Морин Чайлд
Под венец с другом детства

A Texas-Sized Secret © 2017 by Harlequin Books S.A.

«Под венец с другом детства» © «Центрполиграф», 2021

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2021

* * *

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

* * *

Глава 1

– За что мне все это? – Наоми Прайс раздосадованно пнула камешек носком ботинка и тяжело вздохнула. – Почему он взялся за меня?

Тоби Маккритик отвлекся от своей лошади, посмотрев на женщину, стоявшую по ту сторону загона. Несмотря на то что она была зла и немного напугана, это ничуть ее не портило.

Невысокого роста и ладно сложенная, Наоми была одета в светлые летние брюки и свободную изумрудно-зеленую блузку. Длинные вьющиеся волосы спускались по плечам и напоминали своим цветом огненное пламя, волнующие карие глаза смотрели на него с неподдельной тревогой. Правда, светлые кожаные ботинки совершенно не подходили для прогулки по загону. На ранчо от них бы уже к вечеру остались одни воспоминания. Но Наоми – горожанка, а потому не пристало ей тревожиться о подобном.

– Его или ее зовут Маверик. И это все, что нам известно, – заметил Тоби. – Он преследовал всех, а теперь вот твоя очередь.

Некто по прозвищу Маверик уже давно будоражил жителей Рояла. Здесь, в Техасе, он орудовал уже несколько месяцев, вредив многим. Его тактика состояла в изобличении секретов частных лиц и последующей травле. Кем бы ни был этот человек, он очень хорошо знал людей Рояла и презирал их.

Каким-то невероятным способом эта персона выведывала самые потаенные секреты жителей города, а потом публиковала эту информацию в газете. Тоби не мог взять в толк, какую выгоду преследует сей незнакомец, хотя, вероятно, кто-то платит этому шантажисту, чтобы не разглашал их тайн. Однако Тоби интуитивно чувствовал, что главная цель этого индивида – попросту разрушить репутацию жителей города. Он атаковал людей десятками.

– Просто здорово, – пробормотала Наоми.

– Что он тебе такого сказал, что ты сюда прибежала? – Тоби пристально посмотрел на нее. Обычно Наоми не поднималась с постели раньше полудня. И уж тем более не покидала дом, тщательно не принарядившись.

Вздохнув, она извлекла из сумки свой смартфон:

– Вот, сам посмотри, – и протянула телефон Тоби.

Тот похлопал лошадь по загривку и взял трубку.

– Просто нажми на экран.

Тоби приподнял шляпу и постучал по экрану. Мгновенно почувствовал, как рядом занервничала Наоми.

Вот уже год или около того она была ведущей, автором и продюсером местного шоу о моде и красоте, сделав себе имя, занимаясь тем, что знала лучше всего, – учила женщин выглядеть хорошо. Наоми очень гордилась тем, чего смогла добиться, учитывая то, что действовала без какой-либо поддержки со стороны. Каждый день она упорно работала для достижения своей цели.

Тоби омрачился, когда увидел, какую именно запись прислали Наоми. Маверик превратил дело всей ее жизни в пародию. Нашел актрису, похожую на Наоми. Женщина томно стонала и вздыхала над вешалками с платьями, изображала оргазм на камеру, потом вышла из-за вешалки.

Тоби сразу понял, что именно расстроило Наоми.

Эта женщина была беременна и обеими руками придерживала огромный живот.

– Ну и дела!

– И это еще не все.

Нахмурившись, Тоби прислушался, когда актриса заговорила с нарочито сильным техасским акцентом.

«Ждите новую летнюю коллекцию, дамы, – вещала она на камеру. – Наряды для будущих мам стали еще прекраснее! Надутые животы больше не помешают нам выглядеть стильно, – и отбросила длинные рыжие волосы назад, потерев руками живот. Потом снова скрылась за вешалкой с платьями. – Помни, аксессуары – это важно! Пусть на талии будет миленький поясочек. Все обратят на него внимание. Гордись мной. Пусть все знают, как должны выглядеть беременные женщины».

Тоби не на шутку разозлился.

Женщина снова выглянула из-за вешалки и лукаво улыбнулась:

«Ну же, Наоми. Расскажи всем сама, пока Маверик не сделал это за тебя».

Сцепив зубы, он вернул телефон.

– Одним словом, теперь мне все предельно ясно.

Убрав телефон, Наоми схватилась руками за перила, вцепившись в них так сильно, что костяшки пальцев побелели, и заговорила тихо, чтобы только Тоби мог слышать ее.

– Дело не в том, что он собирается рассказать всем о моей беременности. Он насмехается надо мной. Насмехается над моей работой.

Тоби накрыл ее руку своей и легонько сжал.

– Послушай, неужели так ужасно, что он думает о тебе? Это обычные глупости, ты ведь сама понимаешь.

– Да понимаю я. – Она невесело улыбнулась. – Однако пересматривала все это снова и снова и… Я что, действительно так выгляжу? В самом деле такая жеманная?

Тоби усмехнулся.

– Не теперь, но раньше иногда случалось.

Она посмотрела на него, откинула голову назад и вздохнула.

– Снова ты об этом.

Он пожал плечами и вернулся к лошади.

Наоми и Тоби дружили много лет. Однако он не закрывал глаза на ее недостатки, поскольку знал ее лучше, чем кто бы то ни было. Наоми годами прятала свое нежное сердце под холодной маской. Да и, в конце концов, никто не совершенен.

– У вас с Сесилией и Симоной была та еще репутация. Этого нельзя отрицать.

– Я и не отрицаю, – пробормотала она и уронила подбородок на руки.

Покачав головой, Тоби оставил ее в покое. Мысли Наоми пребывали в сумбуре. Он был растерян не меньше.

Они выросли в этом большом провинциальном городе, и в нем невозможно спрятаться. Повзрослев, они пересеклись уже в колледже. Тоби тогда был выпускником, а Наоми только поступила. Он действительно хорошо изучил ее характер и совершенно точно знал, что сейчас она потрясена с головы до ног, облаченных в дорогие бесполезные ботинки.

– Все изменилось, – настойчиво твердила Наоми. Выпрямившись, прямо посмотрела Тоби в глаза, а он обрадовался, заметив, что она снова полна решимости. – Люди меняются.

– Всегда, – поддакнул Тоби.

– Сесилия и Дикон теперь вместе, она тоже беременна, – зачем-то уточнила Наоми. – Симона и Хатч тоже наладили отношения. Представляешь, они вообще ждут тройняшек! – Она всплеснула руками. – Мы больше не те злые девчонки, которыми были когда-то. Мы… – Она вздохнула. – Впрочем, я уж и не знаю, кто мы теперь.

– Зато я знаю, кто ты. – Тоби улыбнулся. – Ты – Наоми Прайс, женщина, чья обувь стоит больше, чем мое седло.

Она от души рассмеялась, чего, собственно, он и добивался.

– Кроме того, ты в одиночку открыла собственное шоу и до сих пор трудишься не покладая рук для его успеха и процветания.

– Спасибо, Тоби. – Наоми улыбнулась, и у него зашлось сердце. Она кивнула самой себе и оттолкнулась от забора. – Ладно, ты прав. Я все могу. Я готова и действительно сделаю это.

– Конечно. – Оседлав коня, Тоби погладил животное по длинной изящной шее.

– Не знаю, как и сказать им об этом. – Наоми поежилась. – Уверенность оставляет меня при мысли о том, что предстоит рассказать родителям о беременности.

Тоби облокотился о перила и опустил шляпу на глаза, закрываясь от солнца.

– Тебе уже давно следовало это сделать.

– Твоя холодная логика сейчас совсем неуместна, – огрызнулась Наоми и принялась вышагивать взад-вперед вдоль забора, обхватив себя руками. – Где же твоя поддержка, когда она больше всего нужна?

– Я поддерживаю тебя. Просто не считаю, что тебя нужно гладить по головке, вот и все.

Она пробормотала что-то невнятное, продолжая мерить шагами забор. Если бы она двигалась чуть медленнее, он бы охотно обнял ее. Тоби оставил эти мысли. Годами он подавлял влечение к ней. Сегодня она пришла на его ранчо за дружеской поддержкой, и она ее получит, пусть ему и придется говорить неприятные вещи.

– Наоми, ты же понимала, что не сможешь скрыть это.

Она остановилась напротив него, жмурясь от солнца. Теплый ветер приподнял золотистые локоны.

– Да, но…

– Что «но». – Он снял шляпу и машинально пригладил волосы. – Теперь вот кто-то пытается манипулировать тобой. Скажем так, у тебя просто не осталось выбора. Откройся родителям. Время пришло.

– Не понимаю, как все-таки ему удалось узнать об этом. – Она тяжело вздохнула. – Ты единственный, кто знал о ребенке.

Это прозвучало как обвинение. Тоби поджал губы.

– Я никому не раскрывал твоей тайны, честное слово.

– Я знаю. – Наоми махнула рукой, и он расслабился.

Тоби – человек слова, всегда был таким, что бы ни случилось. И вообще, мужчина – ничто, если не держит данное им слово, – так учил его отец. Это убеждение глубоко засело в голову, до такой степени, что Тоби никогда ничего не обещал, если не был уверен в том, что сможет выполнить.

– Я прекрасно понимаю, ты единственный, кто никогда меня не подводил, – смягчилась Наоми. – Знала и знаю, что всегда могу рассчитывать на тебя.

Тоби лишь кивнул и не стал перебивать Наоми, чувствуя, что ей есть что еще сказать.

– Я снова попыталась связаться с Джио.

Ну вот опять. Тоби почувствовал нарастающее раздражение при упоминании этого имени и даже не пытался скрыть это. Любовник Наоми Джио Фабиани сделал ей ребенка и был таков. Подлец и мизинца ее не стоил. Однако Наоми верна своим принципам и последние пару месяцев пыталась связаться с ним, чтобы рассказать о ребенке. Но даже если ей это удастся, Джио не женится на ней, а уж тем более не станет принимать участия в жизни ребенка. В этом Тоби совершенно точно уверен.

– Бросай ты эту затею, – предложил он. – То, что мужчина сделал тебе ребенка, вовсе не означает, что он может стать ему хорошим отцом.

– Знаю, но…

– Никаких но, – нетерпеливо перебил Тоби. – Наоми, ты ведь утверждала, что все это было ошибкой. Что-то изменилось? Неужели хочешь вернуть его?

– Разве он не должен знать, что будет отцом?

– Если бы не сбежал, узнал бы.

По правде говоря, Тоби был рад, что Джио бесследно исчез из жизни его подруги. Она заслуживает лучшего.

– Я сам навел о нем справки, когда ты рассказала о том, что случилось.

– Ты?

– Ну да. – Тоби погладил лошадь. – Он просто ничтожество и бабник.

Наоми густо покраснела. Он понимал, что ей не понравилось его нелестное мнение о Джио, но из песни слов не выкинешь.

– Наоми, он бы никогда не стал поддерживать тебя.

Она шумно перевела дыхание и, покачав головой, вновь принялась вышагивать вдоль забора.

– Я понимаю и это. Да и не нужна мне его поддержка. Одна ночь – это не отношения, и тем не менее. Просто необходимо рассказать ему о ребенке, прежде чем этот Маверик растрезвонит об этом всему миру. – Наоми накрыла живот ладонью. – Боже, все люди увидят эту безобразную запись, начнут смеяться надо мной и даже ликовать, потому что, как ты правильно заметил, я не всегда была приятным человеком. Ой, что-то мне нехорошо.

– Ты выстоишь, – пообещал Тоби.

– А зачем, собственно, мне это переживать? Кто вообще такой этот Маверик? Почему его личность так до сих пор не определили?

– Я не могу тебе ответить ни на один из этих вопросов.

Бросив быстрый взгляд на подругу, Тоби в который раз попытался представить, о чем она думает. Он никогда не мог утверждать наверняка. С юных лет Наоми научилась придавать своему лицу выражение безразличия. Родители не проявляли к дочери должного интереса. Зато с Тоби она обычно была более откровенна. Тем не менее теперь все по-другому. Еще никогда Тоби не видел ее такой взволнованной, потрясенной до глубины души. И дело не только в беременности. Наоми явно не могла смириться с тем, что ее жизнь больше не была в ее руках.

Она никогда не любила сюрпризов.

– Это видео. Если он загрузит его в Интернет, как угрожает, все узнают мой секрет!

Тоби устало облокотился о забор и дождался, пока она посмотрит ему в глаза.

– Но, дорогая, все поймут, что к чему, уже через пару месяцев, если не раньше. Согласись, тебе не удастся долго скрывать свое интересное положение.

Порой Тоби было трудно донести до Наоми, как на самом деле обстоят дела, особенно когда она отказывалась это признавать. Ему нравилось ее упорство, как бы глупо это ни звучало. Нравились ее глаза. Всякий раз, когда она загоралась какой-нибудь идеей, они начинали восхитительно блестеть. Его сердце тяжело стучало в груди. Он ничего не мог с собой поделать, Наоми всегда была для него больше чем просто подруга. Время от времени он задавался вопросом: испытывает ли она к нему нечто похожее?

Наоми застыла на месте и резко обернулась:

– Ты совершенно прав.

Подобные слова немало удивили. Наоми заметила его реакцию и заливисто рассмеялась. Тоби пришел в несказанное волнение от ее смеха. Собственное тело едва слушалось его. Эта женщина обворожительна и манила его долгое время.

Она облокотилась о перила рядом с ним.

– Я действительно в состоянии понять, что к чему, именно за этим и пришла. Я знаю, как поступить, и просто прошу тебя пойти вместе со мной к моим родителям.

Тоби нахмурился. Он никогда не испытывал симпатии к ее старикам. Его отталкивали их самоуверенность и богатый дом, обставленный шикарно и со вкусом. Жилище, напоминающее музей. Там он всегда чувствовал себя как слон в посудной лавке.

В то же время Тоби знал, насколько непросто складывались отношения Наоми с собственными родителями. Всю жизнь ей внушали, что она неудачница и не смогла оправдать возложенных на нее надежд. Так, по крайней мере, казалось самой Наоми. Объявление, которое она сделает сегодня, явно не улучшит положение.

Она пристально посмотрела на Тоби, ожидая, что он скажет. Ее взгляд был тревожным.

– Конечно. Я пойду с тобой.

– Спасибо тебе. – Она положила руку на его загорелое плечо. – Ты действительно мой самый лучший друг.

«Друг не возбуждался бы от каждого прикосновения», – подумал Тоби.

* * *

Наоми чертовски нервничала. С другой стороны, она нервничала с тех пор, как открыла электронное письмо с интригующей темой и сразу же поняла, что это дело рук Маверика. Тот снова вышел на охоту. Уже несколько месяцев она становилась свидетельницей того, как из-за его злодеяний рушились жизни тех, кого любила и кем дорожила. И во всем виноват этот чертов фантом. Тем не менее Наоми до последнего наде ялась, что ей удастся ускользнуть от него. Теперь же она вынуждена рассказать правду родителям, тем самым дать им очередной повод оставаться недовольными ею.

С юных лет Наоми усвоила, что недостаточно хороша для своих родителей. Естественно, они никогда не высказывались вслух, ведь это так неуч тиво! Зато в их арсенале находились иные способы ярко продемонстрировать свое разочарование в собственном чаде. У Прайсов это получалось великолепно.

Что бы ни сделала дочь, родители принимали это с таким выражением лица, словно не вполне понимали, откуда она такая взялась. И сегодня все будет так же.

Наоми искренне радовалась тому, что с ней рядом Тоби, разглядывала его красивый профиль, пока он вел машину. Единственный человек, кому она доверила свою тайну, единственный во всем свете, к кому обратилась, когда узнала, что находится на втором месяце беременности. Это о многом говорит. Наоми не открылась даже Сесилии Морган и Симоне Паркер, хотя они втроем были лучшими подругами.

Всякий раз, попадая в беду, она обращалась за помощью именно к Тоби. Так поступила и на этот раз, даже несмотря на то, что чувствовала себя той еще идиоткой. Попала в непростую ситуацию по собственной глупости. Нечего было связываться с Джио, он слишком красив и умеет убеждать.

Наоми до сих пор не до конца понимала, как это произошло. Ну да, в тот вечер она повела себя легкомысленно, выпила лишнего. Все-таки Тоби прав. Даже если бы Маверик и обошел ее стороной, ей бы недолго удавалось скрывать свою беременность. Настал бы момент, когда свободные блузки и сумки уже не смогли скрыть очевидную истину.

Она поерзала на месте. Ей никогда не нравилось, когда на нее давили, принуждая к чему-либо.

Тоби бросил взгляд в ее сторону.

– Все хорошо?

– Не очень, – призналась она. – Слушай, что я им скажу?

– Правду, Наоми. – Он накрыл ее руку своей. – Просто сообщи, что у тебя будет ребенок.

Она сжала его ладонь.

– А когда они спросят, кто его отец?

Тоби немного пожевал губами, словно знал, что сказать по этому поводу, однако сдержался. Да и что нового можно добавить о Джио?

Когда Наоми рассказала Тоби о ребенке, он проявил себя достойнее, чем тот, от кого она забеременела. Предложил ей помощь и не осудил, всегда находился рядом. Она души не чаяла в нем, уверенном и надежном. И вот теперь она нуждалась в нем больше, чем когда-либо.

Прайсы проживали в Пайн-Вели – элитном закрытом поселке с собственными по лями для гольфа, ухоженными лужайками и пресыщенными жизнью домохозяйками, которые не особенно знали толк в ведении этого самого хозяйства. По крайней мере, именно так все виделось Наоми, выросшей здесь. Взросление стало для нее тяжелым испытанием, главным образом потому, что ее родители не очень-то понимали, что с ней делать. Если бы у нее был брат или сестра, все в ее жизни могло сложиться иначе. Она всегда чувствовала себя одинокой и заброшенной.

Машина резко остановилась, Наоми отогнала от себя непрошеные мысли. Когда Тоби опустил стекло, чтобы переговорить с охранником, в салон ворвалось тепло с улицы.

Охранник, сверяясь, открыл планшет.

– К кому вы приехали?

Наоми помнила его голос и с улыбкой подалась вперед:

– Стен, привет. Мы едем к родителям.

– Наоми, рад вас видеть. – Тот вернулся на пост охраны и нажал на кнопку. Шлагбаум поднялся. – Ваши родители дома, уверен, они будут рады встрече с вами.

Наоми откинулась на сиденье.

– Что-то слабо в это верится.

Тоби, которого она по-прежнему держала за руку, сжал ее ладонь. Его поддержка была ей так необходима!

Улицы вокруг были красивы и ухоженны, за густыми зелеными изгородями виднелись дома. Чем ближе они подъезжали к особняку Прайсов, тем дурнее становилось Наоми.

Она не могла припомнить ни одного уютного семейного вечера в компании родителей! Всякий раз ей приходилось играть роль, отведенную лишь для нее, роль примерной дочери. При этом ей никогда не удавалось тронуть родителей, а так хотелось, чтобы все между ними было по-другому. Хотя, если бы она могла исполнять желания, всего этого просто не было.

Дорожка к дому, длинная и извилистая, вероятно, была задумана такой, чтобы гости смогли в полной мере насладиться цветущими клумбами, за которыми ухаживала целая армия садовников. Ровная лужайка, стильный дом, привлекающий внимание умелым смешением архитектуры традиционного североамериканского сельского дома с нотками Викторианской эпохи. Темно-серый особняк с белыми элементами и темными ставнями величественно возвышался посреди зелени, словно танцор на сцене. Входная дверь была ослепительно-белой. Окна сверкали на солнце.

Все это напоминало иллюстрацию из журнала по архитектуре или декору. Просто здание, но не дом. Ее родители здесь не жили, а существовали в пределах строгих рамок, не отклоняясь от продуманного сценария.

Появление на свет Наоми стало досадной ошибкой. Родители не планировали заводить ребенка. Мать внезапно забеременела в сорок пять лет и стойко пережила все превратности поздней беременности. Наоми окружили заботой, но не любовью. Все рассчитывали на то, что она станет вести себя скромно и сдержанно.

Ей это никак не удавалось.

А сегодня и вовсе разразится настоящая катастрофа.

– Ты совсем затихла, – заметил Тоби. – Это дурной знак.

Наоми с усилием улыбнулась.

– Просто много разных мыслей.

Она перевела взгляд на запертую входную дверь. У нее не хватало духу постучать. Тем не менее она это сделает. Потом о ее прибытии объявит Матильда – экономка, которая уже более двадцати лет работает на родителей. Никто и никогда так просто не мог зайти к ним в гости.

Она снова задумалась.

– Ты уже приняла самое сложное решение, решившись оставить ребенка.

Это так. Судьба его отца ее вовсе не заботила, но малыш принадлежит ей.

– Я не могла поступить по-другому.

Тоби сжал ее руку.

– Знаю. Я буду помогать тебе всем, чем смогу.

– Знаю. – Она крепко держала его руку.

– Знаешь, – вдруг начал он, – думаю, не стоит так нервничать. Учитывая, что тебе почти тридцать.

– Мне двадцать девять!

– Да, прости. – Он поджал губы, чтобы не рассмеяться. – Наоми, ты с колледжа сама по себе. А потому не должна отчитываться или оправдываться перед родителями.

– Тебе легко говорить. Твоя мать и сестра всегда тебя поддерживают.

– Да, это так. Но, послушай, мне кажется, настала пора перестать извиняться перед родителями и просто сказать им, как обстоят дела.

Его слова звучали разумно. Тоби, как всегда, прав. Но, к сожалению, его слов недостаточно, чтобы придать ей уверенности. Накрыв рукой живот, Наоми слегка похлопала по нему ладонью. Если она не отстоит себя сейчас, то уже не сделает этого никогда. Какой пример она преподаст своему ребенку?

– Ты прав. – Она сжала его руку на прощание и расстегнула ремень безопасности. – Я скажу им, что беременна, отец ребенка не желает принимать участия, я буду матерью-одиночкой. – Она застыла. – Какой ужас!

Он вздохнул.

– Давай сделаем это, а потом пообедаем? Ну?

– Прекрасная идея.

Глава 2

Наоми сделала глубокий вдох, попыталась расслабиться. По-настоящему она сможет сделать это не раньше, чем подойдет к концу встреча с родителями.

Тоби вышел из машины, обошел ее кругом и, открыв дверь для подруги, подождал, пока она вышла.

– Готова?

– Нет. Да. Не знаю. – Она покачала головой и оттянула блузку. – Как я выгляжу?

Он склонил голову и улыбнулся.

– Как обычно – прекрасно.

Она рассмеялась. Тоби всегда знал, как придать ей уверенности в себе. Это было хорошо, особенно сейчас. Нужно отогнать невеселые мысли. Конечно же, она верит в себя, просто день на день не приходится. Ей больше всего на свете хотелось достичь гармонии.

Порой Наоми убеждала себя в том, что она умна, красива и способна достичь многого, а временами совершенно теряла веру в себя.

Она трусила.

Тоби видел ее буквально насквозь.

– Боишься?

– Думаешь, хорошо меня знаешь?

– Да. – Он улыбнулся. – Знаю.

И возразить-то нечего, ведь это правда. Тоби – единственный мог сделать такое заявление и подкрепить его делом. Остальные, даже самые близкие подруги, Симона и Сесилия, знали о ней лишь то, что она хотела. Наоми хорошо скрывала свои истинные мысли, но рядом с Тоби в этом не было нужды.

Взяв за руку подругу, Тоби повел ее в сторону дома.

– Наоми, ну же. Мы поговорим с твоими родителями, объявим им новость, а потом пообедаем. Я съем сытный сочный бургер, а ты пощиплешь травку.

За его спиной она закатила глаза. Да, он действительно знает ее привычки. Но разве не все женщины следят за своей фигурой? Особенно беременные. Вспомнив об этом, Наоми снова увидела перед глазами отвратительные кадры, присланные Мавериком. Нет, она просто так не сдастся!

Собравшись с силами, Наоми поднялась и встала около Тоби на белоснежном крыльце. Он все еще сжимал ее руку, и она была от всей души ему благодарна, поскольку боялась рассказать собственным родителям о своей беременности. Ей почти тридцать! Только сейчас она в полной мере ощутила всю комичность ситуации, одновременно прекрасно помнила, что ни одна мало-мальски важная беседа с Франклином и Ванессой Прайс не заканчивалась в ее пользу.

– Готова?

Она заглянула ему в глаза, полуприкрытые вездесущей шляпой, и собрала в кулак остатки мужества.

– Да.

– Прекрати жевать губы. Ты вся на нервах.

Она потерла губы пальцами.

– Ладно! Теперь я действительно готова.

Он ободряюще улыбнулся.

– Теперь да.

Наоми не знала, чем заслужила такого верного друга, поэтому очень дорожила им.

Дверь им открыла Матильда – экономка и по совместительству кухарка семьи Прайс.

Высокая, худая, неизменно в черном. Короткие седые волосы аккуратно приглажены. Лицо бледное, испещренное морщинами. Женщина выглядела суровой и начисто лишенной чувства юмора, хотя это вовсе не так. Матильда просияла улыбкой.

– Мисс Наоми! – Она широко распахнула дверь. – Мистер Тоби, входите же скорее. Я сейчас же скажу вашим родителям, что вы здесь.

Наоми прекрасно знала родительский распорядок дня. Сколько она себя помнила, он не менялся никогда. В одиннадцать часов подавали поздний чай, он длился до одиннадцати сорока пяти. Потом мама уезжала в город, чтобы посетить одно из множества мероприятий, которые устраивали благотворительные организации, где она состояла. Отец в это время играл в гольф или сидел в клубе, который посещал преимущественно по четвергам.

Поджидая родителей в коридоре, где после уличного зноя царила приятная прохлада, Тоби снял шляпу и прошептал Наоми:

– Меня всегда передергивает, когда она так ко мне обращается.

Наоми пожала плечами. Родителям было крайне важно, чтобы со стороны все выглядело идеально.

– Знаю. Но все условности должны быть соблюдены.

Она огляделась по сторонам. Дом совсем не изменился. Ванесса Прайс слыла практичной женщиной и не любила перемен. Как только она приобретала нужную вещь или предмет интерьера, те оставались в доме навсегда.

Пол был выложен серой мраморной плиткой, испещренной белыми прожилками. Все картины в тонких позолоченных рамах выдержаны в единой спокойной пастельной палитре. Хрустальная ваза фирмы Уотерфорда красовалась на столике при входе, в ней стоял букет из экзотических цветов всех оттенков белого. В доме царила поистине музейная тишина.

Мысли Наоми обратились к собственному детству. Было непросто найти себе место в этом доме. Впрочем, ей и не удалось, она до сих пор чувствовала себя здесь некомфортно.

Тоби слегка сжал ей руку. Это привлекло ее внимание. Матильда в другом конце коридора поманила их за собой. Наоми невольно усмехнулась: король и королева удостоили их своей аудиенции. В то же время стало стыдно. Родители совсем неплохие люди и не заслуживают подобного отношения со стороны собственного ребенка, просто потому, что не понимают ее.

Однако одновременно Наоми мечтала о том, чтобы все между ними сложилось иначе. Чтобы она могла приехать без предупреждения, увидеть на лицах родителей радость от встречи. Они с мамой могли бы уютно устроиться вместе на диване и душевно поболтать, а папа сжал бы ее в объятиях. Хотелось хотя бы раз почувствовать себя легко и свободно в присутствии семьи.

Правда, если бы мечты так легко могли стать явью, сейчас, вероятнее всего, она бы сидела на пляже и наслаждалась «Маргаритой».

Родители сидели друг напротив друга в одинаковых глубоких креслах, перед ними стоял низкий столик, накрытый к чаю. Комната была обставлена богато и со вкусом, напоминая выставку мебели эпохи Людовика XVI. Ничто не располагало к приему гостей.

Солнечный свет лился в комнату, освещая дорогой мебельный гарнитур бежевого цвета, позолоту, украшавшую письменный стол у стены, и белоснежные плафоны. На лицах родителей не наблюдалось радушия. На чай осталось лишь пятнадцать минут, и они оказались бесповоротно испорчены.

Наоми улыбнулась и, отпустив руку Тоби, пошла им навстречу, поцеловала родителей. Отец пожал руку Тоби.

– Мам, пап, привет.

– Здравствуй, дорогая. Тоби, какой приятный сюрприз. Выпьете чаю с нами? Матильда может заварить свежий.

Пожав руку Франклина, Тоби встал рядом с Наоми.

– Нет, мэм, спасибо.

Для своих лет Франклин Прайс был удивительно привлекательным мужчиной. Ладно сидящий костюм, серебристо-серые волосы, зачесанные назад. Высокий гладкий лоб. Голубые глаза с любопытством остановились на Наоми.

Ванесса была миниатюрной и также не выглядела на свой почтенный возраст. Ее волосы были элегантно уложены, а фигура почти такая же стройная, как у дочери. На ней было обманчиво простое синее летнее платье, заставившее Наоми смутиться. Рядом с такой матерью она постоянно чувствовала себя гадким утенком, которому так и не удалось превратиться в прекрасного лебедя.

Ванесса встревоженно поставила на стол миниатюрную чашечку лиможского фарфора и сложила руки на коленях.

– Дорогая, что-то случилось?

– Вообще-то да. Кое-что действительно случилось, – призналась Наоми, заметив, как нахмурился отец. – Вы же знаете о Маверике?

– То, что он делает, просто неприлично. – Ванесса поджала губы и покачала головой.

– Полностью поддерживаю твою мать. Кем бы он ни был, его следует задержать и осудить, – уверенно поддакнул отец. – Перетряхивать чужое грязное белье на публике просто недостойно.

– Да, он немало натворил. – Тоби взял Наоми за руку и слегка сжал.

Ванесса заметила этот жест и подозрительно прищурилась.

– Так вот, этим утром он связался со мной, – выпалила Наоми.

– С тобой? – Ванесса поднесла руку к горлу, запутавшись пальцами в нитке жемчуга. – Интересно почему?

Все еще хмурясь, Франклин Прайс окинул взглядом молодых людей.

– Девочка, что случилось?

Момент настал. Как только она признается, пути обратно не будет. У нее просто нет выбора.

Тоби прав. Как долго она сможет скрывать живот? Месяц или два, не больше.

– Я беременна, – сообщила она ровным голосом. – Маверик угрожает отправить видео и рассказать об этом всем.

– Беременна?

Ванесса тяжело откинулась на спинку кресла.

– Кто отец? – с чувством поинтересовался Франклин.

Ванесса вздохнула.

– Но, Наоми, как же ты это допустила?

Нет, ее никто не принуждал. Она могла бы рассказать родителям о Джио, своей глупости и безответственности. Но хватит ли у нее смелости сказать им, что ребенка ей сделал итальянский жиголо, с которым она переспала всего лишь раз? Все было именно так.

А родители между тем ждали ее ответа. Мама была обеспокоена, отец в гневе, хотя и не показывал этого. Дочь снова подвела их.

– Это мой ребенок, – внезапно объявил Тоби.

Наоми была шокирована.

– Что?

Тоби улыбнулся и обратился к Франклину:

– Именно поэтому мы пришли к вам. Первыми хотели сообщить, что у нас будет ребенок и мы хотим пожениться.

Наоми была потрясена до глубины души и совершенно не представляла, что говорить или делать в данный момент. Облегчение сменилось стыдом. Нет, невозможно допустить это. Она бесконечно ценит дружбу и поддержку Тоби, но, поскольку заварила эту кашу, именно сама же и должна ее расхлебывать.

– Повторюсь, мы хотели рассказать об этом раньше, чем узнали бы все остальные, – спокойно продолжал Тоби. – Наоми теперь будет жить со мной на ранчо.

– Тоби!

Он даже не взглянул на нее.

– Нет смысла оставаться в городе, ребенку лучше на свежем воздухе.

Наоми снова попыталась вмешаться. Возразить. Исправить. Сказать хотя бы что-нибудь, но теперь заговорила Ванесса:

– Я, конечно, не одобряю совместного проживания до свадьбы, но, коль скоро все уже случилось и вы помолвлены, в таком случае это уместно.

Уместно.

Наоми часто казалось, что мать родилась не в свою эпоху. Опоздала лет этак на двести.

– Помолвлены, – уточнила Ванесса. – Наоми, вы с Тоби поженитесь, разве это не чудесно!

И встала около мужа, сияя от счастья.

Наоми впервые увидела мать такой радостной, и это смутило ее. Потом до нее дошел смысл сказанного. Ванесса рада не внуку, а лишь тому, что дочь наконец-то выходит замуж. За Тоби, красивого, успешного и весьма обеспеченного мужчину. Именно это Ванесса Прайс вынесла из всего разговора.

В связи с этим Наоми пришла в ярость от поступка Тоби. Конечно же, она не ждала, что родители ее поддержат, но поступок друга возмущал еще больше. Она взяла его с собой только для моральной поддержки, а не для того, чтобы он выручил ее подобным образом. Тем более солгал родителям. Ведь она приехала рассказать правду.

Теперь ложь стала еще более запутанной.

– Тоби!

Он посмотрел на нее, после чего внезапно поцеловал в губы. Наоми была потрясена. Раньше они никогда не целовались, и это явно не похоже на братский поцелуй.

Убедившись, что Наоми слишком смущена, чтобы продолжать сопротивление, Тоби вновь обратился к ее родителям:

– Сами понимаете, Наоми расстроена. Она хотела рассказать о нашей свадьбе, но я ничего не смог с собой поделать. Сегодня мы собираемся перевезти ее вещи в мой дом, но сначала решили повидаться с вами и сообщить об этом.

– Понятно. – Франклин кивнул. – Надо сказать, вы нас взволновали. – Он обеспокоенно смотрел на Наоми. – Но раз уж вы женитесь, думаю, все идет как надо.

Значит, брак – единственное, что оправдывает беременность? Да, родители действительно ужасно консервативны.

– Но я не вижу кольца, – заметила Ванесса.

Наоми вздохнула и подняла глаза на Тоби.

Вот пусть теперь сам выкручивается.

И ему это удалось.

– Мы как раз собирались заехать к ювелиру в городе. Если я не смогу найти там что-то подходящее, отправимся в Хьюстон. – Он положил руку Наоми на плечо и привлек к себе. – Как бы то ни было, главное, что вы знаете об этом до того, как увидите видео Маверика.

– Люди вроде него – мусор. С ним никто не будет считаться, – категорично заявила Ванесса.

Однако именно его с его разоблачениями жители Рояла обсуждали последние несколько месяцев. Тем не менее Ванесса не придавала значения вещам, которые, по ее мнению, не заслуживали внимания, а потому она удивительно легко закрыла глаза на происходящее.

– Наоми, нечего переживать из-за Маверика, – заверила она. – Вы с Тоби не сделали ничего плохого. Возможно, конечно, вы действовали в обратном порядке.

Ванесса имела в виду, что сначала должны быть ухаживания, помолвка, свадьба, а лишь потом ребенок. Тем не менее Ванесса была готова игнорировать это ввиду того, что в конце концов дочь остепенилась и обзавелась респектабельным женихом. Наоми совершенно точно поняла: когда настанет время сообщить о том, что они с Тоби не поженятся, эффект будет колоссальным.

– Нам пора. Нужно как можно быстрее перевезти вещи Наоми ко мне на ранчо. Извините, что оторвали вас от чая.

Наоми отвлеклась от собственных мыслей.

Теперь Тоби торопился выпроводить ее из дома родителей, прежде чем она расскажет правду. Она уступит ему сегодня. Не следует вываливать на них всю правду сразу. Ей требуется передышка.

– Какой вздор! – воскликнул Франклин. – Тоби, мы всегда рады вам. Особенно теперь.

Наоми подавила вздох. Обещания респектабельного брака оказалось достаточно, чтобы Прайсы раскрыли ему свои объятия. А когда она расскажет родителям правду, они так же быстро вычеркнут его из своей жизни.

– Я очень ценю это, мистер Прайс.

– Франклин, парень. Зови меня просто Франклин.

– Конечно, сэр, – пообещал он, но не решился. – Прошу простить, но нам действительно пора. Нужно поторопиться, перевезти вещи Наоми и подарить ей кольцо, прежде чем она передумает и оставит меня с разбитым сердцем.

Глаза Ванессы широко распахнулись.

– Она никогда так не поступит!

Тоби задорно подмигнул новоиспеченной невесте, словно не замечал, как она напряжена. Внезапный брак, придуманный им, не вызвал у Прайсов никакого подозрения. Тоби считал, что спас Наоми, хотя в реальности все только ухудшилось.

– Наслаждайтесь друг другом. Наоми, о свадьбе поговорим чуть позже, – распоряжалась Ванесса. – Нужно успеть провести церемонию до того, как беременность станет заметна.

– О боже, – прошептала Наоми.

Тоби сжал ей руку и увлек за собой из дома. Оказавшись на улице, он так же поспешно усадил ее в машину, прежде чем она успела возразить. Ей удалось заговорить с ним не раньше, чем он сел за руль и завел мотор.

– О чем ты только думал?

Тоби шумно выдохнул, прищурился от солнца и выехал на дорожку.

– Мне не понравилось, как они смотрят на тебя.

Его профиль с поджатыми губами выглядел сурово. Челюсть также была напряжена, он изо всех сил стискивал зубы. Наоми вздохнула. Она и представить не могла, что он примет реакцию ее родителей так близко к сердцу, хотя следовало бы. Тоби всегда стремился заступаться за тех, кого обижали. Но ей-то не хотелось, чтобы ее спасали.

– Я высоко ценю твое участие и проявленное великодушие, но ты совершил ошибку. Все так усложнилось. Теперь мне придется сказать им, что я не переезжаю к тебе и разрываю помолвку по какой-нибудь причине, которую моя мать никогда не признает достойной. В конце концов, я действительно буду матерью-одиночкой, чем окончательно разочарую мою семью.

Тоби кинул на нее взгляд.

– Это вовсе не обязательно. Ты переедешь ко мне, и мы поженимся, как я и сказал.

Наоми, молча, смотрела на него. Тоби сосредоточился на дороге, и она не могла видеть его глаз. Было трудно понять, говорил он всерьез или шутил.

– Ты же не серьезно?

– Очень даже серьезно.

– Тоби, это чистой воды безумие. Конечно, все, что ты сказал, очень мило…

– Я говорил совершенно серьезно, сам не ожидал от себя такого, но когда случилось… И, как видишь, все встало на свои места!

– Неужели ты не понимаешь, мир перевернулся с ног на голову!

– Наоми, просто подумай над этим.

Она растерла ладонью лоб. Головная боль не давала покоя.

– Ты и слова не дал мне вставить.

– Тебе нет необходимости растить ребенка в одиночку, когда рядом я. Просто задумайся над этим.

– Но это не твой ребенок, – напомнила она.

– А мог бы им быть, – неожиданно выпалил он. – Я стал бы хорошим отцом. И мужем. Да.

– Дело не в этом.

– Интересно в чем?

Наоми обхватила себя руками и ущипнула. Нет, все это действительно происходит с ними наяву. Сказанное Тоби глубоко ее тронуло. Его искреннее желание прийти на помощь свидетельствовало о его отношении к ней. Однако она не могла позволить присвоить себе чужого ребенка. Это несправедливо по отношению к Тоби.

– Послушай, ты не можешь нести за меня ответственность.

– Ты – мой друг.

– И кстати, лучший. Это совершенно точно.

– В таком случае прими помощь от друга.

– Но, Тоби, я не могу так поступить.

– Ты не можешь мне запретить, я просто сделаю так, как считаю нужным. – Он перестроился и свернул на дорогу к Роялу. – Так будет лучше для нас и для ребенка. Неужели ты хочешь остаться в квартире одна-одинешенька? Не лучше ли перебраться ко мне на ранчо? Когда мы станем жить вместе, у ребенка будут родители и тебе не придется навязывать заботу о внуке или внучке своим старикам.

– Значит, ты все уже решил.

– Так будет лучше. – Он вполголоса пробормотал что-то еще и, свернув с дороги, припарковался.

Тоби обернулся и взглянул на нее пронзительно-голубыми глазами. Его взгляд был уверенным. Наоми и раньше видела его таким, полным решимости. Когда что-то взбредало в голову, на его лице появлялось победоносное выражение, и ничто более не могло сбить с пути.

– Наоми, я не святой и не пытаюсь тебя спасти.

– Меня не одурачить.

Он тяжело вздохнул, посмотрел на дорогу, потом снова на Наоми.

– Послушай, черт тебя побери, мы же лучшие друзья. У нас нет вторых половинок, и мы можем воспитывать ребенка вместе. Станем помогать друг другу. Если ты решишься, все может сработать.

Она хотела принять его предложение, но колебалась. Тоби – друг, недопустимо пользоваться его теплыми чувствами.

– Тоби, мне не нужен муж, чтобы воспитывать ребенка. Я в состоянии делать это одна.

– Не забывай, пожалуйста, ведь я на собственном опыте знаю, каково это. После того как не стало отца, мать пыталась быть нам с сестрой и матерью, и отцом. Работала и вела хозяйство, бегала за мной и Скарлетт, и никто не помогал ей. Неужели ты думаешь, что я позволю тебе пройти через это в одиночку?

Наоми прикусила губу. Она действительно забыла о его семье. Мама Тоби – Джойс тяжело трудилась, чтобы поставить на ноги двоих детей. Спустя много лет Тоби стал не только преуспевающим фермером, но и изобретателем, а его сестра Скарлетт работала ветеринаром.

– Твоя мама прекрасно вас воспитала.

Черты его лица разгладились.

– Мы ей очень благодарны. Но ведь тебе не обязательно идти по ее стопам. У мамы никого не было, а у тебя есть я.

– Знаю. Правда. Но, Тоби, не нужно жениться на мне.

– А кто говорит, что я должен? Я просто очень этого хочу. Нам хорошо вместе. Ранчо большое. Ты сможешь поселиться на другом конце, за офисом. И оттуда недалеко до студии.

Все верно. От ранчо действительно рукой подать до студии, где раз в неделю она записывала очередной выпуск шоу. И если она поселится с Тоби, это избавит ее от сплетен, которые явно поползут по городу, едва видео Маверика будет опубликовано.

– Наоми, это прекрасная идея! Даже твои родители были в восторге.

– Еще бы! – Она усмехнулась. – Тот самый Тоби Маккритик – изобретатель, фермер, богач. Удивительно, как моя мама не завизжала от счастья.

Он с улыбкой покачал головой:

– Ты слишком строга к ней. Точнее, к ним обоим.

– Знаю. – Она снова вздохнула и сложила руки на коленях. – Они совсем неплохие. Просто живут в своем тесном мирке, где так и не появилось места для меня.

Он накрыл ее руку своей:

– Зато у меня его вдоволь.

– Тоби. – Наоми смутилась, растерявшись, не зная, что думать или чувствовать. Конечно, им было бы хорошо вместе. Как-никак, они действительно друзья. Как знать, может быть, этот брак по расчету будет выгоден им обоим? Но разве справедливо так поступать с ним? – Если мы поженимся, ты не сможешь встретить свою настоящую любовь.

– О, прошу тебя. – Он ненадолго отвернулся. – Плавали, знаем. Ничего хорошего из этого не вышло. Более я в этих поисках не заинтересован.

Наоми опустила глаза. С ним действительно произошло что-то серьезное, раз уж он так говорит. После одного из романов Тоби совершенно замкнулся в себе и с тех пор уже долгое время одинок.

– Что же, славно, мы оба не ищем любви, но это не значит…

– Наоми, думай.

– Никто в это не поверит.

– А твои родители?

Она лишь отмахнулась.

– Они просто плохо меня знают. Но есть еще мои друзья.

– Которые слишком увлечены собой и собственными семьями. Они не станут задаваться вопросами, если увидят, что ты счастлива.

– А твоя семья?

Он задумался, потом кивнул:

– Я расскажу правду. Думаю, мы оба не хотим обманывать моих родственников. Идет?

– Им это не понравится. Они станут во всем обвинять меня.

– И мама, и Скарлетт души в тебе не чают. В чем проблема?

– Не уверена, что я хочу замуж, – призналась Наоми. – Ты – мой лучший друг. Тоби, это будет выглядеть как-то странно, не находишь?

Он от души рассмеялся и покачал головой:

– Скажем так, мы не будем спать вместе и женимся, чтобы стать семьей для твоего ребенка. Ну вот и давай жить вместе, как друзья.

Значит, никакого секса. Впрочем, Наоми никогда не была особенно активна в этом плане. Последний ее любовник, еще до Джио, был год назад. После Джио она и вовсе избегала всех мужчин, кроме Тоби. Так что отказаться от секса будет не сложно.

– Я, конечно, не призываю вовсе от него отказаться. – Тоби словно угадал ее мысли. – Если кто-то из нас встретит кого-нибудь подходящего, мы это как-нибудь уладим. Ну, а до тех пор будем вместе.

Тоби никак не мог взять в толк, о чем они вообще спорят. Кто угодно мог подтвердить, что его идея просто блестящая. Конечно, нельзя отрицать, что вся эта ситуация стала результатом холодного отчаянного взгляда, которым Ванесса Прайс одарила дочь, узнав о том, что у той будет ребенок. Он не мог просто стоять и смотреть, как она оправдывается перед родителями. И таким образом, прежде чем успел понять, что делает, он сказал то, что сказал, и теперь…

Теперь он счастлив!

Почему бы не жениться на лучшей подруге? Она пока не понимает, насколько будет нуждаться в помощи, когда родится ребенок. Их отношения будут платоническими, все хорошо. Конечно, Наоми его привлекает. Надо быть глухим и слепым, чтобы оставаться безразличным при виде ее. Но Тоби не собирается идти на поводу у своих чувств. Брак по расчету его устраивает, и он прекрасно решит все задачи.

– Ну? Что ты думаешь?

Наоми усмехнулась:

– Я думаю, ты сошел с ума.

– Мне не впервой. Люди всегда отзывались обо мне как о безумце, когда я создавал мои изобретения.

Она откинула волосы. Полуденное солнце красиво блеснуло в длинных прядях.

– Иначе говоря, если соглашусь, я, как и ты, тоже распишусь в собственном безумии.

– То ли еще будет.

Она улыбнулась.

– Ты уверен?

– Разве я когда-нибудь подводил тебя?

– Никогда. Это одна из моих любимых черт в тебе. Я всегда была в тебе уверена, ты не любишь играть в игры.

– Игры для детей. А мы уже выросли.

– Да, это так. Но, Тоби, чем займусь на ранчо я, горожанка до мозга костей?

– Будешь делать все, что сможешь.

Она рассмеялась.

– Это действительно прозвучит безумно, но да, я согласна выйти за тебя и не спать с тобой.

Он подмигнул и, развернувшись, завел мотор и снова выехал на дорогу.

– Не часто принимаешь такие предложения, верно? Теперь, наконец, пообедаем, а потом поедем выбирать тебе кольцо.

– Нет.

Он искренне удивился.

– Нет?

– Никакого кольца. – Наоми сурово покачала головой. – Тоби, я не хочу, чтобы ты покупал мне кольцо. В данной ситуации это лишь условности, и оно не будет значить того, что должно. Ты меня понимаешь?

Он понял ее и не мог не согласиться. Их брак станет союзом друзей, а не любовников.

– Твоя мать сживет меня со свету. Наоми невесело улыбнулась.

– Даже если мы купим кольцо, она найдет, к чему придраться. Такой человек.

Разговор иссяк сам по себе. Тоби держал Наоми за руку, предоставив ее собственным мыслям.

Глава 3

Тоби распахнул перед Наоми дверь местной закусочной, и все разом повернулись к ним. В то же мгновение он понял, что Маверик выполнил обещанное. Глупый монтаж слили в Сеть, и теперь весь город будет перемывать Наоми косточки.

Гостей заведения встретили ароматы свежезаваренного кофе, жареной картошки и бургеров. Из старинного музыкального автомата доносилась какая-то разбитная песня, повара шумели на кухне. В остальном в зале было подозрительно тихо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.