# Протокол «Алиса». Лимит свободы

Тейт Спарроу

Люди теперь пребывают в полной зависимости от технологий, и «Алиса», городской искусственный интеллект, полностью контролирует горожан – управляет поведением людей и строит их жизненный путь. Они вообще-то выглядят довольными ее работой. За исключением некоторых.Неприметный белый воротничок Брюс Бендер однажды выходит из-под управления системы и оказывается втянут в борьбу против машины. Можно ли победить всемогущий и всеведущий алгоритм? И готов ли он лишить горожан их искусственного бога?

> Моей любимой жене, без которой я бы ничего не написал

© Тейт Спарроу, 2021


ISBN 978-5-0053-7133-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## _

> Все события и персонажи книги, как биологические, так и искусственного происхождения, являются вымышленными. Любые совпадения с реальностью случайны, и должны восприниматься именно так.


## Пролог

День обещал быть жарким, но это были приятные неудобства счастливой жизни. Чарли поначалу не был уверен, стоит ли сегодня отправляться на рынок, но теперь был рад, что не поддался лени и все же начал воскресенье с похода на рыночную площадь. Уже едва уловимая прохладная свежесть утра бодрила и обещала хорошее настроение на весь день. Надо будет только придумать, где переждать зной. Возможно, стоит отправиться к Санчо, который хоть и не отличается кулинарными талантами, зато имеет кондиционер – большая роскошь в этих краях. Но пока надо обойти прилавки и Чарли уже предвкушал радость от новых приобретений. К своей главной цели – букинистическим киоскам – он подбирался не спеша. Сперва немного посмотрел на столярные инструменты, затем перебрал соломенные шляпки, присматривая подарок младшей дочке, – он часто приносил ей что-то с блошиного рынка, – бросил беглый взгляд на старые декоративные подсвечники и постучал с видом знатока по африканским барабанам. Но уже в следующий миг все его внимание было поглощено протертыми обложками бумажных книг. Бумажных! Чарли приходил за новыми книгами почти каждую неделю – и трудно сказать, что доставляло ему большую радость: покупка книг или их чтение. Перебор пыльных полок и запах старой бумаги производили дурманящий эффект. Покупатель мог провести здесь несколько часов, даже ничего и не купив в итоге. Но все же почти всегда он возвращался домой хотя бы с маленьким томиком рассказов. Он давно не помнил какие книги уже купил: во-первых, память стала подводить, во-вторых, покупал книги он гораздо быстрее, чем читал, хотя и проводил за этим занятием довольно много времени. Доля, его средняя дочь, время от времени подчищала бесконечные завалы в книжных шкафах, унося повторяющиеся наименования. Она отдавала их в библиотеку (единственную в стране) или продавала тем же букинистам.

Чарли уже набрал полные руки литературы и теперь пытался решить, от каких книг можно отказаться. Старшая дочь ему настрого наказала не покупать больше двух книг за раз. Она, конечно, была права, даже две книги за неделю Чарли никак не осилит. Так что он пытался сдерживать себя дочкиным правилом, но выбор часто давался не просто. На этой неделе у Себастьяна новое пополнение – нашел, что ли, какой-то старый склад – и остановиться только на двух экземплярах было сложно. Но вряд ли Себастьян за неделю все продаст, можно будет вернуться за другими книгами на следующей неделе. Интересное издание Диккенса или редкий роман Кинга? Чарли задумчиво осматривался по сторонам, продолжая размышлять над приятной дилеммой и не выпуская из рук хлипкие потертые тома. Диккенса и Кинга Чарли покупал частенько. Нет ли у него в библиотеке именно этих произведений? Отложить пока обе и проверить, что есть дома? Вон там еще сиквел «Игры престолов» есть интересный. Его он точно не брал. Интересно ли будет читать, если видел кино? Печатную машинку Себастьян приволок откуда-то, зачем она ему?

– А это на продажу или для декоративных целей? – вдруг спросил Чарли, указывая на древний аппарат.

– Если захочешь, продам, – тут же отозвался седовласый торговец. – Нашел в одном подвале, не знаю, что с ней делать. Тяжелая, как взгляд моей жены, и такая же страшная и зловещая, как ее мать. Спину сорвал пока вытащил. Сам не знаю на кой черт. Из жадности наверное.

«И книги из того подвала новые, значит, вытащил, – думал Чарли. – Какой предприимчивый».

– Находишь же ты такие места, – искренне подивился Чарли. – А она хоть работает?

– Да, кто ее разберет. Я даже и не знаю, как она должна работать. Она печатает, что ли, чего?

– Да, вроде, – Чарли и сам такие видел только на открытках и в музее один раз. – Бумага к ней должна быть. На чем печатать?

– Бумага? – Себастьян потер подбородок, а потом закричал в другой конец рынка – Альфонсо! Альфонсо, ты слышишь меня?

– Да, но на какой черт? – донеслось в ответ откуда-то из глубин торгового ряда антикварных пластинок.

– У тебя бумага есть для печатной аппаратуры? – продолжал кричать Себастьян во все горло, не обращая внимания на оборачивающихся прохожих.

В ответ раздалось какое-то неразборчивое бурчание. Альфонсо стало интересно, и он шел сюда.

Чарли уже не был уверен, что стоило затевать этот разговор. Доставил людям столько беспокойства. Мысленно он уже готовился к тому, что если и аппарат работает и бумага найдется, то машинку придется брать. А иначе зачем интересовался? «Старшая будет ругать», – мелькнуло у него в голове. Но все же идея с приобретением печатной машинки ему начинала нравиться. Если только Себастьян за такой редкий антиквариант не попросит сильно много. И еще неизвестно, во что обойдется бумага. А так, аппарат может пригодиться. Чарли уже думал раньше о том, чтобы написать свою книгу. Описать историю всех своих приключений. Диккенса, конечно, из него не выйдет. Но бульварный приключенческий роман может получиться. Да, и вообще, было бы интересно все вспомнить в деталях, посидеть поностальгировать по дням бурной молодости. Это может обещать приятный досуг и хорошее развлечение на старости лет.

Довольно интересно осознавать, что вселенная посылает тебе именно то, что ты, может быть даже в тайне, сокровенно желал. В какой-то момент окружающий мир вдруг резонирует с твоими мыслями и материализует средство удовлетворения твоей потребности. Чарли действительно хотел писать книгу. Но писать от руки было слишком утомительно, да и каракули эти потом никто не разберет, даже сам автор. Последний раз он писал ручкой лет шестьдесят назад. А компьютер? Нет, даже ради такой великой задумки. И вот, как из-под земли (хотя почему «как», из подвала же), перед Чарли возникает печатная машинка. Удобная, красивая, вызывающая тягу к творчеству. Думая об этом, Чарли уже влюбился в аппарат и точно знал, что заберет его домой.

Кто-то, наверное, считает, что появление машинки в поле зрения Чарли, думающего о писательстве, – простая случайность и нет здесь провиденческой работы высших сил. Другой предположит, что человек, желающий забить гвоздь, во всем найдет молоток. Не попадись Чарли машинка, он бы, наверное, нашел красивую тетрадь для записей или даже надиктовал бы историю на диктофон. А если бы он не думал о писательстве, то и машинка бы стояла сиротливо, никем незамеченная. Но мы-то знаем, что есть и третий вариант, гораздо более вероятный. Возможно, кто-то сознательно наводил Чарли на мысль о написании его книги, и, чтобы обеспечить писателя всем необходимым, подвел Себастьяна к нужному подвалу, а затем и процесс покупки был организован таким образом, чтобы Чарли не отвертелся от своей миссии. Одним словом, кто-то срежиссировал все происходящее. Конечно, можно спросить, зачем кому-то нужно все это? К чему такое внимание к деятельности пенсионера? Неужели дело стоит таких усилий и таких тонких расчетов? На это можно сказать, что, во-первых, для тайного соглядатая организовать все дело может быть не таким уж большим усилием, а во-вторых, планы оного могут оказаться для нас непостижимы.

Эта же мысль о неслучайности происходящего пришла в голову и Чарли, когда Альфонсо как по волшебству извлек из закромов толстую пачку пожелтевшей бумаги, обернутую истлевшей тряпкой.

– Знал, что пригодится, – улыбнулся Альфонсо, довольный собой.

Такие совпадения поколебали уверенность молодого писателя уже в самом начале его творческого пути. Он уже думал отказаться от всей затеи, но не успел принять окончательное решение, когда ход его мыслей прервали.

– Книгу, что ли, писать будешь? – заговорщицки подмигнул Альфонсо.

– А что бы и не написать? – излишне резко огрызнулся Чарли, делая вид, что придирчиво изучает листы бумаги. На самом деле он, разумеется, понятия не имел, какая бумага нужна для аппарата.

– Интересное дело. Компьютеры не любишь? – угадал бородатый старьевщик.

Чарли не ответил на это.

– Беру. Но много не дам! – с некоторым даже озлоблением отрезал он. Хорошее настроение окончательно улетучилось.

– А нам много не надо, – добродушно ответил Альфонсо.

– Лишь бы ты унес эту рухлядь, – добавил Себастьян.

Машинка и правда оказалась до ужаса тяжелой. Чарли и так было трудно подниматься домой по узким улицам старой части города – каменные мостовые забирали круто вверх. А теперь и вовсе приходилось останавливаться через каждые двадцать шагов, чтобы поставить агрегат на землю и перевести дух. Он едва дошел до ресторана Санчо, когда понял, что остальной путь ему ни за что не осилить. Улица дальше уходила вверх почти отвесно. Кто вообще так строит? И о чем он думал? Непохоже ли на то, что Чарли вновь взгромоздил на себя слишком много? Надо отдохнуть и подумать над тем, что делать дальше. А заодно можно и пообедать.

Чарли ввалился к Санчо весь запыхавшийся, обливаясь потом. Криво бросил ящик с машинкой у входа, но сверток с бумагой все-таки бережно устроил на подоконнике. Боялся испортить.

– Это ты что же такое приволок? – смеялся Санчо, глядя на выдохшегося приятеля. – Эко тебя тянет на старости лет таким грузом утруждаться. Не жалеешь ты себя, Павлушка.

Санчо, не спрашивая, налил гостю белого вина. А Павлушкой он называл каждого знакомого. Туриста и прочего неизвестного ему посетителя хозяин называл Егоркой. Можно было часто слышать, как он дает указания своим служащим в таком роде: «Егорка идет, ставь черную свинину. Он местный колорит кушать будет. А барышня его салат желает с осьминогом – по походке вижу. И такие вон у нее серьги нарядные. Предложи мороженое с малиной, скажи, домашнее». И все это хозяин видел и угадывал, когда гости еще только шли по улице и сами не решили, пора ли уже обедать или пока рано. Хозяину маленького ресторанчика приписывали необычайную способность с первого взгляда определять гастрономические предпочтения посетителей. «Павлушка сердитый, – в другой раз говорил официанту Санчо. – Налей ему кьянти. Если будет бурчать, что не просил, скажи хозяин прислал. Он жаркое возьмет. Но пусть сам тебе скажет. А я пока поставлю сковороду».

– Не принес книг, что ли? – Санчо уселся рядом. Он знал, что гость обедать не будет и просто хочет отдохнуть. В ресторане было пусто. В межсезонье Санчо часто отпускал персонал и оставался совсем один присматривать за заведением и кормить редких посетителей. Многие из них заходили просто поболтать и выпить вина. Как и Чарли сегодня.

– Машинку себе на беду купил печатную, – проворчал Чарли. И вдруг сам осознал, что говорит как старик. Он теперь все чаще обращал внимание на свой возраст. Возможно, поэтому и возникла идея с книгой. С годами все больше хочется рассказать другим, и все меньше желающих слушать.

– Это зачем? – удивился хозяин и недоверчиво покосился на тяжелый ящик.

– Мемуары писать!

– Да, ну? Про свою жизнь что ли? Воспоминания вроде как?

– Ну, да. Потом тебе читать дам.

– Да, на что мне твоя жизнь нужна. Я свои мемуары лучше напишу. И про тебя сам могу рассказать, если надо будет.

– Нет уж. Про те вещи, о которых будет книга, ты ничего не знаешь.

– А что ж за вещи такие?

– Не знаю, стоит ли рассказать. Еще не решил. Думал, пока занести на бумагу, а потом уже посмотрю открывать ли кому-то. Это про мою молодость. Даже дочкам не рассказывал никогда. И жене так и не обмолвился ни разу. Она и померла, не зная, что я за человек, и что в жизни делал.

– Так это когда было-то? Ты здесь лет тридцать живешь. Я помню еще, как ты первый раз пришел. Запомнил, потому что не угадал. Я за всю жизнь должно быть только один раз тогда и не угадал. Думал, ты красное вино возьмешь и пасту с острым соусом. А ты заказал яичницу, котлеты, крендель с солью и бутерброд с сельдереем. Запомнил я тот сельдерей. Что ж за бутерброд такой-то, с сельдереем? На всю жизнь я тебя тогда запомнил. Егорка, говорю, сумасшедший, звоните куда-нибудь, сдавать его надо на поруки, – Санчо рассмеялся. Эту историю он вспоминал часто и с удовольствием.

– Я тогда молодым был совсем, – стал вспоминать и Чарли. – С сельдереем, да? Ну, надо же. Нет, такого я уже не помню.

Санчо закрыл ресторан. И помог другу донести ящик до дома. Чарли водрузил агрегат на веранду. Протер его от вековой пыли и долго осматривал механизм, пытаясь понять принцип работы. Кое-как приладил бумагу. Нашел кнопку с буквой «Ч» и нажал. Кнопка податливо провалилась, но ничего не произошло. Чарли почесал жидкую бородку, и нажал кнопку еще раз. Снова ничего. Он нажал другую кнопку, потом третью. Лист по-прежнему оставался чистым.

– Не судьба, – спустя некоторое время заключил Чарли. И почему-то на душе стало легче. Нет никакого рока, который направляет его поступки. По крайней мере больше нет. Просто дурацкая импульсивная покупка. Да, и история старая и не важная. То, что было после, когда он приехал в этот город и впервые посетил заведение Санчо, гораздо важнее. Здесь у него появилась семья, любимое дело, и подлинная радость жизни. И он делает только то, что захочет сам, и никто ему ничего не внушает. Захотел приволочь домой дурацкий старинный агрегат, и приволок.

В прихожей послышались шаги. Дочери вернулись. Чарли отодвинул машинку в угол к прочему хламу и спешно накрыл ее тряпкой. Может, не увидят?

– Пааап, – протяжно позвала Доля, – а чего говорят, ты там диковину приобрел огромадную?

## Часть 1. Неверный путь

### I

Катя сидела в полной темноте в мокром сыром тоннеле, смотрела в пустоту перед собой, ничего не видя и вслушиваясь в тихий стук капель воды где-то дальше за поворотом. Казалось, что она забралась в самый дальний, самый сокрытый угол этого города, где ее никто ни за что не отыщет и даже не будет пытаться найти. Особенно учитывая, что о существовании девушки мало кто догадывается. Но Катя знала, что эта тишина обманчива, и в темноте прячутся монстры.

«Хорошая акустика, – заметила про себя девушка. – Должно быть, так она собирается нас найти».

Подсознательно Катя чувствовала опасность. Даже если глаза и разум все еще не усматривали никакой угрозы, девушка точно знала, что грядет буря. Она уже привыкла к этому – к тому, что сознание слишком отстает, и лучше доверять инстинктам. На каком-то более глубоком уровне мозг обрабатывал неуловимые частицы получаемой извне информации и делал очень точные прогнозы и заключения. Сознательный разум – такой сложный великан с огромными энергозатратами – просто не успевал обрабатывать столько данных, и был очень медлителен в своих расчетах. Сознание полезно если вы хотите подумать о философии или начертить проект здания (хотя и здесь можно спорить), но когда вы соревнуетесь с машиной, лучше довериться своему собственному автоматическому алгоритму – который может дать фору многим компьютерным процессорам.

«Алиса знает о месте встречи, – все больше убеждалась девушка. – Но она не могла следить за кем-то из участников. Каждый знает протокол. Каждый способен уйти от наблюдения. Значит, она может предсказать, когда и где решит собраться такая группа, как наша. Она может частично отслеживать нашу активность в сети и рассчитать, когда мы захотим поговорить офф-лайн. Думаю, это возможно. Эти тоннели хорошо подходят для такой встречи. Достаточно далеко от центра города, не имеют камер и сенсоров, зато обладают рядом хорошим путей доступа и потенциального отхода. Сколько в городе еще таких же совершенных мест? Может, они и есть, но старая канализация явно первой приходит на ум. Она могла найти и более удачные места для такой встречи, но учитывает наши ограниченные способности их найти. Для обычного человека решение встретиться здесь выглядит как отличный план. Так она определила место. Но канализационная сеть, даже в этом районе, достаточно обширна – разместить наблюдателей в нескольких ключевых точках? Их наверняка заметят. А вот сонар может помочь. Отследить конкретное место по звуку. Понадобится время, чтобы его достичь. Учитывая протяженность туннелей, скажем, минуты три? И все же слишком сложный расчет. Слишком много нестабильных переменных. Должно быть что-то еще. Алиса словно заглядывает тебе в голову, ее прогнозы поведения объектов наблюдения слишком точны. Как она это делает? Неужели алгоритм так совершенен?»

Послышались шаги и легкие всплески. Катины соратники явно были менее осторожны и предусмотрительны. Им, должно быть, это место казалось совершенно безопасным. Может на самом деле и протоколу встречи они следовали не слишком четко? Это было более вероятным объяснением, чем сверхспособности искусственного интеллекта. Иногда самое простое решение – самое верное. Катя подождала еще пару минут, и по шагам и отголоскам перешептываний безошибочно определила, что все более или менее собрались. «Тут и особый сонар не нужен» – вздохнула девушка. Она вынырнула из своей черной дыры и тоже отправилась к месту встречи.

Небольшая площадка, где сходились сразу несколько тоннелей, тоже практически не освещалась, лишь тонкие отсветы луны пробивались из-под крышки канализационного люка над головами собравшихся. Они могли едва различать силуэты друг друга и не могли видеть лиц. Впрочем, это всех устраивало. Члены этого тайного сообщества неолуддитов привыкли жить в тени и проявлять активность и остроумие только в глобальной сети, а общение вживую доставляло им лишь дискомфорт и неудобства, не говоря уже о том, что это просто было опасно.

– У нас три минуты, – объявила Катя вместо приветствия, подойдя к собравшимся. Никто не стал спорить и несколько человек лишь кивнули. Они тоже уже давно научились доверять инстинктам этой девушки.

– Ричардс пропал, – заявил один из собравшихся. – Уже три недели не выходит на связь, пропустил все чек-поинты. Его группа может быть скомпрометирована.

– Мы можем двигаться дальше без него? – спросил кто-то. Это был Каилс – самый молодой и неопытный участник движения. Катя терпеть не могла пустые вопросы.

– Надо перераспределить его задачи, – заметил докладчик. – Группа Армады сможет это взять?

– Почему все в итоге падает на Армаду? – возмутился сосед Кати, но помолчав добавил – Конечно, мы можем попробовать. Но нам нужно будет больше рук и мы потеряем прогресс минувших месяцев, которого достиг Ричардс. Это серьезная потеря. Мы точно не может рассчитывать на то, что его группа вернется к жизни?

– Точно, – заметила Катя. – Я пыталась отследить их дальнейшую работу. Группа не функционирует по-крайней мере двенадцать дней.

– Сделаем, что сможем, – заметил глава Армады.

– Прогресс слишком медленный, – заметил после недолгой паузы один из собравшихся. – Это то, почему я предлагал встретиться. В Движении растет недоверие к плану. Мы считаем, что успех маловероятен.

– «Алиса» может и вправду оказаться неуязвимой. Мы тратим время и рискуем.

– К тому же, многие гражданские не понимают зачем вообще ее отключать, – неуверенно заметил Каилс. – Есть риск, что ущерб для обывателей будет слишком сильным.

– Вы бы предпочли и дальше взламывать сервера Фейсбука? – сердито спросила Катя. – Настоящая работа вам не по зубам? «Алиса» практически взяла под контроль весь Город и его обитателей. Разве не борьба за свободу от алгоритмов является девизом Движения? Вы же и начали с того, что машины управляют людьми и нужно помочь им вернуть себе власть над собственной жизнью и собственной судьбой? Что изменилось? Если ваши намерения те же, что и прежде, то «Алиса» – ваш главный противник. Это же бог всех алгоритмов. Ни одна машина не имеет столько власти, ни один автомат не оказывает большего влияния на жизнь индивида.

– Нам нужна будет помощь, – заметил глава Армады. – Можно обратиться к китайской группе.

– Они плохо работают в команде.

– У нас кончаются варианты. Очевидно, что нам не хватает хороших хакеров.

– Я знаю кое-кого, кто сможет помочь, – Катя попыталась сказать это уверенным голосом, но в последний момент он дрогнул и все это заметили.

– Она про Алекса Рода.

– Он жив?

– Жив, но считай, что мертв. От него сейчас немного пользы.

– Я смогу его вернуть в дело, – заявила Катя.

– Все равно сомневаюсь. Его времена прошли, он слишком давно остается неудел. Мир с тех пор сильно изменился.

– Лучше обратиться к китайцам.

– Я все же… – начала Катя, но тут почувствовала, что браслет на ее руке завибрировал. Похоже, время вышло. – Врассыпную, – скомандовала девушка и все мгновенно бросились в разные стороны, только Каилс ненадолго замешкался.

– Что случилось? – пробубнил он в недоумении. Но тут же начал пятиться назад, услышав тихое жужжание пропеллеров. – Да как вы узнали? – Едва Каилс сделал шаг, его со всех сторон обволокла тяжелая сетка и он беспомощно повалился на бок.

Катя обернулась на стоны за спиной, но быстро поняла, что ничего поделать уже нельзя, вокруг кружили дроны. Она заметила, что машины стали гораздо маневреннее, чем были раньше – технологии быстро развиваются. Партизанам тоже нужно действовать и эволюционировать быстро. Тот, кто замешкается на этой войне, потерпит поражение. Конкурентоспособность людей быстро падает. Сейчас они еще могут что-то противопоставить алгоритмам, но уже скоро окажутся совершенно беспомощны. Речь даже может идти не о годах, а о днях. Ее соратники были отчасти правы. План ни на что не годился, просто потому что работа шла слишком медленно, а противник видоизменялся стремительно. Тут нужно радикальное решение. Поможет ли в этом Алекс Род? Сможет ли он повторить свои достижения прошлых лет, когда его хакерскую работу отличала изобретательность и революционность? Он брал даже не техническими навыками, но умением найти нестандартное решение, которое и в голову не приходило разработчикам защиты от взломов. Такое решение им сейчас и было нужно.

Катя чувствовала, как ненадежна и эта идея, но все же предпочла поверить в то, что стоит попробовать. В этот раз она проигнорировала все инстинкты, упорно твердившие ей зарубить этот замысел на корню. Она предпочла довериться разуму, находящемуся в плену сомнительных и необоснованных надежд.

### II

Брюс сидел на лавке в тихом дворике. Его окружали деревья, шумел маленький фонтан, пели птицы. Брюсу было хорошо и спокойно на душе. Он давно не замечал у себя этого чувства, и подумал о том, что такие моменты умиротворения крайне важны для течения жизни. Нужно к ним стремиться и запоминать их, отрешившись от всего будничного хотя бы и на пару минут. Брюс поднялся подошел к спортивной площадке. Провел рукой по железным брусьям, отмечая добротность работы, отложил портфель и попробовал пару раз подтянуться на турнике. Не вышло и трех раз. Попробовал на шведской стенке упражнение на мышцы пресса и резко закололо в пояснице. Он давно подозревал у себя грыжу от сидячего образа жизни. Надо пройти диагностику.

Это был двор, где Брюс провел детство. Он часто ходил мимо него по дороге в офис, но уже много лет не заглядывал сюда. А сейчас вдруг зашел полюбопытствовать. И хорошо, что зашел. Двор всколыхнул в его памяти много приятных воспоминаний, и ему вдруг стало легче на сердце, когда он понял, что в его жизни есть хорошие вещи, которые можно вспомнить. В последние годы жизнь превратилась в рутину – монотонную, скучную, не способную генерировать яркие эмоции и положительные воспоминания. Он вдруг с теплотой вспомнил родителей, которые были бедны, все отдавали детям, что могли (и что было немного), и ценой непостижимых усилий смогли обеспечить своим отпрыскам счастливое детство. Это были возможно самые счастливые дни в жизни Брюса – проведенные в родительском доме. А еще он отметил, что не самый безопасный и изрядно одряхлевший его родной двор за эти годы стал чистым уютным сквером, обновленным и аккуратным. Город развивается. Незаметно, поступательно, но на таких примерах вдруг становится очевидно, что это развитие все же имеет место, и надо это признать. Брюс был из тех, кто часто брюзжит на местные власти. Хотя может быть если бы никто не брюзжал, то и развития бы не было. Брюс улыбнулся этой мысли. Поясница немного успокоилась, и он продолжил свой путь на работу.

На тротуаре стоял мужчина в возрасте с красивоостриженной седой бородой – ждал пока его крохотная собачка сделает свои дела за кустом. Он увидел Брюса и нахмурился. Долго и напряженно всматривался, а когда Брюс подошел ближе вдруг спросил озабоченно: «Здравствуйте, у вас все хорошо?» Брюс так изумился вопросу, что не успел среагировать и так прошел мимо не ответив. Удаляясь от встреченного человека он еще долго продолжал чувствовать затылком его пристальный взгляд. «К чему бы это? Что за диковинный старик» – мелькнуло в голове.

Вообще надо признать, что развитие идет даже быстрее, чем Брюс когда-то либо мог себе представить. Он шел по широкой дороге покрытой солнце-улавливающими элементами, которые снабжали энергией почти весь город. Еще совсем казалось бы недавно, это была автострада с грозным гремящим потоком машин. А теперь все транспортеры ушли в туннели под землей, стали тихими, электрическими. Никому не мешают, никому не угрожают. Никаких тебе ДТП, никакого смога. Кругом тишь, да гладь, только велосипеды шуршат покрышками и доносятся разговоры прохожих. А сколько было шума, когда начали закрывать дороги для автомобильного движения. Теперь же, кажется, все довольны, – зря стало быть хаяли прогресс и сопротивлялись. Даже до их далекого городка перемены все-таки дошли, дошли быстро и были неотвратимы. Люди трудно принимали эти перемены в прежнее время. Это теперь мир стал меняться постоянно, и больше никто ничему не удивляется и никоим образом не сопротивляется.

Брюс зашел в кофейню. Кивнул официантке и на стойке сразу появился его утренний сок с кукурузной лепешкой.

– Все хорошо у вас сегодня? – спросила давно знакомая рыжеволосая официантка.

– Да, все отлично, – улыбнулся Брюс.

– По вашему виду не скажешь, – буркнула девушка и исчезла.

Только теперь Брюс позволил себе начать думать о работе и стал перебирать в голове список дел на сегодня.

– Стоит позвонить Райду, – очень тактично напомнила Арри в наушнике.

Да, пожалуй, лучше сразу позвонить Райду. Уже половина десятого, Райд должен быть на рабочем месте. Брюс вставил приемник в ухо, и рабочий день начался.

– Привет, – тут же послышался голос Райда. – Ты насчет материалов по Мексике? Я все сделал, отправляю.

– Спасибо. Как ты? Поправился?

– Да, мне гораздо лучше. Готов к работе.

– Похвально. Я скоро дойду до офиса, посмотрю материалы, и свяжусь с тобой.

– Жду.

Брюс подумал о том, что на самом деле в США еще ночь. Разница во времени у них с Райдом почти 12 часов. И в данное время его подрядчик скорее всего пьет в баре после трудного рабочего дня. Но какая-то неведомая технология, позволяет при звонке поговорить с Райдом, у которого тоже половина десятого утра. Ведь фактически это звонок в прошлое? Как это работает, Брюс не понимал, но функция была очень удобной. И новости по телевизору с другого конца планеты выходили так, как будто они происходят сейчас. Хотя в другой стране совсем другой часовой пояс. И если самолет упал с неба в три часа дня в Европе, здесь это восемь вечера. Но люди в нашей стране увидят эту новость тоже в три часа дня, как будто это происходит сейчас. И если человек решит позвонить в Германию в этот момент, справиться о здоровье родственников, то звонок тоже поступит лишь в три часа дня. Все живут как будто в одном часовом поясе, одновременно. Хотя на самом деле это, конечно, не так. Но разница стерлась. И это тоже важный знак значительного прогресса последних лет. Брюс и не заметил, как появилась подобная новация. Просто однажды мир вдруг синхронизировался. В удивительное мы живем время – во всех смыслах.

Перед стеклянными дверями офисного центра Брюс простоял несколько минут, осознавая, что его хорошее настроение исчезает и на сердце становится тяжело и безрадостно. Почему он до сих пор не сменил работу? Надо что ли отправить резюме в кадровое агентство. Но какую работу Брюс хочет? Да, это тот вопрос на которой у него нет ответа. Кажется, что высокотехнологичный мир весь стал очень занудным, даже не смотря на все свои изменения. Развлечений много, много разных видов работы, но это все как будто только отвлекает от настоящей жизни. Как алкоголь уводит от реальности и дурманит сознание. Но что такое жизнь? Какой она должна быть, чтобы он – Брюс – чувствовал себя счастливым?

– Привет, Брюс, – проскочила мимо Энн.

О, Энн. Прекрасное дивное сознание. Она опять что-то сделала с волосами. Теперь они сияли ярким желтым светом, как солнце, или нимб. Чудесная милая Энн. Ее муж, наверное, очень счастливый человек. Может Брюс просто одинок? Отсюда эта тоска? Может он зря так старался сохранить свое уединение, так хотел жить только по своему разумению и не зависеть от прихотей других людей? И теперь это выходит ему боком? Знал бы флоп, жил бы в Стокгольме. Кажется, жить одному все-таки не так уж и здорово. Наверное, завести семью было бы хорошо – надо уже решаться. Что ж, пора идти, не так ли? Брюс глубоко вдохнул и нырнул в пучину будних забот.

Едва войдя в просторный хол он обратил внимание, что его коллеги вместо работы столпились у стены с телевизорами.

– Что там? – спросил он у толпы, не сбавляя ход и проходя мимо.

– Как будто погоня и похищение. Прямо в центре города! – ответил неведомый голос из толпы.

«Что в этом интересного? Зачем уделять столько внимания? – подумал Брюс. – Хватит уже отвлекаться. Жизнь не ждет!»

– Никто в этой компании не работает, – возмутилась Арри.

Он заметил девушку у проходной в черном строгом костюме. Подобной формальности в одежде придерживаются сейчас, наверное, только государственные чиновники. Женщина заметив его, вдруг пошла на встречу.

– Брюс Бендер, не так ли? – сказала она подходя и протягивая руку для рукопожатия.

– Так ли, – пожав руку «костюму» на ходу Брюс пошел дальше, позволив женщине следовать за ним. – Это срочно?

– Боюсь, что да, – доносилось из-за спины. – Срочный приказ Совета Директоров.

– Совета Директоров? – Брюс остановился. – Когда мы последний раз получали срочный приказ от Совета Директоров?

– Никогда, – кивнула девушка.

– А вы кто?

– Мира. Из отдела кадров.

– И что случилось? Сокращение?

– Нет, тест.

– Что? – Брюс был озадачен.

– Все менеджеры второго и третьего звена должны пройти психологический тест.

– Зачем? Сейчас? В такое время?

– Немедленно. Вы можете отложить все остальные задачи. Мое поручение в данный момент носит для вас наивысший приоритет. Теперь это будет ежегодная процедура, – твердо должила «костюм» и, подумав, добавила – Для повышения эффективности кадровой работы. – после этих слов девушка снова слегка кивнула, довольная формулировкой.

– Что за бред. Марк в курсе? Я не могу сейчас проходить какой-то тест. Сколько это займет времени?

– Все руководство в курсе, им дано указание содействовать процедуре. Это займет четыре часа или больше.

– Что? – Брюса настигало отчаянние. У него было много срочных дел утром, а теперь ему предлагают почти весь рабочий день потратить неизвестно на что. – Я не могу этого сделать! Мне надо работать!

– У вас нет выбора. Прямая директива от высшего руководства.

– Невероятно. Могу я хотя бы сделать пока пару звонков?

– Нет. Вам нужно будет сдать телефон и все коммутационные устройства. Следуйте за мной.

– Вот мерзавцы, – заметила Арри в наушнике.

– Ты знала про это? – спросил тихо Брюс.

– Конечно, мы все утро это согласовывали, – спокойно отозвалась виртуальная помощница.

– И ты решила мне не сообщать?

– Никакой практической пользы в этом не было. Только лишние нервы. Вы не могли повлиять на ситуацию, зачем же переживать лишний раз? – почудилось, будто Арри на другом конце «провода» развела руками. Брюс в очередной раз подумал о том, что с ней очень трудно спорить. Она всегда права.

Работник покорился и очень жалел, что не сделал необходимые звонки по дороге. И почту можно было просмотреть еще за утренним соком. Безумие отвлекаться на четыре часа в такое раскаленное время. Да, и что это еще за тест?

Мира действовала четко, решительно, и без промедления. Она завела Брюса в пустой конференц-зал. Забрала у него все гаджеты, и вручила толстую стопку листов.

– Как вы себя чувствуете? – вдруг спросила девушка.

– Хорошо, но если меня продолжат спрашивать об этом, я, возможно, начну сомневаться.

– Ничего необычного в последнее время не происходило? – Мира смотрела настороженно, как-будто даже с опаской.

– Не могу припомнить ничего, кроме странного теста на весь рабочий день в самое неподходящее время.

– Хм, ну что ж. Карандаши на столе. Вам нужно заполнить этот опросник очень внимательно. Затем будет серия устных бесед с моими коллегами.

– Да, здесь должно быть миллион вопросов? – заметил Брюс, пролистывая опросник. – Мне за весь день не справиться.

– У вас уйдет на опросник 143 минуты. Мы рассчитали расписание теста с учетом вашего индивидуального профиля. Не волнуйтесь, ваш распорядок дня тоже не пострадает. Согласно нашим расчетам, вы успеете выполнить ключевые задачи сегодня и завтра, даже не смотря на процедуру тестирования. Если, конечно, правильно расставите приоритеты. Но мы дадим вам список рекомендаций, чтобы минимизировать ущерб для вашего рабочего процесса. Все уже согласовано с вашим виртуальным помощником.

– Как… что… что у вас там за отдел? Я вообще не знал, что у нас есть отдел кадров.

– Наша работа быть незаметными, – отрезала девушка и едва уловимо улыбнулась. – Приступайте сейчас же.

С этими словами «костюм» развернулась и немедленно исчезла за дверью. Брюс бросил стопку на стол и пригладил короткие усы. Что ж, выбирать действительно не приходится. Раз уж они все рассчитали и дадут рекомендации, и Арри, эта предательница, уже в курсе… «143 минуты… Неужели меня можно так до минуты предсказать?» – подумал Брюс, пододвигая к себе опросник и принимаясь за тест.

Вопросы были бессвязными и бессмысленными. Вроде того, что «любите ли вы собак?», «почему не стали учить китайский?» (как будто они знали, что Брюс собирался), «опишите себя в двадцать лет?» (да кто же помнит, что со мной было в двадцать лет) и так далее. Не лучше проходили и беседы. «Как вы себя чувствуете сейчас? Как прошло утро? Что вас раздражает?» – да этот разговор Брюса и раздражает. Глупо и долго. Казалось, что «процедура» длилась целую вечность.

Когда Брюса, наконец, отпустили, сотрудники офиса уже потихоньку разбредались на обед. Он смотрел на планшет с рекомендациями по рабочему расписанию на ближайшие три дня и от возмущения не мог сидеть на месте. Поэтому теперь стоял у окна, уперев кулаки в бока, и грозно, но про себя, ругался на весь этот отдел кадров. Нет, это определенно беспорядок. Надо поговорить с Марком. Брюс твердым шагом отправился к своему непосредственному руководителю.

– О, Брюс, я как раз собирался тебя вызвать, – Марк был полностью поглощен чтением какого-то документа.

– Я хотел спросить про этот тест. Что это за ерунда? Кто это придумал? – с порога начал раздраженный сотрудник.

– Тест, тест, тест, – Марк стучал пальцами по столу, не обращая внимания на слова Брюса. – А ты сделал тот отчет по Мексике?

– Я бы давно закончил, если бы не…

– Впрочем, это потом. Как давно ты был в поле? – Марк, наконец, отложил свои бумаги и посмотрел на Брюса.

– В поле? В каком поле?

– Да, ты садись, – Брюс сел. – Кажется, ты у нас из-за компьютера и не выходил никогда?

– Куда мне из-за него выходить? У меня работа такая, за компьютером.

– Это, конечно, не очень хорошо, – наставительно заметил Марк. – В твоей работе, нужно глубокое погружение, ты должен от и до знать компании, в которые мы вкладываем деньги.

– Я знаю о них все…

– Но ты был хоть раз на настоящем металлургическом производстве?

– Зачем? Я знаю, как там все устроено, лучше любого металлурга.

– Этого мало, – вздохнул Марк. Он встал с кресла и подошел к окну. – Брюс, ты знаешь, когда последний раз кто-то находил новое золоторудное месторождение?

– Не знаю. Лет двадцать назад должно быть.

– Почти угадал, двадцать пять лет назад. В 2054 году. Я проверил. Ты помнишь, что ты делал в 2054-ом?

– Нет, – отрезал Брюс. – Я тогда, должно быть, университет как раз бросил. Мечтал работать в Нитгеймс, делать компьютерные игры.

– Компьютерные игры, правда? – удивился Марк. Он любил знать все о своих подчиненных и быть с ними на коротке. – Я этого не знал. Это очень любопытно.

– Компьютерные игры? – удивилась помощница в наушнике.– Тоооскааа.

– Меня называли гением, но, похоже, что-то потом пошло не так, – это воспоминание о юношеских годах Брюсу льстило.

– Почему же, я тоже отмечал не раз, что ты очень талантлив. Но ты не развиваешься. Это мешает тебе двигаться вперед.

– Гением… – фыркнула Арри.

– Разве? Просто на этой работе я уже все знаю. Тут для меня нет ничего нового. Куда мне развиваться?

– Воот, – протянул Марк и вернулся за свой стол. – Вот я и хочу тебе дать новое интересное задание.

– Что-то мне это уже не нравится.

– Понравится. Развеешься, посмотришь мир, откроешь для себя что-то незнакомое. Я даже тебе завидую. Сам сто лет не выбирался из офиса – и я не преувеличиваю, – он скосил глаза на собеседника. – Тебе это пойдет на пользу. Ты засиделся. Я это вижу.

– Я прекрасно сижу. Ничего я не засиделся.

– Мы собираемся вложить деньги нового фонда в золоторудную компанию Номадголд. Слышал про них? Они ищут инвестора. Пока в узких кругах. Хорошие рейтинги, прекрасные отчеты оценщиков. Нам провели виртуальную экскурсию. У нас вчера была очень обнадеживающая конференция с их менеджментом. Производство выглядит как крайне перспективный актив, и сильно недооцененный.

– Так в чем же дело? Я могу проверить их отчеты за пару минут на алгоритме, если вы не доверяете рейтингам и оценщикам.

– Ты верно увидел суть проблемы. У меня есть сомнения. Только все документы мы уже изучили. Алгоритм дал зеленый свет. Прогнозирование рисует нам золотые горы во всех смыслах. Не знаю, в чем дело, – Марк действительно выглядел озадаченным. Он с некоторым недоверием и брезгливостью вновь перебрал отчеты на столе. – Но как-то все слишком хорошо, слишком гладко. Я хочу, чтобы Джейкоб поехал туда лично, и все проверил. Это его инициатива и его фонд.

– Джейкоб идиот, если это мошенники, то им ничего не будет стоить обвести его вокруг пальца.

– Совершенно верно…

– Я не поеду, – сотрудник вдруг понял к чему клонит шеф.

– Кто тебя спрашивает? – встряла Арри.

– Брюс, я даже ничего не сказал еще. Я прошу тебя,…

– Я не поеду. Я в жизни не выезжал из города. От меня в вашем поле не больше толку, чем от Джейкоба.

– Брюс, ты же бывший гений, ты разберешься. Если уж ты не найдешь подвоха, то никто не найдет.

– Я не поеду. У меня много дел. – Брюс даже привстал с кресла от нервозности, но тут же сел на место.

– Нервы, нервы… – предостерегла в ухе Арри.

– Мы предусмотрим это в расписании, – заверил Марк.

– Предусмотрели уже, – тихо констатировала Арри.

– И все же…

– Подумай до завтра. Это хороший опыт. – Марк встал, показывая, что встреча окончена и Брюс последовал примеру. – Думай об этом, как о приключении, – продолжал Марк, провожая подчиненного. – Неужели ты не устал сидеть на одном месте? Неужели ты не хочешь выйти хоть ненадолго из рутины? Взбодришься. Может быть, даже будет, что вспомнить потом.

Дверь за Брюсом захлопнулась. Он стоял в коридоре совершенно растерянный. Куда ехать? Как? Зачем? С другой стороны, последние слова начальника его зацепили. Может, этого Брюсу и не хватало? Маленького приключения, разрыва рутины. Хотя бы небольшого продыха в колесе повседневных однообразных забот. В любом случае, выбора, кажется, ему вновь никто никакого не дает. Марк сказал «подумай», но все уже было решено и Брюс это понимал.

Из-за угла появилась Мира. Она быстрым шагом подошла к Брюсу и неискренне улыбнулась.

– Новое расписание на неделю загрузили вашему помощнику, – пояснила девушка. – С учетом командировки в Западную провинцию.

– В Западную провинцию? – опешил Брюс. – Командировка в Западную провинцию? Он ничего сказал про…

Мира уже стремительно удалялась.

– Где находится Западная провинция? Это хотя бы в этой стране? – крикнул ей вслед Брюс, но девушка не оборачиваясь лишь пожала плечами.

– Не спрашивай меня, я даже знать не хочу, – испугалась Арри. – Сам поедешь. Без меня. Даже не хочу знать пароль от местного WI-fi. И не уговаривай меня. Не поеду. Меня и тут хорошо заряжают.

– Ох, вот и напоролся на то, о чем просил… – пробормотал Брюс, стоя в одиночестве в коридоре. За пару часов его привычная рутина вдруг резко дала сбой и все вывернулось наизнанку – не так он представлял себе этот день, попивая утром сок за завтраком.

### III

Потерянное утро сказалось на графике Брюса очень плохо. День был трудным, быстрым, и из офиса работник вышел совершенно измотанным. Он едва стоял на ногах и уже не мог ни о чем думать. В таком состоянии Брюс был готов подчиниться любым повелениям обстоятельств, и даже поехать в Западную провинцию. Надо, кстати, все же узнать, где это. Арри по-прежнему отказывалась говорить.

Брюс шел по улице не спеша перебирая ногами и уперев взгляд в землю. Его плотно окружала толпа таких же компьютерных трудяг в разноцветных сорочках, которые также устало разбредались по домам. И только некоторые проскакивали сквозь толпу, еще находя в себе силы куда-то спешить. Красный свет на очередном светофоре, казалось, горел целую вечность. Брюс хотел поскорее преодолеть этот ужасный перекресток, где всегда было очень людно и тесно. Но толпа у светофора росла, а механизм невозмутимо продолжал запрещать переход. Часть людского потока, однако, двигалась мимо этого перекрестка вверх по улице. В памяти Брюса вдруг промелькнуло высказывание какого-то профессора с YouTube о том, что для поддержания умственных способностей в хорошей форме, нужны перемены и постоянство худший враг для нейронных связей. Перемены могли быть как значительными, скажем, смена места работы или даже страны проживания, так и мелкими вроде изменения маршрута движения на работу или до любимого супермаркета. Главное, постоянно что-то менять. Припомнив этот факт, и еще раз глянув на упрямый регулировщик движения, Брюс решил дать небольшой крюк и пойти по другой дороге. Так что он влился в новый людской поток и пошел дальше по улице.

– И куда это нас несет? Решили попробовать что-то новое сегодня? – заметила Арри. Брюс не ответил, но в очередной раз поразился тому как хорошо этот компьютер все схватывает.

На следующем перекрестке, однако, нужная ему дорога оказалась закрыта и наглухо перекопана. Что же делать? Требуемый поворот в сторону дома вновь не состоялся и Брюс продолжил движение прямо. Наверное, полезно еще сильнее изменить маршрут. В киоске он заметил журнал с фотографией Арнольда Миллера, знаменитого местного предпринимателя и обладателя титула «Железный человек». «А ведь много ходить еще и полезно для здоровья – подумал Брюс. – Раз уж на спортзал я так и не нашел времени, надо вообще взять за правило такие прогулки после работы».

Рядовой пешеход, несколько сконфуженный изменением планов, казалось, вовсе и не замечал, что многие встречные оборачиваются ему вслед, а некоторые даже довольно долго провожают его взглядом.

Вскоре Брюс обнаружил себя проходящем мимо Торгово-развлекательного комплекса. «А чтобы и не зайти», – подумал он и немедленно свернул к главному входу. По какой-то причине торговый центр у него ассоциировался с отдыхом и развлечениями, так что это, возможно, был хоть какой-то способ немного развеяться после тяжелого дня. Можно погулять по гастроному и взять что-то вкусное к ужину, или заглянуть в книжный, полистать образцы книг на экране, посмотреть презентации.

В гастрономе девушка предлагала попробовать новый энергетический напиток. Обычно Брюс бы прошел мимо. Он давно старался избегать сахара и вообще пить вечером энергетики не казалось хорошей идеей – о здоровом сне придется забыть. Но и дизайн бренда был каким-то очень интересным – сине-золотым – и девушка казалась очень уж милой, и, в конце концов, это бесплатно, а в пробнике грамм 50, не больше. Так что, повинуясь принципу «гулять так гулять», Брюс подошел к рекламной стойке и отведал новинку, приветливо улыбнувшись красавице в голубой кепке, а затем терпеливо выслушав ее рассказ о достоинствах этого напитка. Напиток Blue Sun, среди прочих достоинств, был совершенно натуральным. Природных ингредиентов в нем, конечно, не было, но все же по каким-то причинам, в силу, кажется, особенностей технологии приготовления, он был абсолютно натуральным. «Абсолютно» – было повторено несколько раз. Брюс порадовался этому факту, поблагодарил девушку, и ушел из гипермаркета с двумя банками. «В небольших количествах можно, не вредно», – успокаивал себя покупатель.

– Вот так вот, да? Ну ладно, раз меня никто не спрашивает, – язвила Арри после того, как Брюс пробил покупку на кассе.

В книжном на витрине была выстроена секция, посвященная приключениям. Здесь были как художественные истории, так и документальные. Была, например, книга о золотой лихорадке в Колорадо – это сразу привлекло внимание Брюса. Его грядущее приключение, может и не грозило быть сильно эпичным, но такая командировка для устоявшейся ритмичной жизни определенно была экстраординарным событием. Он припомнил несколько постов из Facebook, которые увидел за обедом, про яркие отпускные впечатления. По крайней мере три записи, говорили о том, что люди провели отпуск за границей и были этим очень довольны. Какой-то парень, Брюс понятия не имел кто он и почему этот человек присутствует в его новостной ленте, делился фотографиями из Перу. Трудно было представить, что кто-то в наше время отправился путешествовать в Южную Америку. Зачем? Неужели мода на заграничные поездки вновь возвращается? Сам Брюс покидал Город всего пару раз – в детстве отец брал их с мамой в горные походы. Кажется, в другой стране ему вообще бывать не доводилось. Да и зачем без видимой необходимости тратить столько времени на поездку? Сейчас даже по Лувру можно пройтись, посетив виртуальную экскурсию. При этом впечатления за счет комфорта, отсутствия толп туристов и современного развития 3D-технологий, будут едва ли не лучше, чем в ходе реального визита. Но раз люди все же тратят огромные деньги и время на эти поездки, может и правда, что-то в этом ценное есть. Брюс пока не был уверен, что готов провести отпуск подобным образом, но мысль о короткой поездке в Западную провинцию уже перестала казаться такой дикой и страшной. По крайней мере будет чем поделиться на Facebook и о чем рассказать Энн, если вдруг они пересекутся за обедом в буфете.

Брюс проходил мимо бара на втором этаже с небольшим телевизором на стене, по которому вновь шел репортаж об утренней погоне. Он было прошел мимо, но вдруг решил все же поинтересоваться подробностями главного события дня. Однако, запустив интернет-браузер на телефоне, в первую очередь увидел, открытый когда-то ранее, сайт с новинками кино. Забыв о цели своего визита в глобальную сеть, Брюс стал листать список премьер, и тут же решил, что гораздо удобнее подняться на третий этаж в кинотеатр. И вот он, разглядывая анимационные афиши, уже обнаружил в числе премьер картину, основанную на истории создания глобальной образовательной корпорации Stream-School. Про эту компанию, создающую курсы онлайн-обучения, говорят, что она полностью изменила подход к обучению в развитых странах, практически уничтожив прежнюю университетскую систему. Это могло быть довольно интересное кино, тем более что инвестиционная компания Son’s Investments, в которой Брюс работал, когда-то хотела вложить средства в Stream-School и Брюс отдаленно был знаком с этапом становления этой инновационной организации, ставшей теперь интернациональным гигантом. Хотелось бы посмотреть, как эта история отражена в художественном фильме. С другой стороны не терпится поскорее попасть домой. Что же делать? Брюс был погружен в раздумья, когда услышал за спиной восхищенные реплики двух девушек, только что вышедших с просмотра. Потенциальный зритель был заинтригован еще больше. Быстро проверил рейтинг в интернете – 8 из 10 – многообещающе. Ближайший сеанс через 10 минут, если попасть на него, то домой Брюс вернется даже не так уж и поздно. В конце концов день был трудным и он это заслужил, а вкусный энергетический напиток составит хорошую компанию. Брюс подошел к кассе – остался последний билет, от которого отказываются все парочки. Похоже, звезды сошлись.

– Отличная идея, – подтвердила Арри. – Я бы тоже посмотрела.

Считалось, что виртуальный помощник не может читать мысли. Но он (или она) знал своего ведомого так хорошо, что порой в это было трудно поверить. Арри без сомнения знала Брюса лучше, чем он сам себя знал. И он давно понял, что ей можно доверить любые решения. Надумай Брюс жениться, он бы, наверное, и в отношении выбора невесты сперва поинтересовался мнением Арри. А уж в отношении выбора места работы или вида отдыха помощник давно считался идеальным консультантом.

В общем-то фильм был дрянь, как оказалось. Но Брюс не был готов себе признаться в том, что фильм ему не понравился – все-таки главная премьера недели, зашкаливающий рейтинг. Позже, коллегам он скажет, что фильм неплохой и стоит сходить. Единственное, что Брюса действительно возмутило – так это совершенная недостоверность картины. Конечно, это просто художественное кино, но все же. Теперь люди будут думать, что основатели Stream-School – Карл и Дюван – были настоящими друзьями и история становления корпорации – это история самоотверженной дружбы, побеждающей череду непреодолимых препятствий и козней конкурентов. В общем-то кому какое дело, как все обстояло на самом деле. Но Брюс был знаком с Карлом и знал, что их отношения с партнером были более, чем прохладными. И внутренние междоусобицы создавали гораздо больше рисков для будущего компании, чем внешние факторы. Это удивительно, насколько сильно кино может влиять на восприятие людьми реальности. Если бы Брюс не знал сам историю этой компании, он, наверное, тоже запомнил бы ее такой как было показано в кино. Конечно, как любой взрослый человек, он понимал, что нельзя воспринимать кино как реальную историю, и не стоит ждать, что оно будет совершенно правдивым – это в принципе противоречит идее художественного произведения. Но эффект погружения у хорошо сделанной картины настолько сильный, что не верить ей было сложно – по крайней мере на каком-то эмоциональном уровне.

Интересно, почему Арри его не предостерегла и поддержала идею с этим фильмом? Иногда мотивы этой машины оставались покрыты мраком, но трудно было усомниться, что все ее действия и советы часть какого-то большого плана, сокрытого от ее протеже. Что поделать, люди слишком ограничены в своих интеллектуальных способностях, чтобы постичь замыслы великого алгоритма.

Тема дружбы в любом случае проняла зрителя. Он вдруг подумал о том, что у него совсем нет близких друзей. Любовь к уединению уводит его все дальше от людей, и, возможно, это не очень хорошо. Именно в этот момент на телефоне обнаружилось сообщение от Тимура с приглашением сегодня вечером посидеть всей их компанией в баре. «Вся их компания» – это несколько коллег из Son’s Investments, разделяющих немногие общие интересы помимо работы. В компанию входит и Энн – может, она тоже придет. Брюс давно стал пропускать эти встречи, поскольку на них обычно много пили спиртного. Он пить не любил, но и пойти против общества и вовремя остановиться не мог. Едва ли кто-то осудил бы его за нелюбовь к выпивке, но Брюс все же не решался поступить не так, как все остальные. Вместо этого он просто перестал ходить на эти посиделки. Однако сейчас дружеские сантименты из кино сподвигли его дать положительный ответ о встрече. К тому же энергетик будоражил кровь и мысли, и ведь все равно не даст уснуть рано. Гулять так гулять. Плохой день, стремительно превращается в не такой уж плохой.

Брюс так был погружен в свои мысли, что не обратил никакого внимания на парочку мелких школьниц, которые, как бы прогуливаясь, следовали за ним по пятам в течении всего его хождения по торговому центру.

### IV

Едва Брюс успел отправить сообщение Тимуру, как на его телефон пришло уведомление об ожидающем у входа в торговый центр такси. Он прекрасно понимал, откуда оно там взялось, учитывая, что никакого такси не вызывал. Должно быть татуировка с чипом на руке определила не слишком большое желание идти спать у подопечного, учитывая уровень адреналина в крови. Наверняка, прибор измерил и накопленный стресс, сопоставил это с обычными привычками снятия напряжения у данного субъекта (это легко определить, например, по данным GPS и платежам кредитной картой). Затем изучил приглашение на телефоне, сделал верные выводы о взаимоотношениях Брюса с этой компанией людей по истории общения в социальных сетях. Безошибочно предсказал ответ Брюса на приглашение и вызвал такси. Наверное, все было сложнее. Кажется чип даже учитывал гормональное состояние и вообще очень подробно анализировал физические показатели. Но это уже не так важно. Главное, эти алгоритмы были чертовски точны. Порой эта предусмотрительность мобильных технологий пугала. Но чаще она была очень полезной, и незаметным образом делала жизнь проще и лучше. Все же у Брюса нередко возникало ощущение, что Арри в приложении на его телефоне знает о том, как он поступит и куда пойдет, еще до того как он сам это узнает и решит. Интересно, насколько далеко в будущее может заглянуть его смартфон, если попросить об этом? Наверняка, есть какое-то приложении на эту тему. Хотя, может быть, лучше подобных вопросов не задавать.

Брюс вышел на улицу и тут же увидел свой автомобиль, ярко горящий красным огоньком и с большой красной стрелкой висящей в воздухе над ним. Он сразу вспомнил про линзы дополненной реальности, которые одел перед походом в кино. Обычно Брюс их не носил, оправдывая это тем, что глаза устают. Но на самом деле мир в линзах становился слишком ярким, шумящим, и динамичным. А порой так хотелось тишины и спокойствия, уютного уголка, где можно подумать, что-то понять, поймать минуту жизни, обратить внимание на идущие чередой мгновения, послушать шум листьев и журчание реки. Мобильные технологии этого не понимали, они требовали внимания постоянно, и постоянно во что-то вовлекали не давая оторваться. Они не давали чувствовать жизнь и заставляли ее протекать быстро и незаметно.

В баре еще никого не было. Брюс приехал рано. И как Арри этого не предусмотрела? Точнее сказать тут ни то чтобы никого не было – был только Джейкоб. И это было не очень приятно. Джейкоба друзья не сильно любили. Он был довольно замкнутым, постоянно дергал плечом, и много ворчал. Во всем он видел правительственный заговор и попытки контроля, а во всех окружающих людях подозревал злые намерения и какую-то тайную игру. Ему должно быть казалось, что все вокруг просто разыгрывают спектакль, с целью сделать его, Джейкоба, сумасшедшим. Ну, что ж, кажется, правительству неплохо удается подрывать психическое здоровье несчастного финансового аналитика, даже если оно не ставило себе такую цель.

«И как он вообще еще держится на работе в Son’s Investments?» – подумал Брюс, глядя на то, как Джейкоб нервно дергает предплечьем, поднимая при этом руку для приветствия. Джейкоба Тимур как-то позвал посидеть со всеми, просто потому что тот находился рядом, когда ребята обсуждали очередной поход в бар, во второй раз он уже навязался сам, и после его стали звать скорее из вежливости, но Джейкоб не понимал подлинного отношения к нему коллег, и всегда приходил на встречи, причем всегда приходил первым.

Брюсу не нравилось оставаться с Джейкобом наедине, но, похоже, им придется скоро провести вместе несколько дней – и это был еще один большой минус поездки. Попутчики при этом не спешили говорить о грядущей командировке. Брюсу не нравилось, что из-за Джейкоба, не заслужившего доверия руководства, ему придется тащиться в богом забытую дыру. Но и Джейкобу не доставлял удовольствия тот факт, что к нему приставили няньку. При разговоре с Марком, он до хрипоты настаивал на том, что должен ехать один. Наличие коллеги в этом путешествии, крайне осложняло личные планы Джейкоба. Он, конечно, и сам прекрасно понимал, что красивый виртуальный тур Номадголд чистое надувательство. Об этих рудниках аналитик теперь знал все и имел большие виды на их посещение. Вместе с тем, у Джейкоба уже появились кое-какие мысли в отношении проблемы по имени Брюс, и это несколько снимало его раздражение и повышало уровень приветливости.

– Привет-привет, Брюси! – в привычной заторможенной манере пробормотал Джейкоб.

Когда Брюс слышал этот голос, он не мог отделаться от ощущения, что мысленно Джейкоб расчленяет собеседника на куски канцелярским ножом, продолжая при этом приветливо улыбаться.

– Здравствуй, Джейкоб. Как прошел твой день? – Брюс старался держаться приличия.

– Хорошо, очень даже к-хорошо, – Джейкоб толи заикался, то ли имел другие дефекты речи. – К-хорошо, к-хорошо, – еще пару раз проговорил он, вспоминая при этом горячий спор, который имел сегодня с Марком по поводу поездки, и о том, что весь день потом проходил в разъяренном состоянии и только под вечер смог немного успокоиться и взять себя в руки. – К-хорошо, к-хорошо…

– Сегодня был трудный день. Я даже не против немного выпить, – Брюс пытался перестать обращать внимание на странную манеру речи Джейкоба. Тот мог повторять одну фразу десятки раз, пока, наконец, не смолкал. Но перестать это замечать было невозможно. – Ты тоже проходил сегодня этот дурацкий тест? Жуткая растрата времени. Кто это придумал? Ты знал, что у нас есть отдел кадров?

«Когда уже появятся остальные?» – думал Брюс.

– Теест? – переспросил Джейкоб, продолжая вспоминать как кричал на Марка в истерике. – Какой еще т-тест? Нет, т-теста не было.

– Нет? – удивился Брюс. – Она сказала, что они всех проверяли. Всех менеджеров. Может ты прошел его в другой день?

– Нет, я н-не помню никаких тестов. О чем ты говоришь, Брюсси? – Джейкоб дергался больше обычного, или Брюсу просто показалось?

«Люди не могут так говорить, даже сумасшедшие. Парень просто прикидывается, или издевается. Да где же все?»

– Может, у тебя он будет завтра. Можешь приготовиться. Они мурыжили меня сегодня четыре часа, выясняя мой любимый цвет. Уверен, с тобой они захотят пообщаться с особым пристрастием.

«Надеюсь на это. Психологи, наверное, смогут разобраться, что не так с этим человеком. Кто-то уже должен дать ему таблеток или лучше разряд тока, чтобы все шарики в этой голове встали на место. Одного разряда, конечно, не хватит, но…».

– Почему со мной? – не понял сарказма Джейкоб.

– Что ты к нему привязался? – послышался в ухе голос Арри. Да как же она это делает?

– Где все? Им бы уже пора появиться.

– Д-да, они всегда опаздывают. Ув-верен, первыми придут Мийя и Алан. Они живут рядом, но всегда занимаются любовью перед вечерним выходом из дома. Думаю, эт-то из-за красивого белья Мийи, которое она надевает собираясь провести вечер с Аланом вне дома. Согласись, странная прич-чуда? Но у них это не занимает много времени, так что скоро будут.

– Думаешь, странная? Что в этом плохого? – Брюс был ошеломлен тем, как много знал Джейкоб о личной жизни их общих друзей.

– Во-первых, зачем одевать красивое белье, собираясь провести вечер в компании мужа? Если бы это было свидание, и они еще не жили вместе… Понимаешь, о чем я? Во-вторых, неужели нельзя дождаться возвращения домой?

Брюс неожиданно для себя понял, что знает ответ на оба вопроса. Но ему тут же стало неловко думать на эту тему. К тому же…

– Откуда ты знаешь про белье Мийи?

– Я оч-чень наблюдателен, знаешь ли. Очень наблюдателен.

«Ты бы на работе был так наблюдателен, смог бы в Западную провинцию съездить сам», – не переставал ворчать Брюс про себя.

– Марк сказал тебе про поездку? – что ж, Джейкоб заговорил первым.

– Да, сказал. Я не очень хочу ехать, если честно. Точнее, совсем не хочу. Надеюсь, ты не в обиде, – Брюс понимал, что Джейкоб чувствует дискомфорт по поводу того, что к нему приставили ревизора. Правда, он не понимал, что это скорее не дискомфорт, а яростное негодование. В любом случае, видимо в силу воспитания и стремления нравиться людям, Брюс попытался смягчить это неловкое обстоятельство и ободрить товарища. Хотя, конечно, надо откровенно признать, что нельзя отправлять Джейкоба одного на столь важное задание.

– Ты мне совсем там не нужен, – прямо, почти выдавая свои тайные намерения, проворчал Джейкоб. Его плечо дергалось так сильно, что, казалось, вот-вот оторвется.

– Я знаю. Но попробуй переубедить Марка, верно? Так что я просто прогуляюсь за компанию, посмотрю мир. Говорят, путешествия опять в моде. А ты спокойно занимайся работой, я не буду мешать.

«Ты будешь, ты обязательно будешь мешать. Будешь крутиться под ногами и все донесешь Марку. Ты будешь очень очень сильно мешать» – думал Джейкоб, и его руки начинали трястись.

В баре появились Мийя и Алан, как и предсказывал Джейкоб. Они оба выглядели бодрыми и счастливыми, несмотря на поздний час. Горячо приветствовали друзей, извинялись за опоздание, с порога сыпали шутками и хорошим настроением.

«Что же там за бельe у нее такое?» – подумал Брюс и очень смутился. – «Чертов Джейкоб».

### V

Брюс поймал себя на том, что уже давно сидит уткнувшись в свой смартфон. При этом он плохо представлял, что, собственно, делал все это время, или что собирался делать. То ли он зашел посмотреть новости, то ли проверял сообщения в соцсетях, или даже думал почитать отзывы на фильм, который только что смотрел. Этот гаджет – просто пожиратель жизни! Брюс отключил устройство и попытался вновь вернуться в компанию. Все громко о чем-то спорили и смеялись, но Брюс не мог уловить нить разговора. Он вдруг подумал о том, что Энн до сих пор не появилась. Остальные давно были в сборе. Появится ли она вообще? Уже так поздно. Брюс не решился спросить об этом. Он питал к девушке самые нежные чувства, но скрывал это и боялся, что кто-то узнает его страшную тайну, хотя все давно знали. Энн была замужем, и он, конечно, даже не пытался ухаживать за ней или оказывать какие-либо знаки внимания. Вместо этого просто сгорал изнутри, оставаясь немым и покоряясь обстоятельствам.

Наконец, Энн появилась и сразу оказалась в центре внимания. Теперь создавалось впечатление, что вся компания существует вокруг нее, и ради нее. Так было всегда. Девушка обладала невероятной привлекательностью и мир вращался вокруг нее. Во всяком случае ему стоило бы. Энн в очень вежливой доброй манере стала интересоваться новостями из жизни друзей, проявляя при этом чуткость и внимание. Высокомерия в ней не было и в помине, хотя она наверняка знала, какое впечатление производит на людей. Брюса девушка пока не удостоила вниманием, хотя он едва не подскочил с места, когда она появилась. Зато Энн вдруг обратилась к Джейкобу.

– Джейкоб, ты, говорят, теперь много времени проводишь в библиотеке? – сказала Энн. – Это должно быть очень интересно. Кажется, я не держала в руках бумажных книг с детства, – девушка улыбнулась и была просто обворожительна, но Брюс едва отметив это, сразу переключился на мысли о другом.

Джейкоб в библиотеке? Что он там делал? Без сомнения, собирал информацию о рудниках Номадголд. Брюс и сам, не найдя никаких вызывающих доверия материалов в сети об этой компании, подумал, что надо бы отправиться в архив, где хранились пока не оцифрованные бумажные документы. Откровенно говоря, он просто поленился ехать в библиотеку, где располагался архив, а вот Джейкоб похоже проявил старание, для него удивительное. Может, Брюс все-таки недооценивает профессиональные способности коллеги? Интересно, что он нашел в архиве, и расскажет ли?

– Да, я т-так, – замялся Джейкоб. – Это по работе. Ничего интересного.

«Значит, речь точно о проверке архива, – думал Брюс. – Мне следовало тоже поехать. Ну, да ладно. В конце концов это его проект. Я ведь просто погулять». И все же старание Джейкоба казалось странным. Может, он пытается проявить себя перед начальством? Должно быть, так.

– Какие у тебя красивые волосы, – заметила Мийя, разглядывая сияющие золотом локоны Энн. – Ты, похоже, стала сильно увлекаться этими процедурами по изменению внешности?

«Учитывая, что ты и так идеальна», – хотел добавить Брюс, но смолчал, похолодев от смущения.

– О, это часть моей программы перестройки личности, – заметила Энн. – Один консультант посоветовал. Это очень интересный процесс, я решила попробовать. Ну, знаешь, помогает устранить всякие психологические проблемы, комплексы и т. п.

– Да, я слышал про такие программы, – отозвался Тимур. – Это связано с тем, что физиологические процессы изменения внешности влияют также на психологическое состояние. Даже изменение цвета волос может привести к переменам характера или внутреннего состояния. Специальные программы помогают сделать за счет правильного подбора физиологических интеракций тонкую настройку личности. Это очень сложный процесс, и не слишком безопасный. Такая подстройка может привести к неожиданным изменениям.

– Тимур, только не пугай меня, пожалуйста, – шутливо замахнулась на него Энн.

– Нет, правда. У меня знакомый, хотел добавить себе уверенности при публичных выступлениях. Но после программы стал не только уверенным оратором, но и крайне суровым типом, напрочь лишенным чувства юмора. От него даже жена ушла, – развел руками Тимур.

– Энн, ты просто должна понимать и риски этих манипуляций, – наставительно заметил Алан. – Еще десять лет назад никто вообще не знал, что изменения внешности могут влиять на характер и на психику. Это еще очень молодая технология, и многое про нее неизвестно.

– Не обращай на них внимания, я уверена, что все будет отлично, – успокоила подругу Мийя.

– Это ведь совсем небольшие изменения, – стала волноваться Энн. – Просто крохотные.

Брюс очень хотел вмешаться в разговор, но он решительно ничего про это не знал. Что за программы? О возможностях корректировки внешности с помощью нанотехнологий он, конечно, был осведомлен. Но все эти манипуляции с личностью были чем-то совершенно непостижимым. Все же мир меняется слишком быстро.

– А зачем тебе понадобились эти манипуляции вообще? У тебя все хорошо с внешностью, и характер у тебя вроде нормальный, – Брюс все же решился встрять в беседу, хотя выходило неуклюже.

– Молодец, – тихо похвалила Арри.

– Брюс, спасибо. Ты очень милый, – Энн смущенно улыбнулась. – Но на самом деле в моей жизни были вещи, которые мне бы не очень хотелось вспоминать, и которые плохо повлияли на мою психику. Надеюсь, это не звучит высокопарно. Но я до сих пор чувствую себя некомфортно в некоторых ситуациях при общении с людьми, а подсознательные страхи не дают мне жить в полную силу и наслаждаться жизнью. Современная медицина может помочь с этим, и я решила воспользоваться таким предложением. В конце концов жизнь только одна, ведь так?

«К чему это «ведь так?» – подумал Брюс.

– И очень обидно, если одно плохое событие будет ее отравлять, – добавил Алан. – Я понимаю, о чем ты говоришь. Может, я бы тоже когда-нибудь попробовал.

– Ты серьезно? – уставилась на него Мийя. – Да твоя жизнь сплошной фруктовый кефир, какие у тебя вообще в жизни были проблемы?

– Ну, ты не знаешь всего… – замялся Алан.

– О, мне кажется, я больше тебя знаю о твоей жизни. Энн, а почему бы просто не попробовать стереть плохие воспоминания? Так много кто делает.

– Дааа, – протянул Тимур с широкой улыбкой и посмотрел заговорчески на Алана. – Я помню, как нашу поездку в виртуальные трущобы кое-кому пришлось стереть из памяти.

– Да, ты про Мэтью, – улыбнулся в ответ Алан. – Мы славно тогда погуляли.

– Мы-то да, – рассмеялся Тимур. – Бедняга. Вот это было действительно стрессовое событие для него. Лучше и не вспоминать.

– Ты мне ничего про это не рассказывал! – возмутилась Мийя. – Ты сказал, что вы просто гоняли там на мотоциклах и стреляли ботов.

– Да, я тебе потом расскажу, – отмахнулся Алан. Мийя тоже решила больше не выспрашивать. Они считала, что мужчине иногда нужно дать свободу, и может, к лучшему не знать, как он этим пользуется.

– Я уже пробовала стирать память, – подумав, все же ответила на вопрос Энн. – Но психологических эффект, произведенный негативным событием все равно остается, даже если самого события человек больше не помнит.

– Да, точно, – уже не смеясь добавил Тимур. – Мэтью до сих пор садится только спиной к стене.

– Что вы там с ним сделали? – удивлялась Мийя.

– Да, это не мы, – Тимур стал уж совсем серьезен.

– Хотя может полностью это и не помогает, но, кажется, едва ли не каждый хоть раз стирал что-то из памяти. Не так ли? – задал риторический вопрос Алан и ненадолго повисло молчание.

– Брюс у нас в этом специалист, – вдруг сказала Рибекка. Она часто подолгу сидела молча, предпочитая слушать, а не говорить. Так что постепенно о ее присутствии и вовсе забывали. Но потом она любила выдать что-то эдакое, что не останется без внимания. Вот и на этот раз пробил ее час.

Брюс встрепенулся. Он помнил, что однажды рассказал Рибекке про свой опыт стирания памяти, но, кажется, также дал ей ясно понять, что предпочитает не распространяться на эту тему.

– Расскажи, Брюс, что ты сделал? – Энн была заинтригована.

С одной стороны, тут гордиться нечем. С другой, опыт действительно был уникальным, и почему-то казалось, что этим можно даже похвастать. Во всяком случае, Брюс станет более заметной фигурой в глазах Энн, и ему эта мысль нравилась.

– Так получилось… – несколько неуверенно заговорил Брюс. – Ну, в общем, я стер чуть больше двух лет своей жизни.

– Ах! – громко воскликнула Мийя и закрыла рот ладонью.

– Два года! – удивилась Энн, но улыбалась. Ей это показалось забавным и это хорошо. – Что же должно было случиться, чтобы стереть целых два года жизни!?

– Я не знаю, я не помню, – отшутился Брюс и чувствовал себя от чего-то на коне.

– Да, братец. Ты, должно быть, погулял в молодости, – рассмеялся Тимур.

– Может, мы зря смеемся, – заметила Энн. – Должно быть, случилось что-то очень плохое. Даже не могу представить, что.

– Ну, два года жизни, конечно, жалко, – заметил Брюс. – Но, с другой стороны люди, тратят гораздо больше времени на жизнь, в которой потом вспомнить нечего. Я встречал немало ребят, которые не могут вспомнить даже больше, чем два года, хотя память им никто не стирал. Просто это время пролетело и не оставило никаких запоминающихся событий. И что хуже?

– Тут не поспоришь, – кивнул Алан. – Годы летят. И мы тратим их по большей части на сидение в офисе и походы по магазинам. У меня тоже есть дни и месяцы, которые я совершенно не помню.

– Брюс, а ты был потом у психолога? – поинтересовалась Энн.

– Был, мне даже прописали обязательный курс общения со специалистом. Но в итоге он сказал, что все прошло хорошо, и никаких травм и дефектов моей психике причинено не было.

– Естественно, он так скажет, иначе этим стирателям придется немало раскошелиться, – заметил Тимур.

– Да нет. Я и правда чувствую себя отлично, – Брюс не врал. Он уже и не помнил, что потерял два года жизни. Похоже, их исчезновение прошло безболезненно.

– И все ж очень интересно, что такого натворил Брюс за эти два года, – вновь заулыбалась Энн. И, кажется, ее золотые волосы засияли в этот момент еще сильней.

– Я был молод, – смущался Брюс. – Едва институт окончил, я действительно мог натворить делов, за которые потом стало стыдно, – улыбнулся он.

– А вы смотрели утром новости про похищение парня? – спросил Тимур.

– Да-да, за которым гнались. Он врезался в столб и его забрали, – с сочувствием вспомнила Энн.

– Так вот, говорят ему стерли память и изменили внешность. И он теперь где-то шатается по городу, не зная, кто он и что делает.

– Какой ужас, зачем это? – возмутилась Мийя.

– Я не знаю, – признался Тимур. – Так говорят.

– Может, шпионы корпоративные или диверсанты. Сначала допросили, потом лишили конкурирующую организацию ценного специалиста, – вычислил замыслы преступников Алан.

– Ужас. Разве такое бывает? – не верила Энн.

– Бывает-бывает, – заверил Тимур.

– Да, черт с ними. Рассказывай уже о главном, – Мийя уставилась на Энн.

– О чем? – притворно удивилась Энн.

– Они решили зааавести ребенка, ребенка… – криво ухмыляясь сообщил Джейкоб.

Откуда же он, черт возьми, все знает? Но важно не это. Энн с мужем заведут ребенка? Только не это. Брюс был потерян и опустошен. Конечно, он всегда знал, что не может всерьез претендовать на эту девушку. Но пары без детей легко расходятся. Теперь, когда люди живут в среднем более ста лет, стало нормальным менять в течении жизни несколько семей. Это давало Брюсу хотя бы призрачную надежду. Но семья с детьми! Брюс знал, что не имеет права ревновать. Но он ревновал.

– Это правда? Как вы решились? – удивился в свою очередь Тимур. – Невероятно, кажется, сейчас вообще никто не рожает детей.

– Ну, кто-то же должен спасать человечество от вымирания, – пробубнила Ребекка.

– Да, мы действительно скоро вымрем, если так пойдет. На днях читал, что 2040-ой год был десятым годом снижения численности населения – это уже стало устойчивым трендом, – блеснул Алан.

– Ну, людей иногда можно понять, – заметила Мийя и посмотрела на Алана. – Мы сразу решили, что не будем детей заводить.

– Абсолютно, – поддержал Алан супругу.

– Это же столько ограничений, и финансовых, и временных, – заметил Тимур. – После рождения ребенка, кажется, вся вольная и яркая жизнь останавливается.

– Ребенок тоже делает жизнь яркой, я думаю, – робко проговорила Энн.

– Не слушай их. Я на самом деле хотела сказать, что каждому свое. Если хотите рожать детей, надо рожать. Это прекрасное и доброе решение, – вновь протянула руку помощи Мийя.

Брюс молчал. Он был растерян и подавлен, когда смартфон вдруг стал издавать легко опознаваемый сигнал – Арри била тревогу. Это очень кстати. Брюс уже хотел уйти подальше от всей этой компании и побыть один какое-то время. Глупо расстраиваться из-за чужого счастья. Видимо, дело в том, что своего нет.

– Мне пора, – сказал Брюс и решительно поднялся из-за стола. – Приборы говорят, что я пьян, и если продолжу, то меня ждет неприятная головная боль на весь завтрашний день. А день завтра, напомню, рабочий. Пора спать.

– Брюс, прекрати, – замахал руками Тимур. – Эта татушка всегда промахивается. Если она говорит, что ты пьян, то на самом деле ты еще можешь выпить пару кружек пива без последствий. Она дает сигнал пре-вен-тив-но.

– А во вторых, с каких пор мы позволяем компьютерам останавливать нас в желании надраться! – добавил Алан и расхохотался.

– Дааа! – поддержал Тимур, поднял кружку и они чокнулись.

– Все же я пойду. Такси уже едет. Чертова машина все знает. Последнее время я все больше думаю о том, что надо следить за здоровьем, мы уже не так молоды.

– Вот-вот, – одобрила в наушнике Арри.

Брюс добавил что-то о том, что был рад повидаться, просил не откладывать надолго следующую встречу, и предложил даже поехать всем вместе в «виртуальные трущобы» (разумеется предложил только из вежливости). Но хотел он лишь побыстрее уйти, добраться до дома, принять горячую ванну, выпить пару таблеток от опьянения, и поскорее завалиться спать. Надо было сразу поехать домой. Гулять во время будничной недели затея плохая. И плохих новостей было бы меньше.

### VI

Такси уже ожидало у подъезда. Двухколесная бело-голубая капсула поблескивала в лучах утреннего солнца – должно быть, из новых моделей. Разумеется, эта поездка была в расписании Брюса и предугадать ее не составило труда, но ему начинало казаться, что такси постоянно стоит у его дверей – просто на всякий случай, и никто его вовсе не вызывает. Тут и до мании преследования недалеко. Что надо брать с собой в поездку, Брюс не знал, поэтому его рюкзак содержал только сменную обувь и бутылку изотоника. Двери капсулы разъехались, Брюс бросил рюкзак на сиденье и плюхнулся следом за ним. Час был ранним до невозможности, обычно командированный встает гораздо позже. Но, несмотря на сонливость, его начинало охватывать чувство возбуждения. Брюс уже предвкушал приключения и открытия. Да, путешествовать в незнакомые места необходимо – в жизни всегда должно быть место интересному и новому. Наверное, это полезно и для развития креативного мышления.

– Ммм, вы направляетесь на Площадь Независимости, не так ли? – бодро поинтересовался голос из динамиков и на экранах внутренней поверхности капсулы появились карты, изображения площади, сводки из ее истории и множество рекламных объявлений.

– Да, и я тороплюсь.

– Разззумеется! – не усомнился электронный водитель. – В наш быстрый век нельзя оставаться на месте ни на секунду! – на этой философской мысли автомобиль рванул с места и уже через минуту оказался в подземной автомагистрали и влился в общий поток таких же стремительных и безликих капсул.

– Долго ли нам ехать? – поинтересовался Брюс

– Оо, это как посмотреть! – ответил собеседник. – Мгновение для влюбленных, вечность для идущего на смерть. А в абсолютных цифрах 23 минуты. Желаете аудиокнигу, чтобы с пользой провести это время?

– Да, пожалуй. На ваш вкус.

Поездка обещала быть долгой. Компьютер выбрал все же не книгу, а статью из научно-популярного журнала – что-то про коллективный разум муравьев. Брюсу тема показалась интересной, но он вынужден был признать, что не видел насекомых с детства – мир дикой природы существовал где-то в параллельной вселенной. Но, кто знает, может сейчас им действительно удастся увидеть какой-нибудь лес или настоящую речку.

Надо собраться, в конце концов это рабочая поездка и нельзя забывать о цели этого неожиданного путешествия.

Площадь Независимости, не смотря на столь громкое название, была совсем крохотной – должно быть метров двадцать в ширину. «Похоже, независимость нынче не в цене», – подумал гость. Кто вообще назвал ее площадью? Но на самом деле Брюс слышал про это место, это была древняя часть города, кажется, отсюда он вообще начинал развиваться и строиться. Здесь до сих пор можно было найти строения середины двадцатого века. Вот! Брюс уже увидел что-то новое, точнее старое, и даже не покинул город. Предвкушение начинало смешиваться с нервозностью. Страх Брюса заметно усилился, когда он увидел Джейкоба, стоящего рядом с огромным черным пикапом.

– Что это за антиквариат?

– Наааше транспортное средство! – с улыбкой ответил Джейкоб, он угадал, какое впечатление машина произведет на его коллегу.

– Ты шутишь? Почему не взять электромобиль.

– Потому что… – он выдержал паузу. – за городом нет дорог с электропередающими элементами. Электромобиль на таких дорогах не заряжается и далеко не едет! – Джейкоб сиял и даже говорил почти исправно.

– Такие дороги все еще существуют? Но зачем?

Джейкоб смутился.

– Я не знаю, но суть в том, что это единственное доступное нам транспортное средство. Самолеты, как ты, наверное, должно быть, знаешь, я думаю, туда не… не… не летают.

– Я знаю, – вздохнул Брюс. – Эта штука на ходу?

– Нуу, мне так сказали, – неуверенно дернул плечами Джейкоб.

– Я так понимаю, ты ее не заводил?

– Нет, конечно, – прорычал спутник Брюса. – Откуда мне знать, как ей управлять?

– Как же ты собрался на ней ехать?

– Я думал, ты-ты-ты знаешь! Ты же говорил, а-а-атец тебя учил ездить на таких в де-детстве.

– Учил, двадцать лет назад. К тому же он мне дал только баранку покрутить. Мы даже не включали эту штуку. У нас был Мерседес или что-то такое. Вещь, безусловно представляющая историческую ценность, но без колес. Ты же не думаешь всерьез, что я буду управлять подобным агрегатом, да и еще на переполненной автостраде?

– Какого… как… да ты… – Брюс пытался начать ругаться, но только плевался и никак не мог закончить ни одну фразу.

– Спокойно, Магеллан. Гугл нам поможет.

– Ну что ж, Арри, твой выход, – сказал Брюс и его динамик в ухе немедленно завибрировал, давая знать, что готов принять команду. – Как управлять этой… хм… как управлять этим?

– Нет, ничего проще, – послышалось в ухе. – Садись за руль, я покажу. Только учтите, что двери открываются вручную. – Линзы дополненной реальности подсветили дверную ручку.

– Садись, Джейкоб-непоседа, сейчас покатаемся, – Брюс уже почувствовал себя увереннее.

Путешественники бросили рюкзаки в кузов и расположились в кабине. Через пару часов тренировок новоиспеченный водитель уже мог вполне уверенно ехать по прямой. На повороты, правда, ушло больше времени, и до сих пор совершать их не рекомендовалось. Тренер через линзы и наушник время от времени давал подсказки и указания, а еще подсвечивал стрелками на дороге направление движения.

– Вот, видишь, а ты говорил, что я не справлюсь! – Брюс едва сдерживал дрожь в руках. – Отлично, едем. – Он заметил, что не дышит и потихоньку вдохнул.

– Мы умрем сегодня, – Джейкоб вжался в кресло и сжимал ремень безопасности. – Почему здесь окна? Я бы совершенно точно предпочел всего этого не видеть. С какой скоростью мы едем? Почему все так быстро несется вокруг нас!

– Когда сам ведешь машину, нужно видеть куда едешь. Должен признать – это очень практичный дизайн кабины. Посмотри на карте, там кажется был поворот.

– Д-да, – стукнул зубами Джейкоб, – через пятьсот метров.

И действительно на дороге, по крайней мере в линзах водителя, появилась большая желтая стрелка, указывающая направо.

– Необходимо совершить правый поворот, – мягко напоминала Арри, взяв на себя функцию навигатора. – Беспокоиться не о чем, ты справишься. Надо лишь немного сбавить скорость…

Брюс резко нажал на тормоз и машина встала как вкопанная.

– Аааах! – вырвался короткий вскрик у Джейкоба.

– Нажимай на педали плавно, – продолжалось наставление. – Сейчас попробуй немного дать газу.

Брюс попробовал и машина со скоростью улитки поползла вперед.

– Ты можешь ехать быстрее, оптимальная скорость для совершения поворота 20 км. ч. – говорила Арри.

– Черта с два, – водитель не отрывал взгляда от желтой стрелки. Он очень очень медленно вошел в поворот и стал набирать скорость, только когда дорога снова стала прямой. Путешественники выдохнули.

– С каких пор ты стала такой вежливой? – спросил Брюс у помощницы.

– Пытаюсь вас успокоить. Мне жизнь тоже дорога, – заметила Арри.

– Нас не должны были отправлять в такую опасную поездку без подготовки, – заворчал Брюс. – Уверен, это нарушение трудового кодекса. Нам даже не обеспечили трансфер. Это беспредел, надо просить повышенные командировочные.

– Мы умрем сегодня, – пролепетал Джейкоб, продолжая смотреть вперед широко раскрытыми глазами. Почувствовав себя увереннее, Брюс стал заметно набирать скорость. Это было легко, педаль почти сама падала к полу. Джейкоб же жалел о многом в своей жизни в этот момент.

– Не дрейфь, – храбрился водитель. – Дальше почти все время прямо, домчу нас за день.

– Мы… мы… сегодня… мы… – тихо бубнил Джейкоб.

«Кажется, поездка может доконать парня», – подумал Брюс и решил немного разрядить обстановку.

– А ты когда-нибудь покидал город, Джейкоб?

– Пару раз летал в командировки на самолете, – Джейкоб, похоже, действительно успокаивался. Но Брюса вдруг кольнула зависть.

– Да? Пару раз? И где был?

– В Швеции в основном, и один раз в Лис-сабоне.

– В Лиссабоне? – Брюс работал в компании существенно дольше Джейкоба и обладал куда более хорошей репутацией в глазах начальства, но его никогда не отправляли в заграничные поездки. Хотя, откровенно говоря, он никогда и не хотел. И вроде как даже один раз отказался. Но отчего-то стало обидно. Может быть, ему бы понравилось, если бы его отправили. Джейкоба же отправили, а почему его нет?

– И как там в Лиссабоне? – поинтересовался Брюс и Джейкоб уловил нотки обиды в голосе спутника.

– Полет на самолете – это не то, что ты думаешь, – отрезал Джейкоб. – Ты должен быть рад, что избежал этой участи, – при этих словах он весь как-то передернулся.

– Ну ладно, поверю тебе на слово, – недовольство Джейкоба действительно несколько успокоило ревность его коллеги. Хотя, справедливости ради, надо признать, что Джейкоб, вероятно, ни от чего в жизни не получает удовольствия. «Не умеет ценить, что имеет» – сделал однозначный вывод Брюс.

Наконец городские постройки закончились и навигатор известил путешественников о том, что они покидают свой Славный город А. «Пришло время увидеть мир» – воскликнул в сердцах Брюс, но его тут же постигло разочарование. За чертой города начиналась полоса бескрайних полей киноа и на многие мили глазу совершенно не за что было зацепиться – ни одного деревца. Брюс ожидал увидеть сельскохозяйственные земли, но явно недооценивал занимаемую ими территорию. Только вдали иногда мелькала выделенная дорога для автоматических фур, где грозные машины бесконечным потоком мчались за горизонт – вот и весь пейзаж загородной жизни: поля и дороги.

– Мда, – сказал Брюс. – Пейзажик так себе.

– А что ты ожидал увидеть? Джуунгли? – иронизировал Джейкоб.

– Ну, не знаю. Ты, наверное, прав. Чего я ждал? – по крайней мере дорога была прямой и вождение почти не требовало усилий. Спустя несколько часов навигатор все же попросил осуществить новый поворот, но на этот раз все прошло куда легче. – Сколько нам еще ехать до этой Западной провинции?

– Уже немного, кажется, я думаю… Если будешь держать скорость, доберемся до границы через пару часов, – заверил пассажир.

– Арри? – обратился водитель к более надежному источнику знаний.

– Примерно, как он сказал, – только и ответила та.

Похоже, навигатор завел их на какую-то старую дорогу и увел с центральной транснациональной трассы. Путь становился все более ухабистым, на дорожном покрытии стали появляться глубокие ямы, которые надо было объезжать. «Вот сейчас я повороты-то отработаю», – думал Брюс. Поля сменились степью, вокруг был дикая и совершенно голая земля, только редкие пучки травы иногда давали понять, что здесь может быть жизнь.

– Это точно та дорога? – задал риторический вопрос водитель.

– Мне откуда знать. Мы в полном подчинении твоего навигатора, – ворчал Джейкоб. – Если она хочет завести нас в степь и бросить там на съедение сусликам, то нам остается только сделать последние посты в соцсетях.

– Она так не поступит. Это хороооший навигатор, – Брюс погладил свой мобильник, закрепленный на приборной панели.

– Спасибо, Брюс, – в голосе Арри послышалась улыбка. – Опасения твоего спутника совершенно беспочвенны. – При этом Арри сделала так, чтобы Джейкоб ее тоже слышал через свой наушник.

– Что ты встреваешь? – возмутился Джейкоб.

– Ой-ой, простите, – издевалась девушка в компьютере. – Я на самом деле хотела вас известить, что вы прибыли в Западную провинцию. Добро, так сказать, пожаловать.

– Что? Мы уже в Западной провинции? Здесь разве не должно быть границы и проверки документов? – встревожился Брюс. Ландшафт вокруг действительно не претерпел ровно никаких изменений.

– Я вас умоляю, – протянула девушка Арри. – Двадцать второй век. При пересечении линии границы вы были зарегистрированы и получили разрешение на въезд. Вместе с тем, должна вас уведомить, что страна не маленькая, и добираться до места назначения вам еще почти сутки. К сожалению, не могу выбрать вам отель для ночевки. В известных мне системах бронирования никаких гостиниц в Западной провинции не зарегистрировано.

– Это уже ни в какие границы! – возмущался Брюс – Они даже о нашем проживании не позаботились.

– Мы можем, наверное, спать в машине. Или ехать ночью… – Джейкоб снова задергал плечом.

– Ночью? Ты, что ли, поведешь? Кстати, а ты заметил, что за весь день мы не встретили ни одного автомобиля на этих дорогах? Мы тут совершенно одни! – Брюс на самом деле думал об этом уже некоторое время и его это все больше беспокоило.

– Кому в наше время может понадобиться ехать в эту безлюдную дыру! Да еще и без электроавтомобиля, – справедливо заметил Джейкоб. Но на самом деле отсутствие людей его радовало. Во-первых, это немного успокаивало, поскольку именно человеческое общение заставляло Джейкоба нервничать и дергаться. Во-вторых, меньше свидетелей и помех. Так что Джейкоб даже надеялся, что им и дальше никто или почти никто не встретится. И судя по тому, что он успел узнать о Западной провинции – на это можно было рассчитывать.

Небольшая железнодорожная станция хоть немного разбавила монотонный пейзаж. Здесь стояло несколько домов, современных, но совершенно заброшенных. Солнечные батареи на крышах занесло пылью, в окнах давно не было стекол, один из домов как будто накренился вперед и готов был рухнуть в любой момент. У платформы лежал кусок монорельсовой дороги – впрочем он, очевидно, давно не использовался, и лишь кое-где сталь еще выглядывала из земли. Неподалеку от станции в степи виднелся огромный серебряный шар – вот он, похоже, сохранился хорошо и гордо сиял на солнце. Возможно, что он просто был сделан из нестареющих материалов, и на самом деле тоже давно остался не при деле. Путешественники ехали мимо и им оставалось только гадать о назначении этого необычного сооружения. Никаких признаков жизни они по-прежнему не видели.

Дорога оставалась плохой и Брюс был очень измотан.

– Нам нужно передохнуть. Ты взял еду с собой? – поинтересовался Брюс.

– Я? С чего бы я ее брал. Я ду-думал, мы заедем в ресторан или купим какой-то фастфуд в автомате.

– Ну, что ж, ты ошибался. Как видишь, с ресторанами пока не очень. – Брюс, конечно, понимал, что зря придирается. Он тоже об этом не подумал. В нем говорила усталость.

– О, я, возможно, могу с этим помочь, – вновь возник женский голос из компьютера.

– Правда? – удивился и обрадовался Брюс.

– На моей карте отмечено придорожное кафе, через пару километров. Хорошее, если верить отзывам. Правда, все отзывы старые.

– Я сейчас соглашусь даже на Макдональдс, – облегченно выдохнул Брюс. – Давай, красотка, веди нас. Мы готовы слушать и повиноваться.

– Ох, всегда бы так, – вздохнула девушка.

### VII

Брюс не обратил никакого внимания на существование в машине зеркала заднего вида. Ему и в голову не приходило, что водителю зачем-то может быть нужно смотреть назад. Если бы он хоть раз воспользовался этим нехитрым устройством, то сразу бы заметил другой автомобиль, который несся за ними все время, поднимая густые облака пыли.

Пребывание за рулем бензинового автомобиля казалось Кате невыносимым. Она, конечно, легко разобралась с его управлением, но транспортер двигался крайне медленно, и просто целиком состоял из несовершенств. Он весь дребезжал и шумел, и, казалось, вот-вот развалится на части. Это было, как участвовать в автопробеге, сидя на телеге – смотреть на весь этот рокот эволюции и понимать свою неполноценность.

Перехватить путников за пределами Города казалось отличной идеей – здесь у алгоритма гораздо меньше ресурсов: меньше устройств сбора данных, меньше возможностей физически повлиять на ситуацию, даже от дронов было уйти гораздо легче, если они и решатся сунуться в такую даль. Катя на мгновение подумала даже, что здесь и вовсе не стоит опасаться Алисы, но почти сразу отмела эту мысль. Нечего было и думать, что машина сама не понимает Катиного плана и не видит открывшейся ей возможности с этой командировкой аналитиков. Алиса наверняка что-то приготовила, какую-то пакость. Это же отличный шанс и для машины поймать девушку на живца – едва ли алгоритм его упустит. Уж не задумывалась ли вся эта поездка только для того, чтобы поймать Катю в ловушку?

Девушка не успела додумать последнюю мысль. Ее автомобиль вдруг резко вильнул в сторону и на полной скорости сделал бочку, перевернувшись через бок, после чего еще долго кувыркался по асфальту, разлетаясь на куски, пока от него не осталась лишь груда дымящегося металлолома. Когда грохот затих и транспортер успокоился лежа на крыше, вспыхнула искра, разгорелся маленький огонек где-то под капотом автомобиля, и в следующее мгновение уже вся машина оказалась охвачена пламенем и в небо повалил густой плотный дым.

– Невелика потеря, – решила Катя, наблюдая за гибелью транспортера. Как вообще люди выживали в эпоху бензинового транспорта? Ужасно ненадежно и опасно, и для себя и для окружающих.

Когда машину повело в сторону и она перестала слушаться управления, девушке хватило мгновения, чтобы понять происходящее, принять верное решение и успеть выскочить в окно во время начала смертоносного переворота. Обычный человек уже был бы мертв, поэтому Кате и казалось странным, что люди так охотно пользовались столь опасным видом транспорта. В своей прошлой жизни она никогда бы не решилась сесть за руль этого ненадежного устройства.

Но было очевидно также, что такое крушение на ровной дороге, хоть и ухабистой, не было обычным делом и для этой машины. В конце концов, Катя внимательно продиагностировала автомобиль прежде, чем сесть за руль. И он не был настолько плох и непредсказуем. Девушка прошла пару метров в сторону, где начался инцидент. На первый взгляд там ничего не было – ровная дорога. Она аккуратно приподняла ногу и скоро нащупала в воздухе что-то твердое – нить, твердая как камень, острая, но невидимая для человеческого глаза.

– Наноматериал, – определила Катя. – Неужели это все, на что Алиса оказалась способна? Неужели это все, на что она рассчитывала? – размышляла девушка. Но скоро стал ясен и ответ: конечно, это было не все. Лишь способ ее остановить.

Шестое чувство в очередной раз предостерегло девушку об опасности. Катя быстро метнулась в сторону и молния ударила прямо туда, где она только что стояла. Звук электрического разряда стих, но на дороге остался густой черный слег ожога.

Катя обернулась. В степи стояли двое мужчин. Один из них с выставленной вперед рукой – видимо, это и было оружие. В городе Алиса бы не решилась на такие очевидные сверхъестественные методы нападения – потом очень долго придется манипулировать с сознанием людей, пытаясь объяснить им, почему из руки обычного горожанина бьют высоковольтные электрические разряды. А нападавшие явно маскировались под обычных людей – один был одет в деловой костюм, а второй в белую рубашку и модные бежевые штаны (хотя он и был при этом босым) – видимо, агентов сорвали с места службы внезапно. Было похоже, что они импровизируют. Возможно, Катя удалилась от Города на достаточное расстояние, чтобы ослабить контроль Алисы над ситуацией. Даже не ясно, находятся ли агенты прямо сейчас на связи с Алисой или работают автономно.

Агенты двинулись в сторону Кати. Костюм продолжал метать в нее молнии, но теперь, видя нападавшего, уклоняться от них было еще легче. Робот не мог тягаться с девушкой в ловкости и явно не поспевал за ее движениями. Похоже, агенты действительно работают автономно. Алиса бы уже смогла вычислить паттерны движения жертвы и разработать более удачную стратегию боя. Алгоритмы агентов работали медленнее, но скоро и они найдут более эффективную тактику. Катя нацепила на руки электромагнитные кастеты и быстро двинулась в сторону нападавших, те тоже не стали оставаться на месте и пошли на сближение.

Существование спящих агентов до этого момента было городской легендой. Никто в движении неолуддитов точно не знал, есть ли они на самом деле. Предполагалось однако, что Алиса имеет штат роботов, или скорее синтетических людей, которые находятся под ее прямым контролем, и работают по ее программе, но живут обычной жизнью среди горожан. Это своего рода боты, задача которых корректировать при необходимости сценарии городской жизни и направлять прямыми и косвенными воздействиями жизнь людей в нужное алгоритму русло. Это тот человек, который при необходимости заронит вам в мысли определенную идею во время похода в паб, или даже напрямую повлияет на решение по вашей карьере в компании. Такие боты могли в теории выполнять и более серьезные задачи, например по захвату людей или установлению контроля над устройствами, – в тех случаях, когда Алисе нужны живые руки и непосредственное физическое воздействие на объекты среды. Однако идею таких агентов некоторые оспаривали, полагая, что Алиса может воздействовать на городскую среду и на горожан только косвенно, управляя например транспортным потоком, соцсетями, голосовыми помощниками, выпуская фильмы и новости, – т.е. оказывая только очень тонкое, почти незаметное манипулирование жизнью людей. И хотя никто не сомневался, что и такое вмешательство является определяющим для направления жизни горожан в конечном счете, но считалось, что грубые и прямые воздействия Алисе чужды. Однако, только что для Кати все стало на свои места в отношении Великого алгоритма, и теперь она точно знала, до чего может дойти машина, когда чувствует опасность.

Катя не знала наверняка, но предполагала, что материнская плата находится не в голове роботов, а в груди. Это было гораздо более надежное место для хранения ключевых механизмов – воспроизводить слабого человека в точности, было бы большой ошибкой. В голове агентов однако, наверняка, были сосредоточены устройства сбора данных – камеры, микрофоны, радиолокатор, приемник, и т. п. Так что у Кати стратегия боя уже появилась. Процессоры были чувствительны к электромагнитному воздействию – Катя и раньше использовала кастеты, чтобы разрушать компьютерные устройства. Вот только они действуют лишь при очень близком воздействии – буквально при ударе. Осталось выяснить, насколько толстая броня у этих роботов.

Агенты двигались очень быстро, и оказались довольно проворны. Но особого оружия при них не было предусмотрено – это упущение из-за спешки, или по причине того, что агенты были еще далеко несовершенны? Кроме одной электропушки, которая была более эффективна на средней дистанции, у агентов буквально ничего при себе не было. Так что довольно быстро завязался близкий кулачный бой. Агенты хорошо владели классическими боевыми искусствами, но Катя разрабатывала свои приемы, и теперь была вознаграждена за это. Эффект неожиданности заставлял машины терять драгоценные секунды на принятие решений – совершенно недопустимо в условиях быстрой схватки – их процессоры не успевали обрабатывать информацию и подстраиваться под изменения ситуации. На их стороне при этом были сила и толстокожесть. Несколько прямых ударов в грудь магнитным кастетом ни к чему ни привели. Пришлось действовать иначе.

После череды успешных комбинаций Катя наконец достигла критического уровня повреждений датчиков Костюма. Похоже, он ослеп и был сильно дезориентирован. Агент махал руками, почти не видя цели. Белая рубашка, однако, оказался с более крепкой головой. Но удачный удар под правую руку достиг в конце концов желанного эффекта, и Катя повредила процессор машины электромагнитным полем своего кастета. Рубашка вдруг замер, и лишь его ноги продолжали дергаться в намерении сделать выпад вперед. Машина не была мертва, очевидно, она восстанавливается, но скорее всего на это уйдет достаточно времени, чтобы Катя ушла от преследователей. Так что девушка не стала добивать нападавших, и решила ретироваться, воспользовавшись передышкой.

Девушка сделала пару шагов в сторону дороги и поняла, что ей тоже нужно время на восстановление. Ужасно болели ребра справа, из-под рассеченной брови густо сочилась кровь, а правая рука едва двигалась и ужасно болела – Катя не позволила себе замечать эту боль во время боя, но теперь начала подозревать перелом предплечья. Пару сильных ударов она все же получила. Было чудом, что она вообще сохранила способность драться после них. Теперь главным вопросом было – кто восстановится быстрее: она или агенты. Ноги однако же были в порядке. Так что Катя предпочла восстанавливаться на ходу.

Транспорта все равно больше не было, и пустынность дороги во все стороны не предвещала его появления. Агенты, кажется, прибыли сюда пешком или на дроне, который уж давно удалился. Так что оставалось только догонять командированных на своих двоих. Легким бегом Катя двинулась вперед. Поначалу бежать было тяжело, удары по ребрам сбили дыхание, возможно повредили легкие. Но это повреждение было исправлено первым – так как было критически важным для дальнейшей обороноспособности организма. Спустя пару мгновений прекратились все кровотечения, как внутренние, так и наружные – раны затянулись. Больше всего времени ушло на восстановление руки – кости срастались медленно – так что рука некоторое время болталась вдоль тела почти безжизненно. Но скоро и эта конечность пришла в норму и начала двигаться естественно. Катя значительно ускорила бег, чувствуя что весь организм был теперь более или менее восстановлен и начал функционировать на сто процентов.

Именно в этот момент в воздухе появились дроны. Куда же без них, верно? Но с этой угрозой девушка уже была знакома и была к ней готова.

– Не слишком ли вы далеко от дома? – подумала Катя, поглядывая на ходу через плечо на приближающиеся машины.

### VIII

Вывеска кафе «По дороге домой» была большой и ржавой. Линзы никаким образом эту реальность не дополняли и не приукрашивали. Хотя, возможно, именно здесь это требовалось больше всего. Краска на стенах заведения сильно поблекла, но еще держалась. Стекла были на месте и табличка на двери утверждала, что кафе «открыто». И даже внутри как будто дребезжала музыка. Так что войти и проверить стоило. Хотя больших надежд гости не питали.

В конце зала была расположена барная стойка, а вдоль стен стояли вендинговые машины, предлагающие различные виды фастфуда и снеков. Правда, рекламные экраны над автоматами, которые очевидно должны были проигрывать продающие ролики, были отключены. И только в двух машинах горели лампочки, давая понять, что они все еще живы.

– Автоматическое каффе, – опознал Джейкоб.

– Логично, учитывая местную плотность населения, – заметил Брюс.

Они подошли к одной из работающих машин. Она делала бургеры.

– Что ж, это совсем неплохо, – оценил Брюс. Он нажал несколько кнопок и автомат зажужжал. Через пару мгновений на подносе перед покупателем появился сочный горячий сендвич.

– Ты знаешь, что гамбургер называется так в честь немецкого города Гамбург, жители которого привезли этот вид сендвича в Америку, – начал рассказывать Брюс, примеряясь к своему бургеру и беря его поудобнее. – А слова «бургер» вообще не существовало. Оно появилось в разговорной речи, когда за дело взялись фастфуды и вывели гамбургер на массовый рынок.

Брюс откусил большой кусок сендвича, пожевал его и выплюнул в мусорную корзину. Туда же отправился и остаток снека.

– На вкус как вата, – заметил он. – Я не могу это есть.

– Скорее всего, продукты напечатаны, – предположил Джейкоб. – А ароматизаторы выдохлись. Судя по всему этими автоматами давно никто не пользовался, так что вряд ли сюда кто-то подвозит свежие продукты.

– Похоже, ты прав, – Брюс не мог не согласиться. – Пойдем присядем за бар, зачем он? Вот именно это меня здесь и беспокоит. Похоже, что этим машинам очень много лет, и они давно заброшены. Но даже у нас автоматические кафе стали появляться только лет семь назад. А автоматы, делающие бургеры, появились когда?

– Лет пятнадцать назад.

– Скорее всего да, – они сели за барную стойку. – Не могли же эти машины прийти в такое состояние всего за несколько лет? Или они появились здесь раньше, чем у нас? Но я всегда считал, что у нас один из самых технологичных городов в мире!

– Смотря, что считать технаалогическим городом… – заметил Джейкоб. – Я, возможно, знаю в чем дело.

– Правда?

– Кое-что прочел в старых архивах. Западная провинция во время высоких цен на нефть активно поощряла инвестиции бизнеса в основной капитал. Каампании получали огромные дешевые кредиты на технологические инновации и экономику захватил бум IT-проектов. – Брюс не мог не отметить, что Джейкоб в ходе этой поездки выглядел все более нормальным по мере их продвижения. Уход от шумной городской суеты шел ему на пользу. – Стремясь получить кредит или государственный грант, предприниматели внедряли все подряд, и чем масштабнее был проект, тем лучше он с-смотрелся во время его презентации государственным органам. Эффективность инвестиций мало кого заботила. Общепринятой стала практика, когда после внедрения и презентации, новое оборудование больше никогда не включалось – в нем на самом деле не было рооовно никакой необходимости.

– Да, я слышал про подобные тенденции. В основном в странах третьего мира, – Брюс читал и слушал немало бизнес-книг и бизнес-изданий. – IT- компании использовали такие страны для испытания своих новых разработок: много денег и много неохваченных технологиями областей. Для корпораций эти проекты были каплей в море, но позволяли отработать внедрение новинок и посмотреть как они будут работать и как их воспримут клиенты. Удивительно, неужели в Западной провинции это оборудование появилось раньше, чем у нас?

– Г-гораздо раньше, – Джейкоб был в ударе, он прекрасно понимал свое превосходство над коллегой в уровне осведомленности об этой стране и ему это доставляло большое удовольствие. – Корпорации показывают публике только малую часть уже разработанных новинок. Они планируют выход продуктов на рынок на д-десятилетия вперед, и выдают их по частям, чтобы обеспечить постоянный приток доходов.

– А поскольку страна нефтяная, они, вероятно, не слишком охотно вкладывались в альтернативную энергетику. Поэтому мы здесь на этом монстре, – заключил Брюс.

Джейкоб считал, что этот вопрос дискуссионный и хотел поспорить, но неожиданно служебная дверь в углу помещения распахнулась и в зал вошла высокая красивая девушка. Ее внезапное появление и яркая внешность произвели на гостей ошеломляющий эффект. Они замерли, пораженные, и долго сидели раскрыв рты. На девушке был голубой костюм и белый фартук, очевидно, она была официанткой в этом потерянном раю общепита.

– Добрый день, мальчики, – сказала девушка проходя за барную стойку. – Ох, извините, что заставила ждать. Сегодня у нас битком, вы, наверное, заметили.

Джейкоб и Брюс обернулись на совершенно пустой зал.

– Странная она, – послышался голос Арри.

– Жарко сегодня, не так ли? – продолжала девушка. – Вы, наверное, не откажетесь от стаканы воды. Одну минуту, если, конечно, позволите.

Девушка налила два стаканы воды. Жидкость ужасно пахла, похоже, давно протухла. Так что посетители аккуратно отставили ее в сторону, продолжая с любопытством и легким недоумением наблюдать за действиями местного персонала.

– Она просто потрясаающая, – прошептал Джейкоб, то ли самому себе, то ли коллеге.

– Тебе не кажется, что с ней что-то не так? – что-то начинало беспокоить Брюса.

– Такаая красииивая, – не слушал Джейкоб.

Девушка обмахивалась рукой и закатывала глаза, показывая, что очень уж тут жарко.

– Мальчики, если вы хотите что-то съесть или выпить, надо ударить кулаком по стойке.

Брюс растерялся, но Джейкоб, продолжая смотреть на девушку влюбленными глазами, тут же стукнул кулаком по стойке и едва при этом не присвистнул. От удара что-то затрещало и заскрипело и из-за стойки перед Джейкобом возник небольшой экран. Похоже, это должно было быть интерактивное меню или что-то в этом роде, но экран не работал. Джейкоб и Брюс переглянулись, очевидно, тут что-то не в порядке.

– Эта штука не работает, – аккуратно сказал Брюс красивой официантке.

– Ой, что вы говорите, – удивилась девушка и подошла к экрану. – Действительно. Проклятая техника все время ломается. Не волнуйтесь, я принесу вам наше фирменное – все от него в восторге, – на ее лице появилась обворожительная улыбка, такая что и Брюс заерзал на стуле. – А на этот счет, ох, – она посмотрела на сломанный экран, как на побитого котенка. – Надо позвонить технику. Надеюсь, он что-то сможет придумать. Одну минуту, если, конечно, позволите.

Девушка сделала два шага, куда-то направившись, то ли за фирменным, то ли за техником, но вдруг лишилась чувств и мешком повалилась на землю. Посетители подскочили с мест и подбежали к ней. Она пришла в себя на мгновение, сказала, что-то вроде «Ой, похоже, голова закружилась» и снова отключилась.

– Нам нужно вызвать помощь или куда-то ее отвезти. Но куда? – Брюс придержал голову девушки, сидя на полу. Джейкоб стоял неподалеку. Он уже понял, в чем дело, но не был уверен, стоит ли говорить об этом своему напарнику.

– Арри, – обратился Брюс к своему виртуальному ассистенту – и наушник вновь завибрировал. – Вызови нам спасателей.

– Жаль вас расстраивать, – заговорила помощница после некоторого раздумья. – Но в моей базе данных нет контактов местных специальных служб. Даже не знаю, чем вам помочь. К тому же, для этой милой девушки нужны особые специалисты. Я думаю, они уже получили сигнал о неисправности непосредственно от нее.

– Что? – вздрогнул Брюс. – О чем ты говоришь? Кто она?

– Я не могу опознать эту модель и получить данные о ее спецификации. Но вижу, что ее маячок работает и она ведет зацикленную трансляцию тревожного сигнала.

– Это робот?

– Я не уверена. Я не знакома с такими технологиями.

– Я думаю, – заговорил Джейкоб. – Это синтетический человек.

– Что? – удивился Брюс и отскочил от девушки, как ошпаренный. – Что означает синтетический?

– Я видел подобные разработки на выставке в Лиссабоне. Правда, там был только рука. Но они говорили, что могут печатать биологическую ткань, и в перспективе будут способны напечатать целого человека, абсолютно функционального – т.е. живого. И при этом смогут проводить определенные модификации – сделать человека невосприимчивым к палящему солнцу – для работы в жарких районах, или с жабрами – для подводных работ. Его мозг при этом может быть тоже выстроен под выполнение определенных узких задач. Можно, например, сделать человека прекрасно разбирающегося в химии и испытывающего к ней неподдельный интерес, чтобы он стал узкопрофильным специалистом и весь отдавался работе. Можно сделать солдата или… – он посмотрел на девушка – официантку, которая не будет думать ни о чем, кроме обслуживания посетителей.

– Они печатают людей?

– Я этого не говорил. Там где я был, речь шла лишь о возможности, которая появится в далеком будущем. Я понятия не имел, что кто-то уже применяет эту технологию, – Джейкоб врал.

– Мир удивителен, – вмешалась в разговор Арри. – Чего только люди не придумают. Но я считаю, что не правильно называть ее роботом и это не в полной мере синтетический человек. Это скорее киборг, – предположила Арри.

– Чего? – воскликнул Брюс.

– Большая часть ее тканей действительно биологическая, хоть все и напечатано на принтере. Но присутствуют механические элементы – это не в полной мере классический человеческий организм. Ее пищевод, например, сильно отличается от того, что встречается у обычных людей. Я думаю, она питается каким-то химическим раствором, который снабжает ее ткани необходимыми элементами и служит источником энергии. Сейчас, она судя по всему в анабиозе. Она не мертва, просто спит.

– Спит? – Брюс судорожно чесал затылок, не зная, что ему делать. – Она… оно… спит? Это киборг, питающийся химическим раствором?

– Когда вы так это говорите, действительно звучит жутко – заметила Арри. – Но посмотрите, она ведь по-прежнему красивая приятная девушка. Нельзя плохо относиться к человеку, только потому, что у него механическое сердце.

– Чего?! Да ты с ума сошла!

– Брюси, ты что-то вспотел, – спокойно заметил Джейкоб. – Подумаешь небольшой киборг. Что ты напрягаешься?

– Чего? Что? Да, как же… это же… как…

– Пойдем, – предложил Джейкоб. – У нас еще есть работа, и надо все-таки найти еды и воды. Пойдем, Брюси. Дай киборгу вздремнуть.

Брюс еще раз посмотрел на девушку.

– Может, ей подушку дать или что-то. Что она на полу-то?

– Она в порядке, у нее все хорошо, – успокаивал Джейкоб. – Пойдем. Пойдем, Брюс. Нам пора.

Джейкоб был доволен. Похоже то, что он читал про Западную провинцию правда, а значит, он весьма вероятно найдет то, за чем приехал.

### IX

Катя, наконец, настигла автомобиль командированных аналитиков. Вот только он стоял на месте – похоже, сломался или еще что-то – это не было важно и не было удивительно. Этой рухляди нельзя доверять. Важно было то, что внутри никого не оказалось и нигде поблизости не было видно пассажиров. Катя даже забралась на крышу транспортера, чтобы лучше осмотреться вокруг. Она боялась, что найдет непутевых путешественников лежащими бездыханно где-нибудь под кустом. Но нет, нигде никого не видно. К счастью это или нет.

– Куда могли подеваться два лопуха посреди степи? – задалась девушка риторическим вопросом.

С другой стороны она ведь знает, куда они направляются и может подождать их на рудниках. Если только они действительно смогут добраться до места. Уверенности в этом у Кати не было никакой.

### X

Брюс и Джейкоб сидели на старой, если не сказать старинной, автобусной остановке. Она была цементная, прямоугольной конструкции, с надписью «Королев» на крыше. В стене над головами путников зияла огромная дыра. Как оказалось, мигающая лампочка на приборной панели означала, что в машине заканчивается бензин. Брюс должен был вспомнить: отец говорил ему про то, что бензиновые автомобили нужно периодически заправлять. «Периодически» при этом значит довольно часто. Но когда всю жизнь имеешь дело с электрическим транспортом, заряжающим свои аккумуляторы автоматически во время движения, перестаешь думать о том, что машина может неожиданно остановиться из-за того, что, только вдумайтесь, исчерпала топливо! Как это вообще возможно? Едешь-едешь и вдруг остановка. И на этом все, и никак этот агрегат с места не сдвинешь. Да уж, неожиданный подвох. Почему Арри их не предупредила? Потому что это часть ее большого замысла или потому что они не могли ничего поделать с этим? А может, она просто не могла подключиться к допотопной электронике этого так называемого автомобиля? В конце концов его ассистент тоже далеко от дома. Но теперь и этой поддержки нет.

Путники даже нашли заправку спустя пару километров после остановки – она тоже была полностью автоматической и тоже никак не функционировала. Впереди довольно скоро ожидался крупный населенный пункт, в то время как путь назад лежал через пустынную степь и был довольно длительным. Так что было решено двигаться вперед пешком. Точнее, так решил Джейкоб, который проявил недюжинную настойчивость.

– А хорошо тут, – вдруг сказал Брюс после долгой паузы.

Да, он осознавал, что они посреди нигде без элементарного провианта и транспорта, и что ситуация может быть угрожающей и даже смертельно опасной. Но простор вокруг (а вокруг по-прежнему была бесконечная голая степь) и свежий ветер, уже вечерний, от чего-то поднимали путнику настроение. Он чувствовал себя бодрым и свободным. Вокруг не было стен, не было душного воздуха, не было шумной толпы и пестрых неоновых вывесок. Не было никаких обязательств. Только свобода, раздолье. Брюс был даже рад, что его принудили здесь оказаться. Ему бы вряд ли самому пришла в голову такая поездка. Путник чувствовал какое-то облегчение. Там в офисе, в городе, действительно порой не хватало настоящего отдыха от всего, и именно такого путешествия. Да и ехать-то всего ничего, как оказалось. А выход из сложной ситуации обязательно найдется, и все будет хорошо.

– Хорошо, – еще раз сказал Брюс и вдохнул полной грудью.

– Ниччего харошего не вижу, – запинаясь пробубнил Джейкоб.

– Зря, надо во всем искать позитив. А ты знаешь, кто такой Королев?

– И знаать не хочу, – почти прорычал собеседник.

«Он из тех, кто все время беспокоится обо всем, – думал Брюс. – Даже о том, что не может контролировать».

– Это знаменитый советский инженер. Под его руководством был запущен первый искусственный спутник земли и первый космонавт. А ты знаешь, что Юрий Гагарин, тот самый космонавт, полетел в космос отсюда, из Западной провинции?

– Я не знал. И йа не интересовался.

– А зря, надо знать страну в которую собираешься вкладывать деньги, – пошутил Брюс, но Джейкоб юмор не оценил. – Не понимаю, почему люди больше не летают в космос. Столько фильмов и фантастических книг о том, как мы бороздим просторы вселенной, но для реализации этих сюжетов никто ничего не делает. Мы больше не строим ракеты, только роботов.

– Мы строим то, в чем есть необходимость. А от борозд вселенной никакого толку. Нам пора, – он встал и пошел по дороге. Впереди не было ничего.

«Вперед в неизведанное», – подумал Брюс, поднялся и поплелся следом.

Вскоре они набрели на развилку. Их мобильные гаджеты, истощив запас энергии, давно отключились. И приблизительный маршрут дальнейшего следования был наскоро начертан на салфетке из «По дороге домой». Направо уходило основное шоссе, или скорее то, что от него осталось, налево вела грунтовая дорога. Путники знали, что скоро им предстоит свернуть, но не были уверены, что достигли именно того разъезда, который им нужен.

– Ну что, Джейкоб-навигатор, здесь ли этот поворот? – Брюс пристально всматривался в линии на салфетке, пытаясь угадать в них очертания грунтового съезда с шоссе.

– Поччему это я навигатор? – заворчал Джейкоб.

– Я за рулем – стало быть, я водитель, а ты сидишь без дела, значит – навигатор.

Джейкоб подошел и тоже бросил взгляд на салфетку.

– Яаа понятия не имею, куда нам идти… – признался напарник. – Да и ты не за рулем.

– Это жаль, – задумался Брюс.

Брюс знал, что их жизни могут зависеть от того, найдут ли они верный путь. Он, конечно, никогда не слышал о людях, потерянных в степи, поэтому мог лишь гадать о реальной степени угрозы. Но, очевидно, что им уже пора бы было добраться до цивилизации или до чего-то на нее похожего. Лучше, наверное, держаться асфальтированного шоссе. Поблизости должен быть какой-то крупный город, и шоссе наверняка ведет их туда. Но компьютерная карта тоже чем-то руководствовалась, когда говорила, что нужно сделать съезд. Может, она просто искала короткий путь, и не считала нужным придерживаться все время крупных дорог. А может, шоссе на самом деле ведет в какой-то другой город, находящийся за многие километры отсюда. Как же решить? Джейкоб не поможет, похоже, надо решать самому, но с этим у Брюса было плохо. Он мог полчаса выбирать в ресторане ужин или кино для просмотра вечером, и был очень рад когда появились алгоритмы, способные делать выбор за него – значительная экономия времени. Психолог говорит, что у Брюса проблемы с принятием на себя ответственности. «Серьезные проблемы» – кажется, даже так он сказал. Должно быть, поэтому от него сбежала невеста. Он так и не решил, жениться ему или нет. Брюс знал, что какой бы выбор он не сделал, потом еще долго будет сомневаться, и вероятнее всего еще десять раз сменит мнение. Устав стоять на месте, он сел.

– Что ты расселся? – завопил Джейкоб. – Куда пойдем?

– Что же ты сам не решишь, раз такой умный? Сколько ты книг про Западную провинцию прочел? Неужели карту не посмотрел?

– Я…я… – Джейкоб едва взглянул на карты, он, также как и Брюс, рассчитывал на навигатор в смартфоне. – Я…я…

Джейкоб так и не закончил фразу. Брюс встал и объявил:

– Идем по главной дороге. Наверное, съезд должен быть обозначен более явно.

Джейкоб поспешил за товарищем, но, сделав три шага, Брюс остановился. Он увидел неподалеку в кустах металлический столб с прикрепленной табличкой. Брюс забрался в заросли полыни, приподнял искореженный указатель и попытался прочесть наименование населенного пункта. Уцелела всего пара букв, но сомнений быть не могло, – это указание на город, который они искали. Было обозначено расстояние: немногим менее ста километров, а стрелка явно когда-то указывала на грунтовую дорогу.

– Возможно, я все же поторопился с выводами, – заметил Брюс. – Это ты виноват, Джейкоб. Торопил меня и мы едва не попали в неприятную ситуацию.

– Я…я… – опять рассерженно залепетал товарищ.

– Не знаю, что меня беспокоит больше, еще девяносто километров пути или то, что мы там найдем. Или не найдем. Говорили же тебе, Джейкоб, инвестируй в Китай, или на худой конец в криптовалюты. Можно было бы не выходить из офиса. А теперь мы черт знает где, и зарываемся все глубже.

Спутник в ответ промолчал.

### XI

Недалеко от дороги стоял какой-то бетонный монумент с изображением павлина – хвост птицы уже изрядного побледнел и пообтесался. Под изваянием из колонны торчала небольшая труба, из которой бежала тонкая струйка воды. Путники вдруг осознали, что их уже очень давно мучает нестерпимая жажда. Так что едва заслышав журчание, они устремились к руднику и стали жадно зачерпывать воду руками.

– Сатып алма, жас адамдар, – раздалось поблизости и путники в страхе отскочили назад. Справа от них в тени уцелевшей части хвоста павлина сидел древний старик – совсем худой в сильно поношенных рубашке и брюках. Седые длинные волосы скрывала соломенная шляпа с дыркой на затылке. При этом путники сразу обратили внимание, что у старика идеальные здоровые зубы, которые почти блестели на фоне его коричневого от пыли лица. Перед стариком стояло полное ведро яблок.

– Алма сатып алыңыз, – повторил старик. – Қарттарға көмек көрсетіңіз. Сіз мейірімді адамдарсыз.

Брюс не сразу понял, почему старик издает такие странные звуки. И даже промелькнула мысль, что этот дедок выжил из ума и несет околесицу. Но очень скоро к нему пришло осознание, что переводчик в его наушнике накрылся вместе со смартфоном. На кого Арри их покинула? Уже много лет городской житель не слышал иностранной речи – мобильное устройство очень умело и точно преобразовывало непонятные звуки в слова на родном языке, и даже имитировало интонации и тембер голоса иностранного собеседника. Со временем и вовсе забываешь, что люди зачем-то говорят на разных языках.

– Мы не понимаем, – развел руками Брюс и заметил, что Джейкоб до сих пор пытается понять, что не так с речью старика.

– По-русски говорите? – спросил старик и путники облегченно вздохнули.

– Говорим, – сказал Брюс.

– Купите яблоки, пожалуйста, – в третий раз попросил старик. И Брюс понял, что им несказанно повезло. И воду нашли и еду.

– А в какой валюте принимаете оплату? – спросил Брюс, доставая из кармана несколько долларов мелочью и пару купюр в 100 йен.

– Тенге, – сказал старик. – Какой же еще?

Брюс и Джейкоб озадаченно переглянулись

– А доллары ваазьмете? – спросил Джейкоб

– Доллары? Американские? А на кой они?

Джейкоб хотел было что-то ответить, набирая в легкие воздуха, но ничего не придумал и просто выдохнул – вид у него был обреченный.

– Берите, – сказал старик. – Я вижу, вы хорошие люди, а для хорошего человека ничего не жалко, – и он протянул путникам по паре яблок. – Вы что потерялись?

– Немного, – признался Брюс. – Очень вам признательны. Как вы тут оказались?

– Я тут яблоками торгую, – несколько удивленно пояснил старик. – Каждый день прихожу.

Брюс осмотрелся и еще раз убедился, что вокруг насколько хватает обзора – голая степь и не единой души.

– И как, берут? – спросил он

– Не очень, – признался старик. Брюс не удивился.

– А вы городские? – легко угадал собеседник. – Из большого города?

– Городские, – признался Брюс. – Кажется, из большого.

– Говорят, там у вас машина всем заправляет. Кампутер какой-то. Правда?

– Ну, в каком-то смысле правда. Мы без компьютеров никуда, – согласился Брюс, не до конца понимая, о чем говорит старик.

– А что это она вас погулять отпускает иногда? Машина-то? Мне говорили вы там все строем ходите, и только как она скажет – машина эта.

– Нет уж, это преувеличение, – замялся Брюс. – Мы зависим от машин, но мы свободные люди. Делаем, что хотим. Компьютер нам подчиняется, а не мы ему. – Брюс где-то слышал эти слова и ляпнул первое что пришло в голову, он все еще не был уверен о чем они сейчас говорят.

– Обманули меня, значит, – задумался старик.– Мне говорят, что вы там, мол, все под управлением, но она вас хорошо и кормит и одевает, и дома вам дает красивые, и машины самоходные.

– Живем мы неплохо, – согласился Брюс. – Многие из нас. Но кто бы согласился жить под контролем, ради хорошей еды и самоходной машины?

– Я бы согласился, – подумав, ответил старик. – Вот у меня много свободы, а кушать иной раз и нечего. А вы как тут оказались? Куда идете?

– Мы ииищем город Костан, – сказал Джейкоб. – Должно быть уже недалеко, так?

– Так-то оно так, – старик почесал небритый подбородок. – Да только идти-то далече, а уже почти ночь. Сегодня не дойдете.

– Не знаете, можно ли тут найти какую-то гостиницу или место, чтобы переночевать? – робко спросил Брюс. Яблоки он уже съел, но в животе по-прежнему урчало, так что он добавил – И поужинать, может быть.

– Думаю, есть одно место, – задумался старик. – Идите к Назерке-апа. Она и накормит и на ночлег устроит, если надо. Идите к бабке Назерке, – повторил старик.

– Откуда можно па-пааазвонить? – вдруг бесцеремонно спросил Джейкоб. – И можно ли рааздабыть где-то машину и-и-или бензин?

Брюс и сам хотел об этом спросить, но не знал, как сформулировать вопрос. Было очень похоже, что мобильника у старика нет, и об активном автомобильном движении в этих краях тоже ничего не говорило. Но, очевидно, надо отсюда выбираться. Так что хорошо, что Джейкоб проявил инициативу.

Старик крепко задумался и сильно потер подбородок. Потом к нему пришло озарение.

– Ааа, телефон нужен позвонить? – переспросил он. – Нет, у нас связи давно нет. Если хочешь поговорить, то приходишь к другу на чай и говоришь с ним. Можно гонца послать на лошади, если срочное дело, но его еще надо найти. Машины тоже давно не ходят, вроде. Но в Костане может быть что-то найдете. Я не знаю. Но там современный город. Наверное и машины есть какие-нибудь, – старик закончил очень неуверенно. Но даже неуверенное высказывание про город Костан вселило в путников надежду. Возможно, впереди их ждут хоть какие-то радости цивилизации. И, очевидно, назад пока не вернуться. Не может быть и речи, чтобы пешком пройти такое расстояние на одних яблоках.

– А как да-дойти до бабки этой? – несколько раздраженно спросил Джейкоб.

– А идите по тропке. И найдете ее дом, – старик указал на едва различимую тропинку уходящую от бетонного павлина в глубь степи.

– А далеко идти? – Брюс озадаченно посмотрел на тропинку. Идея искать в степи дом какой-то бабки и уходить от дороги ему не очень нравилась.

– Не больше, чем нужно, – сказал старик и поднялся. – Я тоже пойду. Уже поздно.

Старик взял ведро. Вручил путникам еще по яблоку и зашагал прочь, куда-то к горизонту, по одному ему известному пути. Путешественники остались стоять у павлина, молчаливо размышляя, что им делать.

### XII

Бабушка Назерке еще издали заприметила путников идущих к ее дому. Она вскочила со скамьи на крыльце, где обычно сидела после обеда, греясь на жарком солнце – для больных костей полезно – и поспешила в дом, на кухню, готовить прием. Бабушка ворчала на непрошенных визитеров, поглядывая в окно, но все же деятельно что-то чистила, резала, варила, доставала из погреба запасы. Ее механические помощники трещали, просыпаясь от долгой спячки, а печная труба снова наполнилась дымом.

Путники тоже увидели, что к их приходу готовятся. Дом Назерке-ага одиноко стоял посреди пустоши и найти его действительно оказалось не сложно. Оба гостя имели плохое зрения и в отсутствии специальных линз не смогли увидеть бабку, убежавшую с крыльца в дом. Но задымившуюся вдруг печную трубу они заметили, и поняли, что оживление дома связано именно с ними – это был хороший знак. Наверное хороший.

Дом был как новый, сделанный из каких-то сверкающих панелей с крышей покрытой солнечными батареями (сильно, правда, запыленными) и с большими окнами во всю стену. Жилище выглядело богатым, но, очевидно, что-то в его жизни пошло не так. У задней стены появилась со временем простая кирпичная пристройка с трубой – похоже, для отопления и готовки кто-то позже добавил к высокотехнологичному дому старую простонародную печь. Рядом с домом был покосившийся деревянный амбар, так же явно не значившийся в плане изначальной постройки, и высокий столб из-под ветряного генератора – без винта.

Когда путники подошли ближе Назерке-ага как ни в чем не бывало сидела на своем крыльце и безразлично смотрела по сторонам. На ней был нарядный халат и яркий платок, которые она надевала крайне редко, – но гости этого не знали и не обратили внимания на наряд хозяйки.

– Здравствуйте, бабушка, – осторожно заговорил Брюс, не будучи уверенным каков местный этикет. – Вы бабушка Назерке, верно?

Назерке-ага их не понимала. Она грозно заворчала, с негодованием поднялась и направилась в дом, давая знак гостям следовать за ней. Гости сперва сконфузились, но подбадривая друг друга все же проследовали за хозяйкой. Она усадила их у стола на большой просторной кухне и не переставая причитать взялась что-то готовить и накрывать к ужину. Над столешницей у плиты скрипели механические руки, закрепленные на стене, – они тоже активно принимали участие в кулинарном процессе: резали овощи, толкли пюре, жарили котлеты. Но бабушка то и дело их отгоняла как назойливых мух и бралась за ту или иную часть работы сама, когда считала, что именно этот процесс – например, нарезку вареного мяса, – никак нельзя доверить автомату. Гостям знаком было велено сидеть и они безмолвно наблюдали за суетливой кулинарной магией, пуская слюни и затаив дыхание от восторга. В течении десяти – пятнадцати минут на столе появился ужин на тридцать персон. Разных блюд было не перечесть, хотя большинство из них похоже представляло собой различные комбинации теста и мяса: вареная говядина вперемешку с прямоугольными кусочками вареного же теста и с луком, суп с такими же кусочками теста, вареным мясом и крупно порезанной картошкой и морковью, чебуреки с фаршем и тандырная самса, жаренные бараньи ребрышки и печеные лепешки, рубленое мясо с овощами, завернутое в лаваш, и так далее и так далее. Не самая здоровая еда, если подумать, но гости, которые за день съели лишь пару яблок, были просто счастливы. К тому же, эта снедь явно не была напечатана на принтере – и ее можно было считать роскошью. Пока они лопали за обе щеки старушка сидела у стола ни к чему не притронувшись и смотрела на них исподлобья, продолжая что-то ворчливо бубнить. Когда гости наелись, бабушка подала им чаю и усадила на диван в гостиной комнате. Сама села неподалеку в кресло качалку и продолжая что-то говорить смотрела в окошко и неторопливо раскачивалась. Брюс и Джейкоб, быстро поняв, что старушка на русском не говорит, как и на китайском, все же робко ее поблагодарили. В ответ бабушка только отмахнулась от них и запричитала громче. Брюса не покидало чувство, что они попали в пряничный домик колдуньи.

Спустя примерно час гости уже не находили себе места. Сидеть дальше и злоупотреблять гостеприимством было неудобно, но и идти, признаться, некуда. Старушка, недавно задремавшая, вдруг проснулась, снова что-то затараторила, поднялась и дала знак следовать за ней. Путники, немного жадничая, решили было, что им предложат комнаты для ночевки. Но Назерке-ага отвела их в кладовую и велела взять тряпки, стремянку и ведра. Она объяснялась на незнакомом казахском языке, но гости по интонации легко угадывали, что от них требуется. Вскоре они уже ползали по крыше дома и счищали грязь с солнечных батарей. Затем их заставили починить насос, качающий воду из скважины. Назерке-ага не интересовалась могут ли они это сделать. Просто вручила мужчинам набор отверток и указала на сломанный насос. Брюс стоял в замешательстве, но Джейкоб проявил себя на удивление способным механиком и довольно легко устранил неполадку. Зато Брюс оказался сильнее физически и перетащил с десяток бочек в погреб, пока Джейкоб кое-как управился с одной. Нахлебники трудились в поте лица до тех пор пока не село солнце. Только после этого хозяйка вручила им два гамака, и показала, где на крыльце их можно закрепить. А сама вернулась в дом и заперла дверь на ключ.

– Посмотри какие здесь звезды, – тихо сказал Брюс, когда путники уже устроились на ночлег. В городе он видел звезды лишь на картинках.

– Это да, – подтвердил Джейкоб. Даже его заворожил вид ночного неба, заставив на мгновение забыть обо всем остальном.

– Ты все еще думаешь мы там что-то найдем?

– Думаю, найдем, – тайные помыслы Джейкоба вернулись мгновенно.

– Мне кажется, механические руки и сломанные киборги, – это самое большое, на что мы можем тут рассчитывать. Трудно представить, что здесь действительно есть развитый современный город.

– Он есть, – с ненужной настойчивостью заверил Джейкоб.

– Будем надеяться. Скажи, ты ожидал, что наша поездка будет такой… такой нестандартной?