Упиваясь грёзами про лето
Вячеслав Сазанович

© Вячеслав Сазанович, 2021

ISBN 978-5-0053-6698-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Облепиха. Крылечко. Тихо

Я сижу на крылечке. Тихо.
Даже птицы ещё молчат.
И от огненной облепихи
Золотится рассветный сад.

Кофе рядом и сигареты,
И не чувствую вовсе я,
Что прохладнее стало лето
В ожидании сентября.

За спиною изба с кроватью.
Я сегодня так рано встал,
Потому что недавно спать я
Окончательно разжелал.

Потому что совсем недавно
Солнцу влезть удалось в окно,
И лучами глаза так славно
Пробудило мои оно.

Кофе действует словно печка.
Мне приятно. Гляжу в зарю.
И тихонечко на крылечке,
Согреваясь, сижу, курю.

В парке стоял у дорожки фонарь

В парке стоял у дорожки фонарь,
Рядом склонилась ёлка.
Ёлка дрожала, стальной государь
Гладил ее иголки.

Осень гуляла, спустив с поводка
Дождь с леденящим ветром.
Ёлке фонарь широко свысока
Сбрасывал нити света.

Дождь прижимал к отсыревшим ветвям
Ёлки фонарь покрепче.
Холодно, да, но двум верным друзьям
В холод живется легче.

Скоро морозы заставят блистать
Шубу на лапках ёлки.
Ну, а фонарь также будет стоять,
Гладя ее иголки.

«Звёздочка яркая, звёздочка томная…»

Звёздочка яркая, звёздочка томная,
Вспыхнула ночью прохладной и тёмною.
Вспыхнула звёздочка небом рождённая,
Над горизонтом сиять размещённая.

Мрак уничтожила звёздочка милая,
Очень воздушная и легкокрылая.
Звёздочка с кудрями снежно-жемчужными
Делать способна проблемы ненужными.

Звёздочка сочная, звёздочка смелая,
Вверх поднимается, чистая, белая.
Вверх поднимается звёздочка ясная,
Очень желанная, очень прекрасная…

«Утро зимнее. Темень. Рано…»

Утро зимнее. Темень. Рано.
График сменный. Идёт суббота.
Дом оставив с теплом дивана,
Я отправился на работу.

Блещут звёзды ещё над миром.
А под ними сквозь город спящий
В рейсе вахтовым пассажиром
Я проехал и еду дальше.

Сосны, ивы, берёзы, кедры
У дорожной застыли ленты.
К ним не тянутся руки ветра —
Значит, он тоже дремлет где-то.

Темень. Рано. Идёт суббота.
Я по трассе морозной еду.
И в пути своём до работы
Доберусь я и до рассвета.

Белый День

В длинной шубе, цвета снега,
Позабыв ночную лень,
Заявился к Человеку
Спозаранку Белый День.

День по-зимнему нарядный,
Шапка, валенки на нём.
С Человеком до заката
Доберется он вдвоем.

День сегодня шаловливый —
То щипнёт морозом нос,
То дыханием игриво
Задымит, как паровоз.

Белый День сегодня самый,
Самый краткий день за год.
Но несётся он упрямо,
Как и прочие – вперёд!..

К человеку, в дом из но́чи,
Шапка косо – набекрень,
Заглянул недолгий очень,
Но прекрасный Белый День.

«Не в первый раз, не первый год…»

Не в первый раз, не первый год,
Внезапной смерти не желая,
Ещё одна зима поход
Земной устало завершает.

Нет сил ни снежным помелом
Стегать поникшие берёзы,
Ни изможденным колдовством
Вновь призывать к себе морозы.

Терпеть безоблачные дни
Невыносимо – обжигают!
Да и ночных светил огни
Почти совсем не остужают.

Легла глубокая на льды
Реки морщинистая сетка,
Тепло сугробные ряды
Легко грызёт капелью едкой.

Ещё чуть-чуть и уплывёт
Зима, поход свой завершая,
Не в первый раз, не первый год
Весне дорогу уступая.

«К небесному платью сияющей брошкой…»

К небесному платью сияющей брошкой
Прилипло застёжками солнце рассвета.
Пятнистая кошка бежит по дорожке
И тащит куда-то кусочек котлеты.

Живущие в лапках высокой берёзы,
Согнувшись немного, застыли серёжки.
Росу размельчил в ароматное просо
Недавний туман серебристою ложкой.

Исчезли дожди, небо стало прозрачным,
И солнце на нём засияло так ясно!
А если рассвет получился удачным,
То, будет и день, без сомнений, прекрасным!

Порт назначения – Мечта

В порт назначения – Мечта,
Безумно важный и желанный,
Идут житейские суда
По всевозможным океанам.

А порт Мечта в такой дали,
Что по пути к нему немало
Судов засело на мели
И от штормо́в в волна́х пропало.

Кому-то штиль узлов не дал,
Кого-то вымучила жажда.
А кто-то лично осознал,
Что плыть ему к Мечте не надо.

Из сотен тысяч кораблей,
Бросаясь в путь, как в небо птицы,
Сквозь мрак и злость туманных дней
К Мечте доходят единицы.

Порт назначения – Мечта,
Такой прекрасный и желанный!
И каждый день к нему суда
Идут по волнам океанов.

Хорошо там, где мы

Хорошо там, где мы, а не там, где нас нет,
Даже если вдали нет привычных нам бед.
Даже если вдали нет ни тьмы, ни чумы —
Хорошо не у них, хорошо там, где мы!

Даже если вдали льётся в реках кисель,
А в крапиве цветёт на ветвях карамель,
Даже если в жару, говорят, там свежо,
Всё равно не у них, а у нас хорошо.

Нам близки холода, ветер, грозы, дожди,
Сапоги нам близки и болота в пути.
И, пускай, лето мы видим реже зимы —
Не у них хорошо, хорошо там, где мы!

«Куплю пакетик семечек…»

Куплю пакетик семечек
Для вольных голубей.
Присяду на скамеечку
С пакетиком скорей.

Красавцы и красавицы —
Я буду им, как свой.
Пускай они слетаются
С ветвей ко мне гурьбой.

И стану с ними точно я
Немножечко добрей.
О, дети поднебесные,
Спускайтесь поскорей!

Хочу, мои воздушные,
Добро свершить для вас.
Поверьте, очень нужно мне
Полезным стать сейчас!

Куплю пакетик семечек,
Две семечки съем сам.
Другие со скамеечки
Рассыплю голубям…

Аквариум

Не знает аквариум гроз и штормов,
Не знает он также сетей рыбаков,
Ни хищников-чаек в полёте капризных.
Казалось б живи в нём и радуйся жизни.

Там, в замкнутом мире, легко и невинно,
И нет неурядиц ни кратких, ни длинных.
Там близкое дно, нет пугающей бездны,
И корм сверху падает манной небесной.

Но только кому нужно счастье такое,
Без всплесков эмоций и в вечном покое?
Да, всё что захочешь, то тут же получишь.
Но станет ли житься от этого лучше?

Нет, лично мне нужно бороться и драться,
Пускай не всегда, но побед добиваться.
Во множестве дел, силы тратя и нервы,
Мне быть обязательно хочется первым.

А жить, подружившись с безоблачной ленью,
А жить со спокойствием да расслабленьем,
И плыть не спеша, на стекле отражаясь,
Совсем не хочу я, совсем не желаю.

Углы и тени

Взяв неволю в расплату,
Сам с собой не в ладах,
Он бродил по квадрату,
Тени видя в углах.

Влип надолго и крепко
В сырость он между стен —
Там надёжней, чем в клетках
Проводить личный плен.

Осознать бы ошибки.
Да ведь поздно уже,
Совесть хлипкостью липкой
Присосалась к душе.

Дверь закрыта наружу —
Быть ему одному.
Нет, он больше не нужен
Ни за что, никому…

Но он ищет спасенье —
До сих пор, как монах,
Он бредёт в междустенье,
Видя тени в углах.

Музыка созвездий

Мелодии дальних небесных созвездий
К себе привлекают вас?
К примеру, созвездия «Кассиопея»
Свистящий неспешно джаз?

А арии скрипок созвездия «Овна»?
«Пегаса» гитарный блюз?
А соул, выбиваемый «Лебедем» томно
Из ниточек звездных бус?

Дэнс-хаус «Геркулеса», романсы «Цефея»
И румба от «Гончих Псов»?
А оперный хор и кантаты «Персея»?
А мюзиклы «Близнецов»?

А если есть кто-то, кто скажет: «Тебе бы
О правде писать, не бред».
То значит возможности вслушаться в небо
У этого «кто-то» нет.

Ему не доступны ни рок «Волопаса»,
Ни «Девы» с «Тельцом» шансон…
О!.. Слышите, как загремел контрабасом
Над нами сейчас «Дракон»!

Триста серебристых рыбаков

На Луне, в сметанном океане,
От высот молочных берегов
Отплывали утром лунетя́не —
Триста серебристых рыбаков.

В каравеллах белых без утайки
Лунетян гудели голоса,
А над ними бежевые чайки
Нагоняли ветер в паруса.

А под вечер в волны океана,
Веря в исключительный улов,
Выбросили сети лунетяне
У гряды кефирных островов.

Очень рыболовным было место.
И в сетях со дна на корабли
До заката тысячи созвездий
Лунетяне вытянуть смогли.

А затем созвездья отбелили
До сиянья чистых жемчугов
И щелчками в небо запустили
Триста серебристых рыбаков.

Это правда. Встретить мне такое
Самому недавно довелось —
Видел я, как в ночь, перед Луною
Первое созвездие зажглось.

А потом в небесном океане
Разгорелось множество огней.
Кто это? Конечно, лунетяне
Осчастливить вздумали людей.

Главное, поймать волну

Главное, поймать волну,
Что других взметнётся выше,
Ту, с которой вниз, ко дну,
Точно вместе не умчишься.

И на гребне с белой пеной,
Разрезая соль морей,
Стать возможно для вселенной
Чуть заметней и ценней.

Тело станет телом птицы
Невесомым в вышине —
Что захочешь, то случится,
Раз ты будешь на волне.

Волны хлещут, море свищет,
Сердце просится в полет,
Тот, кто ищет – тот отыщет,
Тот, кто верит – обретет.

Избушка на воздушной подушке

Хочу я давно на воздушной подушке
Себе раздобыть ездовую избушку.
С окошком чердачным, трубою над печкой
И фарой над верхней ступенькой крылечка.
Не надо избушки ходящей на ножках,
Порядок хранить в ней достаточно сложно.
Асфальт не осилят широкие лыжи,
Колёса увязнут в болотистой жиже.

Поэтому очень желаю избушку
Себе раздобыть на воздушной подушке.
Я с ней прокачусь по вершинам Алтая,
Проеду за день Уругвай с Парагваем,
Под форточкой сидя увижу Мальдивы,
Бомбей, Касабланку и Антанариву.
И, чай попивая с медком на веранде,
Насытю себя красотой Самарканда.

Прошу, помогите, безумно мне нужно,
Найти ездовую, с трубою, избушку.
Согласен, чтоб сверху была черепица,
И флюгер был схож с воспарившей орлицей,
Со столиком, лавкой, подпольем и койкой.
И маленькой банькой в уютной пристройке.
Но, чтоб обязательно мчаться избушка
По свету могла на воздушной подушке!

Я люблю тебя очень-очень

Утром, вечером, днём и ночью,
Ежесуточно, ежечасно,
Я люблю тебя очень – очень,
Это ж видно довольно ясно.

Хлещет осень дождём обильным,
Размывая речные устья.
Я люблю тебя сильно-сильно,
Сильно так, что и сам боюсь я.

Мучить будешь меня ты сколько?
Ведь понятно без разъяснений
Я люблю тебя долго-долго —
Миллиарды земных мгновений.

Ты же знаешь, люблю безмерно,
Пусть сомненья тебя не гложут.
И любить буду верно-верно,
Как никто никогда не сможет.

«Ты же фея! – легка́ и крылата…»

Ты же фея! – легка́ и крылата.
Рисовать бы с тебя портреты.
Не тверди мне в ответ, не надо,
Что ты ведьма с оскалом бледным.

Ты волшебница! Сказка! Чудо!
Чародейка ты – просто диво!
И довольно тут безрассудно
Дьяволицей казаться лживой.

Не чертовка ты, не мегера
И не бе́су родная дочка.
Ты мой ангел-хранитель верный,
Талисман!.. И не спорь больше. Точка!

«Ну, подумаешь, в дом барабанится град …»

Ну, подумаешь, в дом барабанится град —
И такому явлению лета я рад.
Да, прохладно слегка, но ведь завтра с утра
Обязательно снова вернётся жара!

Почему ты грустишь? Объясни, почему?
Нынче грусть, я скажу, ну совсем ни к чему.
Не гляди ты с тоской. И молчком не сиди.
Ждут счастливые дни нас опять впереди!

Град не вечен совсем, постучит и уйдёт.
И прохлада за ним ночью в след уплывёт.
В дом вольётся тепло, в дом вернётся жара!
Потерпи ты чуть-чуть! Лишь чуть-чуть! До утра!

Напиши в ответ, я жду!

Я пишу, а ты молчишь. Не пойму…
Расскажи мне, объясни, почему?
Почему ни одного мне в ответ
Даже краткого словечечка нет.

Ты молчишь. И не пойму я никак,
Может, высветился в чём-то не так?
Может, выразил, себе на беду,
Абсолютно я идею не ту?

Вдруг ошибки в письмах встретила ты? —
Может, в «ЖИ» вписалось ложное «Ы»,
Или «ЩУ» попалось где через «Ю»…
Если так, то их себе не прощу.

Неспокойно ни глазам, ни душе.
День давно с землёй простился уже,
Да прошла аж половина ночи́…
Ну, ответь мне! Напиши! Не молчи!

«Платье без рукавов…»

Платье без рукавов,
Острые босоножки
Снять я с тебя готов!
Если позволишь… можно?

Очень желаю знать,
Теша себя надеждой,
Хочешь ли ты сорвать
Тоже с меня одежду?

Чувствую, что мечту
Общую мы лелеем.
Стало невмоготу
Нам изнывать, робея.

Платье с тебя сниму,
Скину и босоножки,
Сладостно обниму —
Пусть мне всё будет можно!

«Листья осень срезает ножами…»

Листья осень срезает ножами
Беспрерывных туманных дождей,
А что боль пролегла между нами
Не понять, обезумевшей, ей.

Капли в землю вонзаются клиньями,
Наслаждаясь своей остротой.
И деревья прощаются с крыльями,
Вновь надеть их желая весной.

Да, свирепствует осень сурово,
Но, увы, не дано ей сейчас,
Пусть холодным, но все-таки новым,
Природнить дуновением нас.

Без вмешательства внешнего вовсе
Мы решались расстаться с тобой…
А к закату дождливая осень
Золотой уносилась листвой.

Промахнулся Амур…

Промахнулся Амур, целясь в сердце стрелой,
Поцарапал его, да и только.
Мне с тобой хорошо, но своей красотой
Не пленила меня ты нисколько.

Мне уютно с тобой, твой понятливый взгляд
Может сделать ручным даже волка.
И приятную речь тоже слышать я рад,
Но без тени большого восторга.

Мне легко, мне светло, мне отрадно с тобой,
Но не так, чтобы сильно и очень.
И тебе не дано мой душевный покой
Заменить на бессонные ночи.

Но мы всё же близки – неподвластен твой пыл
В свой черед мне в отместку нисколько.
Ведь, Амур тоже сердце твоё зацепил,
Поцарапав его лишь легонько.

Ожидание…

Каждый шорох, каждый звук,
Каждый скрип автомобиля
Говорил ей: «Может! Вдруг!
Это он приехал! Милый!»

И к широкому окну
Подбегала, сердце билось.
А душа кричала: «Ну!»…
Нет… Не он… Она ошиблась.

Ей бы лечь, да и вздремнуть,
Или быт заполнить делом.
Но чрезмерно давит в грудь
Время комом переспелым.

Сколько сгинуло часов
От последней встречи в вечер?
Сколько суток полегло? —
Не считай, не станет легче.

Ей его бы позабыть,
Но упрямо сердце бьётся
С верой в то, что, может быть,
Он приедет, он вернётся.

Знать пока, что рано ей,
Что, сквозь скрип дорожной пыли,
Вновь он мчится!… но не к ней
На своём автомобиле.

Кот взъерошенный

Плачет, надрывается
Ветер горлодёр.
Тянется – шатается
Вдоль тропы забор.

Покосился брошенный
За забором дом.
Лижет кот взъерошенный
Лапку под окном.

С яблони обсыпался
Перезревший плод,
Рядом закрапивился
Бывший огород.

По траве нескошенной
Не идут следы.
В бочке покорёженной
Не найти воды.

Тоже стал я портиться,
Видимо, устал.
Может, срок для возраста
Сгорбиться настал.

Если буду брошенным,
То, хочу, как дом,
Тоже со взъерошенным
Ворковать котом.

Пусть он намывается
Лапкой, бузотёр…
Тянется – шатается
На ветру забор.

Продается мешочек с чувствами

Продается мешочек с чувствами —
Торопись! Налетай!
Чувства в нём абсолютно вкусные —
Не боись! Покупай!

Нет в мешочке ни грамма подлости —
Подходи! Веселей!
Нет ни горечи и ни чёрствости —
Весь набор сто рублей!

Чувства с запахом вешней свежести —
Открывай кошелёк!
Зла не знающие и ревности —
Я давно их берёг!

От волнения, счастья, радости,
От любви и стыда
Захотелось давно избавиться
Насовсем, навсегда.

Не нужны они стали с возрастом,
Я от них устаю.
Чтобы чувства не стали портиться
Весь набор продаю.

Покупайте мешочек с чувствами! —
Веселей! Торопись!
Очень светлыми, очень вкусными! —
Налетай! Не скупись!

Расскажи мне, поэт

Расскажи мне, поэт, и как можно скорей,
Не шути, загоняя в смущение.
Как в миру от руки кропотливой твоей
Появляется стихотворение?

То ли слово легко подбираешь себе
И используешь без промедления?
То ли ищешь его ты на ощупь во тьме
И теряешься в долгих сомнениях?

И ещё – в голове, может, слышишь бубнёж
Непрерывного рифморождения?
Может, море нашел, из которого пьёшь
Ты густой эликсир вдохновения?

Расскажи мне, поэт, не тяни, не томи,
Где идеи берешь во служение?
Или сами к тебе прицепились они,
Исполняя твои повеления?

Расскажи мне ещё о простых чудесах,
Как ты личной души отражение
Можешь всем показать, не скрываясь, в стихах,
Не боясь ничьего осуждения.

В эту ночь заглянула Муза

Лик ещё её скрыт вуалью
Из материи светло-русой.
Интересно, ко мне какая
В эту ночь заглянула Муза.

Сколько лет ей? Она юна ли?
Может, сморщенная старушка?
Что ей ближе – тоска с печалью?
Или счастью она подружка?

А глаза? А глаза невинны?
Шляпа взгляд её прикрывает.
Что в них? Голый песок пустыни?
Или солнце огнём играет?

Всё! Довольно! Я сброшу на пол
С Музы всё, что считаю лишним —
Плащ тяжёлый, вуаль и шляпу.
И какая она – увижу.

Ждать чего мне от Музы-дамы
Разберусь я потом дословно —
С трагедийным финалом драму
Или целый роман любовный.

Шхуна

За терпящей бедствие маленькой шхуной
Чернеющей смертью несутся акулы.
И волны, свистящие пеной безумно,
Вгрызаются в борт погибающей шхуны.

На палубу ливень упал водопадом,
И гром не смолкая ведёт канонаду —
Уже уничтожил он молнией компас
И врезал по реям недавно ещё раз.

Шатается ветром, забыв о фортуне,
Воды нахлебавшись несчастная шхуна.
И шторм из команды, ещё многолюдной,
Съедает кого-нибудь ежеминутно…

…А утром на сушу спокойное море
Останки от шхуны доставит прибоем.
И мачта крестом в берег мягкий воткнётся,
Печалясь о тех, кто домой не вернётся.

Как там дома дела?

Как там дома? По-прежнему с силой лихой
Бьются в окна свирепо метели,
И в спокойную рань голосят над землёй
Не спеша воробьи – менестрели?

Как и прежде гурьбой через двор детвора
Ходит в ближнюю школу учиться?
И скажи ещё, так же луны кожура
По ночам среди звёзд серебрится?

А деревья всё так же стоят нагишом,
Обнимаясь ветвями бесстыже?
Так же солнце под вечер своё языком
Отражение в зеркале лижет?

Крыша дома по-прежнему шапкой бела,
Перештопанной снегом объемным?
Расскажи мне скорей, как там дома дела,
Я соскучился очень – напомни!

Домой!

С каждым часом деревья ниже
И становится холодней —
Север дальний намного ближе.
Даже больше – уже видней.

Воздух чище и снег белее,
И знакомее след зверья.
Эх, нестись бы чуть побыстрее!
Но быстрее уже нельзя.

Поезд снова над крышей личной
Рявкнул фирменное «Ту-ту»!
И по компасу прямо мчится
На Полярную он звезду.

С каждым часом сильней и чаще
Сердце бьётся в груди – и пусть.
Скоро буду опять я счастлив!
Скоро вновь я домой вернусь!

«По железным двум полоскам…»

По железным двум полоскам
Едет с рожками трамвай.
Он большой и очень жёсткий —
Ты к нему не приставай!

Он грохочет и вздыхает
На проложенных путях,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.