Екатерина Соколова
Как избавиться от токсичного окружения

Что есть токсичность в людях?

(написано для проекта «Токсичные родители» в 2018 году)

В очередной раз задумавшись о том, что есть «токсичность» в людях, на ум приходит одно слово – «преследование». Вот именно долгое, изнуряющее преследование охотником жертвы до тех пор, пока последняя не окажется либо загнанной в ловушку собственной логики, либо будет просто настолько измотана, что ей некуда и незачем будет бежать.

Я знаю этот взгляд. Если «токс» решил уничтожить вас, он будет спокоен. Он будет подкрадываться медленно, как дикая кошка перед прыжком. Он тихим, незаметным голосом будет произносить уничтожающие фразы, проникая в самые глубины.

Что-то внутри вас будет спрашивать: «Зачем этот человек задает мне ЭТИ вопросы?», «Почему не видит, что мне неприятно говорить на ЭТИ темы»?

Самые смелые из вас попытаются не дать расщепиться своему сознанию, не дать уйти следу этой боли и зададут вопросы напрямую охотнику. Но «токс» не уймется. На него эти слова подействуют так же, как звук проносящегося ветра.

Но только избранные посмотрят своему преследователю прямо в глаза. Посмотрят и произнесут: «Я есть. Я здесь. Не делай так. Не говори этого.» И вот тут-то «токс» покажет свое истинное лицо. Вас обвинят во всех смертных грехах, повесив и присовокупив хамство, безразличие, ограниченность ума. Все просто. В их системе координат вы не имеете права на свое мнение. А если это мнение прозвучало, вы автоматически становитесь субъектом, нарушившим закон, а, следовательно, на вас необходимо наложить наказание. Наказание полным игнорированием – вас превратят в вечного «человека- невидимку» – или полным обесцениванием всей вашей предыдущей жизни.

В своих схемах «токсы» довольно примитивны. Зная схемы распространения их токсичности, в ваших руках есть сорбенты, поглощающие всю ту грязь, которую на вас выливают.

И одно важное замечание (по Сьюзан Форвард) – не пытайтесь их переубедить и не скатывайтесь в оправдание. Ваши ответы должны быть нейтральными. Эмоционально безликими. Именно тогда вы сами обезопасите себя от влияния любого манипулирующего вами охотника.

Попробуй догадайся.

(написано для проекта «Токсичные родители» в 2018 году)

В одной из книг, я вычитала интересный способ манипуляции, он называется: «Попробуй догадайся, о чем я думаю». Мне в связи с этим сразу вспомнилась моя мама, которая всегда говорила: «Ну сделай что-нибудь, лапками пошевели, прояви инициативу». А когда я эту самую «инициативу» проявляла, она неизменно критиковала меня и уничтожала мою самооценку. Например, однажды она красила забор на даче и попросила принести ей попить. Почему-то все большие бокалы были заняты, и я принесла ей воды в обычной чашке. Потом на протяжении лет пяти она жаловалась своим подругам: «Крашу я забор, жара такая, пить так хочется, а Катя мне приносит пить в обычной чашке». В тот момент, я не понимала, что имела дело с профессиональным манипулятором, но на сердце неизменно было очень противное чувство, как будто кошки скребли. …

Также было с моим желанием приготовить что-то или помыть: что бы и как бы я ни делала, я неизменно делала это НЕ ТАК, то есть НЕ ТАК, КАК ХОТЕЛА ОНА. Это раздавливало мою самооценку. Это уничтожало во мне желание проявлять инициативу и творить. И главное, спираль закручивалась все больше и больше. Это самое страшное: когда ты понимаешь, что ты все время виноват, а в чем виноват, – непонятно.

Ну и напоследок веселая история от моей близкой подруги Аллы.

Алла – кандидат технических наук, говорит на четырех языках. Но в силу экономической обстановки в стране была вынуждена уйти из науки в коммерцию. Ее начальник – обычный низкопробный манипулятор, неуверенный в себе, самоутверждающийся на своих подчиненных. Над Аллой издевался он изощренно – он просто не давал ей работы. Алла, как сейчас говорят, часами «медитировала на пальму», потом брала с собой книги по экономике, чтобы хоть как-то занять себя в рабочее время. Самое дурацкое, что так без работы сидела она неделями, потом он вдруг давал ей задание, обычно мало связанное с ее профессией, и обязательно критиковал.

Накануне ее увольнения произошел следующий курьез. Начальник вызвал Аллу и прокричал: «У моих детей крольчиха родила крольчат, и срочно нужны «МЕШКИ ДЛЯ КРОЛИКОВ»! Ну Алла, житель городской, решила, что он имеет в виду мешки, чтобы этих самых кроликов утопить, и пошла узнавать по офису, есть ли у кого опыт убиения кроликов посредством помещения их в мешок. Со всей своей технической грамотностью она уже умножала рост среднего кролика на его вес и соотносила, таким образом, с объемом мешка. Все это она делала, советовавшись с коллегами, когда появился ее разъяренный начальник и заорал: «Алла, ты с ума сошла! Я имел в виду мешки с кроличьим туалетом, чтобы им в лоток сыпать». Вот откуда она, выпускница технического ВУЗа, могла это знать? Стоит сказать, что ему недолго оставалось над ней издеваться. Через пару месяцев она, наконец, уволилась…

Это называется «двойные связки» – double bind – погуглите, очень токсичная штука. Иллюстрация – старый анекдот: теща подарила зятю два галстука. Он примеряет один. Она: «Я так и знала, что второй тебе не понравится!». Как мы видим, человека заведомо ставят в такую позицию, чтобы было, за что его обвинить при любом его действии. Я где-то слышала, что в 60-х годах такое поведение матери считалось предпосылкой развития шизофрении. Потом оказалось, что оно встречается во многих семьях, где нет заболевания. Ребенок не может сделать то, что ему велят родители и ,не имея возможности уйти физически., уходит в себя.

Когда тебе кажется, тебе не кажется

(написано для проекта «Токсичные родители» в 2018 году)

Я предлагаю сделать эту фразу гимном этой недели, если не всей своей жизни. Эта фраза, в которую в конечном счете упиралось мое сознание на протяжении предыдущих пятнадцати лет, последнее время стала приобретать для меня какой-то особый смысл.

Я всегда считала себя уверенным в себе человеком, до тех пор, пока однажды одна моя приятельница в 2014 году не указала мне на одну мою особенность: прежде, чем принять важное решение (чего бы оно ни касалось), мне обязательно нужно было обзвонить минимум пятерых моих друзей и обсудить в деталях абсолютно все, будь то отношение ко мне моего парня или ссоры с родителями, в случае если «послание» ко мне не носило «прямого» характера.

Приведу недавний пример. У меня был друг, старше меня лет на десять, инженер, женат, с ребенком. Мы много общались, я чувствовала в нем силу и плечо старшего брата, которого у меня никогда не было. До тех пор, пока не началось… точнее, не начались… какие-то «двойные» послания. Сашка (так звали моего друга) много работал на Дальнем Востоке и писал мне оттуда почти каждый день. Наши отношения были настолько откровенными и безграничными («без личных границ»), что мы обсуждали ВСЕ. А потом… Саша стал присылать мне письма, странного содержания. Я не могла понять их смысл, но внутри почему-то становилось противно. Саша писал, как его «жена больше не хочет его» и о том, что «его флюиды до сих пор фонят», но теперь почему-то этого никто не чувствует. И в очередной раз я позвонила подругам: «Может мне кажется?». Подруги убедили в том, что мне НЕ КАЖЕТСЯ, и я написала Саше уничижительного содержания письмо, в котором четко расставила для себя все полкам: Сашины письма выглядели как флирт, мне это не нужно, ему лучше побольше общаться с женой… В ответ на меня естественно полился водопад из помоев.

Ну, так объяснили друзья.

А может мне все-таки кажется?

У меня была приятельница, возраста моей мамы. Я доверяла ей если не все, то почти все. А она в ответ «раскачивала» меня суждениями следующего содержания: «У тебя нет парня. А у меня есть такой знакомый Юрочка. Молодой, красивый, успешный. И познакомила бы я тебя с ним, но ему нужна голубоглазая блондинка из очень богатой семьи». От подобных фраз у меня учащалось сердцебиение, и становилось не хорошо, но я ничего не могла понять. Точнее могла понять, но не могла поверить. И я в очередной раз набирала телефон своих девчонок:

А может мне кажется?

Осознание приходило медленно и пугающе. И смысл его был намного глубже, чем просто сексуально-голодный намертво женатый Сашка или старая жаба, желающая самоутвердиться и потешить свое самолюбие. Смысл всего происходящего заключался в том, что я не распознавала «двойные послания». Я не могла понять, что фраза начальницы, типа «ты ведешь себя как продажная женщина» означала на самом деле «я завидую тебе, что ОН разговаривал с тобой, а не со мной». Я не могла понять, что фраза «ты перегружаешь меня подробностями своей жизни» означала на самом деле «я завидую тому, что у твоего мужчины (в отличие от моего) есть возможность свозить тебя в Париж».

Самое удивительное, что все это я чувствовала. Но боялась. Боялась признаться себе в своих же чувствах, как будто кто-то лет много назад наложил строгий запрет на возможность чувствовать то, что я действительно чувствовала.

Как ни странно, но ответы я нашла там же, в своей семье. Типичная фраза моего отца в случае, когда у меня появлялось свое мнение, быстро и надежно ставила меня на место: «Ты не чувствуешь этого на самом деле, тебе это кажется. Я же твой папа, я знаю лучше, что ты чувствуешь. Я же был точно такой же».

Как результат, я многие годы страдала от нервных и физических перегрузок – я просто не чувствовала свой лимит, не могла вовремя очертить личные границы в отношениях с коллегами, терпела унижения от людей, которым сама же платила деньги за их услуги…

Сейчас я на пути, на пути к себе. Моя подруга Алла уже имеет наготове дежурную фразу в случае, если она не может прямо сейчас меня выслушать и помочь:

«ЕСЛИ ТЕБЕ КАЖЕТСЯ, ТЕБЕ НЕ КАЖЕТСЯ»

Синдром самозванки

(написано для проекта «Токсичные родители» в 2018 году)

Пенка от капучино медленно оседала, становясь похожей на тающий снег. Я сидела в маленькой пражской кафешке и думала о чем-то и ни о чем. Прага совершенно разочаровала меня: верно сказала моя Юлька, что когда мы мечтаем о чем-то, мы понятия не имеем о том, о чем мечтаем. Прагу я представляла себе, как красивый европейский город со средневековой архитектурой, а по факту оказалась на территории заброшенных поликлиник и торговых центров с непередаваемыми запахами помоев, испражнений и цементной пыли.... Все это напомнило мне мое детство, самую раннюю его пору, начало 90-х.

Внезапно мои мысли были прерваны телефонным звонком: то звонила моя Аллочка, мой давний душевный друг и, по совместительству, мой вечный соратник и со- (чаевник? кофеино-посидельник?) по вопросу проработки психологических установок.

Голос Аллочки дрожал – по всему было ясно, что она хочет сообщить мне что-то очень важное, но при этом личное.

– Катя, – начала осторожно Аллочка, – помнишь я говорила, что начала читать Орлова «Восхождение к индивидуальности». Так вот, я пришла к странному выводу. Но даже не знаю, с чего начать… Ты знаешь, мне дико сложно было в институте экзамены сдавать. Все время. Спасало только то, что они все письменные были.

Про Аллочку я уже писала в своих предыдущих постах. Выпускница сложнейшего факультета одного из ведущих технических вузов, владеющая несколькими языками, она и в 31 сохраняла какую-то неподдельную детскую искренность и восторженность. При всем том, Алла была ученым в душе, настоящим ученым, из тех, кто смело бы отказался от карьеры топ-менеджера ради возможности работать с людьми в лаборатории, где пытаются изобрести супербиоразлагаемый пакет, не наносящий ущерб окружающей среде. Помимо всего прочего, у Аллочки, сколько я ее помню, была всегда особо рода зависимость – она физически не могла существовать без интеллектуального труда: в погоне от серых будней она учила 4 языка, закончила аспирантуру, а потом еще отдельно, сама не зная зачем, закончила и Бауманку. И вот этот человек звонит мне одним декабрьским днем и признается, что всю свою жизнь сдавать экзамены для нее было пыткой, такой же самой пыткой. как и проходить собеседования.

– Алл, ну-ка давай поподробнее, – с нескрываемым интересом сказала я.

– Катя, да просто одно и то же. Я прихожу на собеседование, меня спрашивают элементарщину какую-то, а я слова из себя выдавить не могу. Чистый лист. И знаешь что? Читая Орлова, вот вспомнила, что в институте- то было то же самое. Каждый раз. Хотя я старательно и училась, и занималась, и готовилась. А у тебя такое было?

Внезапно я осознала, что ладони мои молниеносно вспотели, лоб покрылся испариной, а сердце бешено забилось. «Вот оно, – подумала я, – началось. Реакция на информацию, столь глубокую и интимную, что ее хочется спрятать подальше не только от своих друзей, но и от самой себя.»

– Было, Алл, – медленно через себя начала я, – все 6 лет учебы в Академии. А это 12 экзаменов и зачетов в семестре. 12 семестров и диплом. Я до сих пор считаю себя самозванкой, не заслуженно получившей диплом (Это несмотря на то, что поступила я сама, не с первого раза, но на бюджет). Все 6 лет я пахала «как папа Карло», а ведь ты знаешь – у нас была система так называемых «отработок» (не пришел в день семинара или плохо ответил – будь любезен прийти в день консультации преподавателя и ответить ему всю тему, которая, в свою очередь, могла состоять из 300 страниц различных нормативно-правовых актов). И я готовилась к семинарам, ходила на лекции, зубрила, читала, готовила дополнительный материал, опять читала. Перед экзаменом читала снова. И к экзамену приходила в состоянии чистого листа, вследствие чего свои зачеты получала, больше, проезжаясь на авторитете. Преподаватели при этом всегда удивлялись, как это так – такая умная ответственная студентка, и – по нулям. Бывали, правда, моменты, когда я выдавливала из себя что-то, но это было только в 50 процентах случаях. В основном же, в битве правовая отрасль против нервной системы, первая терпела сокрушительное поражение.

По Аллиному вздоху, я поняла, что ОНА ПОНЯЛА. Именно поэтому она и рассказала мне: она знала, что тема экзаменов и диплома для людей вроде меня и нее была даже более интимной, чем секс.

– Я до сих пор считаю себя самозванкой, Алл. Поэтому я, наверное, и не стала юристом, поэтому отказалась от работы в Цюрихе и решила сменить профессию – несмотря на то, что у меня в голове до сих весь гражданский кодекс и я смело могу вытащить оттуда что угодно, когда это нужно моим друзьям, чтобы защитить их интересы, я никогда не считала себя профессионалом в юриспруденции… ведь я НЕ ЗАСЛУЖИЛА.

– А хочешь я теперь расскажу тебе, почему это происходит? – невозмутимо тихим голосом ответила мне Аллочка. – У тебя с детства механизмы защиты срабатывают. По "выключению". …и "забыванию". Ты так часто вследствие своих "токсических родителей" чувствовала вину, что психика, не находя этому рационального подтверждения, просто блокировала все, что под руку попадалось: эмоции, события, память. И всякий раз, испытывая стресс на экзамене, твое тело реагировало привычным для тебя способом.

Алла замолчала. Замолчала и я.

За окном по-прежнему виднелись пыльные улицы Праги. Такие же пыльные и плохо пахнущие, как улицы моего родного города в 90-х. Я снова стала маленькой девочкой, которой предстояла долгая и иногда со своими "заковырками" жизнь. Я вспомнила слова любимого мужчины перед нашим расставанием: "Жизнь как нефть. Она циклична. И когда-нибудь ты обязательно вернешься в ту же точку, с которой начала".

_________________________ Многоточие вместо вывода. В общей сложности, на свои поступления в Московскую государственную юридическую академию и учебу там я потратила 9 лет.

Всё о вербальной агресии
или как исключить из своей жизни токсических друзей и коллег

(написано для проекта "Токсичные родители" в 2020 году)

Чем больше вы знаете о вербальной агрессии, тем сильнее ваша способность отвечать на нее уверенно и решительно.

Патрисия Эванс

Что мы знаем о вербальной агрессии? Легко ли распознаем ее при общении с людьми? Почему так важно уметь улавливать нерациональный словесный гнев и адекватно отвечать на него?

Некоторые события жизни моих близких, произошедшие за последние месяцы, заставили меня задуматься о том, что понимание самого факта вербальной агрессии не менее важно, чем навыки адекватного ответа на нее. Именно поэтому сегодня хочу рассказать о тех важных этапах любого общения, которые необходимо понимать, для того, чтобы не стать жертвой словесного абьюзера. В этом мне поможет замечательная книга Патрисии Эванс «Не бьет, просто обижает. Как распознать абьюзера, остановить вербальную агрессию и выбраться из токсичных отношений». Итак, вот что она пишет:

«Непредсказуемость вербальной агрессии изолирует каждый случай в сознании жертвы, и она воспринимает их все как не связанные между собой инциденты. У нее складывается впечатление, что каждый инцидент касается чего-то своего. В перерывах между ними у нее может возникать чувство спокойствия и безмятежности. Поскольку каждое проявление вербальной агрессии кажется отдельным случаем, жертва не только может забывать о предыдущих инцидентах, но ей также бывает очень трудно распознать какой-то общий шаблон или образец агрессии».

Я считаю, что в этом отрывке заложена важнейшая характеристика вербальной агрессии, а именно ее непредсказуемость. Чтобы поймать словесного абьюзера «за хвост», иногда уходят месяцы и годы. Но если вы сможете сделать это, возможно, впервые за долгое время вы сможете вздохнуть свободно.

Реальные жизни – реальные судьбы

Периодически доносятся до меня истории про людей, которые, не обладая ярким интеллектом и способностями, могут буквально «сводить с ума» окружающих: родителей, партнеров, друзей, коллег. В попытках разобраться в этих отношениях жертва, как правило, попадает в паутину, состоящую из бесконечных конфликтов и обвинений, и, порой, и не разобраться, кто в этой ситуации прав, а кто – нет.

К слову, я считаю, что уверенного успешного образованного человека в принципе трудно вывести из себя: путь, как бы он ни был тернист, лежит через взлеты и падения, выигрыши и проигрыши, людей хороших и плохих, честных и нечестных. «Опыт – сын ошибок трудных», как писал А. С. Пушкин, именно поэтому у действительно думающих, реализованных людей часто возникают ситуации, которые в лучшем случае просто портят им нервы, а в худшем – ломают жизнь.

Вот некоторые собирательные истории, которые я часто слышала от своих друзей.

Пример номер 1. Имена изменены

Началось все со звонка моей приятельницы. Назовем ее Даша. Она, будучи человеком исключительно сдержанным, тактичным, дисциплинированным, довольно долго и путано рассказывала мне про какую-то свою родственницу и то, как та «изощренно над ней издевается уже не первый месяц». Чем путаней становился рассказ, тем возрастал в нем градус эмоций:

– Она повторяла мои мысли, говорила точь-в-точь, что говорила я два года назад! – задыхалась от возмущения Даша.

– Даш, – пытаясь разобраться в ситуации, начала я – ну это нормально, многие мои друзья тоже часто повторяют то, что говорила им я, а я могу повторить то, что говорили мне мои старшие товарищи. Мы люди, мы впитываем информацию, перерабатываем ее и выдаем. Прямо как компьютеры! – пыталась подбодрить я подругу.

– Нет, Катя, ты не понимаешь, – продолжала обычно спокойная и сдержанная Даша – она учила меня тому, чему учила ее я… когда она только пришла работать в компанию… прямо моим голосом и моими словами…. Как будто это она специалист в этой области, а не я… как будто это она специалист с двадцатилетним стажем, а я студентка-практикантка, какой была она год назад. Как будто в какой-то момент мы местами поменялись, только меня об этом никто не предупредил! И делала она это с такой уверенностью, с таким актерским талантом – Станиславский позавидовал бы! И мозг мой постоянно выдавал «error», «error» – как будто тебя просто лишают куска себя! И происходит это всё чаще и чаще! Не могу сказать, когда это началось, и почему я вообще позволила этому случиться!

– Так, подожди, – пыталась рационализировать я полученную информацию, – Это похоже либо на чисто женский выпендреж (прости за просторечье), либо пример газлайтинга профессионального манипулятора. Хочешь сказать, что она методично так сводит тебя с ума?

– Да! Именно это! Я схожу с ума, Катя, понимаешь? А потом начинаешь ей объяснять, аргументы приводишь, думаешь, что прижимаешь их к стенке. А она начинает увиливать!

В тот момент я еще не очень хорошо понимала то, что в такой несвойственной себе эмоциональной манере пыталась донести до меня красивая и умная Даша. «Ну подумаешь, – проносилось у меня в голове, – ну повторил человек твои слова. Ну а за мной ученики повторяют целые фразы и потом в сочинение вставляют».

Пример номер 2

«Я не могу до сих пор понять, КАК я попала в эти отношения. Сейчас, оглядываясь, у меня ощущение, что я в каком-то нереальном кошмаре побывала. Но как я могла оказаться в такой истории? Этот мужчина, во-первых, злоупотребляет алкоголем, во-вторых, он эмоционально нестабилен. И главное – это совершенно не мой тип. А с чего все началось? Сначала мы просто дружили, и как-то незаметно я стала ВОВЛЕЧЕННОЙ не только в эти «недоотношения», но и в какие-то странные разборки и скандалы. А как же было сложно с ним расстаться! Он то просил прощения, то обвинял меня в холодности, то кричал на меня, то бил меня, то пел песни под окном. А после расставания он создавал фейковые аккаунты с моим именем, размещал мои фото на сайтах знакомств – мне номер телефона пришлось поменять. Он даже пошел к моему же психоаналитику! И на курсы кулинарии, на которые ходила я, он тоже пошел! И знаешь, какой вопрос я задаю себе сейчас? Как я вообще попала в это во всё! В какой момент он меня «схватил и утащил»? Когда я потеряла эту волю?»

Пример номер 3. Имена изменены

«То, что происходит у меня на работе последние месяцы по-другому как психиатрической клиникой не назовешь! Помнишь, я тебе рассказывала про Ксюшу, которая всех подставляет? Ты не представляешь, что они на пару с ее начальницей Леной на днях учудили! Представляешь, они на пару взялись травить девочку одну, причем девочку хорошую, умненькую, очень способную, но очень тихую и скромную, из тех, кто промолчит и не ответит. Наташа ее зовут. Она, бедняжка, приходит на работу самая первая – уходит последняя, и все ей довольны. Она вообще от природы очень скромный, интеллигентный, воспитанный и, главное, трудолюбивый человек. И вот, каждый раз, когда эта стая волков на нее набрасывается без всяких веских оснований – Наташка просто «в себя уходит». Ну и травили и провоцировали они ее долго. Последние месяцы Наташа стала признаваться, что приходит домой и до ночи от обиды плачет. А тут и вовсе увольняться решила. Подала заявление на увольнение.

И ты представляешь, мой начальник, видя это безобразие, решил Наташу забрать к нам в отдел! «Зачем, – говорит, – хорошую девочку будем отпускать. Пусть у нас работает». Ксюша и Лена весь день ходили мрачнее тучи, приходят и говорят: «Хорошо, только если Наташа к вам в отдел переходит, пусть работу доделывает! А то как это – мы ее с недоделками отпускать должны?» И дали ей документов технических на 200 страниц. На выходные, причем: всё потому, что Наташа должна была к нам выходить как раз с понедельника. Наташа попыталась им объяснить, что ей физически это за выходные не выполнить, так Лена с Ксюшей на пару стоят, смеются: «Ну готовься тогда, девочка, по статье за несоответствие должности уволим».

Наташа опять в слезы. Безвыходная ситуация какая-то.

Наташе пришлось задний ход дать. «Хорошо, буду увольняться». А Лена с Ксюшей смеются над ней в голос и говорят громко так, как будто Наташи и в помещении нет: «Ой, посмотрите, трусишка наша испугалась, убегает, поджав хвостик»!

В результате Наташа манипуляций над своей психикой не выдержала. И – таки уволилась в тот же день.

Три эти совершенно разные истории, на самом деле характеризует одно и то же явление – попытки контролировать человека посредством вербальной агрессии.

Как мы начинаем любые отношения

Я недавно провела среди своих друзей интересный опрос: какие чувства они испытывают при знакомстве с новым человеком? Палитра оказалась довольно разнообразная: от чувства подозрения и настороженности до ощущения начала нового приключения. Но. Все мои друзья сходились в одном – при первом знакомстве никто никогда не начинает искать в человеке скрытые манипулятивные приемы или (не дай Бог) психические отклонения. Несмотря на то, что разные люди по-разному присматриваются к тем, кто по воле судьбы становится новым попутчиком в их жизни, и я, и мои друзья исходим из презумпции вменяемости, адекватности и порядочности человека.

Более того, чем умнее и образованнее человек – тем более он открыт к критике, к альтернативным взглядам на самого себя. Особенно это видно на примере некоторых моих знакомых, которым повезло работать с идейными людьми, профессионалами своего дела. Такие люди живут в некой реальности, где сотрудники одного предприятия могут искренне порадоваться друг за друга, помочь в чем-то друг другу, дать дельный совет. Но у медали есть две стороны, и ахиллесовой пятой подобных людей становится их абсолютная вера в человеческую честность, приводящая их в конечном счете в лапы манипуляторов.

Когда что-то идет не так…

Как говорит одна моя опытная коллега: «Дети часто чувствуют, что что-то «происходит не так», но им непонятны их собственные эмоции. Они не могут разобраться в себе, не могут выразить словесно то, отчего им плохо. В результате реакцией на подобное состояние будет просто плач или крик».

Взрослые люди, казалось бы, должны понимать, что они чувствуют.

Но должны ли?

Много ли вы знаете людей, которые с абсолютной уверенностью и непоколебимостью сядут перед вами и скажут: «В тот момент я почувствовал обиду и злость. Мне захотелось закричать. И обвинить ее в том, что она сломала мне жизнь»? Как по мне, так подобные предложения я, скорее, встречу в английских романах…

Чаще же люди, испытывая неприятные чувства, пытаются просто убедить себя в том, что это что-то незначительное и мимолетное, просто реакция на собственную усталость или вовсе на плохую погоду.

Знания – сила

Итак, вы поняли, что вас засосало в трясину неприятных отношений. Как же понять, что с вами происходит? Лично мне в этом вопросе сильно помогла методика изучения иностранных языков.

Например, вы слушаете незнакомый текст и не понимаете ни слова. Вы можете прослушать его два, три, четыре раза, можете даже, как попугайчик, начать воспроизводить целые фразы (кстати, в три года, по рассказам мамы, я именно так воспроизводила на слух все песни из заставок к известным сериалам), но смысл всё равно так и не уловите.

А теперь давайте начнем от обратного. Откройте тему, по которой составлен диалог, прочитайте осмысленно слова по данной теме, попробуйте научиться идентифицировать их как на письме, так и на слух. И уже после этого прослушайте тот же самый диалог. Гарантирую, если вы действительно выучили слова, их правильное произношение – то и в диалоге эти же слова вы узнаете с легкостью!

То же самое происходит и с вербальной агрессией. Зная те конкретные приемы, которые использует агрессор-манипулятор, вы без труда научитесь их распознавать и не «садиться» на деструктивные эмоциональные качели манипуляторов.

Виды вербальной агрессии

Патрисия Эванс называет следующие виды вербальной агрессии:

1. Необщительность

2. Возражение

3. Обесценивание

4. Нападки под видом шуток

5. Блокирование и отвлечение

6. Обвинение

7. Осуждение и критика

8. Тривиализация

9. Пренебрежение

10. Угрозы

11. Обзывание

12. Забывание

13. Приказы

14. Отрицание

15. Агрессивный гнев

Расскажу подробнее о некоторых видах агрессии на основе собирательных историй моих друзей и знакомых.

Необщительность (п.1) или «Violence of silence» («насилие молчанием»)

Первый пункт, о котором говорит Патрисия Эванс, я называю «Violence of silence» («насилие молчанием»). И хочу особо подчеркнуть – здесь речь идет вовсе не о ситуациях, когда один человек настроен на знакомство, а второй старательно этого знакомства избегает (мне кажется, многие молодые девушки становились «жертвами» подобных ситуаций в местах массового скопления людей). Здесь говорится именно о динамике долгосрочных отношений, когда один человек, испытывая постоянно неприятные ощущения от общения, пытается поговорить об этом со своим партнером (коллегой, другом), а тот, в свою очередь, просто машет рукой и говорит: «Да я забыл уже, и ты забудь. Это не имеет значения». Таким образом, человек, испытывающий дискомфорт все больше и больше тонет в собственных вопросах и «фрустрации».

Отдельным пунктом я бы выделила отсутствие ответа во время переписки, когда один из участников общения, не желая сокращать дистанцию, терять лидирующую позицию и пр. просто игнорирует полученную информацию.

Например, человек попросил вас прислать ему какую-то книгу, статью. Если ваше общение происходит уже не первый год, то вы как минимум будете ждать ответного: «Спасибо». Но проходит день, неделя, месяц. В вас начинают зреть сомнения: а может человек ничего от вас не получил и просто боится об этом сказать? Не сомневайтесь. Просто уточните. С вероятностью 99% письмо было получено. А вы… Вами просто воспользовались, и вы больше не интересны.

Возражение (п.2)

Обесценивание (п.3)

Осуждение и критика (п.7) или «Так-то оно так, да совсем не так»

Пример номер 5. Имена изменены

Мы сидели на веранде уютной кафешки, когда у моей приятельницы Марии зажужжал телефон. Она взяла телефон, как-то автоматически провела пальцем по экрану и вздрогнула.

– Ну вот, опять, – грустно сказала она, —давно не получала долю поучений от Зои.

– Как это? – поинтересовалась я.

– Да ты знаешь, сейчас же социальные сети, все такое. Я решила найти своих друзей детства. Нашла. Добавила в друзья. И вот теперь раз в неделю мне приходит комментарий к какому-нибудь моему посту от моей подруги детства, Зои. И всегда почему-то мне кажется, что в этих комментариях есть не то ненависть, не то… Ладно, не слушай меня. Ты же знаешь, я такой человек, мне ж слово поперек сказать нельзя. Мое мнение всегда самое правильное! – самоуничижительно закончила моя подруга.

Всё. Для меня сработали сразу три индикатора. Первое – она вздрогнула от комментария. Второе – она сама себе пытается доказать, что человек ничего плохого не имел в виду. Третье – она сама на себя навешивает эпитеты и признаки, которые в глазах окружающих умаляют ее честь и достоинство.

Мне стало любопытно.

– Слушай, но просто в порядке эксперимента. Ты можешь мне сказать, что там за посты и что там за комментарии?

– Ой, да мне даже стыдно тебе показывать. Я, видимо, какую-то глупость все время пишу и перепост делаю.

И она начала листать ленту социальной сети.

– Ну вот, например. Это мы с ребенком в Турции отдыхаем, а Зоя пишет: «Ну ничего такая гостиница, но вообще в этом регионе все гостиницы – это г.»

Или вот. Сын изучает французский, написал мне поздравление с днем рождения. А она прям в комментариях указывает на его ошибки, причем сама она меня с днем рождения так и не поздравила.

Или вот. Вместе с сыном смеемся над его ошибкой. Он, вообще, отличник у меня, а тут в кое-то веки написал во время диктанта «из-за врага» вместо «из-за оврага». И учительница ему пишет: «Будь внимателен!» Ну мы поржали с мужем, а тут опять Зоя в комментариях. Пишет о том, «как это неэтично обсуждать преподавателя за глаза!» Кать, но Петя мой очень хороший! Послушный! И он учительницу любит! И учительница ему в итоге 5 поставила! Может, я правда такая грубиянка?

Но кульминация была, конечно, на прошлой неделе. Обсуждали мы там с одной мамочкой учебники. А ты знаешь – у нас больная тема. И тут влезает в комментарии Зоя и пишет: «Ой-ой, это кто тут у нас с автором учебника спорит. Кто-то просто считает, что его мнение самое правильное!»

Тут я не выдержала. Говорю:

– Маш, ей сколько лет, этой Зое?

– 37…

– А кажется, что 7. Потому что ответы примерно уровня обиженного ребенка. Я молчу о том, что она тебе постоянно возражает. Но она ж тебя высмеивать пытается.

– Кать, да! Все, кто видел комментарии эти, мне потом в личку написали: «Ты слонов «поставь» к себе на страницу, она и тут скажет, что это ты какая-то не такая!». Знаешь, у меня появилось такое странное чувство, что ей прям мне доказать что-то надо. Унизить. Уесть. И ведь за все это время ни разу ничего хорошего она мне не написала! Ни разу!

Я не психолог, не стала убеждать Машу. А просто послала ей ссылку на человека, чьи лекции когда – то открыли мне глаза на подобные вещи.

Проект Surviving Narcissism от Dr. Les Carter

Помещаю ниже перевод части той лекции с говорящим названием «Унижение»:

«Нарциссисты испытывают восторг от унижения людей. Они ждут, что, общаясь с ними, вы будете испытывать вину и стыд. Они выбирают людей, которых считают условно ниже себя. И начинают над ними издеваться.

Такое поведение – это их компенсация, компенсация за детство, проведенное в страхах и конфликтах. Они как бы заранее кладут на вас вину и стыд, чтобы не чувствовать это самим от вас. Нарциссист начинает втаптывать в грязь в тот момент, когда видит, что жертва что-то представляет из себя. Именно тогда нарциссисты вгоняют вас в позицию беспомощности.

Отдельный вид унижения нарциссистов – публичное унижение —существует для того, чтобы у этого унижения были свидетели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.