаривать Алана от столь опрометчивого поступка. Драконы живут обособлено и не жалуют гостей. Айрэши облетают стороной подвластное драконам воздушное пространство и не рискуют ослушаться их приказа. Но общение с драконами наш единственный шанс узнать хоть какую-то информацию о кейлити-тэ, а возможно и получить какие-то рекомендации к дальнейшим действиям, так что Алан не поддался на уговоры и решил рискнуть. Удерживать наместника силой никто не рискнул, и мы отправились к Великим горам. Оказавшись у их подножия Алан обратился в Айрэша и, взяв меня на руки взмыл в высь. Такого опыта перемещения у меня ещё не было, и сейчас я поняла восторг дочери. Какая же это свобода парить в небесах самому по себе без какой-либо техники и не бояться упасть. Как же здорово иметь собственные крылья! Жаль, у меня их нет, в этот момент я вновь почувствовала свою ограниченность. Какая же я всё-таки жадная. При мыслях о новой болезненной трансформации или о чём-либо подобном обзаводиться крыльями сразу расхотелось. Хватит мне и хвоста с клыками, тоже весьма полезные в хозяйстве вещи, я уже молчу о ледяной магии. Пока я была поглощена размышлениями о своих способностях, Алан поднялся уже довольно высоко и как мы и рассчитывали, его остановил дракон, который в возмущении произнёс: – Эшрам запрещено наведываться к драконам, убирайся! – при этом на его узкой длинной морде не дрогнул ни один мускул, словно это маска, а не живое существо. Его голос мы услышали у себя в голове, как обычно слышим друг друга или наших детей.

– Здравствуй, хранитель Великих гор. Тебя приветствует Алан сын Эрилла, воспитанника Алуры. Хранительница помогла моему отцу открыть портал и спасти часть эшров в другом мире. Но сейчас портал вновь открыт. Мы хотели бы поговорить об этом с Алурой. Прошу проводи нас к ней, – так же мысленно ответил Алан, так как здесь в вышине ветер перекрыл бы любой даже самый громкий голос.

Дракон как-то удивлённо мигнул, но через пару секунд, словно получив от кого-то разрешение, сказал следовать за ним. Золотистый дракон приземлился на узкой площадке меж двух острых каменных гребней и, замерцав, обратился в прекрасного высокого юношу с красивыми лазоревыми глазами и шикарной блондинистой шевелюрой, достигающей колен. «Вот кто по-настоящему похож на эльфа» – подумалось мне, но ровно до тех пор, пока он не улыбнулся акульим оскалом. Ого, вот это прикус! В общем, хищник, он хищник и есть. А ещё я заметила полупрозрачные маленькие рожки, расположенные по обеим сторонам головы в общем количестве шести штук, а на скулах мелкую прозрачную перламутровую чешую. Он был одет в похожий на наш спецкостюм бежевого цвета, и мягкие полусапожки. Алан вновь приняв человеческий облик и оставшись в спецкостюме, почувствовал себя более уверенно, так как до этого переживал, как к его внешнему виду отнесутся гордые драконы. Я всё же была в юбке, решив, что так будет безопаснее.

Войдя внутрь горы, мы очутились…на базе драконов, напоминающей космический корабль. Все встреченные нам по пути драконы преимущественно были одеты как наш провожатый, но были и другие в длинных кафтанах из плотной ткани с мерцающими вкраплениями, подпоясанные широкими поясами из плотной гладкой ткани. Также я смогла разглядеть тёмные узкие брюки и сапожки на плоской подошве с острыми мысками. Причём форма одежды у женщин и мужчин одинаковая с поправкой на физиологию, что меня несколько удивило. Помимо золотистых драконов с светлой кожей и волосами, нам повстречались драконы с тёмно-синей почти чёрной кожей и синими волосами, смуглые с зелёной причёской и фиолетововолосые с очень светлой, почти белой кожей, отчего напомнили мне ледяных ирнов. Мы шли по светлым просторным коридорам, и ничто не напоминало нам о том, что мы находимся внутри горы. Нам даже пришлось спуститься вниз на неопределённое количество метров на самом настоящем лифте. А потом вновь коридоры и многочисленные повороты. Что удивительно на нас практически не обращали внимания, что внешне, что на эмоциональном уровне. С учётом того, что у них как правило, не бывает гостей, это очень странное поведение… Наконец мы пришли к неприметной в цвет стен прямоугольной двери со светящимся белым светом иероглифом, которая плавно отъехала в сторону, войдя в стену.

– Алура, прошу простить за беспокойство, но сын Эрилла пришёл поговорить с вами, как вы и предсказали, – произнёс, не заходя внутрь наш провожатый.

Ага, значит нас, тем не менее, ждали. Интересно…

– Впусти их Силар, – донеслось откуда-то из глубины слабоосвещённой комнаты. Голос приятный, глубокий и какой-то обволакивающий.

В комнате с серыми стенами не оказалось ничего, кроме большого чёрного пухлого матраса круглой формы, расположенного у противоположной стены, которая представляет собой одно большое прозрачное окно, сейчас с левого края закрытое вертикальным металлическим жалюзи. Посередине этого матраса мы увидели хрупкую девушку в длинном золотистом халате, сидящую в позе лотоса, длинные светлые волосы которой расплавленными золотистыми ручейками покрыли всю чёрную поверхность матраса, расходясь от центра к краям, напоминая лучи солнца. Интересно и как она этого добилась? А главное, зачем?

Когда мы встали в паре метров от неё, Алура открыла большие золотые глаза и, тепло, взглянув на нас, произнесла: – Приветствую вас в цитадели звёздных драконов, Алан и Арина. Я рада познакомится с вами.

– Приветствуем, вас Алура, – сказал за нас двоих Алан и чуть склонил голову. – Спасибо, что позволили встретиться с вами.

– Не стоит благодарности, – отмахнулась Алура. – Прошу, не стесняйтесь, спрашивайте то, о чём хотели спросить.

– Алура, прошу, скажи, кто открыл портал на Кэру? – спросила я, не удержавшись.

– Для тебя это так важно? – удивилась Алура, приподняв изящные брови.

– Да, прошу, ответь.

– Но ты можешь это узнать сама. Ты невнимательно слушаешь потоки. Но, не думаю, что эта информация так уж тебе необходима.

– Есть ли в этом мире ещё порталы в другие миры? Мне необходимо попасть в мир Пламенных ирнов, чтобы спасти мать, – решила не сдаваться я.

– Ты так в этом уверена? Ты ещё не познала свою истинную сущность, а уже стремишься в самое пекло. Когда тебе это будет по силам, сама найдёшь портал. Этот мир находится в узле пересечения множества миров и порталы стабильные и временные явление здесь обычное и от того страшное. Сюда часто приходят не прошеные гости и творят бесчинства, в том числе и ирны, куда уж без них. Маги людей очень слабы, хоть и мнят себя великими. Но им не по силам тягаться и с половиной приходящих сюда. Если бы не способность людей быстро восстанавливать свою популяцию, от них бы давно уже ничего не осталось.

Если она и дальше так будет отвечать на наши вопросы,…наш приход сюда окажется бессмысленным.

– Алура, нам очень нужно узнать всю возможную информацию о развитии рас населяющих этот мир, хотя бы о кейлити-тэ. Эшры закрыты на своей территории и ничего не знают о мире, в котором живут. Я хочу отвоевать им свободу, но без знаний о противнике это будет невозможно. Прошу помоги, – в отчаянии взмолился Алан, уже слабо надеясь на реальную помощь.

Алура тепло улыбнулась ему и, покачав изящной головкой, отчего тонкая золотая прядь упала на её лицо, разделив его надвое, произнесла: – И в этом вопросе вы с женой справитесь сами, сын Эрилла. Как он поживает?

– Весьма трудно ответить на этот вопрос. И мне кажется, у вас в любом случае, больше информации о его текущем состоянии, чем у нас, – напряжённо ответила я, ощущая волны разочарования исходящие от Алана.– Эрилл сможет решить свою проблему?

– Это вполне ему по силам, Ринари из рода Ида. В любом случае, это его путь.

От обращения Алуры я вздрогнула и впилась в её равнодушно добрые глаза отчаянным взглядом.

– Алура, если тебе есть что рассказать про меня или мою семью, пожалуйста, поделись этой информацией.

– Никто не знает про тебя лучше, чем ты сама, Ринари, – вздохнула Алура. – У вас столько вопросов и все не о том. Всё что вас волнует, решаемо без особых усилий, нужно лишь немного подумать, услышать зов этого мира. А вот действительно серьёзной проблемы вы не замечаете. Меж тем, это единственное, что имеет значение. Вы – это всё что у вас есть. Не позволяйте тьме завладеть вашими сердцами, услышьте зов друг друга, восстановите связь. Иначе то, что беспокоит вас сейчас так сильно, вскоре утратит вообще какой либо смысл.

Как только Алура сказала последнее словно, дверь за нашими спинами отворилась, и Силар попросил нас покинуть покои хранительницы. Нам ничего не оставалось делать, как поблагодарить Алуру за её мудрый совет и выйти прочь. Да…мудрость так и льётся через край. Вот Алура, вот хитрюга. И главное, ничего не сказала. Точнее, нам дали ясно понять, что мы должны решать свои проблемы сами, и она считает, что это нам по силам. Но она назвала меня Ринари из рода Ида. Что она этим хотела сказать? Если считать её существом, обладающим абсолютным знанием, то получается, я в чём-то ошиблась. Она ведь не назвала меня тенью, а подчеркнула мою принадлежность к роду Ида. Тогда я вообще ничего не понимаю… Но сейчас не буду зацикливаться на этом. Раз она сказала, что на все вопросы мы найдём ответы сами, значит, будем искать. Алан же проворчал, что больше не будет связываться с драконами, так как они явно возомнили себя богами, а от таких ничего хорошего не жди.

Не знаю…что-то мне подсказывает, что с Алурой мы ещё увидимся.

Глава 7

После не самого, как нам казалось, продуктивного общения с Алурой, мы с мужем решили ненадолго разделиться. Он перенёс меня к порталу, а сам вернулся к своим подданным, чтобы предупредить о нашем недолгом отсутствии. Все дальнейшие действия по подготовке к восстанию муж собирается осуществлять при участии эшров и рэтсов с Земли, а срез знаний необходимый для их адаптации и переселения у него уже есть. Так что он не счёл необходимым утомлять меня возвращением в древний город эшров Ашхар (Затерянный), решив сделать это в одиночку. Я была не против.

Оказавшись перед самым входом в портал, остановилась и решила немного повременить с возвращением домой (хотя увидеть детей хотелось неимоверно). Я ведь не успокоюсь, пока не решу хоть одну из поставленных целей. Алура сказала, что я не внимательно слушала…потоки. Хорошо, попробую более тщательно прислушиваться к своим ощущениям и не торопиться, – решила я, усаживаясь в позе лотоса на каменный пол. Но видимо, я всё же, чего-то не понимаю… Единственное, что мне удалось почувствовать это след энергии схожей с моей. Первая мысль – вмешался Гэрс. Но это предположение я отмела почти сразу. Его энергию я запомнила слишком хорошо, и она несколько другая, и к тому же, то, что я ощутила, скорее, напоминает обрывки разрозненных энергий похожих друг на друга, но всё же различных, которых грубо смешали между собой, чем чёткий след от одной. Решила пойти другим путём. Ещё одни подозреваемые – это ледяные ирны. На мой взгляд, это глупо – пускать меня в мир, где я больше не буду испытывать нехватку энергии и смогу дать достойный отпор. С другой стороны – они тоже перестанут испытывать дискомфорт и смогут использовать весь свой арсенал, включая фарнов для моей поимки. А о том, что я знаю и умею, они не имеют ни малейшего понятия, и могут оценивать меня некорректно. На этот раз я вспомнила энергию ассияра в мельчайших подробностях и стала искать именно её следы, не отвлекаясь ни на что другое. И через минуту мои старания были вознаграждены! Я ощутила чёткое присутствие в пещере двух ассияр очень большой силы (неужели наследнички их повелителя?) Кем бы они ни были, но портал точно открыли они: сейчас я в этом уверена на сто процентов. Они воспользовались каким-то артефактом, но не удержались и добавили и своей энергии тоже. Значит, это всё-таки ирны… С другой стороны – чего ещё я ждала? Что они откажутся от идеи поймать меня? Это открытие, безусловно, не несёт ничего хорошего: если они нападут большой группой, то своими действиями не только могут убить многих эшров, но и привлечь внимание кейлити-тэ, а это сейчас недопустимо. Значит, необходимо договориться с Зирэком о большем количестве рэтсов, чем Алан предполагал взять с собой изначально. Они смогут обеспечить охрану эшров и эффективно выступить против ирнов, предотвратив продолжительное сражение: уж больно ловко у них получалось с харсами разделаться в прошлый раз. И почему Алура сказала, что эта информация мне не нужна? На мой взгляд, теперь мы сможем принять все меры для того чтобы встретить их во всеоружии.

***

Алан вернулся вечером этого же дня и, не смотря на множество неотложных дел, навестил детей. Дети, насмотревшись отснятого нами видео о мире Кэру, тут же налетели на него с просьбой взять их с собой в следующий раз. Алан не раздумывая, согласился, так как откладывать этот вопрос не видел смысла, как и я. Глаза Дары загорелись предвкушением, а Эллар вздохнув, решительно сказал, что вырастет при любом удобном случае, так как уже может предположить весь спектр ограничений, который его ожидает из-за его нынешнего малого возраста. От подобной перспективы я похолодела: если сын визуально станет старше на несколько лет всего за пару месяцев, а то и быстрее, это шокирует эшров и может стоить его отцу места лидера или, что более реально, закончится нашим изгнанием (я имею в виду меня и детей). Эшры не говорили про нападения демонов на них самих, но судя по многочисленным ругательствам в которых присутствуют мои собратья, не сложно догадаться, что от подобного родства они будут не в восторге. А объяснить эшрам, что я не более демон, чем эшари или рэтси вряд ли получится. Единственный выход: донести до сына необходимость немного потерпеть и отказаться от своей идеи ради нашего общего благополучия. В обмен придётся пообещать уделять ему достаточно времени и ходить с ним в лес. Хотя его заинтересовал не только лес, но также все места обитания кланов эшров. И удивляться здесь абсолютно нечему, так как каждое поселение и местность, на которой оно расположено, представляют собой уникальное во всех отношениях место. И если в лесу, как и любого мальчишку Эллара заинтересовала паучья ферма, где добывается паутина, из которой производится нетканое полотно для одежды и других нужд. То Уриши, живущие на берегах Великой реки, привлекли его тем, что ловят огромных ликров, внешне напоминающих черепах, но с абсолютно прозрачным панцирем, благодаря чему, живое существо может служить настоящим анатомическим театром для всех желающих.

Шессуры, живущие на противоположном берегу Великой реки, где уже через пятнадцать километров начинается степь, а ещё через двадцать пустынные земли, предпочитают жить именно в пустыне, ведя кочевой образ жизни. Однако такая жизнь обусловлена, прежде всего, наличием в тех краях страшных тварей напоминающих гигантских скорпионов с двумя хвостами, которые не прочь поохотиться на эшров. Для Шэссуров подобные стычки не очень опасны, но лишний раз сталкиваться с таким сильным врагом они не стремятся. Тем не менее, за тысячу лет они научились особым приёмам дрессуры и самых молодых особей, как правило, приручают, становясь их погонщиками. Однако приручить удаётся лишь чёрных ктархов, а вот особи песочного цвета, с лёгкостью скрывающиеся в песках, так и остаются дикими и крайне опасными хищниками. От них Эллар пришёл в неописуемый восторг, желая когда-нибудь покорить сие неприступное создание.

Айрэши же привлекают его просто сами по себе, хотя место их обитания – Ущелье семи водопадов, – не может оставить равнодушным никого кто его хоть раз увидит: отвесные тёмно серые скалы, отливающие радугой, поросшие цепкими горными растениями и кустарником и бушующие водопады стекающие каскадом по обеим сторонам ущелья, сверкающие в свете Тэльмы. Драконы пошли на уступки и разрешили Айрэшам занять отвесные склоны ущелья образовавшегося в Великих горах после их раскола, когда кейлити-тэ возложили на эшров миссию по охране западных земель от чужаков с востока. Они живут там словно ласточки, прорубив в склонах многочисленные пещеры, которые выполняют функцию их жилищ. Чтобы попасть туда необходимо иметь крылья, так что ни я, ни дети самостоятельно это сделать не сможем, но Эллар не сомневается в том, что уговорит отца на экскурсию. На Земле, безусловно, красот не меньше, но что такое жить в непосредственной близости от стольких чудес и иметь к ним постоянный доступ для нашей семьи до сего момента было неизвестно. Хотя жизнь на базе рэтсов в Уральских горах благодаря уникальной природе этих мест также запомнится мне на всю жизнь.

На следующий день мы связались с Эриллом, предварительно выслав ему отчёт. Алану предстоит продумать ещё очень многое и обсудить это с отцом, пока тот выходит на связь. Но оказалось, что и для меня у Повелителя есть интересная информация и узнала я её совершенно случайно. О посещении нами драконов решила рассказать я, и довольно подробно описала Алуру и то где и в каком виде она нас встретила. Эрилл совершенно не удивился, сообщив, что и в его детстве это было её любимое времяпрепровождение и её редко можно было застать в теле, поэтому она предпочитает всегда быть готовой его покинуть. Эта фраза меня удивила и заинтересовала, и я попросила Эрилла объяснить, что он имел в виду. Он объяснил, что Алура, как и все драконы, путешествует в любые уголки мира и даже в другие миры путём отделения своего астрального тела от физической оболочки. Чем старше и опытнее дракон, тем проще ему это даётся и не требуется никаких специальных условий. Молодым же драконам необходимо быть в специальных капсулах для поддержания их жизнеобеспечения, для страховки, пока они не накопят опыта и не увеличат собственную энергоёмкость. Потрясающе! Это то, что мне нужно! Эта информация появилась в самое нужное время, буквально сняв с моих плеч тяжкий груз, так как эта техника может стать ключом к решению многих наших проблем. Также меня посетила ещё одна догадка о драконах, которую я сразу же озвучила и оказалась права! Они не превращаются в ящеров физически, эта форма выполняет защитную функцию для их астрального тела, если дракон хочет обнаружить себя на материальном уровне, поэтому Эллар видел, лишь энергию и ничего более. Драконы обладают такой силой, что энергию на время могут уплотнять и преобразовывать в почти что материю, так что никто без специальных знаний и навыков не догадается, что перед ним, по сути, иллюзия. Они летают по небу, а их тела находятся на базе под охраной и в безопасности. Когда они путешествуют в астральном теле, физические атаки им не страшны, многие магические тоже. Естественно и здесь есть ловушки, но если знать все тонкости, то плюсов значительно больше чем минусов. Теперь осталось этому научиться. То, что для меня это возможно я не сомневаюсь, так как даже на Земле я уже покидала своё тело и находилась в таком состоянии несколько дней. Правда я была в коме, что довольно опасно, и повторять такой опыт не хотелось бы. Что-то мне подсказывает, что просить Алуру поделиться знаниями будет пустой тратой времени. На счастье Эрилл оказался посвящён в подробности этого процесса и даже сам практиковал астральные полёты, но сейчас у него уже нет времени заниматься моим обучением. Узнав, что у нас нет другой возможности собрать информацию на наших врагов, он согласился в подробностях описать этот процесс в надежде, что я смогу постичь это сама, так как в любом случае когда-то обладала такими возможностями. У меня есть более быстрый и эффективный способ передачи и считывания информации, но для этого необходимо прикосновение к открытому участку тела. Предлагая это, я не надеялась, что Эрилл согласится, так как я могу узнать его тайны, увидеть его истинную сущность. Но он согласился. Через неделю он прибыл на базу рэтсов, чтобы самому погрузится в это состояние для того чтобы решить свою текущую проблему.

Но когда я узнала масштабы его проблемы более подробно, то еле сдержалась чтобы не закричать на него. Как можно довести себя до такого состояния?! Как?! И он надеется, что найденная им женщина поможет восстановить его энергосистему? Я всё ещё плохо разбираюсь во всём этом, но на интуитивном уровне чувствую, что шансов практически никаких. Даже если он найдёт свою пару, какой бы сильной энергетически она ни была, справится с той бурей, что живёт сейчас у него внутри, ей может оказаться не под силу. Для этого она уже должна любить его, должна видеть и знать его истинную суть. Малейшая неточность и он перейдёт на сторону тьмы, а в лучшем для него случае его ждёт самоуничтожение. Но Алура верит в него, у меня даже создалось впечатление, что не относится серьёзно к его ситуации, – значит, у него есть шанс. А теперь с полученными от него знаниями шанс есть и у нас.

***

На подготовку ко второму посещению мира Кэру у нас ушёл месяц. Алан вместе с братом отобрал по сто эшров различной специализации из каждого клана – они станут первыми, кто встретится со своими собратьями и приступит к подготовке переселения следующих эшров: необходимо построить несколько подземных баз и лабораторий, приступить к тренировкам с местными эшрами, чтобы понять, кто на каком уровне находится. Рэтсы тоже выделили сто своих собратьев, которые под предводительством Кирима начнут осваивать новые земли, и с согласия Алана строить несколько своих баз, на основе одной из которых (самой дальней) они в последствии хотят построить свой город, который со временем может перерасти в небольшое государство. Алан рассчитывает вернуть землю, отобранную у эшров кейлити-тэ, так что потом всем должно хватить места. На прибытие вместе с нами рэтсов, эшры в целом отреагировали спокойно, доверившись своему новому предводителю. Они уже успели от них отвыкнуть в отличие от эшров с Земли, которые только и делали, что сражались с ними всё это время. Так что негатив идёт только от земных эшров, и мне это категорически не нравится – это может распространиться, словно зараза, и тогда нам не избежать внутреннего конфликта. Алан уже взял это под контроль, но его влияние на своих соотечественников имеет меньшую эффективность, чем на местных, так что есть о чём задуматься. Размещать новоприбывших пришлось в древних дворцах, многие из которых тридцать лет назад подверглись тотальному ремонту, который затеяли кейлити-тэ, так как решили отправить сюда своего наместника с его приближенными и учёными. Наместник продержался два года и, убедив своё начальство в неэффективности своего здесь пребывания, счастливый вернулся в цивилизацию. Эшры всё это время брезговали пользоваться дворцами в качестве жилищ, привыкнув к природным домам (даже представители высшего общества), а уж с интерьерами по вкусу кейлити-тэ и подавно. Зато для нас эти здания стали настоящим подарком небес, так как напоминают современное жильё и даже имеют канализацию. Так же приятным сюрпризом стали, обнаруженные нами, заброшенные лаборатории, организованные в подземных этажах под некоторыми дворцами – не придётся тратить время на подготовку лабораторий для наших учёных. Так что за наших городских неженок Алан спокоен: адаптация к новому миру должна пройти нормально.

***

Нора с Дарэком тоже отправились с нами, так как мудрый советник Алану не помешает, а Нора как учёный биолог пришла в полный восторг от открывшихся ей перспектив по изучению многочисленной флоры здешнего леса. Пока её изыскания должны иметь преимущественно военное назначение, став ещё одним пунктом в общей копилке возможностей эшров против врага, но в будущем её ждёт ещё много открытий, которые без сомнений привнесут в мир эшров нечто новое и уникальное. К тому же Нора с удовольствием помогает мне с детьми в свободное от выполнения своих основных обязанностей время, правда иногда научный процесс её поглощает на несколько дней подряд и тогда меня выручает Эви, так как местным женщинам я не могу доверить своих детей. А отлучаться я должна, точнее, я не могу сейчас иначе. Знания что передал мне Эрилл довольно сложны для понимания, возможно, это связано с отличием его мировосприятия от моего, возможно я ещё к этому не готова, но осваивать их мне трудно. Для этого я на целый день ухожу далеко в лес, слушаю эту землю, слушаю себя, постепенно капля по капле, узнавая этот мир всё лучше. Меня манит зелёная влажная чаща, напоенная ароматами диковинных цветов, что оплетают гигантские покрытые мхом корни деревьев-великанов. Я слышу: как течёт под глянцевой корой сок, как бегут похожие на муравьёв насекомые в своих подземных ходах, как дышат животные, что притаились в зарослях, боясь быть обнаруженными. У меня нет страха, что местная природа причинит мне вред, напротив, с каждым днём я чувствую, что всё больше становлюсь её частью, ощущая на интуитивном уровне как себя вести, как дышать, слышать и смотреть. Я ухожу всё дальше от города, и не боюсь заблудиться: перед моим мысленным взором, стоит лишь захотеть, появляется карта местности, и я всегда знаю, куда и как долго мне предстоит идти. Я ухожу на север, северо-восток, иногда приближаясь к Великим горам, я не знаю что ищу, но усидеть на месте нет никаких сил – ноги сами ведут меня. Пару раз я натыкалась на остаточные островки болотистых земель, но задерживаться возле них не стала: это отравленная земля, осквернённая, словно очень давно здесь произошло нечто настолько ужасное, что земля, впитав в себя эту тьму, почти умерла, превратившись в живого мертвеца. Как эшры могли жить здесь и растить детей на протяжении многих веков? Теперь я понимаю, от чего кейлити-тэ решили, что это место поглотило эшров, это было слишком очевидно, чтобы думать по-другому. Но это оказалось не так, и они смогли приспособиться, не впитав эту скверну в себя, словно у них была защитная оболочка, не пускающая тёмные эманации внутрь.

Однажды я вышла на сказочную поляну с тремя небольшими овальными озерцами с чистейшей водой, на поверхности которой плавают цветы, напоминающие кувшинки, но с полупрозрачными розовыми лепестками, словно сделанными из хрусталя. Поляну обрамляют невысокие по здешним меркам деревья с зелёной шершавой корой и тёмно-зелёными глянцевыми листьями. Ветви украшает белый крупный цветок, растущий прямо на коре, его длинные белые тонкие, словно паутинка, корни свисают на несколько метров вниз, а на них, что совсем уж удивительно, тоже есть мелкие цветочки мятного цвета. А под ногами, словно ковёр, нежная светло зелёная травка, на которую так и хочется прилечь, что я и сделала. Здесь ощущалось такое умиротворение, что я не заметила как погрузилась в дрёму, убаюканная звуками местных кузнечиков. Поэтому сначала голос, прозвучавший в моей голове, я приняла за сновидение, но уже через пару секунд осознала, что это не сон. Меня приветствовали во владениях алиданов, желая, познакомится со мной поближе. Открыв глаза, я увидела перед собой полупрозрачную девушку с зеленоватой кожей, большими карими глазами и длинными тёмно зелёными волосами украшенными цветком тилу, что живёт в ветвях местных деревьев. Собственно длинные волосы были её единственной одеждой, но это странную красавицу не смущало, и она продолжала с любопытством разглядывать меня. Я же была в спецкостюме, так как основную часть пути предпочитала проводить в боевой форме. Увидев, что я открыла глаза, девушка улыбнулась загадочной улыбкой и растворилась в воздухе. Но не успела я это осознать, как вокруг меня собралось уже пять местных нимф. Среди них была одна, что выглядела старше остальных, но не телом, а выражением глаз: спокойным, внимательным, покровительственным. Она и продолжила со мной общение, но говорила исключительно при помощи мыслеречи, что меня нисколько не смущало. А смущало то, что я её понимаю, несмотря на то, что их язык мне определённо не знаком. Из её рассказа я поняла, что они алиданы – духи деревьев, и образы, что я вижу сейчас перед собой – это их астральные тела, которые они выпускают наружу, как драконы, и используют их для развлечения и общения, но их мужчины лишённые такой возможности, могут путешествовать по подземным рекам, перемещаясь от своего дерева на многие километры, а потом вернувшись рассказывают новости из мира других рас. От чего боги так распределили их способности алиданы не знают, но так было от начала времён. Я рассказала кто я, и попросила помощи в освоении техники безопасного выхода из тела. Да, у них тела – это деревья, всегда питающиеся от земли, а моё зависит от питания извне, но я нашла существ способных делать тоже, что и драконы, и упускать возможность поучиться у них я не собиралась. Вэя (старшая алидана) сказала, что благодаря мужу прекрасно знает, кто я такая и что часть эшров вернулась из другого мира. И к моей радости согласилась меня учить. На мою просьбу рассказать мне всё, что они знают о других расах и особенно кейлити-тэ она также ответила согласием, правда уточнила, что про кейлити-тэ они почти ничего не знают, так как они уже давно изгнали дикую природу из своих городов, так что её информация будет довольно устаревшей. Но я была рада и этому. Но задумалась: почему эшры ничего не рассказали про своих соседей? Уловив мои мысли, Вэя сказала, что эшры не знают про них, так как они не могут видеть их астральные тела, а алиданы не захотели быть обнаруженными. Так отчего они показались мне? На это у них не было определённого ответа. Скажем так: я им понравилась. Мои к ним чувства были взаимны. С этого момента я больше не бродила неприкаянной душой по бескрайнему лесу, а шла к своим наставникам и новым друзьям. Как-нибудь я, с разрешения алиданов, приведу на эту поляну своих детей, покажу им этот сказочный уголок, но пока не время.

***

Сейчас эшры находятся в заблуждении, Алан сказал им, что наши учёные разрабатывают способ шпионить за врагом, но не сказал, каким образом это будет происходить. Алан пока предпочёл не распространятся на тему того, что под силу ему и его семье. Да, сейчас он не может освоить астральный полёт из-за тотальной нехватки времени и отсутствия достойного учителя, но он, как и его отец на это способен, а это говорит о многом. Ему кажется, что подобное кардинальное отличие от остальных эшров не будет способствовать упрочнению его положения среди подданных. А распространение о моих способностях, тем более не желательно, так как повлечёт за собой новые вопросы, которые в итоге приведут эшров к ложным выводам. Ощущение, что мы ходим по острому лезвию, меня не покидает. Я знаю, что тайны для монарших особ дело привычное, но сейчас такой период, когда подданные ждут полной открытости с нашей стороны, они должны нам доверять. Но на деле получается всё наоборот: чтобы решить их, а теперь уже и наши, проблемы, мы должны прибегнуть к методам для эшров непонятным, и от того возможно пугающим. Как выйти из этой ситуации мы пока не придумали. Я, если честно, даже не задумывалась, так как моё сознание полностью поглощено открывающимися для меня перспективами и до мнения эшров мне просто нет дела.

Мы с Аланом практически не пересекаемся в течение дня, а ночью я ухожу спать к детям, так как мало вижу их днём. Мы всё больше отдаляемся друг от друга, а моё сердце молчит – это словно проклятие, которое у меня не получается снять. Мы словно живём с ним в параллельных реальностях и никак не можем пересечься.

Несмотря на то, что мои почти ежедневные отлучки из города объясняются моей помощью Норе в сборе необходимых образцов, я вижу, что моё поведение порицается эшрами и с каждым днём отношение ко мне становится всё хуже. Ведь я не принимаю участия в социальной жизни эшров, не пытаюсь наладить контакт с местным женским обществом, провожу мало времени с детьми и совсем не общаюсь с мужем. Список получается просто криминальным с точки зрения местного менталитета. Когда мы появились в Ашхаре в полном семейном составе, то естественно стали объектом для множества сплетен, что было неизбежно. Не только внешность Эллара и его «слепота» привлекли негативное внимание. Пришедшие с Земли эшры вместе со знаниями из «своего» мира принесли и «свои» сплетни, касающиеся моей персоны, и вопрос о том кто я такая, возник вновь. Старейшины пока не наседают на Алана, помня его довольно агрессивную реакцию, связанную с этим вопросом, но косые взгляды и недовольство преследуют меня ежечасно, стоит мне показаться эшрам на глаза. Обстановка нагнетается с каждым днём всё больше. Я понимаю, что Алан и я воспринимаемся подданными не единым целым, не парой, а совершенно по отдельности. Я вижу, что муж от этого не в восторге, но мешать мне постигать премудрости магической разведки, не хочет, так как нам очень важен реальный результат.

Но спустя месяц такой жизни он всё же не выдержал и попытался достучаться до меня, буквально требуя моего присутствия в его жизни. Его требования обоснованы, но вызывают во мне лишь отторжение: я не хочу проводить время среди эшров, я не хочу ощущать на себе их тяжёлые осуждающие взгляды. Жизнь в городе эшров меня угнетает и даже злит. Видя, что его слова не оказывают на меня должного эффекта Алан вышел из себя, прошипев, что теперь он наконец-то поверил в то, что нашей семье конец. Он чувствует, что безразличен мне и это делает ему больно, так больно, что он не хочет видеть меня. В моих глазах он больше не видит прежней Арины, по его словам Эсия полностью взяла меня под контроль. И если в первый раз она хотела быть с ним, то сейчас просто вычеркнула его из своей жизни. Он больше не будет ни просить, ни требовать, так как видит, что все усилия напрасны.

Он и правда пытался наладить со мной контакт, используя каждую свободную минуту, но мои мысли часто витали где-то далеко, а со многими его планами и размышлениями я больше не была склонна соглашаться, часто высказываясь критично. Он достиг своего предела ожидания, …а мой лёд так и не тронулся с места. Когда он говорил мне всё это, я словно была за стеной: его эмоции, чувства – всё такое далёкое и практически не понятное. Лишь в самой моей глубине поселилась неясная тоска, она делает тусклым мир вокруг, лишая его запахов и звуков, делая его плоским. Я осознаю, что лишилась чего-то важного, того, что делало меня мной, но понять, что это было и каким оно было, уже не могу. Неужели это и, правда, случилось со мной? Когда я пересекла черту не возврата? Но если Алан не будет звать меня назад, я, ведь не вернусь… Алура говорила, что мы должны наладить нашу связь, вернуть чувства, но я была слишком сосредоточена на своих планах и хотела помочь…Алану, что отмахнулась от её совета, как от пролетавшей мимо мухи. Всё это время я ждала, что всё наладится само или Алан, наконец, всколыхнёт во мне былое, но сама я ничего не делала в ответ, не прилагала усилий, не шла навстречу. Я сорвала с себя поводок, и теперь держу в руках лишь один его конец, а второй валяется в пыли. У меня больше нет якоря, нет маяка во тьме… Я потерялась…

Глава 8

После злополучного разговора с мужем я впала в странное состояние оцепенения, отдалённо напоминающее мне чувство страха (уже забытое чувство, забытое, как и многие другие). Я вышла из дворца и всё шла и шла, пока ноги сами не привели меня к алиданам. Сумерки уже опустились на лес, и поляна осветилась множеством оттенков жёлтого, белого и мятного цветов, казалось, что внутренний свет излучает каждый листик и травинка. А вот мой внутренний свет погас, внутри меня темнота и тишина, а ещё холод. Он обволакивает меня своим искрящимся покрывалом, стремясь отделить меня от окружающего мира. Но я не хочу этого! Вэя встретила меня, молча выступив из темноты и раскрыв руки для объятий. Её еле заметная улыбка излучает добро, от чего мне почти дискомфортно, словно, не она, а я стою обнажённая и беззащитная перед ней. Я ощутила себя растерянным ребёнком: я не знаю, что мне делать дальше и как поступить.

– Вэя, прости, что нарушила твой покой… Мне не к кому больше пойти… Сегодня случилось что-то очень плохое, и я не знаю как исправить это, – тихо произнесла, смотря при этом внутрь себя, не в силах вынести её всепрощающего взгляда: словно сама мать земля смотрит на меня.

– Расскажи мне, – прозвучал её мягкий голос у меня в голове.

– Муж отказался от меня, сказав, что я его не люблю, что я перестала быть той, которую он любил. И он прав, Вэя. Я больше ничего не чувствую. Но только после его слов, я до конца осознала это. Я осознала, что всё это время причиняла ему боль… Я больше не могу быть его парой, – я с трудом произнесла это, так как горло охватил спазм, и стало трудно дышать.

– Но ты хочешь этого? Хочешь быть с ним?

И если не так давно, я сама задавала себе этот вопрос и не могла дать на него чёткий ответ, то сейчас я больше не сомневаясь, ответила: – Да. Ещё совсем недавно он был смыслом моей жизни, я помню это. Но сейчас в моей голове туман, и моё прошлое всё больше ускользает от меня, и я не могу вспомнить, почему он был так дорог мне. – Что со мной происходит, Вэя?

– Блок, что поставила на тебя твоя мать, почти разрушен (хоть я и не понимаю, как ты это сделала, ведь это не возможно). В тебе концентрируются силы, с которыми ты пока не сможешь совладать. Твоё подсознание с каждым днём наполняется огромным количеством информации, которую ты пока не в силах воспринять, но уже совсем скоро это будет возможно. Твоё сознание защищает тебя, лишив тебя многих лишних эмоций и чувств, ожидая, когда ты будешь готова. Иначе ты могла бы причинить вред окружающим тебя существам, просто воспылав гневом в одно мгновение. То, что происходит с тобой сейчас естественно.

– Но я уже причинила вред! Скажи, я могу как-то вернуть свои прежние эмоции и чувства, вернуть прежнюю себя?

– Прежней ты уже не станешь. А вот способность любить вернуть можешь, но ты уверена, что это необходимо сделать сейчас? Прошу, дождись завершения процесса перестройки своего организма. Настанет время, и ты всё вспомнишь и вновь сможешь чувствовать, если захочешь.

– Нет… Я не смогу вспомнить сама, я знаю это и времени нет… Вэя, прошу, помоги мне! – Не знаю от чего, но меня охватила паника, ощущение, что время безнадёжно упущено, накрыло меня с головой. Боюсь, даже если я верну свои чувства, он не поверит мне, не пойдёт мне на встречу. Но я должна сделать всё возможное, чтобы восстановить нашу семью. Ведь я больше не хочу быть одна, не хочу…

– Хорошо, Ринари, я помогу тебе. Но ты должна понимать, что за последствия нести ответственность будешь ты. Ты должна дать мне слово, что будешь контролировать себя, не причинишь никому вред, какие бы эмоции и чувства ни наполнили твоё сердце. А это будет не легко: ты ближе к нам, чем к эшрам, среди которых тебе приходится жить. Они не понимают и сторонятся тебя, твоих детей. Но в твоих силах переломить ситуацию, стать им другом и покровительницей, дать им свою любовь. Ты должна поменять своё отношение и сознание, как бы трудно ни было, иначе, последствия для всех будут самыми плачевными.

Вэя говорила, а я всё больше осознавала, как велика пропасть между мной и эшрами, между мной и мужем. Но она права: хватит вести себя словно обиженный ребёнок, сила дана мне для помощи живым существам, а не для глупого ощущения собственного превосходства. Пора выстроить собственный мост.

– Вэя, я даю тебе обещание, что буду контролировать свои эмоции и не причиню никому вред. Я буду меняться, и пойду эшрам навстречу. Мой муж часть этой расы, и он несёт за них ответственность. Я хочу помочь ему на его пути. Хочу, чтобы наш путь стал общим.

– Хорошо, я услышала тебя, Ринари. Я верю тебе, – грустно улыбнулась Вэя, и, развернувшись, указала на три светящихся бирюзовым светом озерца, что всегда манили меня чистотой своей воды. – Это священные купели. Они позволяют увидеть прошлое и будущее, увидеть то, что необходимо для того, чтобы принять правильное решение или увидеть свои ошибки. Ты увидишь своё прошлое, вновь проживёшь все самые прекрасные и ужасные его моменты, это разбудит твоё сердце и душу. Ты выйдешь из оцепенения и вновь сможешь чувствовать как раньше. Это будет непросто, но другого способа нет. Я буду рядом и не позволю твоему телу умереть.

***

Я погрузилась в светящуюся воду с головой, я не задерживала дыхания, как сказала мне Вэя, я просто перестала дышать. Почти сразу моё сознание словно растворилось в чистейшей воде, я перестала ощущать своё тело, свою потребность в дыхании – это очень похоже на подготовку к выходу астрального тела из физического, поэтому я не испугалась. Но вот потом…

Он нашёл меня! Как это возможно? За столько тысяч лет я думала, он оставил попытки найти меня, но средь звёзд наши взгляды вновь встретились, отчего всю меня пронзили энергетические разряды. Его нельзя подпускать к себе близко иначе я не смогу сопротивляться его притяжению! Его глаза всё ещё полны тьмы. Глупо было надеяться, что Гэрс сможет побороть её, она всегда была ему более близка, чем свет. В этом была наша проблема с самого начала: у нас нет баланса, в нём слишком много тьмы, во мне света. И его тьма захотела завладеть моим светом, его сущность была поглощена тьмой полностью… Нет, я не допущу этого! Не допущу, чтобы он сделал это со мной! Но где мне скрыться от него? Я направила настолько сильную волну, сканируя космическое пространство, что наверняка вызвала многочисленные вспышки у звёзд во многих системах. Мне жаль, но это меньшее зло в сравнении с последствиями нашей встречи… Есть! Нашла! Как далеко, но это не важно. Я услышала отзвук родственной энергии, впервые за всю свою жизнь я нашла кого-то из рода Ида! Сейчас у меня единственная цель: спрятаться от Гэрса так, чтобы он никогда меня не нашёл. Единственный выход: стереть себе память – это похоже на самоубийство у смертных, ведь моя личность исчезнет, но лучше так, чем попасться к нему в руки… Оказавшись рядом с планетой я поняла, что совершила ошибку: мне никогда не выбраться отсюда, а процесс разрушения памяти уже запущен, и притяжение энергополя планеты слишком велико, чтобы я могла противостоять ему в таком ослабленном состоянии, в котором я нахожусь сейчас. Похоже, мироздание решило свершить надо мной возмездие за деяния моих предков. Но я так просто не сдамся… Похоже эта Ида тоже попала в переделку, что ж это мы умеем – это наше проклятие: притягивать к себе неприятности. Но я услышала не её, она носит дитя! Оно притянуло меня в этот мир, точнее она. Как она прекрасна! Разрешит ли она воплотиться в её теле? Она ещё и милосердна! Она хочет остаться со своей матерью, оказать ей поддержку, так как видит, что в ближайшем будущем она ей пригодится. А помочь ей, будучи младенцем, она не сможет. Я знаю, что совпадений не бывает, в это верят только смертные. Значит, мы должны были встретиться сейчас и возможно ещё встретимся в будущем, но я уже не вспомню её, – жаль. Мать ещё не успела дать ей имя, значит, её имя станет моим, оно закроет меня щитом и Гэрс не сможет обнаружить меня – я спасена…

***

Какой страшный и непонятный мир: я маленькая и слабая, я ничего не могу сделать. До меня никому нет дела. Мне плохо. Говорят мы здесь, потому что мы не нужны нашим родителям. Тогда почему они нас родили? Для чего? Я не понимаю других детей: они странные, всё время кричат, плачут и дерутся. От них так много шума. У меня постоянно болит голова, но большие взрослые не верят мне. Иногда я начинаю злиться и делаю что-то плохое, но я не помню что. Я причиняю другим вред, мои руки в крови, и что-то внутри сжимается в комок и мне становится больно: я не хочу причинять вред – это плохо. Меня часто запирают в маленькой безликой комнате одну в качестве наказания, но здесь мне хорошо: здесь никто не причинит боль мне, и я никому не сделаю плохо. Одиночество моё спасение…

***

Не люблю школу, голова плохо соображает, и учусь я неважно, а ещё одноклассники…вечно достают меня, издеваются, пытаются вывести меня из себя. Но сказать где лучше в школе или дома я не могу. Дома (если это место вообще можно назвать домом) мне никогда не бывают рады, тётка ненавидит меня. Её эмоции меня пугают, иногда кажется, что она мечтает, чтобы со мной что-то случилось. А её новый ухажёр пугает меня ещё больше: смотрит на меня своими маслеными глазками, то и дело прикасается ко мне, причмокивает губами, словно хочет сожрать меня. Но я знаю, что у него на уме, не маленькая уже. И от этого меня постоянно тошнит…

Он повалил меня на старый диван, навалившись всем своим немалым весом, от него пахнет потом, жареным луком, перегаром и табаком. Я чувствовала, как кисловато-горький ком подкатил к горлу, но продолжала отбиваться. Он что-то невнятно рычит и облизывает мою шею, сдерживаться больше нет сил: содержимое желудка оказывается на полу, так как моя голова была повёрнута в бок. Меня трясёт крупной дрожью, я чувствую, как он возбуждён, его ни грамма не смутила моя рвота. Я слышу звук расстегивающейся молнии, и меня прошибает холодный пот. Я кричу, вкладывая в крик весь свой страх и, продолжаю беспорядочно махать руками, в надежде задеть его глаза. Но он перехватывает их и зажимает одной своей рукой, второй забираясь мне под футболку, оглаживая мою едва обозначившуюся грудь, меня снова тошнит. Я не хочу, чтобы это случилось со мной! Я не перенесу этого! Я слышу, как скрипит открывшаяся входная дверь, и тётка зовёт по имени того, кто навис надо мной со спущенными штанами. Я понимаю, что это мой шанс, так как вижу, его испуганный и растерянный взгляд. Выбравшись из-под него, я на дрожащих ногах бегу в свою комнату, там я буду в безопасности. Тётка воспринимается мной одним ярким смазанным пятном, она не останавливает меня. Я запираюсь и, привалившись к двери, сползаю по ней на пол. За стеной раздаются тёткины крики, но мне уже всё равно, всё закончилось. На этот раз закончилось. Как же это мерзко и противно…Ощущение его рук на моей груди, его языка на моей шее, запах его тела. Как женщины всё это терпят? Ни за что не позволю мужчине овладеть мной! Они просто животные…

***

Опять я из-за своей неуклюжести кого-то сбила, и сама повалилась на холодный скользкий пол…Я умудрилась сбить парня! Какой красивый, просто нереальный! Таких не бывает. А его глаза как изумруды, столько оттенков зелёного! И в них нет зла или раздражения, только удивление и что-то ещё, нечто, что заставило сердце ускорить ритм, а щёки покраснеть. Кажется я подвисла, а по телу табуном пробежались мурашки. Да что со мной такое? Я же за всю свою жизнь ни на одного парня так не реагировала. Ну же очнись, дурёха и беги от него пока не вляпалась в какую-нибудь историю. Он над тобой разве что поиздеваться может и ничего более. Но мысли о нём, то и дело блуждают в моей голове, он приходит ко мне во снах. Как я могла влюбиться, притом, что боюсь его на подсознательном уровне?! Ведь при мысли о физическом контакте с мужчиной меня начинает мутить, но он…особенный. И взгляды, которые на меня, то и дело бросает Алан, всякий раз задевают что-то в глубине души и сердце вновь ускоряет свой ритм. Я одновременно боюсь встретить его в коридорах института и в то же время, живу ожиданием этого момента. Я боюсь признаться себе, признаться в том, что желаю его так сильно, что сводит бёдра и ноет кожа, это просто невыносимо. Но я гоню от себя эти желания, эти мысли, эти чувства. Они пугают меня, пугает их сила и власть надо мной, пугает, что я могу потерять контроль. Нет, он не будет повелителем моего сердца, и Марте я тоже не признаюсь, что влюбилась. Влюбилась по уши, как принято говорить в народе. Я просто сделаю вид, что он меня нисколечко не интересует, и сама поверю в это. Да, так будет правильно. Я не подхожу для него.

***

После того как я узнала о нём правду, страх полностью поглотил все мои чувства. Он опасен для меня, я это знаю, я ощущаю это всеми фибрами своей души. Он – прекрасный хищник, что заворожил свою жертву и вот-вот разделается с ней. Но он загнал меня в ловушку, связав нас на энергетическом уровне, спасая мне жизнь, и теперь я буду его женой! Меня колотит от одной этой мысли. Я не верю, что он любит меня. Зачем я ему? Зачем? Для чего я ему нужна? Но его поцелуи сводят меня с ума, тело тянется к нему, желая получить нечто большее. Я теряю голову, когда он смотрит на меня своими колдовскими глазами, я хочу раствориться в них. Почему я испытываю такие противоречивые чувства? Что со мной не так? Чего именно я боюсь? Боюсь потерять свободу или боюсь, что он однажды предаст меня, бросит как надоевшую игрушку…

***

Я доверилась ему, поверила в его любовь, но он ничего не сказал о том, как будет проходить брачный обряд! Это было ужасно: со мной обращались, словно с заключённой, а неведение сводило меня с ума. Эшари такие безразличные, такие высокомерные: конечно, ведь я всего лишь человечка, но стану женой одного из них, они явно от этого не в восторге. Почему Алан допустил, чтобы я прошла через все эти муки? Неужели он считает это нормальным? Но наша первая близость затмила все переживания предыдущих дней. Страх полностью исчез, и меня охватило безумное желание. Но боль была настолько нестерпимой, что казалось, я потеряю рассудок. Алан прочувствовал эту боль вместе со мной, мы разделили её на двоих, как и последующее за ней наслаждение. Оно было таким сильным, острым, всеобъемлющим, что спаяло нас в единое целое. Он и я превратились в МЫ и это завораживает. Я осознаю, что время моего одиночества, наконец, закончилось. Теперь я ощущаю его как часть себя, чувствую, когда ему плохо или хорошо. Он любит меня! И это наполняет меня искрящимся счастьем. Это как сбывшаяся мечта, как сказка на яву. Он не виноват в тех мучениях, через которые мне пришлось пройти, он про это ничего не знал. Я чувствую, как он остро реагирует на моё состояние: он хочет сделать меня счастливой, я важна для него! Он такой нежный, такой внимательный. Неужели, такая как я, заслужила всё это? Заслужила такую любовь? Я ничего не могу дать ему взамен, только свои чувства, только свою любовь. Но у него и так всё есть, поэтому моя ответная любовь делает его абсолютно счастливым. Счастьем светятся его глаза, и мои загораются в ответ. Он словно не видит моих недостатков, помогая мне во всём. Моя душа наполнена благодарностью к нему. Никто и никогда так не относился ко мне, не принимал меня всю целиком со всеми моими проблемами, страхами и неуверенностью. Я люблю его! Люблю! Я готова на всё ради него!

***

Но я не могу подарить ему ребёнка! Я так боялась стать матерью: боялась беременности, родов, того что не смогу правильно ухаживать за малышом. И мой организм отплатил мне множеством выкидышей. Как же это больно! Но это я виновата, я. Я не могу смотреть мужу в глаза, не могу смотреть в глаза его родителей. Все эти годы столько добра, любви, терпения с их стороны, а я…я просто ужасная женщина… Наш брак расторгнут! Нет! Не надо! Пожалуйста! Я буду стараться ещё, я готова на всё, только не отбирайте его у меня! Я не смогу без него жить! Надо пройти обряд? Да что угодно, только…дайте мне шанс…ещё один шанс. Он боится за меня, он не хочет этого обряда. Но тогда нас разлучат, а без него я не хочу жить! Я справлюсь.

Мне плохо, всё как в тумане, вновь я под землёй, словно в склепе. Но я готова на всё…всё получится…Нет! Не может быть! Почему это происходит со мной? За что? Алан потерял контроль и принял боевую форму! Он так боялся этого, но это произошло. Мне страшно! Как же мне страшно! Он обещал, что не причинит мне вреда! Он пытается сдержаться, я вижу, но инстинкты сильнее. Что же он делает? Как он может так поступать со мной? Он же любит меня? Но он причиняет мне адскую боль, это не выносимо! Душа болит не меньше тела: он нарушил слово, он поддался животному инстинкту, ему не важно, что я испытываю боль, он думает лишь о себе. Я хочу умереть, я не могу принять это, поверить в то, что он такой…монстр…

Он не виноват! Его подставили! Я знала, знала это! Он не мог так поступить со мной по своей воле, просто не мог. Но при виде него я не могу не видеть лицо монстра, что смотрел на меня с таким вожделением, не могу забыть эту страшную ночь. А последствия? Всё происходящее похоже на ад, а я в самом эпицентре! Он день за днём продолжает причинять мне боль своими приказами, своими безразличными глазами, я ненавижу его… Он берёт моё тело ночь за ночью и ему не важно, что теперь для меня это ещё большая пытка, чем наши тренировки, ведь у него есть цель: я должна остаться в живых. Когда спасаешь тело, разве думаешь о душе? Он готов спасти меня даже против моей воли, и я вижу совсем другого мужчину, того что был скрыт от меня все эти годы: жёстокого, властного, бесчувственного, упрямого, волевого. Он словно скала, об которую разбиваются все мои слёзы, слова ненависти, мольбы о смерти. Но вдруг сквозь безразличие ночами стала показываться его прежняя натура: нежная, чувственная, пылкая. Он сводит меня с ума словами о любви, он смотрит на меня с таким восхищением, с таким желанием и почти фанатичной любовью, что я не знаю чему верить. Где он настоящий? Что происходит? Моя душа в смятении, она мучается в агонии. Я хочу любить его, но как можно любить того, кто причиняет столько боли? Чем сильнее становится моё тело, тем явственнее я вижу, боль, затаившуюся в глубине его зрачков. Я осознаю, что причиняя боль мне, он причиняет боль себе. Он словно горит на медленном огне, лишь усилием воли не разрешая себе покинуть его. И всё это ради меня?! Значит его любовь никуда не исчезала, она заставляет его делать всё это, чтобы я смогла дальше жить…жить без него, ведь он обещал…Это нереально: так любить… Моя душа рвётся к нему, ненависть сгорела в этом очистительном огне. Мы справились: я выжила, я стала сильной. Если бы не он я бы не смогла пройти через этот ад, я бы давно уже была бы мертва. Но я жива и я люблю его! Люблю! Разве бывает так много любви? Она заполнила всё моё существо, и теперь льётся через край! Я никогда не покину тебя мой любимый, никогда!

***

Наконец он рискнул довериться мне и решил в спокойной обстановке показать свою боевую форму, которая принесла столько бед. Конечно, решил не сам, мне пришлось его уговаривать, что это необходимо, чтобы я смогла избавиться от страхов. Он прекрасен! Я думала, что он напугает меня, вызовет отторжение, но это не так. Мне нравится в нём абсолютно всё: его необычная внешность, его взгляд, манера двигаться, та мощь, что излучает его душа. Он поверил мне! Поверил, что я больше не боюсь, что я приняла его таким. Сколько счастья в его глазах! Сколько облегчения и благодарности. Но я не могла не принять его, сейчас это просто не возможно. Его любовь изменила меня, раскрыла мою душу навстречу ему, уничтожила все страхи и недоверие. Между нами не может быть больше тайн и это прекрасно! Так легко и свободно! И сейчас я, как никогда, почувствовала острую потребность родить от него ребёнка. Он ведь такой удивительный, красивый, сильный, преданный, он достоин того, чтобы у него было продолжение в этом мире. Невозможно не желать ребёнка от такого мужчины. И эта уверенность откликается во мне теплом и светом, и поселяется надежда, что всё будет хорошо, что у нас будет малыш, и мы подарим ему всю нашу любовь, ведь мы так ждём его! Я вижу те же чувства в глазах мужа, и любовь во мне вспыхивает с новой силой. Он понимает меня, потому что мы едины, наши: чувства, эмоции, желания, стремления, – синхронизировались в этот миг. И это так естественно, так прекрасно. Так задумала природа, так и должно быть.

***

Мне противно находится в собственном теле, которым овладел Аарон, мне больно, я вся словно рассыпаюсь на части, я не желаю больше жить. Только не так. И ради чего? А Алан? Как теперь поступит он? Я ведь больше не нужна ему…такая…осквернённая другим мужчиной, не способная подарить ему ребёнка уже никогда. Чувства пропадают, растворяются в морозной дымке, да…лучше ничего не чувствовать… Но он пришёл за мной! В его глазах нет осуждения! Только любовь! Если я не закроюсь в панцирь отчаяния и безразличия, то возможно ещё не всё потеряно! Я вновь открываю ему своё сердце и чувствую, что ничего не изменилось, его любовь всё такая же сильная! Он не отрёкся от меня! Разве так бывает? У нас будет ребёнок! Какое счастье! Словно тьму пронзил луч света, и она с шипением отступает… Алан будет сражаться за меня!… Только бы он победил! Я верю в него… Нет, Алан, не умирай! Мне плевать на исход боя, только живи!!! Мне не нужна жизнь без тебя, любимый… Он встал, он жив!!! Облегчение и радость затопили моё сознание!…Он победил! Я его, теперь его уже навсегда!

***

У нас будет дочь! Прекрасная меленькая девочка. Как же я люблю её, люблю всем сердцем… Что Алан только что сказал? Её отдают в жёны Аарону! Без нашего с мужем согласия и даже ведома! Как же я ненавижу эшров, старейшин, их дурацкие законы и правила! Не отдам! Я её ему не отдам! Что бы моя малышка стала женой насильника собственной матери! Ни за что! Они не в своём уме! Алан смирился,…наша дочь более не совместима и с кем, только с Аароном, только в паре с ним она сможет стать матерью и выполнить своё женское предназначение. Какая горькая ирония…Мне тоже придётся смириться, лишать дочь возможности прожить полноценную жизнь я не буду. Мне придётся как-то объяснить ей то, что с нами произошло, что Аарон не виноват…надеюсь, она сможет понять и принять такую реальность. Но душа ноет и не находит себе места. Я сделаю всё возможное для счастья своей дочери, и если она не захочет быть парой Аарона, мы сбежим, скроемся, никто не заставит её что-то делать против её воли, я не позволю…

***

Меня мучает Гэрс, появляясь в моих снах. Я не хочу его видеть, но он необходим: он даёт энергию для моей дочери. Всякий раз как он целует меня, я испытываю неприятие и отторжение, а ещё меня мучает чувство вины перед мужем. Да, я рассказала ему про Гэрса и его действия, но от этого даже больнее, ведь он ничего не может с этим сделать, более того он понимает, что Гэрс виновник наших бед, сейчас единственный, кто может дать мне достаточное количество энергии. Я вижу, как это мучает Алана с каждым днём всё больше, он в ярости от собственного бессилия, от того, что он вынужден с этим смириться. Он ни разу не попрекнул меня всем происходящем, не вспылил, не накричал. Он ревнует, я это чувствую, ревность разъедает его изнутри, но он не позволил этой гадости просочиться наружу, не позволил ей излиться на меня. Любимый мой, спасибо тебе за эту стойкость, за доверие ко мне, я этого никогда не забуду! Я буду верна тебе, я люблю только тебя! Чтобы не происходило со мной, я буду только твоей! Навсегда!

***

После нападения Ирнов я узнала, что никогда не была человеком даже наполовину! Теперь за мной охотятся ледяные демоны и могут убить многих эшров! Алан шокирован, я вижу это, но он принял меня, принял то, что союз со мной может принести ему много бед, так как не только я, но и наша дочь является для ирнов объектом желания. Он не боится сражаться с ними, он жаждет, как и прежде, защитить меня от всех грозящих мне бед. Ему не важно, кто из нас сильнее и какими способностями я обладаю, он просто любит меня и хочет быть со мной. Он принял, что наша дочь не такая как все, что она, скорее моя преемница, чем его. Он любит её и готов на всё ради её счастья и благополучия. В ответ моё сердце откликается любовью и признательностью.

А Марта, моя любимая подруга отреклась от меня, не желая понять и принять меня. Она боится меня. В её глазах я превратилась в чудовище, которое способно убить. Но при этом она завидует тому, что у меня может быть несколько детей, что у меня родилась девочка, что я проживу дольше неё и обладаю способностями, которые для неё за гранью понимания. Она замкнулась в своём страхе и обиде и не пожелала вылезти из этого кокона. Я стала для неё чужой. Моя связь с человеческим миром оборвалась… Они больше не моя семья, а Марта теперь не более чем часть моего прошлого, прошлого наполненного ложной информацией, страхами и комплексами. Но от этого мне больно, её отречение оставило глубокую рану в моём сердце и породило новую неуверенность, что в будущем и Алан не сможет принять меня, если я изменюсь ещё больше, если перестану быть той, какой стала сейчас. Я буду верить, что этого не случится, но страх всё равно притаился в глубине души.

***

Из-за этого страха я скрыла от мужа свои способности и то, что я тренировала эшари и у нас впервые за всю мирную совместную жизнь произошла размолвка. Он обиделся, замкнулся в себе. Как же мне плохо, почему я скрыла от него, ведь мы семья и он всегда защищает меня! Вот и сейчас он поехал отчитываться перед главой старшего дома за мой проступок без меня. Как же я боюсь его потерять! Он не будет отвечать за мой проступок, если ему будет грозить наказание я приму его на себя. Так будет справедливо! Но он вернулся, и никакого наказания нет, он извиняется передо мной за своё поведение, за свою неправильную реакцию. Но это я виновата, я! Я больше никогда ничего не буду скрывать от тебя любимый, ложь даже во благо может разрушить нашу семью. Я не допущу этого.

***

На нас напали харсы, но затем из леса показался ассияр с фарном на незримом поводке. Ходячая ледяная смерть пришла за нами. Ему нужна я, но я не верю, что они оставят здесь кого-нибудь в живых. Я уничтожу их… Нет!!! Алан! Фарн выпил его за долю секунды! В моей голове страшный грохот, я расширившимися от ужаса глазами вижу, как его тело уже лишённое всей энергии и души падает на стылую землю. Нет!!! Я не верю! Этого просто не может быть! Уничтожу! Я их всех уничтожу! Земля для меня остановилась, ничего нет, лишь красный туман холодной ярости. Я вижу свои цели, и я уничтожаю их одного за другим. Это оказалось так просто, но я тоже уже мертва, внутри лишь выжженная земля… Я вижу его душу! Ведь это он, его запах, его энергетика! Ты никуда не ушёл! Я не отпущу тебя любимый, слышишь! Я возвращаю его в тело, которое не желает принимать его душу, я отдаю ему всю свою энергию без остатка. Лишь бы он жил!.. Он открывает глаза! У меня получилось…любимый…

***

Меня вновь спас Гэрс мой таинственный мучитель. Он так и не раскрыл наше прошлое, но я отреагировала на него не так как обычно, и это сильно напугало меня. Я ощущаю с ним некое родство, очень близкую связь,…которая когда-то оборвалась. Остатки этой связи причиняют мне боль. Он больше не ощущается врагом, но…он в любом случае представляет опасность для наших с Аланом отношений, я чувствую это. Я поклялась быть честной с мужем, но не смогла рассказать про эту встречу с Гэрсом и что я ощутила тогда. Его присутствие в моей жизни мучает меня, изводит душу. Но я не позволю ему разрушить мою семью. Я люблю Алана, он смысл моей жизни. Моё прошлое не должно мешать моему настоящему…

***

На нас напали рэтсы! Я самонадеянная идиотка подставила себя и дочь под удар… Он отравил меня! Сильнейшая боль в ноге, она переходит всё выше и выше пока я не теряю сознание… Опять подземелье, опять мучительная боль, что кажется я уже давно должна была умереть. Но я выжила, мне надо найти дочь!…Боже, я перешла в боевую форму! Меня хотели уничтожить эшры, как представляющую опасность особь! Смогу ли я принять человеческий облик? Но муж не испытывает ко мне отвращения! Он переживает за меня, за наше будущее, но его отношение ко мне не изменилось! Возможно ли это? Он назвал меня красивой! Он поцеловал меня! Как же я люблю его поцелуи, его горячие руки. Как же я люблю его! Люблю!…Я вернула себе прежнюю внешность! Он помог мне. Он всегда рядом, всегда помогает мне в трудную минуту. И наша дочь, она приняла меня и в страшном боевом обличии, она ждала меня и верила, что мама вернётся. Как я их люблю! Моя семья! Мои родные!

***

Старейшины запретили нам с Аланом иметь детей! Я для них превратилась в обезличенную тварь, к которой можно испытывать лишь отвращение. Я больше не имею прав, я больше не жена своему мужу, так постельная игрушка в глазах общественности. Алану больно слышать всё это, он не хочет мириться с такой реальностью, он в бешенстве, но он бессилен что-либо изменить. Я чувствую, что внутренне он готов отказаться от своей расы ради меня, но это доставляет ему боль. Всё из-за того что я поступила необдуманно и самонадеянно! Меня вообще могли убить или забрать в плен! А теперь страдаем мы все!…Меня решили использовать как шпионку, намеренно отдав рэтсам! Алан соглашается бежать вместе со мной и Дарой, он готов оборвать все связи со своим народом, с родителями, стать предателем, обречь себя на скитания и неприкаянную жизнь. Он любит меня и готов на всё! Прости, что причиняю тебе эту боль, любимый! Я всегда хотела сделать тебя счастливым, дарить тебе свою любовь, но я раз за разом становлюсь объектом чьих-то интриг и наша жизнь превратилась в игру на выживание, но ты со мной и я готова выдержать все, что готовит нам судьба вместе с тобой!

***

У нас будет сын! Это невероятно! Как нам спастись? Вновь тупик, но нет,…судьба даёт нам шанс, и мы отчаянно хватаемся за соломинку… Жизнь на базе рэтсов даётся Алану тяжело. Ему не комфортно среди бывших врагов, несмотря на то, что он довольно легко воспринял информацию о рэтсах, которая перевернула нашу реальность с ног на голову. Но нам с Дарой комфортно, здесь мы в безопасности и он вновь принимает жизнь такой, какая она есть. Теперь мы поменялись с ним местами: я словно дома, а он вынужден приспосабливаться. Я благодарна ему за его терпение и сдержанность, за гибкость ума и способность идти на компромисс. Не знаю, чтобы мы делали, не сумей он увидеть в рэтсах союзников, а не врагов…Скоро роды и я жду, когда возьму Эллара на руки…Дара, нет! Она кричит, и я, споткнувшись, падаю в расщелину. Как глупо…как страшно. Но мой сын должен жить!…Мы выжили,…но Эллар больше не способен видеть мир как эшры, его прекрасные фиалковые глаза заволокла тьма и теперь они напоминают космос – красивое, но пугающее зрелище. А я на несколько дней пропала, вернувшись прежней собой. Бедный Алан, сколько ему пришлось выдержать страшных часов и после дней неопределённости и сомнений. Несмотря на внутреннее неприятие, он смог открыть своё сердце, и я откликнулась на его зов! Он поверил в мою любовь, и вернул меня! Мой любимый, мой единственный, прошу, прости за все беды, что тебе пришлось пережить, потому что ты избрал меня своей парой! Но я благодарна тебе за это. Твоя любовь наполняет меня силой, а мою жизнь смыслом.

***

Нет! Я не верю! Только не Алан! Он не мог так поступить со мной! Он второй сын Повелителя! Он все эти годы знал о том кто он и скрывал это от меня по приказу отца! Боже… это всё как страшный сон, как наваждение. Зачем? Чтобы я открыла портал, потому что так предсказала драконица воспитавшая Повелителя. Я нужна была как ключ, всего лишь средство достижения цели…Как больно, не хочу это слышать, не хочу в это верить! Но Алан смотрит на меня умоляющим взглядом, говорит, что я не правильно поняла, что он всегда любил, любит и будет любить меня. Он так искренен, ему больно, но он попал в ловушку долга перед отцом и своей расой, он бессилен что-либо изменить! Он протягивает ко мне руки, его душа разрывается от желания докричаться до меня, объяснить! Но я слишком напугана, я закрываюсь от него наглухо, я больше не слышу его. Я привыкла убегать, привыкла прятаться и совсем не умею любить. Это ведь так страшно: открыть свою душу нараспашку, вложить в чьи-то руки своё сердце. Но ведь до этой секунды я доверяла ему больше чем себе, всё через что мы прошли, говорит о его чувствах больше, чем его происхождение и пророчество двух тысячелетней давности вместе взятые. Я так любила его! Нет! Я люблю его! Люблю! Он не предавал меня! Это я предала его, впустив в сердце страх, поверив шёпоту своего прошлого, я ослепла и оглохла, не дав ему даже шанса. Прости меня любимый! Я…всё вспомнила…Ты прекрасен, твоя любовь так сильна и чиста, а я растоптала её… прости меня…прошу, прости…

Я задыхаюсь, ощущаю, как в мои лёгкие проникает вода, я судорожно начинаю двигать руками и плыву на поверхность. Прохладные руки помогают мне выбраться на берег, я отчаянно кашляю, а из глаз беспрерывным потоком текут слёзы. Я рыдаю навзрыд, захлёбываясь как младенец, я вся там, в глубине себя, где огнём горят воспоминания: о его любви, о его нежном шёпоте, о его сильных руках, что дарили мне ощущение надёжной защиты и уверенности, о его страстных поцелуях, дарящих мне живительную энергию, о его словах поддержки, о его колдовских глазах, всегда излучающих любовь. Он всегда был рядом в самые тяжёлые для меня моменты. Как я могла подумать, что он не любил меня?! Как?! Почему закрыла своё сердце?! Как я могла всё это забыть?! И вновь новая волна рыданий сотрясла всю меня до основания. Я очнулась ото сна, сердце наполнено болью, но и любовью, она разжигает во мне огонь до небес, я так хочу увидеть его, сказать, что вновь могу чувствовать, что я люблю его! Только бы не было поздно… Прошу, создатель помоги!

Глава 9

Оглушённая нахлынувшими на меня чувствами и эмоциями я вошла в пределы города Ашхар, который теперь считается негласной столицей земель эшров. Моё тело горит в лихорадке, а душа захлёбывается от желаний и страхов, что бурным потоком ворвались в моё сознание. До города я бежала на предельной скорости, словно за мной неслась стая фарнов, но почуяв эшров, я отчего-то испугалась и, сбросив скорость, пошла спокойным шагом, постепенно ощущая всё большую неуверенность в себе, в своих дальнейших действиях. Как я докажу ему, что мои чувства вернулись ко мне? Захочет ли он вообще меня слушать? Как страшно увидеть в его глазах холод и безразличие! Но он смотрел в такие глаза каждый день, он уже прошёл этот этап, значит, я должна быть к этому готова и это не должно остановить меня. Я верю, что он увидит во мне изменения, почувствует, что я вновь люблю его, по-другому просто не может быть.

Я всё иду, погружённая в свои лихорадочные мысли, но в них, то и дело проникают чужие, наполненные презрением и осуждением слова. Это обрывки мыслей эшров, что попадаются мне на пути. Они бьют меня наотмашь, заставляя щёки гореть, а затем в ярости сжимать кулаки, до боли впиваясь острыми когтями в ладони. Они ненавидят меня, отторгают, словно инородное тело, мечтают от меня избавиться. «Вернулась-таки демонское отродье…», «Проваливай в чащу к лесным духам, там тебе самое и место!»… «Зачем наследник её терпит?»… «У неё даже дети странные… нельзя им быть наследниками,… какой позор…», «Опять своё тело напоказ выставляет! Своего мужа мало, так ей и других подавай, тьфу!», «Изгнать её надо, пусть катится к своим родичам и нашу кровь не портит,… околдовала, небось, наследника-то, ведьма лесная…» Их так много, этих голосов, этих мыслей, желаний, проклятий, что меня удерживает на ногах только лишь желание увидеть мужа, сказать ему, что я люблю его. Всё остальное пока не важно, главное его чувства, его доверие. Я сейчас слишком подавлена, чтобы испытывать ярость, только это останавливает меня от каких-либо ответных действий. Я помню, что обещала Вэе; я буду держать себя в руках. Не представляю как возможно перейти для них в другое качество, заслужить их доверие и уважение… Алан всё это слышит каждый день, чувствует их эмоции, как свои. Как бы он ни отгораживался от них за щитом, их сотни и они каждый день капля по капле меняют его взгляд на меня, заставляют видеть даже то, чего нет. Моё прошлое, что теперь не является секретом ни для кого превратило меня в изгоя, а моё поведение и действия довершили картину. Я должна всё исправить, другого пути нет.

Я вижу вдалеке мужа, он окружён своими подданными и старейшинами, но мой взгляд прикован лишь к нему, и я словно магнитом притягиваясь к Алану, бегу, не разбирая дороги лишь бы быстрее оказаться рядом с ним. Я практически врезаюсь в толпу мужчин, моё сердце колотится как сумасшедшее, что кажется, этот грохот слышит весь город.

– Алан! – вырывается наполненный еле сдерживаемыми эмоциями возглас. Я с трудом себя сдерживаю от того, чтобы не кинуться ему на шею и начать зацеловывать его лицо. Я так скучала… Мне кажется, что я не видела его уже очень давно. Но вот он здесь, рядом, стоит лишь протянуть руку…Я так хочу дотронуться до него! Но я удостаиваюсь лишь мимолётного безразличного взгляда, и он, более никак не прореагировав, разворачивается ко мне спиной и идёт во дворец, продолжая обсуждать важные вопросы.

– Алан, прошу, нам надо поговорить! – кричу ему в спину, не сдаваясь.

Наконец, не дойдя до каменной лестницы нескольких шагов, он всё же оборачивается и сухим тоном сдержанно отвечает: – У меня нет времени, Рина. Иди к детям, тебя давно не было. – И не дав мне времени на ответ, за пару секунд оказывается на вершине лестницы и уходит во дворец. Его взгляд, интонация, мимика – всё излучает холод и раздражение. Это буквально разрывает мне сердце, и выбивает почву из-под ног. Глупо было надеяться на тёплый приём, да ещё и при свидетелях, гадкие мысли которых заполонили моё сознание, едва они увидели меня. Он продемонстрировал то поведение, которое от него ожидают. Ужасно, что его реальные эмоции теперь закрыты для меня, и, похоже, что мои для него тоже… Мне трудно дышать, и на глаза наворачиваются слёзы, но я заставляю взять себя в руки и спешно иду к детям. Я не должна сдаваться, ещё не поставлена точка, и последние слова не сказаны. Но как же больно в груди.

– Мама! Ты вернулась! – радостно воскликнула Дара, едва я появилась в дверях. Но потом уже тише пробормотала: – Я говорила, что ты вернёшься, но мне не верили.

– Дара, милая, конечно, я вернулась. Прости, что не ночевала дома, я была у алиданов… – повинилась я, обнимая прижавшуюся ко мне дочь и пряча своё состояние глубоко внутри себя. – А где Эллар?

– Эллар напросился с Норой на паучью ферму, скоро они уже должны прийти…Мама…тебя не было неделю, а ты решила, что прошла только одна ночь? – спросила Дара, искренне удивившись, а меня прошиб холодный пот. Меня не было неделю! Так вот почему Алан был настолько раздражён. Представляю, что ему нашёптывали старейшины и местный жрец, который активнее всех призывает его разорвать со мной узы и заключить брак с благородной эшари. Алан, наверняка придумал официальную версию моего отсутствия для приближённых, но сам-то он не знал где я и что со мной! После нашего последнего разговора я просто ушла в погружающийся в сумерки лес, никому ничего не сказав, и пропала на неделю… О чём он думал всё это время? Какие предположения у него были? Боже! Почему Вэя не предупредила меня? Теперь уже поздно… и я всё равно поступила бы также, мне жизненно необходимо было вернуть свою способность любить и чувствовать. Но дети,…они ведь тоже ничего не знали!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.