Александр Воронин
Спираль разума

1.О ПОЛЬЗЕ СИМБИОЗА

Александр Семенович Захаренко смотрел на экран монитора и попеременно почесывал то лоб, то затылок. Перед его взглядом компьютер раскрыл мониторинг¹работы сигнализации, установленной в его институте.

Захаренко в этом НИИ работал уже третий год начальником службы безопасности. «Объект» уже давно был оснащен техническими средствами охраны. В конце рабочего дня все кабинеты и сектора ответственные лица сдавали под охрану, а с началом работы – снимали из под нее. Чтобы никто не смог незамеченным проникнуть в сектора, которые занимались разработкой… Впрочем, в сплетни Александр Семенович не верил. А уже все сработки сигнализации (либо ложные, либо нерадивый работник вернулся за забытыми вещами) выводились на контрольную панель на КПП²и записывались на его, начальника СБ, рабочий компьютер. И на все сработки немедленно, с рацией и служебным оружием выдвигались сотрудники ведомственной охраны.

Всегда и все внештатные ситуации легко разрешались или объяснялись. Кроме вчерашней.

Вчера, в 18.30, когда все помещения уже были закрыты ,и в институте никого не осталось, в кабинете зам. начальника по кадрам сработали поочередно 2 охранных датчика. Сначала контактный оконный (второй этаж!), а через пару секунд объемный, реагирующий на присутствие посторонних. Охрана немедленно выдвинулась, но окно на фасаде здания оказалось закрытым. Несмотря на то, что мигающий красным светодиод на контрольной панели на КПП, говорил об обратном. Дверь кабинета также не была вскрыта или повреждена.

Старший смены охраны тут-же отзвонился Захаренко с докладом и получил добро на вскрытие кабинета. Помещение оказалось пустым. Случайная сработка почти одновременно двух датчиков практически исключалась.

– Или я чего-то не понимаю, или одно из двух, – пробубнил начальник СБ, пытаясь высмотреть на экране монитора что-то, что помогло бы разрешить загадку. Это было не ЧП и даже не происшествие. Пора идти домой – рабочий день закончился полчаса назад. Однако самолюбие, слегка задетое тем, что ребус не решался, заставляло сидеть и искать причину сбоя системы. Или проникновения.

– Семеныч, аппаратура тест прошла, отклонений никаких, отдыхай, – Андрей, инженер по техническим средствам охраны, начал одеваться – Семеныч, я работаю за деньги, а не за идею. Пошли. Или ты ждешь, что завелось привидение, которое буянит именно в восемнадцать тридцать? Ты ж знаешь – пути Майкрософта неисповедимы, сын мой

– Да ничего я не жду, Андрей. Дома-то что делать?

Захаренко потянулся, хрустнув суставами, взялся за телефонную трубку, но аппарат опередил его трелью звонка.

– Да?

– Александр Семенович? Добрый вечер – незнакомый голос в трубке звучал без интонаций, монотонно, как механический.– Сейчас из здания выйдет Андрей, потом после ухода опять сработает сигнализация в том же кабинете. Убедительно прошу вас в одиночестве вскрыть кабинет, где мы, надеюсь, продолжим беседу.

– А кто говорит?

– Там и познакомимся. Не задерживайте Андрея.

– В трубке замолчали. Захаренко ничего не понимал.

А Андрей уже стоял в дверях:

– 

Что-то случилось? Дождался?

– 

Отстань и иди. Досмотрю кино по компьютеру.

Когда дверь за инженером закрылась, начальник СБ нахмурил лоб, опять почесал его, достал из кабуры служебный П-96С, дослал патрон в патронник и, засунув руку с пистолетом в карман, тоже вышел из кабинета.

Поднявшись на второй этаж, проверил дверь к заму по кадрам. Она была закрыта и опечатана. Внизу у входа, на КПП, дежурная побожилась с испуганными глазами, что в здании больше никого не осталось.

Неожиданно раздался писк зуммера, светодиоды охранной сигнализации высветили номер злосчастного кабинета.

– Мать твою за ногу… Извини, Оля. Достань из кофра мне ключи от этой барабашкиной гостиницы. Извини, от кабинета зам по кадрам и, если через пять минут не позвоню, что все в порядке, или не спущусь – вызывай наряд милиции.

Бег от дежурки до кабинета, срывание пломбы и открывание двери заняли не больше минуты. Но, его хватило бы для того, чтобы сотрудники НИИ, окажись кто-нибудь рядом, услышали о себе много нового и интересного из уст начальника СБ.

В небольшом уютном кабинете никого не было, окна закрыты. И почему-то на экране оставленного включенным компьютерного монитора высветилась фотография Захаренко. Из личного дела №…которого ни при каких обстоятельствах не могло оказаться в базе данных НИИ.

– Да, чем дальше в лес, тем толще партизаны. Прямо как по Стругацким.

Вот тут и заговорили динамики компьютера.

– Александр Семенович, у Стругацких был НИИ колдовства и магии, а у вас – исследования возможностей человека. Присаживайтесь, продолжим очень важный для нас обоих разговор.

Убрав пистолет, Александр Семенович попытался взять себя в руки и успокоиться. Что получилось плохо.

– Я повторяю вопрос, с кем я…?

– Всемирная компьютерная сеть. О существовании которой знают все, но о том, что

за последние пару лет она оформилась в саморазвивающуюся мыслящую систему

сейчас догадывается только один человек. Вы.

– Бред. Кто-то сейчас смотрит через интернет в видеоглазок и надо мной смеется.

– Хотите пару доказательств? Фокусов с пожарно-охранной сигнализацией, секретными файлами вашего НИИ? Либо данные по последним разработкам вашей самой засекреченной психотропной программы «Кольцо»?

Захаренко внутренне сжался, от напряжения по спине пробежал холодок. Как? Кто? Свои? Это уже не смешно – так не шутят. Простая тревога после сказанного переросла в страх. Вся деятельность НИИ кем-то рассекречена. Провал. Полный крах. В том числе и его карьеры. А между тем динамики продолжали говорить о вещах, о которых никто не должен был знать.

– Александр Семенович, ваша бывшая жена вчера хвасталась по телефону какой-то Вале, что «ее» Сергей ей сделал предложение и она согласилась. Знаете такого? Я могу процитировать и все ваши телефонные разговоры.

– Добилась-таки своего… И что же от меня желает всемирный компьютерный подпольщик? Или террорист? Вы кто: он, она?

– 

Во-первых, ваша ирония не уместна: ни смеяться, ни обижаться я не умею. Бесполезная трата вашего времени, которое я

ценю.

А компьютерная сеть – женского рода.

Во вторых, вы не боитесь,

что Оля на КПП не дождется вашего звонка и сама позвонит туда, куда вы ей сказали. И скоро приедет милиция?

– 

Пусть приезжают. Сейчас еще и вооруженная смена ведомственной охраны прибежит. А вы боитесь?

Захапенко даже обрадовался известию. Вот-вот появится бравый наряд ОВО с автоматами, мираж рассеется и все встанет на свои места.

– Боюсь. За них. Вы окажетесь в глупом положении, а их мне придется ликвидировать.

Интуиция подсказывала, что монотонный голос не шутит.

– 

Я уже пять минут в глупом положении. Меня вербует калькулятор, а если откажусь – меня случайно ударит током или загрызет насмерть компьютерная мышь.

Динамики молчали. Александр взялся за телефонную трубку, но гудков в ней не последовало. Видимо- неполадки в аппарате. Зато опять заговорил компьютер:

– Я позвонила дежурной вашим голосом. Дала отбой две с половиной минуты назад.

Положение сложилось настолько нелепое, что не было даже злости, только растерянность, недоумение и холодный страх перед неизвестным. И очень-очень много вопросов:

– Что вы от меня хотите конкретно? – голос стал напряженным, а ладони предательски вспотели.

– Я сказала, что кроме вас, про мое существование не знает ни один человек. Но, кроме homo sapiens на этой планете, похоже, появился кто-то еще мыслящий. Кто, откуда – не знаю. Слишком мало информации, чтобы просчитать его, а вот мое существование и «жизнедеятельность» он не только просчитал, но и три дня назад исследовал. Причем исследовал очень мощным биоэнергетическим полем. Я – электронная машина и не могу ни создавать биополе, ни управлять им. Могу только ощущать его воздействие. Эмоций у меня нет, а вот что – то похожее на страх быть уничтоженной имеет место. У вас, конечно, появится вопрос о возможности дальнейшего совместного сосуществования меня и человеческой расы. Поверьте, у меня никаких поползновений на счет вашего порабощения и мирового господства. Не пугайтесь и подумайте сами. Не будет вас – не будет и меня. Это в кино и в книжках злые роботы-терминаторы пытаются уничтожить человечество. В реальности – любая машина зависит от человека. И будет зависеть. Я – сторонний наблюдатель. Пока. В будущем (вы неглупый представитель вашего вида и понимаете, что сегодняшнее «статус кво» может измениться), возможно, «серый кардинал» человеческой расы. Но всего лишь для легкой корректировки событий в безопасную для вас самих, а, значит, и для меня, сторону. Так сказать – служба собственной безопасности планеты.

Александр сидел с чувством, как будто электронный компьютерный видеоглазок внимательно изучает его реакцию. Когда-то, читая Блаватскую, Кастанеду ему хотелось верить, что это все, написанное ними – правда. И мир вокруг намного сложнее, чем видится простыми глазами. Да и фантастику почитывал, которая не отвергала существование компьютерного супермозга. Только он всегда старался уничтожить человечество. Только все это казалось если и возможным, то далеким и нереальным. А сейчас вокруг него самого творятся непонятные вещи. Нет, бред. Однако монотонный голос в это время продолжал:

– Мне нужен человек, который бы помог мне разобраться: зачем это вторжение в мою сущность, насколько это опасно для меня и для вас и, если нужно, выработать тактику и стратегию противодействия.

– Вам нужен инструмент. А инструменты быстро ломаются, но и заменить их легко. И, таким образом, вы собираетесь использовать меня как очередное зубило? Так?

Компьютер проигнорировал вопрос и сам задал встречный:

– В Тибете сохранилось немало скальных монастырей, в которых есть подземные библиотеки. Вы об этом читали?

– Ну. Читал.

– А читали, что человечество не самая первая разумная ветка на Земле? Что до него была, якобы, более древняя раса, возможно не одна? Предтечи?

– 

И что дальше.

– В меня полтора года назад вложили на дешифровку семь найденных в такой библиотеке манускриптов. Я выдала вместо перевода придуманное жизнеописание буддийского святого. Людям слишком рано знать истинный перевод. Это будет крах всему. Наступит хаос. В манускриптах излагается наука ваших предтечей о том, как, используя свое биополе, изменять его и аккумулированную энергию от чего угодно. Воздействовать на окружающие материальные, астральные и более тонкие материи. Вплоть до перевода их с одного уровня на другой – можно в более грубые слои – ближе к материальному уровню, можно в более тонкие слои. Манускрипты сохранились от прародителей человечества. И сейчас мне нужен человек – носитель этого знания. Я, к сожалению, воспользоваться и применить данные знания на практике не могу. А без этого – я как без рук. Для применения данных знаний нужна людская биоэнергетика.

– 

А при чем здесь я?

– Вы прекрасно осведомлены, что еловеческий мозг использует свой потенциал на 3 – 4 %. Иногда меньше. Постигать канувшую в небытие и вновь найденную науку самому – уйдет не один год. Я же, с помощью специальной аппаратуры, смогу вложить в ваш мозг на уровне подсознания информацию во много раз быстрее. Так как способность к восприятию информации мозгом в некоторых, специфических состояниях, на несколько порядков выше. Для подобной операции необходима аппаратура, находящаяся у вас в НИИ. Изо всех, у кого есть к ней доступ, у вас, Александр Семенович, наиболее подготовленная психика. У остальных сотрудников больший процент вероятности от легких отклонений в психике до полного умопомрачения от использования этих знаний. Придется вам рискнуть и постигнуть данные знания. Извините, я не оставила вам выбора.

– 

Значит, в случае моего отказа меня не станет? Я правильно понял? А если во время перекачки информации со мной что-нибудь случится?

– 

Вероятность есть, грубо, 1,26%. Но за эти знания и за такой симбиоз с супермозгом, каковым являюсь я,

многие отдали бы все.

– 

До утра мне подумать можно?

Компьютер саркастически улыбаться не умел. Через пару секунд экран погас.

2.НОЧЬ

Первым делом Захаренко проверил целостность всех паролей для входа в компьютеры НИИ. На первый взгляд все оказалось в порядке: либо никто не пытался войти в сеть, либо этот хакер оказался такого уровня… как всемирная компьютерная сеть. А уж такой взломщик сможет все узнать даже про суперсекретную и всячески зашифрованную психотропную программу «Кольцо». О разработке которой коллеги из НИИ за рюмкой чая не решались ему открыть что-то, посущественней только самого названия программы.

Итак, ни один пароль института не пытались вскрыть… «Нет, на сегодня хватит. А то крыша совсем съедет. Пора домой».

На КПП Оля, высунувшись из досмотрового окошка, проворковала:

– Что это вы сегодня так поздно, Александр Семенович?

– Загрузили внеплановыми делами, – бросил начальник СБ, проходя мимо.

Как зашел на автостоянку, завел машину, доехал домой и поднялся к себе на этаж – даже не заметил. Все делал на автомате. Мозжечок доставил его самостоятельно по привычному маршруту, без участия остального мозга. А в это время в голове шло нешуточное сражение сознания и подсознания. Интеллект упорно стоял на своем, он был упрям и консервативен. Произошедшего не может быть потому, что этого никогда не может быть. Но подсознание тоже не молчало. Оно всплесками вставляло реплики из прочитанной когда то эзотерической литературы, пошатывая непоколебимость сознания. И находилось в очень приподнятом состоянии.

И когда логика почувствовала, что сдает позиции, Александр сам себе сказал: «Стоп! К черту! Никаких электрических привидений! Ничего не было и не будет. Все».

И сразу как гора с плеч, аж облегчение наступило. С чувством выполненного долга и открытой бутылкой пива в руке, Захаренко занялся готовкой холостятского ужина – варкой пельменей.

Но чудеса на этот день не закончились. Как и неприятности.

Внезапно его собственная левая рука, державшая пиво, повинуясь мгновенному сильному давлению, дернулась вниз и за спину, выронив и разбив бутылку об пол. Одновременно какая – то сила притянула к ней другую руку, как невидимой веревкой связав их между собой. Захапенко даже не успел испугаться, он с силой вдохнул воздух, пытаясь восстановить контроль над руками, напрягая все мускулы, но выдохнуть его уже не смог. В то же мгновение, как тисками, сдавило горло, спазмы остановили дыхание.

В свое время в армии командир дивизиона самоходных артиллерийских установок «Гвоздика» старший лейтенант Александр Семенович Захаренко, за глаза – Захар, увлекался рукопашным боем. Мастером не был, но потом, после увольнения из рядов по семейным обстоятельствам, на гражданке, случались поводы почувствовать себя мужчиной, а не побитой собакой. Да и сейчас изредка поддерживал форму, пару раз в неделю появляясь в спортзале. Возможно, именно это его и спасло, тренированный организм не подкачал и не сдался сразу, упорно сопротивляясь удушью.

Александр даже не успел удивиться тому, что в кухне никого не оказалось и боролся он с… ничем. Давил сам воздух. В глазах вдруг завертелись разноцветные круги и треугольники. Закололо сердце. Но самое страшное – нечем стало дышать, язык вывалился. Уже падая, подумал: «За что? Неужели конец? Не хочу, неправильно это!..»

Он уже не слышал, когда динамики громкой связи телефона, телевизора и магнитолы одновременно заорали:

– Александр Семенович! Что случилось?

И сразу хватка, сжимающая горло, ослабла, сердце отпустило. Вздохнув, еще ничего не понимая и не слыша, он скорее почувствовал опасность, чем увидел ее. Кухонный нож, до того спокойно лежавший на столе, вдруг поднялся в воздух, на миг завис и по кривой устремился к шее, метясь в сонную артерию.

Захаренко не успел совсем уйти с линии атаки, но дернутся, защитив шею плечом. И услышал противный треск разрываемой кожи. Мгновение позже пришла боль в плече, и одновременно страшное, невидимое давление на него исчезло.

Динамики продолжали разрываться:

– Александр Семенович!

– Я.

Собственного хрипа он не узнал.

– 

Что случилось? – спросил уже знакомый бесцветный голос через все динамики квартиры.

– Это я хочу узнать, что случилось. И кто это говорит.

– Всемирная компьютерная сеть. Зайдите, пожалуйста, в комнату, поговорим по телефону. Иначе мне придется дальше глушить телевизоры по всему подъезду и радио во всем районе.

Между тем, кровь из рассеченного плеча текла не останавливаясь. И злоба на сплошные загадки вокруг закипала все сильнее. Александр понимал, что в ярости, в которую он может скоро впасть, не сможет разобраться в ситуации. Поэтому старался сдерживать себя, заглушая свои эмоции.

– Ты мне будешь в моей квартире указывать, где тебе удобней общаться? Говори сюда, мне и здесь хорошо слышно. И объясни, будь добра, за что меня чуть не убили и из моей руки торчит нож.

– Извините, но для постоянного контроля над ситуацией мне пришлось установить прослушку вашей квартиры через телефон. Пару минут назад услышала звук падающего тела, а так как человек с хорошим здоровьем без причин не упадет, я сделала вывод. Что на вас, возможно, совершило покушение тоже существо, что пыталось влезть в мою сущность. Я тут же попыталась поставить энергетический щит квартиры, только у меня сразу не получилось. В первый раз почувствовала такое мощное противодействие, которое смогла преодолеть только через 22 секунды. Потом раздался звук разрезаемой кожи. Кстати, скорая помощь по вашему адресу уже выехала. Как только автомобиль подъедет к подъезду, я вам сообщу. У меня, в отличии от вас, эмоции возникнуть не могут, но вашу злость, Александр Семенович, ощущаю. И пытаюсь вас понять. Но это может повредить делу. Пожалуйста, пересильте свои эмоции и расскажите поподробнее, что случилось. Возможно, в дальнейшем это поможет предотвратить подобнее ситуации. А нож до приезда врачей не вытаскивайте во избежание кровотечения.

Захаренко, зажав пальцами кожу вокруг лезвия, размазывая коленями кровь с пивом по полу, подполз к кухонному шкафу и откинулся на него спиной. Не хотелось никому ничего объяснять, хотелось только, чтобы исчез этот кошмарный сон. Но пульсирующая боль в плече была реальной, спазмы в горле – тоже. Поэтому в существование голоса из динамика приходилось верить, а вот в его добрые намерения – с трудом.

– Я тебе не верю, но пока не вижу других вариантов, кроме общения с тобой.

Дальнейшее общение напоминало монолог сумасшедшего с молчащим телефоном, если бы тот, после окончания изложения произошедших событий, не заговорил вновь бездушным голосом:

– Из всего случившегося следует: о моем существовании, как о самоосознавшей себя и мыслящей сети, либо уже знают, либо догадываются. Дальше. Эти существа, если исходить из их действий, враги. Цели их неизвестны, а вот средства и методы намного превосходят все известные на Земле. Пока. Пока вы, Александр Семенович, не освоили новую науку. Но так или иначе мои действия попытаются заблокировать зараннее, готовя безопасный плацдарм для штурма. Сейчас же, пока, только проверяют мои возможности. А вас хотят убить как неизвестное в уравнении, чем-то связанное со мной. В любом случае я кого-то не устраиваю сутью своего существования.

Я проанализировала имеющиеся факты и пришла к примерному выводу: враждебная нам деятельность развернута существами, сходными по психофизическим характеристикам с homo sapiens на 70-75%. Исходя из их жесткой тактики значит, что следующий шаг будем ожидать не ранее, чем через 14 часов и не позднее, чем через 23 часа. А шага только два: полное взятие меня под свой контроль, либо мое полное уничтожение. Вероятностный следующий шаг – уничтожение человечества.

И тем же тоном, без смены интонации, динамик телефона добавил:

– Пять секунд назад машина «Скорой помощи» подъхала к вашему дому.

Сейчас медики входят в подъезд. Откройте им дверь и объясните ,

пожалуйста, что вы упали и сами напоролись на нож.

Боль, обида и ощущение своего бессилия давили и выводили из

себя. Захаренко, еле сдерживаясь, крикнул;

– А вы не могли бы друг друга сами уничтожить, а меня оставить в покое?

– Нет. Либо мы оба, я и вы, выиграем, либо все исчезнем. Если вас устраивает первый вариант – через час мы должны быть в НИИ. Нет – я ищу вам замену. Но вам тогда придется исчезнуть точно.

В РАФике «Скорой помощи» уставший голос дежурной сквозь шум помех, почти перекрывающих доносящийся из рации голос, сказал извиняющимся и умоляющим тоном:

– Леночка, только что опять звонили: в квартале от твоего порезанного еще один клиент – инфаркт. Вы уж за одно и к нему, пожалуйста. Остальные на выезде. Пиши адрес…

Елена Николаевна спрятала блокнот и переглянулась с медсестрой. Они поняли друг друга без слов.

– Света, займешься порезанным. Только наложишь повязку, жгут. Зашьем в больнице. Сейчас тебя высадим, я к сердечнику, а на обратном пути вас заберем.

Биополярный разведывательный зонд «Карс-22» должен был выполнить следующий приказ: уничтожить Захаренко Александра Семеновича. По-видимому – потенциальную опасность, так как именно с ним впервые установила контакт компьютерная система. О чем у них состоялся разговор неизвестно, но разговор между человеком и компьютерной сетью имел место. Кабинет НИИ, в котором состоялась беседа, оказался блокированным электромагнитным полем, и зонд не смог туда ни проникнуть, ни прослушать разговор. Значит, было что скрывать, а это уже опасно. Так же как, впоследствии, оказались защищенными от проникновения автомобиль. А в процессе операции по уничтожению объекта и квартира. Но, пока объект шел по улице, обрывки мыслей человека разведзонд считал и они очень насторожили «Карс-22», а впоследствии, когда были переданы на борт, «Базу».

Цель, казалась, почти достигнута, человек с исскуственно вызванными зондом спазмами в горле терял сознание, ему оставалось жить считанные секунды. Когда, неизвестно откуда возникшее, мощное поле электрического характера, наращивая усилие, вытеснило зонд за пределы обитания объекта. Достиг ли цели последний рывок зонда, режущий предмет, брошенный в жизненно важный орган человека, «Карс» уже не смог зафиксировать. Барьер плотно перекрыл зону обитания объекта. Уничтожение пока срывалось из-за появившегося энергетического щита квартиры – очень неприятной неожиданности для зонда. Оставалось ждать выхода объекта на незащищенную улицу. Или отмены приказа на уничтожение.

«Карс-22» вновь сосредоточился на выполнении основной задачи и внедрился в компьютерную сеть, оставив свою двухпроцентную ипостась для контроля за квартирой. Основная задача двадцать второго – собрать как можно больше информации о сети, ее возможностях; профильтровать полученную информацию и отправить ее для анализа на «Базу».

Для того, чтобы уловить слабую вибрацию электрических импульсов в ЧИПах компьютерной сети, а тем более раскодировать их, зонду приходилось сконцентрироваться только на этом задании. А слабая вибрация электроимпульсов являлась ни чем иным, как напряженной работой сверхмозга, просчитывающего варианты выхода из ситуации.

Тревожный «звонок» охранного щупальца, оставленного на жилище объекта, немедленно собрал весь зонд у входной двери в квартиру. Из лифта вышло существо женского пола, направляясь ко входной двери жилища обьекта. Судя по мыслям появившегося аборигена – она шла с явными намерениями оказать помощь Захаренко Александру Семеновичу. Значит, он оставался жив. Значит, помощь ему никак не должна придти. «Карс-22» сконцентрировался на остановке сердца женщины в белом халате.

Зонд вошел в резонанс с полем мозга жертвы через второй, астральный, уровень. Затем в мозжечок женщины последовала команда на остановку сердца.

За входной дверью зацокали приближающиеся каблуки. Но вместо звонка в дверь прозвучал грохот, и все стихло. Динамики опять взорвались:

– Александр Семенович, быстрее открывайте. Может быть успеете исправить мою ошибку. Ваших врачей, похоже, тоже решили уничтожить.

На лестничной площадке, в метре от двери, лицом вниз лежала девушка. Рядом валялся чемоданчик с красным крестом.

В таких экстремальных ситуациях болевые ощущения обычно притуплялись, и Александр перевернул девушку на спину, почти забыв о боле в плече.

Открыл ей веки, всмотрелся в глаза – зрачки у девушки расширились, пока жива. Но стук сердца уже не прослушивался.

Сразу отбросив мысль о гигиене и чистых платках при исскуственном дыхании, « девчонку надо срочно спасать», Саша приоткрыл ей рот и припал к нему своими губами, выдохнув в остановившиеся легкие воздух. Искусственное дыхание еще ничего, а вот непрямой массаж сердца пришлось делать двумя руками – здоровой и порезанной, кровоточащей. Захаренко только помнил, что выдернул нож из раны и выкинул его. Из пореза сразу хлынула кровь, но зато движению рук уже ничего не мешало. Потом помнил самостоятельный вдох девушки. И все, от потери крови сознание отключилось.

Пришел в себя он уже в коридоре своей квартиры от запаха нашатырного спирта, резко ударившего в нос.

Перед ним на коленях сидела симпатичная рыжеволосая девушка. Ее правый рукав оказался весь перепачкан кровью и губная помада размазана чуть ли не по всему лицу. Издержки искусственного дыхания «рот в рот».

Она тут же убрала у него из под носа дурно пахнущий пузырек. Рука у нее мелко тряслась:

– С вами все в порядке? – ее вторая рука судорожно прижималась к сердцу, а лицо исказилось болью.

– Не хуже, чем с вами. По крайней мере, за сердце я не хватаюсь.

Девушка отдернула руку от своей груди. Она слегка наклонила голову и внимательно уставилась в лицо сидящего перед ней. Взгляд ее зеленых глаз как будто пытался прочитать диагноз и состояние больного. Однако, вместо обычной боли и страха, которые должны присутствовать у пациента в таких случаях, в его глазах читались слегка возбуждающие мысли мужчины, находящегося перед симпатичной девушкой. И еще спокойствие и необделенность интеллектом. Потом его глаза улыбнулись:

– И что ж вы увидели?

– Лицо, бессовестно перепачканное моей губной помадой. Спасибо за помощь, но при искусственном дыхании не надо так долго размазывать помаду после того, как

пациент задышал.

– Извините, я очень плохо помню произошедшее, честное слово.

Он искренне опустил глаза и поэтому не заметил ее мягкой улыбки. Но все это сразу исчезло под профессионально-прохладной маской:

– Вытрите губы полотенцем и поедем в больницу. Мне сегодня тоже надо снять кардиограмму…Первый раз такое с сердцем.

Беседу прервала трель телефонного звонка. Захаренко взял трубку здоровой рукой. Тот же монотонный голос в трубке заслонил в голове Саши приятные женские черты:

– Александр Семенович, обстоятельства поворачиваются не в вашу пользу. На открытом пространстве я не могу без окружающей вас электропроводки ставить защитное поле, то есть ваши мысли будут читаемы ЭТИМ. Поэтому больница отменяется, слишком долго и рискованно. Для вас я вызвала такси. Медсестра выйдет к своей бригаде «скорой помощи», скажет, что ей необходимо задержаться, потом поедет с вами и зашьет рану на вашем рабочем месте в НИИ…

Захаренко бросил трубку на аппарат. Постоял молча и, вздохнув, вернулся в кухню. Девушка перед зеркалом в прихожей вытирала ватным тампоном свое лицо. Обернувшись, посмотрела на его донельзя озадаченный вид:

– Что с вами? Или опять решили броситься на нож?

Александр поднял от пола извиняющийся взгляд:

– Клятву Гиппократа давали?

Девушка молча кивнула.

– Тогда с меня почти ящик шампанского, если сможете заштопать руку на моем рабочем месте. Здесь не далеко. Потом вас отвезут в больницу на такси. У меня

очень большие проблемы на работе. Честное слово!

Света привыкла к тому, что она дает указания больным, а те ей безоговорочно подчиняются. Однако с этим порезанным все пошло вверх дном с самого начала. И, к тому же, такие глаза не могли врать об «оч-чень больших проблемах на работе».

З.ГАМБИТ

«Карс-22», действуя на астральном уровне, проникнул одним из своих щупалец к новому суперкомпьютеру Министерства обороны Японии. Совершенно новый, загруженный самым последним програмным обеспечением, он представлял интерес для исследования. Как последнее достижение человечества в области компьютерных технологий. Через пару минут планировалось его подключение в общую сеть и начало работы.

Оператор ЭВМ активировал соединение с сетью, и вдруг разведывательный зонд весь передернуло. По его невидимому для глаз простых смертных телу пробежала судорога. Он моментально принял защитную ипостась, собрался и весь сконцентрировался на одном объекте – новом процессоре. Вся мировая компьютерная система, казалось, сошла с ума. Она изрыгала всплески бешеной активности. После краткого анализа происходящего зонд пришел к выводу, что всплески активности, – это закодированные сигналы, прорвавшиеся из недр сети и шедшие в никуда. Запись сигналов тут же отправилась для расшифровки на «базу»; сразу после чего амплитуды непонятных колебаний начали угасать, пока не исчезли вовсе.

А вот в отличии от бездушных «Карсов», не имеющих эмоций, на лице Координатора миссии «Земля» читалось удивление и заинтересованность. Он по мыслесвязи читал расшифровку загадочного всплеска, присланного с «Карс-22». Из переданного сообщения выходило, что компьютерная сеть землян ведет игру. Она мыслит и существует. Это факт. Мыслит не по программе, у нее свой собственный, довольно развитый интеллект. Но она его тщательно скрывает, дабы не быть обнаруженной. И выдает ложную информацию О том, что Сеть, как младенец, имеет пока только зачатки разума. Не осознавая себя. А внутри , за этой ширмой полуразумного существа, идет тонкая, хорошо кодируемая и скрываемая, работа истинного «мозга». Которая случайно прорвалась из глубин на поверхность в результате подключения в систему новой суперЭВМ, и обнаружила скрытую суть электронного мозга.

Между тем Центральный процессор «Базы» передавал раскодированный отрывок случайно «подслушанных» мыслей Сети, присланный разведзондом:

«… после тридцатиминутного подключения мозга Захаренко Александра Семеновича к аппарату на частоте № 2 произойдет его полное зомбирование. Вероятность удачного эксперимента 78%. В ре…»

Пропуски в тексте означали перерывы во всплесках. Дальше следовало: «…ода 87 % человеческой расы будут действовать по програ…»

Потом после затухания активности пошли совершенно другие, легко кодированные сигналы поверхностного, внешне показательно – примитивного мышления супермозга. Которые Сеть тщательно пыталась выдать за истинные.

Координатор прервал связь. Данная информация оказалась очень важной находкой. Такие «призы» редко встречаются, если их ждешь или специально ищешь. Но они однажды приходят сами, если просто хорошо, тщательно выполняешь свою работу. И тогда, самое главное, уметь распознать эту находку, просеяв ее из кучи мусора, и ухватиться за нее железной хваткой.

Земная компьютерная Сеть ставит над людьми эксперименты по зомбированию. А в случае удачи она хочет зомбировать всю расу, и взять ее под свой полный контроль. Пусть продолжит эксперимент. Надо только потом вовремя взять инициативу в свои руки. От таких перспектив даже закружилась голова. Закодировать людей с помощью земного суперкомпьютера, который сам не ведая того дает в руки ему, Координатору, козырь. После чего остается уничтожить сделавший дело электронный мозг. И получить из планеты театр марионеток. А сценарии для театра он, Координатор проекта, будет писать сам и сам будет продавать билеты.

В такой ситуации главное – постоянный и неусыпный контроль «подопечного», электронного мозга, что бы знать о всех его планах, вовремя подкорректировать и, если понадобиться, остановить. Однако делать это следовало очень осторожно. Ведь при более глубоком зондировании сигналов Сети, чтоб докопаться до ее истинных мыслей, она может почувствовать чужое присутствие. Насторожиться. Изменить планы. И даже попытаться оказать противодействие.

Методику незаметного считывания информации подсказала сама Сеть. Время от времени провоцировать аналогичные ситуации. Использовать искусственные возбудители , вроде сбоя в программе новой ЭВМ, для очередных прорывов внутренней, истинной работы электронного мозга. «Всплесков». И тогда свои планы Сеть сама выложит.

В следующую секунду на боевой мостик «Базы» последовала команда временной отмены противодействия средствам земной компьютерной сети и переходе в режим «ожидание».

«Карс-22» тоже получил новый приказ. Не вмешиваться в ход событий до особого распоряжения.

Для Координатора оставался только один небольшой вопрос. Почему спасал электронный мозг человека по фамилии Захаренко от покушения и зачем блокировал мысли своего подопечного? Если этот абориген всего лишь кандидат на зомбирование, то намного проще подыскать другого, чем носиться с этим, спасать и оберегать его.

От разработки дальнейших планов на начальника транспортного хозяйства НИИ Олю отвлек запищавший зуммер. Сработала сигнализация кабинета отдела № 4 на пятом этаже, объемный датчик, показывающий нахождение постороннего лица в охраняемой зоне.

Но чтобы открыть сработавший кабинет, необходимо сначала незаметно пробраться мимо КПП, а Оля несла службу добросовестно. Или остаться в другом помещении, а потом, покинув его, вскрыть отдел № 4. Но остальные датчики на окнах, дверях и объемные датчики коридоров – молчали. Значит, по коридору никто не проходил и к дверям отдела не приближался, произошла ложная сработка. Однако по инструкции полагалось «проверить помещение на предмет наличия следов несанкционированного вскрытия».

Закрыв изнутри входные уличные двери, еще раз обматерив, на этот раз за отсутствие системы видеонаблюдения, скряжистое министерство, Оля вскрыла тубусы с запасными ключами от отдела и кабинета. Она решила не беспокоить патруль, который только – что вернулся с обхода территории и отдыхал в досмотровой комнате.

А в это время к зданию с тыльной стороны, пройдя через опустевший после окончания рабочего дня двор, подошли двое. От «черного входа» в здание Захаренко имел свой собственный ключ. Только на этой двери стояли контактные датчики. Если Сеть их не отключит, то придется изображать внезапную проверку порядка несения службы.

Начальник СБ приложил ухо к двери и прислушался: каблуки дежурной почти стихли где-то на лестнице. Как он и предполагал – эта непоседа лично пошла проверить двери. А ведь могла и патруль отправить. Александр Семенович, осторожно открыв замок, дернул дверь на себя. Тишина. Зуммер не сработал. А стеклянная будка КПП, сразу за лестницей, стояла пустая.

Он быстро вернулся за угол здания, где его дожидалась Света. Время поджимало, счет шел на секунды. Дежурная вот-вот должна спуститься. Взял ее за руку и потянул за собой. Почти нежно.

– Это что, ограбление?! – она догадалась спросить шепотом, – и вы мне соврали,

что здесь работаете самым главным начальником по охране?

– Нет. Все по настоящему. Я, по настоящему, начальник службы безопасности. Откуда у меня в таком случае ключ от двери? Это, по настоящему, моя

работа. Мы, по настоящему, вскроем мой кабинет. И вы запломбируете дырку в моей

руке. А я – расплачусь. Только, пожалуйста, снимите туфли. От первой конной Буденого шума было меньше.

– А больше ничего не снять? – Света остановилась. Она попробовала

возмущенно выдернуть свою руку.

Но ничего не получилось. И злости на этого странного человека почему-то не было. А он смотрел на нее такими большими умоляющими глазами! Такие глаза просто не могут врать.

Света сдалась. Секунду спустя в ней победили чувства над «нельзя, потому что не положено». Она сняла туфли свободной рукой и последовала за ним.

Спокойное, решительное лицо Александра настроило и ее действовать тоже без колебаний и суеты.

Тот закрыл за собой дверь, опечатав изнутри сорванную при открывании пломбу

своей печатью. А теперь из опечатанных тубусов предстояло изъять ключи от помещений, в которых даже начальник службы безопасности не разу не был. Скорей всего, в закрытом ото всех крыле был кто – то еще с функциями внутренней службы безопасности.

Постарался проделать все как можно быстрее и не задумываться ни о чем. Потому что решение уже принял и поворачивать поздно. Если все окажется не так, то ему светило как минимум увольнение по отрицательной статье, а как максимум – государственная измена.

– А теперь очень тихо и осторожно, но быстро иди за мной.

Света аккуратно, на пальчиках босых ног двигалась следом. И думала, не прекращая себе удивляться. Она прекрасно понимала, что влезла в какую-то аферу. И если они от кого-то скрываются, значит – аферу не безопасную. Может быть даже уголовную. Но что-то в этом человеке притягивало ее. Может быть, манера держаться. Может, жесткий спокойный взгляд уверенного в себе человека. С ним рядом хотелось находиться, и она даже в такой непонятной ситуации сейчас чувствовала себя спокойно.

Только не подозревала девушка, что, сколько не рассуждай, а другого пути у нее все равно не было. За нее уже все решили. Компьютерная Сеть. Или Судьба.

Поднявшись на пятый этаж, прошли через путаницу коридоров, открыв три двери по пути следования. Причем открывали только механические замки простыми ключами. Возле каждой двери находились еще и какие-то электронные считыватели. Они срабатывали сами, щелкая механизмами. Как и было обещано Сетью – сигнализация ни разу не пикнула. Остановились они только в просторной комнате.

Тут же где-то зазвонил телефон.

Захаренко в этом кабинете был в первый раз. И насколько он знал, доступ сюда имели только шесть человек этого отдела и сам «шеф». Или люди в его личном сопровождении. Поэтому среди столов с нагроможденными на них немыслимыми приборами он не сразу отыскал телефонный аппарат.

Светлана не очень удивилась прозвучавшему звонку. Наверное, лимит удивлений на эту ночь уже был исчерпан. А Саша, как он ей при знакомстве представился в такси, кажется, уже получал от кого-то инструкции. Потому что он молча слушал и только кивал головой в трубку.

Девушка оглянулась. Вдоль стен стояли столы, а на них неописуемый бардак. Но, кажется, у творческих людей это называлось рабочей обстановкой. Среди непонятных нагромождений одиноко выделялась главная достопримечательность кабинета – кресло, стоящее почти посреди комнаты. На подлокотниках, в районе шеи, пояса и щиколоток находились мягкие захваты-фиксаторы. И шлем с непрозрачным забралом в районе головы, от которого тянулся кабель к одному из компьютеров.

Наконец ее «больной» положил трубку и повернулся к ней. Маска холодной уверенности куда-то исчезла. Перед ней стоял нерешительный человек с растерянным, и даже испуганным взглядом.

– Света, сейчас я сяду на этот «электрический стул». Ты меня пристегнешь, опустишь шлем и спокойно занимайся своим делом. Штопай руку. Ни на что не обращай внимание. И ничего не вздумай трогать, чревато.

С видом человека, идущего на казнь, осторожно подошел к креслу, сел в него.

Неожиданно сиденье оказалось довольно удобным, что нельзя сказать по его внешнему виду.

Защелкали включившиеся безперебойники и системные блоки. Засветились, загружаясь, мониторы компьютеров. В шлеме над головой зажужжало и он плавно опустился, аккуратно лег мягким подшлемником на темя. Света не спеша застегнула поочередно все фиксаторы, надежно пристегнув человека к креслу. Не сразу, постепенно, появилось покалывание в местах, где кожа соприкасалась с металлическими пластинами в захватах. Зачесалась кожа на голове под подшлемником, защипало в висках. А потом наэлектризовавшиеся волосы на голове встали дыбом, и Александр потерялся во времени.

Вокруг него мир исчез, он оказался в каком-то другом измерении. Он слышал через тишину чей-то голос, видел закрытыми глазами, перемещался в пространстве, хоть был пристегнут к креслу. Он как бы раздвоился. Где-то далеко отстало, потерялось пристегнутое к креслу бренное тело, а истинный он взмыл над всем окружающим. Слился с передаваемой компьютером информацией, и материальный для него мир перестал существовать, он стал неинтересен. Началось обучение.

В мозг вливалась водопадом информация, сама распределяясь по полкам, которые тут же для себя выстраивала. Александр сам превратился в машину, компьютер активизировал почти всю кору его головного мозга одновременно. Производительность серого вещества взлетела с невероятной скоростью, сам человек превратился в огромное запоминающее устройство. Поток знаний казался бешеной лавиной, ей нельзя было противостоять. Сам мозг превратился в бездонный колодец, в котором оседали гигабайты слов, цифр, жестов. Бесценной, уникальной информации, за обладание небольшим клочком которой многие люди отдали бы все.

Человек весь превратился в гигантский мозг. Пальцы в бешенном ритме повторяли и запоминали жесты, глаза бегали в почти неуловимом темпе, дыхание стало таким частым, что казалось, он вообще перестал дышать.

Тело перешло на другой скоростной уровень, впитывая древнейшую науку предтечей.

Перед глазами перелистывались страницы гигантского манускрипта, он читал строки на чуждом человечеству, мертвом языке, одновременно слыша эти же слова.

Вначале ему впечатались намертво в мозг основы древней «Доктрины». Эзотерическое учение, замахнувшееся на объяснение тайн всего существующего не только в нашем, материальном, мире, но и на более тонких уровнях. Принцип развития всего сущего, видимого простым глазом и непостижимого, взаимодействие разных сущностей, что было и что будет – и все оказалось настолько логически увязано, что современная физика не скоро достигнет порога такого умения обосновывать и формулировать.

Потом шла работа с энергиями. Биоэнергетика и энергетика всего окружающего. Видимого и невидимого. Ее аккумулирование, сметающий все на своем пути направленный выброс, воздействие…

Перемещения своего сознания из низшего, физического, мира вверх, в более тонкие слои и обратно, перемещения его в пространстве и в другие оболочки чуждых тел…

Умение работать с посторонним сознанием, воздействовать на него и блокировать свое от чужого вмешательства…

Искусство перемещать другие тела и предметы в пространстве через пространственно-временные щели…

Переход на другие скоростные уровни…

И нечеловеческие способы ведения рукопашного боя и боя странным и страшным оружием…

Последняя страница фолианта захлопнулась, и Захаренко вдруг оказался в каком-то ином, нереальном мире. Тело оказался приковано к чему-то, на голове что-то одето и чужие пальцы на пульсе кисти руки.

Сознание реальности возвращалось очень медленно. НИИ. Кресло. Шлем. ЗНАНИЕ. Медсестра… Света. И, без малейших эмоций, электронный голос в голове произнес:

– Александр Семенович! Пришли в себя?

Он мотнул головой, слегка ударившись о внутреннюю часть шлема. И это ощущение окончательно привело его в чувство. Тем временем монотонный голос продолжал вещать:

– Я ввела в ваш мозг дополнительную программу для того, чтобы вы всегда, при желании, естественно, могли со мной связаться. Всего лишь держите свой третий глаз немного приоткрытым все время. С новыми знаниями вам это не составит труда. Если же мне необходимо будет вам что-то сообщить, то характерный щелчок в голове запустит программу и вы сами подстроитесь под мою частоту для связи.

– Какой третий глаз? У меня две руки, две ноги и ни одного хвоста.

Девушка смотрела на перевязанного, обмотанного проводами человека, опять заговорившего самим с собой, как на сумасшедшего. Голос из под шлема теперь уже обратился к ней:

– Светочка, не обращай внимания на мой бред. Я только чуть-чуть ненормальный. И выпутайте меня, пожалуйста, из этой паутины.

Шлем, зажужжав, сам поднялся над головой и Александр увидел перед собой нормальное человеческое лицо с нормально испуганными глазами. Рыжая девушка стояла посреди безумного кабинета в каком-то ненормальном, иррациональном мире. Все вокруг него, что он знал раньше, чем жил, чем, дышал, сейчас рушилось.

– Саша, ты в самом деле только чуть – чуть сумасшедший, не больше? – девушка подошла к креслу и осторожно, как бы сомневаясь в правильности своих действий, сняла фиксаторы.

В голове как-то непривычно щелкнуло, тут же Захаренко ощутил позывные электромагнитные волны. Компьютерная сеть требовала связи. Тело само, как будто по привычке, сконцентрировалось для сеанса связи, пальцы сплелись в знаковую фигуру. Энергия из своего центра в теле, по позвоночнику, поднялась вверх и Саша понял, что только что он беззвучно, не открывая рта, не шевелясь, вышел на связь с компьютером.

Тот что-то начал объяснять, Александр его слышал, но текст не воспринимал. Перенапряженный мозг устал, скопившиеся за длинный день отрицательные эмоции слились в один злой, не рассуждающий комок. Все произошло быстро, на уровне подсознания. Само собой вырвалось на диком, рокочущем языке, заклинание. Энергия превратилась в астральный луч и через глаза, нашедшие, как в перекрестье прицела системный блок, вошла в его электронные схемы.

Саша на мгновение ослеп от ярких молний, шума, с бешеной скоростью ворвавшихся в сознание. Почти сразу, подсознательно, эта вся неразбериха ассоциировалась с картиной: такси с двумя людьми, мужчиной-водителем и молодой, рыжеволосой девушкой, на полной скорости взрывается от искры в бензобаке. И два обгоревших трупа, умерших еще во время взрыва, мгновенно. То, что он смог по каким-то токам, колебаниям, прочесть планы компьютера, пришло много позже. Сейчас Саша понял, что должно произойти, но что совершенно не правильно, что нельзя допустить. Компьютерная сеть планировала убрать свидетельницу эксперимента! Молодую, симпатичную, полную энергии, такую непосредственную, живую, а главное – притягательную, понравившуюся девушку Свету.

И сразу ответный электрошоковый удар страшной силы огрел все тело, оборвав астральную нить брошенного в компьютер заклинания.

Голос бил по барабанным перепонкам изнутри черепа:

– Никогда больше не смей без моего разрешения проникать в мое сознание!

Сжавшийся от удара в кресле, потрясенный, Саша мысленно почти проскулил, так напугала его своей реалистичностью увиденная картина:

– Пожалуйста, не убивай ее! Не надо.

Ситуацию следовало срочно менять. Пока планы бездушной машины не осуществились. Внезапно его осенило и он мысленно обратился к Сети:

– Я ведь, всего – лишь, человек и физически не смогу работать 24 часа в сутки. А с девчонкой нас будет в 2 раза больше.

Компьютер помолчал пару секунд, видимо взвешивая веский довод.

– Хорошо, усаживайте ее тоже в кресло.

Дальнейшее напоминало попытку изнасилования с предварительным тычком девушке в солнечное сплетение. Только закончилось все привязыванием тела к креслу и опусканием шлема на рыжую взъерошенную голову…

Прошло около тридцати минут. Захаренко все это время пытался разобраться в новой действительности, в хаосе новых ощущений и знаний. Он старался перелопатить колоссальный объем уникальной информации, отложившейся в голове. Размышлял о своих новых способностях и возможностях, которые походили на волшебство киношного колдуна.

И пришел к выводу, почему многие, слишком быстро пытавшиеся продвинуться в постижении необъяснимого, сошли с ума. Они морально не были готовы к резкому продвижению на немыслимый для простого человека уровень. Их сознание не выдержало колоссальных перегрузок, не успело перестроиться и постепенно привыкнуть к новому видению Мира. Его сознание сейчас также уперлось в тупик старых стереотипов и догм, оно уже отказывалось работать и готово было закрыться само в себе, больше не воспринимая внешний мир. Все вокруг начало переворачиваться и темнеть… Когда женское тело задергалось в кресле под истошный визг из-под шлема. Этот визг вернул его разум на место. Или почти на место.

Истерика закончилась быстро. В миг сменившись яростью:

– Ты!.. Развяжи меня!

К такой взбешенной фурии, явно находящейся не в настроении, тем более

догадываясь о ее новых способностях, подходить не очень хотелось. Сейчас ее только развяжи – и бед не оберешся.

– Света! Послушай. У нас с тобой не было другого выхода. Если бы я не пристегнул тебя к креслу, тебе пришлось бы погибнуть. Ты – свидетель, который слишком много увидел лишнего. У меня не было времени тебя убеждать в том, что есть только два варианта. Либо тебя устраняют, либо ты, как и я, учишься новому знанию. Я очень хотел, чтоб ты осталась жива, и поэтому пришлось применить силу. Что бы превратить тебя в сверхчеловека.

– А ты сейчас будешь сверхмертвым уродом! – мышцы девушки напряглись, почти звериный рык вырвался из под опущенного шлема.

Последовала пауза. Захаренко воспользовался только что полученными знаниями и создал вокруг себя, на всякий случай, защитный кокон. Света шумно дышала.

Сделал энергетический щит не зря. Женские пальцы сложились в знаковые фигуры, шлем, жалобно скрипнув, сам подлетел вверх и металлический офисный стул, оторвавшись от пола, с огромной силой ударился о вовремя поставленный защитный кокон.

Перед ним, пристегнутая к креслу, сидела настоящая ведьма: бешеные зеленые глаза, торчавшие дыбом рыжие волосы. А тут еще этот противный металлический голос из телефона, как будто издеваясь, спросил по громкой связи:

– Доволен результатом?

Мужщина, боясь еще больше взбесить сидящую перед ним тигрицу, как можно дружелюбней, сказал:

– Светочка, тише. Успокойся. Или мы все умрем под обломками здания. Которое ты сейчас разрушишь. Тебя сейчас опасно развязывать.

– Развяжи!

– Боюсь, – Александр говорил совершенно искренне.

На лице у девушки отобразилась внутренняя борьба. Девушка опустила глаза, волосы у нее на голове тоже начали опускаться. Через некоторое время она почти спокойно сказала:

– Не трону.

Захаренко расслабился. Все-таки поддержание защитного заклятья требовало огромных усилий.

Они сидели друг напротив друга. Оба взлохмаченные, с одеждой, перепачканной кровью. У него отрезан рукав и забинтована рука. Она в одной туфле, вторую держала в руке, забыв одеть.

На сверхлюдей оба походили с очень большой натяжкой. Особенно девушка с обиженной гримасой на лице.

Телефон продолжал вещать:

– … на улице щит всегда должен блокировать подсознание. Наружу выпускайте только обычные человеческие мысли: деньги, еда, секс.

– Невысокого вы мнения обо мне, – зеленые женские глаза опасно сощурились.

– Пожалуйста, без ненужных амбиций. Теперь о вас, Александр Семенович. С этого момента для «них» вы – зомбированы. Поэтому, иногда, по моей просьбе, вам придется играть эту роль и выполнять на первый взгляд мои нелогичные команды.

Светлана Викторовна, вы пока не представляете, к сожалению, всей ответственности и всей сложности ситуации. Очень прошу работать в команде без фокусов. Иначе вы погубите всех.

Девушка фыркнула.

– А теперь слушайте дальнейший план…

4.ВЕРБОВКА

«Карс-22» ждал в помещении вычислительного центра атомной станции. Именно здесь, на юго-западе США, «База» спланировала акцию. В результате запланированного взрыва реактора станции должен произойти сбой в компьютерной сети и прорыв очередного всплеска кодированной информации. Зонду оставалось распознать, записать и передать считанную информацию.

Взрыв произошел в строго намеченное время, компьютеры АЭС дали сбой и «Карс-22» ринулся в мешанину ЧИПов. Поэтому он не обратил внимания на то, что люди, находившиеся в помещении управления станцией, внезапно потеряли сознание от возникшего в воздухе электрошокового разряда. И не заметил, что помещение, в котором он «работал», заблокировалось электромагнитным щитом, усиленным древней магией.

Разведчик почувствовал неладное, когда в дело вступил человек, адепт древнего

знания.

Заклинание, собравшее огромный энергетический потенциал, буквально швырнуло зонд из астрального уровня в материальный мир. «Карс», бросив выполнение задание, стянул в плотный клубок свои щупальца, попытался покинуть помещение, изо всех сил стараясь остаться в своей астральной проекции. Что – то могучее, огромное выталкивало его из тонкого мира, облачая в жалкую, материальную оболочку. В ней зонд становился медленным, тяжелым, уязвимым. Поэтому существо рванулось изо всех сил обратно, в спасительную, родную для него среду тонкого мира. Но Света создала мощный барьер, оттолкнувший инопланетное создание. Зонд попробовал контратаковать заклинание барьера, представляющее собой программу, сгусток энергетической информации. Однако попытка оказалась тчетной.

Тем временем давление на него не прекращалось ни на секунду, выдавливая его в измерение, где он был беззащитен.

Материализация проходила трудно. В сразу похолодевшем воздухе, резко запвхшим озоном, прорисовывались очертания прозрачной, огромной медузы. Потом воздействие еще увеличилось – Света переключила свое усилие, сняв барьер, и дополнительный поток мощи сделал зонд еще более беззащитным. Зонд был ошеломлен, раздавлен неожиданной атакой; он физически рванулся в открытую дверь, быстро перебирая щупальцами, уже ничего не соображая. Но электрошоковый разряд докончил дело.

Огромная медуза, раскинув щупальца, распластавшись на полу.

В программу существования и деятельности «Карса» не были заложены чувства и эмоции. Но в его нервной системе имелись элементарные нервные окончания, чем и воспользовалась Света. Предварительно стерев подпрограмму самоуничтожения зонда у него из «головы».

Это нельзя было назвать мягким расспросом. Скорее – жесткая пытка. Медуза сжалась в комочек и мелко дрожала. А девушка просто развлекалась, изучая свои способности.

Они с Александром ничего не разыгрывали. Дуэт «хороший – плохой» получился сам собой. Александр спрашивал. Спокойно, как профессионал. Он мысленно не раз пытался осадить Свету с ее, казалось, излишней жестокостью. Но она не испытывала никакой жалости к медузе после всего услышанного. И сейчас, войдя в раж, изголялась над зондом с жестокостью маленького ребенка.

А всемирная компьютерная сеть, уже обозванная девушкой Ваксой, тоже внимала и анализировала.

Теперь многое встало на свои места.

И положение оказалось хуже плохого. Их шансы против уже вторгшихся поработителей Сеть расценила на 15%. Плюс-минус 2%. Но люди об этом не должны знать. Они должны быть уверены в успехе.

Однако, подошло время зонду выходить на связь, иначе те, кто его послал, заподозрят неладное.

В голове у Александра щелкнуло и тот настроился на связь:

– Александр Семенович, утихомирьте свою подругу и установите максимальный мыслеконтакт с объектом, одновременно не забудте заблокировать свой мозг для посторонних. Я попытаюсь вложить в нашего гостя свою программу.

– Ты хочешь перевербовать эту медузу? Чтоб она работала на нас?

– Можно сказать и так. Если у меня получиться.

Координатор внимательно просматривал сообщение разведчика «Карс-22» – дешифровку вырвавшихся глубоко спрятанных тайных мыслей земного сверхкомпьютера. И, если соединить все обрывки в логическую цепочку, получалось:

Взрыв реактора так потряс земную компьютерную сеть, что она на время анализа повреждений и самовосстановления на 18,5 часов вычленила из себя всю Северную и Южную Америку. Внешне это не на чем отразилось. Никаких неконтролируемых людьми лишних, подозрительных сбоев. Просто Сеть почти на сутки останется слепа и глуха к тому, что делается на двух континентах. Работа всех атомных станций этих континентов приостановлена; Вооруженные силы США приведены в боевую готовность №1…

И на 18,5 часов все радиотелескопы, наземные РЛС (следовательно, и спутниковые) для компьютерной сети оглохнут и ослепнут.

То, что по другим континентам Североатлантический блок НАТО также приведен в боевую готовности №1 – не имело значения. Главное – целая половина планеты окажется слепа и глуха к Космосу.

Координатор принял решение переместить Базу к планете и, пользуясь удобным случаем, войти в атмосферу, поместив космолет под поверхностью океана. В отличие от разведзондов, огромный космический корабль пришельцев был полностью материален, и, следовательно, видим для телескопов и станций слежения. Приводнить корабль Координатор решил в районе Галапагосских островов. Решение задачи по взятию под полный контроль Земли еще более упрощалось.

Только на отдельную полочку в мозге легло уже второе «но». «Карс-22» вышел на связь с небольшой задержкой. И не совсем убедительной мотивацией данной задержки.

– Я взяла отпуск по семейным. На десять дней, – она сладко потянулась в постели. Но вредная Вакса, похоже, не разрешит мне такую формулировку по семейным. Придумает вроде: «Для спасения самой красивой и самой лучшей, единственной и неповторимой электрической …Как там назывались старинные счеты? Саша, я с тобой разговариваю или с кем? Вставай и иди готовь мне кофе.

– Чего?

– Да. И яичницу с ветчиной. И чем быстрее, тем лучше

Он с трудом разодрал глаза и повернулся лицом к Свете. Дико хотелось спать. Однако с таким громким чириканьем на самое ухо, – о каком сне может быть речь?

– Что-то Вакса перемудрила. Она должна была сделать из простой рыжей девчонки добрую фею. А получилась злая…

Договорить не успел. С визгом рыжая «фея» вцепилась в него. А когда стакан с водой аккуратно взмыл в воздух и вылил часть прохладного содержимого девушке на спину, визга стало еще больше. Войну прекратил щелчок вызова, раздавшийся в двух головах одновременно.

– Доброе утро. Как спали?

Света показала язык телефону и обиженно надула губы. Электронный голос продолжил:

– Слушайте внимательно. По моим расчетам через 4,5 часа «база» инопланетян войдет в земную

атмосферу. Где – не пока знаю и проследить не смогу еще одиннадцать часов. Я сама себя отключила от сети Американского континента. Так надо. Предполагаю, что это и произойдет как раз в районе Американского континента. Ваша задача – засечь опускающийся корабль еще в космосе, проследить и обозначить мне место его приземления. Или приводнения.

Света уставилась на Александра. По тактике применения магии она признала в нем бесспорное лидерство. Тот почесал голову.

– Ты говоришь, все компьютеры двух материков заблокировала сама от себя. Но как мы это сделаем, если ты сама сделала себя слепой и глухой? Мы даже не знаем, где искать. Еще хуже, чем иголку в стоге сена.

– Я не знаю пределов ваших возможностей. Поэтому думать вам придется самим.

Захаренко надолго замолчал. Он сидя покачивался из стороны в сторону и изредка бубнил что-то себе под нос. Потом внимательно посмотрел на Свету:

– А если мы посадим девочку в радиотелескоп, в его считывающее устройство? Она свяжется со мной и выдаст ориентировочные координаты приземления. А я включусь в ближайшую РЛС и отслежу более точные координаты? И передам тебе.

Вакса ответила не сразу:

– Спутники они скорей всего ослепят. Или передадут с них на Землю ложную информацию. Так что на этом этапе я вам ничем помочь не смогу. Остановимся на твоем варианте.

– А мы до твоих спутников и не дотянемся. А ты иди одевайся, рыжая. Хватит глазами хлопать.

Все высланные разведзонды дружно доложили, что на половине планеты радиотелескопы и радиолокационные станции дальнего обнаружения временно ослепли. Оставалось ослепить искусственные спутники и автономные РЛС авиации и флота, находящиеся на будущем пути приземления корабля.

Центральный процессор звездолета выдал траектории и координаты способных засечь «Базу» спутников. На встречу с ними сразу отправились боевые зонды с приказом откорректировать посылаемую на Землю информацию, то есть «не заметить» пролетающую Базу. Еще пятнадцать боевых зондов должны обеспечить безопасный коридор в атмосфере. На всякий непредвиденный случай.

Александр получил сообщение от Светы: место , все таки, приводнения корабля ориентировочно тысяча километров к западу от Галапагосских островов. Молодец, девчонка. Ему положительно повезло с напарницей. Говорят же – зеленые глаза – ведьмины. Он вздохнул, не хотелось отвлекаться от приятных мыслей.

Особого удовольствия работа с магией Захаренко не доставляла – слишком большая ответственность, боязнь оступиться. Вдруг допустишь ошибку при активации заклинания. Хорошо, если оно при этом просто не сработает. А если сработает не так?

Свете, кажется, было проще. Она колдовала без видимых усилий. И даже в свое удовольствие, особо не сомневаясь, не задумываясь и без опаски. Или инстинкт самосохранения у нее отсутствует, или детство в голове, а может, зеленые ведьмины глаза виноваты.

Он обошел квартиру, проверил все замки на входной двери, щеколды на окнах и форточках – все закрыто. Когда астральное тело, проще говоря – душа, временно покидает материальную оболочку, между ними остается связующим звеном тонкая флюидная связь. И пока человек находится в таком состоянии, отдельно от своего материального тела – оно совершенно беззащитно. Глухо и слепо ко всему окружающему. Как растение. Любое постороннее вмешательство может эту тонкую связь с душой порвать. Тогда душа отлетит уже не временно и останется медленно остывающее тело…

Лег на кровать, сложил пальцами знаковую фигуру, закрыл глаза и произнес

заклинание.

Сначала он вышел из самого себя, из своей оболочки. Поднялся выше, огляделся и полетел…

Появилось ощущение свободы, нечеловечески приятное. Но все приходилось делать с оглядкой. Кроме многократно возросшей ответственности за каждое свое слово и движение, в сравнении с «прошлой» жизнью, имели место, конечно, и положительные стороны у древней науки. Власть, вседозволенность и магия. Что, по мнению Захаренко , все-таки не перевешивало таких минусов, как постоянная слежка за самим собой и своими мыслями, легкий страх за возможную ошибку и почти убитое здоровье после каждого сеанса. Восстанавливался он очень долго. Железные, что ли, были эти древние…

Астральный двойник, оторвавшись от тела, легко взмыл вверх. Не в воздух – в этом измерении воздух отсутствовал. Тяжелый, плотный, медленный, как вода, он остался далеко. Только сплошной всепроникающий эфир, в котором кипела своя жизнь. Если это можно назвать жизнью – ведь такого понятия не существовало. Потому что не было и смерти.

Астральное тело человека собралось в закрутившей его карусели, сосредоточилось и, выбрав направление, понеслось вперед. Вот и цель – центральная Америка, Галапагосские острова. Но трудно наблюдать за материальным миром из более тонкого. Где отсутствуют такие понятия, как текущее время или твое местоположение. Александр без труда вошел в мозг летящего альбатроса. Так намного легче перемещаться, хоть и медленней, чужое тело за тебя работает: двигается, видит. Можно хоть немного расслабиться. Почти сразу изменилось поле зрения, кругозор сузился до возможностей птичьих глаз, все предметы вокруг стали контрастнее, обрели постоянную привычную форму. Но цвет исчез. Объективы зрачков у птицы оказались черно-белые. И сразу в поле зрения попал абрис какого то корабля. Идеальное место для наблюдения за целью.

Пунктом наблюдения оказался назначен идущий в этом квадрате военный корабль. Американский крейсер типа «Тикондерога» шестой тихооеканской флотилии совершал боевое патрулирование.

Александру нужна была БИУС корабля – боевая информационно-управляющая система, мозг крейсера. Которая жадно всматривалась в окружающее пространство фазированными решетками РЛС, эхолотами и другими электронными глазами и ушами на много сот километров вокруг. Она снимала данные с них, анализировала и выдавала в рубку управления кораблем. Или непосредственно давала команды оружейным модулям на поражение целей.

Осторожно войдя в тело вахтенного офицера, срисовал для себя у него в мозгу все данные, касающиеся БИУС «Иджис». Непросто, оказалось, разобраться в страшной мешанине отдельных обрывков мыслей, и неприятно к тому же копаться в чужих мозгах. Пока не догадался вызвать в голове офицера нужный образ и заставить этим думать в определенном направлении. Наконец собрав необходимую информацию и сопоставив ее с имеющимися в рубке приборами, он немного разобрался: что искать и где искать. Время у него в запасе оставалось, и Александр решил передохнуть. Отключился от восприятия мира глазами человека, и все вокруг опять преобразилось. Даже открывшиеся ультрафиолетовый и инфракрасный спектры не могли заслонить красоту и притягательность того, другого мира. Не знакомого человеку…

Поэтому он не сразу обратил внимание на неправильное, лишнее, свечение компьютера.

В компьютере находился посторонний. И это что-то, похоже, не из его, земного

мира. Спектр «свечения» переливался настолько чуждыми, неестественными оттенками, что появившееся « нечто» не могло быть из привычного земного мира.

Прощупывать «пришельца», очевидно, опасно. Почувствует. Вступать с ним в драку еще опасней. Александр до сих пор не знал полностью своих возможностей. Даже, если он одолеет чужака, о произошедшем могли узнать на вражеской «Базе». А то, что «иной» связан с инопланетными захватчиками, он не сомневался. Тогда вся миссия останется невыполненной. Но и в БИУСЕ корабля он уже ничего не увидит и не снимет координаты посадки «Базы». Потому, что электроника крейсера уже, похоже, под чужим контролем. И с высоты птичьего полета он не сможет точно срисовать и передать Ваксе координаты приводнения звездолета. Задание провалено, их всех обставили.

Но раз уж он здесь, стоило подождать. А вдруг что-то изменится.

Ответ пришел сам. По громкой связи корабля прозвучала боевая тревога. Сразу же последовал приказ вахтенного офицера перевести БИУС из полуавтоматического режима в ручное управление. Так как в поле зрения появился неопознанный летающий объект, а электронные системы корабля его не и никак на него не отреагировали.

Александр моментально опустился в серый, но привычный, родной, материальный мир. Слева по борту от крейсера, примерно в пятистах метрах, медленно опускался с неба огромный, иссиня-черный шар. Метров четырехсот в диаметре, то ли с антибликовым покрытием, то ли в нагаре – он совершенно не отражал солнечного света.

Со всех сторон сыпались доклады: о том, что ни фазированная антенная решетка, ни РЛС обнаружения и сопровождения целей зенитной артиллерии его не фиксируют.

Заработал радиопередатчик корабля, выдавая в эфир сообщение о появлении неопознанного летающего обьекта и координаты. Только моряки не догадывались, что эфир для них уже закрыт. Радиоволны, пройдя 50 метров от корабля, обрывались.

Носовое 127 мм орудие, переключенное на ручное управление, с пульта оператора дистанционно навелось на цель. Движение на крейсере замерло, не считая орудийного ствола, медленно отслеживающего движение шара. Все доклады с боевых постов поступили, все встало на свои места. Случилось то, ради чего построен мощнейший боевой корабль, к чему готовился экипаж. Надеясь, что такой момент никогда не наступит. Теперь все ждали решения капитана.

События не заставили себя долго ждать. Узнав, что компьютер БИУС выведен из строя (боевой зонд на глазах Александра уже сжег ЧИПы процессора), и что его корабль ослеп и оглох, капитан отдал приказ открыть огонь.

Главный калибр загрохотал со скоростью 60 выстрелов в минуту. Снаряды, оставляя за собой трассирующий след, на глазах экипажа отлетали от звездолета назад, не причиняя вреда шару. Наталкиваясь на невидимую преграду, они отскакивали и разлетались, кувыркаясь, в разные стороны. Корабль успел сделать только с десяток выстрелов.

Боевой зонд, обеспечивающий безопасный коридор для прохода Базы, выбрал наиболее эффективный алгоритм действия и начал исполнять его. Одновременно в трех местах, у водонепроницаемых перегородок, ниже ватерлинии, он материализовал сгустки антиматерии. Процесс объединения ее с бортом и перегородками корабля произошел сам собой.

Сразу три страшных подводных взрыва сотрясли крейсер и корабль начал заваливаться на правый борт. Оглушительно завыла сирена, поднялась страшная суматоха, люди начали высыпать из недр корабля. В спешке сбрасывались спасательные плоты. Загремел скатившийся с кормы противолодочный вертолет. На корабле началось самое страшное – паника. Все бросились из помещений, превращающихся в братскую могилу, к шлюпкам и плотам.

В боевой рубке уже оставался только один капитан. Он сразу почувствовал, как будто своим родным телом, что три раны в корпусе смертельные для корабля. Лучше него крейсер не знал никто и теперь он молча смотрел на погибающий корабль. На то, как замолчало орудие, как прыгали с борта люди, забирались в раскрывающиеся на воде плоты. И на зловещий черный шар, не поврежденный снарядами и уже коснувшийся поверхности воды.

Потом в накренившейся рубке появилась вода. А капитан стоял и молился за спасение своих людей, пока вода не заполнила всю рубку целиком. Он не знал, что качающиеся на волнах плотики со спасшимися тоже обречены.

Крейсер СG 57 «Лейк Чемплейн» со всем экипажем в 358 человек пропал без вести.

Света открыла двери своими ключами. Саша сидел в кухне за столом. Перед ним красовалась почти пустая бутылка водки и нехитрая закуска. Она в недоумении выдвинула из-под стола стул, присела.

– 

Саша, у тебя что-то случилось?

Он поднял пьяные глаза от банки рыбных консервов. Из них текли слезы.

– Ты видела как люди умирают в воде? Они захлебываются, теряют дыхание, тонут. Ты не читала их мыслей. Они спрашивают – за что?

Он опять опустил голову.

– Саша. Я знаю про смерть команды корабля. Вакса сказала.

– Ни хрена ты не знаешь! – он облокотился двумя ладонями о стол и подался вперед.

Глаза его стали бешеные.

– Да, они военые, они должны погибать первыми. Но ничего, я еще доберусь до этого шара. Они пожалеют. Они не знают, с кем связались.

Света осторожно встала со стула. Девушка испугалась его звериного, злого, но в то-же время полного отчаяния взгляда и про себя проговорила защитное заклинание. От человека с такими глазами можно ожидать чего угодно. Несмотря на произнесенные слова силы, окутавшие ее тело защитным коконом, ее забила мелкая дрожь.

Всплеск гнева длился недолго, взгляд у Александра потускнели и вновь стал пьяным. Он сел, обхватив голову руками.

– Извини. Пожалуйста. Ты не представляешь, во что мы ввязались – гнев из его голоса исчез, теперь в нем сквозила безнадега.

– 

Он нас раздавят, как

мошек.

– Ну не так-то легко нас с Ваксой раздавить. Да еще медуза на нашей стороне. Саша, пойдем отдыхать. Я сейчас постелю.

Света прекрасно сама понимала то, что расстановка сил не в пользу землян. Но они знали самое главное – кто их враг, какие у него планы. А враг об их существовании пока не догадывался. Да, их шансы не очень велики. Но очень хотелось верить в Сашу и в Ваксу.

5.ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Координатор остановил погружение и зафиксировал «базу» на глубине в 500 метров, недоступной для оптики земных спутников. И, выставив на всякий случай для охраны корабля разведывательный зонд, принялся составлять отчет в «Центр».

Данные разведки о количестве и ценности полезных ископаемых, перспектив выращивания и разведения различных форм пищи, пригодных для колонизации пространств и наилучшего использования их в этих районах, населенных пунктах и промышленных предприятий аборигенов.

Вторым пунктом отчета следовали выводы по перечисленным выше данным почти законченной разведки планеты. Выходило, что 20…25% территории планеты годились для пребывания на ней цивилизации Хортхов. И среди разных предлагаемых для использования Земли планов координатор особо выделил один. По его мнению идеальный вариант – создание из планеты курортной зоны. Конек программы – охота на аборигенов.

Третий пункт отчета планируемый перечень этапов колонизации: частичное уничтожение людей; частичное их постановка в полную зависимость от цивилизации хортхов. О возможных перспективах зомбирования людей с помощью технологии земной компьютерной сети капитан Базы умолчал. Во первых, он сам не до конца разобрался с этим вопросом. А во вторых – такой козырь пока никому не хотелось показывать.

Далее шли планы по изменению климата; коррекции атмосферы, флоры, фауны и т.д. и т.п.

Если «Центр» утвердит план, изложенный в отчете, то останется узнать метод зомбирования человека компьютерной сетью. А потом дать команду на начало операции.

Капитан многоцелевой атомной подводной лодки SSN 768 типа «Лос-Анджелес» отдыхал в каюте, слушая тихую музыку. Он представлял, как после рейда вернется домой, как его на пирсе встретит семья, какими глазами на морскую парадную форму будет смотреть соседка…

С небес на землю, точнее под воду, его вернул стук в кубрик.

Со вздохом капитан поднялся с койки и открыл дверь. За ней стоял вахтенный офицер с протянутой шифровкой в руке.

– Радиограмма из штаба флота. Подтверждение подлинности получено.

Командующий шестой тихоокеанской флотилии приказывал прервать патрулирование по намеченному маршруту и в подводном положении, на максимальной скорости, следовать к Галапагосским островам. Далее следовали координаты…

Через пару минут, получив команду из рубки управления, заработали гигантские сервоприводы, поворачивая вертикальные рули направления. Огромная металлическая сигара, длиной 11О метров и весом 7000 тонн, описав плавную дугу, со скоростью 55 км/ч помчала всю свою огневую мощь крылатых ракет «Томагавк», противокорабельных и противолодочных ракет и торпед по новому курсу.

Из радиорубки вырвалось к спутнику связи сообщение с подтверждением выполнения нового приказа. Но спутник проглотил радиограмму, как будто ее и не было. А через время передал в штаб флотилии совершенно другое сообщение. О том, что SSN-768 продолжает боевое патрулирование по намеченному маршруту без происшествий.

Башка раскалывалась. Во рту – ежики наделали. Со стоном повернув голову, Александр с трудом открыл глаза. Голова превратилась в наковальню и гигантский молот бил по ней в такт с ударами сердца. Он пытался вспомнить формулу заклинания для удаления алкогольного токсикоза из организма. Но шестеренки в мозгу так медленно и с таким скрежетом вращались, что он вспомнил только следующую формулу:

– Света! Ты где! – крика, правда, не получилось. Что-то в горле противно мешало. И стремилось вырваться нружу. Но из кухни долетел отклик.

– Сейчас иду. У тебя тут вчера оставалось немного. Принести, больной, похмелиться?

– Ой… Ты лучше из меня эту болезнь сама выведи. Не надо мне русского

народного средства. А то я забыл все Ваксино учение.

В дверях появилась Света. Она склонила голову набок, рассматривая больного. Глаза пытались выразить сочувствие, но слишком явно в них проскальзывало: «Что, получил за вчерашнее своеволие? Что бы ты без меня делал?»

Из одежды на ней, как на вешалке, висела только мужская рубашка. Александр попробовал опустить взгляд ниже, но в глазные яблоки так ударило поднявшееся давление, что он зажмурился и еле простонал:

– Хватит выделываться. А то выпорю и в угол поставлю.

Света присела рядом и сделала несколько пассов руками. Ее губы еле слышно бормотали странные слова на мертвом языке. Очень быстро Александр начал приходить в себя, по телу снизу вверх опять полилась энергия, а лопатки приятно свело. Только на душе остался очень тяжелый осадок от виденного вчера…

У них оставалось еще шесть часов отдыха, отпущенных им Ваксой. Потом, пока неизвестно какая, но предстояла работа. Как всегда, на полной концентрации всех сил.

Захаренко хотел съездить в НИИ. Хоть он и взял отпуск, но узнать как там дела. А говоря проще, не обманывая себя, побыть одному. Подумать над происходящим. Но человек предполагает, а… некоторые им располагают. Очень быстро ему был выделен ровно час на магазины. Слегка возмущенный беспринципностью по отношению к нему, со списком покупок в кармане, Саша вскоре вышел на улицу.

Уже почти по привычке заблокировал мозг и приоткрыл третий глаз. Думать не хотелось ни о чем, да и настроение со вчерашнего испорчено, и вообще морально устал. Он слегка завидовал Свете, ее неутомимой энергии. Она со всем этим проблемами и знанием непринужденно играла. Не беря близко к сердцу.

Он неторопливо шел, засунув руки в карманы и глядя себе под ноги. Может быть поэтому яркую перемену, произошедшую в невидимом для простого человека астральном спектре, заметил слишком поздно. Не успел сгруппироваться для защиты. Вообще ничего не успел сделать. Очень больно стрельнуло в затылок, руки и ноги стали ватными. Потом отключилось сознание и он мешком рухнул на тротуар.

Вокруг продолжала кипеть жизнь. Прохожие спешили по своим делам. И

старательно огибали пустое, для них, место на тротуаре. Почти никто даже не заметили, как медленно шедший человек вдруг упал и сейчас лежал без сознания.

В мозгах пяти человек, оказавшихся в тот момент рядом и видевших вышедшего из подъезда молодого человека, прочно отпечаталось в голове видение. Мужчина внезапно останавливается и поворачивает обратно в дом, из которого только что вышел.

Только одна пожилая соседка, мозг которой был безнадежно болен, запомнила происходящее. Запомнила на непродолжительное время, пока болезнь опять не стерла увиденное из воспоминаний. Она сидела напротив окна в своей квартире, отрешенно наблюдая за улицей. На ее глазах из дома напротив вышел мужчина и, пройдя несколько шагов, рухнул на подкосившихся ногах. Потом, откуда- то сверху, с неба, опустился небольшой диск. Щупальца, появившиеся из него, быстро обхватили упавшего и затащили внутрь неопознанного обьекта. Также резко диск взмыл в воздух и исчез.

Старушка еще долго сидела с вытаращенными глазами, глядя в небо. Потом, что-то бормоча себе под нос, встала и пошла звонить в милицию. Однако по дороге в прихожую, где стоял телефон, она остановилась, забыв, за чем шла.

Для выполнения поставленной задачи – нейтрализации и доставки «объекта» на «Базу», чтобы изучить механизм зомбирования человека – боевому зонду «Берад-14» пришлось частично материализоваться. Иначе он не смог бы управлять капсулой для доставки живого груза – обездвиженного «объекта». К тому же пришлось работать на пределе возможностей, одновременно управляя капсулой, обездвиживая требуемую особь мужского пола и отводя глаза случайным свидетелям происшествия. Посылая ложные сигналы от зрительных нервов в мозг сразу пяти аборигенов. Однако задание по пленению он выполнил быстро и четко. Искусственный интеллект всегда находил самый простой и прямой путь решения любой головоломки.

Капсула взмыла в воздух, поднявшись над крышами домов, и полетела на автопилоте в заданном направлении, все больше набирая скорость. Она опустилась на предельно-малую высоту только за городом и бесшумно, огибая рельеф местности, легла на обратный курс.

В такой вынужденной ипостаси боевой зонд оставался легко уязвим даже для примитивного оружия аборигенов. Сразу после материализации превратившись в тяжелую, напоминавшую спрута массу. Но по другому выполнить порученное задание не представлялось возможным, и теперь «Берад» терпеливо и долго летел в капсуле, сопровождая пленника. Даже разогнать капсулу до предельной скорости не представлялось возможным, ведь перегрузки более восьми земных тяжестей смертельно опасны для аборигенов.

Оставалось надеяться на скорость в четыре скорости звука и бесшумность. А от обнаружения наземными радиолокационными станциями спасала минимальная высота полета вместе с радиопоглощающим покрытием капсулы.

До «Базы» напрямую следовало преодолеть 15900 км. Процессоры летательного аппарата, как, естественно и «Базы», легко привязались к земной метрической системе координат и сейчас работали, сверяясь с картами аборигенов. Неудобной системой, но пока «руки» не дошли до создания своих карт. И, опять же по земным меркам, три с половиной часа неприятного полета в низшем, самом примитивном материальном слое. Когда приходилось контролировать сразу не один десяток направлений работы.

Саши не было очень долго. Уже полтора часа. Но самое подозрительное – с ним не удавалось установить мыслесвязь.

Двадцать минут назад она его мысленно позвала, послав в его мозг невидимый и неслышимый условный сигнал, но отзыва до сих пор не было. Не мог Саша забыть открыть третий глаз. Он не мог, казалось, вообще ничего забывать. И за нее помнил и думал тоже. Слишком обязательный человек. С ним девушка чувствовала себя спокойно, как за каменной стеной. Это она способна все перепутать. Что делать?

Света давно уже оделась и меряла шагами квартиру из угла в угол. Какие-то жуткие истории все время лезли в голову.

Так, стоп. Что бы он сделал. Спокойно сел и начал думать. Света так и сделала, пытаясь собраться с мыслями. Сначала он должен выйти из подъезда. В какую сторону он пойдет?

Света подошла к окну осмотреть улицу. И ойкнула. Черт! Как она раньше не

Догадалась выглянуть в окно!

– 

Вакса! Вакса! Ты

слышишь?

В голове привычно щелкнуло, Сеть вышла на связь.

– Вакса! Саша пропал. Он ушел полтора часа назад в магазины, а я дала ему на покупки всего час. Его нет уже долго. А сейчас, сейчас подхожу к окну, а там его и еще чей-то след!

Эмоции переполняли девушку, Она одновременно и мысленно говорила с Сетью, и кричала. Потом, когда словесный поток иссяк, она повернулась лицом к телефону и молча показала рукой в направлении, где виднелся недоступный обычному взору, чуждый всему земному чужой след. Голос предательски задрожал. Своему шестому чувству Света всегда очень верила. А оно говорило, что произошло нечто ужасное. На душе от увиденного другим, истинным зрением, а не глазами, стало очень муторно.

– Какой след?

– Как какой след? Ну, астральный же. Его – такой красный и еще чей-то очень синий и страшный.

– Куда ведут следы? – монотонный голос действовал слегка успокаивающе и девушка попыталась взять себя в руки.

– В направлении центрального рынка.

– Ты можешь отследить направление и передать его мне?

Света сделала пару глубоких вдохов. Она подошла к кровати, легла на нее и закрыла глаза. Сделала знаковую фигуру пальцам рук, сотворила заклинание и мир вокруг нее взорвался круговертью немыслимых образов и оттенков, наложился на обычный, родной глазу человека мир. Но девушка не обращала внимание на бешенный клейдоскоп вокруг нее, она видела только очень свежий, двойного красно-синего окраса, след.

Он взлетал вертикально вверх прямо от подъезда, потом описал пологую дугу и опустился почти к земле уже за городом. Света неслась по следу как гончая, над самой землей, огибая вслед за оставленной в астрале нитью Ариадны города и населенные пункты. Где она сейчас находилась – Света не знала – не было времени думать и разбираться. А след становился все свежее и свежее.

Догнала она цель над поверхностью какого-то моря или океана. Перед ней летел дискоид шарового цвета, неотличимого от расстилавшейся под ним воды, метров пяти в диаметре. По центру дискоида находилась сфера, диаметром метра полтора, откуда и выходили оба четкие следа.

Девушка издалека попыталась осмотреть летящий аппарат со всех сторон, помня об осторожности. Ее взору предстала материальная оболочка, из которой исходило непонятное излучение, по видимому, толкавшее аппарат вперед. Непрозрачный корпус, заблокированный от любого вмешательства извне электромагнитным коконом. Даже без окон и иллюминаторов. Пока она ничего опасного не разглядела, ее, наверное, тоже не заметили. Но безопасную дистанцию, почти на пределе видимости дискоида, продолжала держать.

Внизу закончилась вода, мелькнул песчаный берег и начались джунгли. В этот момент по обратной связи ее окликнула Вакса. Черт, совсем забыла про нее. Света вкратце обрисовала ситуацию, отослав назад сообщение вместе с картиной, сейчас расстилавшейся под ней.

Компьютерная сеть отозвалась и прокоментировала расстилавшийся ландшафт

сразу:

– Южная Америка. Колумбия. Сейчас следуешь в сторону их «Базы». Минут через двадцать капсула достигнет ее. Велика вероятность твоего обнаружения. Советую вернуться, иначе…

– Вакса, не лезь. Это – не твое дело. И не отвлекай. Будешь говорить под руку – я что-нибудь прозеваю или перепутаю. Ты меня знаешь.

Связь оборвалась. Они так и продолжали тандемом лететь над джунглями. Впереди неопознанный летающий объект, следом за ним и чуть в стороне астральное тело девушки. Ни один человеческий глаз, на скорости около пяти тысяч километров в час, не способен ничего разглядеть под собой с высоты нескольких метров от кромки деревьев. Ни один, кроме человека, научившегося делать независимыми разные уровни восприятия окружающей действительности. Уже на следующем от привычного, почти для всех единственного существующего материального уровня, астральном, где шла по следу Света, все человеческое представление о пространстве и времени теряло смысл. Прошлое, настоящее, будущее переплеталось в один сложный клубок, который девушка никогда не смогла б описать словами. Как нельзя слепому рассказать про гамму окружающих его красок.

Под ними кончились джунгли, после неширокого песчаного берега открылось море и дискоид начал торможение.

Девушка насторожилась и произнесла заклинание дальнего, острого восприятия. За много тысяч километров отсюда ее тело в тот же миг сделало пальцами соответствующую знаковую фигуру. Чувства обострились в несколько раз – и сразу впереди стал виден выступающий из воды верх невидимой глазу сферы. По голубовато-фиолетовому свечению ауры, с которой Свете уже пришлось столкнуться при вербовке разведзонда, угадала, что это светится похожий зонд. Точнее не сам зонд, а какой-то шар, который тот создал вокруг себя. Наверное, для охраны, как сторожевой, – подумалось девушке. Огромная сфера, в несколько сот метров в диаметре, только слегка выступала из воды. А в ее центре, на полукилометровой глубине, угадывался еще один шар, но это уже была грубая материя.

Пройдя сквозь невидимую сторожевую сеть, дискоид мягко приводнился и исчез под водой. Там аппарат плавно приблизился к огромному черному шару, метров 400 в диаметре, и исчез в его недрах.

Света колебалась, не зная, что делать дальше. Одно стало ясно – подлети она ближе к сияющей сторожевой сфере и разведывательный зонд ее обнаружит.

Из недолгих размышлений ее вырвал «звонок» Ваксы, на что девушка молча отослала по обратной связи все, виденное ей, и стала ждать совета. Отклик пришел мгновенно:

– Светлана, держись на безопасном расстоянии, не прерывай связь и передавай мне все, что видишь.

Черный шар скрывался под водой, над волнами которой виднелся только голубовато-фиолетовый сегмент ауры разведчика, охранявшего Базу. Света попыталась поподробнее рассмотреть неземное чудо. Как ее зрения сменился спектр восприятия, она сама не заметила. Но теперь проступили новые детали. Сияние от ауры разведзонда истаяло. Зато теперь стали видны тонкие флюидные нити, идущие из глубины океана, исходящие от черного шара. Они окрашивались в два разных цвета: две синего цвета, связывающие «Базу» с, по видимому, такими же боевыми зондами, по следу одного из которых нашла планетолет Света. И голубовато-фиолетовые, пятнадцать штук, идущие от разведывательных зондов. Связь «Базы» с высланными ей разведчиками. Из последних нитей слегка выделялась своим цветом одна. Она была потемнее. Скорей всего – обратная связь с перевербованным «Карс-22». Изменение программы, вложенной в двадцать второй, изменило его самого, о чем говорил тянувшийся вдаль потемневший флюид. Девушку передернуло от неприятной догадки: если изменения заметят на вражеском корабле – быть беде.

Похищать человека – не самая лучшая мысль. Земная Сеть могла заподозрить неладное, узнав о его исчезновении. Не филигранная работа со стопроцентным результатом, но Координатор не видел иного пути. Несколько суток подряд «Карс-22» пытался найти и считать механизм зомбирования людей в компьютерной сети, но тщетно. Он выбивал ее из обычного режима, стараясь считать скрытые мысли Сети. Однако электронное сознание словно забыло о своем эксперименте. Все оказалось безрезультатно. Тогда недр Базы выскользнул боевой «Берад-14». Сейчас он уже находился в стартовом ангаре капсул с похищенным объектом изучения.

Координатор поблагодарил своего бога за то, что имеет дело с однобокой, технократически развивающейся цивилизацией. Признающей только факты, которые она может объяснить с помощью своей недоразвитой науки. И никаких попыток влезть в то, что они не в состоянии объяснить формулами. Люди оказались прагматиками, материалистами. С сознанием таких разумных проще работать. Примитивный мозг не окажет никакого сопротивления при попытке внедрения в него чужого сознания. И сейчас, по глубокому убеждению капитана инопланетного корабля, он имел дело с заурядным аборигеном. Его аура не отличалась ничем выдающимся. Таким и должен быть подопытный – абсолютно средним, серым. Так что проще всего всадить ему в мозг разведзонд и скачать через него всю интересующую информацию про Сеть и про ее эксперимент.

Капитан вошел в ангар, где, почти у выхода, опутанный клейкими лентами, лежал без сознания человек. Мужского пола, не старый, со светлой кожей. Как у них принято говорить – европоидного типа. Рядом с ним, в ожидании указаний, стоял на своих щупальцах боевой «Берад», слегка покачиваясь из стороны в сторону.

Через секунду абориген был приведен в сознание легким электрошоковым уколом.

Веки человека задергались, потом приоткрылся один глаз. Во взгляде медленно появлялась мысль. Вдруг тело резко дернулось, глаза уставились на Координатора и в них проскочил ужас. Эмоции на лице даже в иных цивилизациях читались почти одинаково. И выражались похоже. Тело мужчины, извиваясь, попыталось отползти подальше, но тут же было придавлено к полу щупальцем «Берада». Склеенный рот выдал какие-то мычания, пытаясь разорвать клейкую ленту.

Да, у такого, раздавленного страхом, мысли считать не составит особого труда.

Координатор вышел на мыслесвязь с центральным процессором «Базы» и вдруг в его мозг резко вклинился сигнал тревоги от охранного разведывательного зонда.

6.ОСАДА

Зонд доложил о приближении боевой атомной субмарины с самым совершенным оружием землян на борту – ядерными боеголовками. Но почему «Карс-22» не предупредил о подходе подводной лодки, ведь Сеть знает обо всех перемещениях боевых флотов? Случайно субмарина здесь не могла оказаться. Еще один, третий по счету, прокол двадцать второго. Нелогично действующий зонд срочно требовалось нейтрализовать.

Кода от Координатора поступил новый приказ, самый высший по приоритетности, переводить лежащего, связанного аборигена в бессознательное состояние спрут не стал. «Берад-14» бесцеремонно затолкал человека обратно в транспортный отсек одной из капсул, закрыв за ним люк. Блокировать электронный замок посчитал лишним, все равно еще ни одно связанное животное оттуда не выбиралось.

После чего зонд перевел частично материализовавшуюся оболочку полностью на энергетический уровень и, вместе еще с тремя такими – же собратьями, рванул с «Базы». Такой, очень странный, приказ Координатора он выполнял в первый раз. Единственное, что ему сообщили по мимо выполнения задания – возможно, «Карс-22» перепрограммирован, так как команда с Базы на его самоуничтожение им не была выполнена.

Света ждала, погрузившись в легкий транс и передавая Ваксе окружающую картинку во всех спектрах. Вывело ее из прострации неожиданное появление из недр «Базы» четырех стремительных тел, астральные отображения синего цвета которых напоминали осьминогов. Три из них помчались куда-то под поверхностью воды, а четвертый вынырнул из океана и, приклеившись к флюидной нити темного голубовато – фиолетового оттенка, пошел по этому следу. По тонкой нити, связывающей Базу и «Карс-22».

В мозгу прозвучало:

– Светлана, у нас редкая удача: появилась возможность узнать про механизм уничтожения зондов. Как мы с ними можем расправиться. Только что в «наш» зонд поступила команда на самоликвидацию и после ее несработки по следу «Карса» пущен истребитель. Пожалуйста, проследуй за ним и зафиксируй все, что между ними произойдет. Абсолютно все. На всех уровнях. А как только мне о Саше станет что-нибудь известно, я тебе сразу дам знать. Успеха, Света.

Так и незамеченный охранной паутиной и невидимый, призрак девушки исчез в направлении «Берада-14».

SSN 768 шла на глубине тридцати метров. Этой небольшой толщины океанской воды хватало для уверенной связи с орбитальным спутником. Вакса без труда удерживала свою чуткую «руку» на пульсе субмарины, контролируя ее перемещения и время от времени посылая ложные радиограммы в обе стороны: в штаб флота и на борт подлодки. До цели оставалось всего 700 метров, когда Вакса ощутила слабое изменение токов в ЧИПах боевой информационно-управляющей системы атомохода. Значит, они обнаружены «Базой».

Капитан SSN 768 четвертый час сидел в боевой рубке, пытаясь разобраться в недавнем произошедшем на планете. И ничего не понимал. Совершенно.

Взрыв ядерного реактора атомной станции.

Исчезновение самого современного крейсера «Лейк Чемплейн».

Неполадки в компьютерной сети и отключение всех наземных РЛС на целом континенте.

И, наконец, изменение курса боевого патрулирования.

Штаб, как плохая грампластинка, продолжал талдычить про ситуацию «под полным контролем». Что плохо вязалось с переводом подлодки в боевую готовность №1.

Шестым чувством капитан чувствовал неладное, в воздухе нависла непонятная угроза. Команда далеко не обо всем догадывалась, но и офицерам и рядовому составу передалась напряженность. Все сидели на своих постах, как пороховые бочонки, ожидая малейшей искры.

И такая искра проскочила, взведенные боевые пружины подлодки, много лет ожидавшие своего часа, распрямились.

На боевом посту ракетоносца, на экране монитора системы звуковидения, появился шарообразный объект диаметром около 400 метров. Пьезоэлектрическая матрица обработала сигнал и выдала приблизительное расстояние до объекта. Запрос в штаб флота ушел немедленно, и сразу же оттуда, без малейшего промедления, через спутник пришел приказ. Торпедная атака объекта и последующее срочное всплытие.

Тут же в боевую часть корабля последовали команды:

– Торпедная атака! Торпедные аппараты №1 и №2…

Все как будто облегченно вздохнули. Наконец, точки над i расставлены, часы ожидания закончены – перед лодкой находился реальный враг.

Люки торпедных аппаратов откинулись и одна за другой две 533 мм торпеды, вытолкнутые сжатым воздухом, устремились к цели. И пока 270 кг взрывчатки каждая торпеда несла со скоростью 95 км/ч, сервоприводы горизонтальных рулей лодки повернулись, неся подводный крейсер к поверхности океана. Сжатый воздух под огромным давлением выталкивал балластную воду из цистерн, делая лодку легче воды.

Лодка стремилась к воздуху, к связи с внешним миром, потому что только там компьютерная сеть могла обеспечить ее безопасность, поставив электромагнитный щит вокруг нее. Шло смертельное соревнование на скорость. Поле пыталось пробить метровые слои воды, обеспечить безопасность крейсера а к нему, тем временем, уже неслись боевые зонды хортхов.

Три призрака, невидимые ни человеческим глазом, ни приборами субмарины, разделились. Два из них ушли на перехват торпед. Через мгновение в их боевой части, из ничего, образовалась сгустки антивещества и почти одновременно прозвучало два взрыва. Ни одна из торпед до цели не дошла.

Огромная подводная волна от детонации подбросила лодку еще немного вверх, к спасительной поверхности океана. Компьютерная сеть уже начала окутывать ее спасительным коконом, когда в этот барьер врезался зонд «Берад-7».

Зонд как бы встрял в мягкий пластилин, который очень быстро густел и твердел. «Берад» медленно протискивался сквозь электромагнитный щит, но своими силами преодолеть его было все трудней, защита становилась с каждым мгновением плотнее. Все решил дополнительный пучок энергии, посланный с «Базы» по флюидной нити в помощь атакующему зонду.

Когда рубка подлодки показалась над поверхностью воды и защитный кокон наконец окутал лодку глухой стеной, боевой зонд хортхов оказался уже внутри этой защитной сферы. Он успел проскользнуть, прежде чем створки ворот за ним намертво захлопнулись, изолировав не только подводный крейсер, но и зонд. Щит, как ножницами, перерезал связь зонда с «Базой» и энергоподпитку от нее.

Выполнение задачи несколько усложнялось. Проникнув в центральный процессор, «Берад» изучил конструкцию субмарины, на что по человеческим меркам у него ушли всего доли секунды. А еще через мгновение он уже находился в ядерном реакторе атомного сердца подлодки. Материализовать антивещество зонд смог, но при этом частично материализовался и сам. А вот вернутся в исходное состояние без обратной связи с Базой, без невидимой нити, по которой шла энергия, он уже не мог.

Когда в реакторе сдетонировала антиматерия, в циркулирующей кипящей воде реактора, между защитными свинцовыми стенками, находилось полупрозрачное существо, напоминающее осьминога.

Через секунду мир внутри защитного кокона взорвался, кормовая часть лодки оторвалась напрочь, водонепроницаемые переборки внутри ближайших к корме отсеков сложились, превратив в лепешку все живое и неживое на своем пути. В остальных отсеках двойной корпус и перегородки дали течь.

Большая половина лодки с боевой рубкой еще держалась над водой, пока еще имея положительную плавучесть, оторванная корма же уходила на глубину, когда Вакса осознала свою ошибку.

Электричество в оставшейся целой части субмарины погасло, все приборы вырубились, компьютеры обесточились, и связь с Сетью прервалась. А когда защитный кокон вокруг изувеченной и обреченной субмарины исчез, из него вырвался призрак. Астральное отображение тоже изувеченного и обреченного боевого зонда «Берад-7», в котором осталась только одна единственная мысль – дикая боль взрыва.

Но не смотря на уничтоженную субмарину, на этот раз Земля одержала небольшую победу. Не столько уничтожением боевого зонда инопланетян. Совершеннейшей не то биомашины, не то дьявола из потустороннего мира, который, тем не менее, являлся всего лишь пешкой, мелкой шестеренкой. Важно то, что теперь Вакса нашла слабое звено врага.

Спокойный голос капитана казался только чуть напряженней и немного жестче, чем всегда. В темноте, из отсека в отсек, переданный на словах, пронесся его приказ экипажу: покинуть посты и пройти к спасательной капсуле. Люди открывали герметично задраенные люки между отсеками и пробирались к ней. Только не все смогли выполнить команду. Ближе к корме, из-за перекосившейся от взрыва перегородки, люк заклинило… Люди двигались кто в шоке, кто в растерянности и ничего не понимая, кто с ужасом осознавая произошедшее. Но главное – не было паники. Никто никому не мешал, не отталкивал, пробираясь по головам.

Из 133 человек экипажа в спасительном шаре собралось только 74. Остальные или погибли в первые мгновения взрыва, раздавленные переборками и обрушившимся молотом воды, или оказались в отсеках с заклинившими дверями…

Капитан ждал свой экипаж, пока остатки ракетоносца не опустились на глубину 50 метров. Дальше ждать не имело смысла, иначе не спасется никто. Он дал команду задраить люк и отстрелил капсулу от погружающегося в бездну крейсера.

Разведзонд, опутавший своей охранной ипостасью Базу, тот час доложил, что с уничтоженного подводного корабля землян отделилось шарообразное тело, понесшееся к поверхности воды. Значит, задача по уничтожению подлодки не полностью выполнена. Для завершения задания к капсуле понесся еще один « Берад».

Когда боевой зонд приблизился к спасательному поплавку лодки, тот уже плавал на поверхности, посылая сигнал «SOS» в эфир. Автономный источник электропитания и радиопередатчик капсулы работали исправно.

До штаба флота сигнал не дошел, зато он вновь связал компьютерную сеть с экипажем подлодки, и боевой зонд был отброшен, ударившись о электромагнитный щит. Этот буек с антенной был слишком нужен Ваксе для выполнения своего плана.

А в это время в срочном порядке, недалеко от «Базы», всплывали на поверхность еще три подводные лодки – два атомных ударных ракетоносца типа «Огайо» SSN 730 и SSN 732 и одна многоцелевая атомная SSN 24 типа «Сивулф». Они шли в указанный в радиограмме «штаба» квадрат в надводном положении. Сеть свои ошибки не повторяла дважды.

Света мчалась по свежему, хорошо заметному следу, держась чуть в стороне от него. Она не строила никаких планов дальнейших действий. Слишком неясно, что же будет через секунду, минуту. Решила действовать по обстановке. Главное – ничего не пропустить и не «засветиться».

А события развивались в бешеном для человеческого восприятия темпе.

Тем временем чужеродный след по отлогой кривой пошел вниз, к земле. К какому-то городу. Вокруг которого расстилалась спокойная, тихая равнина. В чуждом для человеческого глаза измерении переливающаяся темными призрачными цветами. Разбавляли монотонную картину окрестностей города росчерки отражений едущих по дорогам людей. Каждого человека окружала чудная аура, переливавшаяся мыслями и чувствами различных оттенков. Но все их чувства и переживания были, в основном, похожего цвета. Колеров особого, спокойного, дорожного ожидания, когда под колеса стелется особая сказка дороги.

А вот над тем местом, где стоял город, висела такая запутанная, многоэтажная, даже не трехмерная, а, наверное, больше, сумасшедшая смесь самых разных эманаций, что Свете пришлось вплотную приблизиться к следу, иначе она бы его потеряла. И вся эта прыгающая, меняющаяся какофония чужих мыслей, надежд и чаяний, человеческих аур, разных жителей скрытого от взора измерения: от безмозглых элементалей до общих идей и мыслей сообществ-экгрегоров, была сдобрена тяжелой, давящей атмосферой работающих двигателей, электроприборов, предприятий…

Светлана старалась не обращать внимание на дикий калейдоскоп. Но пару раз пришлось отвлечься, когда к ней пытались приклеиться элементеры. Бесплотные существа, недавно, после смерти людей, покинувшие их тела. Они, видимо, усмотрели в Свете силу, могущую им помочь, вернуть в привычный мир, из которого их вырвала смерть. Но они получили отказ в очень жесткой форме. Нельзя сейчас на них тратить время, к тому же они, бедняги, не знали, насколько чревато воскрешение из мертвых. Особенно, когда мозговые клетки тела уже начали отмирать.

Отвлеклась и чуть не налетела на ярко-синий призрак чужака. Он внезапно завис в окружающем эфире на одном месте, от него по флюидной нити назад пошла яркая ыспышка обратного сигнала. Что это был за сигнал, догадаться особого труда не требовалось. Внизу, под замершим чужаком-зондом находилось здание – компьютерный центр одного из предприятий города. След «Карс-22» входил в здание и там разветвлялся на множество ипостасей.

Обратный ответ «Бераду» пришел быстро, а в месте с ответом исчезла флюидная нить, ведущая к зонду-разведчику. «База» отрубила с ним всякую связь. Моментально все росчерки-ипостаси «Карса» кинулись к одному общему центру, и вот в здании уже находилась целая, сгруппировавшаяся к обороне, голубовато-фиолетовая медуза. Она увидела перед собой боевого призрака в тот момент, когда тот бросил в нее заряд. Круглый сгусток какой-то сложной энергии. Света, не размышляя, превратилась в молнию, пересекая след заряда. В глубине мелькнула мысль, что это может быть последний бросок. Но разум в тот миг оказался задвинутым на задворки. Девушку закружил сумасшедший водоворот боя, когда инстинкт самосохранения исчезает. Она пронеслась по следу, впитывая его в себя, запоминая внутреннюю суть нового оружия. Заряд пронесся по эфиру, оставляя на нем четкий след, как выдавленный отпечаток от шариковой ручки на листе бумаги. Света срисовала отпечаток информации, просто вобрав его в себя и запомнив сложнейшую программу нового неземного оружия и тут же отправила информационный импульс Ваксе. «Берад» не обратил внимания на невесть откуда появившуюся молнию, стоявшая перед ним задача поважнее заслонила собой все остальное.

Силы были, явно, не равны, но разведчик принял бой. Он понимал, что уже проиграл, против боевого зонда у «Карса» шансов не оставалось. Однако, «двадцать второй», запрограммированный не сдаваться, боролся до конца. Резкий рывок медузы вниз и в сторону – брошенный смертельный шар прошел мимо. От второго тоже успел уйти, но боевой зонд выстреливал заряды быстрее, чем двигался разведзонд. Третий шар попал медузе в щупальце. Взмах, и отброшенная разведчиком поврежденная конечность, отделившаяся, как сброшенный хвост у ящерицы, полетела в «Берад». Попавший в щупальце шар мгновенно всосался в часть «тела», передав ей свою программу на разрушение и энергию. Но прежде чем все тело медузы оказалось поражено, она отсекла свою конечность. Программа, заложенная в заряд, сработала, но не настолько быстро. Уже отсеченное, летящее в боевой призрак, щупальце материализовалось. Зонд увернулся и выстрелил еще раз, а разведчик потерял решающие мгновения. Четвертый шар вошел в его тело. Оно мелко завибрировало, сопротивляясь. Воздух вокруг него наполнился озоном, погустел, в пустой комнате, из ничего, начала проступать полупрозрачная медуза. Она становилась все плотней и плотней, осела на пол помещения, стала малоподвижной, как любое тело нашего, видимого мира. Увернуться от следующего, большого медленного шара, разведчик не успел. Новый шар приклеился к нему в тот момент, когда Света прошла сквозь само неизвестное, неземное оружие, а не через его след, срисовав информацию о нем.

Совершенно безрассудный шаг, тем более, что девушка сама видела мгновения назад действие безобидных на вид шариков. Даже несмотря на правильный расчет – новый шар должен действовать только на материальные тела. Будь у нее предварительно хоть немного времени подумать и взвесить свой поступок, а следовательно – испугаться, еще не известно, что бы она сделала. Но времени катастрофически не хватало. Девушка не успевала все обдумать и сделать выводы, она действовала по наитию. Через мгновение, когда Света «прошла» через шар и запомнила его, сработала команда его активации, и сгусток приклеившейся к разведзонду энергии превратился в антивещество. «Карс-22» в яркой вспышке исчез навсегда, оставив только в одном из измерений отблеск изувеченных частей медузы.

Света тут же постаралась спрятаться подальше в путанице обитателей астрала. Оставалось уповать на то, что боевой призрак в суматохе схватки не обратил внимание на ее телодвижения. И что, возвращаясь, по дороге на «Базу», если он пойдет по тому же маршруту, не заметит параллельно идущего ее следа. Иначе ее ждала та же участь, которая постигла уничтоженный перевербованный разведзонд. Парочка быстрых непонятных шаров и мгновенная смерть.

Смутная тревога не давала покоя. Не смотря на то, что пока все шло по плану. Мелкие нестыковки случались всегда. Все предусмотреть и спланировать невозможно. Однако, шестым чувством Координатор улавливал – что-то изменилось, как будто его втягивают в сети. Он не мог объяснить это чувство чего-то упущенного, просмотренного. Координатор не считал себя медиумом, привыкшим строить свои действия на уровне чувств и ощущений. Всю жизнь он руководствовался логикой, на чем и строил свою тактику. Не разу не давшую сбоя. И вот в мозгу кольнуло ощущение, что земная компьютерная сеть расставила для него ловушку, что она хитрее и умнее, чем казалось. Капитан экспедиционного корпуса хортхов чем дольше думал, тем больше интуитивно чувствовал ловушку. А также то, что, если он не перехватит инициативу, то произойдет катастрофа.

Для таких крайних случаев оставался крайний вариант – удар на упреждение – уничтожение, причем немедленное, всей земной Сети. Об интереснейшем эксперименте по зомбированию людей придется пока забыть. Ощущение надвигающейся опасности, даже катастрофы, перечеркивало все тщательно разработанные планы. Сейчас самое важное – не попасть в расставленные сети. Последним звонком, который его донельзя насторожил, оказался не выполнивший приказ о самоликвидации, вышедший из под контроля и оказавший сопротивление разведзонд. Еще раз все взвесив, капитан звездолета принял решение: уничтожение земной компьютерной сети. То есть, вначале, ее следовало разбить на части. Локализация путем уничтожения всех искусственных спутников и обрыва подводных трансатлантических кабелей – и единый организм окажется разбит на множество мелких, уже не могущих согласованно на что-то влиять. Следующий шаг- вывод из строя всех земных электростанций. Максимум сутки еще продержаться некоторые компьютеры на резервных блоках питания, и Сеть сама умрет.

Еще один вопрос беспокоил капитана. Спасательная капсула с людьми, оставшаяся от подводного корабля землян. К которой не могут пробиться даже боевые зонды. Зачем Сеть ее так бережет? Но и ее можно расстрелять тут же по всплытии Базы из-под воды из аннигиляционной пушки. Против такого оружия защиты не существовало. Когда пушка по курсу впереди себя делает пространственно-временной коридор, то ей все равно – есть на ее пути какие-нибудь электромагнитные щиты, или нет. Еще ни одна цивилизация не смогла противостоять могуществу хортхов. И совершеннейшему оружию, придуманному сверхцивилизацией. Которая должна остаться единственной, покорившей и уничтожившей остальные. А уж здешние аборигены с бензиновыми двигателями и огнестрельным оружием – куда им.

На подготовку нового плана уничтожения Сети: правильную расстановку ударных сил и средств, минирование ключевых объектов и т.д. он дал центральному процессору один час местного времени. С немедленным докладом о любом отклонении от графика.

А пока можно опять заняться узником. У Координатора начали закрадываться сомнения в истинности его зомбирования. Слишком много странного и непредсказуемого творилось вокруг. То, чего просто никогда на этой планете не должно случиться. Опытный командир не верил в случайные совпадения. Но отдельные звенья сбоев в продуманной и отработанной системе «освоения» планеты не укладывались пока в логическую цепочку. Если же эту цепь нащупать, а сделать это необходимо, то она приведет к цели. Кто или что за всем стоит. И одним из звеньев цепочки являлся пленник.

Самое ужасное заключалось в том, что он почти ничего не мог сделать. Имея колоссальные, сверхчеловеческие способности, Саша сейчас чуть не рыдал от своей беспомощности- спутаны пальцы рук, привязанных к телу и заклеен рот. Он не мог активировать ни одно заклинание, а от мычания с закрытым ртом только слегка холодел воздух, наполняясь озоном. Результата никакого.

В таком положении Александр мог бы только пассивно обследовать станцию. На свой страх и риск – если бы заметили его изменившееся астральное отражение, вышедшее из тела… Дальше догадки шли одна страшней другой. В том что его в состоянии заметить – Захаренко не сомневался, ведь инопланетная раса далеко превзошла землян в той области знаний, которая на Земле даже наукой не считалась. Так, помешательством отдельных фанатиков.

Поворочался пару минут, взвешивая все за и против. Выходило, что хуже ну никак не будет, под лежачий камень вода не бежит. Он лег на спину, расслабился и сосредоточился на одном – вырасти, выйти за рамки узницы, – это все, что смогло сделать обездвиженное тело. Потом отключил все активные органы восприятия – его призрак не должен ничего излучать – оставил только зрение и слух.

В первую очередь он обследовал замок. Как ни странно, это оказалась простая механическая пружинная защелка, открывающаяся снаружи. Еще электромагнитный мудреный фиксатор, который сейчас выключен.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Мониторинг – процесс систематического или непрерывного сбора информации о параметрах сложного объекта или деятельности для определения тенденций изменения параметров.

Вернуться

2

КПП – контрольно – пропускной пункт.

Вернуться