# Метка богов

Франческа Пелуссо

Страна Сирион издавна находится под покровительством могущественных богов, которые поддерживают гармонию и благополучие. Каждые пятьдесят лет Бог солнца выбирает нового короля. Ему предстоит взять в жены одну из жриц и править с ней рука об руку, обеспечивая мир во всем Сирионе. Натаниэль и Селеста – одни из тех, чья судьба была заранее предопределена высшими силами. Но новый король и жрица не готовы отказаться от своей свободы и принять уготовленную им роль.

Однако появляются те, кто намерен оспорить власть богов и их представителей на земле. Готовы ли Натаниэль и Селеста столкнуться лицом к лицу с врагом и защитить свой народ от надвигающейся опасности? Или мир погрузится во тьму и уничтожит их обоих?

> Для Софи

> Родственные души – не просто любовники

Francesca Peluso

Das Mal der Götter: Berufen

© 2020 by CARLSEN Verlag GmbH, Hamburg, Germany

First published in Germany under the title:

DAS MAL DER GÖTTER: BERUFEN

© cover design by formlabor, Hamburg, Germany

All rights reserved


© Косарим М., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

## Пролог

### Из анналов богов


Жители Сириона издавна рассказывают своим детям о древних могущественных богах, что покровительствуют их стране.

Они говорят об Илиасе, Боге Солнца и властелине главного города – Соляриса. Из поколения в поколение люди передают легенды о его справедливости и мужестве.

Они рассказывают о Сильвии, Богине Леса, властительнице над полями Сильвины, что простираются на востоке страны. Они восхваляют ее искренность и доброту.

Они рассказывают о Марисе, Богине Моря, что властвует над западной прибрежной провинцией Сирена, окружающими ее озерами и гротами. Они поклоняются ее красоте и изяществу.

Они рассказывают им о Самайе, Богине Неба, которая правит северным горным хребтом и провинцией Самара. Они восхищаются ее силой и независимостью.

И еще люди рассказывают о Селинде, Богине Луны и властительнице южного острова Сохалия. Они превозносят ее силу и мудрость.

Люди рассказывают детям о том, как божественные братья и сестры правили рука об руку, обеспечивая мир по всему Сириону. И о том, как боги избирали себе земных представителей, которые правили от их имени, дабы сохранить мир. Для этого каждая из богинь призывала одну новорожденную дочь, которой предстояло заботиться о своей стране и ее жителях, едва она вырастет и превратится в женщину. Этих избранных называли жрицами, потому что они действовали от имени своих богинь.

Илиасу, старшему из богов, была поручена более серьезная задача: каждые пятьдесят лет он призывал одного молодого мужчину, Сына, который должен был стать королем, править Сирионом и взять в жены одну из жриц. Этот брак обеспечивал Сириону благословение богов, и они продолжали дарить стране мир, благополучие и гармонию.

Но двести пятьдесят лет назад произошел трагический случай. С избранной Селиндой, Дочерью Луны, случилось страшное несчастье, и она ушла из жизни. Богиня безутешно оплакивала свою погибшую Дочь. Ее страдания были так глубоки, что с тех пор Селинда больше не призывала избранных, опасаясь вновь потерять свое любимое дитя. В тот день Богиня Луны исчезла, и люди начали ее забывать. С тех самых пор остров Сохалия стал проклятым местом, и жители Соляриса старались избегать его.

С того дня оставшиеся избранные правили Солярисом одни, стремясь заполнить пустоту, оставленную Дочерью Луны.

Да будет жизнь Детей Божьих долгой и да приведет Сирион тот, что избран Илиасом, в славное будущее.

## Глава 1. День Солнца

### Селеста

Когда ей было шесть лет, они убеждали ее всегда быть доброй, заводить много друзей и не позорить свою богиню.

Когда ей минуло двенадцать, они советовали ей усердно учиться, дабы вырасти умной и смелой женщиной, которая наполнит свою богиню гордостью.

Когда ей исполнилось семнадцать, они сказали ей следить за своей внешностью и выполнять обязанности, потому что только красивая и послушная женщина может завоевать сердце короля и воздать честь своей богине, выйдя за него замуж.

В то утро Селеста лежала в постели и желала, чтобы ей снова было шесть. В шесть лет ее жизнь еще была простой и легкой: единственной задачей девочки было вовремя являться на занятия и не делать глупостей.

В семнадцать лет она внезапно столкнулась с совершенно иными трудностями, и сегодня эти трудности достигнут своего апогея.


Застонав, Селеста перевернулась на спину и прижала к лицу подушку. Сквозь запертую дверь до слуха девушки доносились голоса. Уже несколько часов она лежала без сна в своей постели, прислушиваясь к оживленной суете за дверью комнаты. К ее собственному сожалению, заснуть Селесте удалось лишь далеко за полночь и, разбуженная ранним утром шумом, производимым слугами, она так и не смогла уснуть снова.

При этом Селесте очень хотелось продемонстрировать перед Симеей, когда та появится, свою доброжелательность и безупречную внешность, но у нее не было нужной мотивации, чтобы даже подняться с кровати. Встать – означало бы встретить новый день, а это последнее, чего желала Селеста. Каждого обитателя и служащего дворца Самары лихорадило уже неделями, если не месяцами в ожидании сегодняшнего дня. Потому что сегодня вечером в честь Илиаса, Бога Солнца, будет устроен банкет.

Банкет Селесту ничуть не волновал. Ни предвкушение ее подруги Макены, ни специально сшитое для нее по этому случаю платье не могли изменить мнения девушки на этот счет. Пока все праздновали День поминания Бога, Селеста устроила тайную прощальную вечеринку. Ужин был еще одним шагом на пути, который через три дня уведет ее отсюда, а она до сих пор не готова к этому.

Стук вернул Селесту в действительность, прогнав ее мрачные мысли. Девушка села в постели. Не дожидаясь разрешения, в ее комнату вошла миниатюрная женщина. Едва увидев, что Селеста все еще облачена в ночную рубашку, она уперла руки в бока и бросила на семнадцатилетнюю девушку укоризненный взгляд.

– Почему ты до сих пор не одета? Нам через час уже отправляться.

Селеста снова откинулась на подушку и раздраженно закатила глаза.

– И тебе доброе утро, Симея. Странно, я не помню, чтобы приглашала тебя войти.

Послышалось фырканье, но Селеста не потрудилась поднять голову. Только когда Симея стянула с нее покрывало, Селеста посмотрела на женщину.

– Я – твой опекун, поэтому мне не требуется разрешение, чтобы войти в твою комнату. А сейчас будь так добра, отправляйся в ванную.

Селеста неохотно встала и приблизилась к комоду. Да, в зеркало ей смотреть определенно не следовало: под глазами залегли темные круги, а рыжие кудри торчали во все стороны.

– Выглядишь ужасно. – Тон Симеи был сух, а взгляд, которым она окинула облик Селесты, нескрываемо критичен.

– Вот только не надо этих комплиментов с самого утра, прошу тебя.

Селеста устало провела пальцами по волосам, пытаясь хоть немного их пригладить. Блондинка шагнула вперед и усадила Селесту на бархатный стул перед комодом.

– Чем ты только занималась всю ночь? – спросила Симея, пытаясь укротить локоны своей подопечной.

– Ворочалась с боку на бок и все никак не могла решить, писать ли мне брачный обет или планировать побег. В конце концов усталость одержала верх, и я не сделала ни того, ни другого.

Селеста подперла голову руками и посмотрела на Симею в зеркало. Взгляд девушки встретился с предупреждающим выражением, застывшим в холодных, как лед, голубых глазах.

– Оставь свои саркастические замечания, это не смешно.

Селеста закатила глаза и только пожала плечами.

– А я и не шутила.

Покачав головой, Симея подошла к шкафу Селесты и разложила ее одежду, подготовленную для сегодняшнего дня.

– Я попрошу Макену помочь тебе одеться. Жду тебя в большом зале через полчаса.

Тон женщины не допускал возражений. Поэтому Селесте оставалось лишь кивнуть, и Симея, удовлетворенно улыбнувшись, вышла из комнаты.

Спустя некоторое время в дверь снова постучали.

– Заходи.

Макена, вооруженная расческами и шпильками, шагнула в дверь и быстро пересекла комнату. На ее нежном лице играла улыбка, девушка радостно напевала какую-то мелодию.

– А ты не могла бы хоть притвориться, что в плохом настроении? Я что-то не в восторге от твоей ауры, которая прямо-таки переполнена энтузиазмом.

Смех, похожий на звон колокольчика, заполнил все пространство комнаты.

– Мне очень жаль, но в отличие от тебя я жду сегодняшнего вечера с нетерпением.

Подняв бровь, Селеста воззрилась на подругу, а по совместительству – горничную.

– Это как раз заметно.

Макена подошла к Селесте со спины и принялась расчесывать ее длинные локоны.

– Неужели ты ни капельки не радуешься? – спросила Макена.

Селеста знала, что Макена никак не могла понять, почему сегодняшний день совсем не вызывал в ней восторга.

– Нет, а чему тут радоваться? – Селесте, в свою очередь, было не понять, почему все думают, что она ждет сегодняшнего дня с нетерпением. Несмотря на то что аргументы девушки были по-настоящему убедительны, ее мнения не разделял никто.

– Тебе разве не любопытно, каким он будет? – На лице Макены появилось мечтательное выражение, которое Селеста отметила, вновь приподняв бровь.

– Нет. – Селесте по возможности вообще не хотелось даже думать о том, что повлечет за собой этот день. Однако Макену такой ответ явно не удовлетворил, потому что она неодобрительно посмотрела на подругу в зеркало.

– Если бы мне предстояла встреча с моим будущим мужем, я бы испытывала намного больше волнения в предвкушении этого события.

Селеста раздраженно вздохнула.

– Но я – не ты, и, к сожалению, не могу испытывать ничего подобного по отношению к тому, кого я совсем не знаю и, может быть, даже нехочу знать. Кроме того, он еще не мой будущий муж. – И Селеста, облегченно фыркнув, добавила: – Слава богине! Если бы это было известно точно, я была бы уже очень далеко отсюда.

Ей нравилось служить жрицей и нести ответственность перед народом, она любила свою веру. Она хотела достойно представлять богов в Сирионе, нести веру в мир и посвящать в нее людей. Она уважала устоявшуюся систему и решения королей.

Если бы только не этот брак… Почему боги требовали этого в качестве необходимого условия благополучия и мира на этой земле? Именно брака. При этой мысли Селесте становилось не по себе. Она была слишком подозрительным человеком, которому необходимо было контролировать свою жизнь, чтобы связываться с незнакомцем. Это было совсем не для нее. Она ненавидела сюрпризы и неожиданности. А что было более неожиданным, чем выбор нового короля, невестой которого она могла стать? Хотела этого Селеста или нет. Мысль о побеге была, конечно, эгоистичной. Если брак между новым королем и выбранной им жрицей не состоится – а этого в Сирионе не было еще никогда, – никто не знал, как отреагируют боги. Этот союз был важен для Сириона и всех его жителей. А Селеста, будучи жрицей, отвечала за свой народ. Мирное будущее было тем, чего она не могла отнять у него ни при каких обстоятельствах. Ее единственной надеждой было то, что избранник Илиаса выберет кого-то из других жриц. Через год призванный будет назван новым королем и выберет себе невесту из их числа. Слишком короткий промежуток времени, чтобы по-настоящему кого-то узнать.

Макена больно дернула ее за волосы, и Селеста застонала.

– Ай, за что ты меня так? – Она растерянно взглянула на подругу, но та, казалось, была полностью поглощена своей работой.

– Извини, я не нарочно, – улыбка на лице Макены, однако же, говорила об обратном. – Все сестры Ордена уже несколько недель болтают о том, каким он будет, а особенно о том, какой будет еговнешность.

Селеста снова застонала. Чем она заслужила этот разговор с самого раннего утра? Она знала, что дворцовые сплетни уже очень давно не касались никакой другой темы, но это еще не означало, что она собиралась участвовать в этих пересудах. Ей уже задали бесчисленное количество вопросов относительно потенциального мужа и будущего короля. Как его будут звать? Будет ли он высок ростом? Какие у него будут глаза: голубые или карие? Будут ли у него увлечения? А если да, то какие? И так далее, и так далее. Селеста потеряла счет этим вопросам, но и сама не знала ответов ни на один из них. Однако в отличие от остальных монахинь Ордена ее все это совсем не интересовало.

– Может, сменим тему? Я действительно не в том настроении, чтобы обсуждать это.

Слегка разочарованная, Макена кивнула, однако было видно, что Селесте не удалось испортить ее хорошее настроение. И Селеста была этому рада, потому что не хотела, чтобы подруга сидела и хандрила вместе с ней.

– Я закончила, – произнесла горничная, и жрица поднялась со своего места. Она осмотрела себя в зеркале. К величайшему облегчению девушки, Макена сумела утаить доказательства того, что прошедшая ночь жрицы была столь коротка. Ее кожа буквально светилась, а скулы отливали розовым блеском. Непослушные рыжие локоны были частично собраны и сплетены в венок на голове.

– Спасибо, – Селеста улыбнулась подруге. Она была как нельзя более довольна работой Макены. Девушка подошла к кровати, на которой Симея разложила ее одежду. Кремовые льняные брюки с вышивкой, блузка в тон с украшениями на рукавах и вырезом, отделанным бисером. Селеста была рада, что Симея не выбрала платье. Опекунша могла потребовать, чтобы девушка преподнесла себя сегодня в идеальном виде, но надевать платье для этого утра было бы уже чересчур. Кроме того, попытку побега, план которого все еще крутился у Селесты в голове, в платье будет осуществить довольно проблематично.

Несколько минут спустя Селеста шла по коридорам дворца, направляясь в вестибюль. Макена спешила рядом с ней, при каждом удобном случае поправляя один из локонов Селесты или снимая с ее блузки воображаемую ворсинку. Кучка монахинь, которые, казалось, за секунду до этого вели жаркую дискуссию, разом умолкла, едва девушки свернули в коридор. Селесте удалось услышать лишь несколько слов, сказанных быстрым шепотом:

– Так или иначе, против других жриц у нее нет абсолютно никаких шансов.

Женщины разглядывали Селесту: одни – неодобрительно, другие – с сомнением. Девушка быстро прошла мимо них с высоко поднятой головой. Жрица не хотела показать, что ей есть дело до того, что эти женщины обсуждают ее за спиной. Это продолжалось уже несколько недель. Где бы ни появлялась Селеста, о ней везде говорили, и сказанное не всегда носило дружелюбный характер, совсем наоборот. Селесту возмущало и оскорбляло то, что люди, которые были намного ниже по рангу, осмеливались высказывать суждения о ее личной жизни. Несколько недель назад, когда Селеста и Симея направлялись на кухню, они даже заметили, как три служанки заключали пари: кого выберет следующий король? Ни одна из девушек не ставила на нее, и Селеста не знала, воспринимать ли это как комплимент или же как оскорбление. Но в тот момент на кухне она потеряла дар речи. А Симея была вне себя от гнева. Это был один из тех немногих моментов, когда Селеста слышала, как ее опекунша кричит. Обычно Симея отличалась терпением и спокойствием, хотя и в решительности ей нельзя было отказать. Однако даже тогда, когда Симее приходилось кого-то упрекать, ее голос редко бывал резким. Но на тех девушек Симея его повысила. И сейчас Селеста поймала себя на мысли о том, что ей хочется, чтобы опекунша проделала то же самое и с этими женщинами, потому что у нее самой ни за что не хватило бы смелости их оборвать.

Прикосновение к руке заставило Селесту опустить взгляд. Макена сплела свои пальцы с пальцами подруги и ободряюще улыбнулась ей.

– Ты ведь знаешь, что они просто завидуют, правда? – В голосе горничной сквозила нежность, и Селеста попыталась кивнуть. – Знаешь, когда я слышу подобные разговоры о тебе, я молю Самайю, чтобы Избранный Илиаса выглядел настолько восхитительно, чтобы все они просто позеленели от зависти.

Из горла Селесты вырвался тихий смешок. Она была благодарна подруге за ее молитвы, однако они не соответствовали тому, чего желала сама Селеста. Она тоже молилась своей богине Самайе уже несчетное количество раз. Однако в своих молитвах Селеста больше взывала к тем вариантам развития событий, при которых сегодняшний день должен был не состояться. Но, как ей пришлось с сожалением констатировать, Самайя оставила ее мольбы без ответа.

– Как думаешь, может, Избранный будет из Самары? Я так на это надеюсь! Потому что просто не представляю, как вынесу те три дня, что мы будем добираться до столицы, чтобы увидеть его. – Макена снова прониклась восторгом от предстоящего грандиозного события и принялась радостно лепетать дальше. Селеста покачала головой, и на ее лице расплылась улыбка. И хотя девушка слушала подругу только вполуха, она то и дело кивала ее словам, завидуя неиссякаемому энтузиазму Макены. Хотелось бы ей испытывать хоть малую часть этих восторгов. Но в таком деликатном для нее деле это было просто невозможно.

Когда они миновали двери в большой зал, их уже ждала небольшая группа людей, в том числе Симея и несколько высокопоставленных сестер Ордена. При появлении Селесты сестры сделали небольшой реверанс, она же, в свою очередь, почтительно склонила голову. Симея подошла к своей подопечной, и они вместе покинули дворец Самары.

– Ты готова? – девушка взглянула на Симею, которая призывно смотрела на нее.

– А разве у меня есть выбор? – Селеста не смогла удержаться от иронической улыбки.

– Нет, – свой ответ Симея тоже сопроводила улыбкой, отчего Селеста закатила глаза.

У ворот их уже ждали два экипажа и группа солдат. Одна из карет была изготовлена из светлого дерева и украшена резьбой в виде облаков. Каждый из четырех флагов этого экипажа, по одному для каждого чада Божьего, был украшен золотым трискелионом. Три спирали, выходящие из одной центральной точки. Символ богов.

Селеста, нервничая, провела рукой по шее. Там с самого момента ее рождения тоже был запечатлен трискелион. Тонкие линии, слегка выделяющиеся на коже, были словно выжжены в ней. Знак того, что она призвана Богиней.

Селеста села в карету рядом с Симеей. Место напротив заняла Макена. Кроме них пользоваться этой каретой разрешалось только посланнику Самары, лорду Адриану. Сестры Ордена ехали во втором экипаже – простой почтовой карете, – и Селеста была рада, что избавилась от них. Хотя и ненадолго. Пятеро стражников на лошадях служили экипажам сопровождением.

Когда они покинули внутренний двор и проезжали по южному мосту, Селеста высунулась из окна кареты и оглянулась на свой дом.

Вид дворца Самары захватывал дух. Храм, располагающийся в его стенах, выглядел не менее потрясающе. Самарский дворец был построен на скалах, что возвышались посреди горного озера, которое, по истечении многих веков, становилось все глубже и глубже и поверхность которого уже была едва различима, если смотреть на водную гладь из окон дворцовых покоев. С материковой частью Самары он был связан множеством мостов. Сверху они выглядели как солнечные лучи. С вершин окрестных гор реки прокладывали себе путь вниз, в горное озеро. Отдельный источник брал свое начало в стенах дворца и в конечном итоге впадал в то же ущелье.

Красота этого зрелища каждый раз поражала Селесту. Она гордилась тем, что была жрицей святого храма, даже если это означало претендовать на роль одной из кандидаток в жены будущего короля страны.

Поездка на материк Самары прошла по большей части в молчании, и Селеста была рада, когда они наконец добрались до Главной площади. Дверца кареты отворилась, и стражник помог выйти сначала Симее, затем Селесте, а потом и Макене. Едва они приехали, уже начали раздаваться редкие ликующие вскрики, но, когда все вышли из карет, вокруг прибывших сразу собралась толпа, жаждущая приветствовать Селесту.

Вместе со своей свитой Селеста пересекла площадь, где находился и рынок. Вокруг царили шум и суета, и жрица на ходу любовалась товарами, выставленными на продажу в многочисленных лавках. Благородные ткани, искусно раскрашенный фарфор, ароматное мыло. Запах свежеиспеченного хлеба проникал в ее ноздри. Встречные люди, в свою очередь, любовались ее свитой. Многие из них протягивали к ней руки, и Селеста пожимала их, улыбалась и благословляла народ. Такой прием не был для нее в новинку: при посещении Селестой близлежащих городов ее встречали почти так же, но в Самаре это казалось чем-то особенным. Здесь была ее родина. Местные жители знали ее еще с тех пор, когда она была ребенком, и это придавало девушке чувство защищенности.

Во время путешествия она будет скучать по Самаре. Она не увидит своего дома почти три месяца. Для Селесты этот срок был слишком долог. До сих пор она покидала город самое большее на несколько дней. И она предпочла бы, чтобы так и оставалось.

Какая-то сгорбленная пожилая дама приблизилась к Селесте и опустилась перед ней на колени. Девушка взяла руки женщины в свои и снова подняла ее на ноги.

– Вы же знаете, мне не хочется, чтобы кто-то преклонялся передо мной.

Женщина улыбнулась, и вокруг ее глаз появились бесчисленные морщинки.

– Мне это известно, жрица, но я все равно хочу это сделать. Сегодня великий день для вас, и я молюсь, чтобы Самайя была рядом с вами и не оставила вас.

Селеста через силу ответила женщине улыбкой и в знак благодарности сжала ее руки.

– Я надеюсь на то же и для вас. Да защитит вас богиня. – Она распрощалась со старой дамой и присоединилась к Симее, взгляд которой блуждал по площади.

Чтобы достичь зенита, солнцу потребуется еще целый час. Значит, у Селесты оставалось немного времени до того, как Илиас призовет своего избранника и тем самым подарит Сириону нового короля.

– Дозволено ли мне будет прогуляться по рынку или же ты желаешь, чтобы я в течение часа изображала из себя статую?

– Я не против, чтобы ты здесь осмотрелась, но против того, что ты будешь гулять одна. – Симея взглянула на свою подопечную, и в ее голубых глазах сверкнул огонек. – Мы ведь не хотим, чтобы ты сбежала, а я через час, когда придет твое время выступать с речью в День Солнца, оказалась без жрицы, правда?

Ироническая усмешка мелькнула на губах Селесты.

– Смотря кого ты спрашиваешь. Хотя, я полагаю, что даже если не соглашусь с этим, мне все равно придется остаться с тобой.

Симея, взяв Селесту под руку, оперлась на нее.

– Как хорошо я тебя воспитала.

В ответ на это заявление Селеста, рассмеявшись, лишь закатила глаза.

– Возвращайся через час, ясно? – Она почувствовала, как пристальный взгляд Симеи остановился на ней, и кивнула. – Селеста, я надеюсь, ты знаешь, что сегодня тот день, ради которого ты была рождена. Все, что сейчас происходит, случается по определенной причине, и, пожалуйста, не забывай об этом. Независимо от того, кого через год выберет король, эта свадьба принесет стране процветание и мир.

Словно она была марионеткой и кто-то вдруг дернул за веревочку, Селеста снова подняла руку и коснулась шеи, ощутив пальцами трискелион. Конечно, она осознавала роль, которую ей предстояло сыграть, и задачу, которую должна была выполнить, но это не означало, что все, чего она хотела, – это просто подчиниться своей судьбе. Однако, к великому сожалению Селесты, Симея не разделяла ее взглядов.

– Как я могу забыть? Ты напоминаешь мне об этом почти каждый день.

Ласково приклонив голову к плечу Симеи, Селеста сжала руку опекунши, прежде чем оторваться от нее и направиться к ближайшему рыночному прилавку.

– Через час я вернусь.

С этими словами она повернулась и быстро сделала несколько шагов, чтобы исчезнуть из поля зрения Симеи. Селеста глубоко вздохнула от облегчения. Наконец-то она осталась одна. Ей удалось отойти на несколько метров от остальных сестер Ордена и избежать их любопытных вопросов и ненужных комментариев. С девушкой, из соображений безопасности, остались лишь двое стражников, которые скромно держались позади нее. Жрица плотнее закуталась в плащ и натянула на голову капюшон. Так она была защищена от посторонних глаз и могла спокойно осматриваться на рынке. Ее первой целью была лавка ювелира.

Селеста остановилась и принялась осматривать представленные здесь товары ювелирного искусства. Внимание девушки привлек золотой гребень для волос. Осторожно взяв в руки украшение, она осмотрела филигранную работу. Ручка гребешка была украшена золотыми цветами, аквамарином и розовым кварцем.

– Великолепный выбор. Этот гребень уникален, – зазвучал голос продавца. – Но, если позволите, жрица, к вашим рыжим волосам больше подойдут изумруды, рубины или сапфиры. – И старик одарил ее улыбкой. Все его лицо избороздили морщины, а в левом глазу был зажат монокль. – Если желаете, я с удовольствием покажу вам другие гребни. – Он наклонился, намереваясь порыться в одном из ящиков, что стояли под прилавком, но Селеста остановила его:

– Спасибо, но в этом нет необходимости. Этот гребень будет подарком. – И она нежно погладила цветы, украшавшие драгоценность.

– Как пожелаете, жрица. Та, кому он предназначается, наверняка очень обрадуется.

Улыбка расцвела на лице Селесты, и она согласно кивнула. Во всяком случае, она надеялась, что Лайла обрадуется гребню. В конце концов, голубой и розовый, цвета драгоценных камней на украшении, были ее любимыми цветами. Селеста заплатила за гребешок, продавец тщательно его упаковал и, поклонившись, попрощался с девушкой.

Селеста повернулась к одному из своих охранников и протянула ему пакет.

– Флинт, вы не могли бы отнести гребень в карету? Я не хотела бы держать его при себе.

Тот, к кому она обратилась, коротко кивнул Селесте, взял у нее сверток и поспешил к карете.

Селеста с нетерпением предвкушала, какое у Лайлы будет лицо, когда она увидит гребень. Лайла любила подарки не меньше, чем жрица любила пироги.

Погрузившись в размышления, Селеста не обращала внимания на то, куда идет, и тут же с кем-то столкнулась. Она уперлась лицом в чью-то жесткую спину и тихо выругалась. Девушка потирала ушибленный нос, когда человек повернулся к ней.

– Смотри, куда идешь! – Взгляд Селесты встретил пару холодных зеленых глаз. Их обладатель, молодой мужчина с темно-русыми волосами, смотрел на нее с пренебрежением и неодобрением. Ниалл, оставшийся дворцовый стражник, заметил инцидент и хотел броситься на помощь Селесте, но та только подняла руку, чтобы показать, что все в порядке. Ниалл остановился на некотором расстоянии, бросая на незнакомца подозрительные пристальные взгляды.

– Извини, я не обратила внимания.

Несмотря на уничижительный тон незнакомца, Селеста предпочла остаться дружелюбной и вежливой. Она не хотела никаких неприятностей – лишь немного тишины и покоя, чтобы мысленно подготовиться к своей речи на празднике. Молодой человек приподнял одну бровь, в то время как его губы сжались в жесткую линию.

– Используй свои глаза! Иначе зачем они тебе? – С этими словами он грубо оттолкнул ее и исчез в толпе. Селеста потрясенно потерла ноющее плечо, которое ушиб незнакомец.

– Все в порядке, жрица? – Стражник приблизился к девушке и осторожно положил руку ей на плечо. Селеста только кивнула, слабо улыбнулась мужчине и направилась дальше.

Как правило, люди выказывали ей уважение, чаще всего – даже привязанность, а иногда о Селесте говорили за ее спиной, – конечно, из зависти, – но никогда прежде она не встречалась с такой ожесточенной неприязнью.

Она в гневе сжала кулаки. Поведение этого парня заставило все внутри вскипеть.

Что представлял собой этот тип? Кем он себя возомнил? Даже если он не знал, кто она такая, – его поведение было неуместным по отношению к любой женщине.

Селеста тряхнула головой. Сейчас она не могла позволить себе отвлекаться. У нее было задание, и она хотела, чтобы Симея гордилась ею, да и, честно говоря, девушке самой хотелось гордиться собой.

Всю жизнь ее готовили к этому дню, и Селеста не позволит какому-то непочтительному нахалу все испортить. Она попыталась забыть о том, что еще сегодня утром помышляла о побеге…

Взгляд в небо подсказал ей, что солнце достигнет своего пика менее чем через час, и тогда наконец время придет.

Илиас, старший Бог Сириона, призовет своего сына, молодого мужчину из Сириона, который взойдет на трон и будет властвовать над страной.

В отличие от Селесты и других жриц, которые были избраны своими богинями сразу после рождения, Илиас не избирал своего сына, пока тот не станет мужчиной. Жизнь этого молодого человека изменится навсегда. Избранным Илиасом, Богом Солнца, мог стать каждый. Любой фермер, ремесленник или торговец. Достаток и происхождение не имели никакого значения.

Селеста подумала о короле Миро. Он, как и его покойная королева, был родом из прибрежной провинции Сирена на юге Сириона, а его родители были простыми рыбаками, как, впрочем, когда-то и он сам. Только дружба Миро с Нанами, Дочерью Моря и жрицей Сирены, отличала его от других. Затем он был призван и взошел на трон страны. Один-единственный день, одно-единственное решение имело силу изменить жизнь этого мужчины и его близких.

– Можем ли мы отдалиться от толпы, Ниалл? Мне нужно немного передохнуть. – Селеста умоляюще посмотрела на своего охранника, который тут же взял ее за локоть и мягко, но решительно повел в боковую улочку. Жрица села на ступеньку лестницы, ведущей к одному из домов, закрыла глаза и откинула голову назад, ловя солнечные лучи. С ее губ сорвался вздох облегчения. Внезапная тишина действовала успокаивающе. Многолюдье толпы, суета и жужжание голосов в конечном итоге были просто невыносимы.

– Когда мы должны вернуться? – Все так же подняв лицо навстречу солнечным лучам, она наслаждалась теплом солнца на своей коже. Затянувшееся молчание заставило ее нахмуриться. – Ниалл? – Селеста приоткрыла глаза – только для того, чтобы испуганно их распахнуть.

– Не думаю, что Ниалл тебе ответит.

В некотором отдалении, на земле, лежал Ниалл, ее охранник. По всей видимости, без сознания. На его лбу зияла рваная рана. Над ним, широко расставив ноги, стоял молодой человек с рыночной площади, который так непочтительно с ней обошелся. В руке он держал камень, который окрасился кровью ее телохранителя.

Селеста мгновенно очнулась от ступора. Она вскочила, увеличивая дистанцию между собой и мужчиной, надеясь, что находится на безопасном расстоянии от нападавшего.

– Что за дела, во имя богини? Ты убил его? – Она в ужасе уставилась на Ниалла, который все еще неподвижно лежал на земле.

– Не волнуйся, жрица, он в порядке. Через несколько минут, ну или часов он очнется с головной болью.

На лице незнакомца красовалась уверенная усмешка. Его темно-русые волосы были растрепаны, а зеленые глаза смотрели на нее так, как хищник смотрит на свою добычу. Селеста запаниковала. Ее ладони вспотели, а взгляд перебегал от незнакомца к Ниаллу и обратно. Нападавший был высок, не менее метра восьмидесяти ростом, и широк в плечах. И даже свободная светлая льняная рубашка, что была на нем, не могла скрыть того факта, что он был очень мускулист. Страх сковал конечности девушки, по шее и рукам поползли мурашки. Незнакомец, отбросив камень, сделал несколько шагов в ее сторону.

– А теперь, жрица, мы с тобой поговорим.

## Глава 2. Трискелион

### Селеста

– П-поговорим? Ты серьезно? – Голос Селесты звучал слегка истерично. – Ты бьешь моего охранника так, что он теряет сознание, и ждешь, что я буду с тобойразговаривать? Ты совсем спятил?

Наверное, было бы разумнее держать себя под контролем, но для этого было уже слишком поздно. Селеста была в панике, невероятно напугана, но в то же время безумно сердита.

– Поверь мне, жрица, я совершенно серьезен. – Голос незнакомца, не в пример ее, звучал спокойно. Спокойно и решительно. Глаза мужчины по-прежнему изучали девушку, и под этим пронизывающим взглядом Селеста почувствовала себя неуютно.

Что ему вообще было нужно от нее? Девушка сглотнула и вызывающе посмотрела на незнакомца.

– Почему, во имя Илиаса, я должна с тобой разговаривать? Что мешает мне позвать на помощь? Рыночная площадь полна стражников, которые находятся здесь исключительно ради моей защиты.

Она намеревалась сбить его с толку. Ей очень не хотелось начинать кричать и устраивать сцену именно в этот день. Если Симея узнает, что Селесте угрожали, она больше не спустит с нее глаз. Она никогда больше никуда не отпустит девушку без сопровождения. Будет наблюдать за ней и контролировать каждый ее шаг. Ничего хуже Селеста придумать не могла.

Незнакомец, однако, не выглядел впечатленным. Даже наоборот. Правый уголок его рта приподнялся, образовав небольшую складку.

– Твои стражники и в самом деле отлично справляются со своей задачей, – ответил он, бросив взгляд на Ниалла. – Может, тебе стоит подумать о том, чтобы найти более способных к защите сопровождающих. А заодно кого-то, кто будет понимать, почему тебе нельзя ходить под охраной одного-единственного стражника. Наверняка ведь при столь незначительном сопротивлении кому-то может прийти в голову идея ограбить или даже похитить жрицу.

Глубокий голос мужчины был полон сарказма. Незнакомец небрежно сделал еще несколько шагов в ее направлении и остановился. Он склонил голову набок и критически оглядел девушку. В том, как он смотрел на нее, не было ничего непристойного, его взгляд, скорее, был любопытным. Тем не менее Селеста почувствовала себя так, будто была скотиной, которую выбирали на рынке, и ее глаза сузились до щелочек.

– Мне всегда казалось, что жрицы должны быть выше. Ты такая крошечная.

Лицо Селесты на мгновение вытянулось. Мало того что этот хам угрожал ей, так теперь он принялся еще и издеваться над ней. Паника и страх были вмиг забыты. Единственным чувством, жарко струившимся по ее жилам, остался гнев.

– Чего ты хочешь от меня? – выдавила она сквозь сжатые зубы. Селеста изо всех сил старалась овладеть собой. Теперь девушка уже жалела, что была так вежлива с ним на рыночной площади. Ниалл должен был арестовать его уже там, тогда она не оказалась бы в этой ситуации.

Незнакомец, явно развлекаясь, рассматривал ее, и, пока он это делал, Селеста пыталась проникнуть в его ауру. Этот дар, полученный от богини Самайи, помогал жрице распознавать сущности и намерения людей.

Селеста не стала бы утверждать, что хорошо разбирается в людях, но благодаря своим способностям она воспринимала гораздо больше, чем другие видели глазами.

Жрица сосредоточилась на незнакомце, пытаясь мысленно прощупать его ауру, ощутить ее цвета.

И раздраженно нахмурилась. Как бы она ни старалась, ничего не выходило.

Раньше с ней такого не случалось. С детства жрица могла видеть ауры людей, которые отражались как буйство красок, пульсирующих вокруг ее визави. Поначалу Селеста не могла истолковать эти цвета, но теперь она знала о своеобразии значений каждого из них. На протяжении многих лет в них проявлялись все новые и новые, совершенно разнообразные человеческие чувства. Селесте пришлось научиться правильно истолковывать их многочисленные нюансы. Один оттенок зеленого цвета означал совершенно иное, нежели другой, и интенсивность цвета имела решающее значение для того, как следовало интерпретировать чувства и намерения собеседника. Но никогда еще в своей жизни Селеста не встречала того, чья аура оставалась бы для нее невидимой.

Селеста сглотнула. Что это значило? От неуверенности в ее душу снова закрался страх.

Тем временем незнакомец обошел ее вокруг, и девушка почувствовала себя так, словно была цирковым представлением.

– Чего я от тебя хочу? Разве это не очевидно?

Селеста чуть было не покачала головой, но вовремя сдержалась. Для нее было совершенно не очевидно, зачем он нейтрализовал ее стражника и чего теперь от нее хотел. Ее мысли путались, рисуя самые разные сцены. Лицо девушки озабоченно скривилось, и она принялась неуверенно теребить подол блузки. Незнакомец заметил волнение на ее лице, и его брови сдвинулись.

– О, не беспокойся,этого я делать не собираюсь точно. Я предпочитаю женщин, а не маленьких девочек.

Незнакомец снова оглядел ее с ног до головы. Селеста стиснула зубы. Он снова ее оскорбил. Он называл ее «маленькой девочкой». Через несколько месяцев Селесте исполнится восемнадцать. Ее больше нельзя называть маленькой девочкой. Тем более этому нахалу, который и сам едва ли старше двадцати лет.

Незнакомец прочистил горло.

– То, чего я от тебя хочу, находится в кошельке на твоем бедре. Они круглые, золотые, и, если мне не изменяет память, называются деньгами. У тебя их достаточно. Даже более чем достаточно, если верить тому, что говорят. – К концу фразы его голос стал еще ниже, чем был, и в нем отчетливо слышалось обвинение.

Селеста почувствовала себя неуютно. Во-первых, потому что его манеры были столь устрашающими, а во-вторых, потому что она не знала, что ответить на его требование.

Она без колебаний отдала бы ему свои деньги, если бы он не ударил Ниалла. Селеста ненавидела насилие как средство достижения своих целей.

И что теперь делать? Все в девушке сопротивлялось тому, чтобы отдать этому ублюдку то, чего он хотел. И это чувство было сильнее, чем беспокойство о том, на что этот незнакомец, возможно, был способен.

– Что ж, жрица, уметь делиться – это добродетель, которой тебе следует овладеть. Ты ведь должна заботиться о благополучии жителей этого города.

Селеста ненавидела то, как он с ней разговаривал. Девушка понимала: мужчина чувствовал свое превосходство над ней и не воспринимал ее всерьез. Жрица вызывающе вздернула подбородок, слишком гордая для того, чтобы ее унизил уличный воришка. Селеста собрала все свое мужество.

– Да что ты знаешь о жителях этого города, кроме того, как красть деньги из их карманов?