Грех
Надежда Жирохова

© Надежда Жирохова, 2021

ISBN 978-5-0053-7603-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От Автора: Книга не из лёгких! Безумно эмоционально тяжелый роман, поэтому кто искал почитать что-то более простое, чтобы скрасить вечер, советую даже не открывать эту книгу!!!

Грех

ПРОЛОГ:

Дрожащими пальцами прохожусь по легкому струящему платью, и замираю, боясь сделать очередной шаг. Выездная церемония, на которой я сейчас нахожусь, собрала все слитки общества.

Эта свадьба должна стать событием года! Главный виновник торжества очень успешный человек, и долбаный псих, которого я люто ненавижу.

Детские забавы и игра на выживание привела к моему полному краху.

Он отобрал у меня все…

Чертов ублюдок, вышедший из самых низов, теперь думает, что ему все дозволено.

При мысли о нем мои ноги снова начинают трястись, а из горла вырывается нервный смешок.

Как мне не упасть в обморок, и сделать тот последний шаг, разрушив его свадьбу?

Страх просачивается в каждый сантиметр моего тела, пока я двигаюсь вдоль толпы.

Кругом репортеры, снуют туда-сюда, в ожидании выхода невесты.

Все вокруг резко стихает, и даже у меня, перехватывает дух.

Она слишком красива. Невинное дитя в небесном, воздушном платье, струящемся по ее ногам, выходит навстречу этому чудовищу.

Перевожу свой взор в его сторону, и кислород застревает в моей груди.

Он, как всегда, выделяется, черный смокинг обтягивает его тугие мышцы, а в глазах все тот же дикий холод, грозящий заморозить все вокруг.

Я, как зачарованная, наблюдаю за происходящим, и мысленно проклинаю себя. Она ни в чем не виновата, ангел во плоти.

Улыбается ему, не подозревая, какой зверь прячется в обличье человека. Сегодня я разрушу эту сказку.

Смотрю, как регистратор произносит свою пламенную речь, и мысленно собираюсь. Бесшумно ступаю, распрямив плечи и выхожу в самый центр торжества.

«– Ну что, не ожидал? Думал, что я снова проиграю? Как бы не так?» – Проносится в моей голове.

Ловлю его взгляд, полный ненависти и презрения, и вытираю несуществующую слезу.

Вживаюсь в придуманную мною роль, и слышу удивленные вздохи, разносящиеся по всему периметру.

Сейчас Дана, сейчас или никогда…

ГЛАВА 1

– Дана, выдохни, ты не можешь вечно прятаться от него, тем более это день рождения Лекса, и ты не сможешь его пропустить, – произносит моя подруга Ева, посматривая на часы.

– Ты же знаешь, чем это может закончиться, он опять придумает что-нибудь, чтобы выставить меня, перед моими же друзьями, посмешищем.

– Он ничего не сможет сделать, где это такси, черт возьми? Я смотрю на подъезжающую машину, ярко оранжевого цвета, и мне хочется развернуться и убежать.

Клим Радов, выходец из детского дома, которого усыновила прекрасная семья, был и является моим страшным кошмаром наяву.

Как бы я не пыталась загладить все ошибки своего переходного возраста, ничего не получалось, во всем виновата я сама. Он был щупленьким пареньком до девятого класса, и таким замкнутым, что все ребята прикалывались над ним. Тогда все и началось, о чем я безгранично, до сих пор, жалею.

…………………………………………………………………………………………………..

– Все будет хорошо, вот увидишь, – произносит Ева, буквально заталкивая меня в машину. – Должен же он когда-то повзрослеть, и понять, что ваши детские забавы закончились.

– Ты помнишь, как в прошлый раз он забрал всю мою одежду и выкинул в мусорный бак?

– Помню, конечно, милая, но это же была шутка, тем более что на этой вечеринке все были свои.

– Свои? – Да там были все из нашего колледжа и после того, как мне пришлось обмотаться, вот в такое малюсенькое, полотенце и просверкать своей голой задницей, практически перед всеми, я поняла, что это все подстроил Клим. Он живет тем, что постоянно глумиться надо мной. И вот увидишь сегодня, он точно что-то задумал, он не упустит такой шанс унизить меня.

– Как и ты его унижала все эти годы, – говорит Ева, кидая на меня упрекающий взгляд, – ты, можно сказать, сделала его таким. Думала, что он останется все время тем щуплым пареньком в больших очках на переносице? А он посмотри, как возмужал, Клим просто сладкий кусок для всех девчонок.

– И для тебя? – Вырывается из меня помимо воли, – что ты так рьяно защищаешь его?

– Я не защищаю, просто говорю как есть, ты истинная стерва, Дана, и он пытается хоть как-то показать тебе, что пора бы уже снять свою корону и не прятаться за близких.

– Я ни за кого не прячусь, просто не выношу его, вот и все! А ты как моя лучшая подруга, сейчас крайне возмутительна, так и скажи, что запала на Радова.

– Хватит! Я просто единственная, кто не боится сказать тебе правду в лицо. Только вспомни ваш выпускной, когда ты прилюдно унизила парня на глазах у всех. Не пристало Королёве Вечера танцевать с обычным оборванцем, – это твои слова?

– Это было все в прошлом, я уже десять раз извинялась перед ним.

– Ну и все, тема закрыта, просто расслабься и наслаждайся, что я могу тебе ещё сказать.

Такси плавно тормозит около ночного клуба, и я достаю из сумки купюру и вручаю водителю.

– Держите, сдачи не нужно, – произношу, и открыв дверь, высовываю грациозно, свои ногу и ступаю на мокрый асфальт. Сегодня на мне кожаные шорты и белый топ, открывающий полоску живота, и соблазнительно сидящий, на моей груди. Я, кажется, все предусмотрела на этот раз. Туфли на небольшом каблуке, удобные до такой степени, что не сковывают мои движения, газовый баллончик в сумке, и да кольца, серьги, я на всякий случай сняла. Даже не знаю, чем это может быть чревато, но где-то слышала, что, если больно схватить за серьгу можно запросто разорвать мочку. Этот ублюдок, просто не сможет испортить вечеринку.

Клим

Она ещё даже не поднялась на второй этаж, а я уже чувствую ее приближение. Адреналин волнами расползается по моему нутру. Дана Филатова, дочь местного предпринимателя, и истинная стерва, какую, только мог создать Бог. Девочка, которую я люто ненавижу. Никогда не думал, что месть может приносить такое удовлетворение, и маленькие пакости превратятся в какого-то рода, игру.

Белый топ плотно облегает ее грудь, и я сам не замечаю, как слишком долго заостряю на этом внимание. Никогда не рассматривал ее как девушку, а все-таки может и стоило присмотреться. Отбрасываю эти мысли в сторону, такие, как она, не заслуживают моего внимания. Высокомерная особа, считающая, что весь этот мир крутится вокруг неё. Вот и сейчас смотрю на то, как она высоко задирает голову, и царской походкой проходит между диванов, двигаясь в сторону гостей. Меня она не видит, я нахожусь в самом темном углу, поэтому я могу наблюдать, оставаясь незамеченным. Смотрю как она оглядывается по сторонам и не найдя того, кого искала ее напряженные плечи, опускаются.

Можно даже не догадываться, что принесло ей такое облегчение. Эта сука думает, что меня нет! Как бы не так, сегодня я приготовил для неё кое-что интересное. Улыбаюсь широко, и выхожу из своего укрытия.

– Клим, привет, – выкрикивает ее лучшая подруга Ева, и я посылаю ей самую обворожительную улыбку. Это и есть мой план. Лишить эту стерву самого близкого человека и переманить на свою сторону. Смотрю, как она нервно оборачивается и ловлю страх в ее зелёных глазах. Всего лишь какие-то секунды и она натягивает на лицо очередную маску, я выучил их все. Сейчас это пренебрежительность, она буквально кричит о том, что я мразь, не достойная, даже рядом с ней, находиться. Совсем как в юности, вот только прежнего Клима нет. Сейчас я другой, не тот молоденький оборванец, на котором, можно запросто сорвать свою злость. Ее яд, для меня, был особенно губительным.

Ребята уже во всю веселятся, отмечая день рождения, нашего сокурсника, Лекса, мне же приходится держать ухо востро. Не могу позволить себе ни грамма алкоголя и отказать себе в удовольствие позлить ее. Это своего рода прихоть, приносящая удовлетворение. Я даже после секса, с очередной девчонкой, не чувствовал такой эйфории. Я питаюсь ее страхами. Может окончательно сошёл с ума, но ничего не могу с собой поделать.

Весь остаток вечера я не спускаю глаз с Евы, уже представляя ее подо мной.

– Клим, может шары погоняем? – Произносит Лекс, заплетающимся языком, перекрикивая музыку.

– Давай в следующий раз, – поднимаюсь с дивана, как только медленная мелодия проникает в мой мозг.

– Потанцуем, крошка, – проговариваю на ухо ее подруге и ухмыляюсь, ловя очередной ее злобный взгляд. Щёки ее подруги окрашивает румянец, и она подаёт мне ладошку, кокетливо улыбаясь.

Я веду ее на танцпол. Наши тела тесно прижаты друг к другу и я не делаю попытки разорвать этот контакт. Сейчас моя цель вывести ее из строя.

– Клим, – шепчет она, наклоняясь к моему уху, – ты же пригласил меня не специально, чтобы Дану позлить?

– Не говори глупостей, ты мне нравишься, и я не мог не пригласить тебя.

– Правда? – Спрашивает она, посылая мне очередную улыбку.

– Конечно, правда, разве я могу тебе лгать.

Ее голова опускается на мое плечо, и целую ее волосы.

Когда мелодия заканчивается, я отпускаю девчонку и направляюсь в уборную.

– Я скоро вернусь, не убегай далеко, – шепчу прежде, чем выпустить ее руку.

Сворачиваю за угол и натыкаюсь на стройную ножку, преграждающую мне путь.

– Вот это сюрприз, не ожидал, – проговариваю я, встречаясь с ней взглядом, – само величество опустилось до простого смертного.

– Хватить корчить из себя клоуна. Не трогай Еву, иначе тебе несдобровать.

– Если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты ревнуешь, – проговариваю, усмехаясь и наблюдая, как ее щёки окрашивает стыдливый румянец.

– Ублюдок, ты ее не тронешь.

– Да, – выгибаю губы и прохожу рукой по подбородку, – и что ты сделаешь, чтобы меня остановить?

Резкий рывок и она притягивает меня за ворот моей рубашки и ее губы обрушиваются на мой рот. Я чувствую привкус мяты. Перед глазами мелькают разноцветные круги. Это особенный кайф, когда моя рука надавливает на ее затылок, а язык со свистом врывается в ее податливый рот.

Она упирается кулачками в мою грудину, и тихонько стонет прямо в губы. Я срываюсь как с цепи. Жадно вдавливаю ее в ближайшую стену и чувствую, как меня буквально трясёт. Чертова стерва, что, мать твою, на нее нашло.

Отрываюсь от неё, пытаясь отдышаться, и хочу уже снова притянуться к себе, но она сильнее упирается ладонями, пытаясь меня оттолкнуть.

– Тебе не выиграть, ублюдок, – шепчет, улыбаясь, она, – я разыграла это представление ради Евы, ты мне сегодня неинтересен, как, впрочем, и всегда.

Поворачиваю голову в сторону, и смотрю на ее подругу, застывшую вдалеке и наблюдающую за нами.

Мать твою, эта мразь все подстроила и только что уделала меня!

Отхожу от неё на пару шагов и смотрю, как она улыбается.

– Ты отвратительно целуешься, потренируйся на помидорах, – произношу я, вытирая губы рукавом и не оглядываясь, захожу в уборную.

Еще посмотрим кто кого, маленькая дрянь.

ГЛАВА 2

Собираясь в колледж, я все заново прокручивала в голове тот поцелуй и злилась на себя, что не могу попросту его забыть. Вот так вот взять и выкинуть из своей памяти. Натягиваю на себя белую водолазку и синие джинсы, кручусь у зеркала, осматривая свое тело со всех сторон. Когда-то слишком хрупкое, оно приобрело изгибы, и даже грудь увеличилась на размер. Сказать, что я красотка, не поворачивался язык, а вот симпатичная да, даже очень. Скорее всего, не каждая девушка настолько строга к себе, но я это другое дело. Попу можно бы и похудей, ноги чуточку подлиннее, и губы не такие пухлые, было бы намного проще пробиться в деловом поприще. Отец с детства говорил, что я буду его правой рукой в компании и мне нужно доказать ему, что он непременно сделал верный выбор. Моя сестра Диана, точная противоположность. Пепельная блондинка с милой мордашкой и взрывным характером. Она мой антипод, пользуется бешенной популярностью у мужского пола и не забывает мне постоянно напоминать, что бы я сняла свою корону и внимательно огляделась по сторонам.

Посылаю своему отражению язык и подхватив рюкзак спускаюсь с лестницы.

– Мне кажется или твои глаза сегодня странно блестят? – Говорит мне Диана, как только я отодвигаю стул, и плюхаюсь на него, вытягивая ноги.

– Не говори глупостей, привет мам, папа уже уехал? – Спрашиваю я, сворачивая голову.

Мама достает овсяные хлопья, и залив их молоком ставит тарелку у меня перед носом.

– Привет милая, да он уехал сегодня раньше и просил, что бы ты после учебы заехала к нему в фирму.

– Хорошо, обязательно заеду.

– Скука смертная опять будете разбирать очередной отчет? Я думала, ты сегодня появишься в тупике.

– Нет, Диана, я пас и тебе советую пореже там бывать, это небезопасно.

Тупик – это место на окраине города, где раньше стоял девятиэтажный дом. Со временем он пришел в аварийное состояние, и даже ходили слухи, что там водятся разные привидения. Я конечно же не верила во весь этот бред, но местная молодежь облюбовала это место и собиралась там толпами. Во-первых, туда вела одна дорога, и это был тупик. Взрослые не могли проконтролировать, чем занимаются их дети, ну а во-вторых, можно было включать музыку на всю катушку и не ждать, что нагрянет полиция или кто-то пожалуется на шум.

– Ага, ты веришь в сказку, что призрак Луизы, выбросившейся из окна девятиэтажки, бродит по тем местам, – произносит она со смехом, но я лишь хмыкаю в ответ.

– Нет Диана, я просто беспокоюсь за тебя. Мамуль спасибо за завтрак. – кидаю я, поднимаясь с места, – тебя сестренка подвезти?

– Да, подожди, я только сумку прихвачу.

Высадив Диану около художественной школы, я подъезжаю к колледжу и первым делом замечаю старенький Ford Клима припаркованный неподалеку. Воспоминания снова прокатываются в моей голове. То, что он незамедлительно нанесет ответный удар, я даже не сомневаюсь, но все-таки я радуюсь, что хоть маленько смогла утереть ему нос.

Захожу в аудиторию и машу рукой Насте.

– Ты слышала последние новости? – Говорит она мне практически в лоб, как только я сажусь на соседний стул.

– Что за новости?

– Сегодня на тупике будет бой. Паутов против Гоголя.

– Нет, пожалуйста, только не говори, что ты собираешь на него посмотреть.

– Вместе Дана, мы не можем такое пропустить.

– Я прос… – мой голос застревает в горле, как только я вижу Клима, переступающего порог.

На нем тёмно-синие джинсы и белая футболка без рукавов. Только сейчас замечаю обширную татуировку, спускающуюся практически до локтя. Раненый волк с открытой пастью испачканный весь в крови, со шипами и переплетенными вокруг тела ветками, наводит ужас и в то же время притягивает взгляд. Не замечала ее раньше, видимо он совсем недавно ее сделал. При виде его мое тело начинает покалывать, и я старательно отвожу взгляд. Не желаю, чтобы он поймал меня за разглядыванием, еще чего подумает, что я любуюсь им.

Он даже не посмотрел в мою сторону, просто прошелся мимо и занял место в последних рядах. Сейчас я чувствовала его уверенность, он быстро завоевал лидерство среди парней, и мне приходилось лишь гадать, как у него это получилось. Даже самый отвязный тип, Костя Титов, теперь практически не отходил от Клима то и дело толкая на сомнительные затеи.

Все занятие я чувствовала себя неуютно, так как слышала их сдавленные смешки за своей спиной. Что они такое обсуждают? Может быть, Клим так низко пал, что рассказал Косте о недавнем поцелуе? От таких мыслей мои щеки начинают предательски гореть.

Резкая боль и я потираю ушибленное место и выползаю из своих грез. Настя толкает меня в бок и показывает мне что-то взглядом. Ничего не могу разобрать.

– Филатова, вы где сегодня летаете? – Доносится до меня голос преподавателя, и я поднимаю на нее свой испуганный взгляд.

– Ольга Вячеславовна, простите, я не расслышала.

Слышу сдавленные смешки со всех сторон и пытаюсь собраться.

– Не обращайте внимания, у Филатовой вчера была бурная ночь, – выкрикивает с места Вадик Суслов и вся аудитория взрывается хохотом.

– Помолчи Суслов, Дана, я спрашиваю еще раз, назови мне признаки открытой экономики.

– Экспорт превышает импорт, – произношу я, усиленно вспоминая вчерашний зачет. Там точно был этот вопрос.

– Филатова вы сегодня слишком рассеяны. Кто мне скажет правильный ответ? Может ты Суслов?

– Я эээ, честно сказать забыл.

– Я знаю, – хриплые басы его голоса посылают по телу дрожь.

– Ну что же Радов, давай порадуй меня.

– Внешнеторговый оборот достигает двадцати пяти процентов от ВВП.

– Молодец Клим, вам Филатова нужно брать с него пример.

Ощущение что взгляд Клима давит мне на спину мешает связно мыслить. Этот гад снова меня задел.

После занятий я практически бегу. Мимолётно кидая взгляд на телефон, и практически налетаю на Суслова.

– Что за черт, Филатова, под ноги смотри.

– Прости, я просто слишком спешу. Обхожу его стороной и выскальзываю на улицу. Отец скорее всего меня заждался, а мне нужно еще проследить что Бы Диана не сорвалась сегодня в тупик.

Студентов слишком много, и я распихиваю толпу. Даже не осознаю, как меня кто-то грубо подхватывает на руки и садит на капот моего же автомобиля. Его руки располагаются по бокам от меня, а лицо практически нависает надо мной. Во рту моментально пересыхает, а по телу пробегает электрический ток. Клим слишком близко, я даже слышу биение его сердца, пытаясь отдышаться и понять, что происходит.

– Держись от меня подальше, – вырывается из моих уст. Отпускаю голову и смотрю на мускулы, играющие на его руках. Может быть это помешательство, но мне почему-то хочется дотронуться до него. Провести пальцами по его татуировке и тесно прижаться к нему. Рядом с ним я теряюсь и страшусь себя. Клим ощущается слишком остро.

Он со всей силы притягивает меня к себе и его язык проскальзывает в мой рот. Я теряю способность здраво мыслить, не то, что отвечать. На вкус он как апельсиновый сок и мне хочется выпить его до последней капли. Вот только моему желанию не суждено сбыться. Клим резко отрывается от меня. В его глазах усмешка и что-то еще. Я не могу разобрать.

– Хватит бегать за мной Филатова, одной ночи было достаточно, ты в сексе полное бревно. – С этими словами он отходит от меня и щелкнув сигнализацией забирается в машину.

Я в шоке наблюдаю за ним, пытаясь вникнуть в его слова. Только сейчас замечаю толпы студентов с интересом, поглядывающих на меня. Черт возьми, он только что выставил меня в плохом свете!

Быть для всех стервой это одно, а вот шлюхой это что-то новенькое. Мои щеки, кажется, багровеют, когда я разворачиваюсь и смотрю, как он срывается с места, поднимая на дороге пыль.

– Вот это да! Я же говорил, что бурная ночка была, – выкрикивает Суслов, а я боюсь поднять на него свой взгляд.

ГЛАВА 3

Клим

Я смотрю на мятый пиджак рослого мужчины, и ловлю его вопрошающий взгляд. Ах, да, он что-то спрашивал, только вот мои мысли где-то совсем далеко.

Он потирает лоб, наклоняя голову чуть ниже, и я замечаю седые пряди в его голове.

– Клим Юрьевич, скажите, пожалуйста, что вас беспокоит? – Повторяет он свой вопрос.

Я внимательно изучаю его бороду и пытаюсь сформулировать ответ.

Моя приемная мать настояла на том, чтобы я посещал этого психолога, и я не смог ей отказать. Скорее всего, она переживала за мое психическое состояние, так как, последнее время, я стал часто выходить из себя. Сколько бы не старался держать эмоции в узде, у меня не получалось. Сказывалось тяжелое детство, детдом и то, что мне пришлось пережить.

– Клим, можно просто Клим, – хриплю я, наблюдая за его неспешными движениями. Он крутит ручку в руках и делает какие-то пометки в своём блокноте. Что он там пишет, если я ещё ничего не сказал? До жути, любопытно.

– Клим, я ещё раз повторюсь, что вас беспокоит?

– Птицы, – выдыхаю я.

– Птицы? – Переспрашивает он, в изумлении.

– Да, птицы, они постоянно кричат, так сильно, что мне приходится затыкать уши.

– Кхм, значит птицы. С чем у вас ассоциируется их крик, молодой человек? Может быть вас в детстве напугала какая-то из них.

– Нет, – отчеканиваю я, переводя свой взгляд на окно, – они напоминают мне крик моей родной матери.

– Интересно, – он начинает заново писать, и я зеваю, прикрывая рот ладонью. Слишком скучно, чтобы высидеть здесь час, мне придётся приложить все свои усилия.

– Молод… Клим, скажите пожалуйста, может есть ещё что ни будь, что вас беспокоит помимо птиц?

– Есть…

– Ну и что же это? – Спрашивает он, внимательно за мной наблюдая.

Я сцепляю ладони и закидываю руки за спину, одновременно вытягивая ноги и ухмыляюсь, ловя его недоуменный взгляд. Не люблю перед кем-то обнажать свою душу, но этот дядька, кажется, заслуживает уважения. Слишком мудрый взгляд, за которым нет ни капли притворства, внушает доверие.

– Она, меня беспокоит она.

– Кто? Ваша родная мать?

– Нет, – мой голосом ужесточается, – девушка, не буду называть имён.

– Вы влюблены в неё? В чем кроется суть вашего беспокойства?

– Она тоже напоминает мне мать, вот только ее я ненавижу ещё сильнее…

Дана

– Ева, я тебя прошу не защищай больше этого гада, я же тебе все объяснила, сколько можно уже? – Произношу я, запуская в неё подушкой.

Она, смеясь, откатывается назад и садится на диван.

– Прости меня, идиотку, просто он такой самец, что я не удержалась.

– Самец?

– Все, все, теперь я поняла, что он не того из себя строит и осознала свою вину.

– Он выставил меня шлюхой перед всеми студентами, понимаешь?

Я злюсь, неимоверно за то, что поддалась на его уловку. Он хитер и умён, но я тоже не какая-то простушка.

– Нужно его наказать, давай придумаем ему пакость в отместку? -Проговаривает Ева, подхватывая подушку, и запуская ее мне в голову. Ловлю ее руками, и обдумываю ее затею.

– Я не могу продолжать эту войну, устала, – выдыхаю я, плюхаясь рядом с ней на диван, – пока кто-то из нас не остановится, война может продолжаться вечно. Мы же не дети, в конце концов, а взрослые люди.

– Только не говори, что ты ему все простишь? Да на тебя же все косо смотреть начнут, после его последней выходки и жалеть будут, что он бросил тебя. Нужно преподать ему урок, что бы задумался.

Смотрю, как горят ее глаза и понимаю, что в чём-то она права. Если я сдамся, то он почувствует себя победителем. Мало ли, что может прийти ему в голову? Нет, так дело не пойдёт.

– И что, что мы можем придумать?

– Ну не знаю, – проговаривает Ева, глядя в потолок и задумчиво потирая подбородок, – можно яиц тухлых ему в машину накидать, или там навоз, что ещё бывает?

– И где же мы навоз возьмём, скажи мне, а?

Мне становится смешно, как только я представляю его, перепачканного в навозе.

– Фуу, жуть, нет, Ева, нужно что-то ещё. Такое, что бы он десять раз подумал прежде, чем причинить мне вред.

– Так, что еще, – она поднимается с дивана и проходится по комнате, внимательно оглядывая все, что попадается ей под руку. Берет в руки фотографию, где мы с Дианой совсем дети, и с ухмылкой замирает, посреди комнаты.

– Слушай, может твоя сестра? Смотри какая она красотка, влюбит его в себя, а затем бросит. Она же постоянно так делает. Говорят, что даже, какой-то, сын депутата, бегал за ней целый месяц.

Почему-то ее слова больно колют в самое сердце. Как только представляю Клима и свою сестру, по телу пробегают жалящие иглы.

– Нет, исключено. Диану мы в это впутывать не будем.

– Ну не будем и не будем, я просто предложила, а это у тебя что? – Она поворачивается ко мне, сжимая в руках баллончик с краской.

– Это тетя Тамара, попросила купить. Ей нужно что-то разукрасить на даче.

– Тетя Тамара подождет! Быстро собирайся у меня идея, по дороге все расскажу.

Мы подъезжаем к Тупику, и я паркуюсь в самом темном углу, старясь остаться незамеченной.

– Это плохая идея, Ева. Что если он заметит нас? – Произношу с дрожью в голосе, но подругу, кажется, не остановить.

– Не попадемся, не переживай. Сейчас начнется бой, и на нас даже никто внимания не обратит.

Мы выбираемся из машины, и я смотрю на кричащую толпу. Замечаю Диану вместе с Настей, в окружении каких-то парней.

– Диана здесь, – говорю Еве, которая осматривает ближайшие автомобили, – вот он, смотри.

– Кто? Ева, ты меня пугаешь.

– Автомобиль его, я прикрываю тебя, пока ты разукрашиваешь его тачку. Только у тебя будет всего пять минут.

– Я не смогу, – произношу я, чувствуя, как мои ноги трясутся.

– Сможешь, если что, я рядом.

Смотрю, как подруга прячется в кустах, и через какое-то время подает мне знак, что бы я начинала. Сжимаю с силой баллон и пытаюсь успокоиться. Пять минут Дана, у тебя всего лишь пять минут. Вывожу большими буквами «ЛОХ» прямо на лобовом стекле, и улыбка расползается на моем лице. Я израсходовала всю краску, какие только ругательства не красовались сейчас на его ржавой колымаге. Кажется, я выплеснула на ней всю свою злость. Когда все было сделано, я бегу в сторону Евы и практически залетаю в кусты, больно расцарапав руку.

– Тихо, тихо, – она зажимает мне рот рукой, – ты чуть не попалась, он идет сюда.

Я кажется не дышу. Мои глаза невольно натыкаются на Клима. В данную минуту он продвигается к машине, на ходу стаскивая с себя мокрую футболку. Я не знаю, куда деть глаза, даже на минуту забываю о своём бесшабашном поступке. Точеный торс, мускулистые руки и низко сидящие спортивки, заставляют меня резко втянуть ртом кислород.

Он замирает на месте, и я вижу лишь его напряженную спину.

– Сука, – хрипит он, сжимая кулаки, и я ненароком отступаю назад, цепляясь за какую-то корягу, с визгом лечу в кусты.

ГЛАВА 4

Сердце отплясывает чечетку, и я, цепляюсь за какую-то ветку, поднимаясь на ноги. Смотрю на притихшую Еву, она усиленно жестикулирует, пытаясь что-то мне сказать и стираю кровь со своего колена.

– Выходи, я знаю, что ты здесь, – слышу я разъярённый голос Клима.

Поморщившись, ругаю себя мысленно на чем свет стоит.

– Ева уходи, я сама с ним разберусь, – шепчу притихшей подруге и поправив задравшуюся кофту иду на свет.

Он явно взбешён и настроен на расправу. Смотрю на его голый торс и усиленно вздымающуюся грудь и понимаю, что я его разозлила не на шутку.

Не имею ни малейшего понятия что делать и что говорить, поэтому просто молчу, стараясь не выказать страха. Что у него на уме я не знаю, но сейчас чертовски его боюсь.

– Я знаю, что это сделала ты, можешь даже не отрицать, – чеканит он, двигаясь в мою сторону. По инерции отступаю назад, но он одним рывком преодолевает разделяющее нас расстояние и больно хватает меня за руку.

– Отпусти, сумасшедший, – выкрикиваю я. Запястье опоясано огнём, но он не спешит ослабить хватку. Я кручу головой уже готовая закричать и позвать кого-то на помощь, но рёв толпы и все внимание молодежи обращено совсем не нас.

Его ноздри раздуваются, кажется, ещё немного и из глаз Клима посыплются искры, до такой степени он разъярён.

– Ты разукрасила мою машину. – Лицо Клима в миллиметрах от моего. Он сверкает своим глазами и мне на секунду, кажется, что это не человек, а разъярённый зверь.

Бежать – как стоп-сигнал звучит в моей голове, и я вырываюсь, но он как беспомощную куклу притягивает меня к своему телу.

– С чего ты это взял, у тебя есть доказательства? – Выкрикиваю я ему в лицо. Он сжимает челюсть и с ненавистью смотрит на меня.

– Что ты делала в кустах? Явно не погулять вышла.

– Да мало ли что можно делать в кустах. Ты больной Клим, отпусти мою руку, немедленно!

– Ну уж нет, не дождешься, – проговаривает он, хищно ухмыляясь и тянет меня к машине.

Рывок и резкая боль простреливает все тело, еще рывок и слезы брызгают из глаз. С каждым новым его шагом я упираюсь назад, но он как бесчувственный робот продолжает с силой тянуть меня за собой.

– Ты как надоедливая букашка, все время путаешься под моими ногами, – произносит Клим, открывая свою разукрашенную машину и швыряя в лицо мне эти слова, – Как же так его высочество королеву обидели, ты слишком много мнишь о себе.

– Если есть на свете такие идиоты как ты пытающиеся меня постоянно задеть, таким как я это надоедает, -огрызаюсь я.

Он буквально нависает надо мной, и я задерживаю дыхание. Не знаю куда деть свои глаза так как он слишком близко. Его аура и запах окутывают меня. Мне ничего не остается как самой забраться в его машину лишь бы не чувствовать его настолько мощно и всепоглощающе.

Он со всей силы хлопает дверьми, и я подпрыгиваю на месте. Смотрю как он обходит машину и забирается внутрь и оглядываюсь в заднее стекло в последней надежде позвать кого-то на помощь. Слой краски не дает мне ничего рассмотреть.

– Знаешь, я тебя недооценил, – говорит Клим на удивление спокойно, – помнишь местную байку о девушке, спрыгнувшей из окна.

Мое тело моментально покрывается мурашками, и я в шоке перевожу на него свой взгляд.

– Что у тебя на уме?

– Не бойся, Дана, я не какой-нибудь маньяк, убивать тебя даже не было в моих мыслях, – хриплый смех вырывается из его горла, и я нервно закусываю губу.

– я не верю во всю эту чушь и эту легенду тоже.

Клим вздыхает и заводит двигатель. Наблюдаю за тем, как он отбрасывает челку назад, и выруливает на дорогу, резко отворачиваю лицо. Не желаю на него смотреть, так как его магнетизм заволакивает полностью. Становится очень сложно игнорировать тянущие ощущения внизу живота.

– Легенда гласит, что тридцать лет назад одна прекрасная девушка Луиза, из богатой семьи полюбила простого рабочего, – хрипит он, посылая снова мурашки по моему телу.

– Не продолжай, я знаю эту сказку.

– Но родители этой девушки были против этих отношений и заперли девушку в Монастыре. Ее отец был очень влиятельным человеком и не смог примирится с выбором дочери, – продолжает говорить он, а я затыкаю уши. – Тогда она сбегает из монастыря и встречается со своим любимым в том самом доме, на девятом этаже. Они совершают грех, в одной из комнат, и после ночи любви девушка выбрасывается с девятого этажа лишая себя жизни. Легенда гласит, что если парень с девушкой займутся любовью в этой комнате, то они примут этот грех на себя.

Машина плавно тормозит около старого дома и я, выдохнув, поворачиваю голову и смотрю прямиком в его глаза. Клим выглядит непринужденно, его темные глаза, казалось, светятся в темноте, такое ощущение, что мы остались одни в этом мире, только он и я. Тишина давит на уши. Он наклоняется и проводит рукой по моей щеке. Его губы совсем близко.

– Ты веришь во весь этот бред? – Говорю ему прямиком в губы.

– Я нет, а ты веришь, я читаю этот страх в твоих глазах.

– Клим, пожалуйста, я не знаю, что у тебя на уме, но давай все решим миром.

– Нет, ты слишком далеко зашла. Выходи из машины. Я вырываюсь из странного транса и воздействия его глаз.

– Ты же не потащишь меня в этот дом?

Он снова ухмыляется.

– Сумасшедший тебя нужно лечить, – мой голос неестественно сиплый.

– Выходи сама, Дана, иначе я применю силу. Ты же не хочешь этого? – Угрожающе произносит он.

– Ты маньяк.

С силой дергаю дверь и охаю от очередной боли в запястье. Кажется, я вывихнула руку пытаясь сбежать от него.

Пульс громыхает в ушах, когда я выхожу наружу.

Мне не убежать…

Самое страшное, что эта игра начинает мне нравится, и я страшусь своей реакции на него. Знаю, что где-то километр разделяет нас от всеобщего веселья и как бы я ни пыталась мне не докричаться ни до кого.

– Вот видишь, рядом был небольшой кессон. Я каждый день после учебы приходил разбирать его, вот этими руками, – он поднимает руки вверх, и я смотрю на его ладони покрытые мозолями, чувствуя, как меня начинает трясти, – трудился лишь бы накопить на эту машину. Но одна богатая выскочка даже не подозревала об этом. Ей с детства все приходило на блюдечке с золотой каемочкой.

– Клим, я не знала, прости…

– Иди вперед, Дана.

Я оборачиваюсь и смотрю на темное здание. Ужас сковывает меня изнутри.

Делаю несмелые шаги, ощущая его дыхание сзади, и захожу внутрь. Пульс снова забился, невыносимый жар пробежался по моему нутру. Я чувствую его кожей. Поднимаюсь по лестнице и не понимаю, почему не борюсь. Не вырываюсь и не бегу назад, а как ненормальная преодолеваю ступень за ступенью.

– Что, если тут все обвалиться.

– Ничего такого не будет, дом еще крепок как никогда.

Замираю на третьем этаже и выравниваю дыхание.

– Зачем мы туда идем? И за что ты так меня ненавидишь?

– Мне просто надоело возиться с тобой. Тебе не тягаться со мной Дана, в следующий раз десять раз подумаешь прежде, чем пойти мне мстить.

– Ты же не будешь меня насиловать? – Господи, что я говорю.

– Я не насилую девушек, только если они сами попросят меня о такой услуге.

Я слышу его хриплый смех.

– Никогда… слышишь никогда, – выкрикиваю я поднимаясь выше. Эхо моего голоса посылает очередную дрожь.

– Еще посмотрим.

Мы поднимаемся на девятый этаж и мои нервы на пределе. Смотрю на покосившуюся дверь и чувствую, как он тихонько надавливает на мою спину, толкая меня вперед. Я глубоко вздыхаю. Мое самообладание покачнулось. Как же я ненавижу его!

– Ты псих, Клим, просто ненормальный псих и за все ответишь…

ГЛАВА 5

Тусклый счет, от ближайшего фонаря, просачивается в комнату. Прохожу вглубь и чувствую, как шевелится каждый волосок на моих руках.

Нет, мне не страшно, просто жутко неприятно то, что он пытается отыграться на мне. Да, я была неправа, что разукрасила его машину, но притащить меня сюда, пытаясь напугать, это слишком.

Во-первых, некоторые, даже днем обходили этот дом стороной, и даже признаюсь честно, я тоже изредка боялась здесь бывать. Сейчас я ругала себя за такие мысли, но с ним я чувствую себя в безопасности.

Как бы он не издевался надо мной, все эти годы, он меня не трогал, никогда. За исключением того поцелуя, на парковке.

– Ииии, на этом все? Твоя фантазия походу уже исчерпана, Клим, – произношу я, оборачиваясь.

Он улыбается, и в тусклом свете фонаря, его улыбка, кажется зловещим оскалом.

Клим движется на меня.

– Ты, когда- нибудь, видела себя со стороны? – Шепчет он, медленно надвигаясь, – ты смотришь так, как будто боишься, что такой как я, испачкает такую правильную и чистенькую девочку. Думаешь, что я грязное животное не достойное тебя, да, Дана? Ты всегда так смотрела, даже когда я в девятом классе позвал тебя танцевать, помнишь?

– Нет, ты ошибаешься.

Он близко, так близко, что я чувствую исходящее от него тепло. Клим поднимает свою руку и тихонько проводит по моей щеке.

– Такая нежная кожа и такие запятнанные руки, прикасающиеся к ней, не пристало королеве вечера танцевать с грязным оборванцем, видишь, я до сих пор помню твои слова.

– Это было давно, я изменилась. Ты за это мне мстишь? – Мой голос надломлен и дыхание учащается, как только его руки обвивают мои талию и грубо прижимают к себе.

Я стараюсь сохранять спокойствие, но сердце, предательски, стучит в груди, так сильно, что я боюсь, вдруг он тоже это слышит.

Он наклоняет голову, и я вижу, как сверкают его глаза в темноте, такие яркие, и в то же время, пугающие.

По телу ползет холодок, и я делаю шаг назад, чувствуя, как он притягивает меня к себе еще ближе.

Грубое вмешательство, и сладкая истома, – это все, что я ощущаю в данный момент.

Хуже всего то, что мне не хочется вырываться, кажется, что все, что сейчас происходит, правильно, как никогда.

Мне нужно его оттолкнуть, срочно что-то придумать. Если я не сделаю этого, никогда не прощу себя.

– Моя месть еще даже не началась, так, мелкие забавы, что бы ты не думала, что я спущу тебе все с рук, – шепчут его губы.

«– Это не влечение, всего лишь выброс адреналина» – успокаиваю себя мысленно.

– Ты просто жалкий, Клим, – проговариваю я медленно, – и в детстве на тебя было страшно смотреть. Такой весь щупленький в этих ужасных очках. Ты несчастный и желаешь обвинить в своих бедах меня. С другой стороны, мне бы тоже было жаль себя, на твоем месте. Родители тебя бросили, друзей практически нет, ты все это заслужил, Клим. Такая твоя судьба.

Наблюдаю как Клим вздрагивает и резко поднимает голову, и у меня все переворачивается внутри. Господи, что я говорю. Я просто не могу по-другому, иначе мне не справиться с ним.

Я с трудом сглатываю, и наблюдаю, как меняется его выражение лица.

Сейчас от него исходят такая злоба, что мне хочется укрыться, я практически не дышу.

О Боже, что я наделала?

Он убирает свою руку с моей талии, и я отшатываюсь назад. Вот только рука Клима перемещается на мою шею и больно сдавливает ее. Резкий толчок, и его губы прижимаются к моим, с такой силой, что я ощущаю кровь во рту.

Мне хочется оттолкнуть его, накричать, но я ничего не делаю. Просто стою с колотящимся сердцем, ощущая, как кровь закипает в моих жилах.

Пытаюсь обуздать свои эмоции, но все сложнее становится сохранять чертов контроль. Его губы раздвигают мой рот, и язык проталкивается внутрь с животной, жадной потребностью.

От острых ощущений, курсирующих по моему телу, хочется кричать. Я не могу ничего сказать, попросить пощады. Беспомощно выгибаюсь, пытаясь вырваться, но он лишь сильнее тянет меня на себя. Шея болит, тело наливается истомой, и я хриплю ему в рот.

Мне страшно, и так сильно давит в низу живота, что я неосознанно трусь об него, сама ничего не ведая. Моя кожа горит, кажется, что еще чуть-чуть и вовсе расплавится.

Резкий рывок, и Клим впечатывает наши тела в ближайшую стену.

Его руки везде, сминают мою кофту, жадно шарят по груди.

– Клим, – не узнаю свой голос, низкий хрип вырывается из груди.

Рука Клима пробирается в мои шорты и проникает в самое нутро.

Я извиваюсь, не понимая, что происходит, хватаю ртом горячий воздух и судорожно цепляюсь за его. Мне жизненно необходимо быть еще ближе.

Мычу, кручу голой в разные стороны, пока он яростно стаскивает с меня шорты, и кидает на грязный пол. Мне все равно. Сейчас уже безразлично, я как безвольная кукла, повинуюсь ему.

Кажется, что это сон, или просто злой рок, но так остро и чувственно, что голова идет кругом.

Держа меня за талию и вдавливая в стену, Клим делает первое движение четко глядя в мои, помутневшие, глаза.

Меня потряхивает с головы до ног. Чувствую его пальцы на своих бёдрах и резкий вздох вырывается из моей груди, когда он туго проталкивает внутрь. Миллиметр за миллиметром. Мой разум протестует, но тело дрожит от желания, и я совершенно не могу ничего поделать с собой.

Он входит в меня до упора, причиняя боль, но я уже ничего не замечаю, полностью захваченная страстью, я просто тону в нем.

Клим рычит, лихорадочно шаря по моему телу, разрывает руками тонкую ткань.

Моя блузка повисает на мне как тряпка и капли пота ползут по спине. Мне жарко и невыносимо сладко.

Дикая пытка, равносильная лавине, и я просто утопаю в ней. Я тяну свои руки к нему, провожу по твердому торсу, вожу ладонями по груди. Настолько близко и бешено ошеломляюще, как будто это все происходит совершенно не со мной, не в этой заброшенной комнате. Легкий ветерок раздувает мои волосы и я яростно жмусь к нему.

Хочу избавиться от мучительной тяжести внизу живота, и закусываю губу, ощущая кровь и соленые капли пота.

Напряжение зашкаливает, и я готова умолять его поскорее избавиться от этой пытки. Господи, что мы творим? Он снова вторгается в меня также резко, бесцеремонно, как вломился в мою жизнь. Руша все границы и все барьеры, и кто бы знал, что я уступлю ему, жалкому мальчишке, которого я столько лет ненавидела.

Клим повисает надо мной, продолжая двигаться, а я кричу.

Бешенный ритм, который он задает, не вписывается в мои возможности.

Я просто всхлипываю, содрогаясь всем телом, чуть ли не рыдая, пытаюсь не стонать.

Кажется, что меня разрывает пополам. Вижу блеск его глаз, хрип и дикий нечеловеческий рык, вырывается из его гола, это последнее, что просачивается в мой мозг прежде, чем зажмуриться и кончить.

Минута… две… три …Ощущаю, как кто-то трясет меня за плечо. Открываю глаза и не понимаю, где я. Я, кажется, отключилась, и Клим держит меня на весу.

– Дана, все хорошо? – Его голос неестественно напряжен.

– Да, все в порядке.

Делаю маленький вздох, и стараюсь привыкнуть к темноте, получить полную картинку.

Ужас сковывает все моё нутро. Господи, что я наделала. Приседаю и шарю по полу ища свои шорты. Хватаю в руки и судорожно натягиваю на себя. Прикрываюсь руками, так как разодранная ткань открывает мою голую грудь, и ощущаю тупую боль во всем теле.

– Я не знаю, что на меня нашло, – слышу его голос и чувствую, как увлажняются мои глаза.

– Пойдем, Дана.

Я не хочу ничего отвечать, мне нужно подумать. Что сейчас произошло, просто не укладывается в моей голове. Вдох, выдох.

Делаю шаг и иду за Климом, но он резко замирает на месте, обхватив свою голову руками. Я слышу его резкий хрип.

– Клим? Что такое, ну же, пошли скорее отсюда?

Даже в неясном свете, я вижу, как он бледен и дикий холод разит из его глаз.

– Клим, ну же, давай, выходи.

Он жмурится, затем снова поворачивается к свету и зажимает уши делает рваный вздох.

– Ты их видишь? – Спрашивает он хрипло.

– Кого Клим? Тут никого нет.

– Птицы, они повсюду.

Я верчу головой, но вокруг лишь тишина и мне становится жутко.

– Клим тут нет никого, пойдем, пожалуйста.

Смотрю в его красные глаза и не понимаю, что с ним такое.

– Птицы, они повсюду Дана, оглянись вокруг…

ГЛАВА 6

Моя жизнь переломилась на до и после…

Казалось бы, я жаловалась на него, придумывая как бы уколоть Клима посильнее. Называла его монстром, не ведая того, что это были лишь маленький капли, которые образовали огромное озеро моих страхов.

С того вечера что-то пошло не так. Я не понимаю, как добралась до дома, помню лишь свои слёзы и покрасневшие пальцы которые усиленно сжимали руль. Мне хотелось развернуться и догнать его, так как бледность щёк Клима поражала. В тот момент он был похож на привидение, и я не понимала, что случилось с ним.

Я ничего не сделала, абсолютно ничего. Просто забралась в свою кровать завернувшись в одеяло и дала волю слезам. Проклинала его за то, что он потащил меня в этот дом, и себя за то, что позволила себе утонуть в его глазах и руках и навсегда лишиться своего защитного барьера. А потом мне снился сон, и снова его губы и руки. Мое тело горело огнём, и я ненавидела себя ещё сильнее. Отчаянно лупила подушку и впивалась в неё зубами лишь бы больше не думать о нем.

«Не приходи… исчезни из моих снов…» – шипела я как сумасшедшая.

На следующее утро я не обнаружила его на учебе. Честное слово я была даже рада, так как не понимала, как вести себя с ним. Боялась его реакции и в то же время ждала чего-то, сама не осознавая, чего именно. Клим появился через неделю. Прошёлся мимо меня, даже не посмотрев в мою сторону. Мне было больно, а чего я, собственно, ждала? Того что он начнёт ухаживать за мной или изменится? Моя наивность поражала саму себя.

Позже я узнала, что он перевёлся в параллельную группу и с этого все заново началось.

Клим попал в самую плохую компанию, и сдружился с их главарем. Эдик Туманов по прозвищу Туман, был самым, что ни на есть бандитом. Их группировка называлась «Чёрные» и их боялись все, без исключения. Даже поговаривали, что они занимались какими-то грязными делишками, и пару раз их ловили органы власти.

На удивление они всегда выходили сухими из воды. Клим продал свой автомобиль и приобрел мотоцикл, я пару раз замечала, как он уезжал из колледжа с очередной девчонкой. Меня он по-прежнему не замечал, как будто я пустое место, отчего мое сердце замирало каждый раз.

– Дана, ты что застыла? – Спрашивает меня Настя, – мы опоздаем на забег.

Мои глаза натыкаются на Клима, который зажимает в углу симпатичную блондинку и к щекам моментально приливает кровь. Его руки покоятся на ее упругой заднице, облаченной в короткие шорты, а губы что-то шепчут на ухо. Я хочу развернуться и тихонько сбежать, но он резко вскидывает голову.

Глаза в глаза.

Меня прошибает холодный пот и хочется прямиком уйти под землю. Его глаза в секунду становятся ледяными. Так он не смотрел на меня никогда. Зло, пробирающее до дрожи, желая стереть в порошок.

Я резко отворачиваюсь и практически бегу, чуть не сбив удивленную подругу.

– Ты что за идиотка, сказано же держись подальше от него. Он же сейчас из «Чёрных», а это очень нехорошо.

– Я просто нечаянно с ним столкнулась, успокойся я и не думала к нему подходить.

– Подходить она не думала, радуйся, что он наконец то отстал от тебя, что, если он вновь возобновит свою игру «кто из вас круче», – она практически тащит меня за собой, – ты даже не представляешь, насколько он сейчас опасен. Они же не люди, звери, точно тебе говорю. В прошлые выходные разгромили весь Тупик, кружили на своих мотоциклах и распугивали народ. А когда Суслов сказал им убираться, они раздели его до гола, и связали веревками запихнув в рот кляп. И кто ты думаешь это сделал?

– Кто? – переспрашиваю я, задерживая дыхание.

– Клим, он очень изменился.

– Он не мог…

– Дана сними уже эти розовые очки со своей переносицы. Он просто наконец то нашел себя. Ты видела его тату на шее. То ли птица то ли зверь с большими крыльями, он полностью погряз в этом дерьме, не удивлюсь, если они его еще и на наркоту подсадят.

Мы заходим в женскую раздевалку, и я стираю холодный пот со лба. Забег еще не начался, а я уже покрылась липкими каплями, с ног до головы. То, что рассказывала Настя, просто не укладывалось в моей голове.

Я надела короткие шорты и белую майку и завязала свои волосы в высокий хвост. Каждый год наше учебное заведение устраивало забег. Участвовать могли все учащиеся колледжа и самых лучших отбирали на всеобщие городские соревнования.

– Три километра Дана, на что ты меня подписала?

– Давай не ленись, это полезно для фигуры.

Мы выходим на улицу, и я смотрю как Сергей Аркадьевич, наш препод выстраивает всех в ряды.

– Филатова, Волкова, где ходите? Давайте скорее, – выкрикивает он, забавно взмахивая руками.

– Господи Дана, у него живот так смешно выпирает, спорт – это явно не его, – шепчет мне Настя на ухо хихикая, и я толкаю ее в бок.

Я занимаю место с краю в первом ряду, Настя сразу за мной. Сергей Владимирович посматривает на свои наручные часы и готовится к отсчету, и я заглатываю ртом кислород.

Рев мотоциклов разрезает тишину, и я вздрагиваю. Смотрю на пять железных коней, паркующихся неподалеку, и стараюсь унять нервную дрожь.

Кто-то резко свистит.

– Ребятки вы мешаете нам, -кричит препод, но вся эта компашка и не думает уходить. Клим складывает руки и ухмыляется, осматривая толпу. На нем темная футболка и низко сидящие шорты, и мой пульс снова ускоряется.

Я знаю, что он меня не видит, так как Олеся загораживает обзор. Этот гад, не стесняясь, рассматривает девчонок, и хуже всего то, что мне это не нравится.

– Мы тут немного постоим, мешать не будем, – выкрикивает самый рослый из них. На нем темные очки и длинная челка, поэтому я не могу рассмотреть его лицо. Скорее всего это и есть тот самый Эдик, я видела его от силы пару раз. Никогда не интересовалась параллельной группой и просто старалась их избегать.

Закрываю глаза пытаясь вернуть былой настрой и когда слышу отчет и цифру три, подрываюсь с места. Я отрываюсь от толпы, бегу со всей силы пытаясь выбить из себя всю злость. Первый круг пройден, и я заворачиваю на второй. Слышу свист в спину и дерзкое слово «киска», но даже не поворачиваю головы. Воздух давит на легкие и тело невыносимо горит, но я продолжаю бежать, ощущая как становится легче, осталось совсем чуть-чуть.

– Филатова, молодец, последний круг, – выкрикивает преподаватель.

Добегаю до финишной прямой и падаю на колени, стараясь отдышаться.

– Ого, вот это скорость детка, – доносится совсем рядом со мной. Поднимаю голову и натыкаюсь на того самого парня. Он с интересом рассматривает меня.

– Твои ножки неплохо бы смотрелись на моей шее, – громко проговаривает он. Парень улыбается, и я замечаю в его рту золотой зуб, который сейчас буквально отсвечивает на солнце.

– Ты что-то попутал, – говорю я в перерывах между вздохами, – меня не интересуют такие моральные уроды, как ты.

Злость буквально затапливает меня.

Он закидывает голову назад, и дикий хохот вырывается из его горла.

– Клим, это не из твоей группы девчонка? Знаешь ее?

Я кажется, вновь не дышу. Потребность обернуться и взглянуть на Клима, невероятно сильна. Мне хочется прочитать хоть что-то в его глазах. Понять, что произошло и разобраться, наконец, в его странном поведении.

– Или это твоя телочка, что ты молчишь?

– Мне безразлично на нее, – слышу его продирающий до дрожи голос, – так перепихнулся разок, можешь забирать…

ГЛАВА 7

Клим

Я наблюдаю за мужчиной, который внимательно осматривает меня. Его очки то и дело спадают с переносицы, и он их чрезмерно медленно каждый раз поправляет.

– Клим, откиньте голову назад и полностью расслабьтесь. Вы доверяете мне?

– Да, – проговариваю я и делаю, как говорит мой психолог.

– После моего сеанса, вы начнете спокойно относится к птицам, самое важное это слышать, что я произношу и полностью расслабиться.

Я закрываю глаза и киваю. Чувство умиротворения накатывает на меня.

– Сейчас я буду медленно считать и затем щелкну пальцами, и вы погрузитесь в состояние гипнотического сна. Чем дольше вы будете слышать мой голос, тем глубже вы можете погрузиться в транс.

Я распрямляю сжатые кулаки и протягиваю руки вдоль туловища.

– По мере того, как ваше дыхание становится ровным, вы можете расслабиться еще больше, – произносит он медленно и тяжесть сковывает мои веки.

Он начинает медленно отсчитывать, и я слышу каждый его вздох. Щелчок, и мои глаза привыкают к свету. Яркий, насыщенный, я ожидал темноту.

– Отныне вы спокойны и уравновешенны… Спокойны и уравновешенны всегда и везде… Где бы вы не находились вы спокойны и уравновешенны. Отныне спокойствие и уравновешенность следуют за вами повсюду и становятся неотъемлемой частью вашего характера, – я слышу его голос у себя в голове.

– Окружающие звуки, шумы отошли далеко-далеко… Вы не воспринимаете их… Вы ничего не слышите, кроме голоса врача… Вы слышите только мой голос… Только мой голос слышите Вы… Мой голос действует на Вас успокаивающе… Мышцы рук, ног, туловища расслаблены… В них нет ни малейшего напряжения… Что вы видите Клим?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.