Остерегайтесь уголковых кошек
Мирра Гельд

© Мирра Гельд, 2022

ISBN 978-5-0053-6684-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Все новое приходит с войной» – пожалуй, эта фраза отлично характеризует заложенный в книге подтекст. Литературный хоррор Мирры Гельд не ограничивается описанием полярного холода и ледяной безысходности. Это актуальный роман нашего времени, где мир сотрясают изменения и главный герой, так же как и многие из нас, пытается сопротивляться переменам. В бескрайней белой пустыне он отчаянно пытается найти путь домой, к привычной жизни, но мир, где появились уголковые кошки, уже никогда не будет прежним. Приспосабливайся или умри. Впервые за миллионы лет эволюции люди больше не доминанта и не венец творения, что было за гранью – теперь здесь… и безразличным кошачьим взглядом наблюдает за ходом своего бездушного эксперимента.

Режиссер, сценарист

Филипп Дмитриев

1. ИНСТРУКЦИЯ ПО ВЫЖИВАНИЮ

Я везучий,

Словно дым горючий,

Разъедает всех мое везение.

Тщетны на меня поползновения,

Коли я рожден с такой,

Господи прости, судьбой.

ИЗДАТЕЛЬСКОЕ БЮРО

КОРПОРАЦИИ НЕФТЕГАЗОДОБЫЧИ

«АДМИРАЛ МИРА» ИМ. АРТУРА ДОБЧЕНКО

(КН «АМ» АД)

ПОСОБИЕ ПО БЕЗОПАСНОСТИ

НА СТАНЦИИ №656

ТОМ 1

М. С. ГУГУЛЯ

ПОД РЕДАКЦИЕЙ Г. Ю. КОШИНА

ВВЕДЕНИЕ

Данная брошюра является учебным пособием по правилам безопасности на станции №656. Внимательно ознакомьтесь с представленной информацией и следуйте всем рекомендациям.

1. Классификация кошек

Существует множество видов кошек, и с каждым днём их разнообразие растет, однако есть наиболее распространенные виды, описанные здесь. Можно выделить пять видов кошек: подоконные, преддверные, задверные, шкафные и уголковые.

Внутри вида существуют подвиды, различающиеся цветом, некоторыми особенностями поведения и строения тела, но предпочтения в еде и месте жительства у представителей одного вида остаются те же. Рассмотрим общие характеристики каждого вида.

Кошка подоконная. Обитает под окнами, главным образом снаружи домов. Имеет тело и голову, на которой расположены два глаза, два уха и нос, а также рот для поглощения пищи. На лапах располагаются крючковатые когти, во рту – один ряд острых зубов. Все тело покрыто густой шерстью серого или белого окраса. Данный вид является всеядным. Появляются под окнами при частом выбрасывании пищевых и других отходов в окно или из-за захламленности под окнами. Активны в основном днём.

Различают следующие подвиды.

Воконосмотрящая – отличается тем, что постоянно наблюдает за окном и при выбрасывании в окно пищи ловит её на лету, используя лапы и длинный язык с клейкой законцовкой. Вырастает до 50 см в длину. Активна днем, редкий вид.

Земельная – маскируется, закапывая тело наполовину в снег. Земельная часть имеет пять крючкообразный костяных отростков, верхняя – мощные мускулистые лапы с когтями и голову. Питается всем, что падает на землю. Может менять место, но дальше одного дома обычно не уходит.

Скалолазка – умеет менять цвет или становиться прозрачной, имеет длинное тело и короткий хвост с шипом. Питается всем, что падает на землю, летит из окна, а также, при долгом отсутствии пищи, может залезть в окно. Для этого кошка использует темное время суток.

Преддверные кошки – вид самый распространённый, внешностью полностью соответствуют домашней кошке. Заводятся перед дверью, если оставить любой предмет при входе. Такие кошки становятся опасными, если их долго не кормить или, наоборот, раскормить. Имеют густой шерстяной покров ярко-оранжевого или красного цвета. Обычно путаются под ногами и не дают пройти, пока их не покормишь. При кормежке мясом быстро растут и могут загородить дверной проем. При достижении 40 см в длину становятся опасными, поскольку начинают самостоятельно добывать пищу охотой и нападают на людей.

Подвиды различаются по предпочтениям в еде.

Задверные кошки появляются в заброшенных домах, однако в последнее время стали появляться и в обычных домах при долгом отсутствии хозяина (более 2 часов). При открытии двери нападают и заглатывают человека полностью. Можно спастись, распоров кошке брюхо, поскольку данный вид не имеет зубов, однако желудочный сок весьма ядовит и токсичен, поэтому при нахождении более 21 секунды внутри желудка человек обречен на смерть. Кошка данного вида имеет плоское тело и большую голову. Тело покрыто редкой, но длинной шерстью. Обитает на полу и напоминает ковёр или шкуру медведя.

Различают следующие подвиды.

Ленивая – не сразу нападает на жертву, даёт включить свет и даже снять верхнюю одежду и обувь.

Агрессивная – нападает даже на прохожих, выламывая дверь.

Верблюжья – плюет в жертву желудочным соком и потом заглатывает. У данного вида в желудочном соке содержится парализующий жертву фермент.

Кошка шкафная – ест одежду и прочие предметы, как моль, но гораздо в больших количествах, не опасна для людей, исчезает при солнечном свете.

Следующий вид – это уголковая кошка. Самый опасный из всех известных видов. Хищник, питается только мясом. Данный вид имеет плоское тело и большую треугольную голову со ртом и двумя глазами, а также длинными (до 40 см) усами. Во рту имеется три ряда острых зубов, направленных внутрь к горлу, что не позволяет жертве вырваться. Появляется данный вид во внутренних и на внешних углах зданий, а также внутри помещений. Маскируется, прилипая бескостным телом и плоской поверхностью головы к стене. При длительном отсутствии пищи может выпрыгивать и заглатывать жертву целиком. Обладает способностью менять окрас.

Существуют внутри- и зауголковые подвиды, различающиеся способом размещения тела кошки. Данный вид имеет 2—3 метра в длину и 1,5—2 метра в ширину.

Следует отметить ещё несколько видов кошек, популяция которых была уничтожена или сильно сокращена в связи с принятием соответствующих мер.

Мусорная – зарождалась в мусорных ведрах и мешках, с запретом ведер и с выводом мусоропроводов к печам исчезла.

Электра – крайне опасный вид, заводилась в электронных устройствах, радио-, видео- и прочей аппаратуре. Пробираясь внутрь жертвы, электрическим током выжигала внутренности.

Вентиляционная – заводилась в туннелях вентиляции, и своим мяуканьем сводила людей с ума, доводила до самоубийства. В связи с закрытием вентиляционных ходов пришлось оборудовать дома форточками, поскольку в домах без вентиляции и форточек заводился другой вид кошек – свояки. Свояки обитают в тени, отбрасываемой человеком. У тени человека, в котором поселился свояк, появляются кошачьи уши и хвост. Вид не опасный, в наше время очень полезный, но некоторых людей это доводило до безумия, поэтому большинство домов оборудованы форточками.

Подкроватная кошка стала не опасной, когда ввели запрет на кровати.

Уборная кошка – заводилась в унитазе.

2. На станции ЗАПРЕЩЕНО:

– пользоваться видео-, аудио- и любыми другими устройствами, работающими на электричестве;

– ходить в уборную и садиться на унитаз…

– Вы это серьезно? – сказал молодой человек по имени Марк и бросил брошюру на матрас, который лежал посередине комнаты со скруглёнными углами.

– Господин Маклонски, посмотрите на меня, я похож на клоуна? Нет, правда, похож? – прошепелявил высохший почти до костей мужчина с редкими волосами и белесыми глазами. Он не был похож на клоуна, больше походил на труп.

– Эм… – протянул Марк, не зная, что сказать. – Вы главное не волнуйтесь, я с вами, я вас спасу, видите этот значок, – Марк указал пальцем на красный непонятный символ, – он значит, что с вами элита спасателей. Я побывал уже на 65 станциях. Там, правда, скажу я вам, никто не выжил, но зрелище было не из приятных. Так что, если тут и есть какие-то страшилки, то я их… – Марк показал пистолет на поясе. – Не обижайтесь, но у вас помутнение рассудка, вы пробыли тут в страхе смерти больше полгода! Здесь! При минус 40ºC – и это только днём! И столько человек погибло, я все понимаю, вы и ваш приятель… – Марк кивнул в сторону второго мужчины, который постоянно оборачивался по сторонам и что-то нашептывал.

– Во-первых, его зовут Моня, а меня – Григорий, во-вторых, я смотрю, у вас плохо с запоминанием и пониманием ситуации вообще, дорогая вы наша элита.

– Ну, да, да… Ладно, кошки, так кошки. Не волнуйтесь, через три дня сюда приедут спасатели, может и раньше, и мы выберемся, а пока вот – я взял из вездехода, – Марк достал провизию из рюкзака, мужчины без церемоний и благодарностей вырвали еду из его рук. Все упаковки рвали, комкали и кидали в мусоропровод, находившийся прямо на стене. Толстая дверца мусоропровода была открыта всего доли секунды, но этого было достаточно, чтобы по комнате распространился отвратительный запах тухлятины и сгоревшей шерсти.

Марк скривил лицо и, чтобы хоть как-то отвлечь себя от ужасного вида жителей и еще более худшего запаха мусоропровода, вновь обратил внимание на брошюру – пособие по безопасности. Взял ее в руки, усмехнулся себе под нос:

– Ты смотри, фантазеры какие! Под редакцией еще! – Марк обернулся к жителям станции. – Вы книжонку-то сохраните – раритет, на печатной машинке сделана, ваш Гугуля прославится, добрая ему память. Это же бестселлер будет. Кошачий! Взглянуть бы хоть на творца этого!

Григорий с трудом проглотил еду и сказал:

– Так полюбуйтесь на него воочию, – говоря это, он указал на Моню, который, как жующий хомяк, на секунду застыл с выпученными глазами, а потом продолжил пережевывать с еще большим усердием.

– Ааааа, ну тогда все понятно, – Марк развел руками, закинул пару орешков в рот и полез вновь в рюкзак за спутниковым телефоном. Телефон был разряжен, но, судя по тускло горящему свету, электричество здесь все же было. Этим сумасшедшим бедолагам – жителям станции – нужна была экстренная помощь, да и ему самому она была нужна не меньше, оставаться в этом месте ему не очень хотелось. Что-то чувствовалось здесь неприятное, тяжелое, заставляющее испытывать страх. Марк ощущал, что пол постепенно уходит из-под его ног. Хотя он побывал во многих жутких местах и опасных ситуациях и всегда сохранял хладнокровие. Здесь же действительно было что-то необъяснимое: и от группы Марк отбился, потерялся, и вездеход на ровном месте сломался, и жители эти – странные, неясно, как они выжили. Разбираться в этом всем вообще не хотелось. Единственное благо было в том, что перед тем как увидеть станцию и пойти к ней, Марку все-таки удалось передать данные о местонахождении, хотя он знал, что из-за большого количества станций все поступающие данные обрабатывались долго и через три дня его никак не могли забрать отсюда, но главное – это надежда. «Самое время поторопить спасательный центр, спутниковая связь здесь точно должна быть», – подумал он, достал зарядку и попытался найти розетку.

С широко раскрытыми глазами и набитым ртом Григорий вырвал телефон и швырнул его об стену, телефон упал и не разбился, даже не помялся, тогда Моня подпрыгнул и пяткой стал колошматить по телефону, поскользнулся на нем, нелепо упал. Однако телефон был все еще цел. Марк стоял в недоумении, наблюдая за происходящим, и наконец, сказал:

– Вы что творите? – подошел, поднял телефон, – это телефон, вы же из этого века, так ведь? Знаете, что это такое? Он разрядился, я хотел его зарядить, у вас есть розетки?

– Электры! – завизжал Моня и вновь бросился отнимать телефон у Марка, тот отодвинул его рукой. Из-за Мони появился Григорий, гневно грозя пальцем, продолжая дожевывать и плеваться кусками еды, он мычал и рычал, наступая на Марка, который пытался удержать дистанцию. Моня в это время вырвал телефон из рук Марка и кинул его в мусоропровод.

– Ты что, дубина! – воскликнул Марк. Запрокинув голову, он глубоко вздохнул, – вы знаете, я не понимаю, как вы могли спастись, с такими-то действиями.

Григорий одобрительно кивнул Моне, обернулся к Марку и продолжил плеваться:

– Я даже не знаю, спасение ли вы наше? – сказал он, – Но я вам покажу! Вы не верите, а я покажу! – он схватил Марка за руку и потащил к выходу.

– Ой, да что ж вы мне покажите? – сказал раздосадованный Марк.

– Я сейчас все покажу! – Григорий открыл дверь, зажмурился от ледяного ветра, который окатил его хлопьями снега, кинул на крыльцо свою шапку, закрыл дверь и сразу же открыл. Подняв шапку, он указал на маленький рыжий комочек, ниоткуда взявшийся на крыльце. Марк, жмурившийся от холода и снега, остолбенел, забыв про мороз, он подошёл ближе, присел и взял за шкирку рыжий комочек, который развернулся в котёнка с огромными ушами и носом, посмотрев на Марка, тот жалобно запищал. Григорий выхватил котёнка и запульнул его, что было сил, рыжий долетел аж до середины дороги между домами и упал в снег. Григорий захлопнул дверь.

Марк молча зашел в комнату, открыл брошюру, нашел описание преддверных кошек, взглянул на жителей. Потом сел на матрас и замер, осматривая помещение, в котором он находится: скругленные углы, мусорка прямо на стене, запах сгоревшего мяса и шерсти, матрас вместо кровати, брошюра, сделанная на допотопной печатной машинке, котенок, поведение жителей.

– Что это за фигня? Откуда взялось животное? – спросил Марк, переводя взгляд то на Григория, узкое лицо которого, казалось, стало еще уже, то на Моню, смотревшего на Марка выпученными глазами, полными восторга, а ухмылка придавала ему вид сумасшедшего.

– Эта фигня – назойливая тварь, которая сожрет всю твою провизию, а потом и твоих… детей! – сказал Григорий и хлопнул в ладоши. Марк перевел взгляд с Григория на пол и обратно.

– У меня нет детей… пока что нет, – поправился он, – но я не очень понял, как котенок туда попал? Что это? Фокус какой-то? – спросил Марк, – Он же не мог вот так появиться!

– А вот так! Вот так и появился! – подал голос Моня.

– Бред! Что вы смотрите, рассказывайте, давайте. Это что такое?! Все, что описано в этой книжонке, это так и есть все? – покачал головой Марк. – Кошки?

– Вот, теперь вопросы более правильные, – с усмешкой прошепелявил Григорий.

– Да, более правильные, – повторил Моня, – Вы не волнуйтесь, вы же – элита спасателей! Вы нас спасете! – Моня расплылся было в полубеззубой улыбке, но под взглядом Марка смутился, опустил глаза и отошел подальше, стараясь спрятаться за спиной Григория.

– Я жду объяснений, – сказал Марк, смотря исподлобья.

– Объяснений? Так вот же они, – Григорий указал на брошюру.

– Нет, других объяснений, откуда взялся кот перед дверью? Это что после бомбежки Зеленых все началось? Они вирус какой-то распылили? Или, погодите! Это же психотропный газ! Это все мерещится!

– Нет, не мерещится – сказал Григорий, – газ бы уже рассеялся… за полгода-то, тут ветер и метели такие…

– Хватит на меня так смотреть. Говорите, что знаете. Это мутанты какие-то, что это? Откуда берется? Когда началось? Везде одни кошки? Может, собаки там, кролики или мыши, или еще что? Излагайте, – заключил Марк, наклонился так, чтобы видеть Моню и сказал, – иначе я – элита спасателей – не смогу вас спасти.

Моня нахмурился и втянул голову в плечи.

– Честно говоря, – сказал Григорий, – на большую часть вопросов ответа нет. Что это – мы не знаем, мы видели только кошек. Почему и откуда они появляются – загадка, но есть предположение. Вы к Зеленым как относитесь?

– Так все-таки Зеленые виноваты? – игнорировал вопрос Марк, но Григорий ждал ответа. – Плохо, как все. Они хотят деградации, чтобы мы опять обезьянами стали. По этой же причине они начали бомбить все нефтяные станции?

– Ха, – отозвался Моня, – а вы не задумывались, что они пытались спасти всех?

Марк засмеялся:

– Ага, спасли, спасибо! Столько станций разбомбили, единственный город без энергии оставили. Ну, ничего, мы их предводителя тоже так спасли. В гробу зеленеет.

– У нас на станции был один из них, – сказал Григорий.

– Сейчас бы хорошо вписалось признание: и этот Зеленый – я! – усмехнулся Марк и аккуратно расстегнул кобуру пистолета.

– Нет, не я, – сказал Григорий, увидев действие Марка. Тот посмотрел на Моню, который, столкнувшись с ним взглядом, вытянул шею, занервничал и стал оглядываться.

– Я тоже не из них, – оправдался Моня, – но был один – хороший парень.

– Чем же он был так хорош? – спросил Марк, его неожиданно замутило.

– Технологии новые предлагал, сначала, как все, готовил все к добыче здесь. А потом стал уговаривать всех отказаться от этой затеи, ну когда Зеленые с тем же предложением к правительству обратились. И выдал как минимум три новых способа производства энергии и электричества. Без нефти, без газа, так, практически из ничего. Эксперимент всем показал – просто магия какая-то! А его в карцер, за зеленую изобретательность.

– Я смотрю, у вас тут не станция, а целый город! Издательство, тюрьмы… и везде кошки, – подметил Марк, – ну, а что потом?

– А потом – суп с котом! – захихикал Моня.

– Потом стали копать… и выкопали… – сказал Григорий.

– Что выкопали? – нахмурился Марк.

– Да, дерьмо какое-то! Я не уверен, что именно наша станция, но кто-то точно раскопал… – Григорий почесал бок, поморщился. – Я бы сказал, что мы раскопали ад.

В комнате повисла тишина. Марк переводил взгляд то на Моню, то на Григория.

– Прекратите нести чепуху, этому есть другое объяснение, – наконец отмахнулся Марк.

– Серьёзно? И какое? – Григорий поднял брови и, кажется, кожа его на лбу треснула, появилась капля крови. – Нет, ну не обязательно ад, это я погорячился – поправился Григорий, – но то, что мы какое-то дерьмо, простите, выкопали – это точно!

– Вы? Почему вы думаете, что именно вы? – посмотрел исподлобья Марк.

В дверь постучали. Марк подпрыгнул и выпалил что-то матом. – Кто это? Нас нашли! Спасатели! – Марк ринулся к выходу, но Григорий его остановил.

– Нет, не спасатели – это твой новый рыжий дружок, – захихикал Моня. – Пойду, открою, – он ушёл.

Марк занервничал, вытащил пистолет.

– Куда он пошел? Вы сказали, что вас двое. – Марк, играя желваками на широких скулах, поднял пистолет и снял с предохранителя.

– Эй! Тихо! Тихо! – закричал Григорий. – Там свои! Я немного приврал. Нас тут побольше, но не так чтобы очень много.

– Это сколько? – Марк и не подумал убирать пистолет, с самого начала у него появилось смутное чувство, что его хотят съесть эти двое, похожих на зомби, а тут их оказывается больше! Хватит ли на всех пуль.

– Я не знаю, как это объяснить: те, кто с нами, они не люди уже, наверно, по крайней мере, снаружи.

– Чт..Что? – переспросил Марк, но ответ сам зашел в комнату.

– А вот и я!!! – завопило существо.

Из груди Марка невольно вырвалось упоминание Матери Божьей, он схватил пистолет двумя руками и отошел дальше от вошедших. То, что зашло в комнату, напоминало очертаниями человека, но голова была намного больше, маленькие треугольные уши торчали на месте обычных ушей, верхняя губа была раздвоена и открывала кривые, гнилые зубы непонятного цвета, глаза были больше, чем на пол-лица, жёлтые, с точками вместо зрачков. Зрачки-точки остановились на Марке.

– Ну, фрасте, фпаситель наф – существо оскалило кривые зубы, Марк встал в более удобную позу и прицелился существу промеж глаз.

– Да, я умею произвести впечатление, – заметило существо, и комната взорвалась от смеха, похожего на хрюканье.

– Вы не бойтесь меня, я – Артем, электрик, просто немного не разборчив в еде, – уже более чётко выговорило существо, и вновь все засмеялись, захрюкали и, бог знает, как ещё можно описать эти звуки, которые у них назывались смехом.

– Здра..сте, все причудливее и чудаковатее у вас тут, – сказал Марк, который уже в миллионный раз пожалел, что на той станции кто-то выжил, и думал, может их прикончить и вернуться к вездеходу?

– Опустите пистолет, – сказал Григорий, – мы не желаем вам зла, вы хотите нам помочь, зачем же нам вас убивать?

– Да, напуган спаситель наш… через три дня, говорит, за нами приедут спасатели, – уведомил Артема Моня.

– Да. Примерно три дня, – сказал раздосадованный Марк, он старался рассмотреть Артема, опустил пистолет, но далеко решил не убирать. – Если бы вы не выкинули телефон, могли бы и раньше, я вижу, тут есть необходимость, – добавил Марк.

– Вы так считаете? – тонким голосом сказал Артем и заржал во весь голос, его тут же поддержали Моня и Григорий.

Вдруг кто-то стал царапать окно, смех стих, Артем навострил уши, Григорий и Моня медленно вытащили какие-то остро заточенные предметы, Марк повернулся полу-боком к окну и направил на него пистолет, пытаясь удерживать в поле зрения и жителей, и окно. В комнате потемнело. Огромными чёрными глазами, двигая носом, из окна смотрел белый медведь, голова его загораживала почти все окно, казалось, что это Гулливер, а они в спичечном коробке. Медведь заревел и толкнул стекло мощной головой, дрожь пробежала по стенам, никто в комнате не шелохнулся. Послышался кошачий визг под окном, будто кто-то наступил кошке на хвост. Медведь опустил голову, и в окне стало видно только холку, кошачий визг повторился, появилась голова медведя, пожирающего нечто, изо рта торчали какие-то белые корни, Марк пригляделся – во рту была смятая половина серой кошки, которая становилась багровой, ее вкус медведю не понравился. Он выплюнул разжеванное и, отплевываясь, стал вытирать морду лапой. Потом дернулся и пустился в галоп прочь от дома.

Марк посмотрел на жителей станции, на секунду ему показалось, что перед ним зомби-мутанты, полуразгнившие и жаждущие его крови, он вздрогнул, когда зрачки Артема без каких-либо движений его морды с окна перескочили на него.

– Н-да, – улыбнулся Артем, – в нашем кинотеатре сегодня только лучший экшен для любезного гостя.

Моня захихикал, хрюкая и показывая, как макака, передние зубы.

– Марк, я думаю, на сегодня хватит с вас, предупрежу только, что таких, как Артем, ещё с десяток тут живёт. Это чтобы вы не упали в обморок завтра. А сегодня пора спать, чем больше спим, тем меньше едим, тем меньше что-либо, где-либо оставляем… – Григорий опять зачесал бок.

– Тем меньше кошек порождаем, – добавил Моня и захихикал.

– Но… – возразил было Марк.

– Никаких «но», мы с Моней останемся тут, чтоб вас никто не съел, пока вы спите.

– В смысле?! Никто не ляжет спать, пока мне все не расскажут! Что это за существо? Что тут происходит? Говорите! – Марк направил пистолет на жителей, но они даже бровью не повели.

– Ну, раз вы не любите общество, оставайтесь один, – сказал Артем и вышел.

– Изучите брошюру, – сказал Григорий и последовал за Артемом.

– А у нас тихий час! – Моня выскочил за ними и захлопнул дверь.

2. СКАЗКА

Кто много врет,

У того нос растет,

А кто рассказывает сказки,

У того красивые глазки.

Марк развел руками:

– Ну, песец! – сказал он в пустоту, взял брошюру и завалился на матрас. Он перечитал классификацию кошек, бросил брошюру рядом и стал смотреть в одну точку, думая, где его напарники. Тускло горящая лампочка замигала, Марк с тревогой посмотрел на нее, прислушиваясь к свисту вьюги за окном.

Наконец, он уснул. Его мучали кошмары: он сидит на высоком стуле, а вокруг – темнота, он даже не может понять, далеко ли до пола. Темное пространство сгущается, что-то двигается в темноте и мерзко хихикает.

– Мяу, мяу! – раздается в темноте. Марк оглядывается по сторонам, пытаясь различить, откуда идет звук, но звук отовсюду. Марка охватывает ледяной холод. Кольцо темноты сужается, и он понимает, что окружен мехом животного. Вот он уже может коснуться и почувствовать гладкую шерсть кольца, которое начинает стремительно сужаться и сдавливать его, как удав. Марк задыхается, пытаясь выбраться, и вдруг замирает. Перед самым его носом появляется морда кота с узкими, как лезвие, зрачками.

– Ты зачем приперся, дурень? – спросил кот и оскалил зубы, которые походили на частокол иголок. – Я спросил, ты зачем приперся сюда? Кто тебя просил? – повторил кот и откусил Марку ноги.

Марк вскочил в холодном поту, и тут же замер, сидя на матрасе.

Свет был очень тусклым, но его хватало, чтобы увидеть серого кота, тело которого обвивалось вокруг ноги Марка, согревало, но было ясно, что если кот напряжется то, сломает ногу в два счета. Кот передними лапами мял бедро Марка, выпуская когти и мурча от удовольствия. В комнате стоял адский холод – форточка была раскрыта настежь. Кот был полностью увлечен своим делом и жмурил глаза, иногда нюхая воздух. Марк медленно потянулся за пистолетом. Будто почувствовав это, кот посмотрел на Марка змеиными глазами, его тело напряглось, и Марк почувствовал, что скоро его ноге придет конец, немедля более, он поднял пистолет и выстрелил в голову коту. Освободившись от длинного мягкого тела, он свернул его клубком и впихнул в форточку, захлопнув ее. Марка замутило, он отбросил куски черепа кота с матраса и почувствовал, что паника начинает охватывать его.

За окном раздался злой кошачий ор. Из прихожей послышался скрип и шарканье. Когда дверь приоткрылась, Марк уже целился в темноту.

– Не надо стрелять, это я, Артем, – из темноты высунулась голова мутанта. – Я знал, что они почуют свежую кровь, – сказал Артем, – потому и остался в прихожей, – его лицо исказила гримаса, видимо, это была улыбка. Марк покосился на окно. Кто мог его открыть? Вряд ли кот сам это смог сделать.

– Знаете, Артем, меня мучают сомнения, – сказал Марк.

– Всех мучают, – безразлично сказал Артем и плавно вошел в комнату.

– Это ты открыл форточку? – Марк внимательно наблюдал за Артемом.

– Нет, но я видел, как он открывает ее, – сказал Артем, – я хотел посмотреть, как кот отнесется к тебе. Знаешь, чем мы питались тут? – Артем выждал паузу. Марк не сразу понял, к чему такая перемена темы, но от чего-то он не задумался об этом раньше. Ведь поставки еды на станцию были регулярными – каждый месяц, а здесь полгода никто ничего не привозил. Марк уснул в непонятном месте, где творится какая-то чертовщина, с незакрытой дверью, о чем он только думал! «Столько людей погибли…» – пронеслись его же слова в памяти.

– Чем? – спросил Марк после некоторого молчания, уже пытаясь придумать, как сбежать.

– Некоторые травку кушали, электричество есть же, вот они и выращивали цветочки свои, их теперь не осталось. Трава медленно растёт, а кушать каждый день охота. Были у нас и те, кто человечину полюбил.… – Артем посмотрел на Марка, его глаза светились в темноте, – но их больше нет, не волнуйтесь. Ну а теперь обо мне, да что там – о большей части нашей: такие, как я, питаются уголковыми кошками. Моня и Григорий доедают медведя. Но не всех медведей здесь есть можно, многие заразились чем-то и переносят яд в своем теле. Грише и Моне повезло, но, когда медведь закончится, они присоединятся к нам. И станут такими же. Ибо медведи, как я сказал, не очень у нас тут.

– Да, я смотрю и другая еда не фонтан, – заметил Марк. Артем искоса бросил на него взгляд.

– Вы расист, Марк. Но я не обижаюсь, – сказал Артем, – тем более, что у вас тоже выбор теперь не велик. Нам нужны ловцы. Большая часть наших уже погибла. А тебя кошки полюбят, ты – настоящий кошатник.

Марк нахмурился, страх быть съеденным каннибалами отошел на задний план. Что такое ловец и что он должен делать – не имело значения, потому что в одном предложении за этим словом стояла фраза «многие из ловцов погибли».

– Спасибо за честь, но это – без меня, скоро… – Марк не закончил говорить, как его прервал Артем.

– Спасатели не приедут. Ни через три, ни через пять дней. Я думаю, что тебе нужно было это еще пару часов назад рассказать, но Григорий был против этого. Я, знаешь ли, честнее и благороднее, чем он.

– По этой причине ты оставил меня на съедение этой нечисти из окна? – усмехнулся Марк.

– Ай, Марк, нет, – цыкнул Артем. – Во-первых, этот вид кошек не так опасен, но чувствителен к ловцам.

– Этот вид мне чуть ногу не сломал! – разозлился Марк. Артем закатил глаза, он прошелся по комнате, тусклый свет от лампочки создавал длинные тени, Марк посмотрел на тень Артема и сначала не поверил, подумав, что это искажение. Он потер глаза, ведь спросонок всякое мерещится, но ужаснувшись, понял, что это не так. Тень Артема, и без того страшная из-за формы его огромной головы, имела еще одни уши и длинный хвост, который плавно менял свое положение, помахивая то вправо, то влево. Марк нервно выдохнул.

– Ну не сломал же, – Артем говорил небрежно, будто знал Марка много лет, – слушай, Марк, я тебе сейчас расскажу всю историю, как было и даже как будет. А ты отрицай, злись, впадай в депрессию, но прими все, как есть. Готов слушать?

Марк оторвал глаза от тени Артема и посмотрел на свою – без признаков кошачьих ушей и хвоста, немного успокоился. Он выдохнул и сел на матрас, закинув на него ноги в сапогах.

Когда Марк не мог справиться с волнением, он всегда занимал максимально удобную позицию, так он шел от обратного – расслабленное тело даёт сигнал мозгу – опасности нет, а это помогает собраться с мыслями и рассуждать логически.

– Излагай, – сказал Марк. Артем окинул глазами-точками его позицию, но ничего не сказал.

– Все началось как бы хорошо. С Зелеными был мир, они курировали места добычи и помогали нашей компании.

– Что-то уже неправдоподобно, – перебил Марк.

– Слушай и не перебивай. Потом наш любимый Добченко нашел месторождение где-то в этом районе, по его данным месторождение было настолько большим, что слюнки-то его потекли. Он стал опасаться, что Зеленые добро не дадут, ибо итак хватает нефти, но нефть – это деньги, а денег мало не бывает. Он стал строить здесь станции в тайне от Зеленых, нарушил договор. Зеленые, в свою очередь, готовили проект закрытия нефтедобычи, ибо появилась возможность энергию по-другому получать. Но это означало, что Добченко останется с носом – большим и толстым. Он разорвал договор и подослал своих людей устроить пожар в лабораториях Зеленых, чтобы уничтожить инновацию и сохранить свой бизнес. Только вот он ничего этим не добился, знание было не в лабораториях, а в голове удальца одного, который шпионом у нас тут куковал. Хороший парень… был, – Артем замолчал.

– Так… трогательно, – безразлично сказал Марк, – только если при добыче будет переизбыток нефти, цена на нее упадет. А в общем, история не плохая, спасибо.

– Да, так вот, – Артем продолжил, игнорируя замечание Марка, – Зеленые прознали про новые станции, про лаборатории и ответили ударом на удар. Только вот бомбили они не все станции, а лишь новые, еще не работающие. Добченко и в этом выгоду усмотрел, он сам взорвал старые станции, которые были застрахованы на неплохие деньги, но требовали ремонта, и прикрылся Зелеными. Теперь правительство их за счет казны, я так полагаю, восстанавливает, вас посылает проверить, что тут у нас. Так ведь?

– Ну да, я по правительственной программе работаю. Действительно, первым делом идет оценка состояния станций, – сказал Марк.

– Вот, – протянул Артем. – Ну, а мы – счастливчики. Бомба Зеленых угодила в склад с топливом, и нам ничего не оставалось, как начать добычу и переработку прямо на месте, иначе бы мы замерзли. Но только вместо нефти и газа мы тут кое-что поинтереснее нашли.

– Кошек? – спросил Марк.

– Нет, зеленую жижу, мы ее назвали А.Д.123, – сказал бывший электрик.

– Очень оригинально, – сказал Марк, – а как расшифровывается?

– Артур Добченко, ну и цифры какие-то должны были быть – усмехнулся Артем, – жижа оказалась так себе. Точнее, она, конечно, очень энергоемкая, но токсичная, как тварь. Мы накачали две бочки всего. Те, кто в этом участвовал, – умерли. Те, кто перетащил бочки в цех переработки, – умерли. Их тела покрылись язвами, их даже вскрывать побоялись, так и лежат в пакетах. Что самое интересное – не гниют.

– Ну, при – 40ºC никто не сгниет, ибо замерзнет, а вы что их … – начал было Марк.

– Они здесь, в подвале, в прихожей есть ход. Там медикаменты и тела в отдельной комнатке, – сказал Артем. Марк вскочил, посмотрел в сторону входа, выдохнул. Взяв себя в руки, он вновь вернулся в прежнюю позу. Картинка этого мира расширялась и все меньше радовала.

– Ну, зашибись. А если они живые в анабиоз впали, потому и не гниют? – озадачился Марк.

– Хм, может быть, кстати, тогда хорошо, что не вскрыли, – одобрил Артем.

Марк все больше думал о вездеходе в нескольких километрах от станции. Мысль идти в ночь к месту, где он его оставил, уже не казалась такой непривлекательной.

– Ну и к твоему меткому замечанию про цены. Все вот думают, что экономика – такая вещь простая… Математика – и все. Но знаешь, в наше время, когда полмира исчезло, нет понятия переизбыток, у нас вечный дефицит, но только до тех пор, пока кто-то там наверху не скажет «хватит»… – сказал Артем.

– Кошки, – напомнил Марк.

– Да, кошки, – вспомнил Артем, – кошки стали появляться, как только А.Д. 123 выкопали. Те, кто копал, – первая группа смертников, что-то об аде выкрикивали и призывали бежать, а потом, когда их тела стали разбухать, они вдруг замяукали. Ну, мы подумали газ какой-то нехороший с жижей-то вышел. Нарядились в спецкостюмы, перетащили бочки в цех переработки. И все повторилось. В третьей группе смертников был я. Но я, знаешь, правило одно имею – опасайся неведомой фигни.

– Хорошее правило, но, видимо, не помогло, – вставил в полголоса Марк.

Артем проигнорировал и продолжил: я держался поближе к выходу и подальше от этой гадости. Мы залили переработанный А.Д.123 в топливные баки полгода назад, и эта дрянь горит до сих пор, – Артем показал на свет.

– Впечатляет. Но это, как бы так сказать, невозможно, – сказал Марк.

– Марк, ты на меня глянь и скажи, что в этом мире может быть невозможно? – Артем приблизился к Марку так, что тот отвернулся от него.

– Ладно, допустим, что ты говоришь правду. Что было дальше?

– А дальше – самое интересное, – сказал было Артем, послышался скрип двери и в комнате появились Моня и Григорий.

3. УДОЧКА

Опять ты заглотил крючок,

Ну что ж ты, словно дурачок?

Не можешь ты понять никак:

Кто рыбка здесь, а кто – рыбак?

Довольно смешить уточек,

Сматываем удочки!

– Доброго времени суток, – оскалился Моня. Марк переглянулся с Артемом.

– Который час? – спросил Марк.

– Время есть, – появилось из-за угла существо, похожее на Артема, но немного меньше ростом и с более выраженной мутацией: голова была покрыта шерстью, а пальцы на руках слабо походили на человеческие. Марк вздрогнул, хотя думал, что после Артема ему все нипочем. – Все никак не привыкните к такому внешнему виду?

– Да, – признался Марк. – Но не обижайтесь. За нами приедут, и все наладится, вас вылечат… как-нибудь, – на эти слова Артем скривил морду и моргнул. Только сейчас Марк понял, что до этого он ни разу не видел, как Артем моргает. На улице стало светать, и комната озарилась холодным светом, сделав жителей станции будто объемнее. Свет выделил их из пространства и наложил вторым слоем на картинку происходящего. Все выжидающе смотрели на Марка.

– Ах, да, еда, – Марк понял, что и сам проголодался. Он полез в сумку и вытащил оттуда… что-то мягкое и теплое, это был котёнок. Он заглянул внутрь и понял, что сумка набита котятами, завидев свет, они стали пищать.

– Оооо, – протянул Григорий, – новый вид – не к добру это.

– Сумочная кошка, – проговорил Моня. – Хотя я бы сказал – подвид, все-таки есть что-то схожее со шкафной.

– Что за бред! – вскричал Марк.

– Добро пожаловать в наш мир! – сказал Артем и поклонился.

– Все хватит, – Марк с гневом посмотрел на Григория и всех остальных. Жители – мрачно и беспристрастно смотрели на него. Котята из сумки пищали, будто проснулись. Казалось, их становится все больше, толкаясь и извиваясь, как клубок змей, они заставляли рюкзак дергаться, будто и он ожил. Когда Марк встал, его живот свело, он понял, что со стрессом так и не удалось справиться. В голове шумело, и он проклинал тот день, когда ушел работать в спасатели.

Устроиться на эту работу Марк был вынужден – это была самая высокооплачиваемая вакансия, его жена была беременна, государство не помогало.

Ранее Марк по примеру всего поколения по материнской линии работал в медицине. Он любил свою лабораторию, любил науку и ненавидел день, когда ему пришлось бросить это занятие.

Катастрофа, которая поставила все человечество на колени и уничтожила большую часть населения, произошла внезапно. Существовало множество версий, но правду не знал никто. В один день появилось нечто и стерло с лица Земли большую часть живого. Оставшиеся в живых укрылись на севере – среди снега и вечных льдов. Все теплые части материков ушли под воду, и лишь ледяные глыбы полюсов остались на плаву.

Артур Добченко, обладатель станций для переработки полезных ископаемых на севере и нищий в былые времена, стал практически правителем оставшихся в живых. Все зависело от него, поскольку только он владел технологиями и оборудованием для добычи полезных ископаемых.

Марк не хотел ни понимать, что происходит, ни слушать дальше «сказку», которую рассказывал Артем. Внутри образовалась черная дыра тревоги, и стены его спокойствия стали рушиться, падая внутрь нее.

– Вы как на иголках, Марк, напуганы? – спросил Григорий.

– Нет, мне просто нужно… – жители станции вопросительно посмотрели на Марка, – в туалет… рассказ походу нескончаемый… как у вас тут это делают? – все переглянулись, Моня захихикал.

– По-маленькому, надеюсь? Это мы… в бутылочку. Моня дай свою, ты у нас самый аккуратный, – сказал Григорий, Моня перестал хихикать и нахмурился, как ребенок, которого родители просят отдать любимую игрушку. Но бутылочкой он все же поделился, проинструктировав об аккуратности действий и ее ценности, равной весу золота.

Пока Марк делал свои дела, он отвернулся. Под окном рядом с уже бледно-красными, занесёнными снегом останками подоконной земельной кошки и длинной шкуры скалолазки сидела другая и пялилась на него осатанелыми глазами. Марк перевел взгляд, посмотрел вдаль. «Неужели это правда, неужели это не сон?» – думал он.

– А им не холодно? – решил отвлечься от увиденного Марк. Никто не ответил, Марк повернулся к жителям станции. Только сейчас он заметил, что еще один мутант, который появился утром, имеет женские очертания, но он не смутился.

– И что с этим делать? – он показал сосуд с желтым наполнением.

– Можешь выпить – хихикнул Артем, – но мы выливаем на улицу, под окно, так подоконницы меньше заводятся.

– Там уже сидит ваш редкий вид, смотрит, как сатана на меня, – сказал Марк, выглядывая в окно.

– Тогда не надо! А то бутылочку мою съест, – вскричал Моня и ринулся спасать бутылочку. Марк смущенно отдал бутылку Моне, тот что-то ворча себе под нос, понес бутылку на улицу.

– Продолжим разговор? – начал было Марк, ему стало немного лучше, но давление все равно чувствовалось. Стоявшие перед ним буквально излучали тяжесть существования, будто Марк был в морге и ощущал что-то неживое, неправильное.

Все молчали, Артем, по всей видимости, ушел в свои мысли, он дернул головой, и раздвоенная губа поднялась, обнажив зубы. В полутьме можно лучше различить, каким Артем был раньше. На его щеках проступали ямочки, голова была большая, но по широкой грудной клетке было видно, что он довольно много занимался спортом, пропорции тела были практически идеальными, но это было в прошлом.

– Погоди, – сказал Григорий, обернувшись. – Моня копошился в темном коридоре. Молчание затянулось.

Марк, не зная, что делать, опять посмотрел в окно, где-то там был его дом, теплые объятия его беременной жены и возможность нормально поспать, он глубоко вздохнул. Есть захотелось еще больше.

Приятные мысли о доме ножом резал писк котят. Гнев вспыхнул в нем, как огонь на облитых керосином дровах. Марк посмотрел с ненавистью на рюкзак с котятами, выглядывающими из сумки. Жители станции наблюдали за ним, не двигаясь, будто роботы, которым отдали приказ стоять смирно.

– Это невыносимо, – его брови нахмурились, голубые глаза загорелись, будто огонь, – это невыносимо! Заткнитесь!! – Марк пнул рюкзак, тот перевернулся, и котята с еще более пронзительным писком вывалились из него на пол. Марк схватил нескольких и швырнул в стену, котята ударились и разлетелись по полу, некоторые разбились насмерть.

Резко схватив сумку, он выбежал в коридор, присутствующие расступились. Марк толкнул Моню, грубо задев его плечом. Выбежав на крыльцо, он перевернул сумку и гневно вытряхнул котят в снег. Тут же с писком послышалось шипение – котята исчезали на глазах, попав на свет.

Марк был в гневе и шоке, не веря своим глазам – котята и вправду исчезали. Когда все паразиты были уничтожены, Марк почувствовал, что его чёрные усы и борода покрылись инеем и потяжелели, голову схватили ледяные тиски, а между лопаток побежала ящерка с очень, очень холодными лапами. Ему настойчиво показалось, что продолжать удивляться и быть шокированным лучше в тепле. Он вернулся в дом и наткнулся на Моню, который застыл с облитым мочой плечом и весьма недовольным видом.

– Простите, Моня, я как-то не рассчитал, извини, – стараясь не соприкасаться с Моней, он попытался пройти в комнату, но тот загородил проход.

– Это первая фаза, она длится неделю, потом привыкните, – сказал недовольный Моня и прошёл мимо, обтершись облитым плечом о Марка. Марк поморщился и выругался про себя.

Он вернулся в комнату, прошёл мимо Артема, следящего за ним ужасными точками зрачков, подошёл к окну и присел над разбившимися и покалеченными котятами. Гнев сменили стыд и жалость. Котята пищали, жалобно и болезненно. Марк аккуратно собрал оставшихся котят и поднес к окну на свет.

Марк повернулся, в комнате вновь повисла гробовая тишина. Молчали долго, но никто из жителей станции не хотел говорить.

– Артем? – начал Марк не в силах более удерживать груз молчания.

– Да? – поднял брови Артем, провожая зрачками второе существо, которое направилось в подвал.

За окнами начиналась метель, ветер завыл. Григорий, Моня и Артем настороженно посмотрели в окно, переглянулись. Марк не обратил внимания на это, он смотрел в пол, на капли крови от котят, которые походили на ртуть.

– История. Договаривай, – очнулся Марк, – я устал, мне надо поспать.

– В смысле договаривай? – Григорий строго посмотрел на Артема.

– Да, – вскрикнул Артем и развел руки в стороны, – я ему все рассказал.

– Не все, – заметил Марк.

– Нам нужны ловцы. Ты подходишь, вот и сказочке конец! – сказал Артем.

– Я не собираюсь никого ловить. Говорите, откуда это дерьмо берется!? – процедил сквозь зубы Марк.

– Берутся из мест, описанных в брошюре, в основном, но потихоньку и в других местах появляются, как сейчас в твоей сумке, – спокойно ответил Артем.

– Почему ты сказал, что спасатели не приедут? – спросил Марк.

Из подвала послышались шаги.

– Ты, Тема, идиот! Зачем ты все это говоришь? – вскричал Григорий.

– За тем, чтобы он знал, что шансов нет! Это честно.

– Почему он сказал, что спасатели не приедут? – Марк вытащил пистолет и приставил к виску Григория. Тот замер.

– Знаешь, Марк, я не боюсь твоего пистолета. Хочешь знать все? Ладно: мы отправляли сигналы бедствия все полгода во все центры – никто не приехал. От всех ответ был один, – сказал Григорий.

– Какой? – спросил Марк. Уверенность в спасении пошатнулась, и вибрация страха нарастающей волной цунами понеслась из глубины сердца по всему телу.

– Отвечали не центры, отвечали они, – Григорий показал в окно. Марк перевел взгляд с пальца Григория в окно – с обратной стороны карабкалась серая мягкая змея с кошачьей головой, огромными зелеными глазами, заглянув в окно, кошка замяукала. Марк опустил пистолет, в голове зашумело, ноги стали ватными, но он справился с помутнением.

– Открой окно, я снесу ему голову, – сказал Марк и прицелился.

– Не трать патроны, – сказало второе существо. – Мы и без тебя можем убить его.

Руки Марка опустились сами, голова закружилась, он сел на матрас. Ручка окна бешено завращалась, форточка открылась. Артем молниеносно сделал выпад и воткнул в голову кота нож. Затащил внутрь тело и захлопнул форточку.

– Держи, любовь моя, это тебе на шапку, – Артем кинул под ноги второму существу тело убитой нечисти.

Марк пришел в себя, посмотрел на второе существо внимательнее, он убедился, что перед ним женщина. Спрашивать ему уже ничего не хотелось, он устал. Решение покинуть жителей, оставив их на собственное попечение, было утверждено.

– В общем, мы пытались, мы отправлять сигналы бедствия… – вернулся к разговору Григорий, – но что-то не выходило, помехи жуткие были, а сообщения все будто кто-то переписывал за нас, бред получался, пишешь про помощь, а смотришь в отправленных, там какие-то «Мяу, мяу, привезите нам колокольчиков». У кого-то все коверкалось, смысла в сообщениях не было. Однако приходили ответы типа: Вы зачем сюда приперлись? Кто вас просил? Или мат благой и подписи везде – Ваш Мяу. Ну и потом уже началась пляска с электрами, все оборудование мы уничтожили. Думаете, включите телефон и у вас по-другому будет? – поднял брови Григорий.

– Но есть одно «но», – добавил Артем, – у нас все-таки остался один телефон, ибо он от сети. Когда мы пришли сюда, здесь был маленький перевалочный пункт, где-то под снегом идет труба с кабелем, пока эта зараза не распространилась, телефоном пользовался один лишь Зеленый, только он о нем знал, а когда его ели, он выкрикнул нам во спасение про телефон.

– Ели? Кто? Кошки? – спросил Марк и его замутило.

– Нет, люди, говорю же, каннибалы у нас были, – сказал Артем. Марк стиснул пистолет и припомнил, сколько патронов осталось.

– Но не долго, мы их потом уголковым отдали на съедение, мы же – цивилизованные люди! – Артем почесал зад, потом – за ухом и сел на пол.

– В общем, телефон – в зоне, где мы охотимся на уголковых. Нам нужно спешить, – сказал Григорий и схватился за бок.

– Спешите! – сказал Марк, не в силах больше снимать лапшу с ушей, которую ему вешали жители станции, – а я, пожалуй, пошел. Если хотите, можете проследовать до вездехода со мной.

– Ну уж нет! – сказала второе существо. – Ты – спасатель! Изволь спасть! – говорить ей было очень сложно, строение ее рта изменилось слишком сильно и было уже далеко от человеческого.

– Я вижу в этом единственный выход, господа тонущие. Мне хватило этих котиков, уголковых я теперь остерегаюсь и вас, уж извините! – Марк встал.

– Ты не понимаешь! У нас почти получилось! Ловец набрал номер, там ответил нормальный человек, но он подумал, что это шутка, не поверил! Мы потеряли большую часть ловцов! – завопил Моня.

– Ээээ, погодите. Ловцы – это, как я понял, кошатники, те, кого эта нечисть может переносить, не убивая, пару секунд, так? – Марк оглядел жителей, они закивали, – телефон находится в зоне, где одни уголковые, самый опасный вид, как написано у вас тут, – Марк не сразу отыскал брошюру, чтобы тыкнуть в нее пальцем, – и вы хотите отправить меня туда, чтобы я их собой накормил?

– Нет, чтоб вы позвонили, – поправило Марка второе существо.

– Не легче ли до вездехода дойти, починить и уехать? Там есть какая-то еда и надувной прицеп на 10 человек, он для трупов, но, я думаю, вы не привередливые.

В подвале что-то глухо бухнуло. Марк вспомнил про комнату с погибшими и не гниющими работниками станции. Сердце забилось, как колеса у поезда, он вскочил и стал быстро одеваться.

– Вы испугались? – спросило существо.

– Нет, про… сто, – запнулся Марк. Он ощутил, что под полом кто-то застонал. Он выпалил матом триаду и поспешил на свежий воздух.

– Стой! – вцепилось в него второе существо, но Марк откинул ее рукой и выбежал из дома, подпер дверь какой-то палкой. В мгновение ока он надел лыжи и сориентировался. Тонкий писк послышался под ногами – внизу восьмерки нарезал мелкий рыжий кот.

– Да пошел ты! – Марк пнул кота лыжной палкой, тот отлетел, приземлился на лапы и зашипел вслед убегающему Марку.

4. ВЕЗДЕ ХОД

Не нужны мне ваши рамки,

Знал бы прикуп, был бы в дамках.

Но вы – тоже хитрый народ,

Везде у вас найдется ход.

Марк бежал в белой пустыне, поглядывая на магнитный компас в браслете, который прокручивался, но все же показывал на сервер. С каждым шагом ему становилось все легче и легче. Страх и паника отступали и спустя минут десять он оглянулся. Позади была белая пустота с бледными тенями домов станции.

– Это ж надо такую бредятину придумать, – сказал Марк, – ну, сами виноваты, я пытался их спасти, они не захотели. Оставаться там – это бред, я правильно поступаю, правильно… как обычно, – Марк перевел дыхание и вновь оглянулся.

Из дома вышли фигуры и побрели в противоположную сторону. Марк удивился, но решил не задерживаться и побежал дальше.

Вскоре он добежал до своего вездехода, вытащил пистолет и стал осматривать его вокруг, потом открыл дверь и отшатнулся назад, держа прицел перед собой. Внутри было пусто. Оглядев все еще раз, он залез внутрь. Внутри было так же холодно, как и снаружи, но не было ветра. Он сел на водительское кресло и огляделся, вокруг его лица клубился пар от его дыхания. «И что дальше?» – пронеслось у него в голове. Марк безуспешно попытался завести вездеход – не включилась даже внутренняя подсветка. Он полез в бардачок, отыскал замерзший энергетический батончик и стал отогревать его, чтобы съесть.

Очень скоро ему надоело грызть ледышку, и он кинул ее обратно в бардачок, перелез в багажное отделение, напоминающее маленькую комнату, сплошь заставленную всем, что нужно для спасательных операций. Марк стал опять пересматривать все, что перерыл день назад, только теперь все было белым бело от инея. Раскапывая завал всякого нужного для жизни и бесполезного для реанимации двигателя, он наткнулся на ручку, которая вела к подпольному отделению. Марк знал, что там пусто, но решил все равно посмотреть, убрал все, что лежало сверху, открыл ее и увидел, что там лежит шуба.

Марк снял перчатку и прикоснулся к теплой шерсти. Теплой. Глаза его расширились, он достал пистолет и выстрелил. Кровь брызнула в разные стороны, вездеход зашатался и встал на дыбы, Марк не устоял на ногах и покатился по полу. С кучей вещей он вылетел из вездехода, провалившись в снег по пояс. Вездеход упал, зарывшись носом в снег, и не переставая шататься, будто он попал в шторм на море.

Марк еле-еле выкарабкался из ямы и отполз подальше, пытаясь разглядеть, что происходит в вездеходе.

Вездеход застыл. Марк лежал на животе и старался не дышать – под вездеходом скользило бесконечное мохнатое змеиное тело, из-под которого вываливались куски металла, гайки, провода и прочие составляющие вездехода. «Эта тварь переварила мой вездеход!» – подумал Марк. Гнев и беспомощность охватили его. Он встал, перезарядил пистолет и аккуратно подошел к вездеходу, запрыгнув на подножку, на мгновение замер – вездеход не отреагировал, тогда он открыл дверь, и нажал кнопку открытия капота, слез и присел, заглянув под вездеход. Кошачье тело не двигалось, кровь редко капала на снег. Головы существа видно не было. Марк зашел спереди, вездеход проломил в снежном настиле яму, ее края осыпались, Марк с трудом открыл капот. Все пространство под ним было заполнено запутанными узлами мохнатого тела. Марк тыкнул пистолетом в шерсть – ничего не произошло. «Где же твоя морда, зараза ты такая» – пробормотал Марк. Подумав немного, он сказал: «Кыс, кыс, кыс» – тело зашевелилось, Марк отскочил от обваливающегося края снежного настила. Движение опять прекратилось. «КС-КС-КС» – повторил Марк, встав в стойку и вытянув руки с пистолетом. Вездеход зашатался еще больше и из багажного отсека появилась огромная кошачья голова с ушами, которые вращались в разные стороны, как глаза у хамелеона, слегка подрагивая, вся морда существа была густо покрыта усами, глаз и носа не было. Существо дышало ртом, острые полупрозрачные зубы беспорядочно торчали во все стороны.

Марк застыл. Он пытался рассмотреть существо и сопоставить с тем, что он читал в брошюре, – ноль совпадений. В голове Марка, словно рой пчел, зажужжали мысли: вспомнились все слова обреченных жителей станции, сон, он услышал будто издалека кошачье рычание. Прицел зашатался, помутнение перед глазами усилилось. Марк начал винить себя за то, что бросил жителей, за то, что ушел от беременной жены, он стал ненавидеть самого себя за все и, наконец, к нему стала закрадываться мысль о самоубийстве. Марк представил, как он подносит к виску пистолет и… выстрел, второй, третий. Уши на голове существа замерли и через секунду голова упала, будто до этого она висела на веревочке, которую вдруг обрезали.

Марк будто очнулся. Перед ним стоял зарывшийся носом в снег вездеход, внутри которого все пространство занимало неведомое существо, убитое только что. Позади была станция, где были подобные твари и что хуже – выжившие толи люди, толи мутанты, желавшие сделать его каким-то ловцом, – метод спасения, который Марк считал тупым и опасным, перспектива, мягко говоря, никакая.

Марк подошел к существу, пнул безжизненную голову ногой, та закачалась. «Надо было его выманить из кузова» – подумал Марк и залез в багажное отделение. В вездеходе в принципе было все, чтобы разбить лагерь в пустых и холодных станциях. Марк был удивлен, что сумки не были переполнены котятами, как на станции.

Каким образом это существо, длиной больше вездехода, попало сюда, если других признаков этого кошачьего вируса не было? А может, это по всему миру уже так? Марк подумал, что лучше решать задачи по мере их поступления и завел дизель-генератор. Он утеплил, как смог, багажное отделение, включил обогреватель. Больше всего смущало тело убитого существа, как шланг, лежавшее на полу. Кое-как отогрев себя и некоторую еду, Марк выложил перед собой все средства, которые помогли бы ему связаться со своими соратниками, рация лежала в центре. Марк долго смотрел на нее и все пытался взвесить все за и против ее использования. Его волновали электры, вездеход был так близко к станции. Но как эта чума распространяется, было не известно. Информация о том, как электры убивают, стерлась из его памяти. Марк думал, можно ли себя обезопасить?

Отдохнув, Марк, соорудил конструкцию, позволяющую включить рацию на расстоянии двух метров, прислонив ее к мертвому телу кошки. Выйдя из вездехода, он нажал на рычаг своего механизма и отпрыгнул подальше. Рация зашипела, послышались голоса. Марк в восторге подскочил к вездеходу и хотел схватить рацию, но в последний момент остановился, тело убитой кошки дергалось и шерсть волнами бегала по телу. Рация трещала, Марк слышал знакомые голоса. «Они где-то рядом!» – подумал Марк. Он схватил сигнальные патроны и выпрыгнул из вездехода. Выпустив несколько, он прислушался к голосам.

– Прием, вижу сигнальную ракету!

– Прием! Это Марк! Я знал, что он жив, поворачиваем к нему! – услышав это, Марк подпрыгнул от радости.

– Прием. Отставить, – сказал голос Марка из рации. Марк повалился на снег с открытым ртом, как рыба, глотая воздух. Ему сдавило грудь, и он не мог сказать ни слова, сипел.

– Прием. Говорит Марк Маклонски, со мной все в порядке, меня нашел спасательный центр, через 30 минут прилетит шаттл. Ваша помощь не требуется, повторяю, ваша помощь не требуется! Уезжайте. Конец приема.

Молчание в эфире прерывалось потрескиванием и шипением, которое все больше походило на шипение кошки.

– Прием. Марк, ты уверен? Мы буквально в километре от Те… Мяяяяяяууу… – рация захрипела и затихла.

Еще несколько минут Марк не мог опомниться, он лежал на спине, не чувствуя ни рук, ни ног. В морозном воздухе он уловил запах жаренного мяса, горелой шерсти и расплавленного пластика.

Он приподнялся, тело болело, голова кружилась. Посмотрев на вездеход, он увидел, что кошка из вездехода теперь напоминает обуглившуюся головешку. Марк встал с трудом, подошел ближе, его приспособление для включения радии на расстоянии валялось на снегу, один из краев был черный и оплавившийся, он поднял его и открыл дверцу багажного отделения, ему в лицо повалил черный дым, едкий и с запахом пережжённого мяса, металла и пластика. Когда дым вышел, Марк вновь заглянул в вездеход, но что-либо рассмотреть ему не удалось – все было черным-черно.

– Н-да, неплохо так? – раздался знакомый голос позади. Марк обернулся и сердце его екнуло, – перед ним стояли Григорий, Моня и Артем.

– Моя команда где-то тут! – закричал Марк.

– Пойдем, Марк, на станцию, здесь холодно, на станции они нас вернее найдут.

– Нет, я пользовался рацией, пустил сигнальные ракеты. Эта тварь, Марк пнул обугленный труп существа, – она сказала, что помощь не требуется, соврала, что я вызвал спасателей. Но дым, они видели дым, они придут сюда, если меня тут не будет, они подумают, что меня забрали! Надо быть тут!

Моня зевнул, остальные слушали доводы Марка и кивали, но было ясно, что они не останутся ждать.

Марк не мог понять, в чем дело, почему эти люди добровольно идут на смерть, ведь совсем недавно они хотели позвонить по какому-то телефону, чтобы спастись.

Вы не хотите отсюда уезжать, верно? – осенило Марка. – Хотите остаться здесь? Почему?

Григорий положил руку на бок и поморщился. Марк смотрел на жителей.

– Мы не хотим опытов над нами и еще есть причина… Марк, все, кто приезжал сюда, оставались здесь. Это кара, крест, который мы несем за весь мир, – сказал Артем, – пойдем, пока не поздно.

– Какая кара?! Что вы несете, не нужны вы никакому миру!! Идите сами, куда подальше, я лучше замерзну здесь, чем пойду в ваш ад, вы сумасшедшие! Чокнулись! Вы сами в своих бедах виноваты!! – рассердился Марк.

– Нет, ты пойдешь с нами, ты не имеешь права разнести эту заразу дальше, – сказал Григорий. Марк долго и выжидающе смотрел на него.

– Что? – уточнил Марк. – Какую заразу? – он оглянулся и посмотрел на обугленное существо.

– Пошли, Марк, мы все расскажем, – сказал Моня.

– Вы мне уже все рассказали, спасибо, довольно, – утвердил Марк.

– Не все, – сказал Моня.

– Вы хотите сказать, что я уже чем-то от вас заразился и эта зараза распространится, если я свалю от вас?

– Ты просто умница, все схватываешь на лету, – сказал Григорий, – нам нужно позвонить и предупредить, что здесь происходит, чтобы никто сюда не совался. Неожиданно Григорий выругался и схватился за бок.

– Гриша, что с тобой? – обеспокоились Артем и Моня. Григорий просипел что-то, Артем и Моня, судя по их лицам все поняли. Григорий указал на бок. Моня подошел, развернул тряпки, в которые был одет Григорий и встревожился, посмотрел на Марка и схватился за свой бок. Под кожей Григория шевелилось существо размером с котенка.

– Что там с ним? – буркнул Марк.

– Негативная энергетика там, спасатель! Все как всегда! Вся нечисть заводится там, где ты оставил слишком много мусора! – сказал Моня.

– Давай вырежем её, давно это у тебя? Что она ест? – спросил Артем.

– Нет, не давно, пока болит, но не ест, надеюсь, что и не начнёт, а то я попрошу меня тут же убить, – пробормотал Григорий.

– У меня тоже такая, – взволнованным голосом сказал Артему Моня и закусил палец.

– Что происходит, о чем вы? – Марка бесила ситуация, в которой он не может ничего ни понять, ни сделать.

– Давно? – спросил Артем, игнорируя Марка.

– На следующий час, как этого нашли, – кивнул он на Марка, – маловата была, но почувствовал, что что-то скребется, думал, в туалет пора, но нет, гадюка растёт, – Моня нервно захихикал, – ей надо имя придумать, – он зачесал подбородок и полностью ушёл в размышления, как бы назвать новый смертельный вид.

– Ну, по ходу, мы все в одной лодке? – Артем усмехнулся.

– Не считая собаки, – добавил Григорий и покосился на Марка, который стал ощупывать себя и прислушиваться к себе, не скребет ли у него что.

– Что за хрень! Что там с ними, Артем! – выкрикнул Марк.

Григорий снова схватился за бок и присел, издав сдавленный крик.

– Может, я помочь смогу? – Марк взглянул на Григория, который стал корчиться на снегу и скулить. Моня невольно схватился за свой бок, придумывать название для нового вида кошачьих ему вдруг надоело.

– Тёма, сделай что-нибудь, Гриша сейчас загнется! Надо вырезать из него это… и из меня! – завопил Моня со слезами на глазах, Артем замер, его огромные глаза не выражали ничего, он не отводил зрачков от Григория. Марк бросился к Григорию, пытаясь оторвать руки от его бока и посмотреть, что там происходит.

Моня зарыдал, как маленький ребёнок:

– Гриша! – вопил он, держась за свой бок. К тому моменту Марк перевернул Григория на спину и поднял тряпки, в которые он был закутан, бок посинел, под кожей двигалось какое-то существо.

– Вот черт! – воскликнул Марк и отпрыгнул.

– Моня, хватит реветь, держи ему руки! – Артем добавил пару матных слов, чтобы вывести Моню из транса ужаса. Помогло, тот затих и послушно подскочил к Григорию, помог Марку убрать его руки с бока. Артем вытащил нож, вытер его об себя и сделал надрез. Григорий завопил.

– Она поползла внутрь! – заорал он. – Перережь мне горло! Прошу! – Артем со спокойствием мясника сел на Григория, увеличил надрез и запустил руку в живот.

– Я все равно умру! – орал Григорий. Зачем?

Через несколько секунд Артем достал окровавленного котёнка с зубами под стать пиранье, Григорий обмяк – потерял сознание. Котенок клацал зубами и извивался, как рыба, вытащенная и воды. Марк пятился назад. Артем свернул голову существу и выкинул его. Моню охватила паника, он свалился на бок и нашептывал какие-то бесконечные молитвы. Артем встал и пнул Моню, который очень скоро поменялся в лице, паника исчезла, лицо исказила гримаса гнева.

– Это все ты! – заорал он на Марка.

– Моня, тихо, Марк не виноват. Ты видишь, что происходит, Марк? Пошли, нам нужна твоя помощь, ты же спасатель. Ты уже заразился, но пока жив, принеси хоть какую-то пользу.

– Вы врете! – взбесился Марк, – никуда я не пойду!!

Артем и Моня поняли, что с ним не договориться и ринулись на него.

– Козлы, как вы меня достали! – Марк вытащил пистолет и выстрелил в нападающих. Моня и Артём упали замертво.

«Что я скажу, если приедут напарники?» – подумал Марк и решил сложить тела в вездеход.

На лице Мони застыла улыбка. Марк подошел к лежащему без чувств Григорию, поднял его и потащил.

– Тебе помочь? – Марк подскочил и, бросив тело Григория, оглянулся. Перед ним стоял Артем, его рана в голове стремительно затягивалась.

– Твою мать! Да, кто вы такие!!! – заорал Марк. Он спешно стал вытаскивать пистолет, но он застрял в кобуре. Тогда он пнул Артема в живот, тот отлетел и застонал.

– Ах, так! – завопил оживший Моня и ударил Марка в затылок. Марк, потеряв равновесие, упал на четвереньки и замер, – его руки увязли в снегу. Он заметил свою тень. Тень стала ярче от выглянувшего на мгновения солнца. На его голове появились треугольные уши.

– Что! – завопил Марк выдернул руки из снега и схватился за голову, – Какого черта! – он содрал шапку и запустил руки в волосы, он ощупывал голову – совершенно ровную. Однако тень Марка была уже другой. За его спиной послышался хохот Артема, к нему вскоре присоединились Моня и еле живой Григорий, пришедший в себя.

– Не надо было в багажнике сидеть, дурень! Форточек там нет! – сквозь смех сказал Артем.

– Что со мной происходит!? – Марк стал паниковать, он продолжал ощупывать голову и смотреть на жителей круглыми глазами.

– Это свояк, он не опасен, но очень помогает тут выжить! – сказал Григорий.

Марк медленно вытащил пистолет и заорал:

– На помощь! Алекс! Якуб!!! Помогите!!! Меня никто не забрал! – смех жителей прекратился, они переглянулись и лица их исказились, без того страшные, они превратились в демонические физиономии.

Марк выстрелил и опять уложил Артема. Моня оказался на сей раз изворотливее, но все же Марк отстрелил ему ухо. Моня завопил и бросился на обидчика, получив пулю в лоб. Григорий, лежа на снегу, смотрел на Марка, который целился в него.

– Не трать пули, Марк, ты все равно вернешься к нам… к ним, точнее, я не смогу выжить, смотри, во мне нет больше крови, – голова Григория упала, через огромную дыру в животе текла тягучая бордовая река, соприкасаясь со снегом, она светлела и походила на вишневый сок…

Марк на всякий случай выстрелил еще раз в Григория и закричал, призывая на помощь. Он залез в вездеход за второй обоймой, но пожар, который устроила электра, спалил все внутри. Тогда он полез на крышу вездехода и стал орать с крыши, размахивая руками. С крыши все просматривалось больше, чем на километр, но его команды видно не было – вокруг была белая и чистая равнина. Марк застонал от отчаяния, а внизу стали приходить в себя Артем и Моня.

– Да что за черт! – закричал Марк. Он всадил еще по пуле в жителей, сориентировался по сторонам света и, спрыгнув с вездехода, обшарил жителей станции на наличие ножей или еще чего-то полезного. Схватил разбросанные лыжи и палки от них, сломал и воткнул в грудь Артема. Моне в грудь обломок не вошел, тогда Марк воткнул лыжную палку в живот и, наспех надев свои лыжи, помчался, что было сил. Спустя некоторое время, сзади послышались душераздирающие крики жителей, пришедших в себя.

Марк мчался по направлению к последнему привалу его бригады. Спустя час спринта Марк решил перевести дыхание. Он огляделся – его окружала белая пустыня. Скривив лицо, он оперся на колени, тяжело дыша.

Неожиданно где-то вдалеке послышался звук сирены, которая обычно включается при бомбежке. Марк присел, пытаясь понять, откуда звук. Но вокруг ничего не было, только его тяжелое дыхание оставляло клубы пара.

Вдруг он заметил, как что-то движется к нему, это «что-то» сливалось с белой равниной, звук сирены приближался.

Марк уже был уверен в своем сумасшествии, он замер и наблюдал, как существо надвигается на него. За несколько метров он смог в подробностях разглядеть то, что приближалось: к Марку навстречу шел белый кот размером с тигра. Вместо морды у него было человеческое лицо. Кот посмотрел на Марка, открыл рот и оглушил звуком сирены, тот зажал уши. Белый обошел его, не отводя взгляда, и рысцой направился к станции, продолжая голосить.

– Они были правы… Я разношу заразу… – тихо сказал Марк, – а если я заражу всех? – его трясло, – я не хочу умирать! – он свалился набок, – дурацкая станция все из-за нее, – он зажмурился, – ладно, чего тянуть, если я не смогу вернуться… зачем жить.

Он поднес к голове пистолет и выстрелил.

Белый кот обернулся и ощетинился, но через пару секунд захихикал и продолжил свой путь. Вьюга маленьким смерчем пролетела над телом Марка.

– Какой милый котеночек, давай возьмём? – сказала жена Марка, держа рыжего котёнка на руках. Марк поморщился.

– Ну, давай.

5. ХОЗЯИН

У неба, океана и земли,

Нет меры, нет величины.

Хозяин тех богатств – не земной,

Владеет телом твоим и душой.

Дарон смотрел в одну точку, поглаживая седую бороду, которая была настолько густой, что походила на металлическую щетку. Работа занимала все его время, поэтому под старость ему никто бы не подал стакан воды, хотя серной кислоты налили бы с удовольствием. Его характер был под стать его бороде – жесткий и плотный, поэтому он был лучшим в своем деле.

Напротив него сидел Верн, его часто называли псом Дарона, и неспроста. Он был правой рукой своего хозяина. Их внешность была схожа, но любой не знающий их человек сразу бы определил, кто из них главный.

Совещание, на котором Дарон и Верн сидели, было нескончаемым. Обсуждение плана операции, по мнению Дарона, было пустой тратой времени, потому что на практике он всегда действовал иначе.

– А вам не кажется, что нужно иметь хоть какой-то рычаг давления на этих Зеленых, чтобы они раскололись? – перебил Дарон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.