Кристально чистыми глазами
Кирилл Бах

© Кирилл Бах, 2021

ISBN 978-5-0053-6860-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Кристально чистыми глазами

Я хочу рассказать Вам удивительную историю, произошедшую ровно двадцать лет назад.

Каждый раз, закрывая глаза и вспоминая события, случившиеся со мной, я, как и прежде, становлюсь ребенком, переживающим это.

Эту историю, в первую очередь, я доверяю детям. Таким, каким был я, когда это случилось. Когда моя жизнь изменилась навсегда.

Я расскажу все предельно честно, ничего не выдумывая. И пусть некоторые детали вам покажутся немного странными, а то и страшными, я говорю вам – не пугайтесь, друзья мои.

Я здесь и сейчас, рассказываю секрет моего чудесного путешествия, а значит все хорошо. Но давайте по порядку.

1 глава

С самого детства я рос очень необычным ребенком. Абсолютно все детки необычны и уникальны, но взрослея об этом забывают. А я вот ничего не забыл.

В мой четвертый день рожденья, я сидел на полу в комнате и пристально разглядывал картину, висящую на стене.

На фоне крупной луны и заснеженных сосен, стая оленей, отчаянно сопротивляясь лютой метели, неслась по тундре.

– С днем рожденья Максим, послышался детский голос со стороны.

– Кто здесь?

Я отвлекся от картины и поглядел по сторонам. В комнате никого не было.

– Это я, неужели ты меня не видишь?

Я встал и осмотрел все вокруг.

– Кто ты? Я не вижу тебя

– Ну, вот же я присмотрись внимательно.

Я перевел взгляд на стену.

На полстены, закрывающее старенькие коричневые обои, висит красное полотно. На нем черные слоны по кругу несут воду на своих спинах.

На самом деле на слонах расшиты замысловатые узоры, но я представлял, что слоны несут заблудшим странникам, умирающим от жажды, спасительный глоток воды.

В самом углу стоит черное фортепьяно, на нем разные статуэтки и иконки. Моя любимая, это статуэтка буддийского монаха. Небольшая фигурка из меди. Он ровно сидит, скрестив ноги. В правой руке он держит флейту. В левой руке кувшин. От этой фигурки исходило непередаваемое спокойствие.

Над фортепьяно висит картина в серебристой рамке – одинокая привязанная тросом к пристани, деревянная лодка на фоне бушующего моря и грозных черных туч.

Я часто смотрел на неё и жалел лодку. Она была старая, древесина уже начинала сыпаться, но как бы ей хотелось, прокатиться по морским волнам. Вернуть забытое чувство предназначения, для чего она была создана.

Правее картины две маленькие золотистые рамки висели одна над другой. В них две фотографии. В первой Мама держит меня совсем маленького на руках. Меня запеленали в белое покрывало так, что даже лица моего не видно. Мама такая счастливая. Она улыбается, ее черные глаза сверкают от радости. Её длинные золотистые волосы накрывают меня, согревая сильнее пеленок.

Нижней фотографии в этот раз не оказалось на месте, хотя буквально вчера я видел её.

На ней запечатлены мама с отцом, совсем молодые.

Это единственное фото отца, которое у нас есть. Он нежно обнимает маму, в парке под огромным кленом. Они стоят далеко от объектива фотоаппарата, но видно, что отец среднего роста, с густыми черными волосами и пухлой нижней губой. Мне кажется, что я уже похож на него, а когда вырасту, буду точь-в-точь как он.

– Ты ведь смотришь на меня, вновь дал о себе знать звонкий голосочек.

Я снова посмотрел на вторую рамку. Точно, как я сразу не заметил, внутри нее сидела маленькая бабочка.

Она была совсем крошечная, оттого чудесная, только 2 тоненьких белых крыла.

– Бабочка! Это ты говоришь со мной?

– Да, это я.

– Я никогда не говорил с бабочками!

– У меня к тебе есть подарок.

– Какой же?

– Ты узнаешь сам, но для того, чтобы получить его, ответь мне на вопрос.

– Какой?

– Я смотрела на картину, которую ты наблюдал, и задумалась. Куда бегут олени? Что заставляет их бежать?

– Оленей, которые на картине?

– Их либо других северных оленей, не важно.

– Но откуда мне знать?

– А ты подумай, как будешь готов, отвечай. Но помни у тебя всего одна попытка, так что хорошенько поразмысли.

Да, та еще задачка. Где это видано, что для того чтобы для поздравления в собственный день рожденья, я должен разгадывать загадки. Но что делать, я ведь хочу получить подарок.

Я еще раз глянул на картину. Стая северных оленей бежит по заснеженной пустыне, в лицо им бьет ледяной ветер. Невзирая на это, они с большой скоростью мчатся вперед, оставляя позади себя луну, освещавшую могучие сосны, пушистые от снега.

Я мучительно кружился вокруг картины, но ничего путного в голову не приходило.

– Милая бабочка, а можно мне подсказку?

– Нет, нельзя!

– Но как же нельзя, у меня ведь сегодня день рожденья!

– Хорошо, в честь такого дня можно дать тебе подсказку

– Послушай, для того, чтобы понять, куда бегут олени, тебе самому нужно стать северным оленем.

– Ну как это?

– Просто, закрой глаза и представь себя им.

Я еще раз пристально поглядел на оленей. На выражение их лиц, на их целеустремленность. Закрыл глаза и попробовал представить себя среди них.

И тут я оказался в тундре. Я мало что различал, бежал за тенью оленя несущегося впереди. Метель била мне в глаза, ноги вязли в глубоких сугробах снега. Ноги мои были мягкие, удлиненные копытца служили лопатой разрыхляющей снег. Гладкая серо-бурая шерсть отлично согревала, на своих длинных ногах я бежал и не чувствовал холода и усталости.

Внезапно стая остановилась, образовав круг. Посреди него лежал уже не молодой олень, с разорванной лапой. Он повредил ее об твердую корку наста, поскользнувшись на льду.

К нему подошел крупный олень, с самыми длинными и красивыми рогами, вожак стаи.

– Что с тобой, Дондок? Ты можешь встать? Вопрошал его вожак.

– Я сильно повредил кость Баштанай, бегите, вы должны успеть на гон. Нельзя терять времени.

– Нет, об этом не может быть и речи. Ты ведь знаешь Дондок, что я никогда не оставляю своих товарищей. Несколько минут отдыха и продолжаем дальше. Снизим темп, сегодня мы достаточно преодолели пути. Все будем ориентироваться по Дондоку. Никто не расслабляется, совсем скоро на запах крови придут волки. Мы уже совсем близко.

Все послушно легли на снег. Пока мы отдыхали, я осмотрелся. В стае было около двадцати оленей. Среди них всего 3 самца: вожак Баштанай, раненный Дондок, и выбивавшийся из общей массы черный олень Кара-гудай. Он выделялся не только своим окрасом. Он был значительно меньше остальных и всегда замыкал стаю. С огромном трудом он преодолевал метель, сносившую его с пути. Но отставал не сильно.

Я был единственным олененком, чуть ниже остальных, все остальные члены стаи были самки. Все они окружили меня, чтобы я мог, как следует согреться.

Они рассказали мне, что я единственный олененок, прошедший столь длинный путь. Некоторых, еще совсем маленьких, смертельно ранили коварные грифы, некоторых унесло холодное течение рек, иные просто падали без сил, потонув в вязких сугробах. Я узнал, что совсем скоро мы сольемся с еще многими стаями таких же оленей, как и мы. И все вместе, сметая преграды на своем пути, отправимся в прекрасное теплое место, где мы будем играть у водоемов и кушать вкусные ягоды и траву.

Мы вновь двинулись в путь. Бежали не так быстро, чтобы не убежать сильно вперед от замыкающего группу Дондока, которому помогал двигаться Кара-Гудай. Но учитывая то, что мои лапы меньше лап остальных, мне приходилось прилагать больше усилий. Я выждал некоторое время, и на удивление всех членов стаи, приблизился к вожаку, чтобы узнать ответы на интересующие меня вопросы.

– Баштанай, на бегу начал я разговор, можно задать тебе вопрос?

– Спрашивай, что хочешь, Ядзагашка.

На мою радость довольно охотно пошел на диалог вожак.

– Баштанай, ты такой крупный и сильный. Я восхищаюсь глядя на тебя и хочу вырасти таким же смелым и отважным. Но вот беда случилась со мной в последние дни, я совершенно забыл, куда и зачем мы бежим. Напомни мне, пожалуйста.

– Ничего страшного Ядзагашка, не все взрослые олени переносят зимний перегон, что уж говорить о тебе, самом молодом.

Вожак был очень вежлив со мной, возможно, я был его сыном.

– Мы в пути уже почти два месяца, мы бежим из тундры на прекрасные зеленые пастбища, где будем отдыхать, и увеличивать нашу численность.

– А зачем мы ушли оттуда?

– Тебе предстоит это узнать. Через несколько месяцев, когда на наши пастбища придут жаркие дни, на нас станут нападать оводы и москиты. Для того чтобы хорошо дышать и питаться, мы опять направимся в тундру. Где на широких арктических просторах никто не будет мешать наслаждаться нам вкусными подснежными лишайниками и общением друг с другом.

– Значит, мы бежим от комаров и оводов?

– Нет, конечно, нет Ядзагашка. Оводы и москиты приносят нам неудобства, но они и открывают в нас наш непоколебимый дух путешественников. Мы Северные олени – самые великие путешественники. Иначе, зачем нам такие длинные быстрые ноги. Без движения ты погибнешь. Не обязательно волк или медведь настигнет тебя. Без движения вперед ты просто перестанешь существовать.

Я слушал его, не отрываясь. Огромной мудростью и бесстрашием обладал Баштанай, иначе и не стал бы он вожаком.

– Посмотри на деревья, на эти могучие сосны-великаны. В беге ты не замечаешь, но ведь каждую секунду они растут. Если не само дерево, то хвоя или почки. Если и этого не происходит, то дерево уплотняет древесину, чтобы не согнуться под тяжестью ледяных ветров. А реки, тебе еще предстоит научиться преодолевать их, но ты увидишь, что река ни на секунду не останавливается. Если это произойдет, вода застоится, станет негодной для питья и обитания рыб. Поэтому она движется вперед, как и мы.

– Спасибо, Баштанай, а как мне стать вожаком, когда я вырасту?

– Для этого нужно обладать бесстрашием, физической силой и душевной добротой.

– Добротой?

– Конечно, доброта делает тебя по-настоящему сильным. Когда начнется гон, и мы сольемся с тысячи нашими сородичами, будут возникать драки между самцами за прекрасные сердца барышень. Когда твоя мать носила тебя, Дондок знал это, но был сильно влюблен в нее. Он вызвал меня на битву. Много лет мы путешествуем с Дондоком по северным краям. Меньшего всего я ожидал от него такого действия. Мы стали бороться, естественно я победил. Я мог сделать с ним, что угодно, но решил оставить его в стае, как и сейчас я не оставил его на съедение волкам. Унижает и обижает тот, кто низок сам. А если у тебя открытое большое сердце твои братья тянутся к тебе и делают тебя вожаком.

– Спасибо большое, Баштанай, ты очень мне помог.

– Не за что сын мой.

Его взгляд, устремленный вдаль, стал очень тревожным.

– Все вниз, из-за всех сил закричал вожак.

Я посмотрел наверх. Сверху горы, вдоль которой мы бежали, на нас надвигалась огромная масса снега. Все кинулись вниз, бежать по склону. Уже начинало светлеть. Я хотел повернуться посмотреть как там Дондок, но не мог остановиться и бежал по крутому склону вниз и вниз, отчаянно сопротивляясь деревьям, камням и другим препятствиям встречавшимися у меня на пути.

Как вдруг в самом низу произошло неожиданное. Снежный путь закончился, и передо мной открылась шикарная панорама. На фоне огромных голых полей и водоемов бежали тысячи, да что там – сотни тысяч таких же северных оленей.

– Мы добрались до гона, ура! – услышал я знакомый голос Баштаная.

Я остановился и смотрел вдаль убегающим оленям. Был среди них и Дондок, благополучно миновавший лавину и преодолевший крутой горный спуск, несмотря на травму.

И куда они бегут?

Я открыл глаза и вновь оказался в комнате перед картиной. В носу еще стоял свежий северный воздух.

Я перевел взгляд на бабочку, она сидела на том же месте.

– Ты готов отвечать?

– Да готов, только ответь ты мне на вопрос.

– Какой же?

– Зачем тебе знать, куда бегут олени?

– Из любопытства. Я южная бабочка, на север мне не попасть.

– А если я скажу тебе не правду, как ты узнаешь?

– Но ты ведь не сделаешь этого, тем более я почувствую ложь. Все существа чувствуют, когда их обманывают. Так что если не хочешь остаться без подарка, не хитри мне.

– Хорошо милая бабочка, я отвечу на твой вопрос. Северные олени бегут вперед.

– Нет, так дело не пойдет, все бегут вперед, даже если возвращаются, попробуй-ка пробежаться назад и двух метров не сможешь. Ты мне скажи, для чего они это делают.

– Они бегут вперед для того чтобы жить.

– Чтобы жить? И все?

– Да. Ты ведь тоже летаешь, чтобы жить. Добывать пищу, наслаждаться чувством полета, знакомиться с новыми местами, одним словом жить. Также существуют и северные олени, только у них кроме крыльев, длинные лапы, рога и их великий дух путешественников.

– Хм, это интересно. И вправду, что я сижу здесь, пора уже лететь мне.

Не успел, я спросить:

– А как же мой подарок, как бабочка выпорхнула в окно.

Не прошло и минуты, как она вернулась.

– В один прекрасный день я принесу тебе добрую весть, сказала бабочка, и плавно порхая крошечными крыльями, улетела в поисках приключений.

*********

1.1

Я практически не видел своего отца. Мама говорит, он где-то плавает, но я ей не верю. Мы живем на море, почему он не может плавать здесь? Но мама говорит, что он в дальних странах и когда он приедет, то привезет мне большой мотоцикл, поэтому я очень жду его. Не потому что он привезет мне мотоцикл, а потому что мама говорит, что он приедет.

Как только становилось тепло, дед сразу же брал меня на море. Благо идти нам до него каких-то 11 минут. Я сам засекал.

Дед мог не купаться, просто раздевался и стоял под солнцем. Он всегда терпеливо ждал, когда я накупаюсь, и выйду на берег сохнуть. Никогда он не заставлял меня выходить на сушу, против моей воли, как это делают другие взрослые. Или моя бабушка. Поэтому с ней я на море не хожу

Мне 5,5 лет. Я живу с бабушкой и дедушкой в небольшом городке у самого моря. Мама живет и работает в большом городе. Туда очень долго добираться на автобусе, поэтому мама приезжает на выходные.

Мы живем в обычном доме на 5-ом этаже. Я сплю на лоджии, здесь у меня не только отдельная кровать, но и отличный вид с окна, море, словно огромная лужа раскинулась перед самым домом, его видно как на ладони. Мне кажется, что олимпийский чемпион по прыжкам легко допрыгнет с моего балкона прямо в море, но лично я был вынужден от такой затеи отказаться. Мама увидев, как я залез на самое окно, подняла такой крик, что отбила у меня все желание прыгать. Не потому что я боюсь, просто не хочу никого пугать.

В комнате спят бабушка с дедушкой. Когда приезжает мама, а в последнее время это происходит очень редко, мне раскладывают кресло в комнате, а мама ложится на мое место, на балконе. Честно я очень не люблю спать в другом месте, кроме моего балкона. Шум волн стал для меня колыбельной. Без него я очень долго ворочаюсь в кровати, прежде чем заснуть.

Еще к нам иногда приходит дядя Олег, брат мамы, со своей дочкой Светой. Они живут недалеко от нас.

Дядя Олег очень любит меня. Постоянно приносит мне сладости – шоколад, печенье, бананы. Он в моем понимании очень умный и сильный. Потому что он ходит в очках и всегда говорит умные фразы из книг. Мне кажется, он слишком много читает, поэтому всегда носит очки. Сильный он, потому что как-то раз я насчитал, что он подтянулся на турнике во дворе нашего дома целых 23 раза! А я не могу подтянуться ни разу, впрочем, я совсем недавно стал дотягиваться до самого нижнего турника, так что у меня еще все впереди.

Когда дядя Олег чинит свою старую красную машину, мы всей семьей едем в парк на аттракционы. Мне нравятся все карусели, но больше всего я люблю кататься на машинках и на вихре. Накатавшись на каруселях, мы идем в кафе. Там угощают вкусными шариками клубничного мороженого.

Бабушка хоть и молчала большую часть времени, в отличие от деда не обладала таким спокойствием и часто могла крикнуть на меня, чего я решительно не понимал. Зачем кричать на меня, когда я и так рядом стою и все прекрасно слышу? Но так вышло, что по большей части мной занимался дед, который всецело любил меня и уважал. Ни разу я не слышал от него ни слова упрека. Он всегда говорил мне:

– Милый мой внучек, делай всегда то, что ты считаешь нужным. Если ты запутался, подойди, спроси совет у меня или у бабушки, но всегда ориентируйся только на собственные ощущения, ведь никто лучше тебя не может знать, что тебе надо. И никогда не слушай и не обращай внимания на крики и ругательства мамы или бабушки, это все их взрослые причуды от усталости… Позже ты поймешь это. Просто знай, что они очень сильно тебя любят.

Раньше дедушка много работал, лечил людей. К нему и сейчас приходят люди просят, чтобы он сделал массаж. Все знают, что у моего дедушки волшебные, целительные руки. Но в последний год у него сильно ухудшилось зрение, и он стал больше отдыхать.

Практически все свободное время дед проводил на улице. Мы ходили с ним на море и в походы. За грибами, каштанами, ажиной. Куда он только меня не водил. Мы обходили пешком все близлежащие скалы, горы и леса.

Иногда дед играл со своими сверстниками в домино или нарды, лишь изредка поглядывая, чем же я занят. Он на 100 процентов доверял мне, а я ему.

Бабушке же досталось наблюдение за Светой. Дядя Олег с утра приводил ее, а вечером приходя с работы, забирал ее.

Я не знал, где Светина мама. Как то я спросил у деда, неужели она такая плохая, что бросила Свету.

– Видишь ли, Максим, последнее, что стоит делать в этой жизни так это осуждать и обзывать людей.

– Многие вещи ты поймешь, когда вырастешь.

Это одна из любимых дедушкиных фраз, которые он мне говорил. Я часто допытывался его, чтобы он рассказал, где мой Отец.

– Максим, есть вещи, которые ты не готов еще узнать, но прояви терпение и ты обязательно узнаешь все, что тебя интересует.

– Но когда же, когда?

– Ты сам узнаешь, когда придет момент.

– А много таких вещей, которых я не знаю?

– Очень-очень много.

– Сотни тысяч миллионов.

– Больше, внучок, гораздо больше.

Бабушка, как и дедушка сейчас на пенсии. Всю жизнь она проработала поваром в санатории. Там они и познакомились.

Бабушка очень любит вязать, для нее это самое любимое времяпрепровождение. В последнее время она стала учить вязать и Свету, но это с трудом получалось т. к. Света очень сильно болела.

Она была полной противоположностью меня. Она старше меня и в два раза крупнее. У меня короткие светлые волосы, у нее длинные темные. У меня зеленые глаза, у нее серые. Она не могла говорить, но все понимала. Всегда пыталась, что-то сказать, но из ее рта доносились только несвязные обрывки слов, я их практически не разбирал.

Единственными, кто понимал ее на этом белом свете, были Дедушка и Дядя Олег. Я же не очень любил с ней играть, хоть это иногда и случалось.

Иногда она мне так долго и упорно пыталась, объяснить мысль, которая закралась в ее загадочную голову, а я не понимал этого, и начинал ее передразнивать. Она до того начинала злиться, что пыталась ударить меня, но ей редко это удавалось, т.к. я хоть и меньше ее, но бегаю гораздо быстрее.

Но самое главное, я знаю, что у нее доброе сердце. После того, как пройдет дождь, она всегда выйдет на улицу, подобрать улиток, выползающих на дорогу, чтобы их никто не раздавил. Она перекладывает их в траву.

А еще как-то убегая от нее, я упал и до крови разодрал себе колено. Мне было очень больно, а она подошла ко мне и начала успокаивать меня, гладить мою ногу. Потом помогла мне встать, и мы вместе дошли до дома.

Плакал я всего один раз в жизни. Когда мне было 2 года, ночью ко мне в кровать пришла ящерица. Она залезла мне в пятку, точнее в заднюю пяточную кость, чуть ниже ахиллового сухожилия. Я очень сильно испугался и своим криком разбудил весь дом. Все принялись меня успокаивать, говорить, что никакой ящерицы нет, но я отчетливо видел ее хвост, торчащий у меня из пятки. Так продолжалось всю ночь, пока она полностью не поместилась внутри меня.

Не знаю ящерица на меня так подействовала или что-то другое, но именно с того дня я ясно стал понимать, что говорят животные.

Нет-нет в диалог я с ними до определенного момента вступал очень редко, зверям особо не до людей.

У всех свои заботы.

Как-то мама повезла меня в большой город на комплексное медицинское обследование. Помню, мы долго сидели в очереди, чтобы сдать кровь. Там было много маленьких детей, таких же, как я. Все дети без исключения, выходившие от врача, очень сильно плакали, что естественно не могло не отразиться и на моем состоянии. Я жутко боялся момента, когда настанет наша очередь. Некоторые начинали плакать еще до того как войти в кабинет. Я спросил у мамы:

– почему они плачут?

– Если они плачут, значит это девочки, запомни сынок, настоящий мужчина никогда не будет плакать или бояться, он выше этого.

– Я ведь настоящий мужчина?

– Это мы сейчас посмотрим, вперед наша очередь.

Мы встали и пошли в кабинет. Там не было ничего страшного. Добрый доктор сказал мне представить, что кровь, идущая из пальца, это волшебный поезд и если я попрошу, он отвезет меня в любое место, куда я захочу. Когда кровь шла из моего пальца в пипетку, доктор изображал звук поезда – чух-чух-чух.

Я даже и мысли не допускал о том, что заплачу, а когда выходил, слышал, как родители ставили меня в пример своим детям, из-за того, что я не плакал. Тогда я понял, как же это классно быть настоящим мужчиной!

Мама похвалила меня, когда в коридоре надевала на меня куртку с шапкой.

– Ты мой герой

– А знаешь, куда я попросил отвезти меня поезд?

– Ну и куда же?

– Я попросил отвезти меня и Полину на остров.

***********

1.2

Однажды родители Полины взяли меня с собой в поездку к Царскому заповеднику, с ночевкой в палатке. Мы выехали на большом черном джипе Полининых родителей ближе к вечеру за город, потом повернули наверх и большую часть пути ехали в гору вдоль скал и лесов. Некоторый путь проходил непосредственно через лес.

Мы раскинули палатку под чистым небом на ровном холме, с которого как на ладони была видна вся прибрежная зона. Все дома и постройки казались такими маленькими. Над нами помимо громадных облаков нависал могучий лес. Тысячелетние хвойные сосны и дикий тис, дубы-великаны и можжевельник, помимо разнообразных кустов и диких растений.

Уже смеркалось, мы установили палатки и стали собирать деревяшки для разжигания костра. Мы пожарили сосиски и картошку на костре. Мама Полины нарезала салат из свежих овощей. Уже достаточно стемнело. Мы с Полиной и ее высоким и сильным папой, под свет его большого фонарика отправились вглубь темного леса, нарвать мяты для чая. Полинин папа хорошо знал эти места. Пока мы шли по протоптанной тропе среди огромных деревьев, он обещал нам интересную экскурсию.

– Завтра, как проснемся, я отведу вас в удивительно красивое место. На чудный водопад, берущий свое начало высоко в горах и впадающий в огромную впадину прямо в скале, образуя чудесное озеро. Вода в этом озере невероятно вкусна и полезна.

– Ее можно пить? Спросила Полина.

– Конечно можно, это чистейший горный родник. Мы наберем с собой воды, Максимка и тебе достанется.

– Этот водопад находится у старинного храма святых Космы и Дамиана. Там мы также с утра побываем.

Мы пришли на место и в темноте нарвали душистой мяты. Возвратившись, мы вкусно поели и в котелке заварили чай, куда кинули собранной мяты. Ее свежий и ароматный запах еще долго оставался в моем восприятии.

– Папа, а кто такие Косма и Дамиан? Спросила Полина, отхлебывая вкусного чая с железной кружки. И почему в честь них назван храм.

– Это святые братья, жившие давным-давно. Существует много версий, о месте, где на самом деле творили чудеса братья. Легенды о них есть и в Азии и в Риме, и в Аравийской пустыне. Но объединяет легенды одно, братья были очень добрые и обладали уникальными свойствами лечить людей. К ним приходили бедные и больные люди со всех сторон, и они совершенно бесплатно их лечили. Это не понравилось злому царю и братьев казнили.

– Как жаль, расстроенно произнесла Полина.

– Не печалься, доченька. Они и после смерти продолжали творить чудеса и помогать людям. По старинному преданию они были и в наших местах. В том самом храме, куда мы направимся рано утром. Так что пора спать.

Мы легли в небольшую желтую палатку, в которой помимо меня и Полины спала ее взрослая сестра. Я долго не мог заснуть. Меня отвлекали голосистые трели птиц, соперничающих с шелестом тысяч листьев. Где-то вдали шумела неспокойная горная река, одинокий бродяга волк отчаянно завыл на полную луну.

– Полина, ты слышишь эти чудесные звуки, отвлекал я от сна, рядом лежащую принцессу.

Но она лишь одернула плечом и сладко засопела. Я немного расстроился тому, что Полина спит и продолжил наслаждаться звуками природы.

– Максим, просыпайся

Я открыл глаза и увидел, как Полина толкала меня. Она нависла надо мной, её длинные волосы касались моих щек.

– Просыпайся, я тебе кое-что покажу.

Я вылез из спального мешка и мы, благополучно миновав спящую сестру, вышли из палатки. На улице было темно. Свежий горный своей прохладой заставлял мурашки бегать по коже.

– Иди вслед за мной, сказала Полина и побежала в сторону леса.

– Куда же ты?

– Побежали быстрее!

Я догнал Полину и мы, взявшись крепко за руки, со всех сил побежали вглубь леса. Лишь луна и звезды озаряли наш путь, но мы бежали и бежали сломя голову вниз по холму, под уханье филинов и жужжание цикад, сквозь громадные деревья и колючие кусты. Будто неведомая сила несла нас вперед, несмотря на все страхи и преграды.

Спустившись с очередного склона, Полина резко остановилась.

– Слышишь шум реки?

– Да слышу, ответил я, пытаясь отдышаться.

– Нам нужно идти туда, сказала Полина и молча растворилась в темноте.

Я поспешил вслед за ней. Но не увидел ее впереди.

– Полина, громко прокричал я.

– Поолинааа, вторило мне эхо.

Несколько метров я шел в кромешной темноте. Внезапно яркий свет ударил, мне в глаза, заставив меня прищуриться. Свет постепенно стих и предо мной открылся следующий вид.

На поляне засыпанной разноцветными осенними листьями стоит могучее, уходящее далеко в небо дерево вишни с широкими листьями и ароматным белым цветком. Огромные спелые, ярко-красные плоды заставляли громадные ветки тянуться к земле. Это самое гигантское и красивое дерево, которое я когда-либо видел. Его ярко освещала полная луна.

В этом месте я чувствовал себя невероятно блаженно и спокойно.

Рядом с деревом, одинокая качеля развивается на ветру, тихонько поскрипывая.

Я совсем забыл про Полину и хотел сначала поесть вишни, а затем покататься на качели. Но тут мое внимание привлекла дверь, открывшаяся из крепкого широкого ствола вишни. Из нее полился чудесный белый свет и я, словно под воздействием волшебных чар двинулся к двери.

Внутри все также было ярко и светло. На большой белой стене висели в один ряд большие черных рамки, следующие друг за другом. В них находились яркие картины, такие красивые и реалистичные, словно фотографии.

На первой картине туман разлегся вокруг отвесной каменной скалы, на которой разместился небольшой водоем с голыми деревьями вокруг. От скалы далеко вниз вел полуразрушенный деревянный мост.

На следующей картине огромная гора под раскаленным солнцем, в виде черепа скелета стояла на фоне ярко-красного неба и череды таких же гор, утопающих вдали.

На третьей картине огромный водопад падал с гор на яркое поле цветов.

На четвертой картине изображен большой белый дом на каменной плите, стоящей на длинных железных столбах прямо у озера на фоне тропических кустарников. К двери наверху вела длинная вихревая лестница.

Последняя рамка оказалась пустой.

Над всеми картинами, посередине стены висела небольшая белая рамка. В ней была картина, на которой изображен человек, сидящий в позе лотоса, с закрытыми глазами. На нем был одет белый халат. Шею и руки украшали разноцветные бусы и браслеты.

Я чувствовал себя так расслабленно и спокойно, что мне захотелось спать. Я повернулся и увидел, как у дальней стены стоит расстеленная кровать, а в ней моя любимая мягкая игрушка, которую я потерял пару месяцев назад – улыбающийся дельфиненок Тоби.

Это единственный подарок от моего отца. Засыпая, я всегда прижимал его к себе. Но внезапно он исчез. Я долго переживал по такому случаю, но мама успокоила меня, сказав, что видела, как Тоби плавал возле нашего берега.

Меня магнитом повело к кровати. Я прижал к себе игрушку, укутался в махровое одеяло и заснул так сладко, как не засыпал никогда.

Меня опять разбудила Полина, тихонько толкавшая меня в плечо.

– Пора идти, уже светает.

– Полина, где ты была? Спросил я, сладко потягиваясь.

– Я рисовала. Здесь так хорошо и красиво. У Космы и Дамиана есть свой храм, давай это будет наш храм.

– Храм Максима и Полины. Давай!

– Ты не против, если я повешу свою картину в рамку?

Она протянула мне альбомный листок, на ней акварелью был нанесен одинокий остров, стоящий посреди океана. На нем было много зеленых деревьев, бананы, кокосы. На фоне чистого неба лишь одно облачко вплотную приблизилось к яркому солнцу. Над ярко-синим океаном кружили, широко размахнув крылья, две птички-неразлучники.

– Как красиво Полина, конечно повесь.

Она с довольной улыбкой, аккуратно задвинула картину в рамку.

– Готово! Вот и я оставила частичку себя здесь.

Полина замолчала и пристально стала смотреть вглубь своей картины. Через несколько минут она отвлеклась:

Нам пора.

Полина вышла на улицу, я нехотя встал с кровати и пошел вслед за ней. Раздался резкий скрип. Я посмотрел на стену и увидел, как из нее выступает приоткрывшаяся деревянная дверь. Откуда тянется яркий красный свет. Странный длинный звук раздавался оттуда. Мне стало как-то не по себе.

Я хотел заглянуть, что же там внутри, но что-то мешало мне двинуться с места.

– Максим, пошли уже, раздался снаружи крик Полины.

Я еще раз подошел к кровати, где дельфиненок с улыбкой смотрел мне в глаза.

– Тоби, я обещаю, скоро вернусь. Мы вернемся.

Не успел я оказаться на улице, как мы тут же быстро начали бежать.

Только начинало светать, небольшой туман легко парил над землей, свежая роса мочила наши ноги. Я заметил, что наш путь проходил вдоль реки, которую не было видно сквозь деревья. Мы все так же легко забирались на холмы.

Но стоило подняться нам чуть повыше, как нас ждал неприятный сюрприз.

Полинина сестра проснулась среди ночи и, не обнаружив нас, подняла жуткий крик, разбудив родителей. В считанные минуты в заповеднике началась спасательная операция по поиску двух пропавших детей.

Нас поймал один из старых егерей. Держа нас за руки, он отвел к палаткам, где нас встретили до смерти перепуганные родственники Полины.

Мы придумали рассказ о том, что очень хотелось пить и мы не найдя ничего в палатке, отправились к роднику. Шли на шум реки, но в итоге заблудились. Конечно, очень плохо говорить неправду, но мы решили сохранить наш храм в тайне.

Надо отдать должное родителям Полины. Они вовсе не кричали на нас, кроме того ни слова не рассказали моей маме и бабушке, с которыми давно дружат.

– Знаешь, что мне кажется, сказал я Полине, когда тем же ранним утром мы на джипе возвращались домой.

– И что же?

– Я думаю, что место, где мы сегодня были это и есть мой дом.

Как жаль, что мы так и не попали на чудесный родник.

*********

1.3

В последнее время я стал уделять много времени животным. Хотя они особо не жалуют людей. Нас либо бояться, либо не замечают. Животные, как и люди в первую очередь думают только о себе.

Я не мог так взять и поговорить с животным. Только они могли начать разговор со мной.

Около года назад мама принесла домой попугая. Желтого цвета с длинным хохолком с красными пятнами на щеках, породы – корелла.

Его звали Марк. Попугаям его породы рекомендовано много летать, поэтому значительную часть времени все окна и двери были закрыты, чтобы Марк никуда не вылетел. Он был достаточно общительным попугаем. Очень громко пел свои песни. На 4-ом месяце своего пребывания в нашем доме Марк неожиданно для всех снес 2 яйца, и сразу же стал Мэри. Бабушка сказала, что самцы не могут нести яйца.

С каждым днем бабушка все больше и больше ругалась на Мэри, потому что она много гадила. Мама сказала, что может отдать ее другим хозяевам. И что уже нашлись желающие. Я просил не отдавать ее никому. Мне было очень жаль Мэри. Когда ее принесли нам, ей было 2 года, и до нас она сменила нескольких хозяев. Люди даже запутались относительно того к какому полу принадлежит этот попугай. Не успевала она привыкнуть к месту, так люди насытившись ей, как игрушкой, из-за лени убирать за ней, передавали другому. А ведь это не игрушка, созданная на потеху людям, это живое существо.

Но Мэри как назло гадила все больше, к тому же перегрызла все, что только можно. Однажды я плохо закрыл дверь на лоджию. Ее открыло сквозняком и под бабушкин крик, Мэри вылетела на балкон с открытым окном. Она села на самый край окна. Я аккуратно подобрался к ней, боясь спугнуть. Ее взгляд пристально устремился вперед. В нем не было былой величественности, с каким она разгуливает по комнате, лишь легкая грусть, да сомнение. Что там за окном? Откуда она знает, душа зовет Мэри познать неизведанные дали, понять свою сущность, но страх перед неопределенностью и привычка занять свое место в клетке перевесило жажду истинной свободы. Мэри самостоятельно, без моего участия отправилась в свой дом.

Тем вечером она впервые заговорила со мной. Она сказала, что любит знакомиться с новыми людьми. И когда она привыкает к людям, к обстановке, когда она изучила каждый сантиметр пространства, своего обитания, ей становится скучно. И тогда она специально начинает разводить грязь, чтобы ее отдали в другой дом.

– Почему же ты не полетела на улицу, там столько неизведанных сантиметров?

– Еще не время, здесь я сыта, меня никто не трогает. Когда мне действительно все это наскучит, я переборю страх и улечу в открытое пространство. Но это мой выбор. Тебя никто не заставляет сидеть в твоей клетке. К тому же я всего лишь попугай, а не орел.

– Но кто тебя сказал, что ты всего лишь попугай, а если у тебя орлиное сердце?

– Я устала, я хочу спать, ушла от вопроса Мэри и закрыла глаза.

Мне стало очень грустно. К сожалению, большинство людей рассуждают также как и Мэри.

Через два дня её отдали новым хозяевам.

Еще раньше с нами жила кошка Санта. Она жила у нас почти 10 лет, ее уход стал настоящей потерей для всех. Санта была по-настоящему королевской кошкой.

Классических 3-ех цветов – черной, белой и рыжей. Независимо от времени года она была ухоженной и пушистой, чем разительно отличалась от множества подранных уличных кошек. Гордо прогуливаясь с высоко поднятой головой, ровной осанкой и длиннющим хвостом, она сводила с ума всех местных котов.

Санта предпочитала гулять одна, проводя большинство времени на улице, изредка заглядывая домой, для принятия пищи. Но как только наступали холода, из дома ее было не выгнать. При том, что на руках она не сидела, играть не любила. Максимум могла лечь у моих ног. Единственным человеком на чьих руках она могла сидеть была мама.

Еще раз в год она рожала. Но не более 2-ух котят. Это удивительно, уличные кошки рожали и по десять и по двенадцать котят. Она была очень заботливой матерью, ни на шаг, не отходя от потомства. Все ее котята получались такими красивыми с пушистой шерстью, поэтому у них быстро находились хозяева.

С котами не о чем говорит, они интересуются только собой. Все что они хотят слышать, только похвалу в свой адрес. Собаки не такие. Но мама не разрешает завести мне собаку. Хотя я очень хотелось, чтобы уличный пес Джим остался у нас. Он совсем еще щенок, ему около 3-ех месяцев. Каждый день я обязательно его угощаю.

Стоит мне появиться в его поле зрения, он радостно размахивая хвостом, сломя голову несется ко мне на своих тощих длинных лапах. У него серый окрас, и большие уши.

Очень часто он спит у нашей входной двери. Мама говорит, что это все из-за того, что я приучил его сосисками, тереться об наши двери, и кроме еды ему ничего не надо. Но он говорит, что я его друг, и он рад будет всю жизнь провести со мной. К тому же рядом с нашим домом находится рынок. И там не первый год обитают в ожидании куска мяса старые матерые псы. Они сказали Джиму, что ему не поздоровиться, если они увидят его в их краях.

Как я не упрашивал маму, она не разрешает нам завести домашнее животное. Говорит, что я не буду за ним следить. Но я знаю, что дело не в этом. Мама очень любила и Санту. Она считала ее своей подругой. И очень переживала, когда она ушла. Наверное, она больше не хочет не к кому привыкать.

Ну и ладно. Я могу послушать пение птиц, как они зазывают друг друга или поют хвалебную оду солнечному дню сидя на деревьях.

Я любил слушать животных. Но стоило мне показать, что я понимаю, о чем идет речь в разговоре животных, как они сразу замолкали.

– Это потому что у большинства людей отрицательная энергетика. Поэтому мы не хотим соприкасаться с нею, поделился со мной очень старый кот, развалившийся посреди дороги.

– Раньше, когда люди не были такими злыми, животные тянулись к людям, как к самым осознающим существам, но сейчас все изменилось, продолжил кот.

– Откуда ты это знаешь?

Но кот-философ не удостоил меня ответа

********

1.4

Солнечный день, мы с Полиной катаемся на качели «кораблик». Мы сидим друг напротив друга, а Полинина сестра раскатывает качели.

Полина очень красивая. Больше всего мне нравятся ее белые волосы. Они длинные – гораздо ниже ее плеч, достают почти до локтей. Легкие, нежно спадающие пряди делают ее похоже на принцессу. На ней розовое платье в желтые пятнышки, мне кажется, что это ромашки. Она обута в синие босоножки и голубые носочки.

Каждый раз, опускаясь вниз, она игриво громко заливается смехом. Мне нравится смотреть на нее, она красива и невероятно счастлива.

Момент неподдельного детского счастья – сложно отыскать более искреннюю радость сознания. Ветер нежной струей бьет мне в лицо. Мне кажется, совсем чуть-чуть и мы полетим на этом корабле по воздуху.

Я поднимаю голову вверх и вижу, как деревья проносятся мимо меня. Они машут мне, своей листвой. Все кажется непередаваемо красивым. Ранняя осень и деревья предлагают нам невероятно красивую и разнообразную палитру цветов. Красные, желтые, зеленые, салатовые, коричневые, цвета на любой вкус.

Но среди пушистых дубов, колючих сосен, нежного персика, серьезного клена, ольхи и различной растительности особо выделяются во дворе два самых гигантских дерева – тополя…

Когда я проносился мимо них, мой взгляд магически притягивался на их танце. Легкое дуновение ветра и эти гиганты пускаются в пляс, да они катаются вместе с нами! На какой-то миг мне подумалось, что два тополя это я и Полина. Что мы спим, а то, что происходит сейчас – мне только кажется.

Но мои размышления прервала Полинина сестра, которая устала нас катать. Полина встала с качели и побежала в песочницу, что-то рисовать палкой. Я продолжал смотреть на тополя. Я понял, что не могу отделить себя от них, я очень хотел поделиться этим с Полиной, сказать, что она второе дерево и побежал к ней в песочницу.

У меня с ней своя, непередаваемая связь, о которой даже и не подозревают взрослые. Полина живет этажом ниже, прямо подо мной, еще у нее день рожденья в один день со мной. Мы с ней с самого начала вместе и с самого рождения понимаем друг друга, общаемся без слов.

Хоть она и не говорит, но я уверен, что у нее тоже ящерица в ноге.

Я это понял потому, что она тоже умеет разговаривать с животными. На прошлой неделе мы ездили в большой город в цирк. Я, Полина, дядя Олег, и наши мамы. Они бывшие одноклассницы и хорошо общаются друг с другом. Родители без проблем отпускают Полину погулять с нами.

Так вот когда после представления нам с Полиной разрешили сфотографироваться с обезьяной Сарой, та пожаловалась нам, что с ней очень плохо обращается ее дрессировщик, и что она мечтает убежать в джунгли и на берегу реки есть бананы и общаться со своими сестрами. Я пообещал, что помогу ей. Но никто совершенно мне не поверил. Кроме Полины, оказывается, она тоже это слышала.

Самое интересное, что через несколько лет кто-то поставил скрытую камеру в цирке и снял весь процесс дрессировки на видео. Дрессировщика Сары осудили на несколько лет за жестокое обращение с животными. Не знаю, попала ли она в джунгли, надеюсь да. Впрочем, эта уже другая история.

Я подбежал к Полине в песочницу, которой служила шина с большущей машины, и сел рядом.

Я обут в черные сандалии, одет в синие шорты и белую майку с Микки-Маусом, измазанную шелковицей.

Мы недавно с Полиной открыли для себя новую, вкусную ягоду-шелковицу. Она бывает черная и белая, очень сладкая. Белая мне нравится больше, но тут неподалеку Полина нашла дерево черной, всего лишь в нескольких шагах от двора. Сегодня я с удивлением обнаружил, что могу достать до первой большой ветки и залезть на нее, еще вчера я не доставал, и мы съели все с веток, до которых могли дотянуться. Я забрался выше и достал очень много больших и сочных ягод. Естественно, я поделился с Полиной, мы всегда все делим пополам.

Я подсаживаюсь к ней поближе. Вижу, что она палкой нарисовала два дерева, точь-в-точь как два тополя. Я смотрю на нее, она улыбается. Волосы развиваются у нее на ветру. Чуть вдали слышен шум моря, или же это шум ветра у нас над головами, не могу определить, так я заворожен Полиной. Она поднимает руку, и ее взгляд устремляется вверх. Я вижу летящий самолет. Его очень трудно разглядеть, но зато отчетливо видна струйка дыма, тянущаяся за ним. Она становится все длиннее и длиннее, мне кажется, что это огромный дракон. Интересно куда он везет людей? Наверное, в другие миры.

Внезапно, буквально в одну секунду ясное небо заволакивает огромными серыми тучами, землю начинает заливать тропический ливень. Ветер разгулялся до огромной скорости, ломая ветки. Плотный туман окутал землю.

Я моментально промок. Вскакиваю, падаю от потока ветра. На голову, словно молотом рушится дождь, я пытаюсь кричать – Полина, Полина, но сквозь туман, стену дождя и пыли ничего не вижу, смотрю лишь как два тополя, героически не прогибаются под тяжестью ветра. Мне кажется, вот-вот и они упадут.

Я бегу к своему дому, он находится в нескольких метрах от двора. До последней нитки промокший, я захожу в подъезд.

Полиночка, Полина, где же она? Должно быть, сестра забрала ее и они уже дома. Надо зайти к ней. С какой только мог скоростью, я ринулся наверх. Что казалось, пробежал выше ее этажа, т.к. двери я не нашел. Так стоп, а где моя дверь? Если я на 5-ом этаже. Но своей двери я не нашел. Как и Полины этажом ниже.

Значит, ошибся подъездом. Но почему я насчитал всего три этажа? Я выбежал на улицу, на удивление все было солнечно и спокойно, как будто и не было урагана. Я посмотрел и обнаружил, что я зашел в нужный подъезд, только дом действительно стал 3-ех этажным.

– Полина, во все горло закричал я, и в тот же миг открыл глаза…

Значит, это опять был сон. Такой реальный. Я бы многое отдал, чтобы он не заканчивался. Я выглянул в окно. Все те же качели, тот же двор, то же море, только деревья не те.

Тут тебе и дуб, и персик, и липа, и даже черная шелковица видна, вот только огромных тополей нет. Как же так, ведь я видел их так отчетливо. Неужели Полина забрала их с собой?

Дело в том, что Полина погибла чуть больше месяца назад.

Ее родители уехали на несколько дней к друзьям на день рожденья. За ней, как обычно должна была следить ее сестра. В тот день мы долго играли с ней во дворе. Ее сестра заперлась с каким-то мальчиком в комнате и не выходила на улицу. За нами присматривал дедушка. Стало смеркаться и мы пошли домой.

Завели домой Полину. Мы договорились, что через 10 минут свяжемся с ней по базе, так мы называли наше общение через балкон. Потому что мы, бывало, общались через рации, которые Полине подарили ее родители, и хоть у меня села батарейка, мы все равно говорили, будто наши балконы это две военные базы. И мы управляем кораблями, стоящими на море. Они охраняют наш город от вторжения неприятеля.

Но, как оказалось Полинина сестра, дабы продолжить общение с молодым человеком, отправила её в магазин за мороженым. Она дождалась пока я выйду на базу, и позвала меня с собой.

Т.к. ближайший магазин, находящийся около дома, по непонятной причине закрылся на 12 минут раньше, нам пришлось бежать в дальний, но для этого нужно было перейти через дорогу.

Мы перебегали дорогу, было темно. Тут у Полины слетел шлепок, и она вернулась его поднимать. На огромной скорости из темноты, словно из ниоткуда в нее въехала какая-то громадная белая машина. Полина подлетела метров на десять вверх и упала прямо передо мной. Машина, не останавливаясь, скрылась с места преступления.

Я стоял и смотрел, как вкопанный на ее тело. Как вдруг услышал:

– Мы идем за мороженым или нет?

Я повернулся и увидел, как Полина тянет меня за руку.

– Пошли уже, сказала Полина и со смехом побежала вниз. Я двинулся вслед за ней, но она убежала слишком далеко. Когда я вернулся обратно, вокруг Полининого тела было очень много людей.

Я не понял, когда мне мама пыталась объяснить то, что ее больше нет, и мы с ней не увидимся.

Полина такая красивая лежала в свадебном платье. Я никогда не видел ее такой красивой. Да и еще она улыбалась.

Да-да все плакали, а она улыбалась.

Но я знаю, что она не умерла, знаю. Она очень часто приходит ко мне во снах, и мы гуляем с ней, разговариваем. Правда с того дня как ее родители продали квартиру и переехали в большой город, она ко мне не являлась. Что ж я рад, что она опять пришла поиграть со мной.

Только на сей раз я никому этого не скажу. Потому, что когда она приходила мне первые разы, я всем пытался доказать, что она жива и я спокойно могу с ней разговаривать, меня сочли за душевнобольного.

Вспомнили, что я рассказывал про то, как общался с обезьяной, и повезли к психиатру. Меня часто возили к врачам. Взрослым, что-то во мне решительно не нравилось. В этот раз мне поставили диагноз патологическое (бредоподобное) фантазирование. Впрочем, успокоив маму и бабушку тем, что у детей дошкольного возраста это обычное явление, а у меня вследствие отсутствия общения со сверстниками, т.к. в детский сад я не ходил и подавно.

Бредоподобное…

– Дедушка, ты тоже считаешь меня фантазером?

– Конечно, нет, Максимка

– Но врач и бабушка сказали, что это так.

– Так ты больше слушай их. Я же тебе говорю, никогда не обращай внимания на то, что говорят другие, обращай внимание, только на то, что чувствуешь сердцем, понимаешь?

– Ты веришь, что Полина приходит ко мне, и мы играем с ней?

– А ты чувствуешь её присутствие сердцем?

– Да, каждой клеточкой… Еще я чувствую, что ей нужна помощь.

– Помощь? Возможно, что-то держит ее здесь, она должна жить новой жизнью, но что-то не отпускает ее, вот она и приходит к тебе.

– А как же мне узнать, что ей надо?

– Спроси её или присмотрись внимательнее, может она говорит тебе, только ты не замечаешь. Возможно, помощь нужна не ей, а тебе.

– Мне?

– Как знать, слушай свое сердце, оно знает все ответы.

********

1.5

Первый раз это случилось спустя пару дней после ее похорон.

Ночью я долго не мог уснуть. Прямо в окно мне светила гигантская луна, еще она освещала своим светом морской путь, который также был напротив моего окна. Мне нравилось, что взор луны всегда падал именно в мое окно. Иногда меня посещали мысли, что все это обман зрения и с любого окна кажется, что луна светит именно в него, однако я считал себя особенным ребенком, поэтому гнал мысли о том, что луна может светить кому-нибудь другому прочь. Я сел таким образом, что из моего окна видно лишь море и небо. И как они вдали на линии горизонта сливаются в одну линию. Я вообразил, что это и есть край Земли и что дальше, находятся другие миры и куда-то туда ушла Полина.

Меня очень долго волновала эта мысль, я представлял, что Полине там очень хорошо, что она нашла друзей, с которыми может играть в прятки и догонялки, что там у нее много ее любимого фисташкового мороженого и спелых желтых груш. Внезапно я очень ясно услышал Полинин голос:

– Хочешь увидеть, где я сейчас?

Голос звучал из комнаты, и я как завороженный пошел туда. Внезапно комната озарилась каким-то невероятно ярким белым светом, он прямо бил мне в лицо. Посередине стояла кровать, с ярко- красным постельным бельем.

На краю кровати лежала Полина, точно также как и в ящике, в своем белом свадебном платье. Она выглядела точь-в-точь как живая, разве что лицо отсвечивало каким-то фиолетовым оттенком. Мне как-то и в голову не пришло, что здесь должны спать бабушка с дедушкой. Настолько я был рад видеть Полину.

– Хочешь увидеть, где я сейчас? – завораживающе нежным голосом повторила вопрос Полина.

– Конечно, хочу, обрадованно произнес я.

Сердце безумно колотилось от волнения, что казалось, вот-вот выскочит из моего тела. Но это не был страх. Это было трепетное волнение встречи с горячо любимой мне Полиной.

– Ложись рядом со мной.

Я тут же залез на кровать и лег рядом.

– Закрывай глаза.

Я послушался, и в тот же момент чувство невесомости пронзило мое тело, какая-то невероятная сила понесла меня вверх. Как только я открыл глаза, я увидел, что мы сидим на гигантском облаке. Вокруг плавало много облаков, на многих я видел детей, но не мог различить их лица.

Полина принялась укладывать 2-ух своих любимых кукол. Я хотел что-то у нее спросить, но чувство легкости и блаженства было настолько сильным, что я не смог ничего сказать и просто наблюдал за Полиной.

Тут мне стало интересно, что же можно делать на этом облаке, я встал и начал прыгать как на батуте. Удивительно, но когда мы просто сидели, казалось, что ноги не касаются облаков, что мы просто в невесомости, но тут облака стали мне подыгрывать и я стал прыгать выше и выше.

– Еехууу, громко закричал я

– Еееххуууу, попыталось перекричать эхо.

Я кричал все сильнее и сильнее.

– Что ты делаешь? Прекрати, оборвала мой крик Полина.

– Нельзя так шумно себя здесь вести, тебя не должно быть здесь!

– Но почему?

– Тебе пора.

Я меньше всего на свете хотел уйти, но также резко вернулся назад. Я открыл глаза, оказалось, я заснул, прям у окна. С комнаты слышался храп дедушки.

Я зашел в комнату, Бабушка лежала с открытыми глазами.

– Где Полина?

– Что?

– Полина, она только что была здесь, я сам видел.

– Я не понимаю тебя, иди спать.

Помню, как то давно мне приснился сон, в котором я катался на огромной игрушечной железной дороге. Я был и машинист и помощник, кидал дрова в печь, чтобы мы ехали быстрей по дикому западу. Я проснулся и не мог поверить, что у меня нет собственной железной дороги, весь день я требовал ее от мамы и бабушки. Дядя Олег прочитал где-то, что до 3-ех лет дети не различают сон и реальность, поэтому я не могу понять, что все это мне приснилось.

Сейчас мне уже не 3 года. И я точно знаю, что Полина мне не приснилась, это был не сон, это было на самом деле.

Жалко только, что на небесах у нее я больше не был, наверное, я и вправду сильно нашумел, что она меня больше не звала. Она спускалась как обычно во двор, мы играли, как ни в чем не бывало. Я и забывал, что ее нет. Вот она пришла, и мы катаемся на качелях, играем в песочнице, купаемся на море, собираем мусор на пляже.

Да мы часто ходили с Полиной и дедушкой собирать мусор на море. Помимо того, что взрослые очень часто злятся, я не понимаю в них еще одного, почему они так часто мусорят?

Казалось бы море, солнце, песок, что еще нужно для счастья. Просто созерцание этого наполняет душу красотой, но нет, обязательно нужно все загадить бутылками, пакетами, прочим мусором. Как будто, так и надо!

Люди абсолютно не уважают природу, всю ее красоту, а потом жалуются, что у них в жизни все идет не так, неужели они даже не подозревают, что им просто возвращается их отношение природе!

Как-то мы с мамой плыли по морю, на пароме. Дорога занимала не больше двадцати минут. Везде были надписи – «не курить», но я заметил, что пять человек курили, и выбросили окурки прямо в море. Бедное, бедное море, с чего они взяли, что это место для окурков? И неужели нельзя потерпеть каких-то двадцать минут. До чего же нетерпеливые эти взрослые. Они не ведают, что творят.

А еще никто не замечает красоту деревьев, что нас окружают. Если присмотреться, то можно увидеть, что это не деревья растут среди нас, а мы среди деревьев. Но люди предпочитают думать о несуществующих проблемах, чем насладиться окружающей их красотой. Даже солнце сейчас никого не радует.

Как-то мы гуляли с Мамой и дедушкой в большом городе, и я кинул на землю обертку от мороженого. Дед сказал, что так нельзя, и я должен подобрать ее, но ветер далеко унес обертку, поэтому я не сделал этого.

По дороге домой ремешок на моих часах неожиданно расстегнулся и они полетели вниз, прямиком на асфальт.

Я быстро поднял часы, но было поздно. Экран был безнадежно разбит.

– Я ведь сказал тебе, подбери обертку, но ты поленился, вот получай теперь.

– Да, но как обертка могла сломать мои часы?

– Да легко, запомни любое твое плохое действие, обязательно аукнется тебе, причем в самом неожиданном месте, особенно если ты навредишь природе. Запомни, навредил природе – навредил сам себе.

Всю дорогу я был ужасно расстроен случившимся.

– Ничего страшного Максим, это всего лишь вещь. По настоящему важным является, то что не осязаемо. То, чего нельзя коснуться, что нельзя разбить или потерять. То, что называется любовь, благодарность, верность, сострадание. Это самое большое богатство, которое необходимо хранить в сердце.

С тех пор мы с Полиной и дедом регулярно ходили убирать пляж, пусть и немного, но все равно мы чувствовали себя очень счастливыми, потому что мы помогали сами себе.

Знаю, что и сейчас некоторые взрослые очень недоверчиво относятся к моим словам, мол, не может пятилетний ребенок так рассуждать. Мне очень жаль, если это так. Ведь если они так думают, значит, они сами не очень-то любят природу, и им никогда не приходили в голову подобные мысли. А мне вот приходили.

Но здесь надо сказать спасибо моему деду, который с самого рождения воспитывал мне любовь к природе, уважение к природе.

Я очень надеюсь, дорогие детишки, что и рядом с вами есть такой человек.

Впрочем, я немного отвлекся от Полины.

Все последующие разы, когда она ко мне приходила, она ничего не говорила про свой мир. Мы просто играли, потом она говорила мне пора, и уходила. А я просыпался и только тогда понимал, что же произошло.

Ровно через месяц ее родители продали квартиру и уехали с нашего города. С тех пор она не приходила ко мне. До сегодняшнего дня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.