Роман Дингер
Сердце волчье

«…Если хочешь стать ты зверем – поклонись Сатане. Ибо властен он над душою зверя, ибо сам – Зверь, и ликом черен…

…Ночью темною, когда светила небесные начнут свой хоровод, произнеси слова клятвы страшной, душу зверя призывающую, сбрось одежды свои, ибо не дадут они тебе свободы. Взалкай крови – и выпей, дабы познать вкус ее…»

Часть 1

Глава 1

Апрель 2171 года

Солнце нехотя выглянуло из-за туч, на мгновение осветив желтым улицы, потом неторопливо исчезло, решив, что с него достаточно. И вместе с ним исчез свет, которого и так было мало в последние месяцы. Улица погрузилась в сумрак и тишину, нарушаемую лишь воем тяжёлых моторов.

Большой бронированный джип, с черно-желтой эмблемой ИВК, несся по полупустым улицам. За ним, держась поодаль, неслись еще три, но уже без опознавательных знаков. Редкие прохожие жались к стенам, увидев машины с эмблемой, которая обычно становилась для многих предвестником бед, но джипы, не останавливаясь, пролетали мимо на большой скорости… На повороте к узкой улице, ведущей к большому, кирпичному зданию, машины остановились. И, как по команде, распахнулись двери, выпуская из недр машин людей, слаженно и быстро начавших окружать здание, будто повинуясь неслышным командам. Из головного джипа нехотя вышел высокий человек, в строгом чёрном плаще, захлопнул дверь и огляделся. Потянулся, недовольно растирая поясницу, потом поднял руку, и направился к двери. Люди, приехавшие с ним, выстроились вдоль стен, направив оружие стволами вниз.

Человек состроил гримасу. Постоял мгновение перед тяжёлой металлической дверью, будто раздумывая, что с ней делать. Пожал плечами и просто вдавил кнопку звонка до упора.

– По какому вопросу? – осведомился голос из динамика, встроенного в стену, рядом с дверью.

– По приказу Императора, – ответил человек. – Военная Канцелярия.

– В доступе отказано, – ответил спокойно голос. – Только согласно предписанию.

– Как хотите, – пожал высокий плечами. – Тогда я отдаю приказ взорвать здание. Простите за беспокойство.

Он повернулся спиной к двери и сделал шаг вперёд, вновь подняв ладонь, будто закованную в чёрную кожаную перчатку. Замок звучно щелкнул, и тяжеленная дверь медленно поползла в сторону. Человек усмехнулся и обернулся. Пробормотал что-то вроде «Вот и прекрасно…», кивнул головой стоявшим возле стен бойцам и вошел. Дверь тут же закрылась обратно.

– Предписание, сэр!

Человек вошёл в небольшой тамбур и остановился, сделав всего два шага. Остановился, чтобы прочесть правила посещения лаборатории, высветившиеся перед ним на голографическом экране. Дальше всё равно бы не прошёл, потому что не была открыта прозрачная дверь из бронированного стекла. Тронув пальцем стекло, пришедший углубился в чтение, машинально стряхивая с пальца сероватую пыль. Но не успел дочитать до конца, как по ушам стеганул короткий возглас:

– Стойте на месте!

– Стою, – не глядя ни на кого, спокойно сказал высокий и продолжил читать.

К нему быстро направлялись двое охранников, настороженных, хмурых, оружие наперевес. Остановились перед тамбуром:

– Ваше предписание?

– Одну минутку, господа, – поднял палец вверх человек, дочитывая медленно плывущие строчки.

Охранники переглянулись. Занервничали. Один протянул руку к груди, на которой поблескивала рация, но остановил движение, когда пришедший вдруг посмотрел на него и громко произнёс:

– Всё.

– Что – всё? – удивился один из охранников.

– Я к вашим услугам. Вы что-то спрашивали?

Охранники молчали. Один отступил на два шага назад, взялся за рацию и принялся что-то в неё говорить, поглядывая искоса.

– Простите, сэр! – Пришедший вежливо постучал пальцем по двери. – Можно спросить?

Второй охранник кивнул.

– У вас тут написано, при входе, при необходимости, устраивается обыск? – Дождавшись кивка, он продолжил. – Но как вы собираетесь меня обыскивать тут? За дверью?

Охранник посмотрел на первого. Тот кивнул и обратился к человеку:

– Сэр, ещё раз. Откуда Вы?

– Военная Канцелярия.

– Предписание или ордер при Вас?

Пришедший кивнул:

– Естественно. Я бы не стал беспокоить столь уважаемое учреждение по пустякам, и, если Вы позволите, то я…

– Здесь просто склад, – перебил его охранник. – Не понимаю, почему он интересует Военную Канцелярию.

– Позвольте пройти, господа! И я отдам вам письмо, из которого вы всё поймёте.

Они колебались недолго. Первый охранник кивнул второму, и щелкнул маленьким пультом. Дверь медленно поползла вбок. Пахнуло лёгким запахом медикаментов и прохладным воздухом. Человек проследил взглядом за дверью и сунул руку в карман.

– Стойте спокойно! – отступил на шаг охранник, поднимая оружие. – Письмо!

– Минутку, – спокойно ответил высокий, медленно вынимая руку. – Вот, прошу…

Всё дальнейшее продлилось мгновение: маленький плотный конверт полетел к охраннику, который отвел ствол в сторону, в попытке поймать письмо. И сделал шаг в сторону перекрывая пришедшего от второго. Мощный пистолет негромко выстрелил дважды, отбрасывая охранников назад. Потом хлопнули ещё два выстрела. Высокий невозмутимо посмотрел на тела, прошел к маленькой кабинке и нажал синюю кнопку. Металлическая входная дверь дрогнула, открываясь, и коридор быстро наполнился людьми, которые ожидали снаружи. Часть из них быстро бросилась в комнату охраны, а часть пошла следом за высоким вглубь помещения, к ступенькам, ведущим в подвал…

– И всё же, мир мало изменился, – пробормотал человек, зябко кутаясь в плащ. – Особенно для тех, кто попадается на старые уловки.

В лаборатории было тихо. Если не считать писка нескольких приборов.

Тяжелые шаги по коридору. Потом стеклянная дверь распахнулась от сильного толчка, и в комнату зашел высокий человек, в черном плаще. Высокий, с холодными глазами, он остановился, обвел взглядом комнату, неторопливо прикрыл дверь и покачал головой. Красли удивленно посмотрел на него и отложил в сторону маленький прибор:

– Что Вам нужно, молодой человек?

Вошедший вздохнул. Неторопливо выудил из кармана пластиковую карточку, сунул под нос профессору и вежливо ответил:

– Капитан Кроу. Имперская Военная Канцелярия. Вы арестованы, господин профессор.

– Что за глупости? – изумился Красли. – По какому праву?!

– Приказ. Вы уж простите великодушно, но у меня предписание…

Он опять вздохнул, зачем-то посмотрел на потолок и вдруг резко, наотмашь, ударил профессора. Тот вскрикнул и упал, опрокинув небольшой пластиковый столик с колбами.

– Я сказал – Вы арестованы, – повторил высокий. И махнул рукой.

Моментально стало шумно… В лабораторию ворвались вооружённые люди, быстро заполнили комнату, нацелив оружие на профессора и грамотно заняв позиции по всей комнате. Высокий поморщился, переступил через Красли и направился к двери, находившейся в дальнем углу лаборатории. Остановился на секунду и произнес, ни к кому не обращаясь:

– Теперь всеми разработками будет заниматься Канцелярия. Увы. Ей и нам. А так же Вам, Красли… Смиритесь.

И, быстро набрав код на электронном замке, толкнул дверь… Красли приподнялся на руках, пытаясь что-то сказать, но один из солдат наступил ему на шею, заставив лечь лицом на пол:

– Лежать.

– Умоляю… – прохрипел профессор, пытаясь вывернуться. – Скажите ему, что не нужно туда!

– Лежать!

– Пожалуйста, Вы должн…

– Лежать! – И тяжелый ботинок придавил ещё сильнее, заставив захрипеть…

Капитан Кроу открыл дверь комнаты, дождался, когда вслед за ним зайдёт ещё один человек, такой же высокий и рослый. Дождался, когда закроется дверь, с тихим чмокающим звуком, и снял перчатки. Окинул взглядом приборы. Подошел к блоку жизнеобеспечения, постоял минуту, разглядывая данные. Кивнул. Потом направился к кушеткам, в дальнем углу комнаты, стоявшим за прозрачными пластиковыми перегородками. Медленно отодвинул одну в сторону и удовлетворённо вздохнул. Напарник Кроу, капитан Ферро, сел на стул, не сводя взгляда с капитана:

– Мик, может, все-таки скажешь, какого черта мы ищем здесь?

– Всему свое время, капитан. Если ты читал утреннюю директиву, то сам поймешь.

– Директиву? Какую? Ах, директиву… Ты про «Перевертыш», что ли?

– Про него.

– Прочел, но не совсем понял…

Капитан Кроу задумчиво рассматривал две кушетки, на которых, накрытые простынями, лежали два тела, подключенные к блоку жизнеобеспечения. Подошел, приподнял одну простыню, и покачал головой:

– Надо же… Ничем не отличаются от людей. Когда изучал дело, думал, что это шутка. Оказалось, что нет. И что это возможно. И они существуют…

– Кто? – спросил Ферро. – А, эти… Даже не знаю, как из назвать. Зверолюди? Или людозвери? – засмеялся он. – Я тоже читал, Мик. Ты знаешь, это невозможно. Вот скажи мне, как это так – создать такое? Как-то пробовали ведь уже?

– Неважно как, – ответил Кроу, даже не улыбнувшись. – Важно, что опыты удались.

Ферро стер улыбку с лица. Легко вскочил со стула и подошел к Кроу. Заглянул под простыню и ахнул:

– Господи Всевышний! Он живой?

– Еще как. – Кроу продолжал смотреть на тело, стараясь оставаться невозмутимым, но удавалось плохо. – Я бы не поверил, если бы не знал…

– Ты о чем? Об опытах? – Ферро подошел ко второму телу, и присвистнул. – Женщина!

– А ты что думал? Так и было рассчитано, мужчина и женщина. – Кроу накрыл тело и подошел к напарнику. – Женщина. Молодая. И очень хороша собой…

– Я тоже заметил. – Ферро тронул пальцем руку женщины. Потом как-то осторожно погладил ее по щеке. – Хм… Живые. Под наркозом, наверное. Ты знаешь, Мик, я бы не отказался с ней встретиться, правда, в другой ситуации… – Он долго вглядывался в лицо женщины: крепкое тело, вьющиеся каштановые волосы, аккуратный точёный нос, волевой подбородок, который ей очень шёл. Красивая, мысленно вздохнул Ферро. Если бы не… – Ох… – он оторопело уставился на пальцы женщины, на которых, с хорошо слышным хрустом, стали удлиняться ногти – Господи Всевышний…

Кроу быстро сделал шаг назад, выхватил пистолет, направляя его на женщину:

– Ферро, отойди! Отойди, говорю!!!

Но Ферро не успел…

Женщина резко села, схватила Ферро за горло и одним движением вырвала ему кадык. Оттолкнула тело и развернулась к Кроу:

– М-гр-р-р…

Кроу оцепенел. Он смотрел, как на пол летит, словно в замедленном кино, окровавленный кусок плоти, оставив на полу красный след… как хрипящий Ферро грузно валится на пластиковую перегородку, пачкая ее густой кровью, толчками бьющуюся из разорванного горла. Как женщина быстро выдергивает иглы капельниц из рук и груди.

Она глухо кашлянула и оскалилась. Лизнула окровавленный палец и посмотрела на Кроу.

Капитан, помня личный приказ Стамма не стрелять, затоптался растерянно на месте, продолжая держать женщину на прицеле:

– Подожди! Я все объясню! Стой, не делай ничего! Выстрелю же!!!

Женщина выгнулась и застонала, вцепившись пальцами в кушетку. Явственно хрустнула обшивка. Кроу побледнел, увидев, как начинает деформироваться лицо женщины. Как удлиняется нос, как меняются зрачки глаз, как лезут клыки. Как неожиданно она стала покрываться темной шерстью. Как руки и ноги выгибались с хрустом, в неестественное для обычного человека положение… Женщина медленно опустилась на пол, встав на четвереньки. Тихо рыкнула, тряся головой. Замерла на мгновение, потом как-то странно встряхнулась и поднялась. Приблизилась к Кроу, совершенно игнорируя направленное на нее оружие.

– Господи…

Капитан все отступал и отступал, держа пистолет перед собой, пока не уперся спиной в стену. Существо, которое еще минуту назад было женщиной, остановилось перед ним и произнесло хриплым голосом:

–Гд’е… проф’ессор?

Капитан, не в силах произнести и слова, просто показал рукой на дверь. Существо постояло секунду, глядя прямо в глаза Кроу, потом одним прыжком пересекло почти всю комнату и выскользнуло за дверь…

Сначала было тихо. Потом раздался чей-то вопль, безнадежный, страшный. Еще один. Выстрелы. Шум разбивающегося стекла. И опять крики. Короткая очередь – тишина. И напоследок – глухое, сдавленное рычание…

Кроу закрыл глаза, и опустил пистолет, когда почувствовал у своего лица прерывистое дыхание. Тихо сказал:

– Пожалуйста… У меня приказ…

Он не смог закричать, когда мощные клыки вцепились ему в горло.

Последнее, что он увидел – серо-зеленые глаза зверя, который его сейчас убивал…

Красли поднял голову, когда неведомая сила снесла солдата, который удерживал его. Только тонкий вскрик, а затем последовали выстрелы. Профессор сжался на полу, обхватив голову руками…

И через какое-то время увидел, как в лабораторию метнулась огромная темно-серая тень. Сердце оборвалось. Он вскочил, и, оскальзываясь на скользком от крови полу, бросился в комнату. Споткнулся о чью-то оторванную руку, но удержался на ногах. И замер в дверях, увидев, происходящее…

– Линда, нет!!!

Красли рванулся к ним, вцепился в шкуру существа, силясь оттащить его от тела Кроу. Существо легко отмахнулось от него, зарычав, и продолжало рвать тело…

– Линда!!! Стоп!!!

Существо остановилось, тяжело дыша. Отпустило тело капитана, отшвырнув его в сторону. Потом опустилось на пол. Облизало себе лапу и тихонько заскулило.

Шерсть медленно стала редеть, втягиваясь в поры кожи. Когти укоротились. Лицо приобретало черты человеческого лица, деформируясь на глазах, с неприятным хрустом…

– Что же ты наделала, девочка… – потрясенно сказал профессор, глядя на окровавленные останки. – Нам теперь придется бежать.

Он склонился над Кроу. Пощупал пульс, потом обреченно вздохнул. С такой раной шансов нет…

*

Солнце как-то умудрилось протиснуть между двумя тяжелыми шторами тонкий лучик. Яркий солнечный зайчик, уютно устроившийся на мягком ковре, выглядел совершенно нелепо. Словно посланец из другого мира. Лонг задумчиво посмотрел на него, неторопливо подошел к шторам и одним легким движением сдвинул их. Луч солнца мигнул в последний раз, вспыхнув на мгновение, и исчез…

Лонг постоял минуту, рассматривая зачем-то штору, потом вернулся в свое кресло. Уселся, скрестив ноги, и посмотрел на Стамма:

– Надеюсь, Вы сможете мне все объяснить, рейхс-полковник?

– Судя по всему, опыты оказались удачными. И не отрицайте, Лонг. Сами знаете, мы умеем работать хорошо, несмотря на все ухищрения… – рейхс-полковник Стамм подвинул к себе листки, которые в беспорядке лежали перед ним на столе, и собрал их в стопку. – С другой стороны – а зачем бы вам так прятаться? Мы же все одним миром мазаны, и оба ведомства работают во благо одной страны. Короче, Лонг… Мы решили, что пора взять под контроль все работы, проводимые профессором Красли.

– Почему? – спросил Лонг, вытирая лысину. – Ваша Канцелярия не хотела выделять средства для опытов. Почему теперь вы хотите все отобрать?

– Не отобрать, господин министр, не отобрать… – поднял палец вверх Стамм. – А всего лишь взять под контроль. Мы даже согласны наравне финансировать проект, но контроль осуществлять будут наши специалисты. Наравне с вашими… Вот, пожалуйста, подпись Императора… – перед Лонгом лег лист. Он скользнул по нему глазами, потом кивнул. – Да, я признаю наше скудоумие… – хмуро улыбнулся рейхс-полковник, – признаю, что сначала нам показалась бредовой идея скрестить на уровне ДНК клетки животных и человека. Вы тоже наслышаны о неудачных опытах, проводимых нашим ведомством. Нам нужно было время, чтобы понять, что такая возможность есть. Профессор Красли просто великолепно справился с этой задачей, не так ли?

Министр Имперской Безопасности молча смотрел на лежащий перед ним лист.

– Ну же, господин Лонг, будет Вам! Мы же не пытаемся закрыть проект. Мы предлагаем свою помощь. Подумайте, в конце концов, о безопасности Империи. Если все получится, представьте, какие неограниченные возможности нам дает разработка!

– И какие?

– Лонг, иной раз Вы ведете себя, как полный идиот. Вы прекрасно знаете, о чем речь. – Стамм швырнул пишущую ручку на стол и уставился на министра. – Я повторю: мы не забираем ваши разработки, а всего лишь присоединяемся к ним, и согласны уступить часть оборудования военных лабораторий.

Лонг согласно кивнул головой, думая о своем. Потом вздохнул:

– К сожалению, мне нечем крыть. Мы с вами на равных позициях. И думаю, что Императору вряд ли понравится конфронтация двух ведомств, отвечающих за безопасность страны.

– Вы умный человек, господин министр, – улыбнулся Стамм.

– Но это не значит, что я целиком и полностью Вам буду доверять, – отрезал Лонг и встал. – Имейте в виду, подпись Императора не ставит решающую точку в этом деле.

– Ну что Вы, министр! – поднял рейхс-полковник ладони вверх. – Все зависит от нас с Вами…

– Стамм, разрешите вопрос?

– О чем Вы? Конечно, валяйте!

Министр чуть поморщился, и, нагнувшись к рейхс-полковнику, тихо спросил:

– Почему военные всегда приходят на готовое? Если у вас мозгов нет, вы, как падальщики, всегда приходите на пиршество. Готовы украсть, своровать идею, работу… Почему?

Стамм откинулся в кресле:

– Все во благо Империи, Лонг. Все лишь для нее. Назовите мне хоть одно военное ведомство, которое что-нибудь сделало лишь для своих личных целей? Хоть одно? Нет? Почему? А все потому, что делалось во имя страны! Или Вы не патриот?

– Каков слог… – фыркнул Лонг.

– Зато – правда, – парировал рейхс-полковник.

Лонг ничего не сказал, повернулся и пошел к двери, как-то тяжело опустив плечи…

*

*

Я чихнула и вытерла губы ладонью. Потом с ужасом посмотрела на тело и оттолкнула его ногой:

– Черт… Ну почему опять…

Профессор медленно поднялся с пола и подошел ко мне:

– Это я виноват, Ли. Мне надо было удалить ген, отвечающий…

– Да хватит уже, – перебила я, стараясь подавить тошноту. – Все равно не понимаю в генной инженерии ни черта. И вообще не об этом. Я их всех убила, да?

Красли кивнул. Потом вытащил из кармана маленький телефон, начал набирать номер. Когда ответили, Красли заговорил, четко, размеренно, словно забивал гвозди:

– Майлс?.. Да, я… Нас опять нашли… Нет, ни в коем случае!.. Знаешь, Линда немного перестаралась… – косой взгляд в мою сторону. – …нет-нет, но это были ребята из Военной Канцелярии… Майлс, готовь отправку… не знаю, в лучшем случае – неделю еще сможем прятаться, так мне думается… свяжись с ЦЗТ, пусть готовятся… расходы?.. Стандартно, Майлс!.. Все, через десять минут – жду, поговорим еще… До связи!

Профессор закрыл телефон, потом опять тронул шею военного, лежащего в луже крови, и коротко мне бросил:

– Ли, одевайся. И разбуди Пола. Мы уходим отсюда…

Я не стала перечить. Быстро подошла к кушетке, где лежал брат, и легонько тронула его за плечо:

– Пол! Вставай. Мы уходим. Слышишь?

Брат нехотя открыл глаза и потянулся. Потом покрутил носом и сел:

– Кровь? Я чувствую кровь…

– Даже не вздумай, – толкнула его в плечо и швырнула его одежду ему на колени… – Это человеческая кровь.

– Я так и понял, – проворчал Пол. – Кого-то уже убили?

– Что значит – уже? – возмутилась я. – Пока ты спал, на нас напали. Я не выдержала, Пол… Он меня тронул, представляешь? Они профессора избили!

Чувствуя, что сейчас разревусь, села на кушетку и закрыла глаза:

– Ну почему? Ведь сами сказали, что проект национальный. Из всех добровольцев мы с тобой только и подошли по всем параметрам. Сказали, что мы под охраной. А теперь на нас нападают… На нас в последнее время очень часто нападают. Ну почему?!

Красли молчал. Вздохнул горько и обнял меня:

– Линда, девочка, не надо… Так было всегда. Люди боятся чего-то неизведанного, чего-то, что против человеческой природы. Такие уж люди, не надо их винить. А если серьезно – ты и Пол представляете довольно интересный материал для изучения. И мои исследования тоже.

– Ты тоже человек, если не забыла, – съехидничал Пол, натягивая штаны. – И оденься уже сама!

Я всхлипнула:

– Не забыла. Но от этого обиднее вдвойне. – Только сейчас сообразила, что сижу голая. И быстро накрылась рубашкой.

Брат и Красли деликатно отвернулись. Я быстро оделась…

– Плюнь ты на них! Они тебе просто завидуют… – Пол хмуро рассматривал труп мужчины, которого я убила. – И почему меня тянет попробовать немного крови…

Красли схватил его за руку и поволок к выходу:

– Нет, Пол! Это всего лишь кажется так! Мы уезжаем в другое место. Там и поешь.

Брат с сожалением посмотрел на труп и подмигнул мне:

– Не переживай. Все образуется!

– Знаю, – бросила я, застегивая пуговицу на рубашке. – Поехали!

Я остановилась в лаборатории, когда увидела, что натворила. Профессор аккуратно перешагивал через трупы людей в черных костюмах, таща за собой Пола. Весь пол был забрызган кровью. Валялись оторванные руки и пальцы. Один труп вообще был обезглавлен…

Меня все-таки стошнило. Брат вырвался из руки профессора, подскочил ко мне и схватил в охапку:

– Ну же, Линда! Не время, миленькая…

Я послушно поплелась за ним, стараясь не смотреть на трупы, и почти повиснув на руке Пола. Захлебнулась свежим воздухом, когда мы выскочили наружу, закашлялась и опустилась на землю…

Красли снова достал телефон, набрал номер, и, дождавшись ответа, коротко произнес:

– На месте.

Через минуту из-за угла вылетела машина, резко развернулась и остановилась перед нами. Двери распахнулись, и из машины выскочили двое. Подхватили нас с Полом и почти забросили внутрь. Красли сел на переднее сиденье, пристегнулся и посмотрел на меня:

– Ну? Оживаешь?

Я кивнула головой, не сводя глаз с дверей лаборатории. Машина дернулась и понеслась вперед, увозя нас отсюда…

*

Отчеты службы разведки были неутешительны. Стамм тихо ругнулся, когда утром ему сообщили о том, что визит в лабораторию Министерства Безопасности не удался.

Рейхс-полковник задумчиво смотрел на человека, который стоял перед ним навытяжку, а потом тихим, вкрадчивым голосом спросил:

– То есть, Вы хотите сказать, что они сбежали?

– Да, господин рейхс-полковник, – вытянулся еще больше человек, бледнея на глазах. – После того, как в лабораторию была выслана группа капитана Кроу, один из бойцов группы успел отправить сообщение, что на них напали. Когда прибыла вторая группа, то она обнаружила, что в лаборатории одни трупы. Вся предыдущая команда была уничтожена.

– Капитан Кроу?

– Убит, сэр. Жестоко убит.

– Каким образом?

– Его разорвали на куски, сэр. – Человек переступил с ноги на ногу и продолжил. – А подопытных мы так и не нашли. Мы прочесали всю местность в округе, опросили местных жителей, но никто ничего не видел и не слышал.

– Где трупы? – спросил Стамм, сжав кулаки.

– В морге Канцелярии, господин рейхс-полковник.

– Мою машину. Живо!

Человек бросился исполнять команду, а Стамм пробормотал, провожая его глазами:

– Лонг… Ты мерзкий обманщик, Лонг. Я тебя достану, тварь…

Высокое здание, с эмблемой Военной Канцелярии на круглой башне, было выстроено примерно лет сто назад, когда страны Континента объединились в Империю. Указом новоизбранного Императора Даниэля Хомса было создано Военное Ведомство, отвечающее за безопасность границ Империи. А впоследствии было переименовано в Военную Канцелярию.

Стамм, сидевший сейчас позади своего шофера-охранника, покачал головой. Боялись раньше Канцелярию, ох, как боялись. Кто выиграл Войну за Колумбийский конгломерат? Канцелярия, конечно. А все потому, что в ней служили лучшие военные умы своего времени. И средства немалые выделялись Империей. И оружие лучшее было… С мнением спецов по военному делу Канцелярии считались очень сильно.

Со временем появились разногласия с Министерством Безопасности, отвечающим за порядок уже внутри страны. Конфронтация усилилась, когда Военная Канцелярия объявила о разработках в области создания супер-солдата. Умного, быстрого, способного заменить не менее двух десятков бойцов на линии фронта. Которому не надо умирать от голода, который был силен и свиреп. Звучало глупо, нечего спорить. Заинтересованность в обороне – постоянная головная боль любого большого государства. И каждый раз военные ищут что-то необычное, что будет стоить меньше денег в обслуживании, но вполне достойно заменить минимум роту солдат. Даже неважно, что обороняться, в принципе, не от кого уже, силу Империи признали почти все государства планеты…

Но разработки свернули, когда инспектора Министерства Безопасности подняли вой, что, якобы, в застенках лабораторий военных стали десятками пропадать люди. Добровольцы, которых набирали в высших военных школах Империи. Канцелярия постаралась быстренько все скрыть, но не успели… Тогда Министерство подтвердило все, заслав своего человека в проект, который и передал все данные о том, что творится в подвалах Канцелярии…

Стамм сокрушенно вздохнул. Ведь это была идея Канцелярии скрестить клетки человека и животного. Да, гибли люди. Да, приходилось выкладывать огромные средства для выплаты компенсаций семьям погибших, а где и просто скрывать факты. Все было. Было… А теперь выясняется, что не такое уж и фиаско они потерпели, когда узнали, что профессор Красли, этот недоумок, вдруг решил проблему отторжения клеток, обновив тем самым геном человека…

Жаль, что он не с нами, ох, как жаль…

Рейхс-полковник ни к месту вдруг вспомнил, как присутствовал на демонстрации. Тогда врачи объявили о том, что удалось скрестить человека и гепарда. За закрытыми дверями Высшему руководству Канцелярии были продемонстрированы результаты…

Стамм до сих пор помнил фигуру того, что осталось от человека. Сморщенное лицо, скрюченные пальцы, кожа в черных пятнах, словно обожжена, бессмысленный взгляд и тонкая ниточка слюны из полуоткрытого, оскаленного рта. Человека вывели на привязи, словно опасное животное. Он стоял на пандусе, покачиваясь, и все время почесывал ухо, будто оно нестерпимо зудело.

– Уважаемые господа! – громко обратился к присутствующим Хаммертон, специалист-генетик, который руководил проектом. – Предлагаю вашему вниманию наш проект! Перед вами… – он подошел к человеку-гепарду. – …новый вид…

Новый вид отреагировал на удивление быстро. В какие-то доли секунды подопытный развернулся и метнулся к Хаммертону, потянув за собой сопровождающего его охранника. И вцепился зубами в лицо генетику…

Его застрелили. А Хаммертон умер через несколько дней от заражения крови в госпитале Канцелярии…

Проект пришлось свернуть, но ненадолго. Черт побери, но ведь Красли удалось! Черт. Черт!!!

– Приехали, – обернулся водитель к рейхс-полковнику. – Будут приказания, сэр?

– Да… – Стамм помолчал. – Охрана – за мной. Ты, – кивнул он водителю, – остаешься здесь. Надо будет – вызову по мобильной рации.

Водитель кивнул и коротко что-то произнес в рацию. Стамм закрыл глаза, вздохнул, открыл дверь и вышел. Огляделся, поправив форму. Охрана уже шустро выскочила из машин сопровождения, и теперь стояла кольцом вокруг Стамма, ожидая указаний.

Рейхс-полковник смерил всех тяжелым взглядом, развернулся и направился к зданию размашистым шагом, поддерживая рукой фуражку…

Санитары морга испуганно шарахнулись в стороны, когда в помещение морга стремительно влетел сам рейхс-полковник Стамм, а за ним – человек пять из его личной охраны…

– Где трупы? – коротко бросил он.

Один из санитаров ткнул дрожащим пальцем в металлическую дверь и тихо исчез.

Рейхс-полковник обернулся к охране:

– Харрис – у дверей, никого не впускать, не отвлекаться. Открывать огонь на поражение в случае нападения. Выполнять!

Харрис молча кивнул, поправил кобуру с пистолетом и замер. Стамм подумал, что с приказом он переборщил, все равно никто не стал бы захватывать здание Канцелярии с тремя степенями защиты, но ничего не сказал. Кто его знает, в последнее время мир сошел с ума…

Стамм толкнул дверь и увидел ряды столов, освещенных яркими лампами. Комната была поделена на две части. Бронированная стеклянная перегородка отделяла столы от передней части комнаты. Дверь с кодовым замком. Все, как положено… Над одним из столов, сверкая очками, склонился врач, который, как помнил Стамм, считался одним из лучших патологоанатомов Канцелярии… Кажется, его зовут… как же его зовут-то… Так и не вспомнил.

Он постучал пальцем по стеклу. Потом еще раз.

– Сэр, переговорное устройство, – тихо сказал за спиной охранник.

Стамм и сам уже увидел. Ткнул пальцем желтую кнопку вызова и склонился к микрофону. Врач поднял голову и уставился на рейхс-полковника. Пожевал губами и вдруг улыбнулся. Достал из кармана маленький брелок, нажал кнопку. Громко щелкнул замок, и дверь мягко приоткрылась.

– Все-то у нас механизировано… – ни к кому не обращаясь, произнес Стамм, толкая тяжелую дверь.

Врач продолжал возиться у стола, что-то бормоча себе под нос…

– Что у нас есть? – отрывисто спросил рейхс-полковник, приблизившись к врачу.

– У вас? – удивленно обернулся врач к Стамму. – Не знаю, что есть у вас, а у меня здесь куча трупов. Свежих и изуродованных.

Стамм с раздражением покосился на резиновые перчатки, измазанные в крови, и процедил:

– Док, мне абсолютно все равно, кто Вы и как Вы попали работать в наше Ведомство. Но мне будет так же все равно, если я Вас уволю. Причем без рекомендаций. Я сегодня без чувства юмора…

– Простите тогда, – пожал врач плечами. – Итак, у нас имеется в наличии одиннадцать трупов и их части тела, простите за подробности. Что Вы еще хотите услышать?

– Как они погибли.

– А вот здесь начинается самое интересное, – ухмыльнулся врач. – Их убили, можно сказать, голыми руками. Или зубами. А возможно, и тем и другим.

– Так… Огнестрельных ранений не было? – склонился Стамм над трупом, который осматривал врач. Зрелище не из приятных…

– Нет. Говорю же, все убиты без применения огнестрельного оружия. Такое ощущение, что их бросили на растерзание диким зверям. – Врач продолжал ковырять пинцетом в одном из трупов, внимательно что-то рассматривая. – Так вот. По предварительным результатам. Я здесь обнаружил кое-что интересное… Идемте, я Вам покажу.

Он бесцеремонно подтолкнул рейхс-полковника к столику, на котором стоял микроскоп. Заглянул в него на секунду, потом отошел:

– Прошу!

Стамм хмыкнул и наклонился к микроскопу. Долго вглядывался в непонятные очертания чего-то, потом медленно поднял голову:

– Ну, и?

– Что?

– Это что?

– Где? Ах, это… – протянул врач. – Это волос.

Стамм почувствовал, как раздражение разрастается все сильнее. Он еле сдержался, чтобы не ударить врача по лицу, и прорычал:

– Если Вы сейчас ничего мне не объясните – я Вас лично расстреляю. И тогда здесь станет на один труп больше.

Но врач не смутился. Улыбнулся, сверкнув дужками очков:

– Сэр, не надо нервничать. Нервные клетки восстановить можно, но процесс это долгий и болезненный. – Он заглянул в микроскоп и забормотал. – Это волос. Вернее, шерстинка. Судя по всему – волчья.

– Где был найден волосок?

– На одном из трупов, – ответил врач. – Хотите взглянуть?

Он схватил рейхс-полковника за руку и потащил к одному из столиков. Поднял простыню:

– Вот! Этот пострадал больше всех. На нем и нашел.

Стамма чуть не вывернуло наизнанку, когда он увидел окровавленные куски мяса того, что когда-то было человеком. Он зажал нос и рот, и посмотрел на врача. Тот опять пожал плечами и накрыл труп:

– Что я могу сказать? Его рвали на куски, рвали быстро и методично. Если это зверь, то, судя по всему, очень сильный и большой. Такое под силу лишь двум или трем видам животных на Земле. Раньше было больше, но… Экология ни к черту, сами понимаете.

– А волос волчий, значит?

– Ага, но вот здесь-то как раз и самое интересное…

Стамм вдруг понял, что очень устал от этого врача с его «самым интересным»…

– Что именно?

– Волк не может так изуродовать человека в одиночку! Если только это было два волка, к примеру.

– Или очень большой волк… – тихо сказал Стамм.

– Но это нонсенс! – воскликнул врач. – Клетки волка не приживутся в организме человека! Были разработки, но что-то пошло не так, насколько я помню.

– Смотря как приживлять.

Врач удивленно посмотрел на рейхс-полковника, когда тот вдруг энергично тряхнул его руку:

– Спасибо, док! Вы – великий человек!

Стамм быстро развернулся и пошел быстрым шагом к двери, махнув своей охране.

– Я ж говорю, нервы не восстанавливаются… – пробормотал врач, поглядывая на дверь. – Странный человек. То нервничает, то вдруг радуется. И глупости всякие говорит. Нет, я даже настаиваю – экология ни к черту…

Он еще долго что-то бормотал, потом взял свой пинцет и направился к одному из трупов…

Стамм выскочил из морга. Долго стоял, закрыв глаза, и прислушиваясь к шуму улицы. Охрана топталась рядом, не решаясь спросить указания. Рейхс-полковник помотал головой, потом подозвал Рейли, молодого и толкового лейтенанта, который был переведен ему в помощники из военной академии. Тот подошел и щелкнул каблуками, вытянувшись перед шефом. Стамм на всякий случай смерил его тяжелым взглядом, и сказал:

– Лейтенант, найдите мне их! Красли и его подопечных. Они не могли так просто исчезнуть. Думаю, что Лонг знает что-то об этом, но вряд ли скажет, сволочь… – Стамм понизил голос. – Средства не жалеть! Опросить всех и вся! Короче говоря – вперед, и без хороших новостей лучше не возвращайтесь…

Лейтенант козырнул, и бросился к своей машине. А Стамм задумчиво посмотрел на свою перчатку и произнес:

– Лонг, старая скотина… Я их первым найду. И тогда тебе придется меня умолять на коленях, чтобы я тебе их вернул…

Глава 2

– Ешь, – сказал Пол, сунув мне чашку. – Ли, ты должна поесть.

– Не хочу, – отмахнулась я. – Сам ешь. Тебе стимуляторы перерабатывать надо, у тебя и так метаболизм не очень.

– Я ем, – ответил Пол с набитым ртом.

– Вот и ешь. Отстань от меня.

Еда и вправду не лезла в меня. Я до сих пор ощущала вкус крови. Человеческой крови…

Зато брат не испытывал угрызений совести. С удовольствием, сопя от наслаждения, съел все, что ему дали, да еще вкусно ложку облизал. Мне бы так… Спокойствия и выдержки. Я мысленно обругала себя, и взяла ложку.

– Умница, – обрадовано подскочил Пол. – Сок будешь?

Я кивнула. Брат понесся к холодильному шкафу, вытащил упаковку сока и налил в стакан.

– Вот, – сунул мне в руку. – Ты, главное, ешь. Война войной, а кушать хочется всегда. И плюнь на тех, кого загрызла.

Я размахнулась и швырнула в него чашкой с недоеденной едой. Пол увернулся и захлопал глазами:

– Ну и чего ты нервничаешь, Ли?

– Надо было именно сейчас напомнить, да?

– Ну… извини.

Профессор, говоривший в это время по телефону, обернулся к нам. Потом закончил разговор и подошел ко мне.

– Ли… – Красли сел рядом и взял меня за руку. – Девочка, нужно что-то решать. Понимаешь, нам не простят убийство нескольких человек…

– А что решать? – горько усмехнулась я. – Надо просто свернуть эксперимент, а нас с братом – застрелить. Как бешеных собак.

– И угробить такой великолепный экземпляр? – рассмеялся профессор. – Нет. Ни за что! Как я могу застрелить тебя? Или Пола? Ты с ума сошла!

– Так доверьте это другим, – улыбнулась я. – Скажете потом всем, мол, так и так, эксперимент не удался, пришлось ликвидировать последствия. Были же прецеденты?

– Глупости! – возразил Красли, встал и зашагал по комнате. – Я хочу сделать другое, Линда.

– Отравить? – весело предположил Пол. – Тогда только мясом. Желательно, зажаренным с кровью.

– Опять ты о крови! – вспылила я. – Тебе мало заменителей, которые ты постоянно получаешь?

– Такова моя натура. Та, которая… Ну, эта, звериная! – Пол отставил чашку и сел рядом. – Ли, когда мы согласились участвовать в эксперименте, мы прекрасно ждали, что нас ждет, верно? Так давай уже доведем это дело до конца. Я не собираюсь сдаваться из-за каких-то там ведомств, которым мы встали поперек горла. Мне уже самому интересно, чем закончится дело.

– Думаю – уже скоро, – отметил Красли. – Сейчас мы только наблюдаем за вами. Окончательная стадия работы еще впереди…

– Что вы меня уговариваете? – улыбнулась я. – Что нужно еще сделать? Покусать кого-нибудь? И тогда на парочку человек станет больше, таких же, как мы.

– Упаси Боже! – воскликнул профессор. – Кстати, укус не принесет ничего. Кроме травмы, разумеется. Не читай старых книг, Линда, там все вымысел. Я предлагаю другое. Всего лишь спрятаться…

– Мы и так уже прячемся постоянно, – ответила я. – И нас постоянно находят…

– Ли, послушай… – Красли снова уселся рядом и понизил голос. – Я хочу тебе кое-что рассказать… Понимаешь, Министерство Имперской Безопасности владеет многими лабораториями, о существовании которых даже не подозревают. Даже сам Император. Как правило, их создают и засекречивают тогда, когда создается еще один немыслимый проект. Кстати, так делают уже давным-давно, примерно с двадцатого века.

– Вы к чему ведете? Спрятаться еще в одной лаборатории? Где-нибудь в Антарктиде? Под землей?

– Антарктида уже давно вся нашпигована станциями слежения, так что смысла нет там прятать что-нибудь. Но вот, скажем…Тринадцатый век? Или четырнадцатый? Как вы на это смотрите?

Я изумленно посмотрела на Красли, который с невозмутимым видом улыбался:

– Тринадцатый век? Вы шутите?

– Нисколько, – ответил профессор. – Мы пришли к заключению, что спрятать вас в прошлом – идеальный вариант. Никакая станция слежения не обнаружит.

Я обернулась к Полу:

– А ты чего молчишь?

– А что я должен сказать, Ли? – пожал брат плечами. – Когда нам объясняли суть эксперимента, в котором мы сейчас с тобой участвуем, то мне эта затея тоже показалась безумной. Но ведь получилось? Получилось. Так почему бы и не прислушаться снова к словам профессора?

– Но как?! – потрясенно выкрикнула я. – Как нас там спрятать?! Просто пойти и спрятаться, так? А где дверь? Или как туда еще попадают? В какую дверь постучать?

– Линда, ты только выслушай, ладно? – сказал Красли. – Как я уже упоминал, у Министерства есть еще секретные лаборатории…

– Машина времени! – влез Пол. – Профессор, ближе к теме.

– Верно. Машина времени.

– Вот идиоты, – расхохоталась я. – Вы мне еще расскажите о параллельных мирах…

– Есть и такие, – совершенно серьезно кивнул Красли. – Линда, как сказал Пол – ближе к теме. Ты согласна спрятаться во времени, чтобы закончить эксперимент?

Я вздохнула:

– Ну не бывает так… Нет машины времени, дорогие мои.

– Есть, – тут же ожил Пол. – Помнишь тот индейский нож, что я тебе недавно подарил? Сказал, что купил на аукционе? Я соврал. Я его забрал у индейцев, в восемнадцатом веке…

– А я тебя сейчас ударю, – тихо сказала я. – Причем, больно ударю.

– Да не вру! – вскочил Пол. – Профессор, скажите ей!

– Он не врет, Ли, – кивнул профессор. – Пол согласился поучаствовать еще в одном эксперименте. Я был рядом. И нож он принес с собой, за что получил тогда крупный нагоняй от меня…

Я погладила небольшой нож с костяной рукоятью, висевший у меня на шее в кожаном чехле и посмотрела на брата:

– Врешь. Ты уже соврал, когда сказал, что уезжаешь погостить у друзей. А ты, оказывается, удрал посмотреть машину времени…

Пол побледнел и стал отступать, когда я встала. Профессор глубоко вздохнул и шагнул между нами:

– Так, стоп. Короче говоря, у нас нет времени. Линда, сделаем проще – ты сейчас поедешь с нами в ту лабораторию, и увидишь все сама. Согласна? А потом можешь отлупить Пола…

– Не надо меня лупить! – обиженно сказал брат.

Я повернулась и пошла к двери, бросив через плечо:

– Если это выдумки – пеняйте на себя. Оба.

Я злилась. Сколько не на профессора и брата, сколько на себя.

Пол все время, пока мы ехали до лаборатории, порывался что-то сказать. Но тушевался, натыкаясь на мой взгляд.

– Профессор?

– Да, Ли?

– А разве это возможно?

Красли, сидевший рядом с водителем, обернулся ко мне:

– Что именно, Линда? Машина времени?

Я уставилась в окно:

– Да на самом деле – все. Эксперимент, машина времени…все. Мы настолько продвинулись в технологиях, что научились сворачивать время? Научились соединять несоединимое? Так спокойно играть с наборами генов, игнорируя все законы природы? А время? Разве его можно пройти обратно? Ведь оно уже прожито. Как можно вернуться обратно? Я запуталась…

– Научились, девочка. – Красли совсем развернулся ко мне. – В технологиях мы продвинулись давно, только не научились терпеливо ждать. Человеку постоянно хочется все и сейчас. Но, как ты знаешь, Война Континентов немного притормозила дальнейшее развитие технологий. Нет, кое-что осталось, и движется вперед, но очень многое утеряно. Если бы не война, думаю, что у нас бы технологии давно бы взлетели на невиданный уровень. И хорошо, что после войны у нас хоть что-то сохранилось, хоть и ушло на восстановление многого почти тридцать лет. А временные путешествия… Проходы через время открыли еще в две тысячи тридцать первом году. Но еще столько ошибок и трагических моментов было, что это открытие почти признали несостоявшимся. А через шесть лет нашли решение, как и все гениальное, очень простое. Так же и с генами. Ты поверишь, если я скажу, что первые опыты с клетками человека и животного проводились в начале двадцатого века? Да-да, опыты с генами. Официально, правда, объявили об этом гораздо позже… Короче, человечество давно уже вышло на объективно новый уровень развития. Всему свое время.

– Все ясно, – улыбнулась я. – Значит, я и Пол – мы новая строка в развитии человечества?

– Ли, не так пафосно, конечно, но близко к этому…

– Сама виновата, – сказала я тихо. – Но так надо. Вы же защитите меня? Нас?

– А у меня нет выбора, девочка, – так же тихо сказал Красли, и погладил меня по руке.

Я снова улыбнулась и вытерла слезы…

Почти стемнело… Лаборатория, в которую нас привез профессор, была сделана в подвале какого-то неприметного дома, на окраине рабочей промышленной зоны. Какие-то грязные заборы, ржавая колючая проволока, земля мокрая от недавно прошедшего дождя, слякоть…

Пол пробормотал что-то под нос, угодив ногой в маленькую лужу.

– Хорошо спрятались, – сказала я, оглянувшись.

– Тяжело искать здесь, – ответил Красли, осторожно обходя лужи, смешно поднимая ноги. – Много мелких заводов. Фон и шумы.

– И что?

– Ничего, просто так, – напряженно ответил профессор. Все-таки не удержался и наступил в грязь. – Так и знал. Идемте!

Он подошел к ржавой тяжелой двери и пнул ее ногой. Дверь отозвалась глухим дребезжанием…

– Хороший звонок, – хихикнул Пол, старательно очищая ботинок от грязи об угол стены.

– Конечно, – отозвался Красли.

Что-то тихо щелкнуло, и откуда-то сверху раздался четкий голос:

– Код.

– Красли. Сто четыре. Триста семьдесят три, альфа, авалон, девять девять семь шесть. « Ка-ак прекра-асна ты в это-ом красно-о-ом платье…» – неожиданно сильным голосом пропел профессор.

Я оторопела.

– Идентификация голоса, – обернулся Красли. – Еще и сам текст песни – пароль.

– Конспираторы, – беззлобно проворчал Пол.

– А иначе как? – парировал профессор.

– Принято, – отозвался тот же голос. – Добро пожаловать, профессор!

Натужно звякнул замок. Профессор потянул дверь на себя, потом обернулся к нам:

– Проходите…

Я осторожно шагнула в темное помещение, сделала пару шагов и остановилась, шаря перед собой руками. Пол наткнулся на меня:

– Ты чего?

– Не вижу. Темно…

И вдруг под потолком вспыхнул свет. Я изумленно захлопала глазами. Перед нами была стена. Из железа, покрытая ржавчиной, и, судя по всему, довольно толстая. Красли закрыл дверь и толкнул ладонью один из кирпичей стены. Тот мягко провалился внутрь…

– Система, – серьезно сказал Пол. – Стой на месте!

Я вцепилась в руку брата, когда стена мягко дрогнула и очень тихо отъехала вбок…

За стеной обнаружилось огромное светлое помещение, с ослепительно-ярким светом, угадывались еще какие-то комнаты, с пластиковыми прозрачными дверями, сновали люди…

– Весело, – потрясенно сказала я. – Такого еще не видела.

– Линда… – Красли мягко взял за руку и повел внутрь. – Нам тоже нужны защищенные лаборатории. Эта – одна из многих. И уровень защиты у нее высокий. Но какой – объяснять не буду, ладно?

– Ладно, – согласилась я.

Красли подошел к одной из дверей, и нажал кнопку. Потом кому-то махнул рукой. Откуда-то из глубины помещения появился молодой человек. Приветливо кивнул в ответ, повозился с пультом у двери, потом приставил палец – и дверь медленно открылась…

– Проходите, – улыбнулся парень, распахнув перед нами дверь. – Я очень рад, что вы приехали! Меня зовут Эрик Джед, я буду вашим помощником и координатором.

Он крепко пожал руку Красли, потом Полу, а потом протянул руку мне. Я пожала теплую, крепкую ладонь:

– Очень приятно, Эрик, – улыбнулась в ответ. – Меня зовут Линда. Это Пол, мой брат. А это…

– Мы знакомы с профессором, – поднял руку Джед. – И Пола я знаю.

– Да, Ли, – кивнул профессор. – Мы знакомы. И очень давно.

– Ах, да… Как же я могла не сообразить-то… – невинно захлопала я глазами. – Вы же все работаете на одно Министерство.

– Опять сарказм, – покачал головой Красли и повернулся к Джеду. – Ну? Мы готовы?

– Нет, если честно… – замялся тот. – У нас произошел сбой. Было тотальное отключение питания по всей зоне. А потом восстанавливали программу…

– Забыли перевестись на свой режим?

– Вы же знаете, Красли. Чтобы не вызвать подозрений. Какое-то время работаем на правительственном электричестве, какое-то – на своем. А тут что-то заработались немного…Мелочь, но забыли. Простите.

– Да знаю, знаю, – отмахнулся Красли. – Так что случилось?

– Пришлось перезагружать системы. И открылась еще одна интересная штука, с генератором, который…

– Потом, – оборвал его профессор. Повернулся к нам. – Ли, Пол, дорогие, нам придется какое-то время пожить здесь, пока нам все не подготовят. Здесь есть жилые помещения, со всеми удобствами. Да и время будет подготовить все к отправке.

– Это надолго? – поинтересовался Пол. – Я могу съездить к…

– Нет, Пол, увы! – отрезал Красли. – Более чем уверен, что нас сейчас ищут.

Брат с сожалением вздохнул, потом взял меня под руку:

– Куда идти? А мультфильмы у вас есть какие-нибудь?

Эрик хихикнул, и указал рукой вглубь помещения:

– Вам туда. А мультики… Придумаем что-нибудь…

– Линда?

Я обернулась. Красли подошел ко мне и отвел в сторону. Взял меня за руку и тихо сказал:

– Девочка, я прекрасно понимаю тебя, и чувствую, как тебе тяжело. Прошу тебя – держись. Мы тоже учитывали многие факторы эксперимента. И то, что собираемся сделать – это один из способов защитить тебя и Пола. Защитить эксперимент. Держись, Ли. А я очень постараюсь, чтобы все прошло, как нужно…

– Хорошо. – Я приподнялась на цыпочках и поцеловала профессора в небритую щеку. – Я Вам верю…

*

Вся неделя прошла как во сне.

Я еще раз поразилась, насколько большие возможности у Министерства, на которое работал Красли… Целыми днями в лаборатории шли какие-то работы, укладывали кабеля, ребята в красных комбинезонах сноровисто монтировали небольшой пандус, на котором потом выставили странные штуки, похожие на небольшие солнечные батареи.

Мне продемонстрировали переход. Тот самый, который во времени. Помню, что я долго не могла уснуть, вспоминая увиденное. Человек, которого ненадолго отправили в прошлое, вернулся, принеся с собой какое-то растение. И мне показали доказательства того, что это растение давно уже считается вымершим видом на земле… Я была в шоке, если честно. Можно было бы продолжать сомневаться, но только человека отправили абсолютно голого, и вряд ли он взял растение с собой. Тем более, я видела, как он исчез, а потом появился. Видела – и до сих пор в голове не укладывается…

Я им поверила. Потом смотрела фильм, который отснял один из первых участников. И была потрясена еще больше. Даже моих знаний по географии хватило, чтобы понять, что кадры, которые я смотрела, были настоящими. Маленький фильм о городке на западе Европы, который исчез с лица земли еще в прошлом веке, в войне Континентов. Я помню его фотографии, видела в библиотеке. А передо мной разворачивалась реальная жизнь города в те времена, когда он был в самом расцвете. Тысяча восемьсот двенадцатый год, так сказал Красли. Устраивать монтаж такого фильма было бы просто невообразимой тратой денег. Да и для чего? Чтобы убить нас с Полом? Или убедить? Тогда зачем с нами идет профессор? И еще столько вопросов повисло в воздухе. Но я их так и не задала, решив посмотреть все своими глазами.

Короче говоря, я согласилась. И только брат заметил, как мне было страшно…

Меня допускали везде, но на вопросы никто не отвечал. Джед тоже находил причину уходить от ответа, делал жутко умный вид и куда-то убегал. Хотя, я, наверное, придираюсь. Джеду доставалось немало, и особенно от профессора, который тоже сделался вдруг таким активным. Они спорили, шумели, тыча пальцами в пандус, потом склоняли головы над какой-то схемой, снова спорили – и ребята в комбинезонах, тихо ругаясь, переставляли панели.

Нам с Полом оставалось только принимать стимуляторы, снимать показания со своих наручных анализаторов и сообщать каждые четыре часа Красли о ритме сердца, кровяном давлении и прочем…

На четвертый день пребывания в лаборатории Красли вызвал меня и Пола в одну из комнат, где находились еще трое, которые аккуратно расставляли на длинном столе большие пластиковые ящики. Открыли их и отошли в сторону…

– Ли, Пол, послушайте… – Красли развернул большой плотный лист бумаги на столе и махнул нам рукой, подзывая. – Мы выбрали примерное время. Долго спорили, и решили, что шестнадцатый век нас вполне устроит. Подняли и восстановили часть карты того времени, поэтому хотя бы знаем, где мы будем находиться.

– Мы? Что значит – мы? – удивилась я.

– Мы – значит, что я буду с вами, – пожал плечами профессор. – А еще с нами будет специалист по выживанию. Он владеет языками, а так же навыками выживания и ведения боя в экстремальной ситуации. Познакомься, кстати… – он обернулся и крикнул. – Андре!

В глубине комнаты открылась дверь, и к нам вышел молодой человек. Улыбчивый, смуглый, высокий. Руки сильные…Черт…мой любимый типаж. Я с подозрением покосилась на профессора и посмотрела на Андре. Улыбнулась ему, как можно непринужденнее, и снова уставилась на Красли:

– И что будет делать с нами там Андре?

– Я же сказал, что он специалист. Ты думала, что мы там будем одни, без охраны? Ты ошиблась, Ли. Я не могу поставить под удар весь эксперимент, если там начнется какая-нибудь война, или местные жители надумают избавиться от чужаков…

– Мы подсчитали время, – вмешался Андре. – В то время, где мы будем, войн не предвидится. До ближайшей – минимум лет шесть-семь. Несколько раз проверили архивы из разных источников, чтобы убедиться. Так что, все в порядке. Теперь все зависит от Эрика, насколько точно он сможет нас отправить в нужную точку…

Я не ответила ему, продолжая смотреть на профессора:

– Хорошо. Если Вы будете с нами, то я спокойна. Что мы будем там делать?

– Все, как обычно. Есть, пить, отдыхать, заниматься спортом, принимать стимуляторы и сдавать анализы. Я беру с собой мини-лабораторию.

– Мы надолго? – спросил Пол.

– Надеюсь, что нет… Пока мы будем находиться там, наши люди устроят маленький погром и поджог одной из лабораторий, чтобы постараться убедить всех, кто за нами охотится, что мы исчезли… Все уже готово к этому.

– Быстро вы, однако… – усмехнулась я.

– Нет выбора, Ли. Нас вынуждают это делать. Тебя и Пола хотят заполучить военные. Надеюсь, не надо объяснять – зачем?

– Не надо, – угрюмо сказала я.

– Таймер базисного генератора установлен на семь месяцев. Дубль-генератор для возвращения, который создаст электромагнитное поле для активации и возвращения, уже приготовлен и упакован вместе с оборудованием. Так что, в нужное время мы просто приготовимся вернуться. Вот и все…

– А там что? – кивнула я на ящики.

– Всего понемногу, – отозвался Андре. – Хотите, покажу?

Он изо всех завоевывал мою симпатию, я это чувствовала. Что ж, неприязни он не вызывал. А симпатии…Всему свое время.

– Это что? Патроны? – удивилась я, разглядывая аккуратные кожаные мешочки, сложенные в ящике ровными рядами.

– Нет, – вдруг рассмеялся Андре. – Монеты.

– Серьезно? – Я осторожно достала один увесистый мешочек и высыпала монеты на ладонь. – Они настоящие?

– Настоящие, – кивнул парень. – Мы нашли в музее несколько монет того периода, изучили их, потом заказали точные копии. Часть монет искусственно состарили, чтобы придать достоверный вид. Особой нумизматической ценности они не представляют, но отличить от настоящих сложно без специального оборудования. Вот… – он вынул из кармана монетку и протянул мне. – Вы сами посмотрите.

– Можно на «ты», не кусаюсь.

Я взяла монетку и положила ее рядом с одной из тех, что достала из мешочка. Абсолютно идентичная. Хорошая работа…

– Круто…

– А вот интересно… – вклинился Пол. – Если мы собираемся ими расплачиваться, и ценности они не представляют, где гарантия того, что монета из музея и подделка – не одно и то же?

– Никто не знает, – ответил Андре. – Но, прошу заметить – подделка высококачественная.

– Это точно, – согласилась я.

Протянула старую монету Андре, ссыпала остальные обратно и положила в ящик:

– А нам хватит их?

– По нашим подсчетам в этом ящике находится просто огромная сумма по тем временам. Мы будем там богачами. Но никто об этом не должен знать.

– Ясно… А здесь что? Стимуляторы?

– Компоненты. Вытяжки, составляющие стимуляторов. Все то, что нам пригодится. – Красли подошел сзади и оперся на стол рукой. – По идее, должно хватить месяцев на восемь-девять. И дополнительные компоненты – в другом ящике.

– Какие дополнительные? – удивилась я.

– Ли, эксперимент идет поэтапно, правильно? – Я кивнула. – И на каждом этапе требуется новый стимулятор. Не пугайся, они опробованы и протестированы. Побочных явлений не предвидится…

– Не разобьются по пути? – поинтересовался Пол.

– Да не должны, – ответил профессор. – Ящик разработан специально для этого. Да, кстати, на всех ящиках стоят кодовые замки. Код – день рождения Линды, если что…

– А зачем?

– А пусть будет. Мало ли что. Да и воров везде и во все времена хватало. Мы не знаем, что нас ждет, и небольшие способы защиты тоже не повредят.

– Логично, – согласился Пол.

– Оружие. – Андре подошел к следующему ящику и открыл крышку до конца. – Кто умеет пользоваться? Инструкции нужны?

Андре достал из ящика небольшой тяжелый пистолет и протянул мне:

– Знаешь что это?

Взяв пистолет, я повертела его и протянула обратно:

– «Слоккер», малогабаритная стандартная модель GS-212. Магазин на четырнадцать патронов. Используются зажигательные, бронебойные, разрывные пули. Дальность поражения до ста двадцати метров. Рассчитан на поражение живой силы и преодоление защиты уровня С-2. Изготовлен из сплава…

– Верю, верю, – прервал Андре и расхохотался.

– Я прошла полный курс подготовки. И стрелять умею, – гордо ответила я, и тоже хихикнула. – Правда, в человека не стреляла. А придется?

– Кто его знает… – Андре достал небольшой дробовик и протянул Полу. – Ты тоже прошел курс?

– А то! – Пол подбоченился, потом с сожалением вздохнул. – Ли лучше меня стреляет.

Взял дробовик, повертел-покрутил и вернул Андре:

– Знакомая штука. А серьезного ничего нет?

– В смысле?

– Ну… – Пол перебирал оружие в ящике. – Я люблю тяжелые автоматы и винтовки.

– Нет, Пол. – Андре положил дробовик на стол. – Кроме одной винтовки, но она для меня. Все оружие подобрали с учетом одежды.

– Это как? – Брат уже осматривал пистолет, потом осторожно положил его в ящик.

– Не будешь же ты в джинсах там ходить?

– Почему нет?

– Нет, Пол, – сказал Андре. – Одежда тоже сшита по моде тех времен… С маленькими дополнениями. Чтобы оружие можно было незаметно носить – плащи, длинные накидки… Спальные мешки тоже берем.

– И палатки? – съехидничала я.

– Нет. План уже разработан – как жить и где жить. Не переживай, Линда.

– И не думала…

Профессор уступил мне. Я настояла на том, что хочу выйти на свежий воздух. Хотя бы ненадолго… Пол остался в лаборатории, а Красли пошел со мной. И еще два не знакомых мне парня, которые неслышной тенью сопровождали нас даже в лаборатории…

Гулять по заводской зоне я отказалась. А просто залезла на крышу здания, в котором располагалась лаборатория. И сидела там, укутавшись в одеяло, которое мне принес профессор. Наши охранники расположились в машине, на виду, наблюдая за нами.

– Волнуешься? – спросил профессор. Себе он тоже принес одеяло, расстелил его на грязной крыше и уселся, сложив ноги по-турецки.

– Немного, – призналась я. – Не каждый день прячешься в прошлом.

– Это точно, – согласился Красли. Помолчал, вздохнул тяжело.

– Профессор?

– Да?

– А что такое ИЗТ? Ну… Вы обронили, мол, позвоните в ИЗТ. Это что?

– Институт Защиты Технологий. Андре там работает.

– А кого защищают? Нас?

– Не только. Скажем, ты придумала что-то интересное. Отличное научное открытие. А нашелся тот, кто хочет его присвоить. Вплоть до твоего устранения… Институт занимается тем, что защищает тебя и твое открытие, включая физическую защиту. До тех пор, пока есть в этом надобность.

– Мда… Сейчас они защищают нас. А Андре один справится?

– Ли, ну ты что как маленькая? Я вот не думаю, что в прошлом нас ожидают такие проблемы, где потребуется присутствие еще минимум пары оперативников Института. Поверь, и один сможет многое сделать.

– Вы бывали уже там?

– Нет.

– Откуда тогда такие утверждения?

– Я же не стану рисковать твоей жизнью. И Пола. Вообще, нашими жизнями. Прежде, чем отправлять кого-либо куда-либо, мы уже провели пробные запуски. Лет пять как.

– Вернулись?

Красли утвердительно кивнул. Взял мою руку с надетым анализатором, подсветил крохотным фонариком. Вгляделся в данные, что-то буркнул. И опять вздохнул:

– Я устал не меньше твоего, девочка. Только эксперимент оказался вдруг самой важной работой в моей жизни. Отступать не хочется, знаешь ли… Меньше всего я хочу видеть тебя и Пола в маскировочной военной форме, идущих на задание с именем Императора на устах. В первую очередь мне важен сам результат работы, а оборона страны интересует в последнюю очередь….

– А людям это что-нибудь даст?

– Слияние генов?

– Ну…да. Или как это там называется?

– В принципе, так и называется. Даст, Ли. Не знаю еще что. Хотя, сам результат уже говорит о том, что мы совершили огромный прорыв. – Красли развернул одеяло, и вытянулся на нем, подложив руки под голову. – Все ранние эксперименты не приводили ни к чему. Люди гибли, стимуляторы, которые поддерживали организм в процессе перестройки, были примитивны и слабы, не хватало данных для полного обзора состояния подопытного организма. Ты знаешь, что первый анализатор был огромным?

– В смысле?

– В прямом, – улыбнулся в сумерках Красли. – Он занимал половину комнаты в одной из лабораторий. А сейчас, как видишь, не больше наручных часов. Напоминает первые компьютеры. Это сейчас они такие компактные и небольшие, а когда-то первый компьютер весил несколько тонн.

– Время не стоит на месте, технологии тоже… – процитировала я слова Красли.

– Точно. Ошибки тоже совершались. Но ошибки могут направить и в нужное русло, если научиться не делать их еще раз. Все зависит от того, кто ставит эксперимент. Когда в две тысячи сто четырнадцатом году Алекс Коннери объявил о том, что эксперимент со смешением генного набора человека и животного удался, все встретили это сообщение с изрядной долей скептицизма. Но он продемонстрировал свою работу. Человек-шимпанзе. Казалось, что может быть проще? Обезьяна, как наиболее близкий к нам вид животного, значит, как считалось, такой вариант возможен.

– И получилось? Или нет? – заинтересовалась я.

– Получилось. Отчасти. Коннери действительно удалось сделать коктейль из генома человека и шимпанзе. Даже разговаривать подопытный мог, и вполне внятно…

– Красли, Вы не обижайтесь, но я ведь тоже подопытный экземпляр…

Он приподнялся на локте, и погладил меня по руке:

– Прости. Во мне говорит старый ученый, который привык называть вещи своими именами, забывая, что иногда за этим стоят живые люди, а не просто материал для исследования. Прости, Ли…

Я легла рядом, положив ему голову на живот:

– Ладно… А что дальше? Что стало с тем человеком? Ну…с подопытным? Он умер?

– Умер. Коннери что-то намудрил со стимуляторами. Вернее, сказалась нехватка знаний. Пришлось импровизировать на ходу, пытаясь спасти опыт. Ему вводили синтетические гормоны, со сложным составом, которые и стоили дорого, и, как оказалось, не совсем помогали. Лишь усиливали побочные реакции организма. В конце концов, человек-шимпанзе взбесился, и его пришлось усыплять. Правда, не обошлось без трагедий…

– Он кого-то убил?

Пискнула тихонько рация. Красли посмотрел на часы, потом что-то очень тихо сказал в рацию, и снова вытянулся на одеяле:

– Убил. После смерти. Его решили не кремировать, а сохранить для истории. И, когда устанавливали сосуд с телом в лаборатории, возник пожар, который уничтожил и всю лабораторию, и всех находящихся там. Словно природа отомстила за вмешательство созданных ею детей в правила ее игры… – Красли помолчал немного. – Мы уже хорошо подготовлены, Ли. И синтетику не используем для стимуляторов, все сплошь вытяжки из трав, с небольшим добавлением естественных белков и гормонов. Мы почти не зависим от медицинских учреждений для создания стимулятора. Это я тоже считаю прорывом, Линда. И все же, повторюсь, самое мое большое достижение – это ты и Пол. Уже почти год прошел, многие опасные моменты уже пройдены, и вы живы и здоровы. Что еще может радовать больше…

– Но, все же интересно… А почему геном волка?

Красли задумчиво хмыкнул:

– Честно? Не знаю. Мать-природа иногда выкидывает странные штуки. Пробовали многое, а вот удачно прижился почему-то именно волчий набор генов. Загадка!

Я прижалась к нему:

– Может, есть на земле место, где можно спрятаться? Без путешествий в прошлое?

Он погладил меня по голове:

– Не знаю. И мы не всесильны над всей землей, Ли. Рано или поздно нас найдут. И я хотел бы оттянуть момент встречи. Когда мы предъявим миру свое открытие, Военная Канцелярия не сможет прибрать вас к рукам. Потому что это будет уже не секретной информацией, а достоянием мира. А вариант спрятаться во времени – он хотя бы оградит нас на время от нападений и поисков… Согласись, искать во времени, где не существовало понятия «телефон», «спутники слежения», радиостанции», задачка еще та. Зато есть огромные плюсы в прошлом!

– И какие же? – Я начала подмерзать, и накрылась одеялом, прижавшись к Красли.

– Воздух. Атмосфера. Нет смога, нет вырубленных лесов, отравленных морей и озер. Чистота, покой и уют. Антарктида еще не открыта, а люди пребывают в счастливом неведении, что будет изобретена ядерная бомба. И что когда-нибудь мир сойдет с ума…

– Да он давно сошел с ума, – ответила я. – Когда Природа заселила его людьми.

Красли поднялся и протянул мне руку:

– Все будет хорошо, девочка. Пойдем, охрана предупреждает, что находиться здесь уже опасно…

Я нехотя откинула одеяло:

– Хорошо.

Глава 3

– Его Светлость, Арнольд Бриггс, Император Объединенного Континента!

Голос, усиленный динамиками, разнесся по огромному залу Императорского дворца. Все присутствующие низко склонили головы, когда Император появился в дверях.

Невысокий, плечистый, одетый в парадную военную форму Главнокомандующего, он быстро прошел по залу, ни на кого не глядя, обогнул огромные столы, поставленные буквой «Т» посреди зала, и уселся на высокое кресло во главе стола.

– Прошу, господа! – негромко произнес он. – Приступим же к обеду!

Тут же ожили все, и неторопливо разошлись к столам, рассаживаясь и негромко переговариваясь. У каждого стула стоял наготове паж, для обслуживания церемонии обеда.

Стамм сел было на стул, любезно подвинутый пажом, когда к нему подошел адъютант Императора…

– Господин рейхс-полковник, Его Светлость просят Вас сесть по правую руку от него. Это просьба Его Светлости, господин Стамм! – выделяя слово «просьба» произнес адъютант, глядя на Стамма ледяными глазами.

Рейхс-полковник чертыхнулся про себя, встал, с шумом отодвинув стул, и направился к Императору. И заметил, как адъютант уже подходит к Лонгу. Наклоняется и что-то говорит. Лонг поднял глаза и встретился взглядом со Стаммом. Усмехнулся одними губами, встал и направился в ту же сторону, что и рейхс-полковник.

Стамм нахмурился. Да, намерение найти подопечных Лонга оставалось в силе, но устраивать сейчас разбирательства рядом с Императором хотелось меньше всего. В конце концов, это всего лишь внутренние дела двух министерств, не так ли? И если сейчас Император начнет…

– Господин рейхс-полковник, – встал Император. – Господин министр. Прошу вас, господа министры, сесть рядом со мной.

Стамм крепко пожал руку Его Светлости. И сел на стул, не замечая протянутой ему руки Лонга.

Император, однако, не сел. Чуть кивнул, и услужливый официант тут же наполнил его бокал темно-красным «Бордо». Все знали, что Бриггс предпочитал вина большой выдержки, и особенно почему-то жаловал «Бордо», который ему поставляли с другой части света. Его Светлость неторопливо поднял бокал. Шум за столами тут же стих…

– Господа, – негромко сказал Император, держа хрустальный бокал за ножку двумя пальцами и выставив перед собой. – Я предлагаю первый тост. За объединение Континентов!

Все встали. Официанты уже наполнили бокалы и рюмки, и к тосту Императора присоединились голоса. Его Светлость сделал большой глоток вина, посмотрел бокал на свет и сел.

Стамм пригубил выдержанный виски. Тоже сел и с удовольствием уставился на разнообразные закуски. Потом поднял руку…

– Что изволите, сэр? – склонился слева молодой паж.

– Ммм… Итак. Салат из кольраби. – Паж сноровисто положил на тарелку золоченными щипцами салат, и поставил тарелку правее от Стамма, согласно этикету. – Я попробую мясо жирафа… нет, тот кусочек, поменьше, где нет соуса… благодарю… Что посоветуете из закусок к мясу?

– Советую попробовать шпинат, маринованный в лимонно-луковом соусе с листьями шалфея. Так же могу посоветовать, с Вашего позволения, вымоченную в соке яблока вареную кукурузу и выдержанную в соусе из чеснока и меда. Необычное сочетание, но к слабо прожаренному мясу жирафа это будет отменным букетом вкуса.

– Что ж… – Стамм прищурился. – Я возьму, пожалуй, шпинат. Если Вы добавите к нему еще свежевыжатый сок сельдерея с мелко нарезанными кусочками чеснока и маленькую каплю арахисовой настойки, то, думаю… вполне будет хорошо.

Рейхс-полковник краем глаза заметил, что Его Светлость внимательно слушал разговор. И удовлетворенно кивнул, когда Стамм попросил сок сельдерея. Паж поклонился:

– Одну минуту, сэр! Уже выполняю!

– Не сомневайтесь, юноша, господин Стамм умеет подобрать вкусовые ощущения к блюду. И я его уважаю за это.

– Благодарю, Ваша Светлость, – склонил голову Стамм. – Но мне равняться с Вашими вкусами – все равно, что равняться ростом с Вашим дворцом.

– Вы льстить не умеете, Стамм, – улыбнулся Бриггс.

– Я – военный, Ваша Светлость, – вежливо отпарировал рейхс-полковник.

Министр Безопасности за все это время не проронил ни слова. Только что-то тихо сказал своему пажу, который ушел на кухню за заказом. Пока паж выполнял заказ Стамма, тот с интересом покосился на блюдо, поставленное перед Лонгом. Небольшие ломтики мяса, рядом, в специальном маленьком подносе с отверстиями – чашечки с соусом.

– Господин министр предпочитает экзотику? – спросил с улыбкой Император.

– Да, Ваше Сиятельство. Если оно еще и сдобрено острым соусом, то блюдо будет очень вкусным.

Стамм поманил своего пажа и спросил тихо, когда тот наклонился к нему:

– Что заказал министр Лонг?

Паж взглянул на блюдо только мельком. Потом ответил:

– Мясо гепарда. Вы знаете, стало модным подавать его на приемах любителям экзотики, поэтому Его Сиятельство Император Бриггс отдал приказ клонировать гепардов, чтобы все желающие могли испробовать мясо благородного животного.

Паж принялся дальше расставлять тарелки перед Стаммом. И вряд ли заметил, как рейхс-полковник стиснул зубы. Ах, ты старая сволочь, Лонг… Мясо гепарда, под острым соусом, да? Скотина! Такого открытого издевательства Стамм еще не видел.

Аппетит пропал сразу. Лонг, заметив, как Стамм смотрит на него, улыбнулся. Потом неторопливо взял вилку и нож, отрезал кусочек мяса, обмакнул в нежно-желтый соус и отправил в рот. Бросил взгляд на Стамма и промычал что-то довольное. Рейхс-полковник побледнел и медленно опустил на стол вилку…

– Господин Стамм, Вам не понравилось мясо жирафа? – спросил обеспокоенно паж.

– Все очень вкусно, – пробурчал рейхс-полковник. – Но я пока что выпью свой виски…

Паж с поклоном отошел.

– Господин рейхс-полковник… – Император чуть развернулся к нему. – Вы хотели мне что-то сказать? Я смотрел Вашу просьбу о приватном разговоре. К сожалению, мне тяжело найти время, чтобы обсудить все насущные проблемы Канцелярии. Хотите поговорить сейчас?

Стамм покосился на Лонга, и ответил:

– Ваша Светлость, не думаю, что стоит говорить в присутствии множества людей.

Император чуть улыбнулся, потом повернулся к своему адъютанту:

– Подайте нам сигары и табаки в комнату для курения.

Адъютант кивнул и отошел. Император повернулся к Лонгу:

– Господин министр, составите нам компанию?

Стамм не успел ничего сказать, как Император встал и направился к боковой двери, которую распахнул его адъютант. Стамм вскочил и посмотрел на Лонга. И тихо процедил:

– Лонг, а я ведь еще не закончил с тобой. Я найду ваших… подопытных.

– Господин рейхс-полковник, зря Вы не попробовали мясо гепарда, – так же тихо ответил министр. – Оно, знаете ли, очень полезно. Особенно для мозговой деятельности.

Министр безопасности вышел из-за стола и направился вслед за Императором. Стамму ничего не оставалось, как последовать следом, с ненавистью глядя на узкую спину Лонга…

Курительная комната Императора располагалась на одном из балконов дворца. Широкая площадка, бронированное стекло от пола до потолка покрывало балкон куполом, открывая великолепный вид на сады Императора. С десяток кресел вокруг стола из змеиного дерева. Небольшая библиотека с печатными книгами. Рядом – терминал для доступа в императорскую электронную библиотеку. Слева длинными ярусами поднимались деревянные этажерки с живыми цветами. Дорогое удовольствие, отметил про себя Стамм…

– Прошу, господа!

Император сел в кресло. Паж подвинул ему под ноги мягкую скамеечку, обтянутую синим бархатом. Подал сигару и золотую гильотинку.

Стамм поколебался немного и выбрал трубку, из вишневого дерева, с мундштуком из слоновой кости. Взял табак, услужливо поданный пажом, и стал набивать ее, поглядывая на Лонга. Тот взял длинную сигарету и выбрал короткий мундштук…

– Я вот считаю, что зря человечество стало забывать добрые традиции… – сказал Его Светлость, окутывая себя клубами сизого дыма. – Когда-то, давно, в богатых домах было хорошим тоном после обеда выкурить трубочку табака или сигару. И приятно, и полезно в какой-то мере.

Стамм чуть слышно фыркнул. Курить он не очень любил, не нравилось табачное послевкусие. Но отказать Императору не мог. Он вздохнул и раскурил спичками трубку…

– Итак… Я внимательно слушаю, господин министр Военной Канцелярии… Что Вы хотели мне сообщить? Я читал отчет о проделанной работе. Вы утверждаете, что опыт по созданию подразделения супер-солдат с измененным генным набором подходит к концу. Это так?

Стамм замялся. Выпустил клуб дыма и посмотрел на Лонга, который с невозмутимым видом курил сигарету, глядя отстраненно в окно.

– Ваше Сиятельство, после того, как эксперимент по созданию человека-гепарда оказался неудачным, мы свернули разработки. А вскоре выяснилось, что в лаборатории Министерства Безопасности, под руководством профессора Красли, надо отметить, умного специалиста, опыт по изменению генома прошел без последствий.

Император повернулся к Лонгу. И Стамм оторопел, когда увидел, как министр спокойно пожимает плечами и улыбается…

– Я говорил сегодня утром с господином Лонгом, – посмотрел на Стамма Император. – Он склонен утверждать, что Вы немного преувеличили.

– Что?! – поперхнулся дымом рейхс-полковник.

– Господин Стамм, я видел отчеты о проделанных ранее работах. Иногда даже меня удивляет Ваше стремление создать совершенного солдата. Мы – сильны. С нашим мнением считаются. Я, не спорю, не отказался бы увидеть в своей армии сверх-солдат. И даже согласен выделять средства для поддержания их жизнедеятельности. Но, если верить прошлым отчетам, то опыты оценили, как несостоявшиеся.

– Позволите? – Рехйс-полковник подсел чуть ближе к Императору и заговорил вполголоса. – Ваша Светлость, не далее, как полторы недели назад полностью погибла группа «Смирта» оперативного подразделения Канцелярии.

– Да что Вы! – удивился Бриггс. – И мне об этом не сообщили? Сколько в группе человек? Двенадцать?

– Одиннадцать, – поправил Стамм. – Но не это главное, Ваша Светлость.

Лонг сидел так же, не меняя позы, лишь неторопливо выпускал небольшие клубы дыма. Махнул пажу, который принес ему бокал виски…

– А что? – заинтересовался Император.

– Два момента. Первый: группа была уничтожена одним человеком. Причем, без оружия. Второй: все происходило в лаборатории Министерства Безопасности.

Лонг снова пожал плечами.

– Знаете, господин Стамм… – Его Светлость выпустил облако дыма и прищурился. – Я в курсе этого. Только, если верить утверждению господина Лонга, все было совсем не так.

– Но, Ваша Светлость…

– Разбирайтесь между собой сами, господа министры. Но, прошу учесть, что я больше не намерен финансировать проекты, не имеющие под собой нужной нам выгоды. И не намерен выяснять, кто прав, а кто нет. Прошу только об одном: разбирайтесь мирным путем, не превышая рамки разумного. В противном случае я буду обязан подать в Высший Парламент прошение о ваших отставках. – Император погасил сигару в мраморной пепельнице и взял бокал с вином, который ему принесли. – Аудиенция окончена, господа министры.

Стамм поднялся, поклонился Императору, и, передав трубку пажу, быстрым шагом покинул комнату для курения.

Лонг неторопливо поднялся, допил свой виски, и поклонился Императору:

– Благодарю Вас, Ваша Светлость.

– Джеймс, друг мой… – устало сказал Бриггс. – Я склонен тоже верить, что и Вы мне лжете. Но Ваша ложь была убедительной. Поэтому, прошу Вас, если уж вы что-то задумали, то доведите дело до конца. Чтобы не было стыдно ни Вам, ни мне перед целым миром, который смотрит на нас. Это все, что я всего лишь могу сказать Вам лично. Всего доброго!

– Ваша Светлость, – пожал протянутую руку Лонг. – Доброго Вам вечера!

Он поклонился и неспешно направился к выходу…

*

Лонг откинулся на заднем сиденье лимузина и уставился в окно.

– Сэр? – обратился к нему водитель. – Какой маршрут?

– Давай проедемся, Фрестон.

– Слушаюсь, сэр.

Водитель стал разворачивать лимузин. Свернул на главную улицу, и понесся на юго-запад…Охрана, незаметно пристроившаяся позади лимузина на тяжелом джипе, чуть отстала, помня, как министр не любит сопровождение.

Министр достал из вмонтированного в сиденье бара коробку сигар. Раскурил одну, и включил вытяжку дыма… Из головы все не выходил сегодняшний вечер. Если бы не поддержка Императора, то, несомненно, Лонгу пришлось бы туго. Но он упредил удар, сообщив, не до конца, правда, кое-какие подробности. Император долго молчал, обдумывая услышанное, и ответил:

– Господин Лонг, не верю я уже в создание таких людей. Если Вы представите мне доказательства, а не пустые разговоры – так и быть, взгляну на это под другим углом. А пока… Пока я не верю ничему. – Император подошел к министру и положил ему руку на плечо. – Все, чем я могу помочь, это аннулировать приказ с моей подписью сотрудничать с Военной Канцелярией. Но запретить им влезать в ваши дела я не могу. Такой приказ отдает Парламент. А это значит, что Канцелярия еще не один раз с вами столкнется. Простите, Джеймс. Могу лишь пожелать Вам удачи. Будьте осторожны. И помните, я жду только положительных результатов. На этом – все…

Лонг вздохнул. Его Светлость прав, убедить Парламент не удастся. Значит – будем защищаться своими силами…

Водитель свернул на пригородную трассу и прибавил газу. Лонг бездумно смотрел на пролетающие мимо деревья, забыв про сигару. Что он ждал от эксперимента – он и сам не знал. Но результаты Лонг видел, и это его потрясло. Красли, старый друг, постарался на славу. И министр прекрасно знал историю всех подобных экспериментов, поэтому работу решено было продолжить. Осталось совсем немного, но тут влезла Канцелярия, черт бы ее побрал… Хотя… Ведь как-то удавалось удерживать в тайне открытие, что перемещения во времени возможны. И даже есть работающий генератор. Удавалось. Прознала бы Канцелярия – неизвестно, чем бы все обернулось. Лонг не считал себя пацифистом, но и не любил, когда все то, что могло бы помочь людям, работало бы на военные нужды. И он прекрасно знал, что Канцелярия почти не использует те изобретения, которые были обнародованы. Ибо в тайне сохраняешь – легче держать людей в страхе, как говаривал когда-то один из руководителей Военной Канцелярии…

Министр скрипнул зубами и сунул сигару в пепельницу. Нет, все же прав был Красли, когда предложил перебазироваться в прошлое. Правда, это влетит просто в огромные средства. Лонг с бухгалтером Министерства подсчитали примерные затраты. И выходило, что средств закрытого фонда должно хватить с натяжкой. Черт с ним, достанем…

Он нажал на кнопку в подлокотнике, и сверху развернулся сенсорный дисплей. Лонг быстро набрал номер. И через минуту на экране появился Красли. Уставший, но довольный…

– Джеймс! – воскликнул профессор. – Какими судьбами? Что случилось?

Лонг улыбнулся:

– Да так… – понизил голос и продолжил. – Мне не удалось убрать с дороги Стамма, дружище. Как у тебя продвигается дело?

– Да вроде бы все по плану. Уходим?

Лонг кивнул:

– Да. И, еще… – он закрыл глаза, глубоко вздохнул. – Николас, я прошу, береги себя. Я старался, как только мог. И очень постараюсь зачистить все, пока вы будете там…

– Джеймс… – Красли улыбнулся. – Ты никак грустить собрался? Не стоит. Давай так: если я возвращаюсь, жив и здоров, да еще с отличными результатами – с тебя ужин на всех. В домике, там, на озере, помнишь?

– Заметано, дружище, – улыбнулся Лонг. – Удачи тебе.

– Спасибо. Пока.

Экран погас. Министр еще минуту смотрел на экран, потом нажал кнопку микрофона:

– Возвращаемся. Едем домой, Фрестон.

– Слушаюсь, сэр, – отозвался водитель.

Лимузин притормозил, и начал разворачиваться…

*

Пандус был заставлен ящиками. Несмотря на все протесты Эрика, профессор решил взять всего четыре из девяти ящиков. Ящик с оружием было решено тоже оставить здесь. Андре отобрал три пистолета и два мощных армейских дробовика, и взял запасной боекомплект, а так же свою винтовку. Упаковал все в небольшую брезентовую сумку и поставил возле ящиков. Я настояла на том, что нужно взять с собой ножи. Андре согласился, и сунул в сумку пару складных тяжелых ножей.

Я решила ему не говорить про подарок Пола, который носила под одеждой…

Ящик с деньгами. Ящик с нашей одеждой и спальными мешками. И ящик с мини-лабораторией и заготовками для стимуляторов.

После недолгих споров Красли вкатил на пандус еще один небольшой ящик…

– Это что? – спросил Андре, помогая профессору поставить ящик между остальными.

– Ты знаешь, я подумал, что запас медикаментов никому не повредит. Как считаешь? Заодно и витамины.

Андре нехотя согласился и похлопал по ящикам рукой, проверяя надежность крепления к пандусу. По его настоянию ребята из Института обклеили ящики тонкой деревянной рейкой. Получилось что-то похожее на сундуки. Это такие старые ящики, в которых в старину хранили имущество, так мне объяснили.

– А красиво получилось, – сказал Пол, когда ящики привезли обратно.

Я согласилась. Дерево немного «состарили», затемнили, и получилось очень похоже на те самые сундуки, которые Андре показывал мне на фотографии.

– Когда вернемся, могу я себе его забрать? – спросила я, трогая пальцем обшивку.

– Зачем? Я тебе лучше новый закажу, под старину, – ответил Андре, набирая код на замке. – Кто его знает, во что ящики за семь месяцев превратятся.

– Ладно, – вздохнула я.

Подошел Эрик. Осмотрел пандус, потом нахмурился и что-то сказал в рацию. Тут же появились техники, уставшие и сонные. И снова начались препирательства…

Я улыбнулась Андре:

– Ладно, пойду, посплю немного. Сколько у нас времени?

– Десять часов и двадцать три минуты, – посмотрел он на часы. – Разбудить тебя?

– Не нужно. Максимум часа через два проснусь, я сплю мало.

– Хорошо. Спокойных снов.

– Спасибо…

Пол сосредоточенно что-то писал на компьютере.

– Привет, – сказала я. – Письмо пишешь?

– Привет, – откликнулся брат. – Не совсем. Дневник.

– Серьезно? – поразилась я. – Вот уж никогда не подумала, что мой братец ведет дневник!

Я подошла к нему сзади взъерошила волосы. Он откинулся назад, прижавшись ко мне спиной:

– Это давно уже. С самого начала веду, Красли просил.

– А меня почему не просил?

– Тебе было чем заняться. Например, оставлять записи в голосовом дневнике.

– Ах, да… Точно. Но ведь Красли просил до какого-то определенного момента вести записи? Я уже и забыла, когда в последний раз записывалась…

Пол встал, открыл бар и вытащил сок. Налил в стаканы и протянул один мне:

– Да нет, в принципе, можно и не вести уже. Это я как-то вот привык записывать эмоции, показания, просто что-то писать. Увлекает…

– И молчал…

– А зачем говорить? – Пол пожал плечами. – Тебе это интересно?

– Ну…не знаю. Копаться в чужом дневнике не люблю.

– Вот и я об этом.

– Тебе страшно, Пол? – Я прижалась к нему спиной. Он отставил стакан и обнял меня.

– Немного, – признался брат. – С другой стороны, я уже это делал. Немного неприятно проходить, а в целом – очень даже интересно.

– А мне не говорил, – шутливо пихнула его локтем.

Он тут же скрутил меня, и мягко бросил на узкую кровать.

– Ах, та-а-ак… – протянула я, прищурившись. – Ты? Меня? Швырять? Все, ты попал, братец!

Я схватила подушку и швырнула в него. Но он легко уклонился, поймал подушку на лету и швырнул в меня.

– Что, съела, да? – показал он язык.

И понеслась…

Драка на подушках была нашим любимым развлечением. Особенно в имперском интернате для детей-сирот, куда нас привезли после смерти родителей… И мы отрывались на всю катушку, пугая сестер-настоятельниц, привлеченных шумом подушечного боя.

Получив подушкой по голове, Пол охнул, схватил меня в охапку и закружил по комнате:

– Все! Я тебя взял в плен, сестрица! Сдавайся!!!

– Ни…за…что… – пропыхтела я, стараясь вырваться. Но брат был сильнее…

В конце концов, он плюхнулся в кресло, не выпуская меня. Я тут же устроилась с уютом у него на коленях:

– Пол?

– Что?

– А чего вы там делали? У индейцев?

– Так, просто, – пожал он плечами. – Это был один из пробных переходов. И мы попали в восемнадцатый век. Вывалились возле какого-то поселения индейцев, представляешь?

– Нет.

– Жаль… Красиво там. С нами был Олли, швед, из ИЗТ. Он знал и понимал язык делаваров… так вроде бы, не помню… Так вот, Олли им заявил, что мы – боги. Ты слышала?! Твой брат – Бог! – Он надменно фыркнул, но рассмеялся и продолжил. – Индейцы переполошились. Эх… Мы целых два дня провели у них. Я даже научился стрелять из такой штуки… Не помню… А, вспомнил! Лук. Такая палка изогнутая, с натянутой струной. Накладываешь стрелу, с перьями для стабилизации полета, натягиваешь струну – и отстреливаешь стрелу.

– Как это? – не смогла представить себе эту картину. – Что-то вроде арбалета, нет?

– Вроде. Только арбалет немного другой, со спусковым крючком, да? А это не совсем арбалет, это как большая изогнутая палка… Короче! Потом сделаю и покажу, – отмахнулся Пол. – Вобщем, мы подружились с ними, с этими индейцами. Один мальчишка все ходил за мной по пятам, как привязанный. Имя смешное у него было… Маленькое Облако, вот.

– Так и звали?

– Ага. Я ему подарил брелок, тот, помнишь, в виде цветка? А он мне – этот нож… – тронул Пол шнурок на моей шее.

– Хоть сказал бы, – снова надулась я.

– Я не мог, Ли, – возразил брат. – А если бы не получилось ничего?

– Нашла бы тебя, живого или мертвого. И дала бы подзатыльник. Но, ты помнишь, да? – Я склонилась к уху и тихо сказала. – Ты мне нужен живым, Пол. Всегда…

– Помню, Ли…

*

Эрик напряженно вводил данные. Техники еще раз проверили все подсоединенные кабели, развернули панели. Красли самолично проверил дополнительные мини-электростанции, чтобы не было сбоев. Потом подошел к Джеду, и что-то спросил. Тот пожал плечами.

– Так… – профессор протянул мне и Полу по пробирке с бесцветной жидкостью. – Выпить сейчас!

– Это что? – Я осторожно открыла колпачок и понюхала жидкость. Не пахнет ничем…

– Регенератор. Андре уже получил такой. Этот – специально с учетом ваших особенностей. Пейте!

Пол одним глотком осушил пробирку и скривился:

– Бе-е-е… ну и гадость! В прошлый раз было вкуснее!

– Регенератор? Для чего? – продолжала допытываться я.

– Ну, это условное название, – ответил Красли. – Это хлоридопростнидире-минатол. Так проще?

Я выпила жидкость, и поперхнулась:

– Ну и… правда, гадость…

– Что есть – то есть, – отрезал профессор. – Это стимулирует организм для быстрого восстановления после перехода. Потому что тратится много энергии. Когда идет переход, твоя температура тела может дойти до сорока шести градусов. Может сердце отказать…

– Почему?

– Ли, ты что такая любопытная? – хихикнул Пол.

– Линда, поверь мне, ладно? – улыбнулся профессор. – Ты сейчас вряд ли поймешь то, что я тебе начну объяснять.

– Ладно, – буркнула я.

– Ну? Все готовы? – спросил Джед, подняв голову от компьютера.

– Готовы? – посмотрел на нас профессор.

Мы кивнули.

Профессор направился к Джеду, а нам показал на пандус. Андре взобрался и подал мне руку. Помог подняться Полу, и начал проверять еще раз крепления, державшие ящики.

– А их не выбросит где-нибудь в стороне? – спросила я, наблюдая за ним.

– Не должно. – Андре присел и постучал по полу пандуса. – Здесь – подвижная платформа. На ней и переберемся. Потом спрячем ее. А ящики берем с собой…

– Ясно.

Красли похлопал Эрика по плечу и направился к нам. Взобрался на пандус и посмотрел на нас:

– Все, мы готовы, ребятки… Начнем потихоньку?

Я кивнула, Пол тоже, а Андре улыбнулся.

– Итак… – Эрик тоже подошел, держа в руках маленький прибор. – Это – навигатор. Здесь данные для вашего ориентирования в том месте, куда вы отправитесь. Мы выбрали место вашего пребывания. Год одна тысяча пятьсот семьдесят девятый. Европа. По нашим данным, вы должны выйти в лесу, который был там раньше. Рядом, если архивы не врут, должен находиться небольшой городок. Упоминания о нем есть в историческом архиве Имперской библиотеки. Войны почти всегда обходили его стороной, так что, будем надеяться, что это правда. Когда переход завершится, уничтожьте платформу, она из органического пластика, в земле сгниет за две недели. Что еще?.. Думаю, что Андре подскажет, если я что-то пропустил. Все проверили, ничего не забыли?

Он протянул навигатор Красли. Тот нажал кнопку, отключая прибор, и сунул его в нагрудной карман.

– Ладно. Все, пора… – Эрик протянул руку. – Дайте пожать ваши руки – и начнем.

Мы по очереди пожали руку. Потом Эрик отправился к компьютеру, а мы стали усаживаться на полу платформы. Андре сел первым, показывая, как нужно держаться за ремни. Потом кивнул Эрику. Тот дернулся и засуетился.

– Ли, постарайся расслабиться, – сказал Красли.

– Ага, легко вам говорить… – буркнула я.

– Начинаем! – выкрикнул Эрик.

Тихо что-то загудело. Панели синхронно стали разворачиваться друг к другу, гудя сервомоторами. А потом послышался тонкий-тонкий свист, постепенно переходящий в басовитое гудение.

Свет изменился. Сначала бледно-желтый, он начал менять окраску, становясь синим, с зелеными переливами. А потом и вовсе окрасился всеми цветами радуги. Красиво, черт возьми!

Профессор что-то выкрикнул, но я не поняла:

– Что? Не слышу!

Он махнул рукой и подмигнул. Свист прекратился. Зато кожу стало покалывать, осторожно так, назойливо. Но неприятного ощущения не вызывало. Я вытянула руку, заметив, как волоски на коже стали светиться. Взглянула на Андре, сидевшего с напряженным видом, и показала ему руку. Но он не отреагировал.

Панели все так же синхронно развернулись, и стало жарко. Я рванула свитер, стараясь вдохнуть воздух, горячий и тяжелый. Ногти на пальцах вдруг выгнулись, как пластилиновые, такими смешными лепесточками. Я повернулась, чтобы посмотреть на Эрика, но оказалось, что лаборатория исчезла. Сиреневый туман с золотистыми искорками. Солнце. Горячий воздух. Свитер, ставший таким тяжелым. Жарко…

Я заметила, что у Пола вдруг из носа пошла кровь.

– Пол, у тебя кровь идет!

Он не услышал. Вопросительно мотнул головой…

– Кровь, говорю, идет! – показала я пальцем.

Но Пол исчез. Да, вдруг взял и испарился. Я испуганно оглянулась на профессора. Он начал менять очертания, словно его сдувало потоком воздуха. Красли как-то слабо улыбнулся и тоже исчез. Что с Андре – я так и не успела посмотреть. Потому что пол провалился, и я куда-то мягко ухнула, судорожно цепляясь за ремни…

Сердце оборвалось. Я хотела закричать, но не смогла…

Жарко…

*

Лонг и Стамм встретились вчера после заседания Парламента, за одним столиком в маленьком баре, который находился в подвале здания Императорского дворца.

Когда министр пришел сюда, людей было совсем мало. Он сел за столик в дальнем темном углу, и улыбнулся подошедшей официантке.

– Добрый день, господин министр, – улыбнулась она в ответ. – Вы пришли пообедать?

– Да, Алиса. Что у вас вкусного сегодня? И кто, кстати, повар?

– Син Чжоу Бен, сэр, – ответила девушка. – Желаете его новое блюдо?

Лонг заинтересовался.

– Отварное мясо кальмара. К нему идет соус из чеснока и шампиньонов. На гарнир – спаржа, сваренная на винных парах. Из напитков могу предложить «Берстон» две тысячи семьдесят девятого года. И, естественно, наш фирменный хлеб с чесночно-сливовой подливкой.

– Отлично! Сначала вино, Алиса.

– Слушаюсь, господин Лонг.

Она ушла, чуть покачивая бедрами. Лонг проводил ее взглядом. И, чтобы как-то занять себя, вытащил настоящую шариковую ручку и начал рисовать на плотной салфетке рожицы. Только они получались почему-то грустными…

Официантка вернулась быстро. Поставила перед Лонгом высокую бутылку, откупорила вино ловким движением и налила совсем немного в бокал. Подвинула к министру:

– Прошу Вас.

Он взял бокал за ножку, посмотрел вино на свет, потом отпил маленький глоток, смакуя. Приятный бархатный привкус с легкими оттенками персика. Неплохо, неплохо…

– Да, – кивнул он девушке.

– Хорошо, сэр. Приятного времяпровождения! Скоро будет готов Ваш заказ.

– Благодарю.

Лонг пил уже второй бокал вина, когда увидел, как к нему приближается Стамм.

Рейхс-полковник подошел и уставился на Лонга тяжелым взглядом. Потом резко отодвинул второй стул и сел. Щелкнул громко пальцами и показал Алисе на бокал. Та кивнула и принесла.

– Вы обманули меня, – просто и без лишних слов тихо сказал Стамм. Налил себе вино из бутылки и посмотрел на Лонга. – Вы попросту меня обманули, Лонг…

Министр прищурился:

– Когда именно, рейхс-полковник?

Стамм откинулся на спинку стула и тоже прищурился:

– Или будем говорить о том, где вы спрятали своих подопечных из проекта «Перевертыш»?

Лонг отставил бокал в сторону:

– Я не понимаю, о чем Вы, Стамм…

– Понятно. Как я понимаю, наш договор расторгнут? А как же подпись Императора? Что за кислятина?! – поморщился Стамм, отпив. Повертел стакан и отставил его в сторону. – Вы уже не признаете власть, Лонг?

– Я не понимаю. Вы пришли ко мне, принесли бумагу с подписью Императора о совместной работе над проектом, но меня интересует один вопрос… А с чего Вы взяли, что проект существует?

Стамм онемел. Долго смотрел на министра, потом процедил:

– Лонг, старая ты сволочь… Я же читал отчеты! Только не говори мне, что это – фикция! Я своими глазами видел!

– Что именно?

Стамм полез в карман и вынул несколько фотографий. Швырнул их на стол. Лонг взял одну и долго смотрел на лицо молодой женщины, искаженное гримасой, в которой угадывались черты звериной морды…

– Хм… Интересный монтаж. Что это?

Рейхс-полковник побледнел от злости:

– Это?! Это женщина, которая участвует в проекте! И не говори, что тебе ничего об этом неизвестно!!!

– А что Вы, собственно, кричите на меня? – спокойно сказал Лонг.

Стамм быстро взял себя в руки:

– Извиняюсь. Лонг, ты прекрасно знаешь, откуда эти фотографии. С камеры слежения в вашей лаборатории.

Министр покатал по столу свою ручку, потом уставился на Стамма:

– Вы хотите сказать, что тайно побывали в одной из наших лабораторий? Так? А я считаю, что Вы мне подсунули прекрасный фотомонтаж. И не морочьте мне голову, рейхс-полковник. Я не знаю, о каком проекте Вы говорите, но могу уверить – Вы глубоко ошибаетесь. Такого проекта нет. По крайней мере, в нашем ведомстве точно… И это вы не признаете власть, Стамм. Император лично сообщил Вам, что его подпись считается аннулированной. Не забыли?

– Лонг, как бы не пришлось тебе пожалеть о сказанном… – медленно проговорил Стамм, собирая фотографии. – Значит, если проекта нет, то весь материал эксперимента я могу забрать себе. Так же, как и весь эксперимент. Спасибо, министр.

Он встал и наклонился к Лонгу:

– Плохо, если ты так расшвыриваешься финансами, Лонг. Но! Ты хозяин, тебе решать… И, кстати, я знаю, где находится твоя лаборатория, где вы изучали перемещения во времени.

Бросил презрительный взгляд на министра и вышел, оставив на столе одну из фотографий. Лонг повертел ее в руках, и достал из кармана мобильный телефон:

– Хаксли? Через час, у меня в кабинете. Все.

Лонг встал, и пошел к выходу из бара, оставив щедрые чаевые на столике, и кивнул Алисе, взглядом выразив сожаление…

Глава 4

…Рейхс-полковник Стамм долго ходил по руинам сгоревшей лаборатории. Потом вздохнул и подошел к экспертам, которые возились около обгоревших трупов.

– Ну? Что можете сказать?

– Пока что ничего. – Один из экспертов, пожилой мужчина, поднял голову и хмуро посмотрел на Стамма.

– Выяснили, чьи трупы?

– Тоже пока нет. Предположительно кое-что могу сказать, если хотите…

– Ну-ка…

– Пять человек. Одна женщина и четыре мужчины.

Стамм присел на корточки:

– Уверен?

– Стопроцентно.

– Я про женщину?

– И я про нее, – поднялся мужчина, стягивая тонкие пластиковые перчатки. Швырнул их на землю… – Перед тем, как они сгорели, их застрелили. Это все, что я могу добавить.

– Как застрелили?! – опешил Стамм.

– Не знаю, – пожал плечами эксперт. – Из огнестрельного оружия. В упор. Уж слишком характерные ранения. Но придется еще раз досконально проверять в лаборатории. Взрыв был довольно сильным, тела изуродованы. Мы провели лишь поверхностный осмотр…

– Можете провести идентификацию? – поинтересовался Стамм.

– Да, сэр. – Мужчина облокотился на машину, и достал сигарету. – Можем. Как срочно нужно?

– Срочно. – Стамм еще раз посмотрел на руины. – Чем быстрее, тем лучше. Как только идентифицируете тела – сообщите лично мне.

– Займет три дня.

– Твою мать… – сплюнул рейхс-полковник. – Вы за что жалованье получаете? За то, что не можете сделать экспресс-анализ? Уволю к чертям… Мне нужно к вечеру! Работайте!

Эксперт лишь хмыкнул.

Стамм посмотрел на черные, обугленные до неузнаваемости тела, и, тихо ругнувшись, пошел к машине. Потом обернулся и громко сказал:

– Надеюсь, все помнят, что здесь никого из вас не было?

Люди обернулись. Потом как-то вразнобой закивали… Рейхс-полковник обвел каждого взглядом, но больше ничего не сказал. Охранник услужливо распахнул дверь машины. Стамм грузно сел на сиденье и придержал дверь рукой. И махнул рукой своему помощнику Рейли. Тот рысцой бросился к шефу…

– Чтобы завтра здесь не было и следа от лаборатории. Вызывайте бульдозеры, самолеты, что хотите, но чтобы завтра здесь все было чисто! – Стамм помедлил и добавил. – Предоставь экспертам все, что попросят, но чтобы вечером отчет лежал на моем столе. Отвечаешь головой, Рейли.

Рейхс-полковник с силой захлопнул дверь. Рейли молча достал телефон и стал набирать номер, потом повернулся и пошел к экспертам, продолжавшим возиться на пепелище…

Стамм кивнул водителю. Джип рванулся с места, меся грязь дороги, густо усыпанную пеплом…

Думать о неприятном не хотелось. Как-то не правильно все, сгоревшая лаборатория и трупы. Как-то слишком просто. А что если трупы будут опознаны? И окажется, что все – правда? Рейхс-полковник крепко потер лицо и зажмурился…

– Лонг, что же ты хочешь? Я не верю, что ты так легко уничтожил проект… Только где теперь следы искать?.. Черт тебя побери, Лонг! Я тебе еще покажу веселую жизнь… Все равно ведь найду! – Он треснул кулаком по дверце, отбив кулак. Зашипел от боли, и откинулся на сиденье.

Осталось только сидеть и ждать результат экспертизы…

*

Хаксли прикурил сигару, подул на тлеющий кончик и произнес:

– Создание клонов нам обошлось не так уж и дорого, сэр. Осталось уладить еще пару дел.

– Идею с клонами кто придумал?

– Наш эксперт, капитан Эльстер. Она раздобыла в архивах весь материал, который нам потребовался.

– Опять Вы вовлекаете меня в авантюры, Рид, – вздохнул Лонг. – Создание клонов было запрещено еще в две тысячи девяносто шестом году.

– А что делать? – пожал плечами Хаксли. – Нам надо было придумать план на скорую руку. И на заседании экспертов Эльстер подала идею использовать клонов Линды, Пола и Красли. Андре мы не брали в расчет, он засекречен так, что Канцелярия вовек его не найдет. ИЗТ умеет маскироваться, они зря свой хлеб не едят, сэр. И пришлось дополнительно создавать репродукцию Джеда и Стивенса, техника-программиста. Для достоверности… Двойников вывезли на одну из наших лабораторий, и разыграли небольшую комедию. Думаю, что это отвлечет внимание на какое-то время… Но я все же предлагаю Вам свой вариант решения проблемы. Самой главной. Потому что Канцелярия слишком быстро наступает на пятки.

Лонг мрачно посмотрел на своего помощника, который стоял у окна и задумчиво смотрел на улицу. Потом вытер лысину, и вздохнул:

– Я не могу, Хаксли, понимаешь? Я просто не могу… Все операции обошлись нам почти в два миллиарда кредитов!

– Я понимаю, господин министр. – Хаксли даже не обернулся. – Тогда что Вы предлагаете? Отдать все Военной Канцелярии? Вы представляете, что будет, когда они получат проект «Перевертыш»? И тогда Ваши два миллиарда покажутся детским лепетом по сравнению с тем, что начнут делать военные…

Лонг помрачнел еще больше.

– Никто не заставляет Вас делать все собственноручно. – Хаксли выпустил клуб дыма. – Вам надо лишь отдать приказ, сэр. И все. Хотя я так и не понял окончательно, зачем нужен проект…

Министр подошел к окну, у которого стоял Хаксли, и чуть отодвинул штору, посмотрев на улицу:

– Не знаю, Рид. Может, потому, что мы первые, кому удалось осуществить идею, над которой бились почти две сотни лет? Но, видит Бог, я не желаю видеть Линду и Пола в рядах Канцелярии. Еще неизвестно, кому это принесет горе… -

Лонг горестно вздохнул и покачал головой, продолжая смотреть на улицу…

Хаксли положил сигару в большую бронзовую пепельницу:

– Не знаю. Вот если бы у него не было фотографий. Но они есть. Думаю, что оригиналы хранятся где-нибудь в укромном месте. Да и то, что он знает о пункте отправки, уже говорит о многом. Это плохо… Есть утечки информации, я так думаю. Либо агентура у Стамма отличная.

– Я разговаривал сегодня с Императором, – сказал Лонг. – Он мне сообщил, что Стамм был у него, и рассказал о странном проекте. И убедил Императора, что это хорошая штука для обороны страны. Ты ведь знаешь, как Император относится обороне…

– Ну, и?

– Ничего. Я заручился поддержкой Императора. Пришлось доказывать обратное. Ложь, я знаю, но ложь во спасение. – Лонг посмотрел еще раз в окно, потом сел в свое кресло. – Его Светлость – блестящий ученый. И, если мы предоставим ему уже готовые результаты, то, думаю, сможем смягчить гнев. Заодно сможем попросить вернуть часть денег, затраченных на проект.

– Мы платили деньги из резервного фонда, так? Кто о нем знает?

– Я. Ты. И еще несколько людей, но надежных. Император не в курсе дел.

Помощник покачал головой:

– Если честно, то очень жаль, если такой труд попадет в руки военных. Оно-то, конечно, и хорошо, если это послужит на благо страны. А если нет? Тогда – плакали наши денежки… Вы ведь знаете, как любит Военная Канцелярия прибирать все к рукам. И останется «Перевертыш» лишь в засекреченных архивах. А новые люди-волки будут исполнять миссии Канцелярии. И кто его знает, не придется ли и Вам столкнуться с таким наемником… Но еще лучше будет, если такой наемник будет подчинен нам.

– Идеи есть?

– Есть. Я уже озвучил. Нужно убрать главную проблему. Вы знаете, о ком я говорю

– Ты с ума сошел? Ты предлагаешь мне убийство?!

Хаксли кивнул:

– Убийство, хоть и не люблю это слово. Но, если вы не устраните Стамма, грош цена Вашим попыткам спасти проект.

Министр долго молчал, потом вздохнул:

– Я подумаю. Но оставляю Вам право выбора, если не останется ничего другого.

Хаксли чуть заметно улыбнулся, и продолжил:

– Предлагаю устранить, когда он обнаружит лабораторию, откуда был произведен запуск. Уничтожить ее вместе с ним. Мы не уверены, что после устранения не найдется какой-нибудь последователь, который не продолжит дело. Уничтожить и генератор, чтобы не было возможности его восстановить. Пока все не утихнет…

– А как же… Красли? – оторопел Лонг. – Как же эксперимент?

– А что помешает нам через какое-то время восстановить основной генератор? Схемы-то есть. Настроить его на нужную дату – и забрать Красли обратно.

– Думаешь?

– Предлагаю идеи. – Хаксли развалился в кресле. – Как я понял, генератор для обратного перехода у него есть? Так вот, поставим круглосуточное наблюдение с новым аппаратом, так? Когда Красли в нужное время не сможет вернуться, он, скорее всего, будет периодически включать свой генератор, выясняя, заработал ли он… И сигнал обнаружим. И тут же переправим обратно. Максимум, отправим туда кого-нибудь из агентов.

– Что ж… – Лонг откинулся в кресле. – Раз нет выбора, то будем действовать по-другому.

– Принимаете?

– Да. Сделай все, как надо. И сообщить не забудь…

– Будет сделано, господин министр, – улыбнулся Хаксли.

Министр долго сидел, уставившись в одну точку, потом поднялся и направился к маленькому бару.

– Рид, что Вам налить?

– «Хенси» пятьдесят пятого года, пожалуй.

Лонг достал две бутылки. Аккуратно налил в один стакан коньяк, в другой – водку. Поставил на маленький поднос, где уже стоял серебряный ящичек для льда, потом отнес все к столу. Протянул стакан Хаксли и взял свой:

– Рид, а почему мы должны уничтожать генератор? Может, просто собрать макет?

– Можно и так, – согласился помощник. – В любом случае, основной рабочий генератор нужно разбирать. Поступило предложение разобрать его на части и спрятать. Если его угробить вместе с лабораторией, то, как Вы сами понимаете, у Канцелярии найдутся спецы, которые смогут его восстановить. Но – решать все же Вам.

– Я в растерянности, – неожиданно признался Лонг. Хаксли изумленно отставил стакан в сторону. – Да-да, Рид, я в растерянности. В общем, так. Вы получаете полномочия действовать по своему смотрению. Если нужно уничтожить генератор – уничтожайте. Взорвать лабораторию – взрывайте.

– Макет уже готов, сэр, – вклинился Хаксли. – Схемы мы снимем, программы будут скопированы и надежно спрятаны.

– Хорошо. Приступайте…

Помощник Лонга улыбнулся. Поднялся и протянул руку министру:

– Не беспокойтесь, сэр. Мы очень постараемся, чтобы все получилось.

Хаксли поклонился, и быстрым шагом покинул кабинет. Лонг долго смотрел на дверь, и произнес, ни к кому не обращаясь:

– Если бы встал выбор за что бороться – за правду или мир, я выберу правду. Кто же сказал это?.. Не помню. Но он был чертовски умным мужиком.

Министр щелкнул кнопку вызова на столе и негромко произнес:

– Я выхожу. Машину к выходу. Спасибо.

*

Эрик откинулся на стуле. Все. Получилось. Переход удался.

Он включил поисковый навигатор, отслеживающий движение платформы, и застыл.

– Господин Джед, что дальше? – подошел к нему бригадир команды техников.

Эрик погрозил ему пальцем, и кивнул на прибор. Техник кивнул, и сел рядом. Джед осторожно положил коробочку навигатора перед собой, и уставился в компьютер:

– Странно…

– Что такое? – забеспокоился бригадир.

– Должны уже быть там, а сигнал…Есть!!!

Эрик быстро что-то набрал на клавиатуре, потом тихо засмеялся:

– Есть! Они прибыли!

Он вскочил и начал танцевать. Бригадир немного ошарашено смотрел, как Джед выплясывает что-то непонятное, и осторожно осведомился:

– Господин Джед?

– Все в порядке, – наконец-то остановился тот, вытирая вспотевший лоб. – Все нормально, Бредли. Давайте приступать к работе…

– Согласно плану?

– Ага, – кивнул Эрик, усаживаясь за компьютер. – Согласно плану. Я пока уничтожу все данные, а вы займитесь оборудованием. Ну, и… Вы знаете.

Бригадир кивнул, и направился к техникам, ожидавшим его за стеклянной перегородкой.

– Так… Это – удалить… – Джед начал говорить сам с собой, поглядывая на навигатор, продолжавший выводить данные на маленький дисплей. – …это тоже… теперь делаем вот так…и… – он быстро пробежался пальцами по клавиатуре. – …и получаем уничтожение данных… а если добавить вирус… маленький такой, прожорливый… то…

Тем временем техники спешно сворачивали часть оборудования. Сам генератор быстро отключили и унесли наружу, где ожидал небольшой бронированный джин. Остальные разбирали пандус, панели, а другие монтировали точно такой же в другом углу комнаты, но уже из других материалов. Панели, стойки, кабели – все точно так, как это выглядело десять минут назад.

– Ребята, внимательнее собирайте! – Бригадир руководил сборкой, поглядывая на часы. – Не забудьте кабели…

Джед закончил возиться с компьютером. Выдернул информационный чип-накопитель и пошел к техникам, постоял минуту, поглядывая задумчиво на работу.

– Сэр… – бригадир протянул ему две микросхемы, аккуратно упакованные в пластиковую коробочку. – Это то, что Вы просили снять.

– А… да-да, спасибо, Бредли!

Эрик опустил коробочку в карман. Потом ушел в дальнюю комнату, где находились трое – двое мужчин и молодая женщина, специально выбранные из десятков приглашенных агентов. А так же целая группа гримеров.

Джед долго смотрел, как накладывают грим, парики. Как сверяются гримеры с фотографиями Красли, Пола и Линды, лежащими на столе. Как ему улыбнулся двойник Пола. Потом вздохнул и вытащил маленький мобильный телефон, в памяти которого был один-единственный номер.

– Господин Хорн? Беспокоит Эрик Джед. Я отправил Ваше письмо, как Вы и просили. Думаю, что оно уже пришло по адресу… да… хорошо… Оплата? Да, конечно, благодарю Вас!.. Можете отправить посыльного с чеком?.. Да-да, господин Хорн, спасибо… Всего доброго, простите за беспокойство!

Эрик положил телефон на пол, и, наблюдая, как он начал дымиться, самоуничтожаясь, представил, как к Лонгу отправился с докладом его помощник, который представился мистером Хорном. Телефон вспыхнул дымным, синеватым огоньком, и начал капать оплавленным пластиком на пол. Эрик бросил последний взгляд на гримеров и пошел к выходу, чтобы встретить спецов из Министерства, которые должны подготовить лабораторию к посещению незваных гостей…

*

Охранники засуетились, открывая двери, и с преувеличенным вниманием принялись обшаривать взглядами пустую улицу. Стамм усмехнулся. После вчерашнего нагоняя охрана стала бдительной. Только толку все равно от нее мало. Сволочи, ругнулся про себя Стамм.

– Сэр… – распахнул перед ним дверцу водитель-охранник.

Рейхс-полковник молча влез в машину. Охрана еще раз оглядела улицу и попрыгала по джипам.

– Позови мне Рейли, – неожиданно сказал Стамм.

Машина резко остановилась, и послышалось бормотание водителя. И через мгновение раздался топот. Стамм молча открыл дверь. Рейли быстро взобрался внутрь, побледневший и встревоженный. Еще бы, неслыханная ситуация! Рейхс-полковник всегда ездил один. Последний из адъютантов, который как-то проехался со Стаммом в его машине, был найден мертвым несколько дней спустя. Хоть и говорили, что это несчастный случай, никто не верил. Два выстрела в голову не могут быть несчастным случаем. Но молчали все…

– Сэр? – осторожно спросил Рейли.

Рейхс-полковник смерил его тяжелым взглядом и негромко спросил:

– Боишься?

Рейли кивнул, выдавливая из себя улыбку. Ну, хотя бы честно ответил, подумал Стамм, и сказал вслух:

– Не бойся. Родригес и вправду погиб от несчастного случая. Его приревновала к бывшей жене подруга, с которой он жил. И застрелила его. Человеческий фактор, Рейли. Как тебя зовут, кстати?

– Пол, – выдавил адъютант.

– Пол… – Рейхс-полковник уставился в окно. – То, что мой адъютант гибнет от руки подруги, может говорить только об одном. Он был тупицей, раз не уберег голову от ревнивой бабы. Ты женат?

– Н-нет, – отрицательно помотал головой Рейли, который после упоминания о погибшем адъютанте побледнел окончательно.

– И не нужно этого, Пол. Скандалы, ревность, страдания. Твоя голова должна быть ясной и холодной, понял? И не смотри ты так. Если бы я убивал всех неугодных мне людей, то вскоре и меня бы убрали. Мир, сошедший с ума, не прощает себе подобных. А я еще не сошел с ума, – вздохнул Стамм. – Или уже сошел, не знаю.

– А Вы были женаты, сэр? – неожиданно для самого себя поинтересовался Рейли. Он, как и большинство подчиненных рейхс-полковника, мало знали о личной жизни шефа.

– Был, – легко кивнул Стамм. Он открыл бар и достал бутылку виски. Выудил стаканы и протянул один Рейли. – Давно. Она ушла от меня, Пол. От моей же глупости. – Он быстро налил виски по стаканам почти до краев, взял свой стакан, и выпил его в два глотка. – Пей!

Рейли постарался не отстать. Не каждый день пьешь с шефом виски стаканами. Алкоголь ухнул в желудок горячим комком…

– Ей не нравилось, что я больше занят войной, нежели ею. И она ушла. Оставив после себя лишь воспоминание. С тех пор я не женат.

Рейли не смог воспротивиться, когда шеф еще раз налил полные стаканы. Первый уже давал о себе знать легким шумом в голове.

– Ты вот сейчас, наверное, думаешь, мол, чего это разоткровенничался Стамм, да?

– Нет, сэр… – забормотал Рейли, глядя, как зачарованный, на свой полный стакан, и стараясь не расплескать виски на обшивку сиденья.

– Врешь, – спокойно ответил рейхс-полковник. – И пить не умеешь. Ну, давай! За Канцелярию!

Он залпом опрокинул стакан и зажмурился. Рейли тоже зажмурился. Ахнул в себя стакан, давясь, и закашлялся.

– Бывает, – сказал Стамм. – Итак, Пол…

– Что?

– Что ты можешь сказать мне нового?

Рейли покосился на бутылку:

– Пока ничего, сэр. Кроме того, что мы нашли за последние два дня.

– Валяй, – откинулся на сиденье Стамм. – Подробнее.

– Мы идентифицировали трупы, – начал адъютант, стараясь не обращать внимания на шум в голове. – Все говорит о том, что это те, кого мы ищем. Но обнаружилась одна маленькая зацепка. Задействованные агенты оказались проворнее, сэр. Короче говоря, один из моих агентов установил в машине Красли видеокамеру. Еще до взрыва в лаборатории. Так, маленький жучок, все на законных основаниях! Хоть машина и обгорела от взрыва, но камера и чип памяти остались целы. Так вот, камера была установлена за зеркалом заднего вида, и, соответственно, могла фиксировать все, что попадало в поле ее зрения не только в салоне, но и через заднее стекло. Она зафиксировала, что за два с лишним часа до взрыва Красли и его подопытные вышли из лаборатории, сели в машину и уехали. Больше они не возвращались. Далее, через час примерно, приехали какие-то люди, внесли на руках пять трупов в лабораторию, и тоже уехали. – Рейли посмотрел на шефа. – Вот и все. После этого мы снова начали поиски, и вышли на лабораторию, которая занимается исследованиями в области перемещений во времени.

Стамм кивнул.

– А трупы были клонами?

– Да, сэр. Откуда Вы знаете?

– Все оттуда же, Рейли. Надо было внимательнее изучать историю Канцелярии. Когда-то Ведомство Безопасности и Канцелярия вместе работали над проектами, в том числе и в области клонирования. После распада союза все документы по исследованиям исчезли. Не могли они так просто исчезнуть, понял?

– Рейли кивнул:

– Их забрали в Ведомство?

– А кто бы сомневался, – усмехнулся Стамм. – Эти сволочи всё готовы прибрать к своим рукам! Я уверен, что они восстановили проект, даже после запрета на создание клонов. Ладно… А что за перемещения во времени? Вроде бы, если я помню верно, проект сочли неудачным.

– Не совсем. Генератор был собран. И работает.

– Откуда вы это взяли?

– Доказательства собраны, сэр. Деньги все равно остаются одной из движущих сил цивилизации, как Вы часто говорите. Пара взяток – и ребята Лонга сами принесли доказательства.

– Умнеете, – одобрительно кивнул Стамм. – Где лаборатория? Мы сейчас туда едем?

– Так точно, сэр. Мы подумали, что Вы сами хотите на это взглянуть. Но прежде, я хотел бы Вам показать кое-кого.

– А именно?

– Того, кто создал и реанимировал программу для путешествий. Вы хотите взглянуть?

Стамм долго смотрел на захмелевшего адъютанта, потом нажал кнопку:

– Останови!

Машина дернулась и свернула к обочине. Рейхс-полковник повернулся к Рейли и веско произнес:

– Запомни, Пол: начальству никогда не предлагают – начальству сразу показывают результат. Теперь вали отсюда! Вякнешь хоть слово, что ты слышал здесь – урою. И покажи мне этого… реаниматора.

Рейли молча вывалился из машины и бегом бросился к машине охраны, трезвея на ходу. Тяжелый взгляд шефа не сулил ничего хорошего…

*

Эскорт свернул к приземистому зданию, где-то на окраине города. Неприметное, внешне обветшалое от времени, затерявшееся среди деревьев. Во время Войны Континентов в таких зданиях располагались склады с медикаментами, оборудованием, вооружением. Чтобы усложнить поиск складов во время войны противником, если бы у него была такая возможность. Это спецы из Канцелярии придумали вариант с размещением небольших складов по всему городу, дабы защитники могли не ждать помощи извне. Командирам подразделений выдали зашифрованные карты, по которым указывалось местонахождение склада на той или иной улице… После войны часть складов разобрали, оставив лишь несколько, на всякий случай. Но здания, и особенно подвалы Канцелярия забрала себе. Все пригодится, решило начальство.

Ходило много слухов о том, что творится в этих подвалах. Но пока никому не удалось увидеть воочию все то, о чем давно говорили шепотом…

Стамм вышел из машины. И уставился на потемневшую металлическую пластинку, привинченную ржавыми болтами к стене. «Здание относится к памятникам архитектуры и охраняется законом» – гласила аккуратно выбитая надпись. Стамм хмыкнул и тронул табличку пальцем. Достаточно надписи «Собственность ИВК», как люди за километр будут обходить здание. Но – конспирация важнее всего, как гласил внутренний устав Канцелярии.

– Куда? – обернулся он к Рейли, который подбежал к нему. Адъютант старался держаться прямо, но все равно его чуть покачивало. То ли от страха, то ли от виски, подумал рейхс-полковник.

– Сюда, – показал Рейли. И сам пошел вперед, показывая дорогу…

Охрана рванулась следом, довольно грамотно взяв здание в кольцо. Стамм одобрительно кивнул, наблюдая за охраной. И спустился по ступенькам вниз, где придерживал рукой открытую стальную мощную дверь Рейли.

– Прошу, сэр!

– Советую… – приостановился Стамм перед адъютантом. – Скажи моему шоферу, чтобы выдал тебе мои таблетки. Мои – так и скажи. Не смотри ты так, не яд предлагаю. Всего лишь нейтрализатор алкоголя. А то на тебе лица нет, Пол. А мне нужны достойные помощники, а не тряпки. Выполняй!

– Есть, сэр! – вытянулся Рейли. Прикрыл за шефом дверь, и рванулся наверх, придерживая фуражку и стараясь не упасть…

В комнате для допросов было накурено. Стамм вошел, не здороваясь, лишь кивнул двоим в военной форме, вскочившим при его появлении:

– Вольно.

– Капитан Кимберли, сэр, – отрапортовала женщина четко. – Это – майор Дайенс. Военная прокуратура, следственный отдел. Работаем по Вашему приказанию.

Ничего не изменилось за последние лет двести. Кроме, наверное, гладкого, сверкающего белизной пола, специальных мощных ламп да специальной обкладки стен, изолирующей любые звуки доносящиеся отсюда. Ну, может, еще мебель да небольшой бар, и еще музыка, доносившаяся из встроенных в стену миниатюрных динамиков… Стамм не помнил историю, но помнил, как когда-то впечатлили его старые фотографии пыточных камер прошлого века, где допрашивали подозреваемых. Мрачновато, что ни говори. Зато сейчас, вон, под музыку допрашивают. Цивилизация, мать ее так… Рейхс-полковник окинул взглядом комнату, и остановил взгляд на привинченном к полу металлическом стуле. Вот что не изменилось за последние десятилетия, так это стул.

Стамм долго смотрел на человека, сидевшего на стуле с запрокинутой головой, связанного тонкими прочными веревками. Потом подошел, с легкой брезгливостью приподнял его голову и посмотрел на следователей:

– Он живой?

Дайенс кивнул, а Кимберли пожала плечами:

– А что с ним будет? Живучий, как собака…

Стамм отпустил голову человека, вытер перчатки об его одежду и подошел к столу:

– Хоть что-нибудь сказал? Или так и молчал все время?

Дайенс так же молча кивнул. Кимберли подсунула Стамму тонкую папку:

– Это и все показания. Не помог даже допрос степени 7А. Он очень крепкий, этот ваш Джед…

– Он не наш, капитан. Жаль, что не наш…

Кимберли промолчала. Лишь закурила сигарету, глядя на рейхс-полковника прищуренными глазами. Стамм открыл папку на столе и стал читать показания. Так… Эрик Джед… тридцать один год… степень по биоинженерии, кандидат наук… магистр физики и химии… идентификационный номер… не причастен… не привлекался… заданные вопросы по делу об исчезновении – ответы отрицательные… степень допроса – 7А, особое разрешение, подпись «Ф. Стамм»… ответы – отрицательные…

– Это все? – захлопнул он папку.

– Ага, – кивнула Кимберли. – Бьемся уже седьмой час, но он так и не сказал ничего.

– Кто-то еще был в лаборатории с Джедом?

– Были, – ответил Дайенс.

– А их куда дели?

– Кого? Тех, кто был с ним в лаборатории?

– Ну да.

– Они мертвы.

Стамм опешил:

– То есть, как это – мертвы?!!

– А вот так… – пожал плечами майор. – Утром приехали наши ребята, и обнаружили, что охраны нет. Вызвали подкрепление. Приехали штурмовики из Седьмой Бригады. Когда ворвались в лабораторию, то обнаружили несколько человек и наших мертвых охранников. Естественно, штурмовики открыли огонь на поражение, но у тех тоже оказалось оружие. Они заперлись в дальней комнате. Когда штурмовики попытались взорвать двери, то их обстреляли изнутри. Ну, ребята и не выдержали. Вынесли двери и расстреляли всех, кто спрятался там. Этого… – кивнул Дайенс. – …ребята нашли под столом, контуженного. Привезли к нам, а мы уже опознали, кто он таков.

– Это плохо! – побагровел Стамм. – Это очень плохо, что бойцы такие нервные! И что прикажете делать с одним-единственным свидетелем? Как я понял, больше никого не нашли в лаборатории?

Кимберли отрицательно покачала головой.

– Будем допрашивать, что ж еще… – меланхолично отозвался Дайенс. – Не может же обычный человек столько терпеть? Судя по всем данным разведки, это он создал генератор для перемещений во времени. Он же и отправил Красли и остальных куда-то. Знать бы куда…

Стамм рассвирепел. Откуда эти-то знают?!!

Рейхс-полковник еле сдержался, чтобы не ударить следователя. Но он был из Военной прокураторы, а с ней шутки были всегда плохи… Дайенс щелкнул пальцами. Стамм обернулся, услышав шорох. Из глубины комнаты вышел человек. Невзрачный, серенький такой, с пролысиной. В такой же серо-неприметной одежде…

Человечек подошел к Джеду. Неторопливо нацепил на пальцы стальной кастет. Чуть приподнял Джеду голову и со всего размаху ударил его в челюсть. Придержал, вытер кастет о штанину, и ударил снова, с оттягом… Явственно хрустнула кость. Кожа на скуле лопнула, обнажив багрово блеснувшие мышцы. И тут же густо закапала кровь, заливая грудь допрашиваемого. Человечек снова размахнулся и ударил, точно, в открытую рану… Джед обвис, нелепо обвиснув на веревках, и сдавленно замычал.

– Убьете… – мрачно сказал Стамм, наблюдая, как человек поднимает Джеда и усаживает прямо.

– Не убьем, – улыбнулась Кимберли. – Он еще не все сказал. Да и стимуляторы никогда еще не давали умереть раньше времени.

Она подошла к Джеду, и приподняла ему подбородок двумя пальцами:

– Итак, Эрик… Куда ты отправил Красли?

Он молчал, пытаясь смотреть на нее одним глазом. Потом что-то пробормотал…

– Что? – слегка наклонилась она к нему. – Куда?

Эрик снова что-то пробормотал, потом улыбнулся окровавленными губами.

– Я? Сука? Это ты точно заметил, молодой человек, – усмехнулась Кимберли. – Ну? Так где?

Капитан подошла к столику в углу и вернулась с маленькими щипцами. Примерилась, улыбнувшись хищно, и вдруг отщипнула кусочек кожи с груди Джеда…

Он забился, пытаясь вырваться… Кимберли откусила щипцами еще кусочек, выдрав кожу с хрустом. Выпрямилась и ударила сидящего наотмашь в ухо:

– Это не все, Эрик. Но ведь это так просто, верно? Всего лишь сказать местонахождение? Неужели тебе не хочется жить?

Он замотал головой, пытаясь согнуться. Кимберли отпустила его, потом, отшагнув, ударила его носком ботинка в висок…

Стул скрипнул, и Джед обмяк.

– Жив? – спросил Дайенс.

Человечек склонился над Джедом и пощупал ему артерию на шее. Потом утвердительно кивнул головой.

– Откачай его. Потом принеси кислоту.

Стам внутренне вздрогнул. Он и сам не знал точно, какие методы используют следователи на допросе, пытаясь выбить показания. Кислоту… Он с сожалением посмотрел на Джеда, и вздохнул:

– А проверить показания его компьютера? Ну, как там делается, база данных или еще что-то…

– Сразу видно человека, который ничего не понимает в компьютерах, – поморщилась Кимберли. – Компьютер Джеда уже исследуют наши спецы. Но он оказался чист. Правда, в нем оказался отменный вирус, который здорово осложнил нам жизнь, но все уже в порядке. Пытаемся найти хоть что-то еще. Лабораторию обыскали вплоть до самого подвала, вывернули все. Но пока ничего не нашли…

– Плохо…

– Но там еще осталось оборудование. И мы пока его не изучали.

– Я тоже хочу взглянуть.

– Скажите, Стамм… – лениво взглянул на него Дайенс. – А почему Вы все же уверены, что Красли сбежал куда-то в прошлые века? Может, это была дезинформация? И что, если, трупы и вправду принадлежат тому профессору и его подопытным?

– Клоны. Вы не в курсе? – отозвался Стамм. – Мы даже почти остановили поиски. Но тут пришел этот агент со своими добытыми данными… Короче говоря, выяснилось, что Красли вывезли в другое место.

– Ясно. – Дайенс посмотрел на человека, который внес небольшой чемоданчик и поставил на пол. – Давай.

Человечек как-то плотоядно улыбнулся, и вынул ампулу, наполненную желтоватой жидкостью. Точным движением сорвал пломбу. Поднял руку Джеда, который продолжал сидеть согнувшись, и капнул ему на ноготь пальца каплю жидкости. Джед дернулся и закричал… Ноготь задымился, разваливаясь, и в комнате запахло разлагающимся мясом. Человечек капнул на другой, продолжая улыбаться. Крик Джеда перерос в вой…

– Серная кислота, – с каким-то упоением произнес Дайенс, наблюдая за пыткой.

Стамм отвернулся. Он тоже так иногда мог допрашивать, но смотреть, как это делают другие, не мог. Он повернулся к Кимберли:

– Хорошо. Продолжайте. А я пока съезжу в лабораторию. Эксперты там?

– Угу, – кивнула она, не отрывая взгляда от Джеда. – И ваши, и наши.

Рейхс-полковник вздохнул и пошел к двери. Остановился на секунду:

– И не убейте его. Он еще нужен.

– Не убьем, – ответил Дайенс.

Поправил фуражку, и быстрым шагом пошел по длинному, темному коридору, обратно к выходу. Выскочил наружу и захлебнулся свежим воздухом…

– Сэр? – подскочил один из охранников, ожидавший возле входа.

Стамм не ответил. Постоял немного, глубоко дыша, потом направился к машинам.

– Все в порядке, сэр? – подскочил к нему Рейли.

Он выглядел лучше.

– Ты выпил мои таблетки? – спросил зачем-то рейхс-полковник.

– Так точно, сэр. Благодарю, они помогли. – Адъютант пожирал шефа глазами.

Стамм забрался в машину. Открыл окно и сказал:

– Пол, учись пить. Иногда это полезно. Иногда…

Рейли все еще стоял навытяжку. Стамм смотрел на него минуту, потом как-то поник и тихо сказал:

– Едем. Покажи мне лабораторию, Рейли.

– Да, сэр.

Адъютант коротко взмахнул рукой, и побежал к машине охраны…

Глава 5

– Здесь?

Стамм уже ничему не удивлялся. Хотя, особо удивляться было нечему. Подумаешь, лаборатория в промышленной зоне. Что такого? У нас, кстати, тоже должны быть где-то здесь две Канцелярских лаборатории. Странно, как это наши ребята еще не столкнулись с безопасниками? И как разведка прохлопала это место?

Рейхс-полковник открыл дверцу и вылез из машины. И тут же угодил ботинком в жидкую грязь. Громко ругнулся и ударил кулаком по машине:

– Рассел!!!

Водитель пулей вылетел из машины, растерянно глянул на шефа и бросился к нему…

– Что же ты… с-с-скоти-и-ина… – протянул Стамм, испепеляя водителя взглядом. – Ты бы еще в колючки заехал…

Охрана затопталась рядом, пытаясь понять, что происходит. Рейхс-полковник вылез из грязи, потом с силой подтянул за воротник водителя к себе, и, глядя ему в глаза, очень тихо произнес:

– Вытирай.

Водитель шлепнулся на колени, и принялся быстро вытирать ботинки шефа рукавом.

– Чего топчемся? – хмуро спросил Стамм охрану. – Вон!

Охрана тут же исчезла, бросившись создавать зону безопасности вокруг лаборатории. Пока водитель продолжал ползать на коленях, сопя и вздрагивая, Стамм уставился на здание, в котором располагалась лаборатория. Тяжелая металлическая плита двери валялась на улице. Рваные края со следами от атомного резака напоминали зубы какого-то хищника… Рейхс-полковник смотрел какое-то время на плиту, потом отпихнул ногой водителя и прошипел:

– В следующий раз ты грязь жрать у меня будешь, раз не видишь, куда заехал…

Водитель склонил голову, стараясь не смотреть на шефа. Стамм тяжело потопал ко входу, не увидев, какой взгляд послал ему в спину Рассел, продолжающий сидеть в грязи, в перепачканном мундире…

Рейхс-полковник остановился у входа, даже не взглянув на солдата охраны, который вытянулся перед ним.

Вошел внутрь, поморщившись от какого-то кислого запаха, и поискал глазами своего помощника. Тот моментально вырос перед ним:

– Господин рейхс-полковник…

– Вольно. Ну? Это та самая лаборатория? Надеюсь, ты не ошибся?

– Проверили все. Это здесь. Но – никаких зацепок или записей. Мы так и не выяснили, куда был отправлен Красли. И оборудование осталось целым и невредимым. Хотите взглянуть?

– Да, черт побери!

Адъютант молча посторонился. Стамм хмыкнул, разглядывая комнаты:

– Ты смотри, а? Зачем тратить деньги на картины, Рейли?

– Не знаю, сэр… – Рейли явно растерялся от такого вопроса. – Может… может, для красоты?

Рейхс-полковник набычился и посмотрел на адъютанта:

– Для красоты? Для чьей красоты, Рейли? Красоты картин?

Рейли растерялся еще больше:

– Я… затрудняюсь ответить, сэр…

– Тогда молчи. «Для красоты»! – поддразнил его Стамм. – Тоже мне… И где вас таких берут-то…

Он покачал головой и пошел вглубь лаборатории, внимательно осматривая все, что попадало в поле его зрения. Остановился перед открытым ящиком, обшитым деревянными рейками и принялся его внимательно осматривать.

– Как думаешь, это для чего? – спросил Стамм Рейли, который двинулся за ним.

– Не знаю, если честно… Наши ребята изучили его, но так и не поняли, для чего нужно пластиковый корпус обклеивать деревом. Возможно, хранилось что-то. А дерево предотвращало излучение.

– Интересно, какое излучение может сдерживать дерево?

– Мы тоже не нашли ответ, сэр.

– Так найдите, Пол.

Стамм закрыл ящик. Огляделся и подошел к шкафчику, на котором стоял металлический держатель для пробирок.

– Изучили, что в них было?

– Так точно, сэр! – ответил Рейли. – Ничего.

– В смысле?

– В прямом. Это просто стерильные пробирки. В них ничего не хранилось, сэр.

В его голосе Стамм уловил легкий оттенок издевательства. Или показалось? Да нет, вроде показалось. Параноиком становишься, Стамм? Усмехнувшись про себя своим мыслям, рейхс-полковник двинулся дальше.

– Что мы имеем, Рейли? – бросил он через плечо.

– Пока ничего, сэр. Вот здесь… – забежал вперед адъютант и толкнул одну из дверей, – …жили подопытные.

– Я бы назвал их по-другому, Пол. Испытуемые? А? Как тебе? Звучит? По мне, так подопытными бывают лишь кролики. А здесь минимум волки, Пол.

– Да, сэр, понял, сэр… – адъютант открыл дверь шире. – Так вот, здесь они жили. Испытуемые.

Стамм с нескрываемым интересом уставился на две кровати. Простые железные кровати, со свернутыми в рулон матрасами и маленькими надувными подушками. Крохотный столик. Телевизор, встроенный в стену. И маленький цветочный горшочек на стуле… Рейхс-полковник осторожно взял горшочек, так же осторожно понюхал одинокий зеленый росток, торчащий из желтой земли, и повернулся к Рейли:

– Это что?

– Если не ошибаюсь – разновидность китайского бамбука. Только домашнего, растущего очень медленно. Дорогая и редкая штука, сэр.

Стамм еще раз придирчиво осмотрел горшочек, отщипнул маленький кусочек с ростка:

– Проверяли?

– Для чего, сэр? Это всего лишь…

Рейли еле успел увернуться от полетевшего в него горшочка, и выпрямился, побледневший…

– Запомни… – медленно и с расстановкой произнес Стамм. – В нашей работе надо учитывать все. Даже этот долбанный кактус…

– Бамбук…

– Да хоть яблоню!!! – взорвался рейхс-полковник. – Каждую, слышишь ты, каждую мелочь надо учитывать!!! А ты уверен, что этот бамбук не служил подопечным Красли каким-нибудь стимулятором?

Рейли стал совсем белый. Быстро нагнулся и схватил росток, и бросился к дверям.

– Урод… – сказал ему вслед Стамм. – Учишь вас, учишь, а вы все такие же уроды…

Больше в комнате ничего не обнаружилось. Стамм постоял еще минутку, оглядывая стены, потом медленно двинулся в соседнюю комнату, на дверях которой красовалось гордое «Джед, Эрик. Начальник отдела».

– Ну-ну… начальник Джед.

В комнате рейхс-полковник увидел человека, который копался в блоке компьютера. Перед ним стоял миниатюрный ноутбук, к которому шли провода от блока. Человек негромко бубнил что-то себе под нос, внимательно разглядывая открытый корпус компьютера. При виде Стамма он встал.

– Сиди, – махнул тот рукой. – Что изучаешь?

– Компьютер, – пожал человек плечами. – Чистый. Я почистил его от вируса, теперь пытаюсь выудить хоть какую-то информацию.

Рейхс-полковник заглянул в монитор ноутбука:

– А почему бы не забрать блок в лабораторию? – поинтересовался Стамм.

– Отвезем, если что-нибудь обнаружится. К чему загружать людей, если он окажется просто куском железа?

– Умник… – проворчал Стамм. – Ладно, работай. Но я бы посоветовал отправить в лабораторию.

– Чуть позже, – кивнул мужчина. – Закончу проверку системы – отправлю. Просто боюсь, что вирус не до конца убрал. А если не до конца – попалит он нам всю систему…

Рейхс-полковник вышел из комнаты. К нему тут же подбежал Рейли, все еще бледный, и встал перед Стаммом навытяжку:

– Сэр?

– Где генератор? – поинтересовался шеф.

– Прошу Вас! – Рейли так же резво бросился к большой двери, из-за которой доносились голоса.

Стамм усмехнулся. Как же вы трусливы, подумал он. Что ж, будем переучивать, мне нужны преданные псы, но псы смелые, а не заискивающие…

– Это оно? – остановился он перед пандусом, на котором стояли панели и торчали кабели.

– Да. К сожалению, пока запустить полностью не можем, господин рейхс-полковник, – ответил Рейли.

– Почему?

– Нужна программа запуска. Но это для того, чтобы сделать отправку объекта. А запустить для проверки, чтобы убедиться в исправности – это можно. Наши техники сообщили, что разобрались с системой и теперь подключают ее.

Стамм взобрался на пандус, тронул одну из панелей пальцем, пошевелил. Потом повернулся к Рейли:

– А что с программой запуска?

– Работаем, сэр. Наши спецы утверждают, что почти догадались, как работает программа.

– А я хочу посмотреть, как работает эта штука, – показал рейхс-полковник на панели.

– Сэр, Вы уверены? Без программы запуска генератор…

– Иди ты к черту, Рейли, вместе со своей программой запуска! – прорычал Стамм. – Я не собираюсь никуда запускаться! Я всего лишь хочу посмотреть, как работает этот гребаный генератор!!!

– Хорошо, сэр, я вызову техников. – Рейли бросился наружу.

Рейхс-полковник посмотрел ему вслед. Покачал головой и уставился на панели. Интересно, как это работает? Плохо, что не разбираешься в физике. Или это из области химии? Черт его знает…

Стамм постоял еще минуту, потом тяжело слез с пандуса. Оглянулся, и увидел, как двое в гражданской одежде внимательно осматривают большой ящик из алюминия, стоявший особнячком в углу.

– Что это? – спросил он, подойдя к ним. – И вы кто такие?

– Военная экспертиза, сэр, – поднялся один из них. – Вызваны по Вашему приказанию, сэр.

– Что это? – переспросил Стамм, ткнув пальцем в ящик.

– Еще не знаем, сэр. – Эксперт наклонился и показал рукой на кабели, выходящие из стенки ящика. – Видите? Эти кабели подсоединены к генератору. Мы думаем, что это либо запасной источник питания, либо один из рабочих блоков аппарата.

– А чего он в углу стоит?

– Без понятия, – пожал эксперт плечами. – Вполне допускаю мысль, что он специально здесь стоит. Может быть потому, что, к примеру, это блок, который испускает слабую радиацию. Его и убрали подальше в угол.

Рейхс-полковник постучал пальцем по ящику и засопел.

– Хорошо. Я хочу знать, что у него внутри. И как он работает.

– Есть, сэр, – наклонил голову эксперт.

– Работайте.

В лабораторию влетел Рейли, а за ним четыре человека в синих комбинезонах, с эмблемой Военной экспертизы на груди.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.