Свободный полёт
Сборник стихотворений
Татьяна Репина

© Татьяна Репина, 2021

ISBN 978-5-0053-6490-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

МЕЧТАТЬ НА ИЗНОС

…Конечно книгу стихов нужно издавать весной, чтобы летом, загорая, прочитав несколько строчек, открыть ее во всю ширину, положить на лицо, чтоб солнце не спалило нос, лоб и щеки…

У поэта Татьяны Репиной иная ситуация. Вы просто не оторветесь от ее немыслимых строк, которые, как косы юной модницы, играючи переплетают будущее с прошлым, шныряют по корням деревьев, а то вдруг камнями с Млечного пути сыплются в Обь, задевая кулайскую культуру.

«Даже в реке глубина не одна», – пишет Татьяна, чувствами понимая, как непредсказуемо бытие и неуловимо. Но читая её стихи, вы как будто идете по тротуару друг другу навстречу, и, не сговариваясь, не подавая ни малейшего знака друг другу, четко понимаете с какой стороны вы, встретившись, пройдете друг мимо друга…

Или вот: «…словно птицы в ответ клюют арифметику чисел…» Конструкция слов, выверенная до миллиметра чувствами, просто не имеет аналогов объяснения, но нежно ложится на среду обитания и малого круга кровообращения, и всего человечества.. Поэт Татьяна Репина «мечтает на износ». Пусть так будет всегда!

Михаил Андреев – поэт, автор песен, член Союза писателей России, Заслуженный работник культуры РФ

Свободный полёт

Мечтаю на износ

Под перестук колес, что в голове затих,
Мечтаю на износ, выводит строчка стих.
И где-то там впотьмах, на счастье, на беду ль,
Меж строчками в стихах я Родину найду.

Я утону в траве, в просторах бесконечных,
Увязну в пояс то в снегах, а то в болотах.
Путь надо мной пусть вызвездится Млечный,
И пчёлы зажужжат в таёжных сотах.

Я на яру речном в обнимку с ветром
Буду стоять, расправив руки-крылья.
И камни будут древние мне петь заветы,
От слуха постороннего укрытые.

Я припаду к горячей чёрной пашне,
Взгляд запрокину в небоскрёбы-горы.
Ничто не застит мне мой день вчерашний:
Коран иль Библия, Талмуд иль Тора.

Мы говорим на разных языках,
Но на одном дарованном пространстве.
И жизнь творит только Любовь, не страх!
Любовь в её великом постоянстве!

Под перестук колес, что в голове затих,
Мечтаю на износ…

апрель 2021

Девочка в красном берете

июнь 2017
Девочка в красном берете
С глобусом в левой руке
Придать ускорение планете
Хочет. На ветерке
Вьётся брюнетовый локон,
Молодость льёт через край.
Глядит на неё из окон
Несостоявшийся рай.
Смешная, в рубашке клетчатой,
Подхваченная течением,
Ярким беретом отмечена,
Как галочкой в сочинении,
Где правил учитель ошибки,
Не довольный стилистикой.
А ей наплевать! Улыбка
Сильнее его статистики
И ваших предубеждений,
Ваших страхов невольных.
Что ей до ваших бдений
За кухонными застольями?!
Отчаянная, красивая,
Кружись в хороводе, кружись
Пиши молодым курсивом
Нам не знакомую жизнь!

июнь 2017

Японское чудо

Было время, когда японец
Не знал красоты Фудзиямы
Он, рождённый в долине,
Смотрел только под ноги.
Взвешивал на весах риса граммы
И просил у японского бога подмоги.
Фудзияма тоже не думала о японцах,
Конусом усеченным подпирала небо,
По вечерам на плечи укладывала солнце,
Не топившее её снега. «Мне бы, —
Загадывала она в полудрёме, —
Над миром возвыситься,
А не над Хонсю кроме.
Японец старался сам
Разобраться в сплетениях даосизма
И было ему наплевать
На конус или на призму
Похожа гора Фудзияма.
Он промывал свой рис через мелкое сито,
И строил на склонах горы
Странные храмы синто…
Всё изменилось однажды.
В деревню пришёл художник,
Попросил воды, чтобы утолить жажду,
И стал рисовать, не взирая на дождик,
Хижину, что построил бедный японец,
Сакуру, что вот-вот зацветёт,
Цукубай – японский колодец,
По бамбуку вода течёт,
И над всем этим убожеством,
Лаконичным и тесным, как могильная яма,
Апофеозом художества
Вдруг выросла Фудзияма.
Он корпел над бумагой рисовой,
Кончик кисти кусая,
И рисовал, рисовал, рисовал
Сотню видов горы. Хокусая
Прославила Фудзи, а он прославил её,
Развесившую по склонам
Голубых ледников бельё.
Давно нет того японца,
Но всё ещё на Хонсю
К ледникам Фудзиямы,
Иногда всё же тающим,
Я подняться хочу
Вместе с другими, желающими
Взглянуть с высоты, оттуда,
Где встаёт на знамени солнце,
Из чего складывается японское чудо,
И почему оно чудом зовётся.
Думается мне заранее,
Кто бы что ни сказал,
Всё видно, как на экране:
Хокусай рисовал, рисовал, рисовал…

июнь 2017

Русская просодия

О эта грустная мелодия
Не то слеза, не то молитва
С надрывом: русская просодия —
Речетатив в оковах ритма.

То лошади несутся вскачь,
О-а – ударное звучание,
И над полями чей-то плач
И чьё-то скорбное молчание.

А вот опять изба горит:
А-и – как вскрик от боли.
И Пушкин с нами говорит.
«Я Вас любил» по нашей воле

Меняет смысл от ударения.
И интонации тротил
Взрывает мозг от удивления:
Он говорил? Так говорил?

И каждый дополняет смыслы,
Раскачивая, что есть сил
Как вёдрами на коромысле:
Любил Вас я. Вас я любил.

Теряет птица оперение.
И вырван ниткой  зуб молочный.
И было ль чудное мгновение,
Теперь никто не вспомнит точно.

июнь 2017

Что ты наделал, dolboeb?!

Умер Антон Носик, известный блогер с ником DOLBOEB…

Когда уходит кто-то важный,
Когда уходит кто-то нужный,
Мы вспоминаем, как однажды
Мы хохотали вместе дружно,
Как было нам легко и просто,
Как он был – мы, а мы – был он,
Как становились выше ростом,
Курить ходили на балкон,
У кошки принимали роды
И раздавали всем подряд
Котят неведомой породы,
Как подростковый наш отряд
Играл то в казаки, то в штандер,
То дрался с кем-то до кровянки,
По переменке как эспандер
Тянули, как играли в танки…
Потом влюблялись и взрослели:
В подъезде первый поцелуй,
Самозабвенно хором пели,
Кричали громко: не балуй!
Как водку жрали до икоты,
Когда серьёзен разговор,
Как выгоняли нас с работы
За правду, не за то, что вор.
Мы шар земной в руках крутили, —
Казалось, всё нам ни по чём!
Как женщин и детей любили,
Умели праздновать, кутили,
Умели подставлять плечо:
Споткнулся кто или в опале.
Мы знали, он был мы, а он…
Ребята! Как же мы попали!
Осиротел родной балкон,
Кричит Израиль, снявши кипы,
И москвичи… Сказать им что б?
Антон! Зачем весь этот кипишь?
Что ты наделал, DOLBOEB?!

июль 2017

Янушу Корчаку через 75 лет

Я сижу и корчусь
От боли тупой:
По улице – Корчак
И дети толпой.
Лица хорошие,
Звёзды Давида.
Страшное прошлое,
Фото для вида
Памятного кому-то.
Может быть, день или час
Пройдёт, не одна минута,
Он победил всех нас,
Смешной лысоватый Януш!
Пастырь, где твои агнцы?
Разве детей обманешь?
Разве они останутся
Там без твоей опоры?
Ангелы рвутся ввысь:
Скоро случится, скоро,
Только держись, держись!
Страшен ваш переход
Из ада прямо на небо.
Сколько весенних вод
В землю ушло! Мне бы
Память свою убить,
Да рука не поднимется.
Хохлы говорят «мить»:
Росток посади – примется.
В хоре на клиросе пой
На каждом из нас – порча.
Дети идут толпой
И с ними рядом – Корчак
Путь бесконечно длинный
Во всемирную славу
Дети идут в Треблинку
С Корчаком из Варшавы

август 2017

Слова мои что листья

Слова мои, что листья,
Шуршат едва.
Пуд соли должен съесть я,
Слова, слова,
Чтоб уложить вас в рифму
Строка к строке.
И бьюсь я лбом о рифы:
Не то, не те.
Беззвучные, но всё же
Хотят звучать.
Слова мои, прохожие —
Полёт мяча
Забитого в ворота.
Пропущен гол.
Кричит с трибуны кто-то:
Пошёл! Пошёл!
Ещё не зародившись,
Грядёт гроза,
Окутывает тишь высь,
А там – слеза!

август 2017

Пишут меня стихи

Я говорю стихами!
Боже, какая блажь!
День под стихами стихает
Как после заката пляж.

Пишут меня стихи
Вязью замысловатой:
То непомерно тихи —
В ушах беруши из ваты,

То как удары дождя
В тёмные окна ночью,
То как призывы вождя
Стяги порваны в клочья.

В них я то шут, то кат.
Где моя гильотина?
То беден я, то богат —
Лампа в руках Алладина.

Юн, иногда старик,
Или старуха древняя.
Они – мой безмолвный крик,
Полупроводник из кремния.

Ни выплавить, ни вскипеть,
Хрупкая, – только тронь.
Могу как хрусталь блестеть,
И в сплав идти под огонь.

Рифмы мои не легки,
Смысла порой в них толика.
Крестиком хочу быть,
Они мне рисуют нолики.

С карандашом в руках
Замаливаю грехи.
На счастье моё и на страх
Пишут меня стихи.

август 2017

Планета коек

Планета Коек! Смятых покрывал
Барханы горячи и мускус сладок.
Кто и над кем сегодня колдовал —
Оазис губ до жадной влаги падок.
И свежих простыней крахмал
Чуть хрусток и, увы, не стоек,
И на Планете жизни срок так мал,
Не терпит суеты Планета Коек.
Она и лоно, и проклятие в ночи,
То колыбель, то сладострастий косм,
То птицей раненой о помощи кричит,
То колет, как стерня после покоса.
Она желанна, в её сонный рай
Бросаем мы тела свои и души.
Кому – Планета, а кому – нора
Из простыней, матрацев и подушек.

август 2017

Чайка скучает

Чайка отчаянно частыми взмахами
К берегу в розовом гонит волну.
Где-то в Испании черные махи
Веера взмахом пророчат войну.

Гойя офортами белым по чёрному
Сны разгоняет. И тут же Мане
Завтрак готовит, но тёмные вороны
Что-то тревожное каркают мне.

Колокол в спину. Рассветом раздетый,
Кутает плечи стыдливо в леса
Холм над водой. Где ты, милый мой, где ты?
Финишной лентой вдали полоса

Нас разделяет как море и небо.
Бросила камень – круги по воде.
Как параноик верит в плацебо,
Верю и жду тебя: где же ты, где?

Дверь заперта, я тебя не встречаю.
В скважине ключ, как заноза в ладони.
Чайка в отчаянье – тоже скучает —
Вроде кричит, а мне кажется – стонет.

октябрь 2017

Память – смешная штука

Память – смешная штука!
Вспомнилось на заре
Как мылом хозяйственным косы
Пыталась мыть я в ведре
С нагретой на печке водою.
Я мылю, оно не пенится…
И кос давно нет, и с тобою
Не суждено было  встретиться.
А то всплывут невзначай
Давно забытые лица:
Где их, когда встречала?
И до утра не спится.
Кто бы взял да развешал
Бирки на этих файлах.
Сидишь, как дурак, осовевший…
А девочку звали Фая.
Имя, как у актрисы,
Была такая, смешная…
Какой идиот кулисы
В памяти открывает?!
Как в старой кладовке роюсь:
Что, где найду – не понятно!
И знаю – не успокоюсь,
Не пойду на попятный,
Складывая эти пазлы.
Вот-вот и сложу картину,
Но герои запаздывают…
Помню – был карантин…
А это мой зубик молочный,
Что мама хранила в шкатулке…
Училась всему заочно,
Сверля на станке втулки.
Умений теперь до чёрта
Всяких, но нет нужды!
А хочется отчего-то
На печке согреть воды.

октябрь 2017

Бывший наёмник, теперь доброволец

Бывший наёмник, теперь доброволец,
Где твоя родина?
С сыном на даче с ветки зелёной
Кто рвёт смородину?
Папка воюет, чужим пацанам
Жизнь выправляет.
С мамкой развёлся, и – воевать.
Такое бывает!
В школу собрать и задачки решить —
Это всё к мамке.
Мент был, УБОП, где-то там согрешил,
Теперь он в Луганске.
Вот подрастёшь, – говорит пацану
Голосом низким.-
Папка в Луганске закончит войну,
А ты на английском
Будешь балакать, по МИДу ходить
Там, в Новороссии.
Зря что ли я пулемётом косил
В гриву и в хвост их.
Чай заработал на масло и хлеб,
Я же не нищий.
Где бы я ни был, поганый госдеп
Мою пулю сыщет!
Только одно беспокоит меня
Ночью бессонной:
Как воевал я сорок три дня
И всё без погонов.
Вроде за русских, хотя по отцу
Я – украинец.
Бахнул вчера по Донецку огнём —
К чёрту детинец!
Много нас здесь, называем себя – легионеры.
Солдаты удачи, а на морях
Мы – флибустьеры.
Только на нас всё не так, всё не так
Смотрят на Родине
И сыновья – с кем-то, без нас
Рвут с веток смородину…
Нам не привыкнуть с тобою никак
К нормальной жизни,
Дурь замешали в наших мозгах
На патриотизме…

ноябрь 2017

Псы войны

Сука щённая на луну
Снова воет: погибла Троя.
Молодняк поёт про войну.
Жизнь, ты знаешь, что это такое?

Дым не нюхали, просто бес
Всем в ребро. Что нам Троя нынче?
Мы не помним, как пел Бернес,
Где нам знать, кто такой да Винчи!

Миру – мир и чеканный шаг!
Цвет у нашей зари – багровый.
На трёхцветный равняясь стяг,
Репетируем залп ковровый.

Не солдаты, а псы войны,
Вновь уходим, пустеют околицы.
Только кто мы, скажи, кто мы:
Им – наёмники, нам – добровольцы.

Кому мать, а кому – жена
«Возвращайся!» – махнут вдогонку.
Будет, нет ли жена верна?..
Им заплатят за похоронку.

И ни слова теперь про войну!
Эта тема для них запрещённая.
Только воет всё на луну
Беспородная сука щённая.

ноябрь 2017

Будь полюсом, мы оба будем в плюсе

Будь полюсом, мы оба будем в плюсе!
Ты северным, почти что ледовитым.
И там, где айсберги от напряжения рушатся,
Закрой меня от стужи деловито.
Я буду южным с алою зарёю
И мягким бархатом вечернего заката.
Я лёд твой тёплым облаком укрою
И дам покой уставшему солдату.
В свой мир уйдёшь, как хищник на охоту.
Я буду ждать тебя с твоей добычей,
Шелками Саломеи ткать субботу,
И соблюдать табу и все приличия.
Ты покоришь для нас моря и страны,
Я буду гаванью твоей и верфью,
И я удерживать тебя не стану,
Коль позовет труба опять, поверь мне!
Твой мир иной и спорить не берусь я
С его порядками и правилами хлёсткими.
Будь полюсом, мы оба будем в плюсе:
Я буду мягкой, ну а ты будь жёстким.

ноябрь 2017

Неслучайный попутчик

Не случайным был тот попутчик.
Рядом сел, говорили о многом,
Что когда-то давно жили лучше,
Что любили страну и Бога.

Вспоминали кино и музыку,
Книги юности, танцплощадки,
Как стиляг и их брюки узкие
Мы высмеивали нещадно.

Всё не так сейчас, даже дети
Нас бегут, и стесняются даже…
Что случилось на белом свете?
Всё повыставлено на продажу!

Вон, смотри, опять мерикосы
Подымают на нас свою лапу.
А я был когда-то матросом…
И в клешах сходил вниз по трапу.

Бескозырки моей ленты
На ветру развевались гордо.
А теперь, ты гляди, элемент
Где-то пятый открыли. Здорово!

А ещё, говорят, что в мире
Зажимают повсюду русских.
И тепла нет в моей квартире,
Электричество тоже тусклое.

И в Америке теперь Трамп,
А вчера ещё был Обама…
Помню, драять заставили трап,
Хотя был не виновен ни грамма.

Сталин был и порядку много
Знали люди, потом Брежнев…
Не достроят никак дорогу
По ухабам едем, как прежде.

Вот, почти двадцать лет Путин
Демократам портит породу.
А весною опять распутица,
Не добраться будет до городу.

Мы великие! Помнят немцы,
Как мы гнали их Гитлера в шею!
Коммуналка, куда б ей деться,
Не зарыли опять траншею…

Только деньги грести готовы,
А работать – из вон плохо!
Не хватает пенсии снова,
На столе вон – одна картоха.

Зато спину хохлам надраяли,
Знали чтобы, кто круче в драке!
А по телеку знаешь как лаяли
На верховного злые собаки?!

А он всех нас с колен поднял!
Нас опять все вокруг боятся!
А ещё, я забыл… прежде помнил,
Как умели мы раньше смеяться

Потому лишь, что день светел,
Что нам дружба всего дороже,
Что поют, веселятся дети
Разные, в том числе темнокожие…

На автобусной остановке
Мой сосед разговорчивый вышел.
Рядом сел мальчуган ловкий,
И садилось солнце за крыши.

Я сочувствал этому деду,
В самолёте летя над глобусом
И казалось мне всё я еду
В переполненном том автобусе.

декабрь 2017

Об отсутствии

Отсутствие цвета – тоже цвет,
Но на спектр не разложенный.
Он как бы есть, но его ещё нет,
Всего лишь цвета возможность.

Отсутствие цели – тоже цель,
Но без вектора, без движения.
Как корабль, севший на мель,
Как слово вне предложения.

И спорить не о чем, когда нет
Предмета для спора явного:
Насколько ярок и точен цвет,
Надёжно ль движение плавное?

Отсутствие смерти не значит жизнь,
И не всегда болото —
Вода без движения… Но ты держись
За себя, если не за кого-то.

январь 2018

По голой коже

Только по голой коже
Пальцами тихонечко
Ты провести можешь
Так, чтобы стало солнечно
Даже в пасмурный день.
Так от крыла бабочки
Вдруг ускользает тень,
Невидимая почти,
Но крылышки продолжают
Трепетать в животе…
Змеиным укусом жалят
Прикосновения не те,
Когда по открытой душе,
По беззащитно голой
Коже… И в темноте
Стоишь коровой комолой:
Боднула бы, не дано!
И зубы от боли сводит,
Под пенопластом окно
Скрипит, и надо бы вроде
Крикнуть, а не могу!
День твой делами занят.
И  следы на снегу
Исчезают в морозном тумане.
Сморгну пелену с глаз,
Закутаюсь глубже в плед.
И тихо, в последний раз
«Ёжик!» – шепну во след.

январь 2018

Толпа кричала: Бей! Ату!

Толпа кричала: Бей! Ату!
И палачи точили снасть,
И было видно за версту
Пустую гильотины пасть.

Он пел не так и танцевал,
Кривляясь грязно. Бедный шут!
Ты думал, площадь – карнавал,
И от погибели спасут

Тебя твой смех и твой колпак,
Наряд потешный, бубенцы…
Но запрещён, как встарь, гопак,
Распущен по Указу цирк!

И улюлюкает толпа,
И шутки прочь! Лишь по ранжиру
В строю у «вечного столпа»
Стоим во фрунт и тянем жилы…

январь 2018

А счастье любит тишину

А счастье любит тишину,
И чтобы счастье не вспугнуть
На цыпочках крадусь из спальной.
Шкворчит глазунья на плите,
И кружева фриволите
Живулю тщательно на платье бальном.

Мурлычет нежно старый кот,
Стоит кибитка у ворот,
И занимается рассвет над домом.
В конвертах писем больше нет,
Их заменяет интернет,
И с целым миром мы теперь знакомы.

Я перед образом свечу
Зажечь пасхальную хочу
Торжественно сказать: Христос воскресе!
И будет день, и будет хлеб,
А мне бы только знать и мне б
Твой голос слышать радостен и весел.

Кукушке зло скажу: молчи!
И треск полениев в печи
Мне вдруг объявит пламенем войну.
В ответ угрозам улыбнусь,
Я в плен заранее сдаюсь
И знаю: счастье любит тишину.

февраль 2018

Две впадины мы…

Две впадины мы разной глубины!
Мои края обрывисты, твои —
Покатые и заросли бурьяном!

Но в темноте листвы его слышны
Поющие под утро соловьи,
И воздух там густой и пьяный!

Со мной опасно всё, не упади!
И в бездну бойся заглянуть,
Затянет – и не выбраться тебе!

В след слышишь только: Пропади
Ты пропадом! Но не вспугнуть
Улыбки на надтреснутой губе.

Две впадины мы! Мы совпали
Не глубиною, – уровнем воды
Весною, после снежных катаклизмов.

В нас небо отражается! Едва ли
Различны отражения и следы,
И преломления его в прозрачных призмах.

март 2018

Я знаю больше, чем сказать могу

Я знаю больше, чем сказать могу!
Спрессована мозгами пыль словесная,
Следы читать умею на снегу,
Опять транзакция, опять корыто треснуло.

Мир – караоке: лишь смотри и пой.
Мы одинаковы, мы сшиты по шаблону.
И лижет камни вечности прибой,
И все труднее держит оборону

Нейронных связей взбалмошная сеть:
В песке потеряны «секретики» зарытые.
А мы с тобою продолжаем петь,
И повторять про рыбку и корыто.

июнь 2018

Чёрною пантерой по ковру

Черною пантерой по ковру
Неслышно ступаю.
И никому не вру,
И не уступаю
Ни коготка одного
И ни шерстинки.
Для меня не ново
Быть кошкой с картинки.
Любуешься, страсти полон?
Прежде, пойти следом,
Вспомни, на сколько солон
Был пот твой перед обедом.
Ошейник надеть сможешь
И даже на цепь посадишь,
Вытрется шерсть до кожи,
Но вряд ли меня погладишь,
До тех пор, пока сама
Я не приму решение,
Нужна ли твоя сума
Мне и твоё приглашение.

апрель 2018

Пусть удивится Евклид

Скользнула в траве змея —
Не вспахано летнее поле.
Так коснулась рука твоя
Колготок порванных в школе.

Что важного было в том дне?
Помню – пятак в кармане,
И чувства твои ко мне
Как проволока в океане.

Там лошади тонут и ржут:
Тревога по нарастающей.
Перед инъекцией жгут
Отметит сознание тающее.

Так приближают нас
Стрелки минут к разлукам.
Из бочки холодный квас
Не облегчит муку.

И хода в сторону нет,
Но кто-то дорогу чистит,
Словно птицы в ответ
Клюют арифметику чисел,

Сидя на ветках часов…
Кто только их придумал,
Жаворонков и сов.
А ты мне в ответ: приду, мол,

Если сойдутся пути.
Чёртова геометрия!
Мне тебя не найти!
Но траектории метры

Однажды нарушат изделие
Египетских пирамид.
Сойдутся две параллели,
Пусть удивится Евклид…

июль 2018

А дальше будет просто жизнь

А дальше будет просто жизнь
С её тревогами, волнениями.
Споткнёшься, кто-то вслед: «Держись!»
Промолвит, и твоё мгновение

Запечатлится в этот миг
На ленте бесконечной Мёбиуса.
Увидишь, как другой бежит
Вдогонку твоему автобусу.

С досадой отряхнёшь штанину,
Поймаешь любопытный взгляд
И чертыхнёшься: «Чтоб ты сгинул!»
И сплюнешь пару раз подряд.

Вот мать ведёт в детсад ребёнка.
Канючит малый: «Мам! Пусти!»
И черно-белым киноплёнка
Прокручивает чьи-то глупости

Из юности твоей и детства:
Вот нос разбит, а вот – коленка.
Дружил с девчонкой по соседству.
Хиль пел в динамик Летку-Енку.

Болел и умирал от скуки,
Вершины с кем-то покорял,
Теперь с детьми гуляют внуки…
А ты надолго здесь застрял?

Тебе, в отличии от кого-то
Другой по мере даден век.
Не выполнена, знать, работа
Твоя. Не сетуй, человек!

Ещё не пройдены уроки,
Пружинит под тобой батут.
Когда твои настанут сроки,
Тогда и за тобой придут…

сентябрь 2018

Однажды, зайдя в лифт

Однажды, зайдя в лифт,
Не выйдешь оттуда – тромб!
И засмеётся Свифт,
И разболится пломба
Или, точнее, зуб,
Вылеченный плохо.
Под медные звуки труб
Уходит моя эпоха.
Лифт узок как будто гроб
Из нижнего мира в верхний.
Пульсирует в венах лоб —
А нам говорят: верьте
И стройте планы на жизнь.
У каждого – своя версия.
Старушка в собес бежит,
А нам отложили пенсии.
С любого готов сбить
Ненужную спесь я:
Есть силы и петь, и пить
И на хрен нам ваша пенсия?
Про возраст дожития – грех —
Лжёте, экранные врали.
Всех сосчитали, всех,
Кого опять обокрали?!
В юности пели мы:
Нет нам с тобой покоя,
И были против войны
И против больничных коек.
Воскрес вдруг Мао Цзе Дун!
Не верили, вот те на!
Вдрызг на гитарах струны,
И снова идёт война
Там, где все против всех,
А мы не воюем будто
И требуем НЕТТО – смех —
Нам подают БРУТТО.
И веса живого нет
Под грудою упаковки.
Конституционный завет
Подвержен легко перековке.
Романтики дней былых,
Не держим мы оборону.
Новости бьют под дых
И каркают как вороны…
Поблёкли в цвете глаза,
Не те мы уже и не эти.
Скупая течет слеза.
На нас не смотрите, дети!
Отпразднует кто-то в гробу
Столетие комсомола.
На нас не держите злобу!
Вам, новым – новая школа…

сентябрь 2018

Постели мне из листьев ковёр

Постели мне из листьев ковер,
Не люблю простыней из атласа.
Без Пегаса с недавних пор
Я брожу по задворкам Парнаса.

Ввысь смотрю, в эту дикую синь,
Все молюсь, а кому, не знаю.
На атласе, смотри, не простынь.
И подвинься, я лягу с краю.

Осторожненько, не дыша,
Подкрадётся к окну осень
С желто-красными карандашами.
Заведён будильник на восемь.

Только я не сплю с полунОчи.
То слонов, то баранов считаю,
И в подкорке курица квохчет —
Я не сплю и во сне не летаю…

октябрь 2018

Бюст сталину давно отлит

Бюст Сталину давно отлит
Уже лет 10 как стоит
Он в ожидании торжественного места.

Был изготовлен кем-то впрок,
Жил, жив и будет жить совок!
Из одного он с ним замешан теста.

И вот моя старушка-мать —
Ну, что со старой нынче взять —
Твердит, мол, Сталин был всему порукой!

И повторяет тут же вскользь:
Подохли б с голоду, небось,
Когда б не крапивА да затируха.

Ну, да, расстрелян был твой дед,
Мы натерпелись столько бед,
Когда считали, вся семья – враги.

Зато у матери нас – пять,
Так не хотелось помирать,
Одни на всех носили сапоги.

Ещё, я помню, был налог
На каждый двор. Мог иль не мог,
Но сдай в колхоз 2 литра молока.

Яиц десяток, шерсти клок.
Что ж, что овец держать не мог?!
Купи и сдай, будь рад, что жив пока.

Вон, в телевизоре подряд
Все три программы говорят,
Что Сталин был у нас родной отец!

Оне ж не могут людям врать…
Смотрю на старенькую мать
И думаю: стране моей – конец!

Играем снова мы в войну,
Я игры эти не пойму —
Уже ль расти нам только на крови?

Опять по кругу егерей
Нам выставляют. Ей же, ей,
Когда научимся мы жить в любви?!

Нам ненависть питает дух,
И мутит разум у старух,
И собирает в батальоны молодых.

Опять мы прячемся в окоп,
И ждём врага, сразиться чтоб,
И ищем средь покойников святых!

То Бога славим, то царя,
Плутаем в датах ноября, —
Не важно, кто нам этот праздник подарил!

То ль Божья Матерь, то ль поляк,
Не разберёмся с ним никак.
А постамента жаждет Сталин-некрофил!

ноябрь 2018

О спасении котов

В соседстве чужих много выгоды:
Вы друг друга просто не знаете.
Хочешь, кошку за порог выгони
Вчера ещё нужную. Ну, кто угадает
В тебе – юбка выше колена,
С макияжем и в прикиде модном —
Холодную дрянь? Стоишь вот ленно
На своём десятом. А что, можно
Спокойно трясти пепел
Прохожим прямо на головы.
Молча пройдут, стерпя…
Пепел – не раскалённое олово,
И балкон – не стены кремля,
Средневековой крепости.
Кто будет его штурмовать зря?
По телеку крутят новостные нелепости.
А на десятом спокойно:
Выше – лишь облака.
Даже если ты, вдруг, покойник,
То не сразу, а через миг. Пока
Же стоишь и глядишь вниз:
Под тобою этажей девять
Соседей разругавшихся вдрызг
Не потому что враги, а от нечего делать.
Шмыгают мимо из дверей своих в лифт.
Кнопку нажмут: не идут – едут!
На книжной полке – Джонатан Свифт,
Никем не читанный, что-то сказать соседу
Хочет, да страницы слиплись
То ли от старости, то ли не разрезал никто.
В улыбке тянется английское «плиииз»,
И рука не попадает в рукав пальто.
И неожиданно: глаза в глаза
Чей-то взгляд, что ему надо?
Бьёт по внутренним тормозам,
Судорожно сглатывая гланды.
Кто он? Выдернул зачем-то тебя
Из уютной твоей обители:
– Ищу, говорит, уже долгих три дня!
Вы кошку мою не видели?
– Так это твоя орала вчера
Где-то внизу в подъезде?
– Орала?! Моя! Я её подобрал
Котёнком на переезде!
Отмыл, откормил, к лотку приучил!
Спала у меня на подушке.
Придёт, ляжет рядом и тихо урчит…
Не кошка – почти подружка!..
Найдете если, дайте мне знать,
Вот телефон, позвоните.
Как без неё теперь буду спать?
Не кошка – просто мучитель!..
…И растворится меж лестниц-зубов
Странный такой сосед…
А ты с тех пор спасаешь котов
От их кошачьих бед.

Чтоб мир завертелся, стал ощутим,
Нужно совсем немножко:
Столкнуться взглядом с кем-то другим,
У кого потерялась кошка…

ноябрь 2018

Это ничего не объясняет

Это ничего не объясняет:
Вчера ещё – аплодисменты,
А сегодня
Ты отменён как факт.
На ладони снежинка тает,
Спорил вчера с кем ты?
Шаг на сходни —
Спущен победный флаг.
А ты есть, ты живёшь и дышишь.
Цветы с утра поливаешь.
После обеда
Курьер принесет почту.
Снег бородой белой с крыши.
– Я люблю тебя, знаешь? —
Этого бреда
Не терплю и лечу порчу.
То ли к бабке иду ведунье —
Медицина, только другая.
Верь – не верь.
Помогает порой как плацебо.
Кальций хлористый введут мне
В вену. Жар испугает.
Открой мне дверь
Не во двор, а сразу – на небо.
Каждый раз, как рождён заново:
Кто-то пуповину обрежет,
Вздох и крик!
И вот – бирочка на запястье.
А ты, оказывается, не внесён в планы:
Что с того, что рассвет брезжит?
Ты – старик,
И бирка уже на большом пальце,
Может, правой ноги, может, – левой.
Входящим ледянО и жутко:
Это морг.
Здесь сортируют трупы.
Бомж лежит рядом
С вчера ещё королевой.
Задумайся на минутку:
Он смог
Лечь рядом и скалит зубы
В улыбке на безразличном лице.
Он не нуждается в ласке
Уже ничьей.
И ей всё равно,
Что лежит раздета.
Как думаешь,
Амур ещё ищет цель?
Оглядываешься с опаской!
Тысяча мелочей
Важнее стихов графомана-поэта.
Жонглёр словесный!
Что ни жест – провал.
Ни сцены, ни арены циркулем,
Ни зрителей.
Для кого он стихи пишет?
Боится, чтоб из поля зрения не пропал!
Ну, кто будет его Пикулем?
Вот! Обидели!
А зря!
Он просто так дышит…

ноябрь 2018

Ослабь земное притяжение

Какое глупое занятие
Летать, не покидая тело!
Распластанное неумело,
Оно – о, божие проклятие! —
Как не лети, стремится вниз,
Туда, где зеленеет поле,
А призрачная неба воля —
Несостоявшийся каприз.

Ребёнком маленьким во сне
Я, кажется, ещё летала,
Но я тогда ещё не знала,
Что дело вовсе не во мне,
А в лёгкости моей души,
Не отягченной знанием жизни.
К чему смешные укоризны?
Камин и свечи потуши…

И пусть вольётся в окна ночь
И растворит дневные тени
В угоду призрачным виденьям
С рассветом уходящим прочь.

Мне днём, я знаю, не взлететь!
Мне тело некому доверить.
И даже если плотно двери
Закрою, может умереть
Мною покинутая плоть
Как сказочной лягушки кожа.
Она всего сейчас дороже:
Ни сшить её, ни распороть.

Ты пригляди за ней пока
Полётом наслаждаюсь я,
Пока горит звезда моя
И спят ночные облака.
И помни, я к тебе вернусь.
Полёт ночной – души движение.
Ослабь земное притяжение
И улыбайся, к черту грусть!

ноябрь 2018

Недобор

Всегда пусть будет недобор!
Всего чуть-чуть, но будет всё же.
Сигали в детстве мы через забор,
И метили обидчику по роже?
Мы метили, а попадало нам:
И сопли вдрызг, и слёзы размазнёй.
Но бутерброд делили пополам,
И прятались в тени в июльский зной
У полусгнившего от старости сарая.
Кричала мать: эй, где вы, огольцы?
Домой пора! – Ушибы потирая,
С бахчи украденные грызли огурцы
И не спешили покидать укрытие.
Кому-то мы, а кто-то нам готовил козни…
А жизнь планировала новые события,
И в стайке блеяли не доенные козы.
Скучал воткнутый в старый пень топор,
Пёс под крыльцом глодал сухую кость,
В военкоматах снова – недобор,
И снова грезит ямами погост…

ноябрь 2018

Синицей стылой за твоим окном

Синицей стылой за твоим окном
Тинь-тинькаю: пусти погреться!
Крылатым буду для тебя я сном
И трепетное успокою сердце.

Я пёрышки с мороза распушу.
Ты скажешь: как у вербы ветки!
И обо всём, что спросишь, расскажу
И научу читать следы и метки.

Пусть кто-то скажет, что синица в дом
Стучит, неся с собой ненастье.
Прочь суеверия! Мы знаем о другом:
Синицам холодно бывает часто!

Кусочек сала вывесь за окно —
Хохлушку в желто-синем угости.
Поставь на видик черно-белое кино
И пригласи меня на вечер погостить.

Раздышим мы проталинки на чистых,
Заиндевелых от мороза стёклах,
И будут стрелки отмечать простые числа,
И сердце от предчувствий добрых ёкать.

декабрь 2018

Знакомые запахи

Сегодня улица пахнет
Старыми трамваями, —
Сказал мне сын.
– Ах, нет,
Так не бывает!
Я усмехнулся в усы:
– Откуда знать тебе это?
От горшка два вершка, парень!
Пожелтели портреты —
Свидетели тех трамваев.
В доме новая мебель
И ремонт модный – евро.
На фоникулёр мне бы
Попасть. Да нервы
Расшалились вдруг не на шутку.
Мой сын! Знает!
Запахи, которых не слышал!
Садимся в маршрутку.
В руках у каждого – гаджет…
Сын: – А ещё – запах мази,
Которой вощили лыжи!
Глаза таращу от удивления:
– Ну и гад же ты,
Мелкий! Нагуглил фигни
И дразнишь!
А сам ни черта не знаешь!
Осклабились тускло огни
Фонарные.
– О чем ты думаешь, папочка?
– Почему вдруг трамвай и лыжи?
Помню – конькобежная шапочка
Уголком к переносице
С полоской пингвиньей посередине.
Такие  давно не носятся.
И новогодние мандарины —
Такое же древнее прошлое,
Как запах трамвайных щеток
Нагреваемых при движении.
Сменило «тётенек пошлых»
Новое поколение
С развитой мелкой моторикой.
Жест воровской, купюрный —
Широкому нет места.
И бутики от кутюр
Не нравятся мне, если честно.
Но запах! Откуда он помнит
То, что знавали мы?
Так тянутся к недрам корни
Спящих среди зимы
Утративших кроны деревьев.
И тянутся в небо столбы
Дыма от печь в деревне,
Куда возвращаться не стал бы:
Там – ни родни, ни погоста.
Но и у меня есть запах,
Который я  знаю просто!
Как солнце с зенита на запад
Падает. Я замираю
И закрываю глаза,
Чуть слышно себе напеваю:
Кондуктор, нажми на тормоза…

февраль 2019

Разговор о женщине с Лилит

Вот прямо в точку, Лилит!
Когда у женщины голова болит
И никто не поможет,
Потому что нельзя.
Муж – нет, друзья – тоже,
Потому что его друзья.
Ему – жена, им – подруга,
Детям – мать, старикам – дочь.
А она – в центре круга.
Зимой – солнце, а летом – вьюга!
Дай свободу: уйдёт прочь!
Утро раннее. У окна
Её силуэт одинокий.
Рассвет чуть брезжит.
За всех и для всех ей жить
Сегодня и выстоять,
Как в Китае стоит стена.
А она не стена – река!
Войдёшь – унесёт потоком —
Ступишь – нет дна, глубОко!
И оковами – берега.
И струи режет осока.
Ещё можно сковать её льдом.
Сорвать осени пожухлые одежды.
Лишить любви и призрачной надежды,
Всё отложить, и счастье, на потом…
Ты можешь рассердить, но чтоб обидеть!
Смолчит стена, лишь узкие бойницы
Прищурятся сильней китайских лиц,
И будет она чувствовать и видеть,
И ждать. И упадёте ниц,
Когда то яркие победы флаги
Тяжёлой не объявленной войны.
Кому, зачем теперь они нужны?
И выровняются водами овраги
И даже звук попросит тишины,
Когда у НЕЁ голова болит…

март 2019

Лабиринт

И даже если это лабиринт,
Симметрия лежит в его основе.
Нить Ариадны, и гигроскопичный бинт,
И звук «Ау!» в тревожном чьём-то зове.

Ведь если вход открыт, то, значит, есть
При сонме тупиков и выход…
Кружит пылинок солнечная взвесь.
Как невесом пылинок этих выхлоп!

Их хаос, а в основе – гиперкуб,
Закручивает плоскости пространства.
И линии кривых в усмешке губ —
Свидетельство немого постоянства

Того, что было. И не повернуть
Нам вспять прожитое вдвоём с тобою.
Замысловатый нейролиний путь
Рисует кромку пенного прибоя

И замки, выросшие на песке,
И звуков прошлого несыгранный клавир.
И я не знаю, где сейчас и с кем
Тот мальчик, что мне бабочек ловил,

А вместо них сачок ловил меня,
И трепетали крылья в животе.
Нам ночи было мало, мало дня,
И крУги разбегались по воде,

И прыгал плоский камешек, упруго
Касаясь глади, но тонул в итоге.
И страшно выйти за пределы круга,
Когда неведомое за порогом.

Но дверь открыта. От себя
Толкни её иль потяни навстречу:
Там ангелы небесные парят
И догорают тихо чьи-то свечи.

Зажги свою! И пусть она горит
В твоих руках до окончания века,
Пока не пройден будет лабиринт
Потерянным последним человеком.
март 2019

Будущая старуха

Будущая старуха,
Вглядываясь в твои морщины,
Пытаюсь увидеть себя, нынешнюю.
Долгая жизнь – порука
Моей прабабки, чьи мужчины
Для меня скорее вымышлены,
Чем реальны,
Ушли безвозвратно в войну.
Кто посеял, а кто – не успел.
И во мне – их раны,
Я была вместе с дедом в плену,
А другой
Ни одной мне песни не спел.

Между смертью его
И моим рождением в мае
Двадцать лет прабабкиной жизни,
И колхоз без дня юрьева —
Крепостные меня понимают —
Трудодни от тризны до тризны.

Кто-то просит:
Не приведи, Господь, мне состариться!
А я прошу: приведи, Христа ради!
Вижу: с гордостью носит
Свои седины моя грядущая старица
И не спешит к кладбищенской ограде!

Чтобы сбить свою спесь,
Или комом когда кадык
Перехватывает дыхание ровное.
Я кричу старухе: ты здесь?!
Посмотри, мой ребёнок внутренний сник!
Помоги мне, зря что ль мы кровные?!

И, поправив седую прядь,
Снисходительно, но по-доброму глядя,
Мне старуха скажет:
Не бойся, девочка, рядом присядь.
Зря что ль сгинули дед твой и дядя?

Теперь мы с тобой самые важные.
Не реви и веди себя чинно,
Ничего, никого не бойся,
Всё случится так, как случится.
Пусть будет рядом только твой мужчина.
Гони, коль подлец иль пропойца.
Мы сильные, мы из рода волчиц…

март 2019

Ну, страшно же…

Ну, страшно же: идет трамвай,
Но никому не слышно звука.
И это хуже тишины,
И адская такая мука
Отсутствия ненужных слов.
При ветре ряби на воде
Не быть не может. Крысолов
Играет что-то на дуде
И манит в воду за собой:
Вот – по колено, вот – по грудь.
Кому – прохлада, кому – зной,
Кому-то – на Голгофу путь.
Струны разорванной контекст —
Остаток прошлого звучания.
Но прежде, чем случился Крест,
Не Слово было, а Молчание!
В его тотальной глубине
Из немоты рождалось Нечто,
Когда, придавленный к стене,
Из тени становился вечер.
И напряжение росло,
Беременная пустота
Зияла между аналоем
И тенью призрачной Христа.
Глубокий тянется испуг,
И мелом круг Хома рисует.
Из немоты родится звук
Для тех, кто Слова не спасует.

апрель 2019

Просто слушай, не осуждая

Просто слушай, не осуждая,
Чтобы мог выговориться.
Слово в ответ – не совет:
Огонь догорит сам.
Хворост не долог —
Были угли, уже пепел.
А доверия полог
Коль приручил, – в ответе.
Помоги, но не решай за меня!
Это мои грабли.
Не проходит и дня,
Чтобы где-то кого-то не грабили.
Слава Богу, что взял так!
Расплатился и уезжай.
Кому-то деньги и пятак.
Подавая, не унижай…
И смотри внимательно,
Без корысти,
Не ищи, чего во мне нет.
Не в моде нынче Агата Кристи,
Но в статусе ещё кабриолет.
Бескрылые пошли души,
А у меня зуд меж лопаток.
Ты обнимаешь,
А кажется – душишь,
До телесных радостей падок.
Не души!
Воодушеви без давления
И молчи, где мне говорить должно.
Таблицу учи умножения,
Не деления…
Лгать нельзя,
Защищать – можно!
И рядом встань,
Но не лишай значений
Того, что для меня важно.
Непригляден порой,
Ищу приключений,
Пуская в луже кораблик бумажный.
Если можешь, такого прими
И изменить меня не пытайся.
Во мне тлеет реактор Ферми.
Не строй стену,
Мы с тобой не китайцы.
Но в любом случае знай:
Я тебя чувствую кожей!
И, завоёвывая свой Китай,
Ты на меня рассчитывать
Можешь…

апрель 2019

Влюблённость как быстрые деньги

Влюблённость наша,
Как быстрые деньги
Упала в карман —
Бери и трать!
Ты то ли девочку встретил,
То ли виденье,
Шаг сделал навстречу,
За руку хвать!
Глаза в глаза
Взглядом горячим,
А я тормоза
Включила: стоп!
И казалось тогда,
Что нельзя иначе.
Подвернула намеренно
Голеностоп.
Плечо подставил
Мне опереться:
Всё просчитал,
Пригласил согреться,
Зажёг камин
И налил вина.
Вдруг оказалось,
Что я одна,
Что потерялась
В стогу иголкой.
За встречу эту
Платила долго:
Звонками тиранил,
Являлся вдруг.
Напрасно ранил!
Ты мне не друг,
Не враг и даже
Любовник вряд ли.
О встрече память
Подальше спрятала.
Смешной и грустный
Эксперимент:
Кредитный слишком
Высок процент.

апрель 2019

Страаах…

Страх! Страааах! Страх…
Гадкая, липкая штука!
Кто в чунях, а кто в сапогах,
И щерится злобная сука,
Готовая в глотку вцепиться.
Страх! Страааах! Страх…
Он вам ночами не снится?

Взмах! Взмаааах! Взмах!
Рук ли в знамении крестном,
Крыльев ли на плечах
Ангелов бестелесных.
Прощальных в руках платков
Взмах, взмаааах, взмах
Под цокот стальных подков.

Крик! Криииик! Крик!
В голос иль в глотке скрытый.
Страшный седой старик
В молодости убитый
Не знамо кем и где.
Крик! Криииик! Крик!
И буквы «Н», «К», «В», «Д»…

Плач! Плаааач! Плач!
Нет слёз в сухих глазах.
Жив ещё твой палач,
И воронков тормоза
Смазаны и не скрипят,
Взвейтесь кострами, ночи!
Взмах! Крик! Страаах!
Спите, дети рабочих!

Близится эра светлых годов…
Страх! Страаах! Страх!
На всякий случай, будем готовы:
Крик! Плач! Взмах!

апрель2019

Мой папуас
Анне Ивановой, путешественнице и философу, журналисту и трэвел-фотографу

Жизнь пройдя от класса до класса,
Выучив все необходимые уроки,
Я выпускаю на свободу своего папуаса,
Спрятанного глубоко внутри до срока.

У него на лице – боевая раскраска,
Голый торс, но не беззащитен.
Из ярких перьев корона ли, маска ли
То ли он меня, то ли я его когда-то похитила.

Он ухмыляется вам в курчавую бороду
И движется в соответствии с моими движениями,
Смотрите: голый папуас идёт по городу —
Моей сути дикое отражение…

июнь 2019

Лилит

Распознай во мне Лилит, мой Адам!
Не тянись за яблоком к древу!
Подчинить хотел? Грешен сам:
Получил взамен просто Еву.

Что с того, что лишился ребра?!
Ты начальник теперь, она – дура.
Жил в раю, казалось, вчера…
Пот и кровь теперь ваша натура.

Я ушла из сада сама,
Из одной с тобой глины сделана.
Наполняй теперь закрома
И читай мольбы черным по белому.

Ты капризен был, а я – вздорная,
Всё делили, чья глина лучше.
И Его попытка повторная
Вас изгнала из райских кущей.

Стало скучно вам от елея,
Вас покой Эдемский не радовал.
Я пришла к вам под ликом Змея,
Ядовитой гадюки адовой.

Плачь не плачь, Адам, твоя Ева
Дала жизнь двум библейским братьям.
Я,  Лилит, первородная дева,
Стала вечным твоим проклятием.

июль 2019

Я сошью тебе килт

Я сошью тебе килт, милый,
С шестицветной шотландской клеткой!
Пусть меха надуваются силой,
Пой, волынка, старинный напев пой!

Я пущу голубой нитью
Тот ручей, что избавит от жажды,
А коричневым вытку тропку,
Что домой приведёт однажды.

Будет красного много в тартане:
Цвет победной зари кровавой!
Подорожником рядом встанет
Цвет зелёный: молитва и слава.

Я сошью тебе килт. Он укроет
В непогоду тебя от стужи.
И тревожиться, милый, не стоит:
Дома ждут и постель, и ужин.

Обернусь потеплее тартаном —
Он и плащ, и в ночи одеяло —
И сама его частью стану,
Чтоб ничто нас не разделяло!

Я сошью тебе килт, милый…

август 2019

фото Татьяны Репиной: Шотландский опенэйр. Томск. 2019 г.

Я была твоим главным бесом

Я была твоим главным бесом,
Из ребра твоего сделана.
Заполняла твои интересы
От черного цвета до белого.
Затмевала зарю в окошке,
Погружала в пучину пьяную,
Небеса сужала до плошки
И курилась дурманом кальянным.
Я уздала ремённой Упряжью
И стреноживала по взрослому.
Я казалась тебе услужливой,
Расплетала шёлковы косы
И вила из тебя верёвки,
Красной нитью пуская прошву.
А тебе казалось, ты ловкий,
Не сносил ещё все подошвы.
Наслаждаясь своей властью,
Я не знала, что  лишним может
Быть ребро, и твоей частью
Я не стану… И это гложет
Посильнее любой обиды,
Посильнее злобЫ воронОй.
Зря я тешила свои виды:
Ты проходишь другой стороной,
Утекаешь водой сквозь пальцы,
Как на псе рубцуются раны.
Зря натягивала я пяльцы,
Рано радовалась я, рано…

август 2019

Премьера каждого дня

Премьера каждого дня
Невероятно отвественна.
Что ждёт  тебя и меня,
Какие ответы на
Вопросы у нас родятся?
Восход сбросил занавес ночи.
Хулу или гром оваций
Нам новый день пророчит?
Или, быть может, забвение
И тишины равнодушие?
Остановись, мгновение!
Всё самое-самое лучшее
Дано нам здесь и сейчас:
Лист поздний дрожит на ветке,
Лампады свет не погас,
И ветер на белом свете,
И струны ладит оркестр,
И распевается хор,
И нет рядом лишних мест,
И терпелив дирижёр.
Сегодня Он волю даёт
Любым твоим вариациям:
Падению и полёту,
Высоким и низким вибрациям,
Но не фальшивым нотам!
Молчание – тоже звук.
Пусть лучше сгорит Нотр
Дам от Его рук,
Объединив весь мир
В горестном восклицании.
Не сотвори кумира! —
Сказано в древнем писании.
Не сотвори, но сыграй
Свою партитуру честно,
С нами и ад, и рай,
И наше во всём этом место…

сентябрь 2019

Ты ребёнок бесправный во взрослой стране

Ты ребёнок бесправный во взрослой стране
Где бесправие абсолютно,
Неприветливы все, кто внутри, кто во вне.
Вроде тОлпы вокруг, а безлюдно.

Всё должно быть на месте своём.
Бесконечно наводим порядок.
Ряской тянется водоём
До значений надуманных падок.

Ритуальная жизнь: то поклон, то во фрунт.
Кто-то гнётся, а кто-то тянется.
И не знает никто по чем лиха фунт,
Его курс постоянно меняется.

И кусок одеяла бабка пришлёт,
Сто рублей и голик да веник.
И на бал тебя кто-то пошлёт,
Но наручники прежде наденет,

Скажет что и кому говорить,
И запрет на контрастное выставит.
А задумаешь кашу свою заварить,
Что там смех, и улыбку вытравит.

Но однажды Алисою у ворот,
Что ведут нас в Страну Чудес,
Ты увидишь: Чеширский кот
Улыбается сам себе.

И уже его карты нечем покрыть:
Сплошь – фальшивые короли,
Поумерили дамы светскую прыть,
А валеты – сплошные врали.

И колоды такой ядовитая власть
Всё сгноит, коль её коснуться.
Выход? В сон летаргический впасть
Иль, подобно Алисе, проснуться…

сентябрь 2019

На границе меня и тебя

На границе меня ты меня не найдёшь.
Там другая, хотя всё я же.
И не мучайся мыслью где правда, где ложь,
Всё равно она ровно не ляжет.

На границе тебя мне тебя не узнать.
Вроде руки, лицо, – всё те же.
Но морскими узлами речи вязать
Мы уже не сможем как прежде.

На границе меня и тебя – не мы.
Там другие другое чувствуют.
Без объятиев наши тела немы,
Даже жестов язык отсутствует.

На границе тебя и меня – пустота,
Лоно будущего содержимого.
Ты не тот там, и я – не та,
И не вскрикнуть кому-то: держи, мол!

Так случилось, достигли границ.
С криком бросились врозь: западня!
В книге той не хватило страниц
Только двух: про тебя и меня.

сентябрь 2019

Разговор с остеопатом

– Ты не старая
Ещё, – сказал мне остеопат,
Выправляя больное плечо.
Просто тело устало
Твоё. Знаешь, как говорят?
Холодно, холодно,
А тут горячо…
Соберём позвонки
Как шарниры,
Смотри-ка, сильны
Твои мышцы!
Тело  твоё —
для души квартира.
И от стены до стены,
Есть у него границы.
Это уму свойственно
Быть недовольным
То бёдрами, то ногами.
Что важно душе?
Спокойствие!
И знать, что она – вольная,
И живет по своей программе,
А не заперта в гараже.
В её списке
Вещного нет,
Только вечное:
Ученичества путь
От истока до устья.
В её списке —
Солнечный свет,
Шлях Млечный,
Вдохновения суть
И томление грусти.
Ну, и тело!
То, что досталось
Ей в момент воплощения.
А ты говоришь – старость!
Всего лишь слово,
Звуковая малость.
Если хочешь – всего лишь
Артикуляционное упражнение.
Вот здесь —
Надавил на мышцу —
Зажим. Дует слева
В твоей машине.
А ты взвесь:
Наши мысли —
Что белкой по древу,
Никому не нужны в помине.
Лимфы ток
Обеспечь движением.
Боль уйдёт,
Крем размазывается.
Какой толк
В чтении с выражением?
Слышишь? Плохо поёт!
Знает, но не отказывается.
Вот и душа
Живет в избранном ею теле,
Где ум хозяин
До поры до времени.
Можно дышать,
И можно смотреть, в телек.
Страдать, что не взяли
На роль вожака в племени.
Даже мысли бывают
Радикулитные.
А мы им – блокаду,
Можно без обезболивания.
Вон, на сцене страдают,
А интриги кулисные
Реальнее ада…
Вставайте, на сегодня
Достаточно боли вам.
– Спасибо, доктор!
– Встретимся через неделю.
Не забывайте про предписание.
– А у меня отец был токарь
С крепким таким телом.
Деталь из-под фрезы – в одно касание…

октябрь 2019

Почитателю

Жуть какая! —
Сказал, прочитав стихи.
А я думаю:
Прочитал таки!
Смыслы тают,
Как снег, а грехи,
На беду мою,
С кем-то танцуют вальс,
А с кем-то – сиртаки.
Танец и там, и там!
Ритмы разные
И посылы.
Кому-то музыка и там-там,
А мне вот
Не каждый звук по силам!
Порой застрянет строка
Шилом в башке,
И свербит тонко.
А под рукой – тоска,
Как жизнь на волоске,
Какая-нибудь
Паршивенькая картонка,
И нечем ту мысль записать.
Её бы оставить в покое,
Да где там!
Я ли, она хочет что-то сказать?
Не разобрать такое,
И нет ответа!
Бегу,
Собирая словесный мусор.
Добротная такая утилизация!
Кажется, что могу
Связать любой узел
Главный из страхов – прокрастинация.
Но иногда
Вдруг закрутит так,
Не ты их, они тебя выберут.
Скорые поезда
Разгоняют ветер и прах.
Или наоборот.
А ты смотришь в окно,
Гладко выбритый.
Занимается новое утро,
Мяучит голодный кот,
Точит когти
О диванное волокно.
И пока ни один страйк не выбит…

октябрь 2019

Мой Крысолов

Мой Крысолов! Оглохнет твоя дудка
Когда-нибудь?! Иль пусть оглохну я!
Заткнись, – прошу тебя я. – На минутку!
Мелодии ползучая змея
Гипнотизирует и тянет за собою.
Шаг в сторону, и тут же пропадёшь!
Не сбиться с ритма мне, не дать бы сбою!
В мелодии за каждой нотой – ложь!
Мой Крысолов! Смотри какие толпы
Тебе сопутствуют, не дышат на тебя.
А я закрыта, словно муха в колбе,
Как жужелица в капле янтаря.
Заткнись, – прошу тебя я. – На минутку!
Я обездвижена и воли лишена!
Ну кто, скажи, придумал эту шутку:
Со всех сторон я каждому видна!
И каждый, кто с моноклем, а кто – с лупой
Меня разглядывают сквозь стекло.
Мой Крысолов! Конечно, это глупо —
Искать кого, к кому, когда влекло.
Я выхожу из стаи дудколюбов!
Разбита колба и янтарь растоплен.
Мой миф разрушен звуков фальшью грубой,
И мне плевать на возмущённых толпы!
Я тишины хочу, она честнее.
Мне чужда какофония славословий.
Пусть лучше заметёт долины снегом,
Снег осени закончит предисловие.
Пусть лучше волчий вой и стужа,
Гул ветра и метелей фуги!
Мой Крысолов! Корабль твой перегружен,
В гипнозе тонут одурманенные слуги.
Ещё чуть-чуть, и нас с тобой не станет!
Я остаюсь на стылом берегу.
Ты помнишь, как окончил рейс Титаник?!
Я – крыса! Я с Титаника бегу…

октябрь 2019

Я вслушиваюсь в тишину

Когда умолк последний звук
Иль паузой в долю секунд
Разорван полнозвучный круг!
Я вслушиваюсь в тишину.

В  невероятном сфер молчании
Ищу я скрытый тайный смысл,
Как в симфоническом звучании
Октавных и размерных чисел.

Средь азбучных начальных знаний,
Что учат строить предложения,
Я вчитываюсь в  препинания,
В их молчаливое  служение.

Во вдох и выдох, в их  посыл
Того, что вдруг вот-вот случится,
Таю дыхание: звук остыл
И должен новый зародиться.

Молчание – предтеча слов,
И тишина – предтеча звуков.
Глухая ночь – предтеча снов
Предутренних. И азъ, и буки,

И веди, и глаголъ с добром
Когда-то были черты, резы…
Что не записано пером
Сотрётся гильотины лезвием

И канет в лету! Тишина
Равно хоронит и родит.
В раскладе вечном новизна:
Кому – Харон, кому – хариты.

октябрь 2019

Ты снишься мне

Ты снишься мне. Мы при луне
С тобой гуляем в тишине,
И рядом – ни души.
Вокруг – безмолвие и тишь:
И я молчу, и ты молчишь,
И только камыши
Чуть слышно шепчутся с водой
О том, что рядом ты со мной,
А я – с тобою рядом.
И нам завидует луна:
Мы вместе, а она одна,
И небо звёздным градом
Усыпано. Твой робкий жест,
На темном небе – южный крест,
И бабочки трепещут.
Боюсь от нежности вздохнуть,
И сон нечаянный спугнуть,
А вдруг сон этот вещий?
Ты снишься мне, и я во сне
Смеюсь счастливым смехом.
Ты что-то нежно шепчешь мне,
Блуждают тени по стене
И смех уносит эхо.
Грустят в киотах образа,
Свеч стеариновых слеза
Застыла в канделябрах.
Бледнеет небо за окном,
Уходит ночь, с рассветом в дом
Приходит наше завтра.
В нём все обыденно, спешим
Мы по делам своим дневным
И мелочным заботам.
То снег на улице, то дождь,
Я не прийду, ты не прийдёшь,
И заперты ворота.
Висят амбарные замки,
И мы с тобою, дураки,
В рост возвели заборы.
И нет почтовых голубей
И нет в руке руки твоей,
И ночь ещё не скоро…

октябрь 2019

Не говори мне…

Не говори мне, что я красавица!
Это может быть так и не так.
Просто скажи, что тебе нравится
Смотреть на меня и чувствовать, как
Тепло разливается по груди,
И мурашки бегут по коже странные,
Как волны по фасадам Гауди,
Меняющие очертания пространства.
Не упрекай, что сегодня я не хороша.
Растрёпана с утра и раздражена.
Покажи, что и у тебя неспокойна душа,
И хочется грубо послать всех на…
Что в такие минуты хочется одного:
Свернуться калачиком, упасть в норку.
Разожги камин, поспорим об арт-нуво
И будем читать вслух, например, Лорку.
Не хвали меня, мол, молодец,
Смогла то-то и то-то, заткнула за пояс.
Вдруг мой триумф – чей-то конец?
И что с того, что флаг установлили на полюс
Северный ли, южный, или пик высочайший?!
Расскажи, что ты понял, что тебе важно,
И что такое гимнастика «тай ши»…
Держи баланс, солдатик мой бумажный!
Не хвали, не ругай и не упрекай, —
Сам знаешь, порой право там, где лево.
Сегодня я Герда, а ты – мой Кай,
И раскрыты объятия у Снежной Королевы,
И розы замёрзли в нашем саду,
Но в доме тепло, и горит очаг.
Не удерживай, если надо – уйду.
Просто право имею
В том числе на неверный шаг…

ноябрь 2019

Вообрази себя птицей

Вообрази себя птицей
Пролетающей над твоим домом.
Голубем или синицей,
Или другой знакомой
Тебе видом и оперением.
Сначала
Невысоко поднимись над крышей
И пением сообщи миру,
Что ты летишь!
А потом посмотри вниз:
Видишь, —
На крылечке малыш
Подбирает упавший листок.
Пёс дворовый грызёт кость,
И растекается лужа,
Потому что забит водосток.
И дымок из трубы
Пахнет ужином.
Воробьи купаются:
То ли весна, то ли осень.
В куче мусора
Две вороны копаются.
На верёвке соседка
Развешивает выстиранную простынь,
Прищепками фиксирует память,
Отмытую хозяйственным мылом,
Наструганным в кипяток.
И снова пахнет
Красной Москвой и мамой…
Чуть выше поймай поток
И напряги зрение:
Твой маленьки двор
Как платок,
Выпавший из кармана,
Или листок тетрадный
С невыполненным упражнением
Задания домашнего.
И слышишь,
Как кричит в форточку мама.
Она вовсе не рада,
И уходит её терпение
Видеть, как ты дурашливо
Шлындаешь по двору…
– Куда полез, соравнец!
Слезь сейчас же с дерева!
Вот погоди,
Вернётся с работы отец!
А на ветках соседних
Мальчишки орут:
– Не раскачивайся, а то – конец!
Вместе свалимся,
Не впервой, проверено!
И сидят нахохлившимися воробьями.
А ты – голубем в небе
Или синицей,
А ещё лучше – соколом!
Ты же помнишь, тебе это снилось.
Полвека назад или около…

ноябрь 2019

Бессмертие на одну ночь

Моё досадное бессмертие!
Маленькое, на одну ночь,
Гробовшик с замерами
У кого-то. И не помочь
Мне гостье с косой —
Ко мне ещё рано,
Я её не звала!
Свербит застарелая рана,
Всю ночь не спала,
И иные миры,
До сна моего жадные,
Других уносили в ночные дали.
Толстуха-Луна в глаза мои
Смотрела с жалостью,
И ветер в ветвях лениво скандалил.
Под боком, смятая, горела простыня,
И ком подушки не лелеял ухо.
Синематограф в голове гонял
Событья дня, озвучивая глухо
Прошедшего унылый бэквокал.
Шуршал в простенках старый домовой.
С вином невыпитым  бокал,
И сыр, подёрнутый слезой,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.