Равиль Ихсанов
Алтарь Албасты

Айбек и Бахтияр выросли по соседству. А еще Айбек и Бахтияр были двоюродными братьями. Динамичная современная жизнь развела кузенов, социолога и следователя, по разным берегам. Впрочем, они всегда находили время встретиться.

Чопорный, изящный Айбек оправдывал имя, данное ему родителями, – Лунный властитель. Как Луна он высвечивал в темной ночи вершины гор, заглядывал в пропасти и находил искомое. Небрежного в одежде и манерах здоровяка и балагура, любимого родными и сослуживцами за незлобивость и безотказность родители назвали Бахтияром, или Счастливчиком. И не ошиблись. Разве же может быть несчастливым человек, умеющий находить ключи к сердцу любого человека? Их дедушка как-то сказал: «Соедини в одного человека Айбека и Бахтияра и получи идеального человека…».

Но мы знаем, что это невозможно. К мечте дедушки их приближала крепкая мужская дружба. Их соединенным усилиям никто не мог противостоять. В верности данного вывода братьям предстояло убедиться очень скоро. Так сложились обстоятельства.

   ***

   Айбека в тот памятный вечер в музее села заинтересовали панорамы Нью-Йорка. В скором времени его, победителя международной программы грантов для соискателей степени доктора социологии ждал один из престижнейших американских университетов. Но мечты занимали в деловом расписании Айбека ничтожное пространство. Он закрыл закладку браузера с картинками Нью-Йорка. Молодой ученый задержался в тот вечер в музее больше обычного, чтобы завершить очередную монографию. В музейной тишине у него буквально вырастали крылья. Сторож музея Али ага одобрительно похлопал племянника по плечу. Айбек не без успеха бросил вызов местному истеблишменту. Самый молодой доцент университета, что располагался в областном центре, не скрывал своих амбиций: к 30 годам жизни стать самым молодым профессором университета.

   Хвастовство для мужчин его родного села было обыденным делом и играло немаловажную роль клапана для спуска пара в котле страстей и инструментом воспитания молодежи на примерах успешных земляков.

   Немного истории. Прадедушка Айбека и Бахтияра, которого звали в начале 30-х годов ХХ века по-свойски Ваня, прибыл в горное село из далекой России на помощь в строительстве коллективного строя. Сопровождавший его трактор «Фордзон-Путиловец» был самым весомым стимулом у представителей местного крестьянства – дехкан для вступления в коллективное хозяйство. Молодой механизатор женился на младшей сестре своего помощника из местных парней, ушел на войну, вернулся с медалями и без одной ноги, трудился до выхода на пенсию помощником счетовода колхоза и был похоронен с почетом на маленьком христианском кладбище рядом с большим мусульманским мазаром (кладбищем).

   Старшая внучка Вани, Рукия, была бабушкой Айбека и Бахтияра и одной из немногих местных женщин, преподававшей математику в сельской школе. Два ее сына, отцы Айбека и Бахтияра, пошли по ее стопам. Айбек и Бахтияр решили пойти дальше: выше и глубже. И это у них получалось…

   В село их прадедушку по другой, материнской линии с невольничьего рынка в священной Бухаре привез Хасанхан, глава одного из старых могущественных родов. Революция сняла с предка Айбека и Бахтияра цепи раба, возвысила до должности главного инженера коллективного хозяйства. Новые порядки революционной России подняли на гребень волны и других представителей низов. Вот только с немногими богачами (баями) знаменитого села советская власть ничего не смогла поделать. Старые роды находились под покровительством местных духов. Таким был основной вывод респондентов, у которых брал интервью молодой социолог. Вот что говорилось в вышедшей в областном издательстве нон-фикшн книге Айбека «Духи-покровители региона: единое прошлое народов Азии и Европы»:

   «Главным женским духом-покровительницей в селе была Албасты, или Сары кыз (Желтая дева)… Старики моего родного села рассказывали на ее счет немало баек. Вот одна из них: «Повезли красноармейцы семьи баев-кулаков и их самих в далекую Сибирь. Везут на арбах через ближайший лес. Тот самый, где растет вечнозеленый местный можжевельник, – арча. Ближайшая железнодорожная станция в 30 километрах. Конвой песни поет. Вдруг лошадь красноармейца, что возглавлял колонну, остановилась. А потом поднялась на дыбы и понесла. Вслед за ней ускакали и другие лошади. Красноармейцы смогли их остановить только на окраине большого леса. Представитель правления колхоза, сопровождавший колонну, потом рассказывал: лошадей испугала Албасты; она предстала в образе громадной зеленоглазой женщины с желтыми волосами, длинными руками, заканчивающимися железными ногтями, и клювом из красной меди вместо носа. Прислали другой красноармейский отряд. Опять повезли кулаков и их семьи. Через другой лес. И снова лошади испугались. Командир развернул тачанку и нажал на гашетки верного пулемета «Максим». Пули принялись косить листву и ветки, впиваться в стволы деревьев, но Албасты как стоит на месте, на дороге в лесу, так и стоит. Главный красноармеец вытащил шашку из ножен и принялся рубить Албасты. Шашка свистит по воздуху, но Албасты не берет. Плюнул командир на землю и приказал: «Пусть живут, мироеды, все равно у них ничего не осталось. Баба-Яга заступилась за них. Умрут с голода, вши их заедят…наберем числом в соседнем селе…».

   Старик, что рассказывал эту байку, добавлял от себя, что когда-то давно основатель села нашел драгоценный гребень Албасты на берегу горной речки. И Албасты подчинилась ему: «Превратившись в красавицу, Албасты соблазнила своего повелителя и родила ему пять сыновей. Они и являются основателями пяти самых старых родов нашего села. Кому как не Албасты, было-то вступиться за своих потомков…», – сказал старик и погладил свою белую бороду…».

   Насколько легенды знаменитого села были близки к жизни, трудно сказать. Имела место и байка, очевидно, более близкая к жизни. «Собрал старый Хасанхан золото. Его припасли на черный день главы богатых родов. Понес тяжелый мешочек секретарю сельсовета. Тот обещал все решить. И решил. Командир красноармейцев уехал довольный…». Это тоже из рассказов стариков знаменитого села.

   Кстати. В большинстве своем представители старых родов имели светлые волосы и светлые глаза. Кто-то эту особенность связывал с генетическим наследием Албасты, или Желтой девы. А другие рассказчики резонно замечали, что представители старых родов, испокон веков жившие в благодатном горном селе, есть потомки одного из арийских племен. Они давным-давно держали путь в Северную Индию из Гипербореи. В некоторой части своей арии остались здесь. Они почти не имели родственных связей с теми, кто пришел в старое село потом, через века…

   Прошли века. Каменные усадьбы старых родов развалились. Как и глинобитные мазанки новых родов. Волей судеб все семьи оказались опять по соседству. Но уже в современном колхозном поселке, что в котором стены домов возвели из жженного кирпича, а крыши накрыли шифером. Айбек влюбился в младшую дочь Мурадхана – нынешнего главы самого старого рода. Золотоволосая и сереброглазая Севарахан симпатизировала молодому соседу – высокому чернобровому, черноглазому парню, сделавшему завидную научную карьеру в свои 28 лет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.