Дарья Лаврова
Офис для Золушки:

© Д. Лаврова, 2021

© «Центрполиграф», 2021

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2021

Часть первая
Безработные

Есть время работать, есть время любить. Никакого другого времени нет.

Коко Шанель

Глава 1

– Коза, ты только не обижайся! – сказал Дима. Он сидел на балконе и допивал пиво из моей детской чашки. Босой, в мятой серой футболке.

Окна третьего этажа выходили на проезжую часть, трамвайные пути и вход в метро. Здесь шумно в любое время суток, но со временем привыкаешь.

Я уже давно знаю, что когда тебе говорят «не обижайся», то после обязательно скажут что-нибудь неприятное и обидное. Тебя как бы заранее готовят к тому, что будут говорить гадости.

– У тебя ничего не получится, – продолжал он. – Тебе лучше поискать что-то другое. У меня на работе всегда нужны люди в бэк-офис. В архив, например. Или договоры сканировать. Печатать что-нибудь. Работа спокойная, платят нормально. Хочешь, я узнаю у своих?

Лучи солнца оставляют на стене балкона причудливые тени. Золотой час – мое любимое время суток. Тени падают на лицо Диме. Он хмурит густые брови и поправляет очки.

Дима продает дорогие машины в известном автосалоне на МКАДе. Многие из них стоят в несколько раз дороже квартиры, в которой мы будем жить после того, как поженимся. Каждый раз, когда он мне рассказывает о ценах на автомобили, я перевожу их в квартиры и тихо удивляюсь. Дима работает в салоне уже третий год. Мне кажется, он из тех людей, которые могут продать воздух. Умеет найти подход, люди доверяют ему с первых слов. К тому же он красавчик. Мне даже кажется, что в очках он еще интереснее, чем без.

Иногда я смотрю на него и сама себе завидую. За что же мне достался такой парень? Чем я это заслужила? Наверное, сделала что-то хорошее в прошлой жизни. Других объяснений нет.

Иногда я завидую ему. Вернее, его способности ладить с людьми, не задумываясь находить нужные слова, легко шутить и заводить новые, в том числе полезные, знакомства. Дима – ярко выраженный экстраверт с голливудской улыбкой, а я – его противоположность, которая тянулась к нему еще со школьных времен. Наверное, я всегда хотела быть такой же, как он.

А иногда я обижаюсь на него, потому что он не хочет меня поддержать. Потому что не верит в меня. Он как будто не воспринимает меня всерьез.

– Знаешь, мне хочется более интересную работу. Я не хочу перекладывать бумажки. Мне интереснее с людьми. Продажи или еще что-нибудь. Пока не знаю точно.

– Видишь, ты сама не знаешь, чего хочешь. Тебе будет сложно с людьми. Ты не сможешь.

– Почему не смогу?

– Ну, это ведь намного сложнее, чем тебе сейчас кажется. Это работа для немного других людей. Для уверенных, настойчивых. А ты всего боишься, стесняешься, в компаниях молчишь. Тебе будет очень сложно. У тебя поэтому и не получается найти работу. Менеджеры видят, что тебе больше подойдет спокойная работа с документами, и не берут тебя. Все просто. Даже если тебя возьмут, куда ты хочешь, ты сама сбежишь оттуда через три дня! Я это много раз наблюдал. Люди думают, что все могут, а потом просто не выходят на работу. Я все это говорю не для того, чтобы обидеть тебя. Просто хочу предостеречь. И не хочу, чтобы ты переживала и тратила время впустую. Коза, послушай. Ты ведь даже по телефону звонить боишься незнакомым людям.

– Ну и что? Я все равно хочу попробовать! – настаивала я. Ненавижу, когда меня отговаривают. – Спорим, что я найду такую работу и продержусь на ней год?

– Год?! – вскрикнул Дима, чуть не уронив жестяную банку. – Ты слишком много на себя берешь, Коза. Давай поставим более реальный срок?

– Какой?

– Я предлагаю три месяца.

– Три месяца… – засомневалась я. – Это до декабря. Может, лучше четыре? Чтобы до конца года.

– Согласен.

– На что спорим? Надо решить это сейчас. Есть идеи?

– Если ты выиграешь, то мы поженимся в феврале. На День влюбленных, – заявил Дима, протирая футболкой стекла очков. – А если проиграешь, то подаришь мне PlayStation на Новый год. Согласна?

– Идет.

Мы закрепили наш уговор двумя банками пива. Надеюсь, что наутро я не пожалею об этом спонтанном споре с Димой.

Раньше в этой квартире жили бабушка и дед со стороны отца. После их смерти родители стали сдавать ее. Квартира в минуте от метро. Желающих было хоть отбавляй. Квартира выглядела несовременно, требовала ремонта и новой мебели. Однако близость к метро делала эти моменты незначительными.

Когда мы в начале лета окончили институт, мои родители предложили нам переехать в эту квартиру, но для начала нужно было привести ее в порядок. Заменить часть мебели, починить унитаз и смесители, добавить бытовую технику.

Мне нравилось заниматься этой квартирой, покупать новую посуду, текстиль, декор. Вешать на стены фотографии и картины, покупать цветы, наполнять бутылки водой для полива.

Я выросла в этой квартире. Я любила ее, но в свои двадцать три чувствовала себя в ней немного странно. Как Алиса в Стране чудес. Раньше все казалось больше, а теперь как будто уменьшилось в размере. Я долго не могла понять, в чем дело.

– Ты просто выросла, Коза, – объяснил мне Дима.

Я ощущала легкое возбуждение. Предвкушение чего-то особенного. Как будто впереди меня ждут счастливые перемены и новая интересная жизнь, которая будет ничем не хуже, чем студенческая, а может, даже и лучше. Жениться в День влюбленных. И жить вместе в этой квартире. О чем еще мечтать? У меня все получится. Я найду работу и продержусь до Нового года. Я упрямая. Я смогу.

Это было первое приглашение за месяц. Я распечатала вакансию прямо с экрана. Мне почти не звонят, а тут повезло. Наконец-то. Ассистент менеджера по продажам.

Прибежала из комнаты на кухню.

– Меня пригласили! – сказала маме, боясь радоваться раньше времени. Протянула листок с описанием вакансии. Обязанности, требования, условия.

– Что это? – не поняла мама. Надела очки и прочитала: – Ассистент менеджера.

Слово «менеджер» мама произносит мягко. Как будто после «м» идет «е», а не «э». От этого слово звучит еще более пренебрежительно, чем могло бы звучать. «Развелось этих менеджеров! Одни экономисты да менеджеры вокруг». Как будто это неправильно и стыдно – быть просто хорошим менеджером или экономистом.

– Ну да, – улыбнулась я. – А что в этом такого?

– Это работа для неучей. Смотри, здесь написано, что образование – не ниже среднего специального. Ты это видела? А у тебя высшее! У тебя диплом магистра. Ты шесть лет училась на инженера. Ты это понимаешь?

– Понимаю, – согласилась я. – Но вакансий по моей специальности нет. А отсюда мне сами позвонили и предложили пройти собеседование. Я просто могу прийти и посмотреть.

– Надо с папой поговорить.

– Зачем?

– Сядете и вместе поищете нормальные вакансии. А то… ассистент менеджера. Позорище! Развелось этих менеджеров, никто работать не хочет. Будто нормальных профессий не осталось.

В квартире три телевизора и все работают одновременно. В большой комнате папа смотрит вечерние новости. В моей комнате идет комедийный сериал о молодых врачах. А в кухонном телевизоре постоянно кого-то убивают.

Мама села за стол и закурила. За окном сумерки. Начинается дождь. В кухне пахнет печеными яблоками и корицей.

– Володь! Помоги Маше вакансии поискать. Не может такого быть, чтобы нормальной работы не было.

– Поищем, Ань, – кивает папа и забирает с собой в комнату сырную слойку, вафлю и несколько конфет «Коровка». Он почти всегда соглашается с мамой.

– Я сама найду работу. Вот Дима тоже инженер, а по специальности не работает, – сказала я.

Надеялась, что хотя бы этот аргумент подействует на маму. Дима нравится родителям. Они его даже в пример мне ставят иногда.

– Да какая мне разница, что там с Димой! – Аргумент оказался неубедительным. – Мне важно, что ты делаешь, а не он. Ничего вы не понимаете. Технология машиностроения. Магистры. Такая хорошая специальность! Ты не должна работать ассистентом менеджера! Я против.

Я вернулась к себе в комнату. На подоконнике в глиняном горшке рос Алеша. Год назад я забрала его у подруги. За это время алоэ ожил и стал втрое выше. Наверное, потому, что я дала ему имя. Я с детства даю имена домашним растениям. Я полила цветок и ответила на письмо менеджера по персоналу:

«Добрый день! К сожалению, я не смогу приехать завтра на собеседование в 15.00, потому что уже получила предложение о работе. Спасибо за приглашение. Мария».

Мне хотелось, чтобы это вранье в скором времени оказалось правдой.

Глава 2

Прошло три дня. Телефон молчал. Пока я думала, какие еще свои достижения добавить в резюме, мне позвонили. Я сразу ответила.

– Мария? Добрый день! – Жизнерадостный женский голос в трубке.

– Да, здравствуйте. – Я очень старалась говорить четко.

– Я звоню по поводу работы. Вам сейчас удобно разговаривать?

– Да, конечно, удобно.

– Меня зовут Светлана, компания «Леви Стафф». В данный момент у нас открыта вакансия консультанта по подбору персонала. Мария, вам было бы интересно такое предложение?

– Интересно, – ответила я. – Конечно, интересно, но дело в том, что у меня совсем нет опыта работы. Никакого вообще. Мне бы очень хотелось попробовать, но вряд ли я вам подхожу, да и образование у меня совсем другое…

– Мария, мы сейчас как раз ищем человека без опыта. У нас в компании предусмотрено интенсивное обучение на рабочем месте. Мария, когда вам было бы удобно подъехать к нам на собеседование?

Я была готова бежать в этот же день. Такой шанс выпадает раз в жизни, и его нельзя упустить.

Договорились на следующее утро в десять. Прощаясь, Светлана пообещала отправить мне схему проезда по электронной почте вместе с контактными данными.

Утром перед выходом из дому я посмотрела в зеркало и оценила себя на «четверку». Неплохо, но могло быть и лучше, если бы были деньги.

Узкая темная юбка, светлая блузка, серая кофта сверху и новые черные туфли на плоской подошве. В школьные и студенческие годы я носила джинсы и толстовки, поэтому в новом образе чувствую себя неуверенно. Ростом я метр семьдесят два. Кажусь выше, потому что очень худая. Несмотря на это, я не выделяюсь из толпы, выгляжу скромно. Мне незачем привлекать к себе внимание, но иногда мне нравится мое отражение в зеркальных витринах. Сегодня и всегда – высокая худая блондинка с косой почти до пояса.

Офис компании «Леви Стафф» находился в центре Москвы, недалеко от «Новокузнецкой». Если бы не эта карта из письма, я бы долго искала нужное здание.

Я ожидала увидеть красивый и современный бизнес-центр, но в реальности оказалось иначе.

Без пятнадцати десять я стояла на набережной обводного канала и смотрела на унылый грязно-желтый дом высотой в пять этажей. На железной двери висела табличка с надписью «Минпромнауки». Светлана писала, что это вход в здание.

Я зашла внутрь. Суровый охранник попросил у меня паспорт и через минуту выдал бумажку, где было написано, во сколько я пришла в офис.

– Позвоните, чтобы за вами пришли, – сказал охранник, кивнув на телефон справа от меня.

Я присела в старое ободранное кресло и снова развернула распечатку письма от Светланы. Телефон был старым, дисковым и, казалось, вот-вот развалится, стоит только сделать одно резкое движение.

Я набрала телефон, пошли длинные гудки.

– «Леви Стафф», добрый день, Светлана, – ответили чуть позже.

– З-здравствуйте! – От волнения я начала заикаться. – Алло, это Маша… то есть Мария. У меня собеседование у вас в десять, я уже подошла.

– Здравствуйте, Мария! Подождите пару минут, я сейчас вас встречу.

Через пять минут спустилась Светлана и сказала идти за ней. Она оказалась невысокой брюнеткой, на голову ниже меня. От этого я чувствовала себя еще более неуверенно и сутулилась. Я понимала, что выгляжу не очень, и от этого еще больше волновалась и семенила за ней.

В здании был внутренний двор-колодец и несколько подъездов, у которых курили девушки и молодые люди.

Мы зашли в один из подъездов, поднялись на третий этаж и прошли по коридору, затем Светлана открыла дверь и пропустила меня вперед.

Я остановилась, не зная, что делать дальше. Светлая квадратная комната была разделена несколькими стеклянными перегородками. Слева за стеклом сидели две девушки с телефонными трубками в руках. Справа – два стола, отделенные сплошной перегородкой.

– Присаживайтесь, – сказала Светлана. – Чай или кофе будете?

– Если можно, чай, – ответила я. – Спасибо большое.

Через минуту Светлана вернулась с чаем. Блюдце было стеклянным, на нем лежала белая салфетка, на ней – пластиковый стакан и два кубика сахара. Чай дымился, из стакана свисала нитка с желтой этикеткой «Липтон».

– София подойдет через пару минут, – предупредила Светлана и исчезла за стеклянной перегородкой.

От волнения пить совсем не хотелось. Офис фирмы «Леви Стафф» был тесным, но в то же время уютным. Мне удалось разглядеть всего четыре рабочих места. Одно из них пустовало.

София появилась из-за перегородки и села напротив. Девушка выглядела уставшей. Длинные черные волосы собраны в хвост, синяки под глазами. Перед ней лежало резюме с моим именем и фамилией сверху. Мария Матвеева.

– Мария, расскажите мне немного о себе. Особенно меня интересует образование. Почему именно инженерный факультет и почему не хотите работать по специальности?

На этот вопрос у меня уже был готовый ответ:

– Я училась в школе, у которой был договор с университетом. С нами дополнительно занимались преподаватели оттуда, а потом мы сдавали выпускные экзамены, и их засчитывали как вступительные. Говорили, что инженеры будут очень востребованы к тому времени, когда мы закончим учиться.

Я опять наврала, но лишь отчасти. Так поступила в институт моя подруга Ира, с которой мы учились в одной группе. Я решила протестировать эту версию. Вдруг такой ответ окажется правильным?

– Опыта работы у меня почти нет. Я ищу работу с июня, но по моей специальности нет вакансий… Поэтому я решила поискать работу в другой области, чтобы не терять время.

– Это вполне рациональное решение, – одобрила София. – Мария, сколько вам полных лет? В резюме не указали.

– Почти двадцать три.

– Вы замужем?

– Нет.

– А квартира своя или снимаете?

– Я живу с родителями.

– Понятно. До офиса по времени сколько добирались?

– Минут сорок, – задумалась я. – Без пересадок.

– Мария, а что Света рассказала вам о вакансии в телефонном разговоре?

– Что вам нужен консультант по подбору персонала, – ответила я. – Без опыта работы и что вы готовы всему научить прямо на рабочем месте. В общем… это все. Поэтому мне пока не совсем понятно, чем нужно будет заниматься.

– Сейчас я обо всем расскажу, – улыбнулась София. – Наша компания – это кадровое агентство. Мы существуем уже три года. В основном мы занимаемся поиском специалистов для финансовых организаций. Наши клиенты – это крупнейшие банки и страховые компании России. Это достаточно сложная и нервная работа, но за нее хорошо платят. Вы будете хорошо зарабатывать, Мария. Кстати, вы курите?

– Не курю, – снова соврала я.

– Это отлично. Отсутствие вредных привычек – обязательное условие для нас. Весной у нас работал один молодой человек, он каждые два часа бегал курить на улицу. Мерзкая привычка.

– Он уволился? – спросила я.

– Нет, его уволили. Он был недостаточно лоялен.

– Понятно.

– Мария, у вас еще есть вопросы?

– А что нужно будет делать? Вы ничего не рассказали об этом.

– Да. На первое время это будут телефонные интервью и личные собеседования у нас в агентстве. Объем работы большой, очень много информации. Испытательный срок три месяца, а после будете полностью вести проекты по подбору и взаимодействовать с клиентами.

– Звучит круто.

– Работа непростая, сразу говорю. Вы не боитесь, Мария?

– Я не боюсь сложностей.

– Мария, давайте сделаем так. Я вам перезвоню в течение дня, и мы договоримся о дальнейших действиях.

– А вы меня что, уже берете?

– Ну, в целом вы нам подходите, но мне нужно посоветоваться с генеральным директором. Думаю, все будет хорошо. Мы вам перезвоним в течение дня.

София написала на пропуске время моего ухода и сказала отдать его охраннику на выходе. Я провела в этом здании чуть меньше сорока минут, а казалось, что отпахала целый рабочий день.

Едва свернув в переулок от набережной, я достала сигареты и тут же закурила. Я чувствовала себя опустошенной и выжатой как лимон. А еще мне было страшно. У метро я начала сомневаться, хочу ли я, чтобы София перезвонила с положительным решением.

София перезвонила вечером. Они были готовы взять меня на работу и ждут в понедельник к десяти утра со всеми документами. Паспорт, свидетельство пенсионного страхования, свидетельство ИНН, диплом и трудовая книжка.

У меня были все документы, кроме трудовой книжки. София сказала, что это не страшно и они сами заведут мне ее.

Что-то было не так. Еще вчера я готова была на любую работу, куда позовут. А теперь, получив отличное предложение, сомневалась. К счастью, не настолько сильно, чтобы отказаться.

Глава 3

Мы живем на соседних улицах. От меня до Димы три остановки на автобусе. А можно дойти пешком за двадцать пять минут. Или за пятнадцать, если срезать путь и пройти «огородами», как говорит мой папа.

Я живу рядом с полуразрушенным кинотеатром «Полярный». Дима живет в конце Ясного проезда – там, где начинается улица Молодцова, рядом с заводом мостовых конструкций. Старый дом в шестнадцать этажей, в торце ряд балконов. Вечно все бельем завешано. Там же находится школа, в которой мы учились.

Когда мы учились в институте и встречались, то виделись почти каждый день. Последнее время видимся реже. Раз в неделю по пятницам. Его родители уезжают на дачу, и я могу остаться на ночь. После работы Дима заезжает за мной, и мы едем к нему.

Дима работает с клиентами, поэтому даже в пятницу ходит в деловом костюме с галстуком. Темно-серый, холодного оттенка. Поправляет очки. Мне нравится его фотографировать, когда он при дресс-коде. Вижу, как девушки заглядываются на него. Я бы не удивилась, если бы узнала, что в него влюблена каждая вторая девчонка с работы. А они, наверное, красотки. В узких юбках и пиджаках по фигуре. Прямо как с картинки! Я, в своих джинсах и толстовке, рядом с ним выгляжу совсем не презентабельно.

– Я нашла работу! – тут же сообщила я при встрече.

– Отличная новость! Когда ты успела, коза? – рассмеялся Дима. – Ты ничего не рассказывала.

– Я никому не рассказывала, – объяснила я. – Боялась сглазить.

– Глупости какие.

– Вообще никому не говорила, даже Нинке. Позавчера была на собеседовании, и меня почти сразу взяли. В понедельник выхожу на работу.

– Совсем взрослая, значит, – улыбнулся Дима, привлекая меня к себе. – Так, а куда взяли? Что за компания?

– А ты угадай, – ответила я, устраиваясь у него на коленях. Больше всего на свете я люблю сидеть у него на коленях и когда он меня обнимает. Мне даже кажется, что объятий никогда не бывает слишком много. Чем больше, тем лучше.

– Ну, наверное, на завод? – предположил он. – Завод «Салют». Нет?

– Нет. Холодно.

– Тогда, может, «Красный пролетарий»? Мы там на практике были год назад. Помнишь?

– Нет. Это не завод. Я нашла интересную работу. С людьми! Как мы и договаривались. Это тебе не шутки. Я пойду до конца.

– Тогда задача усложняется. Мне нужна какая-нибудь подсказка.

– Я буду помогать людям найти работу!

– Кадровое агентство, что ли? – задумался Дима и, показалось, даже погрустнел.

– Да! – рассмеялась я. – Кадровое агентство, в самом центре Москвы. На «Третьяковской». Я так рада! Не ожидала, что меня так быстро возьмут. Это ведь хорошо, что они так быстро приняли решение?

– Ты уверена, что…

– Что?

– Ну, что это твое.

– Я попробую. Вообще, это же так здорово – помогать людям найти работу.

– Знаешь, Коза, это ведь намного сложнее, чем тебе сейчас кажется. Это работа для немного других людей. Для уверенных, настойчивых.

– Вот поэтому я и хочу эту работу.

Я отошла к окну и отодвинула штору. Внизу под окнами, в заросшем овраге, петляла река Чермянка, похожая сверху на мутный ручей. Дима протянул мне бокал с белым вином.

– Пойдем. Не обижайся, Коза, просто подумай еще и не спеши с работой. Тебе надо больше головой работать, ты же умная. Если не хочешь на завод, фиг с ним. Необязательно идти на завод, если училась на инженера. Можно ведь проектировать, чертить там… ты же всегда круто чертила.

– Я никогда не хотела быть инженером, – ответила я. – И сейчас, через шесть лет, не хочу еще больше. Ты сам знаешь, почему я туда поступила. Слышал такую шутку? Цель первого высшего образования – понять, чем ты не хочешь заниматься всю оставшуюся жизнь. Так вот, для меня это не шутка. Я все решила. Перестань уже меня отговаривать!

– Я просто предупредил тебя, что может быть сложно. Я не отговариваю. Просто не хочу, чтобы это стало для тебя неожиданностью.

– Я знаю. Если что-то пойдет не так, я просто проиграю.

Мы договорились, что каждые два-три дня я буду отчитываться Диме о том, как продвигается работа. Что я сделала, с кем общалась, чему новому научилась. Свои отчеты я пообещала подкреплять фотографиями, видео с рабочего места. Думаю, с этим проблем не будет.

Каждую пятницу вечером мы лежим на диване и смотрим «Теорию большого взрыва». Пьем белое вино. Обычно сухое и всегда от завода «Инкерман». Иногда бывает пиво и чипсы. Раз или два занимаемся любовью. Иногда в разных позах. После по очереди идем в душ. Сначала я. Потом Дима. А потом я жду его, и мне кажется, что он моется вечность. Смотрю вечерние новости на плазменном экране, и мои глаза медленно закрываются. Телефонная вибрация на подушке рядом. Кто-то звонит Диме. Или сообщение пришло. Открываю глаза. На экране светится имя Таня.

Я снова закрываю глаза и снова засыпаю.

Просыпаюсь в восемь, оттого что луч солнца светит мне прямо в левый глаз. Плетусь на кухню, чтобы поставить чайник и заварить кофе. За мной подтягивается Дима. Он мажет белый хлеб маслом, режет сыр, кладет сверху. К Диме лучше не подходить, пока он не выпьет кофе. Поэтому мы завтракаем почти не разговаривая. Это занимает десять минут.

Наспех умываюсь и чищу зубы. Так же быстро одеваюсь. В девять мы вместе выходим.

Каждую субботу Дима отвозит родителей в «Ашан» за продуктами или едет туда один, чтобы купить все по списку. Иногда я езжу вместе с ним, но сегодня у меня другие планы. Дима не настаивает. Он подвозит меня до дома и едет дальше.

Я сижу на скамейке у своего подъезда и курю первую за этот день сигарету. Мои студенческие годы были счастливыми, но они закончились, оставив мне взамен страх и растерянность. Во всяком случае, взрослую жизнь я себе представляла немного иначе.

Глава 4

Кадровое агентство «Леви Стафф» состояло из четырех человек. Два консультанта по подбору – Света и Катя, заместитель директора София и сам директор Сергей. Супруги Леви, приятные люди.

Сравнивать было не с чем, поэтому все устраивало. Даже нравилось. Мне настроили Интернет и электронную почту, дали ежедневник и стандартный канцелярский набор из нескольких ручек, карандаша, линейки и ластика.

При входе стоял кулер, слева от него коробка чая «Эрл Грей» в пакетиках, банка кофе и большая упаковка овсяного печенья, которую с утра принес Сергей. Девушки подходили со своими чашками и наливали себе чай.

– Тебе у нас нравится, Маша? – интересовался Сергей. Он выглядел чуть старше Софии. Внешность обычная, среднего роста – увидишь в метро, не запомнишь. У него добрый взгляд и приятный голос. Этот мужчина внушал симпатию.

– Да, очень нравится, – улыбалась я, сидя рядом с Софией, пока она настраивала сайты для поиска кандидатов. – У вас очень уютно, почти как дома. – Было неудобно молчать, поэтому я пыталась развить мысль, хотя сказать мне было пока нечего. Я пришла в офис меньше часа назад и еще не успела решить, нравится мне или нет.

– Мы очень стараемся, чтобы было именно так, – сказал Сергей. – Ведь работа – это вторая семья, мы проводим здесь большую часть жизни. Можно сказать, между нами действительно почти уже семейные отношения. Света с нами уже три года, а Катя… Кать, ты в каком году пришла?

– Семь месяцев, – ответила девушка, не поворачивая головы.

– Семь месяцев, – повторил Сергей. – Девочки пришли совсем без опыта, но с большим желанием всему научиться. Маша, вы замужем?

Сергея не было в офисе, когда я приходила на собеседование. Наверное, поэтому ему хотелось узнать обо мне побольше.

– Нет, мне еще рано, – попыталась отшутиться я.

– Да? – удивился Сергей. – А сколько вам лет?

– Двадцать три.

– Почему же рано? Самое время.

Я пожала плечами.

– Встречаетесь с кем-нибудь?

– Да, у меня есть парень, – ответила я.

Этот ответ Сергея устроил, и он больше ничего не спрашивал. Он протянул мне цветную распечатку с принтера из десятка листов.

– Это презентация нашей компании, – объяснил он. – Здесь вся важная информация о нас и наших клиентах. Обязательно почитайте.

– Спасибо, почитаю.

Сергей налил себе кофе и устроился с ноутбуком за столом в углу. Пока София делала копии моих документов и распечатывала что-то по работе, а девушки говорили по телефону, я изучала презентацию компании.

София принесла мне стопку листов и сказала изучить. Описание вакансий. Сверху название, описание обязанностей, потом требования и условия работы. Вроде все понятно.

– Начнем с простых вакансий, – сказала она. – Это директор по развитию бизнеса в банк. Здесь прописаны требования к кандидатам, почитай.

Я читала и отмечала карандашом непонятные слова. Исследование рынка и конкурентов. Поиск идей и партнеров. Совершенствование бизнес-процессов компании. Управление маркетингом, ассортиментом, политикой продаж. Из десяти слов я понимала два. В лучшем случае.

Не успела я дочитать до конца все требования, а голова уже заболела. Я страшно тупила и перечитывала одно и то же по десять раз. Впервые захотелось встать и убежать.

– Почта всегда должна быть открыта, – сказала София, оставив меня один на один с жуткой вакансией. – Пока просто поищи резюме. Ссылки отправляй мне. Не звони, пока я не посмотрю.

До обеда я искала подходящие резюме и отправляла их Софии, чтобы она просмотрела и решила, стоит ли им звонить. Большинство найденных резюме казались мне идеальными, несмотря на сложные требования.

– Позвони вот этим трем, – сказала София, выбрав три наиболее подходящих. – Пригласи на завтра или послезавтра. И помни, ни слова о названии компании. Если они начнут гадать и перебирать названия, на все говори «нет».

Я смотрела на телефон директора по развитию и не решалась его набрать. Не думала, что это будет так. Захотелось спуститься покурить.

– Чего ждем? – спросила София.

– Я боюсь, – честно ответила я.

– Все сначала боялись, это нормально. Сделаешь десять звонков – станет проще. Сделаешь сто – будет еще проще.

Я взяла трубку и набрала номер. Передо мной лежал текст. Приблизительный диалог.

Приветствие. Вопрос. Ответ. Снова вопрос. Вроде все просто. Не нужно ничего придумывать. Все уже готово. Нужно всего лишь дождаться ответа и зачитать по бумажке. Успокаивала я себя, пока мне не ответил недовольный мужской голос.

– Андрей, добрый день! – поздоровалась я.

– Добрый.

– Меня зовут Мария, компания «Леви Стафф». Вы еще в поиске работы?

– Да, я рассматриваю предложения. А что у вас?

– Мы хотели предложить вам вакансию директора по развитию бизнеса, – прочитала я по бумажке. – В банк.

– Какие обязанности в целом? Чем нужно заниматься?

– Ну… это поиск новых клиентов и партнеров, – растерялась я. – И развитие бизнеса.

– Ты хоть сама знаешь, что это? – неожиданно спросил кандидат Андрей.

– Не совсем, – честно проболталась я.

– Тогда это бессмысленный разговор. Давай не будем тратить ни мое, ни твое время. Перезвони, когда будешь знать и сможешь понятно рассказать об этом в двух-трех предложениях. О’кей?

– Хорошо, – согласилась я, краснея до корней волос.

– Можешь прислать мне описание вакансии на почту, я почитаю. Если заинтересует, перезвоню.

– Хорошо.

– До свидания.

Едва я положила трубку, как меня тут же окружили коллеги. Всем было интересно узнать, как прошло мое первое телефонное интервью. Повезло по полной! Мало того что кандидат отказался от предложения, так он еще и нахамил.

– Теперь тебя можно поздравить с боевым крещением, – сказала Катя. – Не переживай так. Кандидаты разные бывают. Мы все через это проходили.

– Но не в первый день, – добавила Света. – Понимаю, что неприятно, но не все такие. Если тебе кто-то хамит, не принимай это на свой счет. Потом вообще перестанешь обращать на таких внимание.

Щеки горели. Я выпила холодной воды и вернулась за компьютер. Да, первое телефонное интервью не удалось. Кандидат попался неприятный, да и сама я была хороша – позвонила, а что предлагать – не знала. Теперь мне хотелось одного – встать и уйти, ничего не объясняя.

Я обзвонила еще несколько человек. Двоих удалось пригласить на следующий день. Я путала слова и постоянно запиналась. Не знаю, почему они согласились прийти. Это были серьезные мужчины сильно за тридцать, долгое время занимавшие руководящие должности.

– Молодец, – похвалил Сергей. – Теперь посмотрим, дойдут ли они до нас.

– А что, они могут не прийти?

– Такое случается каждый день, – сказала София. – В любом случае чем больше людей ты обзвонишь и пригласишь, тем быстрее мы найдем подходящего человека. Ты не обедала сегодня. Пойди поешь в столовую. Кать, сходи с ней.

К четырем часам дня в столовой оставался только пустой суп с картошкой, пара пирожков с яблоками и компот. Я неохотно взяла суп, Катя взяла компот с пирожком.

– Тебе сложно? – спросила Катя.

– Я почему-то думала, что буду помогать людям найти работу, – сказала я.

– Большинство людей, с которыми ты встретишься, напрасно потеряют время. Грустно, но это так. Мы не помогаем людям найти работу, мы ищем дорогостоящих сотрудников для наших клиентов. И самое неприятное… тебе говорили уже?

– Наверное, нет. Что?

– Всем кандидатам, с которыми ты общалась и которые не подошли, нужно позвонить в течение недели и сказать, что вакансия закрылась и чтобы они не ждали. Мы единственное кадровое агентство, которое звонит кандидатам, чтобы сказать, что их не берут на работу. Наши конкуренты так не делают.

К вечеру у меня раскалывалась голова от полученной информации. Как и предсказала Катя.

Меня ломало. Я еще ни разу не испытывала такой усталости. Я еле передвигала ноги. Мне было лень даже думать, не то что говорить. Я была готова расплакаться в любой момент. Похоже, Дима был прав. Это все не для меня. Какие уж там три месяца! Да я и неделю не протяну здесь.

Я решила, что на следующий день просто не выйду на работу, а мобильный отключу.

Глава 5

На собеседованиях, которые я не прошла, меня всегда просили рассказать о себе. Опыта работы у меня не было, а остальное их не интересовало. Даже если бы это было интересно, я бы все равно не сумела сложить связную историю из тех фактов, которые о себе знаю.

Мои родители работали в подмосковном НИИ в конце восьмидесятых. Папа увидел маму в столовой, но сразу подойти не решился. Позже выследил после работы и познакомился – на переходе, где пересекаются улицы Лескова и Коненкова. Напугал. Поженились через четыре месяца, завели кота. Я родилась в конце перестройки.

В три года я пошла в детский сад, а в четыре мне вырвали два передних молочных сверху. Они давно шатались, а под ними пробивались два коренных. Говорили, что молочные зубы надо быстрее выдрать, чтобы освободить место коренным. Иначе они вырастут криво и потом придется долго носить железные пластинки для исправления прикуса.

Воспитатели, родственники, друзья родителей знали об этом. Каждый просил меня улыбнуться, чтобы потом умиляться. Позже они выросли. Прямые, но со щелью. Говорили, что это от бабушки – у нее точно так же.

В семь лет мне подарили Барби.

На самом деле это была просто худая пластиковая кукла. Такую достать было проще, чем настоящую Барби. Волосы-мочалка, лицо симпатичное, руки-ноги не гнутся, одна отваливается – ну и ладно. Но был один дефект. Незаметный, пока она одета. Кто-то помял ей грудь. Одна была вдавлена внутрь, а другая сплющена вдоль. В принципе, ничего ужасного, но при всех лучше не раздеваться.

В остальном кукла ничем не отличалась от других. Можно сказать, жила полноценной пластмассовой жизнью. Общалась с такими же куклами и меняла наряды. У нее было очень много одежды. Бабушки постарались.

Однажды, играя с подружками на продленке, я завернула куклу в свитер и оставила в кустах. Я отбегала на пару минут. Думала, быстро вернусь и заберу ее, но, когда вернулась, куклы уже не было. Остался только мой свитер и куча кукольной одежды, которую не взяли. Я больше удивилась, чем расстроилась. Кому могла понадобиться кукла с кривыми сиськами?

Я искала ее до вечера. Мне помогала девчонка из параллельного класса. Я не видела ее раньше и подумала, что она новенькая. Девчонка переживала больше меня, а куклу мы так и не нашли. Я отдала ей всю оставшуюся одежду. Она не хотела брать, но позже согласилась. Хорошо, что у ее куклы был тот же размер, что и у моей.

Так я потеряла куклу и нашла первую лучшую подругу. Мне всегда нравилось, что у нас с Нинкой есть своя история о том, как мы подружились.

Когда мне было восемь, рядом со мной посадили Симановского. В первый же день он сказал, что у меня желтые глаза – как у козы. Хотя желтые глаза бывают не только у коз, а еще у тигров и кошек. Но это было уже не важно. Мы сидели за третьей партой и почти не разговаривали. С тех пор ко мне прилипло это дурацкое прозвище – Коза.

На козу я не обижалась, потому что знала, что это неправда. У коз глаза круглые и желтые, с длинным зрачком-черточкой. А у меня обычные, светло-карие.

Раз в день я спрашивала у него, сколько времени. Дима носил часы. Большие электронные Casio. Я больше не знала, о чем говорить с мальчишкой в десять лет, но неожиданно привыкла к нему. К тому, что он всегда рядом. Начинала волноваться, когда он опаздывал к первому уроку. Гипнотизировала дверь. Ждала, когда она со скрипом откроется, и появится Дима, держа в руках объемную куртку. Пройдет к нашей парте, поздоровается, сядет рядом. Каждое утро ждала этого момента. Но однажды он не пришел. Заболел. И я целый день сидела одна. А потом еще неделю. Мне не хватало Димы. Я скучала по нему. Тогда я рассказала Нинке, что влюбилась.

Нинка не удивилась. Мол, об этом и так весь класс догадывался. Дима же красавчик. Он многим нравится. И новенькой Дашке – тоже. Я ревновала и обещала побить ее, если она будет к нему приставать.

Дима играл на синтезаторе YAMAHA и любил кареглазую скрипачку на год старше. Об этом тоже все знали.

Через год Дима перешел в другую школу. Вместе со своей YAMAHA. Я не успела побить Дашу, потому что мы с ней подружились и теперь везде появлялись втроем. Я, Нина, Даша.

В двенадцать я выросла. Быстро и внезапно. За одно лето. Стала длинной и нескладной. Длинным было все, в том числе нос. Длинный и курносый. Когда я плакала, он краснел и опухал, становясь еще больше. Родственники и знакомые говорили, что нос похож на тапочек. Большой и красный.

Еще подростком я знала обо всех своих недостатках. Мне об этом говорили. А когда забывала – напоминали. Всегда находились люди, готовые рассказать, что со мной не так. Поэтому я выросла без иллюзий о своей внешности. Мне никто не говорил, что я красивая. Обычная. В лучшем случае – симпатичная, если улыбаться, не показывая зубы. Или распустить волосы – густые и тоже длинные, как и все остальное.

Когда нам было пятнадцать, Нинка научила меня плести фенечки из ниток для вышивания. У меня хорошо получалось – аккуратно и быстро. Дело нехитрое. Подбирай себе нитки разных цветов и вяжи мелкие узелки один за другим, ряд за рядом. Один вечер у телевизора – и «браслет дружбы» готов. В тот год мы обеспечили фенечками всех желающих, а их было достаточно. Модным веяниям поддавались даже парни.

В десятом классе Дима вернулся в нашу школу. Учился в параллельном классе. Однажды на перемене он подошел ко мне и попросил сплести ему браслет. По-дружески.

В то время я весь год носила одни и те же джинсы и один свитер. Их покупали на рынке перед началом учебного года. Я стирала их каждые выходные.

Я быстро выросла и была одной из самых высоких девочек в классе, стеснялась своего роста, подростковых прыщей и заношенного свитера. Я хорошо училась, но заучкой не была. Дружила и с отличниками, и с троечниками. Просили списать домашку – спокойно отдавала тетрадь.

Сплела фенечки за вечер. Диме понравились. Он носил их, не снимая.

Говорили, что мы похожи, как брат с сестрой. Оба высокие, светлые, худые и нескладные. Даже длинные носы были похожи. Только, в отличие от меня, Дима себя нисколько не стеснялся. Скорее даже наоборот: шумный, немного наглый, болтливый. Учителя называли его клоуном и выгоняли из класса. Он без конца болтал, шутил и громко смеялся. Ну как не влюбиться в такого?

Мы стали приятелями. Я даже не пыталась привлечь его внимание, заранее смирилась с поражением. Дима был популярным. Он гулял с яркими и эффектными девчонками. Но ходили слухи, что на самом деле он по уши влюблен в девчонку из соседней школы с художественным уклоном. Подруги рассказывали, что он покупал ей цветы у метро и дарил утром, перед началом занятий. Мы не знали, как ее зовут, поэтому прозвали просто «художницей».

В неполные семнадцать я готовилась к поступлению. И шла на золотую медаль. Вместе с Нинкой и Дашей. Все предметы давались легко, поэтому я не могла выделить что-то одно. Если быть до конца честной, у меня, наверное, просто не было времени подумать об этом и разобраться в себе. Понять, что мне нравится и что интересно. Учеба в стиле нон-стоп, даже на каникулах и почти без выходных. В моей жизни не было места размышлениям, особенно в старших классах. У меня даже хобби не было. В свободное время я гуляла с подругами и возилась с домашними растениями. Они хорошо росли в нашей квартире. Я не могла запомнить все названия, поэтому давала человеческие имена некоторым цветам.

Родители настаивали, чтобы я выбрала серьезную профессию. Например, инженера. Нашли три института.

На майских праздниках узнала, что Дима тоже будет поступать на инженерный факультет. Узнала название вуза и специальность. Конкурс был небольшой. Подала документы и туда. По результатам ЕГЭ я прошла во все четыре учебных заведения.

Единственное, чего мне хотелось в тот год, – это быть рядом с Димой. Не важно где. Я не боялась оказаться во френдзоне. Можно ведь быть просто старыми добрыми знакомыми. Поздравлять друг друга с праздниками и днями рождения. Здороваться при встрече. Спрашивать, как дела. Иногда созваниваться по старой памяти. Ни к чему не обязывать. Продолжать надеяться на что-то, но уже не так сильно и отчаянно, как в школе.

Нина поступила на факультет информационных технологий, Дашка поступила на стоматологию. Я выбрала инженерный факультет. Подруги отговаривали. Иногда мне казалось, что они знали больше меня.

Я не рассказывала об этом на собеседованиях. Я лишь говорила, что хорошо училась в институте и что у меня не было троек.

Глава 6

Через две недели я почти освоилась с новыми задачами. Я училась искать лучшие резюме, проводить телефонные интервью и приглашать подходящих кандидатов на единственную вакансию, которую мне доверили.

– Маша, возьми в работу еще одну вакансию, – сказала София. – Персональный ассистент. Продолжай искать директора по развитию бизнеса, но и на ассистента пробуй приглашать девушек. Описание у тебя в почте.

– Хорошо, – отозвалась я. – Поищу.

– Мы больше месяца не можем закрыть эту вакансию, – полушепотом сказала Света. – Персональный ассистент члена правления в банк из ТОП-10. Этого ассистента уже три крупнейших кадровых агентства ищут.

– И отдел персонала самого банка, – добавила Катя. – Никто им не нравится. Сами не знают, чего хотят.

– Нужна молодая женщина до тридцати лет, – вздохнула Света. – Со свободным английским и опытом работы от трех лет персональным ассистентом в иностранной компании.

– В крупной компании. От двух тысяч человек. Желательно, чтобы банк или страховая. Кроме того, презентабельный внешний вид.

– В общем, я уже не надеюсь, что мы кого-то найдем.

Чаще всего мы обедали по очереди. С часу дня до четырех. Мне это нравилось. Я спокойно обедала, а после тайком курила, затерявшись среди молодежи из соседних офисов. В эти минуты я звонила подругам или Диме. Подругам – жаловалась на кандидатов, которые обещали прийти, но не пришли, а Диме – просто отчитывалась о том, как идет работа.

– Ну что, Коза, кто тебя сегодня расстроил? – так начинался наш разговор с Димой.

– Мне дали еще одну вакансию, – ответила я и рассказала все с самого начала. Персональный ассистент в банк.

– Зарегистрируйся в «Моем круге», – посоветовал он, выслушав меня.

– «Мой круг»? Это что вообще?

– Социальная сеть, – объяснил он. – Между прочим, самая первая социальная сеть в Рунете. Появилась в конце 2005 года. Она не такая популярная, как ВКонтакте, но ею часто пользуются для поиска сотрудников.

– Я попробую.

В тот же день я зарегистрировалась в «Моем круге». Наше кадровое агентство там уже было, но вакансий не размещало. Недолго думая, я добавила вакансию персонального ассистента и принялась искать.

Одним из первых я наткнулась на резюме Кристины. Ей было около тридцати, по образованию переводчик, более пяти лет работала личным секретарем в страховой компании. На фото – сдержанная ухоженная блондинка с букетом полутораметровых красных роз. Фото красивое, но не для резюме.

Я показала это резюме Софии.

– Вряд ли она им подойдет, – пожала она плечами. – Мне кажется, не формат.

– Хорошо, а почему она не формат?

– Овца какая-то с цветочками, простушка. Понимаешь? А нужна умная, красивая стервоза.

– А есть пример?

– Пример… – задумалась София, перебирая открытые вкладки интернет-браузера. Она остановилась на чьем-то резюме. – Она была у нас пару недель назад, еще до твоего прихода. Идеально подходила.

С фотографии смотрела девушка с внешностью Анжелины Джоли.

– Почему не взяли?

– В банке не понравилось, что она не работала почти год.

– Так им нужна модель или идеальное резюме?

– Нужно и то и другое, – сказала София.

Я вернулась на рабочее место и еще раз перечитала резюме Кристины. После разговора с Софией она уже не казалась подходящей кандидатурой. И резюме не блещет, и внешность слишком обычная. «Овца», как определила София. Я поморщилась, вспомнив недавний разговор. Было неприятно и даже как-то обидно за эту обычную девушку с букетом роз.

– Но ты все равно можешь позвонить ей, – предложила Света. – Послушай, что скажет. Потренируешься на ней. Тебе нужен опыт.

Я набрала ее номер. Вместо гудков звучала «Lady in red», чуть позже ответил приятный взрослый голос. Я пригласила ее на собеседование на следующий день в час.

Меня ломало уже не так сильно, как в первые дни. Получалось неважно, но никто не ругал. София и Сергей оказались очень понимающими и терпеливыми руководителями. Похоже, они видели, как сложно мне все это дается. Никто ни разу не повысил на меня голос. Девочки заметили, что я стала говорить увереннее. Несмотря на все это, иногда у меня все еще возникало желание уйти на обед и не возвращаться на работу после.

Кристина пришла вовремя и позвонила мне.

Это будет мое самое первое собеседование. Накануне вечером София обучала меня целых полчаса. Я записала все вопросы, какие нужно будет задать по резюме, а после мы два раза отрепетировали само интервью. София изображала кандидата. Я задавала ей вопросы, а она отвечала.

Действия стандартны: нужно спуститься во внутренний двор, дойти до проходной и встретить кандидата, обычно они ждали рядом с постом охранников.

Мне было интересно и страшно одновременно. В реальности Кристина оказалась лучше, чем на фото в резюме. Блондинка с короткой стрижкой – идеальный пепельный оттенок, ни капли желтизны. В резюме не был указан возраст – я бы дала ей чуть больше тридцати. Кристина была немного выше меня ростом, но это ничуть не смущало ее. Девушка не только не стеснялась своего роста, но и гордилась им – несла себя свободно и уверенно. Уж ее-то никак нельзя было назвать простушкой. Она мне очень понравилась. Я уже знала: что бы ни сказали София и Сергей, как бы они ни обозвали Кристину, я буду всеми силами заступаться за нее и в этот раз не промолчу. Я ни капли не жалела, что не послушала Софию и позвонила ей.

– Присаживайтесь. Будете чай или кофе? – предложила я. Меня немного трясло от волнения. Надеюсь, что со стороны это было не очень заметно.

– Кофе, если можно, – ответила Кристина, садясь за стол и поправляя часы на правой руке.

София выглядывала из-за перегородки, пытаясь на расстоянии оценить женщину, которую вчера называла «овцой». Катя и Света тоже наблюдали за Кристиной через стекло. Перешептывались. Кристина выглядела уверенно. Я взяла стеклянное блюдце, на него положила бумажную салфетку и два куска сахара, потом пластиковый стакан, в него ложку растворимого кофе, а после залила кипятком из кулера. Все, как учили. Мне было неудобно нести это убожество Кристине. Каждый раз, принося кандидату дешевый растворимый кофе в пластиковом стакане, я смущалась и краснела. Было неудобно. Почему нельзя купить небольшую кофемашину? Они ведь не такие уж дорогие.

– Спасибо, – поблагодарила Кристина.

– Я подойду к вам через пару минут.

Я быстро вернулась на рабочее место и отправила на печать резюме. Девочки и София уже шептались втроем, время от времени поглядывая на Кристину.

– Когда побеседуешь с ней, позови меня, – сказала София. – Я тоже с ней поговорю.

– Интересная женщина, – улыбнулась Катя. – Ухоженная, одета хорошо. Сумка дорогая, туфли тоже. Часы «Майкл Корс», похоже, настоящие.

– Машка молодец, – похвалила Света.

– Сначала позови Катю, – передумала София. – Пускай проверит у нее английский, а потом уже я подойду.

– Поняла. – Я подхватила распечатанное резюме, проходя мимо принтера.

От волнения у меня начала кружиться голова и пересохло во рту. Если бы кто-то сейчас предложил мне таблетку пустырника, я бы не отказалась и взяла бы две. Я выучила все вопросы, которые нужно задать, и все, что нужно рассказать о вакансии, и все равно – эта глупая неуверенность не покидала ни на минуту. Я сделала пару глотков холодной воды и вернулась к Кристине.

– Кристина, добрый день. Меня зовут Мария. Расскажите, пожалуйста, немного о себе, начиная с первого места работы. После я расскажу о компании и вакансии и сориентирую по нашим дальнейшим действиям. Хорошо?

Кристина кивнула и рассказала обо всех своих обязанностях и достижениях на прошлом месте работы. В своей истории она успела упомянуть все возможные факты и детали, которые могли быть интересны нашему клиенту. Мне даже нечего было спросить. Я слушала Кристину и делала пометки карандашом в резюме. Как показывала София. Уточнить возраст, ближайшее метро, количество сотрудников на последнем месте работы и желаемый уровень дохода после вычета налога.

После я рассказала Кристине все, что знала о вакансии, кроме названия банка. Чуть позже подошла Катя, чтобы проверить английский. Они разговаривали не больше минуты. Катя вернулась довольная, незаметно показывая кулак с поднятым вверх большим пальцем.

– Крутая! – оценила Катя, передавая Софии резюме с пометками. – Надо скорее отправить ее к ним, пока ее не перехватили другие.

– Такая долго без работы сидеть не будет, – согласилась Света.

Ничего не ответив, София вышла с резюме к Кристине и села напротив нее. Они говорили всего пять минут, а после Кристину отпустили. София обещала перезвонить в течение дня и сообщить о дальнейших действиях.

Я пила холодную воду и глубоко дышала, приходя в себя после сильного стресса. На самом деле все оказалось совсем не так страшно, как я себе придумала. Я просто перенервничала на ровном месте и теперь пыталась прийти в норму. В следующий раз должно быть уже не так страшно.

– Маш, ты жива? – спросила София. – Нужно показать ее банку. У нас есть фирменный шаблон резюме для кандидата. Отредактируй ее резюме и покажи мне. Чем черт не шутит, вдруг она им подойдет. Кстати, у нас есть травяной чай. Успокаивающий сбор. Завари себе.

До вечера я возилась с резюме Кристины. София посмотрела, исправила несколько слов, неохотно одобрила и отправила его начальнику отдела персонала в банк.

Ее смущало фото с букетом роз, слишком простым и домашним оно выглядело, а других фото в более официальном образе у Кристины не было. Еще ей не нравилось, что Кристина была в брючном костюме. Сергей и София считали, что женщинам для собеседований лучше выбирать юбки, а не брюки.

София не рассчитывала, что Кристину пригласят на встречу. За месяцы поиска им никто не понравился из тех, кого отправляло агентство. Сложная задача. Оставалось только надеяться, что однажды попадешь точно в цель.

Кристина понравилась начальнику отдела подбора в банке. Нужно было срочно подтвердить встречу на завтра в десять утра.

Я позвонила ей и сообщила эту новость, отправила схему проезда и контактные данные.

– Есть один очень важный момент, – сказала София. – Заведи себе блокнот, чтобы записывать контакты своих кандидатов, которых ты отправила на рассмотрение нашим клиентам. Некоторые наши клиенты работают допоздна, а иногда и по выходным. Тебе нужно всегда быть на связи со своими кандидатами и оперативно сообщать обо всех изменениях и предложениях, даже если это происходит в нерабочее время или в выходные.

Кристина успешно прошла три собеседования в банке и вышла на работу.

– Мы закрыли вакансию, – сказала София, когда Сергей появился в офисе.

– Персонального ассистента?

– Да.

– Чей кандидат был?

– Машин.

– Маш, ну ты крута, – похвалил Сергей. – Два месяца не могли закрыть, а ты пришла и за неделю нашла.

– Просто новичкам везет, – ответила я.

– Маша, тебе у нас нравится? – Этот вопрос Сергей задавал мне по два раза в неделю. По понедельникам и пятницам.

– Нравится, когда что-то начинает получаться.

– Дайте Маше что-нибудь посложнее, – предложил Сергей. – Пускай помогает искать.

Вечером выдали зарплату. Это была моя первая официальная зарплата. Я отработала три недели и получила чуть больше пяти тысяч рублей.

Катя и Света получили по двенадцать тысяч – оклад без премии.

– Я уже второй месяц не получаю премию, – вздохнула Света. – Ни одной вакансии не закрыла с июля. Мне кажется, я их никогда не закрою. Они просто не закрываются. Муж говорит, чтобы увольнялась и искала нормальную работу.

– Что ты думаешь делать? – спросила Катя.

– Сейчас вернемся с обеда, поговорю с ними, напишу заявление.

– Светик, может, подождешь еще немного? – уговаривала Катя. – Ты же знаешь, как у нас бывает. То густо, то пусто. Да и как я тут без тебя буду?

– Я давно уже об этом думаю, Кать. Еще в начале лета хотела уволиться, а теперь есть Машка, вдвоем вы справитесь. Иногда мне кажется, что даже если я не найду работу и буду сидеть дома с детьми, то это все равно будет лучше, чем получать здесь такие деньги.

– Согласна, – ответила Катя. – Даже не знаю. Наверное, я бы так и сделала на твоем месте. Тем более у тебя есть возможность не работать.

– Да, мне повезло с мужем, – улыбнулась она. – А вам, надеюсь, повезет с моими вакансиями.

– У тебя их много осталось? – спросила я.

– Шесть. Разделю между вами поровну.

– У меня будет одно условие, – сказала Катя. – Программиста искать не буду. Ты его полгода уже найти не можешь. Пускай его Машка ищет, она у нас везучая.

– Я не против.

– Вот и договорились.

С первым небольшим успехом работа начала мне нравиться, но в то же время я чувствовала себя немного виноватой в том, что Света решила уволиться.

Руководство с пониманием восприняло ее решение и даже разрешило не отрабатывать две недели. Свете оставалось доработать до пятницы и передать нам с Катей свои вакансии.

Первой была я.

– Объясни мне про премию, – попросила я сначала. – Когда ее выплачивают и как считают. Мне ничего не объяснили, а Софию спрашивать как-то неудобно. Я же вроде закрыла вакансию, а получила только оклад, вернее, половину.

В ответ Света только вздохнула. Казалось, эта тема была ей не очень приятна.

– Клиент платит нашему агентству процент от годового дохода сотрудника. Обычно это десять, иногда пятнадцать процентов. Если руководитель, то, может, и больше. Вот и считай. У персонального ассистента зарплата восемьдесят тысяч в месяц, умножаем на двенадцать, будет девятьсот шестьдесят, умножаем на пятнадцать процентов. Получается почти сто пятьдесят. Из них твои – еще десять процентов. В конце месяца можешь рассчитывать на дополнительные пятнадцать штук, это даже больше, чем твой оклад.

– То есть если закрывать по три вакансии в месяц, то получишь пятьдесят тысяч? – вслух подсчитала я.

– Теоретически да, – шепотом ответила Света. – Но на самом деле это нереально. Даже если мы закрываем вакансию, есть же еще испытательный срок. Обычно это три месяца. Если человек не прошел испытательный срок или сам отказался от работы в течение этого времени, нам придется искать ему замену бесплатно. Полгода ты ищешь его, он выходит на работу, работает там месяц и увольняется… Ладно, о чем это я? Продолжим.

В лизинговую компанию нужен программист. Компания крупная, предоставляет в аренду автомобили и спецтехнику с возможностью выкупа.

Света подробно рассказала обо всех требованиях компании к программисту, отправила на почту описание вакансии и три подходящих резюме, по которым сама еще не звонила.

– Позвони вот этим трем, – сказала она. – Попытка не пытка.

– Завтра же займусь ими, – ответила я.

Света улыбнулась.

Я думала: интересно, а надолго ли меня хватит? Не сбегу ли я сама, как Света, после нескольких месяцев бессмысленной работы за копейки. Если нет, то через год я стану востребованным специалистом и смогу зарабатывать намного больше, чем сейчас.

* * *

Мне начала нравиться работа. С Катей мы подружились. С руководством тоже проблем не было. Атмосфера была почти семейной. За месяц я привыкла к ним.

С Катей мы оказались ровесницами. Она уже третий год была замужем, и рядом с ней я себя чувствовала совсем ребенком.

– Сергей и София считают, что если девушка замужем, то это о многом говорит, – рассказывала Катя за обедом. – Если у девушки есть дети, то тем более. Это большой плюс. У них самих трое детей, девочки. Младшей три года всего. Наше руководство очень приветствует семейных с детьми. И вообще, идеальный кандидат – это семейный и некурящий человек с ребенком, а лучше двумя или тремя. Без вредных привычек, здоровый образ жизни и все такое. Кстати, Сергей спрашивал, есть ли у тебя парень.

– Ты ему что-нибудь ответила?

– Сказала, что у тебя парень и что вы вместе учились. И что больше я ничего не знаю.

– Правильно, – улыбнулась я. Не рассказывать же им, что мое семейное положение напрямую зависит от того, насколько долго я здесь проработаю.

Вечером я просмотрела резюме, которые оставила Света, и обзвонила троих кандидатов. Один не брал трубку, второй отказался, а третий – по имени Иван – неожиданно согласился приехать. Мы договорились на четверг на два часа дня. Я отправила ему схему проезда, налила себе чай и взяла овсяное печенье.

За полчаса до конца рабочего дня я зашла ВКонтакте. Было одно новое сообщение от однокурсницы Иры. Она уходила в академический отпуск, так что мы не виделись больше года. Спрашивала, как у меня дела, кем я работаю и все ли мне нравится.

Я ответила:

«…По специальности не получилось устроиться. Работаю третью неделю в кадровом агентстве. Занимаемся подбором персонала для банков и страховых компаний. Работа сложная, конечно, но интересная. Мне даже нравится уже, хоть и платят копейки. Просто я поспорила с Симановским, что найду работу и продержусь до Нового года. Если все получится, останусь подольше. Наберусь опыта и перейду работать в крупную компанию.»

Глава 7

Подоконник на кухне у бабушки заставлен цветами в горшках. Зеленые пушистые листья с синими ворсинками. Я их помню еще со школы, но не помню название.

Раз в неделю после работы я заезжаю к бабушке. Она работает в школе с углубленным изучением английского языка. Похожа на королеву Елизавету, но преподает не английский, а физику и астрономию. Ученики зовут ее Лидия Васильевна, а дед просто по отчеству. Она отвечает тем же. Васильна и Иваныч. Они знакомы со школы, учились в одном классе. Дед уже давно на пенсии, но каждый день встает в шесть утра, готовит завтрак и провожает бабушку до школы. Три остановки на автобусе, а потом еще пешком. Молодые учителя смотрят на них и умиляются.

Я училась в этой же школе с первого класса и все одиннадцать лет была под присмотром. В семь лет помогала бабушке проверять тетради с контрольными работами. Она проверяла, а я ставила оценку красной ручкой. «Здесь четыре. А здесь пять, Машунь». Я старательно выводила цифры в чужих тетрадях и чувствовала себя особенной. Если мои занятия заканчивались раньше, я приходила в кабинет физики и наблюдала за тем, как бабушка вела урок. Я ничего не понимала, но от этого было еще интереснее.

Учительская внучка. Таких обычно не любят. Одноклассники избегают. Боятся. Не хотят лишних проблем. До сих пор удивляюсь, как мне удалось в школьные годы не стать изгоем и даже завести подруг.

Осенью мне часто снится школа. Как будто я не сделала домашку по русскому и не дочитала третий том «Тихого Дона», а теперь опаздываю к первому уроку. Я окончила школу с золотой медалью, которую с тех пор ни разу не видела. Не помню даже, как она выглядит.

На лето давали задание. Например, список литературы. Я его измеряла в сантиметрах. Складываешь все книги стопкой и измеряешь линейкой. Каждый год стопка становилась выше. Не знаю ни одного человека, который бы честно все это читал.

Однажды задали вырастить цветок, чтобы озеленить класс биологии. Отросток я взяла у бабушки. В ее кабинете было много цветов. К тому же они хорошо росли среди лунных глобусов, телескопов, карт звездного неба и портретов Юрия Гагарина.

Цветок без названия пустил корни, я его посадила и три месяца за ним ухаживала. Красивый получился. Переливался на солнце зеленосиним. За это время я так привыкла к нему, что отдавать его в школу совсем уже не хотелось. Тем более в кабинет биологии – растения там почему-то не приживались. Так цветок остался жить у бабушки дома. Больше десяти лет.

Мы ужинали, после бабушка «женила» чай. Заваренный чай несколько раз переливала из чайника в чашку и обратно. Этот способ заваривания она подсмотрела в каком-то российском сериале. Из тех, что показывают по Первому каналу в будни. Не знаю, в чем был секрет. В хорошем чае или в способе заваривания, но «жененый» чай получался вкуснее и ароматнее, чем обычный. Особенно если правильной температуры. Горячий, но уже не обжигающий.

Бабушка разливала чай и ругала невкусные шоколадные конфеты, подаренные кем-то из учеников на День учителя. Дед принес на кухню старый фотоальбом с черно-белыми старыми фото.

– Знаешь, кто это? – спрашивал дед, показывая фото худой, болезненного вида женщины. – Это моя бабка. А кто она тебе? Прабабка, наверное?

– Прапрабабка, – ответила я. – Дважды пра.

Я уже давно выучила всех людей на этих старых фото. Дед часто мне их показывает, а потом забывает и показывает снова. В молодости он очень много фотографировал и сам проявлял пленки. Поэтому у бабушки просто море красивых фото. Портреты, моя мама в детстве, школьные друзья, родственники. У меня нет такого количества фото, несмотря на то что сейчас с этим намного проще. Недорогую камеру для семейных фото можно купить в любом магазине цифровой техники.

– Иваныч, отстань, – сказала бабушка. – Пейте чай, и Маша домой поедет. Проводишь ее до автобуса, а то темно уже. Маш, я все не могу сообразить. Кем ты все-таки работаешь? – спросила бабушка.

– Ну, это такая компания. Мы оформляем людей на работу, – попыталась объяснить я. Каждый раз, когда меня спрашивают о работе, я теряюсь и не знаю, как лучше ответить. Сложно объяснить это людям старшего поколения.

– Отдел кадров, что ли?

– Да, отдел кадров, – тут же согласилась я. Пусть будет отдел кадров, если это избавит меня от вопросов, на которые сложно ответить.

– Вот так бы и сказали с самого начала. Теперь понятно. Только вот, Маш, как ты там работаешь? Ты ведь училась на инженера, а про кадры ничего не знаешь.

– Я же всего месяц работаю, – сказала я. – И пока не делаю ничего сложного. Со временем научусь. Со мной работают очень хорошие девочки! И начальница хорошая. Они меня учат. Помогают мне, подсказывают. Так что все нормально. И даже английский язык пригодился.

– Они тебя точно не обижают?

– Нет, мы уже подружились, – уверила я бабушку.

Бабушка успокоилась и стала расспрашивать меня про Диму. Как у нас дела и когда мы, наконец, поженимся. Посоветовала быть с ним построже и не позволять лишнего. Я пообещала, что так и делаю.

Собираясь домой, я взяла отросток того пушистого цветка, который вырастила для кабинета биологии в шестом классе. Дома поставила его в воду, чтобы пустил корни.

Мы с Димой планируем жить вместе. Хочу посадить этот цветок и отнести в нашу будущую квартиру. Узнать бы только, как он называется.

Я уверяла бабушку, что у нас с Димой все хорошо, но всего не рассказывала. Кое-что меня все-таки беспокоило. Мы перезванивались каждый день. Переписывались в Ватс-апе. Отправляли друг другу смешные картинки ВКонтакте. Это создавало иллюзию непрерывного общения и обмена. Будто мы все время рядом и всегда на связи. В любое время суток. А потом оказалось, что мы не виделись две недели. И при этом никто из нас не предложил встретиться. Это было так странно и не похоже на то, что было между нами раньше. Мы всегда были на связи, но при этом отдалялись друг от друга. От этой мысли я чуть не заплакала прямо в автобусе и позвонила Диме.

– Дим, увидимся в пятницу? – спросила я, еле сдерживая подступившие слезы. – Я очень соскучилась.

– Как хорошо, что ты об этом сказала, – ответил Дима. – Конечно. Нам нужно поговорить. Слушай, Коза, я сейчас за рулем. Перезвоню тебе через час.

Хочешь свести девушку с ума, скажи ей, что вам нужно серьезно поговорить.

Глава 8

Весь четверг меня не покидало дурное предчувствие. В два часа должен был прийти программист. Мне с трудом удавалось сосредоточиться на работе, мысли то и дело улетали к Диме, и неприятное волнение медленно разливалось по телу. От этого мерзли руки и немного знобило.

Собеседование на директора по продажам неожиданно затянулось дольше часа, поэтому программиста пошла встречать Катя. Она привела его в офис и налила чаю в пластиковый стакан. Ему пришлось ждать минут десять, пока я провожала предыдущего кандидата и распечатывала резюме. У меня не было и пяти минут, чтобы перевести дух. Неудобно заставлять ждать человека, который приехал из Подмосковья.

Программист оказался симпатичным и разговорчивым. Девочки говорили, что такое редко бывает. Обычно они совсем другие – слова не вытянешь. Этот же Иван говорил достаточно долго, но очень связно и уверенно. Мне даже не пришлось задавать дополнительные вопросы. Да я и не знала, что у него спросить, потому что совершенно не разбиралась в программировании. Он так складно рассказывал о своей работе, что я невольно заслушалась.

– Если будем отправлять его к клиенту, – сказала София, когда я вернулась, – нужно будет сказать ему, чтобы оделся нормально. Джинсы – ни в коем случае! Тебя, Маша, это тоже касается. Давно хотела сделать тебе замечание. У нас здесь бывают топ-менеджеры, поэтому дресс-код надо соблюдать даже в пятницу.

– Хорошо, я поняла, – ответила я, отправляя программисту тестовое задание.

Пока я была на собеседовании, мне дважды звонил Дима. Я набрала ему, но он не ответил, а потом вообще стал недоступен. Мне стало не по себе. Я спустилась во внутренний двор, спряталась за толпой молодых людей и закурила. Я старалась не курить на работе, зная, что это не понравится Софии и Сергею, но сдержаться не могла.

– Димон какой-то странный, – сказала я Нине по телефону. – Позавчера сказал, что нам нужно поговорить. Мне страшно, я второй день места себе не нахожу. Вдруг он решил бросить меня?

– С ума, что ли, сошла? – ответила Нина. – Немедленно выбрось это из головы. С чего ты взяла, что он решил тебя бросить?

– Не знаю, мне так кажется.

– Может, у него проблемы какие-нибудь? – предположила Нина. – А вдруг он решил сделать тебе предложение?

– Еще рано, – ответила я. – Мне еще нужно до конца декабря доработать.

– Ой, только не говори, что откажешься, если он предложит! – рассмеялась Нина. – Ты же сама говорила, что ваш спор – это шутка. А в каждой шутке… сама знаешь. Все может быть. И намного раньше, чем ты думаешь. Ты мне только обязательно позвони или напиши после встречи. Хочу первой тебя поздравить.

В конце дня программист прислал тестовое задание. Катя бегло просмотрела его и сказала: «Пойдет».

Я оформила его резюме по шаблону агентства и отправила начальнику отдела подбора, прикрепив файл с тестовым заданием. До конца дня ответа не было.

Когда мы с Катей уходили домой, в офисе оставался только Сергей.

Пока я ехала в метро, мне позвонили одиннадцать раз, но я этого не слышала. Пять звонков от Сергея. Три от Софии. И еще от Кати. Я расстроилась, что не было ни одного звонка от Димы, и тут же перезвонила Кате.

София уже не раз делала мне замечание по поводу телефона. Отключать звук можно только на собеседованиях. Все остальное время нужно всегда быть на связи.

– Машуль, все в порядке, – успокоила Катя. – Не переживай. Это по поводу программиста. Его одобрили. Хотели встретиться завтра. Сергей уже позвонил ему. Так что все отлично.

Я плохо спала. Проснулась в шесть, выпила кофе с молоком. Собралась за полчаса. В половине девятого была уже на «Третьяковской». Ночью прошел дождь, а теперь светило солнце. Прохладно и ярко. Листья желтеют, краснеют, опадают, шуршат под ногами. Мне нравилась моя работа, но в такую погоду хотелось только гулять, собирать осенние букеты, желуди и каштаны, а не обнимать телефонную трубку с девяти до шести с перерывом на обед. Я не спешила в офис. Перед тем как войти, постояла на набережной, наблюдая за утками. Ночное волнение немного отпускало. Наверное, помогла прогулка на свежем воздухе и неожиданная для конца октября хорошая погода.

Я приехала за полчаса до начала рабочего дня, но все уже были на месте. Даже Сергей. Он приезжал в офис не каждый день и обычно не появлялся раньше одиннадцати. Сегодня же директор был на месте уже в девять.

Я поздоровалась, но София и Катя лишь тихо кивнули в ответ.

– Маша, подойти ко мне, пожалуйста, – сказал Сергей. – Нужно поговорить.

Он сидел за одним из столов, где мы обычно проводили собеседования. Перед ним лежал сложенный вдвое лист бумаги.

– Что случилось? – спросила я, подходя ближе.

Сергей развернул листок и показал мне. Я прочитала, не садясь: «Мне даже нравится уже, хоть и платят копейки. Еще меньше, чем на твоем заводе. Просто я поспорила с Симановским, что найду работу и продержусь до Нового года. Если все получится, останусь подольше. Наберусь опыта и перейду работать в крупную компанию».

– Откуда это у вас?

– Вчера вечером, когда вы с Катей уже ушли, позвонили из лизинговой компании. По поводу резюме программиста. Он был от тебя. Его резюме одобрили и пригласили на встречу с руководителем. Нужно было позвонить ему, сообщить адрес и время, но в резюме, которое ты оставила на столе, не было его номера телефона. Я звонил тебе, чтобы узнать его номер, но ты ни разу не взяла трубку… София тоже тебе звонила. Тогда я попросил Катю позвонить тебе, но ты снова не ответила. Я решил поискать его номер у тебя в компьютере. Ведь где-то же ты его записала?

– В письмах от него, – ответила я. – В подписи номер мобильного прописан.

– Это все понятно, – сказал Сергей. – Мы нашли его номер, но до этого я открыл Интернет. Ты оставила открытой свою страницу ВКонтакте. Мы не одобряем посещение социальных сетей в рабочее время, но я подумал, что, возможно, ты используешь их для поиска кандидатов. Я просто открыл твои сообщения и просмотрел первые десять, и вот что я нашел.

– Даже распечатали.

Я снова пробежалась глазами по тексту. Сообщение было небольшим – пара предложений, всего три строчки.

– Что ты на это скажешь? – спросил Сергей.

– Мне нечего на это сказать.

– «Наберусь опыта и перейду работать в крупную компанию, – задумчиво зачитал Сергей. – Поспорила с Симановским, что найду работу и продержусь до Нового года». Знаешь, Маша, это неправильная мотивация. Мы могли бы на многое закрыть глаза, но лояльность компании – это обязательное качество человека, который у нас работает. У тебя его, к сожалению, нет. Очень жаль. Я не знаю, на что вы спорили, но… этот спор ты проиграла. На этом твой испытательный срок закончен. Как и работа у нас.

– Понятно.

– Несмотря на это, тебе стоит и дальше развиваться в рекрутменте и HR, у тебя хорошо получается, – продолжал Сергей. – Чтобы не увольнять тебя по статье, предлагаю написать заявление по собственному желанию. Деньги можешь приехать и забрать в понедельник. Мне нужно будет зайти в банк за ними.

Я не пыталась оправдаться. В эти минуты я скорее была сильно удивлена, чем расстроена. Это увольнение оказалось настолько внезапным, что я засомневалась в его реальности. Наверное, Сергей просто пошутил.

Это было так глупо, что казалось смешным. Я стояла посреди тесного офиса, Катя смотрела на меня с грустью, Сергей и София молчали. Они были разочарованы, а я все стояла и не могла сдержать улыбку. Я была готова к любым сложностям, стрессу, нервотрепке, переработкам и задержкам зарплаты. Знала, что с первого раза может не получиться и захочется уйти. Но у меня ни разу не возникло мысли, что меня могут уволить. Выгнать со скандалом. Все из-за моей невнимательности. Сергей, конечно, поступил мерзко и нечестно, прочитав мою переписку ВКонтакте, но это было уже следствием.

Я молча написала заявление на увольнение и передавала дела Софии.

– Трудовую книжку я отдам тебе в понедельник, – сказал Сергей. – Вместе с деньгами. Приходи к часу дня.

Я пыталась принять равнодушный вид, но избавиться от ироничной улыбки никак не получалось. Мне было и обидно, и стыдно одновременно. Обидно – сильнее, чем стыдно.

За пять недель работы я успела привыкнуть к этому месту и людям. София, Сергей, Катя, Света, они мне нравились. Очень. Они верили в меня. Хорошо ко мне относились. Психологически работа давалась мне с трудом, но я ни разу не подумала о том, чтобы бросить все это и найти что-то попроще. Они поддерживали и помогали. Я не хотела их обидеть. Это какое-то гадкое, обидное недоразумение. Меня просто неправильно поняли.

Я спустилась вниз, вышла во внутренний двор и впервые за пять недель закурила, ни от кого не скрываясь. Когда я уже собралась уходить, во двор спустилась Катя в накинутом на плечи пальто.

– Мне очень жаль, что так получилось, – сказала она. – Я всегда знала, что ты куришь.

Я ничего не ответила.

– Если тебе интересно, то я не поддерживаю решение Сергея. Он не имел права рыться в твоем компьютере, тем более в твоих личных сообщениях, как бы он это ни называл. Кстати, программиста берут на работу. Сегодня утром он был у них. Понравился директору Департамента информационных технологий. Не знаю, что он там ему наболтал.

– Из-за него меня уволили, – сказала я. – Нет, он, конечно, ни в чем не виноват, но, если бы не он, меня бы сегодня не выгнали. Мне очень неприятно и противно. Мне должны бонус за него и за персонального ассистента?

– По идее, да, – кивнула Катя. – Приличная сумма получится. Ты умничка. Будешь новую работу искать?

– Придется.

– Не указывай «Леви Стафф» в резюме.

– Почему?

– Мой дружеский совет. Лучше ничего, чем один месяц работы. Это не внушает доверия.

Я не знала, как сказать об этом родителям. Все лето сидела дома. Только ведь нашла работу. Только начала работать. Даже испытательный срок не прошла, и уже уволили. Сказать, что работа не понравилась, – подумают, что я лентяйка. Сказать правду – скажут, что сама виновата. Ругать, может, и не будут, но все равно неприятно. Я решила, что пока не буду им ничего говорить. За выходные что-нибудь придумаю.

Я вышла на набережную. Время – без пяти десять. Не прошло и часа, а мой рабочий день уже закончился. Я не знала, чем занять эти внезапно свободные часы, но домой ехать не хотела. Нужно было сделать хоть что-то полезное, чтобы день не прошел зря.

До меня только сейчас дошло, что я проиграла спор. Я продержалась всего лишь месяц и неделю, а надо было до конца года. Сначала я думала не говорить Диме об этом, а быстро найти новую работу и продолжить, но все-таки решила быть честной. Меня выгнали. Я проспорила. Мы не поженимся в феврале следующего года. Это увольнение – плохой знак. Я знала, что это еще не все. Я ждала проблем и неприятностей.

В пятницу Дима работал до половины пятого. Я написала ему, что сижу на скамейке у пруда на Ясном проезде. И что мне хреново. Он приехал, не задавая лишних вопросов, сел рядом и протянул банку пива.

Я рассказала ему обо всем, что случилось утром.

– Коза, это не считается, – успокоил меня Дима. – Тебя выгнали. Ты же не сама сбежала. До конца года еще три месяца. Время есть. Знаю, как тебя успокоить. Завтра с утра едем в «Икею». Снимать стресс.

– Едем, – почти обрадовалась я.

– Мои просили диван посмотреть на дачу, – зевал Дима. – И нам в квартиру что-нибудь купим. А своим можешь сказать, что тебя на работе обманули.

– В каком смысле?

– Не заплатили денег. Это ведь правда?

– Вообще, да, но они же заплатят.

– Не факт. Я бы на твоем месте сказал, что они мошенники, а про то, что ты сама подставилась, не говорил. Это их расстроит. Начальник козел, конечно, но и ты бестолковая. В следующий раз будешь осторожнее. Ты не врешь. Ты просто дозируешь информацию.

– Наверное, ты прав, – задумалась я. – А о чем ты хотел поговорить?

– Я? – переспросил Дима. – Я уже забыл. Не грузись, – успокаивал он. – Через пару лет вспомнишь, смеяться будешь.

Родители восприняли мое увольнение на удивление спокойно. Им не нравилось это место. Я сказала, что сама решила уйти и что такая работа не для меня.

Чуть позже я рассказала всю правду Нинке.

– Ты извини, конечно, но твой шеф просто урод! – кричала Нина, размахивая руками. – Это ж надо быть таким уродом! Я просто в шоке, Маш. И этот урод пригрозил тебе статьей?

– Да, – вздохнула я.

– И ты написала это заявление?

– Это все было так быстро и неожиданно. Я просто растерялась. Мне не дали времени подумать.

– Мне просто интересно, по какой статье этот кретин собирался тебя увольнять! У нас не увольняют за нелояльность и неправильную мотивацию. Нет таких статей в трудовом кодексе! Ты вроде неплохо работала, у них не было оснований тебя выгонять. Это просто бред какой-то! Я бы это так не оставила.

– А что тут можно сделать?

– Незаконное увольнение. Например, можно подать на них в суд. Здесь тебе лучше поговорить с каким-нибудь юристом. В общем, когда пойдешь к ним за деньгами, спроси, по какой статье он хотел тебя уволить. Короче, я бы их засудила! Надо только узнать, как это правильно сделать. Кретины!

Еще со школьных времен Нина очень сильно переживала за близких, если кто-то вдруг пытался их обидеть. В ход могли пойти даже кулаки. Кричать, бить, защищать. Так и мое увольнение возмутило ее намного больше, чем меня. Нина была готова бежать и бить морду моему бывшему начальнику. Хотя бы так, если не получится его засудить.

И это были не просто слова. У Нины был черный пояс по карате. Она действительно могла отлупить обидчика.

Я не спала всю ночь и с утра выглядела неважно. Приехала в офис к часу дня.

Сергей молча протянул мне трудовую книжку. Внутри были аккуратно сложены четыре купюры по тысяче рублей, пятьсот и несколько монет мелочи. Книжка была заполнена аккуратным почерком. Всего две записи. Первая о приеме на работу, вторая об увольнении. Пять недель, чуть больше месяца.

Денег было значительно меньше, чем я ожидала.

– Я закрыла две вакансии, – нерешительно сказала я, глядя на купюры. – Должно быть больше.

– Клиенты еще не перечислили нам оплату, – объяснил Сергей. – Мы получаем деньги в конце месяца. Мы позвоним тебе через две недели. Пришли Софии в почту реквизиты своей банковской карты. Мы переведем тебе твою часть.

– Я еще хотела спросить… мне просто интересно, по какой статье вы собирались меня уволить, если бы я отказалась написать заявление, – произнесла я, стараясь не запинаться. – За нелояльность не увольняют. Такой статьи нет в трудовом кодексе. Получается, что это незаконно.

– Маша, ты можешь подать в суд, если у тебя есть лишние деньги, – ответил Сергей, чуть склонив голову. – Но я настоятельно рекомендую тебе оставить все, как есть. У тебя нет доказательств. Это бессмысленно.

Дома я обновила резюме и отправила Софии реквизиты своей карты. Разбирая беспорядок на столе, наткнулась на образец трудового договора, который София дала мне для ознакомления. Тогда я забыла о нем, сунула в сумку и унесла домой, так и не прочитав. Позже я подписала оригинал договора, который Сергей отдал при увольнении.

Я легла на диван и решила сравнить их. В основном тексты совпадали, кроме пункта об оплате труда.

В образце был прописан фиксированный размер оклада двенадцать тысяч плюс бонусы.

В оригинале договора не было ни слова о бонусах за закрытые вакансии.

Я пыталась поговорить с Софией через «Мой круг», но она удалила меня из друзей и заблокировала везде.

Разговор был окончен. Так я поняла, что денег от «Леви Стафф» я не получу. Ни в конце месяца, ни через месяц, никогда.

Я проиграла дважды. Сначала – спор с Димой. А теперь осталась без денег. Меня просто кинули.

Глава 9

Однажды Дашка позвала меня в незнакомую компанию. Нина пойти не смогла, поэтому пошли вдвоем. Компания оказалась странной. Взрослые люди за тридцать и старше встречались по воскресеньям в метро, а после шли гулять по центру Москвы. По пути они покупали самое дешевое вино и пластиковые стаканы. Располагались в сквере у памятника Есенину на Тверском бульваре и шумно пили.

Я ничего не понимала, но после стакана «Арбатского» было весело наблюдать за этими взрослыми нелепыми людьми. Смотреть со стороны и не принимать участия.

Игорь среди них казался самым трезвым и симпатичным.

Ему было тридцать один год. Разница в возрасте казалась внушительной. Меня к нему потянуло с первых минут. Нагловатые большие глаза, каштановые кудри, самоуверенность.

В семнадцать я не умела общаться с мужчинами. Алкоголь делал меня более уверенной, смелой и общительной. Хватало двух бутылок пива, и я уже была готова на все. Я просто напивалась и приставала к нему, а ему это нравилось.

Когда мы с Игорем стали встречаться, мама начала курить. Родителям казалось, что я связалась с плохой компанией, но Игорь напросился на ужин и понравился им.

Мама переживала из-за бабушки. Она знала, что у меня появился парень и что он сильно старше. Это ей совсем не нравилось. Каждый вечер бабушка воспитывала маму. Говорила, что со мной нужно быть строже и что они меня потеряют, если не примут меры. И что парень этот нехороший.

«Ну почему? Ты же этого не знаешь. А он очень хотел познакомиться с нами», – говорила мама.

«Ни к чему нам с ним знакомиться, дочь. А то, что он нехороший, я и так знаю, Анют, – отвечала ей бабушка. – Мне сердце подсказывает».

Я не верила тому, что происходило. Слишком здорово, чтобы быть правдой. Я поняла, что у меня есть парень. Мне казалось, что я особенная. Красивая, умная, интересная и еще десяток положительных качеств. Неуклюжая девочка Маша осталась в прошлом.

Первый секс в новогоднее утро на квартире у Игоря. Хотела предложить ему презервативы, но не успела. Было больно, но терпимо. Я разглядывала его недовольное лицо и не могла понять, нравится ему или нет.

Игорь был разочарован. Наверное, не ожидал, что окажется первым. Я заметила, что с того дня стала менее интересна ему.

Что-то изменилось. Игорь больше не звонил и никуда не звал. Он писал эсэмэски раз или два в день. Я сама звала его гулять раз в неделю – в среду или четверг. Мы гуляли по центру Москвы с шести до девяти, нигде не останавливаясь. Игорь ни разу не предложил зайти в кафе или просто выпить кофе. Казалось, он просто позволяет мне погулять с собой, чтобы не обидеть.

Иногда я приезжала к нему домой. Игорь варил пельмени, потом мы ужинали, а после занимались сексом.

Игорь не предохранялся. Принципиально. Я как-то спросила его об этом, и он тут же все мне объяснил:

– Ученые уже давно доказали, что эти резинки не дают никакой гарантии. Понимаешь, в латексе, из которого их делают, есть поры. А когда резина растягивается в разгар процесса, то все эти вирусы и головастики могут спокойно сквозь них пройти. Из сотни пар, которые пользовались резинками, женщины беременели в половине случаев. Да и удовольствие эта дрянь снижает, романтику убивает.

– Понятно, – сказала я, а на следующий день записалась к врачу, чтобы выписал таблетки. Игорю знать об этом было не обязательно, а детей в восемнадцать лет я не хотела.

Игорь почти не прикасался ко мне. Не обнимал. Только во время секса. В эти моменты я снова начала думать о Диме. Иногда мне казалось, что я люблю их обоих, но не знала, кого сильнее.

От противозачаточных таблеток я поправилась на пять килограммов, но из-за высокого роста эти изменения не были сильно заметны. Я была худой, тонкой и прозрачной. Эти пять килограммов не портили, а, наоборот, пришлись кстати. Исчезли прыщи, улучшился цвет лица. Я выглядела более здоровой и отдохнувшей.

Игорь брезгливо зажимал между пальцами складку кожи на моем боку и смотрел в глаза:

– Что это, Маша? Это не дело. Тебе нужно как-то работать над собой.

Я посмотрела на живот Игоря, покрытый темными волосами, который нависал над ремнем его джинсов, даже если он пытался его втянуть. Я смотрела на него как будто впервые и как будто впервые видела его таким, какой он был на самом деле, а не таким, как сама себе придумала.