Jacob Davidovsky
Ленин. 1917-3

3 апреля 1917 года.

В Россию прибыл Ленин.

Из шведского городка Хапаранда в финский Торнео Ленин и его спутники добрались на санях по льду Ботнического залива. Любопытно, что в Торнео их обыскали английские офицеры. Воистину сфера интересов Британии – весь Земной шар!

Близ Петрограда, на станции Белоостров (на административной границе с Финляндией), Ленина встречали соратники. Среди них был и Сталин.

Поездом добрались до Финляндского вокзала в Петрограде. Правда, из-за революционного бардака поезд не удалось подать прямо к перрону, где уже собралась ликующая толпа встречать вождя большевиков. Прибывшим пришлось идти пешком через какие-то пути. Случайный свидетель увидел бы группу людей в штатском, пробирающихся задворками, то и дело вынужденных переходить рельсы и обходить кучи всякого железнодорожного мусора.

Ленин шёл за провожающими. Сократовский лоб был нахмурен, маленькие глубоко посаженные глаза невидяще вглядывались в ноги провожатого, рыжеватая бородка уставилась в землю.

– Вот сейчас и начинается то, ради чего я с такими трудами сюда добирался. Даже хорошо, что добрался только сейчас, что прошло больше месяца после революции. Первоначальная эйфория, которая охватывает массы сразу в первые послереволюционные дни, уже поутихла, ожидания людей не оправдались.

Война продолжается, с продуктами хуже, а свобода всё больше превращается в разгул преступности и беспредел, которые не могут не мешать людям. И во всём этом, конечно, винят правительство. Хотя никакое правительство не смогло бы решить этих вопросов за такой срок.

Но это неважно – важно, что прежней поддержки в массах оно уже не имеет. Сейчас, по прибытии, наступают горячие деньки. Завоёвывать популярность. Выступать перед массами всегда и везде, где предоставится возможность. В каждом выступлении должно в первую очередь звучать то, что люди хотят услышать.

Заканчивать войну, наладить обеспечение продуктами, установить порядок. И вставлять туда наши лозунги – никакой поддержки Временному Правительству, вся власть Советам, курс – на вооружённое восстание. Люди любят радикальные лозунги и станут винить во всём правительство, а нас, большевиков, считать борцами за народные чаяния. О, вот и перрон.

Они пришли.

Прямо с перрона под звуки “Марсельезы” Ленина провели в так называемые “царские комнаты” (своего рода зал для VIP-персон), где от имени Совета Владимира Ильича приветствовали меньшевики Чхеидзе и Скобелев, выразившие надежду на его участие в развитии “революционной демократии”. От ЦК и Петроградского комитета большевиков несколько слов сказали Шляпников и Александра Коллонтай.

Ленин все это время с отсутствующим видом, как будто происходящее его не касалось, разглядывал лепнину на потолке и крутил головой. Когда приветствия иссякли, он прямо через головы встречавших яростно закричал набившимся в павильон рабочим и солдатам:

– Завязалась смертельная борьба! Самую гнусную роль в этой схватке пролетариата с буржуазией играют всевозможные социал-предатели, прихвостни буржуазии. Рабочему классу с ними не по пути!.

Чхеидзе и Скобелев с побледневшими лицами сочли за лучшее ретироваться. Экзальтированной же Коллонтай эта выходка вождя явно понравилась.

А через несколько минут Ленин оказался на крыше бронеавтомобиля британского производства “Остин”, присланным (вот ирония судьбы) Александром Керенским.

Несмотря на то, что речь Ленина не содержала никаких особых перлов ораторского искусства и состояла в основном из лозунгов, наэлектризованность толпы, окружавшей броневик, находилась на такой высоте, что все слушатели были свято уверены в своём присутствии на историческом моменте – если сделать то, о чём говорит человек, стоящий на броневике, то настанет счастливейшая жизнь.

Имя Ленина было широко известно среди революционных масс. Не зря Владимир Ильич уже многие годы уделял неусыпное внимание агитации, распространению газеты “Правда” с его статьями в рабочих, солдатских и матросских кругах. В итоге слово "Ленин" среди рабочих, солдат и матросов давно являлось синонимом выражения "Борец за наши права".

И теперь они лицезрели этого человека вживую! Магия имени заставляла дрожать от восторга каждую жилку в организме слушателя, а слова, произносимые Лениным, казались верхом мудрости. Хотя ничего нового сказано не было. Те же мысли из его статей в “Правде”, только изложенные короче, проще и энергичнее.

– Дорогие товарищи солдаты, матросы и рабочие! Я счастлив приветствовать в вашем лице победившую революцию, приветствовать вас как передовой отряд всемирной пролетарской армии. Грабительская империалистическая война есть начало войны гражданской во всей Европе. Недалек тот час, когда по призыву нашего товарища Карла Либкнехта народы обратят оружие против своих эксплуататоров-капиталистов. Заря всемирной революции уже занялась. В Германии всё кипит. Не нынче – завтра, каждый день – может разразиться крах высшего европейского империализма. Русская революция, совершенная вами, положила ему начало и открыла новую эпоху. Да здравствует всемирная социалистическая революция!

– А-а-а!! – взрёвывала толпа, вскидывая вверх кулаки, в которых кое-где были зажаты рабочие картузы, солдатские фуражки, матросские бескозырки … или попросту винтовки со штыками.

– Участие в позорной империалистической бойне, в которую ложью и обманом вас втравили грабители-капиталисты, должно быть решительно прекращено! – выкрикивал Ленин высоким пронзительным голосом, – Временное Правительство желает заставить вас продолжать проливать кровь за его интересы! Оно забыло, что подлинные хозяева теперь – вы, товарищи!

Если вам нужен хлеб – идите на склады и возьмите его! Если вам негде жить – занимайте особняки дворян, капиталистов и прочих прислужников преступной власти! Всё это теперь ваше! Никакой поддержки Временному Правительству! Вся власть Советам солдатских, матросских, рабочих … и крестьянских депутатов!

Заминка перед словом “крестьянских” осталась незамеченной. Толпа ревела, готовая рвать, громить и сносить.

– Долой десять министров-капиталистов! Да здравствует социалистическая революция! Курс – на вооруженное восстание!

Ленин закончил свою речь и начал осторожно спускаться с броневика. Десятки рук протянулись, чтобы помочь ему сойти на землю … или просто прикоснуться к человеку, казавшемуся многим сейчас каким-то святым пророком. Но вплотную к броневику уже оказались сопровождающие большевики во главе со Сталиным.

– Осторожно, товарищи, – заговорил Сталин, – Товарищ Ленин очень устал после долгой дороги. Ему необходимо отдохнуть. Завтра он опять будет с нами. Расступитесь, товарищи. Дайте пройти.

Толпа расступилась, и Ленин с сопровождающими двинулись к выходу.

Пролётка везла вождя большевиков в особняк Кшесиньской. Рядом с ним сидели Крупская и Зиновьев. Сталина в свою пролётку Ленин не пригласил.

В тот же день, 3 апреля 1917-го года на другом континенте развернулись не менее важные события, далеко не столь позитивные для революционного сообщества.

Я с удивлением обнаружил некоторое мистическое совпадение в ключевых датах, связанных с возвращением двух основных лидеров будущей социалистической революции Ленина и Троцкого в Россию.

Судите сами. 25 марта 1917-го года немецкий посланник в Цюрихе информирует швейцарского социалиста, близкого к эмигрантам -большевикам Фрица Платтена, что проезд через Германию одобрен, и пломбированный вагон уже ждёт Ленина с соратниками. Разумеется, Платтен сразу сообщает об этом Ленину. Путь свободен.

В тот же день, 25 марта 1917-го года, за океаном, в Нью-Йорке Лев Троцкий получает на руки все оформленные проездные документы. Путь свободен

27 марта 1917-го года большевики-эмигранты во главе с Лениным отбывают из Цюриха на ближайшую станцию в Германии, где садятся в пломбированный вагон и начинают своё путешествие в Россию.

В тот же день 27-го марта 1917-го года Лев Троцкий отплывает на норвежском судне “Христианиафиорд” из Нью-Йорка, начиная таким образом своё путешествие в Россию.

3 апреля 1917-го года Владимир Ленин прибывает в революционный Петроград, где немедленно выступает с броневика, декларируя свою позицию по отношению к правительству и захвату власти.

В тот же день, 3 апреля 1917-го года Лев Троцкий на борту “Христианиафиорда” прибывает в канадский город Галифакс, где выступает перед поднявшимися на борт для досмотра британскими офицерами, декларируя свою позицию по отношению к задаваемым вопросам.

Правда, именно третьего апреля отношение слушателей к речам Ленина и Троцкого оказалось радикально противоположным. Ленина готовы были носить на руках, а вот у Троцкого вышло куда хуже.

Впрочем, не будем забегать вперёд, обо всём по порядку.

“Христианиафиорд” ошвартовался в порту канадского города Галифакс. Здесь он должен был взять на борт новых пассажиров, а также пройти стандартный досмотр британскими пограничными властями. Для тех, кто не знает, поясняю – в то время Канада ещё состояла под протекторатом Великобритании. Поэтому процедуру досмотра проводили британские власти. Впрочем, эти самые британские власти тогда проводили досмотры почти где угодно.

Погода стояла хорошая, и лощёные британские офицеры расположились за вынесенными столами прямо на палубе. Пассажиры по очереди подходили к столу, за которым сидел надменного вида офицер. Впрочем, процедура досмотра казалась скорее формальной. Какова цель путешествия, где сели на корабль, куда следуете – и пассажиру ставили в паспорт печать и желали счастливого плавания.

Всем, кроме русских. Троцкий с волнением заметил, что именно гражданам России вопросов задавали куда больше, и некоторые вместо получения печати в паспорт были отведены в сторону, под охрану солдат. Впрочем, эти русские, кажется, большевики. Вероятно, возникли проблемы в связи с антивоенной позицией их партии. Россия – союзник Великобритании в войне. Чёрт, так ведь и я, Лев Троцкий, недалеко от большевиков ушёл в этом вопросе.

(Авторская ремарка. Для удобства читателя дальнейший разговор, происходивший, естественно, по-английски, даётся сразу в переводе на русский).

Подошла его очередь. После стандартных вопросов, которые задавались каждому пассажиру (имя, фамилия, гражданство, куда следуете и так далее) британец поднял на Льва Давидовича холодные глаза:

– Каковы ваши политические взгляды? Каковы ваши планы действий по возвращению на Родину? Собираетесь ли вы предпринять действия для свержения нынешнего российского правительства?

Офицера встретил презрительный, высокомерный и даже где-то равнодушный взгляд. Тон ответа Троцкого был настолько ледяным, что, казалось, даже температура вокруг резко понизилась.:

– Сведения, устанавливающие мою личность, извольте получить, но не более того. Внутренняя русская политика не состоит пока что под контролем британской морской полиции.

– В таком случае мы вынуждены снять вас с корабля и направить в лагерь для интернированных вплоть до выяснения. Российское правительство – союзник правительства Великобритании, и мы не можем пропустить в Россию человека, который несёт для него угрозу. Отойдите туда.

(Авторское отступление. Существует несколько различных свидетельств очевидцев, описывающих процесс выдворения Троцкого с корабля. Они довольно принципиально противоречат друг другу. Например, некий британский лейтенант Джонс пишет, что Троцкий буквально начал драку, вырывался, кусался, катался по полу в истерике и орал благим матом. В такое мне не верится. Поясню:

Изучение документов тех лет приводит меня к мнению, что всех вождей большевиков в период революции и гражданской войны можно условно разделить на три категории.

Первая – это те, которых достигнутое положение вполне устраивало, и они не желали особых перемен, а желали сохранения существующего положения вещей. Это – Зиновьев, Каменев, Молотов и ещё много других.

Вторая – люди, добивавшиеся как можно более безраздельной власти. Это – Сталин и, вероятно, Яков Михайлович Свердлов. Насчёт Свердлова судить сложнее, поскольку он умер, по официальной версии от гриппа-испанки в 1919 году. Мало материала.

Третья – это реальные фанатики мировой революции. Самые известные среди них, разумеется – Владимир Ленин и Лев Троцкий. Эти посвятили мировой революции всю жизнь, изменив на этом пути себя и окружающий мир.

Так вот, между ними существует достаточно принципиальная разница. Если Ленин особо не заморачивался тем, как выглядит его персона в историческом плане (известно, что для него все средства были хороши, если, по его мнению, шли на пользу главной цели, он мог сегодня утверждать противоположное тому, что говорил вчера, обманывать, “кидать” немцев, получая от них деньги и так далее), считая, по-видимому, что история всё расставит по своим местам, то Троцкий – это иной коленкор.

Лев Давидович был в первую очередь озабочен, собственно, не мировой революцией, как таковой, а тем, как выглядит в истории мировой революции лично он, Лев Троцкий. Фактически все свидетельства очевидцев, как и анализ его поступков, убеждают меня в этом.

В связи с чем представляется невероятным, чтобы в присутствии десятков свидетелей и собственной семьи Троцкий стал бы кататься по полу и орать благим матом. Он в жизни и не такое повидал – и всегда оставался холоден и спокоен.

Разумеется, трудно в связи с этим также допустить, чтобы Троцкий послушно сошёл с корабля по первому требованию британских властей. Поэтому в дальнейшем повествовании я буду следовать свидетельствам очевидцев, которые мне кажутся наиболее правдоподобными).

Троцкий отказался покинуть корабль и был вынесен насильно британскими морскими пехотинцами на руках как-то театрально и торжественно.

Старший сын Троцкого – одиннадцатилетний Лев – подбежал к одному из офицеров и ударил его, после чего обратился к отцу с вопросом: “Ударить его ещё, папа?”.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.