Влас Михайлович Дорошевич
Летний тенор[1]

* * *

Он был моим соседом по даче.

Я сидел на своей террасе и пил чай, он – на своей и был углублен в фотографии.

Неожиданно он повернулся ко мне и спросил:

– Вы пописываете в газетах?

Я поклонился и отвечал:

– Да.

Он снисходительно кивнул головой:

– Можете написать, что тенор Аполлонов приехал и нанял себе дачу!

Я поклонился:

– Благодарю. Но я не по этому отделу.

Он посмотрел на меня с сожалением:

– Ах, вы не пишете музыкальной критики?!

И, не кивнув мне, повернулся, запел какие-то рулады и ушел в комнаты.

На следующий день он протянул мне карточки и сказал:

– Вот!

Он подошел к палисаднику и подач. Я подошел к палисаднику и взял.

– Вы были в цирке гимнастом? – с интересом спросил я, увидав фотографии.

Он снисходительно улыбнулся:

– Это так, для психопаток! Видите, специально в будуарном формате! В матросской рубашке с декольте. С обнаженными руками. Весь в трико. У вас тут в столице масса психопаток. Будут приставать!

– Да, психопаток, говорят, очень много.

Он улыбнулся самодовольной улыбкой. Я подал карточки:

– Благодарю вас!

– Возьмите. При вашей газете есть эти… как они называются… с картинками…

– Иллюстрированные приложения?

Он кивнул головой:

– Они самые. Редакция потом будет искать моих карточек.

Я поклонился:

– Благодарю вас. Когда редактор начнет искать, я у вас попрошу!

Он кивнул головой, запел руладу и пошел прочь. Назавтра он спросил меня:

– Запаслись билетом?

– Куда?

Он посмотрел удивленно:

– А на открытие! Сегодня открытие.

– Нет.

Он с сомнением покачал головой:

– Рискуете не достать.

– Ну, что ж! Я в опере, собственно, ничего не понимаю.

Он небрежно окинул меня взглядом:

– Может быть, я возьму «do».

– Когда?

– Сегодня вечером.

– А может быть, и не возьмете?

Он отвечал небрежно:

– Глядя по настроению. Я посмотрю мою публику. Может быть, я ей возьму мое «do», a может быть, и нет!

Он презрительно пожал плечами:

– Дело летнее. Мы, артисты, смотрим на это, как на отдых. Как на шалость.

– Вы уже пели в столице?

– В первый раз. Я делал Италию.

– Как?

– Я проделывал Италию. Пел во Фраскати[2], – это около Рима. В Кастеллямаре[3], – это около Неаполя. В Комо[4], – это около Милана. В Калабрии[5], около Реджио, со мной презабавный случай был. Пою «Пророка», – успех колоссальный. Особенно зрители в первом ряду. В энтузиазме. Биссирую. Выхожу во втором акте, – весь первый ряд пустой. Оказывается, их арестовали в антракте!

– За шум?

– Да нет! За то, что накануне кого-то на дороге ограбили и зарезали!

– В каких театрах приходится петь! А в России где изволили подвизаться?

– В России я сделал Стародуб[6]!

– Ах, Стародуб это вы сделали?

Он хитро прищурился.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Впервые – «Одесский листок», 1895, No 108. 2-я публикация – «Русское слово», 1903, 11 июня, No 159. Печатается по изданию – Сцена.

Вернуться

2

Фраскати – небольшой старинный городок неподалеку от Рима.

Вернуться

3

Кастелламаре – курортное местечко на Сицилии, на берегу Неаполитанского залива.

Вернуться

4

Комо – курорт в Северной Италии.

Вернуться

5

Калабрия, около Реджио. – Калабрия – область в Южной Италии, Реджио, Реджо-ди-Калабрия – провинция в Калабрии.

Вернуться

6

Стародуб – как символ глубокой провинции могут иметься в виду и уездный город в Орловской губернии и Стародуб-на-Клязьме во Владимирской губернии.

Вернуться