Михаил Четыркин
Королевский экю

Сериал

У меня в телевизоре застрял сериал.

Если говорить откровенно, я заметил не сразу. Всё происходило обычно: пришёл с работы, включил телевизор, начал готовить ужин, периодически бросая взгляд на экран…

Назавтра ситуация протекала идентично…

И в какой-то вечер (в среду… Точно, в среду…) вдруг подумалось, что всё это уже где-то видел…

Но руки были в селёдке, проще было досмотреть, чем переключать.

Поэтому пульт взял только в четверг. Когда ел макароны.

Пульт ясности не добавил: каналы демонстрировали копии, несмотря на то, что времена года на экране немного различались: персонажи были то в свитерах, то в футболках, продолжая говорить одинаково.

Почему-то зашевелилась трусливенькая мысль, что у телевизора перегрев, и если картинка погаснет – ситуация исправится автоматически, сама собой…

Но выключение ничего не дало. Хотя я нервно выждал около получаса. Для уверенности.

…На вновь засветившейся плоскости горела люстра. Дальше темнела штора. И скрывала окно…

– Э-э… – осторожно произнесла люстра мужским голосом… – Тут такое дело… Это я. Я здесь.

– Кто? – промямлил я, не попадая губами в артикуляцию…

– Это я. Ваш сериал, – ответила штора… Уже казалось, что говорит именно она.

Повисло молчание, которое следовало срочно исправлять.

– Я не планирую Вас смотреть, – пытаясь быть вежливым, заметил я. – Я могу смотреть на небо…

– На небе же нет сюжета, – снисходительно парировал сериал… – Примитив. К тому же Вы заработаете… как её… зрительскую дисфункцию. И у Вас упадёт интерес. Навсегда упадёт.

Перспектива дисфункции меня расстроила. Падение интереса тоже не сулило ничего хорошего в будущем.

– А я Вас уже видел. Много раз…

– Тапки Вы тоже видите каждый день… Или чайник… Не надоели ведь? – саркастично заметил голос.

Аргументы звучали серьёзно.

– Я читать больше люблю. С детства! – почему-то фальцетом попытался я возразить…

– Ну да, ну да… И что последнее прочли? Не припоминается? Абзац на упаковке "Сколько минут варят макароны"?

Это был удар ниже пояса.

– Так Вы следите за мной? Подобное поведение неэтично. Это смена ролей. Это я должен следить за Вами!

– Ну… Чего и прошу… – примирительно заметил сериал. И я понял, что он загнал меня в угол.

Ситуация выглядела тупиковой… Почему-то вспомнился Карибский кризис. А затем – Ялтинская конференция. Пока память не добралась до Нюрнбергского процесса, я чётко решил взять инициативу в свои руки.

– 30 минут. Ежедневно. В будни.

– И в один из выходных… И шесть раз за отпуск… Пожалуйста, пожалуйста… – заканючил сериал.

– Четыре раза. Это окончательно.

– Лады… – сериал явно повеселел… На экране отдёрнули шторку… В окно светила луна. Было мирно и благостно…

Я пошёл и надел тапки.

Чтобы следом включить чайник.

Женщина

По ночам я стал ощущать, что мне не хватает одеяла.

То есть с вечера всё нормально, а часа через три начинаю мёрзнуть, крутиться – и просыпаюсь. Я чутко сплю.

Утром заметил, что подушка пахнет духами… слегка…

Незнакомыми, но приятными.

– Это женщина завелась, – скучно махнув рукой, пояснил мне приятель из института, где мы вместе работаем. – У тебя ведь своё жильё? В своём они быстро заводятся… не то, что в съёмном…

Я поверил ему, потому что осенью он заблудился в лесу, когда ходил за грибами. И вышел к людям, позже. Правда, без грибов…

Бывалый человек, одним словом.

– И чего же мне делать теперь?

– Понаблюдай. Случается, уходят сами. Туда, где лучше… – ему было некогда, он спешил на обед, а я присел на лавочку возле проходной, размышляя, что вряд ли где лучше, чем у меня.

Мне у меня нравилось.

Вечером оказалось, что вся мебель расставлена иначе. А на окне появились цветастые занавесочки.

Не поленившись, я снял одну, спустился к магазину во дворе, где выяснил, что они стоят ровно столько, сколько я вчера недосчитался в кошельке.

Уже не удивляясь, под крышкой сковороды, на кухне, обнаружил котлеты, и зачем-то их пересчитал. Котлет вышло шесть, но это мне ничего не говорило…

Периодически наведываясь к сковороде, вновь расставил мебель как было… Подумав, снял остальные занавески, и аккуратно сложил их на подоконник.

Ночью, сквозь сон, как будто слышал тихие всхлипывания, но только крепче зажмурил глаза, внушая себе, что это чудится.

Утром противоположный край подушки показался холодным, и уже ничем особенным не пах… В институт не хотелось, но мой отдел завершал проект, забот хватало… и только сиротливое окно без занавесок по возвращении вернуло к вчерашним мыслям.

Захотелось прижать к себе подушку. Сдержался.

Котлет, разумеется, тоже не было, сварил пельмени, которые съел, не дождавшись аппетита.

На улице накрапывал дождь.

На душе скребли кошки.

Спустился в гастроном, выбрал самую большую коробку конфет.

Они были в виде золочёных пирамидок, и даже сквозь полупрозрачную крышку выглядели вкусно.

На кассе продавали розы. Я попросил красную. А потом решил, что две белых будут к ней хорошим дополнением. Девушка, улыбнувшись, отбила чек. Дождь на улице почти затих.

Цветы я перевязал весёлой ленточкой, взятой в новогоднем пакете на антресолях.

…Когда розы лежат на коробке, тот край кровати смотрится очень празднично.

Ночью я постараюсь не ворочаться, чтобы ничего не измять… И, может быть, что-то услышу…

Я чутко сплю.

Лифт

Как-то так получалось, что лифтом я практически не ездил.

Раньше жил в пятиэтажке, а переселился хоть и в более серьёзный дом, но на третий этаж, откуда пешком казалось быстрее.

Поэтому двери, с шуршанием раздвинувшиеся прямо передо мной на площадке воскресным утром, мгновенно сформировали шальную мысль – Сегодня – можно!..

Оттого фраза "Это я удачно зашёл", из любимой гайдаевской комедии, произнеслась как бы сама собой…

– Вы юбилейный пассажир, – словно в ответ ей констатировал механический голос, закрывая серебристую коробку за моей спиной.

– Скидки? – улыбнулся я…

– Бонусы, – не принял шутку лифт. – Каждая цифровая кнопка для Вас умножается на 10.

– То есть вместо восьмого поедем на восьмидесятый? – обрадовался я…

– Восьмидесятого здесь нет, – охладил лифт неуместный энтузиазм. – На восьмой. Десять раз… Бывали на восьмом?..

– Не представлялось оказии… – я почему-то смутился…

– Там хорошо… – протянул лифт мечтательно. И показалось, что он посмотрел вверх…

– А обратно как? – уточнил я на всякий случай.

– Кнопка "1", – словно ребёнку, терпеливо разъяснил голос из динамика. – Тоже десять поездок… Решили?

– А если нажать "П"? – взглянул я на панель. – Подвал?

– Сегодня – Пермь. Вы же юбилейный пассажир, – напомнил лифт.

– Чего не Париж?.. – почему-то захотелось покапризничать…

– Париж – Шенгены. А Вы без загранпаспорта. И без визы.

– Как узнали??..

– Камера.

Диалог остановился. Соображалось туго. Обилие возможностей мешало сосредоточиться.

– А кнопка со стрелочками "влево/вправо"? – не унимался мой перфекционизм. – Каков маршрут?

– Движемся влево, подъезжаем справа. Или наоборот. Роли не играет. Всё равно в итоге окружность.

– Логично, – спорить было не о чем…

– Итак? – поинтересовался динамик после паузы…

– Тогда, быть может, Пермь? – робко заикнулся я… – Но как-то не планировалось именно сегодня… Быть может, завтра?

– Завтра Вы не будете юбилейным пассажиром. Завтра в Пермь не получится, – голос спокойно разъяснил то, что подразумевалось и так.

…И я с облегчением надавил на "П".

Мышь

На компьютере перестали открываться папки. Щёлкаешь, щёлкаешь – и ни в какую…

Приглашённый мастер посоветовал мне заменить мышь.

– Старая она уже… Лет десять… – покрутив мышь за хвост, и зачем-то понюхав, пояснил он.

Мыши исполнилось все 15, но было бы бестактно возражать мнению специалиста.

– Выглядит, вроде, неплохо, – заметил я. Однако нюхать безжизненное тельце не стал.

– Они так всегда, – грустно ответил мастер… – Внешне неплохо, а внутри всё иначе… У меня жена такая была…

– Сломалась? – осторожно поинтересовался я.

– Уехала… В Переславль-Залесский…

– Говорят, там красивый собор…

– Говорят…

Мы помолчали.

– Может, её почистить?.. мышь, в смысле… – прервал я неловкую паузу, желая поправить ход беседы. – У меня есть спирт. Муравьиный.

– Можно… Но надолго не хватит…

– У меня немного папок. Три всего.

– Три – это немного, конечно… У других больше. Несите, пожалуй…

Я принёс спирт, захватил по пути вату, и стал ассистировать.

Лёжа на спине, мышь выглядела беспомощно и трогательно. Мастер разложил инструменты на её коврике и, вздохнув, принялся за дело. Я придвинул зажжённую настольную лампу. Запахло операционной. На улице заплакал чей-то ребёнок… потом, вероятно, успокоенный, стих…

– Всё. Пусть отлежится с полчаса. Сразу не дёргайте…

Я пожал ему руку. Он пожелал мне хорошего вечера.

…В окне виднелось закатное небо. Лампа уютно очерчивала светлый конус на письменном столе.

Мы с мышью нашли картинку собора в Переславле-Залесском… Потом ещё несколько фото…

Собор был и вправду красив.

Маралий корень

Над кабинетом в поликлинике периодически загоралась лампочка. Это означало, что следующий из очереди может заходить.

Раньше я видел такой сигнал в телевизионной картине, где десант из самолёта должен был высадиться во вражеском тылу. Люди с героическими лицами прыгали в чёрную жуткую пустоту, завидев мигание огонька под проволочным кожухом.

У одного, по сюжету, не раскрылся парашют…

– В прошлом году возле этого кабинета женщине стало плохо, – поделилась со мной информацией пенсионерка слева.

– А потом? – проявил я заинтересованность.

– Ушла на улицу. И больше её никто не видел.

– В прошлом году меня здесь не было, – решил я добавить оптимизма в историю. – Я жил в другом районе.

…Внезапно лампочка тревожно мигнула. Вдруг захотелось кашлянуть при входе…

– Это чужеродные бактерии, – серьёзно глядя в листок моих анализов, сообщил врач. – Они обладают невероятной стойкостью к лекарствам.

– А если на них надавить? – захотелось мне найти выход.

– Если на них надавить, они разбегутся по всему организму, – объяснил мне терапевт непростую ситуацию. – Вы как спите?..

– Обычно на правом боку, – попытался я вспомнить.

– Лимонник приходилось употреблять?.. А маралий корень? Настойки, без рецепта в любой аптеке. Повысят защитные силы. Но мешают заснуть…

– Потому и называется "аморалий"… – понимающе уточнил я.

– Это левзея сафлоровидная. Иначе – рапонтикум, – строго продемонстрировал мне врач свои институтские познания в фармакопее.

Почему-то неясно вспомнилось Delirium tremens из латыни… А ещё "Идущие на смерть приветствуют тебя"… И, совсем уже не к месту, финал фильма "Спартак". С Кирком Дугласом.

– С антибиотиками пока подождём. Не дело сразу браться за антибиотики… – вернул меня участковый в настоящее.

– Спасибо, доктор… – мне захотелось добавить ещё что-то, из благодарности, но память показала картинку с вереницей страждущих у кабинета.

…Пенсионерки на стуле уже не было… Вероятно, она десантировалась куда-то дальше.

Сглазили

По утрам, перед выходом на работу, в зеркале у меня стало появляться печальное лицо.

Я попробовал умываться очень холодной водой – но оно не проходило. Умываться кипятком я не захотел, потому что слышал в одной научной передаче по телевизору, что это неполезно, и с возрастом могут проявиться последствия.

– Сглазили! – объяснили женщины из бухгалтерии. – Надо идти к бабке. Иначе будет поздно.

Видимо, они владели актуальной информацией по таким ситуациям.

Приближалось начало квартального отчёта. Водителя Валеру снабдили адресом, написанном на листочке, и делегировали отвезти меня в нужном направлении.

По дороге он рассказал о близкой родственнице, к которой по ночам стал являться покойный муж. Из рассказа я услышал, как после очередного явления родственница обнаружила, что беременна, а из квартиры бесследно исчезли шесть тысяч рублей, отложенных на покупку нового холодильника.

…Мы долго петляли в служебной легковушке по каким-то просёлкам, чтобы понять о прибытии на место по вывеске "Сельпо", приколоченной к одному из вереницы возникших за окном домишек.

Следуя пояснениям в листочке, Валера остановился возле следующей избушки.

Бабушка была сморщенная как печёное яблоко… я подумал о том, что она выглядит гораздо хуже меня утреннего. Внутри шевельнулись неясные сомнения… но в памяти всплыл надвигающийся отчёт – и появилась возможность придать себе решительный вид.

Валера проходить отказался, мотивируя возникшей необходимостью проверить давление в шинах. Я не настаивал, вспомнив, что у него в марте родился второй ребёнок.

Старушка мелко и часто кивала, пока я излагал диспозицию, и, не дослушав, стала греметь чугунками в районе печи. В воображении мелькнули кадры из детского фильма "Морозко", поэтому пришлось потрясти головой, чтобы они пропали.

Ведунья подала мне сомнительной чистоты кружку с какой-то бурой жижкой до краёв… Но на фаянсе успокоительно читалось "30 лет Победы", и был изображён соответствующий орден.

Задержав дыхание, удалось проглотить остро пахнущий раствор, стараясь не взбаламутить подозрительный осадок на дне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.