Елена Степанова
Культурные люди

Культурные люди

(комедия в пяти действиях)

Действующие лица

Мать, моложавая женщина лет 50, преподаватель культурологии Глафира Порфирьевна

Отец, «молодой» пенсионер Виталий Андреевич

Дочь, студентка лет 20, рослая девушка Акулина

Студенты магистратуры:

Тормоз (Вася Трупунов)

Болтушка (Лиза Восторгова)

Спорщик (Валера Перебейко)

Красавица (Лола Курносова)

Тихоня (Гена Смирнов)

Зубрилка (Света Педантова)

Действие первое

Явление первое

Небольшая двухкомнатная квартира. Позднее утро воскресенья. Отец и Мать в пижамах лежат на диване. Дверь в комнату Дочери закрыта. Оттуда вдруг доносится нечто нечленораздельное.

Отец. Что она сказала?

Мать. Не знаю, не поняла.

Доносится приглушённый крик: «Идите сюда, здесь аук!»

Отец и Мать (хором). Что?!

Явление второе

Дверь резко открывается, выглядывает дочь в пижаме.

Дочь (недовольно). Вас зовёшь-зовёшь…

Родители поднимаются с дивана, идут к ней.

Отец. Ты нас звала, доча?

Мать. Что случилось-то?

Дочь. У меня паук!

Отец и Мать (хором). Паук?!

Мать. Где?

Дочь. В люстре!

Мать. Ужас!

Все проходят в комнату дочери, их не видно, слышны неразборчивые восклицания, стуки, шум падения, крики.

Мать и Дочь ведут под руки Отца, который сильно хромает.

Дочь. Папка, ну зачем ты туда полез?

Мать. Даже слова не сказал, сразу полез.

Отец. Да я хотел…

Дочь. Вот он всегда так: то лежит сутки, то вдруг вскакивает.

Мать. Ноги больные, а туда же.

Отец. Да я хотел…

Усаживают Отца на диван.

Дочь. Ну и зачем ты туда полез?

Мать. Чего ты хотел-то?

Отец. Там же паук.

Дочь и Мать. Ну?

Отец. В люстре.

Дочь и Мать. Ну?

Отец. Ты же кричала, доча, вот я и хотел его того…

Дочь. Чего того?

Мать. Прибить, чего ещё.

Дочь (истерически). Не надо никого прибивать! Паук живой! Я люблю всё живое!

Мать. Нет, не прибить. Просто поймать и…

Отец. И разда-…

Дочь. Что?!

Мать. И раз! В салфеточку. А потом – раз – в окошечко! На улицу! Пусть живёт!

Дочь (улыбается). Пусть.

Все садятся на диван и улыбаются.

Дочь. А как он там будет жить?

Отец. Кто?

Дочь. Паук!

Отец (Матери). Я что-то не понимаю.

Мать. А… Пауку на улице будет хорошо. У него там домик, семья, там хорошо.

Дочь. А тогда зачем?

Отец. Что?

Мать. Что, милая?

Дочь. Зачем он к нам полез? Если у него там домик, семья?

Отец. И правда.

Мать. Ну, доча, он, наверное, ошибся. Подумал, что здесь есть корм, мухи.

Дочь. Мухи…

Отец. Где мухи?

Мать. Ну, у нас точно нет мух, иначе я бы не заснула. Они так жужжат.

Дочь. Мухи…

Убегает в свою комнату.

Явление третье

Отец. Чего это она?

Мать. Да она ещё не проснулась.

Слышен плач.

Господи…

Родители бегут в комнату дочери. Слышны всхлипывания, восклицания и неразборчивые жалобы.

Явление четвёртое

Отец и Мать ведут под руки плачущую Дочь, усаживают на диван.

Мать. Ну кисонька…

Отец. Не плачь.

Мать. Ну что такое?

Отец. Ну не плачь.

Мать. Расскажи нам, моя рыбонька.

Дочь. Я хотела… Я хотела… Я думала… А он уже…

Отец (Матери). Ты что-нибудь понимаешь?

Мать. Что ты хотела, солнышко?

Дочь. Я хотела покормить паука-а!

Мать. Чем?

Дочь. Ма-ма!

Мать. А-а-а… Мухами?

Дочь. Да!

Мать. Но у нас же нет мух.

Дочь. Всё равно! Он уже… (Хнычет.)

Отец. Что уже?

Мать. Уже поймал муху?!

Дочь. Уже умер!

Отец. Гхы-гхы-гхы!

Дочь. Как ты можешь?

Отец. Гхы-гхы-гхы!

Дочь. Ты убийца! Вы все убийцы живой природы!

Отец. Гхы-гхы-гхы!

Мать (тычет его локтем в бок). Перестань!

Отец. Доча, я не в том смысле. Мне его жалко.

Дочь. Ну ладно, прощаю.

Уходит к себе.

Явление пятое

Отец. Господи…

Мать. Да уж… Что выросло, то выросло.

Отец. Почему они такие?

Мать. Они совсем на нас не похожи.

Отец. Вот она сейчас этого паука любит больше отца с матерью.

Мать вздыхает.

Явление шестое

Резко открывается дверь, Дочь выходит.

Дочь. Уберите его!

Отец и Мать (хором). Кого?

Дочь. Паука! Он дохлый! Я не могу на него смотреть!

Отец. Ну не смотри.

Мать. Ладно, сейчас что-нибудь придумаем.

Уходят все в комнату Дочери. Слышен звук передвигаемой мебели, восклицания.

Возвращаются.

Ну вот, пока мать сама на табуретку не встанет, пока плафон не открутит, никто ничего не сделает.

Отец (Дочери). А ты видела, какой он большой?

Дочь. Паук?

Отец. Ну да.

Дочь. Противный такой.

Отец. Да ты же сама говорила, что всё живое любишь.

Дочь уходит, демонстративно хлопнув дверью.

Явление седьмое

Диван сложен, на нём сидит Отец с планшетом. Мать за столом, печатает текст на ноутбуке. Оба одеты по-домашнему.

Отец. Гхы-гхы-гхы…

Мать. Так, что у нас тут получилось? (преподавательским голосом) «Основной смысл любой мифологии – это переход от хаоса к космосу (порядку). Мифическая эпоха первотворения может быть основана на противостоянии своего (человеческого) и чужого (демонического). Таково мифологическое противопоставление якутских богатырей-демонов абаасы и добрых божеств айыы, защищающих людей».

Отец. Гхы-гхы-гхы… Гхы-гхы-гхы…

Мать. Что ты всё смеёшься?

Отец. Да…

Мать. Я не поняла, что ты всё смеёшься?

Отец. Новости читаю.

Мать. Ты мне мешаешь.

Отец вздыхает.

Ты можешь немного послушать? Я тут составляю лекцию для магистрантов, ну, для студентов магистратуры.

Отец. Давай.

Мать. «Мифы породили особый жанр якутского народного творчества – олонхо, который исследователи называли то сказкой, то былиной, то эпической поэмой, то героическим эпосом. Богатыри айыы – титаны мира, демоны абаасы тоже титаничны».

Отец. Как-как?

Мать широко улыбается.

Мать. Смешные названия, правда? Айыы – это у якутов добрые духи, а абаасы – злые. Вот смотри, как пишется.

Отец подходит, смотрит на экран ноутбука.

Вот автор, он сам якут, книжку написал, у него два варианта показано: абаасы и абааhы. Не знаю точно, что за звук, если латинское «ха», ну, английское «эйч». Звук с придыханием, что ли?

Отец. Гортанная смычка, наверное.

Мать. Гортанная смычка?

Отец. Ну да. М-м. Это… (Чешет в затылке.) В русском языке вообще-то не употребляется. Но вот, например, мы можем так сказать в слове «не-а».

Мать. «Не-а». Понятно.

Пробует несколько раз произнести слово «абааhы» с гортанной смычкой, предварительно произнося «не-а». У неё не получается.

Эх, ну ладно, в общем, по-якутски мне не произнести.

Отец. Не-а.

Оба смеются.

Явление восьмое

Входит дочь.

Дочь. Что вы тут веселитесь?

Отец. Да вот…

Мать. Смотри: у якутов добрые демоны назывались айыы…

Дочь. Как?

Мать. Айыы. Две буквы «ы».

Дочь. Айыы! Мне нравится.

Мать. А злые демоны назывались абаасы. Две буквы «а».

Дочь. Абаасы.

Мать. Да, только более правильно писать абааhы.

Дочь. Ну, а смеялись-то почему?

Мать. Да я никак не могла правильно произнести это слово.

Дочь. Ну абаахы. Что такого сложного?

Мать. Эта буква у якутов обозначает гортанную смычку, в русском языке она почти не используется. Ну разве в слове «не-а».

Дочь. Не-а.

Отец. Вот-вот.

Мать. А теперь попробуй эту смычку использовать в якутском слове.

Дочь пытается, ничего не выходит. Теперь смеются все.

Дочь. Интересные у них слова.

Мать. Хочешь почитаю названия, имена всякие?

Дочь. Давай.

Мать. Олонхо «Могучий Эр Соготох».

Дочь. А кто такой олонхо?

Мать. Это якутский героический эпос, примерно как у нас былина.

Дочь. А-а, так это не имя?

Мать. Нет, это такой жанр устного народного творчества.

Дочь. Олонхо. Эр Соготох. Давай ещё.

Мать. А исполнитель олонхо называется олонхосутом. Олонхосут.

Дочь. Олонхосут.

Мать. А вот фамилии олонхосутов какие интересные. Дыгыйар…

Дочь. Дыгыйар.

Мать. Уустарабыс…

Дочь. Уустарабыс.

Мать. Бэдьээлэ.

Дочь. Как?

Мать. Бэдь-ээ-лэ.

Дочь. Э-э-э…

Обе смеются.

Много гласных повторяется. И много Ы, как у чукчей.

Мать. Точно, вот название летнего праздника – Ысыах.

Дочь. Ысыах. Ах, Ысыах! Ах-ах, Ысыах!

Родители улыбаются.

Мать. Хороводный танец называется «осуохай». Заклинателя, исполнителя народных песнопений называют «алгысчыт». Видишь, после «че» пишется «ы».

Дочь. Ничего себе. А как это произносить?

Мать. Значит, «че» твёрдый – ч. Алгысчыт.

Дочь. Язык сломаешь.

Мать. А вот интересно. Послушайте. Это автор-якут написал, Илларионов. «Существует поверье, что дар сказителя олонхо, дар певца передаётся во сне. Народный взгляд на творчество олонхосутов: сказители бедны и несчастны, с хорошим сказителем дьявол вместе поёт. Если случится такое состязание с абааhы (дьяволом), то олонхосут должен стараться долго и вдохновенно петь, закончить сказание раньше его и тотчас воскликнуть: „Я лучше тебя пою, перегнал тебя!” Этим певец избавляется от смерти, а если абааhы „перепоёт”, то сказитель должен умереть (его съест абааhы)».

Дочь. Класс!

Отец. Съест?

Дочь. А как он его съест?

Мать. Об этом не написано.

Дочь. Жаль.

Мать. Наверное, это такое метафорическое выражение. Ну, душу заберёт, как дьявол.

Дочь. А-а-а… Нет, тогда не интересно.

Мать. А ты чего ожидала?

Дочь. Как чего? Что будет описание: с чего начнёт, что оторвёт, как оторвёт, чем оторвёт, в общем, как убьёт. Да, а может, он его ещё живого будет есть? Тогда с чего начнёт?.. (Оживляется.) Я бы начала с ног, чтобы не убежал. Ха-ха-ха!

Отец. Ну доча…

Мать. Насмотрелась всяких поганых ужастиков… А ещё говоришь, что природу любишь.

Дочь (с вызовом). Люблю!

Мать. А человек ведь тоже природа!

Дочь. Нет, человек – враг природы!

Уходит.

Действие второе

Явление первое

Утро понедельника. Дистантное занятие по культурологии в формате конференции для студентов магистратуры второго курса. Участники занятия сидят так, что их лица видны в макетах ноутбуков. Преподавательница (Мать) в костюме и туфлях, с аккуратной причёской, довольно ярким макияжем. Студенты одеты кто как.

Мать. Добрый день.

Студенты (нестройно). Здра-асте, Глафира Порфирьевна.

Мать. Мы продолжаем знакомиться с культурным наследием народа саха.

Тормоз. Я не понял.

Мать. Что вы не поняли, Трупунов?

Тормоз. А вот что вы последнее сказали.

Мать. Я сказала, что мы сегодня продолжаем знакомиться с культурным наследием народа саха.

Тормоз. Вот!

Мать. Что?

Тормоз. Какая-то «дасаха».

Мать. Чем вы слушаете, Трупунов? Это народ саха. Са-ха. Это якуты.

Тормоз (разочарованно). А-а-а…

Болтушка (тараторит). Ой, как хорошо, Глафира Порфирьевна, что мы опять про культурное наследие будем говорить. Это так интересно. Большое вам спасибо.

Мать. Да пока не за что, Восторгова.

Спорщик. А почему, собственно, мы должны изучать культурное наследие якутов, если мы не якуты?

Мать. Мне кажется, Перебейко, мы это уже обсуждали.

Спорщик. Нет, а всё-таки…

Мать. Мы же знакомились с положениями Конвенции ЮНЕСКО, где сказано о важности культурного наследия всех народов. Оно формирует у них чувство самобытности.

Спорщик. Ну вот якуты почувствовали себя самобытными, а нам-то зачем их олонхо?

Мать (холодно). Ваши вопросы, Перебейко, конечно, оживляют наши занятия, но вы отнимаете у меня время, которым я рассчитывала распорядиться иначе…

Спорщик. Извините, Глафира Порфирьевна.

Мать кивает в знак примирения.

Мать. Но чтобы вы не думали, что я не в состоянии ответить на ваш вопрос, я на него всё-таки отвечу.

Спорщик показывает, как ему неловко.

Мы живём в мире, где всё взаимосвязано, где каждый народ связан с другими народами множеством разнообразных связей. (Молчит.) Кажется, я несколько раз повторилась.

Красавица (поправляя волосы). Зато всё понятно.

Тормоз. А я не понял.

Мать. Что на этот раз, Трупунов?

Тормоз. Я не понял, что понятно Курносовой.

Смеются все, кроме Тормоза.

Мать. Трупунов, я и не знала, что вы способны иронизировать.

Смеются все, кроме Тормоза и Красавицы.

Тормоз. Я чего-то не понял.

Мать. Нет, всё-таки не способны.

Смеются все, кроме Тормоза.

Только непонятно, как с такими способностями вы учитесь в магистратуре.

Тихоня смеётся, закрыв рот рукой.

Разрешите мне продолжить. Мы говорили с вами на прошлом занятии, что материальное культурное наследие обращено в основном к прошлому, в то время как нематериальное культурное наследие связано и с прошлым, и с будущим.

Все кивают.

Оно поддерживает культурное разнообразие. Представьте себе мировую культуру как сад. Если в нём будут расти, например, только одни тюльпаны, в этом не будет настоящей красоты, а только искусственное единообразие, выбранное садовником. Говоря метафорически, каждая национальная культура как цветок особого сорта, со своим неповторимым обликом и ароматом.

Болтушка ахает.

Если же сад будет наполнен разными цветами, в нём отразится подлинная, естественная красота и гармония природы.

Болтушка. Как красиво! Глафира Порфирьевна, это так красиво!

Мать. Спасибо.

Спорщик (про себя). Я, кажется, что-то подобное слышал.

Тихоня (тихо). Сериал «Великолепный век».

Спорщик (громким шёпотом). Точно! Старый мудрец и султан! (Тихо смеётся.) Я и не знал, что Глафира смотрит сериалы.

Тихоня. Я тоже не знал…

Спорщик. Так и ты тоже смотрел?

Тихоня. Мне только этот старик и понравился.

Мать. Для того чтобы сохранить культурную сокровищницу человечества, мы должны изучать разные национальные культуры, особенно те достижения в области фольклора, ремёсел, народного зодчества, которые уже признаны ЮНЕСКО в качестве культурного наследия. Надеюсь, это понятно?

Все кивают.

Вы знаете, в каком мире мы живём. Глобализация разрушила и продолжает разрушать социокультурные миры. Национальные сообщества трансформируются, языки вымирают, традиционные культуры исчезают. Это необратимые изменения. Мировая культура и так слишком многое потеряла, чтобы терять то, что осталось.

Тормоз. Я не понял.

Мать. На кого вы учитесь, ангел мой?

Тормоз. На этого, культуролога.

Мать. Культуролог как раз и занимается изучением культурного наследия, чтобы сохранить его и передать следующим поколениям.

Тормоз. Но вы, Глафира Порфирьевна, говорили что-то про потери.

Мать. Боже, дай мне терпения… Да, Трупунов, я говорила о культурных потерях, которые нельзя допускать. Представьте, что вы работаете в культурной полиции. Нет, не так. В полиции культуры.

Тормоз. Круто!

Все смеются.

Это что, памятники охранять?

Мать. В общем смысле да. Вот олонхо – памятник якутского устного народного творчества. Его тоже нужно охранять. От всяких Перебейко.

Спорщик. Ну зачем вы так, Глафира Порфирьевна? Я всё понял.

Мать. Я рада, что вы хоть чем-то отличаетесь от Трупунова.

Все смеются, кроме Тормоза.

Тормоз. А оружие мне полагается?

Мать. Что?

Тормоз. Ну, если я из культурной полиции, мне же оружие должны выдать.

Все громко смеются.

Мать (улыбаясь). Какое же оружие вы хотите?

Тормоз. Ну, лазерный меч какой-нибудь.

Все громко смеются.

Мать. И что вы будете им делать?

Некоторые от смеха уже лежат на ноутбуках.

Спорщик. Нет-нет, не давайте ему меч! Я ещё жить хочу!

Общий гогот.

Мать. Какое весёлое у нас занятие…

Все радостно кивают.

Самое смешное в нём то, что оно подходит к концу, а тема осталась нераскрытой. Я, знаете ли, готовилась к этому занятию, читала труды, источники, делала сравнительный анализ и надеялась удивить вас некоторыми фактами. Однако вы выбрали иной путь. Я бы сказала, путь культурных потерь… Что ж, это ваше право.

Молчание.

Чтобы восполнить культурную лакуну…

Тормоз. Я не понял.

Мать молчит, борясь с желанием отругать студента.

Я не понял вот это последнее слово.

Мать. Лакуна?

Тормоз. Ага.

Мать. В данном случае это пустота, отсутствие…

Спорщик выразительно стучит по виску.

Раз занятие как таковое не состоялось, раз я не донесла до вас нужные знания, у вас образовалась культурная пустота, лакуна. Её нужно восполнить. И вы, мои дорогие, сделаете это самостоятельно.

Все хмурятся, кроме Зубрилки.

Каждый из вас к следующему занятию подготовит сообщение на три минуты по теме «Опыт Якутии в сохранении нематериального культурного наследия» или по теме «Особенности якутской мифологии».

Спорщик. Ну…

Болтушка. А что вы мне посоветуете взять, Глафира Порфирьевна?

Мать. Хм. Ну что ж, записывайте. «Знаменитые олонхосуты: традиции и новаторство».

Болтушка. Ой, как красиво! Сейчас запишу. (Записывает.)

Спорщик. А можно узнать, почему вы Восторговой дали такую тему?

Мать. Да потому, что олонхосут должен уметь рассказывать своё олонхо очень долго, например трое суток подряд!

Все смеются, кроме Болтушки.

Зубрилка. Глафира Порфирьевна, а если сообщение получится чуть длиннее, чем вы сказали?

Мать. Насколько длиннее? Вы, Педантова, хотите выступить в роли олонхосута?

Все смеются, кроме Тормоза.

Зубрилка. Нет, что вы. Ну можно хотя бы пять минут?

Мать. Вам – да.

Зубрилка. Ой, спасибо большое.

Мать. Не за что. Благодарю вас за внимание. Очень надеюсь на то, что каждый из вас достойно выступит на следующем занятии. За день до занятия вы должны мне прислать тексты своих выступлений. Не забывайте, это всё идёт в зачётную копилку.

Тормоз. Я понял!

Мать. Я очень рада. Всего доброго.

Отключается. Все лица исчезают.

Явление второе

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.