Дэлия Цветковская
Сова Мещерская

© Д. Э. Цветковская, 2020

© П. Р. Вулих, иллюстрации, 2020

© Л. Л. Ликальтер, оформление, 2020

* * *

– Мама, а бабушка говорит, что сотовых телефонов раньше не было. И что это не так и давно было… Это правда?

– Правда, сынок.

– А как же тогда все не терялись поминутно? И как люди вообще умудрялись встречаться или о чём-то договариваться? Не-пос-ти-жимо!..

Из разговора с малышом

Самое обычное начало

Деревня оказалась глухая. Это было видно с первого взгляда. Не обманула тётя Валя. Когда она приезжала в Москву, то рассказывала маме, что у них там из цивилизации – только электричество. А всё остальное – как в прошлом веке: вода – в колодце, печи дровами топятся, хозяйство натуральное, коровы, куры… А вокруг – леса, леса… На много километров. Дороги, считай, почти что нет – грунтовка. Так что деревня непроезжая, чужие туда практически не ездят.

– Так это как раз то, что нужно, – обрадовалась мама. – Неужто такое ещё встречается? Я и мечтала, чтоб природа… грибы-ягоды… А что дороги толковой нет, так это ничего. У нас машина вездеходная. Ладно, весной ждите в гости. Если понравится, построимся рядом с вами. Будем на лето детей из города эвакуировать.

Детей было двое: Евгения, тринадцати лет, и Александра, на пять лет младше. И их, конечно, вопрос летнего местожительства волновал не меньше мамы, а может, даже и больше – в конце концов, это же им там каникулы проводить.

– Главное, чтоб вода была, где купаться. Без этого никак, – заявила Женя.

Но тётя Валя успокоила: есть речка, довольно широкая и с песчаным дном. А на той стороне ещё и озеро в лесу, большое.

Приехали в мае. Понравилось. И уже в июне мама развила бурную деятельность по постройке дома. Про сруб договорились в соседней деревне, всё остальное же приходилось возить издалека. Вместе с ними в деревне решила обосноваться и мамина подруга, тётя Наташа, у которой тоже было двое дочерей – Даша и Варвара, десяти и пяти лет. Только строиться ей не хотелось – возни много и дороже выйдет, поэтому она сразу купила старый дом-избу – дёшево и сердито.

И вот, пока суд да дело, все поселились в этой самой тёть-Наташиной избе. Вернее сказать, основательно поселились-то четверо девчушек. Потому что мамы их, разместив дочерей и обустроив нехитрый быт, уехали в город – каждая по своим делам, пообещав вернуться «как только, так сразу». Охранять детей осталась Женина старая овчарка Герда. Ну конечно, это была такая охрана, лучше которой и не сыщешь! Во всяком случае, девочки были в этом абсолютно убеждены и чувствовали себя с собакой в полной безопасности. А для спокойствия мам за ними всеми взялась приглядеть тётя Валя. Да и пригляд требовался небольшой – чужих в деревне нету, все друг друга знают – обижать некому.

Деревня вообще была невелика, домов тридцать. Зимой же оставалось и вовсе немного народу – хорошо, если человек двадцать наберётся, а то и меньше. В основном пожилые, бабушки и дедушки. Дети у них, у большинства, давно переехали жить в город. Зато летом деревня просыпалась и оживала: практически ко всем старикам приезжали на каникулы внуки – и начиналась весёлая кутерьма. Да, ребят собиралось немало… И все они по большей части знали друг друга с детства и считали себя «коренными деревенскими», хотя и жили по близлежащим городам. Только четверо вновь прибывших девочек оказались в роли «новеньких» – они ни с кем из ребят не дружили и даже почти ни с кем не были знакомы. Однако, казалось, это их нисколько не задевает, им вполне достаточно было их собственной компании.

Что же касается хозяйства – приготовить там, прибраться – так старшие девочки, Женя и Даша, вдохновлённые оказанным матерями доверием и новой ролью хозяек дома, столь рьяно взялись за дело, что помощи им практически не требовалось. Дисциплина у них была железная. Правда, младшие, Саша и Варя, от этого командирства старших чувствовали себя ущемлёнными и глухо ворчали. Да уж, одно дело, когда мама тебе велит, и совсем другое – когда сестра, которая и не намного-то старше тебя.

Может, от этого противостояния всё и получилось. Будь старшие чуть поснисходительнее… Впрочем, говорят, история сослагательного наклонения не терпит. Как уж вышло, так вышло.

Новые друзья

Да-да, всё так и было, как тётя Валя рассказывала. И речка была, и озёра лесные. Лес – сосновый, светлый – начинался почти от самого крыльца. Казалось, живи и радуйся – чего тебе ещё?.. Но не тут-то было! Жизнь городских девочек омрачалась присутствием самых маленьких, но, увы, самых многочисленных обитателей этого «райского уголка». Комары!.. Ох, спасу от них не было! Чего только не предпринималось против этой напасти: сетки на окнах, марля на двери, вонючий крем на всех открытых частях тела. И упаси боже зажечь свет в комнате при открытом окне, хоть оно и затянуто сеткой! Всё равно найдут хоть малюсенькую щёлочку, протиснутся, и тогда… О, это «ззз» в тёплом воздухе июньской ночи!.. Поди-ка усни! А химический запах от нагреваемых на свечке таблеток репеллента перед сном!.. От него даже цветы в горшке на окне вяли! (Впрочем, может, это Варя, на которую пала обязанность их поливать, частенько об этом забывала, а списывали на комаров.)

В общем, война. А жаль… В доме имелось огромное крытое крыльцо с двумя лавочками по сторонам. Сидеть бы на нём с интересной книжкой, грызть яблоко, и ничего больше не надо… Женя, для которой чтение было любимейшим занятием, только вздыхала, поглядывая на широкую удобную лавку, и скрывалась в доме, ибо толпа комаров – не лучшая компания в таком (да и всяком другом) деле.

И вдруг однажды… Случилось чудо. В этот день первой на улицу вышла Даша – была её очередь бежать за молоком к тёте Вале. Вернувшись, она с порога объявила главную новость:

– Комары пропали!

– Не может быть!

– Вот здорово!

– А куда они делись? – отреагировали по-очереди Женя, Саша и Варя.

После чего все бросились за дверь, поглядеть на двор без комаров. И впрямь, не слышно было знакомого гудения, не надо было привычным, доведённым до автоматизма движением – хлоп, хлоп! – уничтожать десант летучей армии на лбу, локтях и коленках… Просто был ветер. И у комаров случилась нелётная погода. Или – подумать невозможно о таком счастье – он всех их унёс навсегда.

Валялись на траве снесённые с верёвки купальники, полотенца хлопали на ветру, как флаги. И хлопали в ладоши, приплясывая на крыльце, девочки.

– Ура, ура, ура!..

Потом Женя скомандовала:

– Завтракаем! Быстро! И идём гулять. Убираться – потом. Надо ловить бескомарное время.

Спорить, понятное дело, никто не стал – все кинулись в дом, чтобы поскорее закончить с едой и – на улицу, на улицу!

Первым делом после завтрака побежали, конечно же, на речку. Наконец-то можно было нормально искупаться и не натягивать платья только выйдя из воды, судорожно отмахиваясь от кровососов. Однако долго валяться на пляже сегодня тоже не пришлось – в мокрых купальниках было прохладно, опять же из-за ветра. Потом погуляли по деревне. А когда вернулись домой, Женя осуществила свою давнюю мечту: она взяла книжку и устроилась на крыльце. После чего окружающий мир перестал для неё существовать. Остальные девочки сидели по-привычке в доме, играя в настольную игру, и не приставали к старшей, по опыту зная, что лучше её оставить в покое, когда она с книжкой.

От чтения Женю отвлёк какой-то звук – за спиной, со стороны участка. Обернувшись, она увидела незнакомого мальчика, который преспокойно копался в старой навозной куче у них на огороде, нисколько не обращая внимания на присутствие хозяев.

– Эй!.. Ты что тут делаешь?

Мальчик мельком глянул на неё.

– Червей копаю…

С места он не сдвинулся, продолжая заниматься своим делом.

Вот нахал! Хоть бы разрешения спросил для приличия!

– А ничего, что я здесь сижу? – съязвила Женя.

– Сиди… – ответил мальчик, пропустив подколку мимо ушей. На девочку он больше не смотрел.

– Что, другого места не нашлось? – не отставала та, её задело такое бесцеремонное поведение незваного гостя.

– Мы всегда здесь копаем. Что, червей жалко? – повернулся наконец к Жене парень.

– Червей не жалко. Но когда приходят в дом, положено хоть постучать или спросить, можно ль зайти. Хорошо, что наша собака сейчас в сенях закрыта, а то, знаешь, могла бы неприятность случиться…

– А я не в дом, – невозмутимо ответил нахал, – я на огород через заднюю калитку зашёл и тебя не заметил.

Пока девочка соображала, как бы поосновательней поддеть наглеца, мальчик выпрямился и, щуря глаза от солнца, счёл нужным наконец представиться:

– Здрасьте… Меня Роман зовут. Я во-он в том доме живу.

Он не глядя ткнул измазанным в земле пальцем куда-то влево от себя.

– Женя…

Вредничать расхотелось. Ну что, в самом деле, такого, если накопал человек червей. Не хулиганил же, а для дела…

– Ты на рыбалку собрался?

– Ага. Завтра утром. Ну ладно, я пошёл.

Роман повернулся и неторопливо покинул чужой огород – так же, как и пришёл, через заднюю калитку.

Не очень-то он любезен. Ну и шут с ним! Женя вернулась к оставленной книге. Но только погрузилась в прекрасный мир Средиземья, как её вновь отвлекли.

– Привет! Что читаем, Женя?

– «Властелин колец», – автоматически ответила девочка, поднимая глаза. – Ой, ты кто? И откуда…

– …знаю, как тебя зовут, – подхватил стоящий перед ней высокий светловолосый мальчик. – Потому что ты Ромке сказала. А я решил с новыми соседями познакомиться. Сергей…

Женя не любила, когда её отрывали от чтения. И если б это сделал кто-то из своих, он неминуемо тут же получил бы суровую отповедь. Но грубить чужому было негоже, поэтому приходилось как-то отвечать.

– Да… Понятно… Он тут червей копал.

– Ну да, завтра спозаранку на реку пойдём.

Женя покосилась на лежащую на скамейке книгу и промолчала. Поддерживать беседу ей вовсе не хотелось, во всяком случае сейчас. Ну, в кои-то веки села почитать!..

Сергей же, по-видимому, по-своему истолковал её молчание. Помявшись, он предложил:

– Хочешь, пошли с нами рыбу ловить… Извини, Ромка не додумался позвать.

– Даже не знаю… – рассеянно ответила девочка. Краем глаза она уже скользила по строчкам.

– Хотим! Хотим! – раздался из окна дружный отклик.

Даша и Саша давно прислушивались, с кем это там беседует Женя. И не преминули в ответственный момент подать голос.

Как это она не знает! Ещё чего! Ну конечно, они идут на рыбалку!

Через минуту на крыльце происходила уже оживлённая дискуссия: во сколько да что с собой брать и так далее. Выяснилось, что выходить надо очень рано – в 6 часов. Но девочки не роптали. Они готовы были даже с вечера собраться и пораньше лечь спать, и вообще на любые жертвы. Ещё бы! Начиналась новая деревенская жизнь. Интересная.

* * *

Назавтра с утра был туман. В тумане было зябко и ещё хотелось спать. А удить рыбу оказалось скучно. Во всяком случае, так показалось Варе.

Нельзя было громко разговаривать – рыбу распугаешь! – и бросать в воду сосновые шишки, по той же причине. Ну что за удовольствие! Поэтому Варвара тихонько, пока остальные не сводили глаз с поплавков, пошла в сторонку по берегу. Она вообще не любила привлекать к себе внимание старших. Знала, что они обязательно прибегут и всё испортят – любую интересную игру или самое увлекательное занятие.

Вот не далее как позавчера ей удалось сложить маленький костерок из щепочек, и он даже стал у неё разгораться… Но тут прибежала Даша, наорала, обозвала дурой, костерок затоптала и из дровяного сарая выгнала. И так всегда! Она ж никого не трогала, играла сама по себе и взяла-то самую малость: ну кому эти щепки нужны были! А эти – «Пожар чуть не устроила!..» Конечно, ей пришлось в сарае прятаться, а то сразу бы спички отняли…

Ну вот и приходилось всё делать потихоньку, незаметно, пока не прибежали и не испортили. И Варя очень в этом поднаторела. За что получила от старшей сестры прозвище Коварный Варвар. Что ж, как говорится, хоть горшком назови, только в печь не сажай – Варя была такого мнения.

Теперь она бесшумно шла по мокрой траве, и ей казалось, что она одна в этом волшебном туманном мире. Справа журчала река, а больше никакие звуки не нарушали сонную тишину. Река здесь бурлила, подмывая высокий берег. И в этом месте над водой нависал ствол толстого упавшего дерева.

Варе очень захотелось на него забраться, чтоб посмотреть на речку сверху – на крутящиеся бурунчики, и на своё отражение. Она подошла к кромке и села на дерево верхом. Потом стала понемножку подтягиваться, продвигаясь вперёд, пока не оказалась сидящей над самой стремниной. Быстрая тёмная вода уносила сухие хвоинки и кусочки коры, падавшие с дерева, по которому ползла Варя.

«Эх, как же я не захватила с собой каких-нибудь палочек, или шишек хотя бы, – расстроилась девочка. – Отсюда было бы так здорово пускать их в плавание. Вот я растяпа!»

Варя осторожно оглянулась через плечо – возвращаться на берег не захотелось. Пожалуй, она посидит здесь просто так, посмотрит на бегущую речку. На всякий случай Варя всё же пощупала карманы – вдруг там завалялось что-нибудь стоящее. Но нет… Ничего не нашлось такого, что могло бы сойти за маленький кораблик. Все шишки у неё безжалостно отобрали ещё на берегу. Тогда девочка представила себя рысью, караулящей добычу. Она свесилась со ствола, пристально вглядываясь в глубину реки. Ну-ка, где там самая большая рыба?

– Уа-ау! – раздался резкий крик в туманном безмолвии.

Кричала какая-то птица, но Варе показалось, что это сам леший подал голос поутру. Она сильно вздрогнула и соскользнула в воду.

Плавать Варвара не умела. С испугу она сильно забила по воде руками и поплыла по течению то погружаясь под воду, то вновь показываясь на поверхности. Голоса она так и не подавала, тонула молча. На её счастье, отошла девочка вверх по течению, и совсем недалеко от компании рыболовов. Так что звук плюхнувшегося тела вывел их из состояния сосредоточенной задумчивости.

– Опять Коварный Варвар, – фыркнула Даша, – и это уже не шишка! Интересно, что она на этот раз в воду зашвырнула?

– Ну теперь уж точно – никакой рыбы! – простонал Рома. – Вот на кой было её с собой брать?!

– А как, мы её должны были одну дома оставить? Мы, между прочим, не напрашивались! – огрызнулась Женя.

Сергей же, пробормотав: «И впрямь не шишка…» – скорыми шагами направился к источнику звука. Углядев тонущую Варвару, он, как был в одежде, прыгнул в воду и выволок её на берег.

Дальше пошла кутерьма: Даша громко возмущалась «очередной выходкой» сестры и сетовала, за что ей такое наказание в лице Коварного Варвара. Женя тоже ворчала, при этом проворно стаскивая мокрые штаны и свитер с дрожащей Вари. А Саша выступала в защиту младшей, мол, с каждым может случиться, но больше из чувства противоречия. Варвара сначала только часто икала, тараща глаза, а потом заплакала в голос.

Мальчики переглянулись. Роман явно злился и не скрывал своей досады. Сергей же, с которого тоже текла вода, раздеваться не стал, а только отжал подол рубашки.

– Ладно, я пошёл, а то в мокром холодно. И вы давайте её домой бегом…

О рыбе можно было забыть. Не удалась сегодня рыбалка.

Заманчивая книга

Женя сидела на крыльце с книжкой. Но с чтением что-то не клеилось. Мимо неё несколько раз проходили деревенские ребята, поглядывали в её сторону, но никто с ней не заговаривал. Наверное, обсуждают между собой, как они Ромке с Серёжкой рыбалку испортили. Ну и пусть! Не больно-то и хотелось с ними со всеми знаться!

В самом деле, сначала приходят и без спросу червей на огороде копают! Затем приглашают с собой, а потом… Что потом, Женя сама толком сформулировать не могла и от этого только злилась. В душе она понимала, что – да, конечно, испортили… А Сергей и вовсе молодец – Варвару спас. Но признавать этого упорно не желала, выдвигая в споре с самой собой такие доводы: если б на рыбалку не пошли – ничего бы и не случилось и никого спасать не надо было бы.

В общем, настроение оставляло желать лучшего. И помочь могла только книжка: когда Женя читала, она забывала обо всём. Поэтому она постаралась поскорее перенестись в мир любимых героев, и это ей вскоре удалось.

– Привет! Я хотел спросить, как Варя, не простудилась?

Женя подняла глаза – перед ней стоял Сергей.

Вопрос был простой, и в тоне говорившего не было и тени насмешки. Девочка растерялась. Она-то представляла, что с ними теперь и разговаривать не захотят.

Может, зря она всё это себе навоображала? Но перестроиться быстро не получилось, и ответ прозвучал суховато:

– Нормально…

– Ты что, обиделась, что Ромка огрызнулся? Это ты зря… Он просто от огорчения – не подумав сказал.

– Да нет, ничего… Варя спит – мы её после обеда уложили. А я читала…

– И что ты всё читаешь? Это ж скукотища!

– Скукотища?! – Женя не верила своим ушам. – Да ты что! Это самая замечательная книжка на свете!

– И чем же книжка может быть замечательна? – усмехнулся Сергей. – Оглянись, лето на дворе! Пошли с нами лучше в футбол погоняем.

– И чем же футбол может быть замечательнее книжки? – в тон ему ответила Женя. – Ты её хоть читал?

– Летом книжек не читаю. На это есть школа. За год так начитываюсь, что хоть летом-то отдыхать надо.

– Подозреваю, что книжек ты не читаешь не только летом, – съязвила девочка. – Сказал тоже – школа! В школе такого не проходят.

– Какого такого? – запальчиво возразил Сергей. – Ты вот у всех спроси, кто летом с книжками сидит?

Женя оглянулась. В пылу спора она и не заметила, как к дому подошли и другие ребята, которые теперь стояли полукругом, готовые вступить в дискуссию.

У Романа в руках был мяч. Он кивнул Жене.

– Футбол лучше. Интереснее и полезнее.

– Это как кому, – девочка вскинула голову. – Но насчёт этой книжки я готова поспорить.

– Поспорить – это как?

– А так – вот дочитаю: и дам вам по очереди почитать. Сами не оторвётесь. Попробуете тогда сказать, что летом не читают!

– Вот это вряд ли… – Ребята смеялись, и Женя почувствовала себя уязвлённой.

– Ладно. Тогда предлагаю так. Давайте я вам почитаю. Начну с начала, хоть я уже на середине. Мне только интереснее – ещё раз перечитать. И если вам понравится, вы должны это честно признать!

Сергей улыбнулся.

– А если нет? Если скукотища?

– Тогда… тогда… – Женя не находила слов от возмущения.

– Тогда ты выполняешь любое наше желание! – выпалил Ромка.

– Ну уж нет… Это уж слишком!

– Тогда ты идёшь играть с нами в футбол, – подвёл черту Сергей.

– Идёт. Сейчас и начнём, – Женя открыла книгу. – Итак, глава первая…

Кроме Сергея с Романом, участвующих в споре, на крыльце остались незнакомый молчаливый мальчик, назвавшийся Андреем, белобрысый Антон, сосед тёти Вали, которого девочки знали уже давно, и девочка Нина, которая заявила, что она страсть как любит слушать, когда читают. Остальные разошлись по своим делам, поскольку ведь они-то не спорили, а значит, и не обязаны были тратить драгоценное время на всякую ерунду. Кроме пришлых, на крыльцо выползли и свои – Даша и Саша – и тоже приготовились слушать. Благо крыльцо было большое и места хватило всем.

Женя читала хорошо. Вначале ей внимали вежливо, но без энтузиазма. Но по мере развития повествования интерес появился в глазах не только у Сергея, но даже и у «скучающего» Ромки, который изо всех сил старался этого интереса не выдать.

В пять часов дверь дома скрипнула, приоткрылась, и в щели замаячил любопытный глаз. Это встала после дневного сна Варвара. Тогда Женя захлопнула книжку, даже не дочитав главы.

– Всё. Продолжение завтра. Варя проснулась.

– Ну, знаешь!.. – возмутился Ромка. – Это вообще…

– Что, интересно стало? – прищурилась Женя.

– Да нет… Просто… Так нечестно – посреди страницы бросать!

– Ну, ты же видишь – нам надо Варю кормить, – миролюбиво объяснила хитрая чтица. Она-то видела, что её любимая книжка зацепила и мальчишек. – Давайте завтра, ровно в два, как мелкую уложим.

Ребята спорить не стали. Очевидно, им и впрямь стало интересно.

– Ладно. В два… – На этом они чинно покинули крыльцо.

Женя тихо хихикнула, глядя вслед деревенским, и, обернувшись к своим, сказала:

– Видели? Пусть попробуют ещё сказать, что летом не читают!

– Ты как эта… ну, шахиня, – проявила интеллект Даша, – из «Тысячи и одной ночи».

– Шехерезада, – поправила её Женя. – Ага, приём известный. Надо всегда оставлять чуть-чуть на завтра. Тогда интерес никогда не угаснет, даже у таких дремучих, как эти…

Она гордо вскинула голову и объявила:

– Пошли в дом. На полдник у нас творог.

– Не буду я творог! – тут же заныла Саша. – Не могу больше на него смотреть!

– А тебе смотреть на него и не нужно, – не моргнув глазом, ответила ей сестра, – его есть нужно. И можно не смотреть.

Саша надулась и стала бубнить себе под нос:

– И кто этот творог только выдумал… И сколько ж можно его есть…

– Пока из ушей не полезет, – отрезала Женя.

Даша же тихонько пропела:

– Не можешь – научим, не хочешь – заставим…

И только Варя проявляла мудрость – она молчала. Ибо давно научилась бороться со старшими своими методами. Например, держать за щекой нелюбимый продукт, а потом тихонько выплюнуть в углу за печкой, пока никто не смотрит. Улучать момент – это был её конёк. Она ухитрялась следить за всеми, оставаясь сама вне их внимания. Не зря же она носила такую кличку – Коварный Варвар.

Эльфы и гномы

Читали каждый день. Как и предполагала Евгения, ребята втянулись в это дело – повествование захватило их. Так что крыльцо стало чем-то вроде избы-читальни, или сельского клуба, куда приходило всё больше народу.

Однако сидеть без дела, когда задействованы только уши, видимо, было всё ж трудновато для деятельных мальчишек. На второй день Ромка притащил с собой плоский обломок штакетины и перочинный ножик, заявив, что, пока слушает, успеет вырезать себе настоящий меч. Остальные посмотрели на него с завистью. А на следующий день мечи стругали уже четверо… Когда же оружие было готово, его, понятное дело, надо было срочно опробовать. Поэтому бои завязывались прямо на ступенях крыльца.

– Достойное оружие должно принадлежать только гномам! – орал воинственный Ромка, размахивая мечом и наступая на более высокого Андрея. – Вы его выманили у нас хитростью! И вообще, это наша территория, так что… шли бы вы…

Куда надо было бы идти «не-гномам» он сказать не успел, потому что его противник, ловко увернувшись, обошёл сзади и отвесил горластому Гному пинка пониже спины. Несильно, но обидно. Ромка завопил и стал было собирать соратников для «святой и правильной мести», но тут Женя решительно заявила:

– А ну, прекратите драки! Выясняйте свои отношения в другом месте!

– Да разве это драка?! – опешил Роман. Но он уже вошёл в роль и, переключившись на Женю, с пафосом провозгласил:

– Что ещё ждать от эльфийки! Ей нас не понять!..

Он махнул рукой и повесил голову.

Ребята смеялись. Но вскоре как-то само собой получилось, что каждый выбрал себе роль из этой замечательной книжки. Андрея, например, нарекли Бродяжником-Следопытом. Как потом выяснилось, это имя ему подходило как нельзя больше. Антона назвали Хоббитом-невысокликом, а периодически приезжающего из Москвы Фёдора – Гэндальфом, магом. Девочкам отвели роль эльфов, а большинство мальчишек отождествляло себя с гномами.

Так началась Игра.

Через несколько дней Роман явился на крыльцо с утра. В руках у него был лист бумаги – не слишком чистый, но довольно большой. Вызвав из дому Женю, он заявил:

– Нам надо нарисовать карту Меземья!

– Карту чего? – не поняла Женя. – Ты хочешь сказать, Средиземья?

– Нет, это у них Средиземье, а у нас именно Меземье, – упрямо повторил Роман. – Ну, Мещера же – чего тут непонятного!

– А-а… Ладно, пусть будет Меземье… Ты почище лист не мог найти? – Женя покосилась на пятнистую бумагу.

– Не мог! – огрызнулся Гном. – Скажи спасибо, что и такую добыл! Вообще-то, даже лучше, что он такой… Где ты видела, чтоб карты стерильные были?

Расстелив бумагу на широкой лавке, он достал карандаш, встал на коленки и начал набрасывать план.

– Значит, так: здесь деревня, и в ней живут «эльфы». А вот здесь, между дорогой и первой просекой, будет гора – обиталище «гномов», куда другим нельзя без разрешения ходить…

– А «гномам», значит, можно к «эльфам» без разрешения?.. – прищурилась Женя.

– Так деревня же… Мы ж не можем домой совсем не приходить, – пожал плечами хитрый Гном, и продолжал:

– И Мордор у нас тут тоже есть. Настоящий…

– Настоящий – это как? – заинтересовалась девочка, глядя на нарисованный в дальнем левом углу кружок.

– А так! – Роман снизу вверх взглянул на склонившуюся над картой Женю. – Ты что, про Разбойничий остров не слышала?

– Нет, – призналась та, – а почему остров? Ты ж его, кажется, в лесу нарисовал – река-то в другой стороне! И почему он «разбойничий»?

– А потому, что давным-давно там скрывались разбойники. И никто их поймать не мог. Ведь остров этот среди непролазных болот стоит. Место-то непроходимое, а в старые времена и вовсе гиблое!

– И что, туда никак пройти нельзя? А как же тогда те разбойники попадали?

– Это специальный путь надо знать… И они свои знаки ставили. А чужим – нет, никак через топь не пройти. Утонешь в том болоте! Так что соваться не советую… И местные туда не ходят. Все знают – «нехорошее» это место.

Женя задумчиво глядела на карту. Потом вздохнула и тихо сказала:

– Да уж, в Мордор мы точно соваться не будем…

В это время на крыльце появились остальные девочки. И старшая, тут же оставив карту, распорядилась, чтоб Даша и Саша срочно отправлялись на задний двор чистить картошку для обеда, а Варя взяла бы веник и подмела в сенях – хоть начерно, пока она, Женя, помоет полы в доме. Вот тогда, после, они пойдут купаться. Понятно, что возражать тут было бесполезно. И каждая отправилась выполнять, что было велено.

На заднем дворе Саша, выбирая из тазика картошку, на которой было поменьше глазков, а значит, её было полегче чистить, мечтательно говорила Даше:

– Интересно, а где на самом деле эта страна, Средиземье? Вот бы её увидеть, а не только в книжке…

Но та только презрительно фыркнула:

– Ты что, и вправду думала, что она существует?! Со всеми этими гномами и магами? Я думала, ты умнее…

– А может, это когда-то раньше было? Или… Земля же такая большая! Неужели люди побывали на ней везде-везде и видели всё-всё? Мало ли за какими высокими неприступными горами что ещё может быть…

– Не может! – отрезала Даша. – Это же абсолютная выдумка! Это писатель её придумал, как сказку.

– Жаль, – грустно вздохнула Саша.

Спорить со старшей она не стала. Но в самой глубине души её сохранилась маленькая искорка сомнения, и она инстинктивно оберегала её, не вступая в дальнейшую дискуссию. Ей очень не хотелось, чтобы Дашка гасила этот огонёчек, как давешний костерок, что сложила из щепочек Варя. И вдруг старшая всё-таки не всё на свете знает… А та вдруг положила ножик и, серьёзно глядя на Сашу, сказала:

– Нет, не жаль! Ты забыла про всякие ужасы, которые там были? Мордор нам нужен? Ещё чего! И никакие подвиги военные не нужны!.. Вот и хорошо, что выдумка!

Саша не ответила. Она молча чистила картошку.

* * *

Как-то утром Женя проснулась от тихого стука в стекло. Было довольно рано, и девочки ещё спали. Женя босиком прошлёпала к окну и откинула занавеску.

– Кто там?

– Это я, – отозвался Сергей, – я там тебе на крыльце кое-что оставил.

– Мы ещё спим…

– Ладно, я пошёл… С отцом на покос еду… Ты глянь потом.

– Ага, – сонно отозвалась Женя и немедленно юркнула опять в постель.

Проснувшись, она и забыла, что кто-то приходил поутру. И вспомнила, только услышав радостный вопль вышедшей за молоком сестры:

– Ого! А я что-то нашла! Чур, моё!

Девочки высыпали на крыльцо. Сияющая Саша держала в руках ладно сработанный лук и уже прикладывала стрелу, целясь в крону старой развесистой яблони.

– Положи на место! Это мой! – тут же заявила Женя.

– Почему это – твой?! – возмутилась Саша. – Я первая нашла, значит – мой!

– Это мне Сергей с утра принёс, а ты тут ни при чём!

– Как это ни при чём, когда я его нашла! – не унималась младшая. – Если и принёс, то нам всем, а я первая увидела.

– Кажется, ты куда-то шла? – холодно напомнила Женя. – Положи лук и отправляйся за молоком.

– Ты всегда всё отнимаешь! Всё тебе отдавай! – выкрикнула обиженная Саша, бросая на лавку лук. Она схватила банку и побежала к калитке, чуть не плача.

Правда, эта стычка возымела для них совершенно неожиданные последствия. Муж тёти Вали, Виктор, увидев девочку в столь расстроенных чувствах, допытался у неё, в чём дело. И пообещал сделать луки и ей, и Даше (Варю же опять обошли, посчитав ещё маленькой для таких игр). Слова у дяди Вити не расходились с делом, и через пару дней все трое – Женя, Даша и Саша – щеголяли новыми луками, соревнуясь в меткости и дальности стрельбы, как и положено каждому уважающему себя эльфу.

Кое-кто из мальчишек сильно завидовал, полагая, что такое оружие гораздо лучше, чем простецкие мечи. И даже пытался отбить лук «в честном бою». Но не тут-то было! При первом же нападении на Дашу, которая неосмотрительно вышла пострелять на полянку в одиночестве, откуда ни возьмись тут же возникла собака Герда. Она-то никогда не ослаб ляла бдительности – следила неусыпно, чтоб никто и помыслить не мог обидеть кого-то из её «стаи». Клацнули зубы – с грозным рыком Герда прыгнула между Дашей и нападавшим «гномом». И тот сразу стал по стойке смирно, оставив свои воинственные намерения, – так их всех научила Женя. Она давно уже объяснила деревенским, что от собаки ни в коем случае убегать нельзя – всё равно догонит и уж тогда может и покусать.

* * *

«Гномы», как и собирались, устроили свой штаб в лесу у дороги, чтоб «наблюдать за приезжающими». Возник у них только спор: строить ли шалаш, или же рыть землянку. Шалаш было быстрее и легче. Но неугомонный Ромка всё же убедил всех поднатужиться и вырыть убежище под землёй, а уж потом покрыть его сверху ветками и листьями. Основным аргументом служил тот, что гномы – существа основательные, и им положено жить под землёй, а не наверху, как каким-то захудалым эльфам, и ещё – что шалаш легко разрушить неприятелю, буде таковой окажется, а вот землянку – гораздо сложнее. Так что утренние часы все «гномы» проводили в поте лица своего в буквальном смысле этого слова, ибо погода стояла жаркая. И уж только после того с сознанием выполненного долга отправлялись на речку. Зато убежище их вышло добротное, и построили они его в короткие сроки. «Эльфы» же никакими шалашами не заморачивались. Им было вполне довольно их большого крыльца, на котором все продолжали собираться для послеобеденного чтения и просто так, без повода.

Когда землянка «гномов» была готова, мальчишки сначала немного поважничали и посекретничали – мол, у нас есть своё «место», в которое другим ходу нету. Но поскольку никто из «эльфов» не проявлял повышенного интереса к построенной землянке, «гномы» не выдержали и сами пригласили девчонок в гости – уж очень хотелось похвастаться.

На получившемся таким образом общем сборе Главный Гном объявил, что пора им всем выступить в совместный поход, дабы «покарать распоясавшихся орков».

– А кто они – орки? – решила прояснить этот вопрос Даша.

– Ты что, орков не знаешь?! – заорал Роман. – Ну, ты ваще… Сами же читали…

А Сергей ухмыльнулся и ответил:

– Мы вам не скажем, а мы вам покажем… Пошли!

Все снялись с места и гурьбой отправились за ним.

– Куда идём? – поинтересовалась Женя.

– На речку.

Такой исход устраивал всех. Заодно и искупаться можно.

Только Сергей вёл их не на песчаный пляж, где обычно купались деревенские. Он свернул с основной дороги на тропу, что вела вдоль реки вниз по течению. Пройдя немного, ребята оказались на участке с выжженной травой, из которой торчали обгорелые кусты с обожженными скрученными листьями. Чёрное пятно простиралось вдоль берега и метров на пятьдесят от реки вглубь леса. Над пеплом кое-где ещё поднимались дымки.

– Вот это да-а… – прошептала Женя. – Здесь был пожар? Совсем недавно?

– Был… – кивнул Сергей. – Вчера… Мы с Ромкой больше часа тушили. Хорошо, что мы здесь оказались – из дубравы шли. И счастье, что река близко – вода под рукой. Могла бы большая беда для леса случиться.

– А… почему загорелось? – спросила Даша.

– Вот это хороший вопрос, – прищурился Сергей.

– Так орки же! – опять воскликнул Рома.

– Кто?

– Ну, туристы эти… Которые костры разжигают, а потом не тушат как следует и плывут себе по реке дальше. И что там позади себя оставили – им наплевать!

– Вот гады! – вырвалось у Нины.

– Вот и я думаю, – медленно произнёс Сергей, – надо бы их проучить…

– А как? – спросила Саша. – Они же, как сам говоришь, уплыли давно.

– Ну, не этих, так других…

– Это несправедливо! – не согласилась Женя. – Как можно за проступки одних наказывать других?

– Да они все одинаковые! Костёр разожгут, напьются, орут! А наутро, с похмелья, собираются и дальше плывут. Мусор, банки оставят – весь берег в грязи! И костёр…

– Небось сама бы попробовала среди огня бегать, заливать – по-другому бы заговорила, – едко заметил Роман. – Хорошо хоть в этом случае их же банки пригодились – воду из реки набирать.

– Не знаю… Мне кажется, все люди разные, – упрямо повторила Женя. – Как можно всех туристов наказывать из-за каких-то негодяев?..

– У меня есть предложение, – неожиданно произнёс молчавший до сего момента Андрей.

Все повернулись к нему.

– Я знаю все стоянки на реке. Предлагаю сегодня, как стемнеет, устроить партизанскую вылазку. То есть, подползти тихонько к разным лагерям на берегу и посмотреть, как люди время проводят. А тогда и подумаем, кто они и что мы тут сделать можем.

– Здорово придумал! Идёт! – раздались возгласы.

– Принято, – резюмировал Сергей.

Ночная вылазка и что из этого вышло

На крыльце собирались энтузиасты ночного дозора. Хотелось пойти многим, но Сергей сказал, что если они пойдут целой ватагой, то, пожалуй, распугают всех орков. А задача у них нынче другая – разведка, требующая сноровки и аккуратности. Зато потом, когда они наметят, как с этой напастью бороться, дело найдётся для всех.

Из мальчишек он брал с собой Андрея и Рому, да ещё Антона, который давно объявил себя Сергеевым оруженосцем, хотя никакого оружия за «главным гномом» носить вовсе не требовалось. Из девочек пошли Женя и Саша. Осторожная Даша сама решила остаться дома, под предлогом того, что всё равно надо же кому-то приглядеть за Варей – не оставлять же её в одиночестве.

– У вас фонари есть? – обратился Сергей к девочкам.

– Да, целых два. Только в одном батарейки садятся, – откликнулась Женя.

– Это хорошо. Берите оба, пригодятся.

Он вопросительно взглянул на ребят. Андрей молча кивнул. Роман возмущённо надул губы:

– Когда это я без фонаря ходил?! Обижаешь…

– А у меня нету, – признался Антон, – сломался… Но я в темноте как кошка вижу!

– Ладно, есть запасной, дам тебе…

– Посмотрите на эту кошку, – захохотал Роман, – которая топает, как слон, и её за версту слышно!

– Вовсе я не топаю, – обиделся Антон, – и я сказал – вижу, как кошка… Про ходьбу речи не было.

– Идти надо будет тихо, – серьёзно заметил Сергей, – чтобы нас не обнаружили. А то мало ли что подумают… Может, тогда и драться придётся.

Ребята минутку помолчали, настраиваясь на ответственное мероприятие. Наконец, Сергей сказал:

– Ну, пошли…

Все двинулись к речке. Впереди вместе с Сергеем шёл Андрей.

Главный Гном спросил Бродяжника:

– Куда сначала?..

– Пойдём туда, где горело. Потом двинем вверх по реке.

Приближались к месту со всеми предосторожностями – медленно и тихо, заблаговременно потушив фонари. Оказалось – зря. Стоянка была пуста.

– Конечно, – проворчал Ромка, – какой дурак захочет на горелом месте стоять… Сами же выжгут, а потом…

– Не ворчи, – оборвал его Сергей, – идём на другую.

Уже на подходе к следующей стоянке стало ясно, что тут им повезло больше – видны были отблески костра, говор и смех.

– Попались!.. – с угрозой в голосе пробормотал Сергей. – Давайте тихо! Подходим неслышно – вон под те кусты! Ближе не соваться. Поглядим, что и как…

Ребятам удалось подкрасться довольно близко к лагерю. И тут Антон едва не испортил всё дело. Он всё-таки наступил на ветку – она затрещала, а сам Хоббит споткнулся и чуть не упал.

– Я же говорил – слоняра! – зашипел Ромка. – Ложись, балда!

Все затаили дыхание. Но туристы сами шумели порядочно и хрустнувшей ветки не услышали. Ребята расположились в высокой траве и приготовились наблюдать.

На поляне горел костёр, вокруг которого суетился народ – пятеро мужичков и три девушки. В стороне стояли палатки, а на берегу над обрывом – три байдарки, перевёрнутые кверху дном. Люди у костра явно уже поужинали. На проволоке над костром остался только кан с водой для чая. Вскоре вода закипела, кан сняли, и высокий парень всыпал туда несколько пригоршней заварки. Потом одна из девушек принялась разливать чай в приготовленные кружки, а другой парень – бородатый коротыш – принёс из палатки гитару. Туристы оказались не скучные – они всё время подшучивали друг над другом и смеялись, но не зло, а весело. И видно было, что знакомы они давно – знают и ценят каждого, хоть и смеются.

Наконец, бородач настроил инструмент и запел:

– Ключ колодцем окружён и озерком
По тропиночке пройти туда легко
Там, где сосны машут шапками с небес,
Там черничника ковёр и светел лес.

Остальные подхватили:

– Вот так здорово, красота!
Звонко дрозды поют из куста…

Мы поищем и найдём коры кусок,
Из коры отличный вырежем челнок,

Будет парусом дубовый лист-листок.
Поплывёт кораблик прямо на восток…

Вот так здорово, красота!
Чудные паруса из листа…

Парень закончил песню про кораблик и спел ещё парочку… Затем гитара перекочевала в руки темноволосой девушки, и прозвучала песня тихая и грустная. Смолкли шутки, все задумчиво глядели на огонь.

Андрей тронул за плечо Сергея и вопросительно мотнул головой в сторону деревни – мол, отползаем? Тот кивнул и знаком дал остальным сигнал к отступлению. И когда началась следующая песня, ребята бесшумно ретировались от лагеря. Выбравшись на тропу, что шла вдоль речки, они остановились.

– Ну, и за что ты наказал бы этих хороших людей? – с вызовом обратилась Женя к Сергею. – По-моему, они ничуть не похожи на орков!

Тот промолчал, над чем-то раздумывая. А Роман с жаром ответил:

– Это одни такие приличные – случайно попались! Это нам так не повезло!

– Ты хочешь сказать – повезло…

– Нет! Именно, что не повезло! Мы за этим, что ль, ходили?

– А за чем? – не поняла Женя.

– Ну что вы всё спорите? – вздохнула Саша. – И зачем мы ушли? Лучше б песни хорошие послушали!

– Мы ж не за песнями шли, – упрямо повторил Рома, – а… чтоб орков с реки выжить.

– Это как это? – нахмурилась Женя. – Карательная экспедиция?!

– Что-то вроде того… – немного смущённо признался Сергей. – Но думаю, Ромка прав. Эти – скорее исключение, чем правило.

Он обернулся к Андрею:

– Кстати, ты ничего не слышишь? Как думаешь, где это?

– Думаю, за мостом, – прислушиваясь, ответил Бродяжник.

– Вы о чём? – воскликнула возмущённая Женя. – Нужно уметь признавать свою неправоту!

– Мы ведь только один лагерь видели, правда? – обратился к ней Сергей. – Так давайте ещё посмотрим…

– Ну что ж, давайте посмотрим! – запальчиво ответила девочка.

Они молча зашагали вслед за Андреем. Перешли мост. И тут крики стали слышнее.

– Здесь надо быть вдвойне осторожным, – останавливаясь, негромко сказал Сергей. – Девчонки, может, вы останетесь, нас у моста подождёте?

– С какой это стати?! – возмутилась Женя, и с ней Саша. – Нет уж! Все вместе идём. А то вы потом скажете, что вы были правы, а мы этих орков не видели.

– Ладно. Только очень осторожно. И тихо. Фонарей не зажигать. Антон, тебе особое предупреждение.

Хоббит в темноте кивнул.

На сей раз они подкрались к лагерю совсем беззвучно – все были настороже. С первого взгляда стало ясно, что здесь «отдыхают» совсем другие люди. Пьяные крики и гогот разносились по реке – кто-то с плеском брёл по воде.

– Сетку ставят, – прошептал Андрей.

Сергей тихо ответил сквозь зубы:

– Ты посмотри на костёр…

Да, тут было на что посмотреть! На таком костре с лёгкостью можно было бы изжарить целого быка. Не говоря уже о том, что разожжён он был слишком близко от большой сосны. Казалось, ветви её в ужасе качаются в струях восходящего горячего воздуха, с мольбой посылая в небо снопы искр. Вокруг костра в беспорядке были разбросаны разные вещи – котелок, одеяла, банки консервов… Поодаль стояла палатка.

Мальчишки обменялись понимающими взглядами. Сергей повернулся к девочкам:

– Тут всё ясно? Давайте тихонько назад, пока орки из реки не вылезли.

Женя хотела что-то сказать, но промолчала, взяла Сашу за руку, и они скрылись в темноте. Затем по знаку Сергея – Антон. А за ними последовал он сам, но предварительно пошептавшись о чём-то с двумя оставшимися разведчиками. Перейдя мост, остановились подождать остальных, которые очень скоро появились, и не с пустыми руками.

У Андрея в руках был большой нож, и каждый шаг сопровождался тихим позвякиванием.

– Вы давайте в деревню быстрее, – сказал он ребятам, – а то я у них всю выпивку забрал, какую нашёл, как бы разыскивать не бросились, со злости… Бутылки эти в безопасном месте разобью… а сеть срежу – их же ножом – с того берега…

Андрей тенью скользнул влево с тропы, и мелодичное позвякивание затихло в тёмных кустах.

– Сеть же нельзя ставить, да? – неуверенно обратилась Женя к Сергею. – Это считается браконьерство?

– Оно самое.

– И всё-таки мы не вправе так поступать! Это же… хулиганство. А ты что у них забрал? – обратилась она к Роману, который держал довольно объёмистый мешок, сделанный из куртки с завязанными рукавами.

– А все продукты, какие там валялись, – весело откликнулся тот.

– Знаете, а это уже грабёж! Вы что наделали?!

Тут пришёл черёд возмутиться мальчишкам:

– Это мы-то грабители? Нам их банки ни на кой чёрт не нужны! Вот, гляди…

Роман взбежал на мост и вытряхнул всё содержимое куртки прямо в глубокую воду.

– Зачем же так? – тихо спросила Саша.

– А вот так! Пусть убираются к себе домой и там у себя всё жгут!

Антон испуганно дёрнул за руку Сергея:

– Побежали скорее! Они, наверное, уже увидели – слышишь, орут?

Все замолчали и прислушались. Издалека доносились крики и брань. Видимо, «отдыхающие» и впрямь обнаружили пропажу.

– Ходу!..

Ребята без разговоров припустили по дороге. Все понимали, что будет, если их догонят.

Добежали до деревни без приключений, но расстались холодно. – Пока, – буркнул Сергей, проводив девчонок. – Пока, – в тон ему ответили те.

* * *

Утром Женя возмущённо рассказывала Даше про вчерашнее происшествие. Саша же, пораздумав немного, спросила:

– А как, по-твоему, они должны были поступить?

– Не знаю, – фыркнула Женя, – но не так!

– А как?

– Ты что, за них?! – повернулась к сестре старшая. – Продукты воровать?

– Он же их выбросил… – не унималась младшая. – А значит, не своровал.

– Забрать чужие вещи – значит украсть! – отчеканивая каждое слово, сказала Женя. – И упаси тебя бог думать иначе!

Она обратилась ко всем:

– Больше мы с ними не водимся! Пока не признают, что были не правы… Согласны?

– Согласны! – за всех ответила Даша.

Саша промолчала. Она, может, и не была согласна, но спорить с Женькой было опасно. Варя тоже не возражала – ни к чему ей это было.

В обед приехала автолавка с продуктами. Старшие отправились за хлебом. Став в хвост небольшой очереди, девочки прислушивались, о чём говорят деревенские.

– А Серёга-то какой молодец! – восхищалась тётя Валя. – Ну, прям орден бы ему! Герой!

Вторая тётенька подхватила:

– И Ромка тоже! Вот ребята растут!

Женя толкнула локтем Дашу и прошептала:

– Узнали бы, какие они герои… по продуктам…

Но тут подошла тётя Галя и поинтересовалась:

– О чём толкуете? Что случилось-то?

И женщины ей взахлёб стали рассказывать, что за рекой вновь случился пожар – опять туристы подожгли. А вот ребята, оказавшись в нужный час на речке, этот пожар потушили. Выходило, что они и впрямь молодцы. На этот раз Даша толкнула Женю локтем и вопросительно на неё посмотрела. Та в ответ только дёрнула плечом и ничего не ответила. А когда уже шли с хлебом домой, Женя произнесла:

– А откуда мы знаем, может, те туристы как раз в отместку подожгли, раз у них еду украли.

– Давай у мальчишек спросим, как дело было?

– Вот ещё! Нашла, у кого спрашивать! – Женя возмущённо фыркнула. – По их выходит, они всегда правы и всегда супермены! И ещё, мы же договорились…

– Ладно, как скажешь…

Но Жене этого показалось мало, и она строго предупредила:

– Сегодня, как на крыльцо после обеда придут, мы их игнорируем.

– Чего делаем?

– Ну, не обращаем на них внимания…

– А-а… Ну да, поняла.

Но игнорировать после обеда оказалось некого. Мальчишки на крыльцо не пришли.

Не пришли они и назавтра, и послезавтра.

– Обиделись… – сказала Даша.

– Ну и ладно! На что они нам? Нам и без них неплохо… – хорохорилась Женя. Но на самом деле на душе у неё скребли кошки – и ещё как скребли-то!..

Она уже несколько раз пожалела, что не выяснила отношения с ребятами сразу, так сказать, «по свежим следам». Теперь-то уж поздно было – после драки кулаками не машут.

– А хочешь, я Федю к нам позову? Я видела, они вчера приехали, – предложила Даша. – Он же с вами тогда не ходил – значит, с ним мы разговаривать можем. Так?

– И зачем?

– Ну… Он бы мог с ребятами поговорить. Надо же как-то мириться?

– Не вздумай! – вскипела Женя. – Ещё чего! Это они были неправы, а мы первые к ним пойдём?!

– Да не мы…

– Всё равно нет!

– Ладно-ладно, как хочешь…

На том разговор и кончился. Но то ли дипломатичная Даша всё-таки украдкой переговорила с Фёдором, то ли мальчишкам самим надоело это непонятное противостояние – во всяком случае, через день к девочкам заглянул Сергей. Женя вышла на крыльцо.

– Привет…

– Привет.

– Я что хотел сказать… Земляника в лесу поспела. Мы с ребятами завтра за ней собираемся. Поедете с нами?

– Поедем? – переспросила Женя. – На чём?

– А на велосипедах. Это ж не так близко – до поляны земляничной километров пять-шесть.

Тут Сергей хлопнул себя по лбу:

– Да! А велики-то есть? Может, одолжить вам?

– Найдём, – сдержано ответила Женя, – у тёти Вали попросим.

Она изо всех сил старалась не выдать своей радости, что вот, сами пришли, их снова куда-то зовут и про старое не поминают.

– Ну, тогда ладно. Завтра после обеда… – облегчённо заключил Сергей. – Договор?

– Договор… – Женя не выдержала и улыбнулась.

Хитрый Хоббит

Антон боготворил Сергея. Он же не зря пошёл к нему в оруженосцы, хотя и был назначен Хоббитом – за малый рост и не только. Хитрости и смекалки ему было не занимать. Однако Антон, невзирая на отведённую ему роль, предпочитал «гномов» «эльфам». Особенно Главного Гнома, на которого ему так хотелось походить. Сергей был сильным и высоким, а Антон – маленьким и щуплым. Но Хоббиту очень хотелось, чтобы Главный Гном по достоинству оценил своего оруженосца.

Антон отличался наблюдательностью. А поскольку он глаз с Сергея не спускал, от него не укрылось, что тому очень нравилась Женя. А вот Женя, похоже, этого даже не замечает. Глупая девчонка! Счастья своего не понимает! И Антон, движимый благородной целью, решил во что бы то ни стало помочь своему кумиру добиться Женькиного расположения. Хоббит думал на эту тему день и ночь, но пока никакого толкового решения не подворачивалось. И вдруг сегодня…

Он пришёл на крыльцо к девчонкам сразу после обеда и слышал из-за двери, как те ссорились. Сообразив, что лучше сейчас к ним не соваться, мальчик сидел на лавке и слушал, как Саша кричала сестре:

– А я тогда без вас за земляникой пойду!

– Только попробуй! – с угрозой в голосе ответила Женя. – Тебе дано ответственное задание – караулить Варвару, а ты!..

– Ещё скажи «назло маме отморожу уши»! – поддержала старшую Даша.

– Тоже мне, мама нашлась!.. – уже со слезами выкрикнула Саша и выскочила на крыльцо.

«Хорошо, что у меня старших нет – ни братьев, ни сестёр, – подумал Антон. – Нет, вот если б такой брат, как Серёга…»

И тут его осенило. Вот он, благоприятный случай! Пока «эльфы» ругаются, надо похитить младшую сестру, чтобы старшая поняла свою ошибку. А помирит их не кто иной, как Сергей. И Женька будет ему за это благодарна. Потому что ссориться – это всегда плохо, и когда мирятся – сразу облегчение наступает. В голове у хитрого Хоббита тут же сложился план, как это всё можно провернуть. И, не откладывая дела в долгий ящик, он горячо зашептал плачущей девочке:

– Саш, Саш, послушай! У меня к тебе дело есть. Я попозже зайду, как они уедут…

После чего сорвался с лавки и побежал вон с крыльца.

Саша посмотрела ему вслед без энтузиазма, но рыдать перестала, только ещё хлюпала носом.

Вскоре старшие девочки покинули дом, перед уходом ещё раз напомнив Александре никуда не отлучаться от Вари и посулив привезти за то большую банку земляники. Саша не удостоила их ответом – она смотрела в сторону.

Как только все ушли, на крыльце тут же возник Антон. Сегодня ему приходилось исполнять незавидную роль… Ну, из той сказки, про глупого петушка, что не слушался брата-кота. А ведь кот, уходя из дому, наказывал ему не верить лисе и не высовываться в окошко. Так вот, Антону приходилось нынче быть той самой лисой, выманивающей петушка. Но он, успокоив себя стародавней отговоркой, что «цель оправдывает средства», незамедлительно приступил к этому занятию.

– А я знаю один секрет… – Антон многозначительно посмотрел на Сашу. – Его даже старшие «гномы» не знают.

Но та не проявила должного интереса, спросив вяло:

– И что за секрет?

– Я знаю, как на Разбойничий остров попасть.

Тут по его сценарию девочка должна была бы обмереть от восторга, запрыгать и проявить готовность отправиться туда тут же. Но этого не произошло.

– Ага… На воздушном шаре!.. – презрительно скривилась Саша. – И вообще, не хочу я никуда попадать!

Она отвернулась, чтоб Антон не заметил вновь выступающие слёзы. Ну как он не понимает, что единственное место, куда она хочет сейчас попасть, это та далёкая поляна, куда уехала её сестра, а её не взяли!

– А там, между прочим, полно земляники! – продолжал Хоббит свою песнь лисы-сирены. – А крупная-а!.. Вот бы они все от зависти лопнули, если б мы там целое ведро набрали. Без них.

Ах, как точно стрела угодила в цель! В самое яблочко… Сашины глаза вспыхнули, слёзы испарились:

– Честно?! А ты откуда знаешь?

– От верблюда!.. Знаю, и всё…

И, заметив, что девочка опять нахмурилась, добавил:

– Ладно… Мы там с папкой были, и он мне ход показал…

Саша вдруг вздохнула.

– Да… Здорово бы было!.. Но я не могу пойти – не могу Варю одну оставить, понимаешь?

– И не надо оставлять, – живо откликнулся Антон. – Мы не сейчас, мы завтра туда с тобой пойдём, часов в 6 утра. Пока все спать будут. И никому не скажем. А потом, как с земляникой вернёмся, уже никто ругаться не будет. Победителей не судят!

– Точно! – Саша уже сияла, предвкушая завтрашний триумф. – А ты меня разбудишь? Я около углового окна сплю.

– А как же. Ты к руке верёвочку привяжи и в окно, под сетку, просунь. Я тебя за верёвку дёрну – ты и проснёшься.

– Ага…

– Только никому ни слова. Ни намёка!

– Само собой! Что я, глупая, что ли?

– Тогда – до завтра…

Антон вприпрыжку поскакал домой.

Так. Полдела сделано. Младшую он уговорил, и безо всякого труда. Только б найти завтра тот проход через старую гать, что отец показал. Андрюха-то его тоже знает. И это очень даже кстати – для всего плана. Но расскажет он всё (вернее, напишет) только Сергею – он, и только он будет избавителем младшей сестры и завоюет таким образом сердце старшей.

Антон просто раздулся от гордости – как это он всё хорошо и хитро придумал! Сашке того лаза ни в жизнь не отыскать – значит, она с острова никуда не денется и в окружающем лесу не заблудится. Там и будет сидеть, пока за ней не придут. Женька, конечно, поволнуется и даже разозлится на него. Но он-то завтра уезжает – родители обещали за ним приехать. А когда вернётся через неделю, все уже перестанут сердиться. Зато Сергей будет ему благодарен – он же будет всё знать, что это Антон ради него всё придумал. И, конечно, замолвит словечко за своего оруженосца. А это самое главное.

Мурлыча себе под нос весёлую песенку, Антон вырвал из тетради лист бумаги, взял карандаш и засел писать письмо Сергею. «Саша на разбойничим острове, – выводил он старательно, высунув от напряжения кончик языка. – Андрей туда знаит дарогу, но это ты её найди. Женька тибе благадарная будит. Про меня ни говари».

Уф… Вроде всё. Теперь было самое сложное – как передать письмо Сергею, чтоб тот не прочёл раньше времени и сам весь план не испортил. Он такой, он может – себе во вред наперёд Женьку предупредить. Этого надо избежать. Может, завтра, когда всё будет сделано? Нет, не годится. Антон побоялся откладывать такое дело на завтра. Вдруг отец после леса перехватит и велит сразу в машину садиться, или Сергея вовремя не отыщет, да мало ли что! Что ж тогда – Саше в лесу пропадать?

И Хоббит отправился к дому Главного Гнома, чтоб подкараулить его, когда тот будет возвращаться, и вручить послание с условием до завтра не читать. На обложке письма жирными буквами было написано: «Аткрыть завтра после 14–00. Очинь важно. Сикретно!»

Мальчик сидел на брёвнах во дворе Сергея и болтал ногами. Сидел он уже битых два часа и успел проголодаться. Поэтому, размышляя о завтрашнем дне, он думал:

«Надо будет какую-нибудь еду прихватить – а то вдруг они её не сразу найдут… Да! Ещё ведёрко для земляники, чтоб Сашка ничего не заподозрила. Какой я всё-таки предусмотрительный…»

Антон поёрзал на брёвнах и тут услышал голоса. Обернувшись, он увидел возвращающегося Сергея. Но тот был не один – он увлечённо разговаривал о чём-то с Женей и Дашей.

«Ой, вот это совсем сейчас некстати», – расстроился Антон. Тихонько сполз с брёвен и спрятался за угол дома, чтоб девочки его не заметили. Он рассчитывал, что они тут же и уйдут, но не тут-то было. Все трое стояли у калитки, болтали и не думали расходиться.

«Как бы они все в дом не зашли», – испугался Хоббит.

Его план оказывался под угрозой. Но Антон не растерялся. Он сложил из письма «голубя», приоткрыл дальнее окно – это было окно кухни – и пустил его туда. «Голубь» описал полукруг и приземлился в дальнем углу, за мусорным ведром. А вот это было очень удачно.

«Сегодня Сергей туда точно не заглянет, – решил мальчик, – а вот завтра станет мусор выносить и увидит».

Довольный собой, он неслышно покинул двор через дырку в заборе и отправился домой. Надо было выспаться. Завтра у него важная миссия.

«Как у Фродо…» – гордо подумал Хоббит.

Обман

Саша ужасно устала. Шутка ли – она отмахала вслед за Антоном больше шести километров. Да ещё по песчаной дороге, по которой идти сложнее, чем просто по тропинке, а потом и вовсе без дороги, по лесу. Хотя Антон и говорил, что они идут по просеке, только очень сильно заросшей. Антон как-то эту просеку видел, а вот Саша – нет. Под конец им пришлось продираться сквозь густой кустарник и идти по какой-то «гати». То есть по узкой тропке, проложенной по старинному деревянному настилу, который с трудом угадывался. А слева и справа тянулась настоящая топь со стоячей водой, на поверхности которой по временам лопались пузыри, поднимавшиеся из глуби болота. Жутковатое местечко…

Саша уже десять раз пожалела, что позарилась на эту землянику и отправилась на остров. Она не привыкла столько ходить пешком, да ещё и так быстро. Но именно так и приходилось – иначе как было спасаться от комариной стаи, что стала досаждать им с самого начала похода. А уж когда пошли по болоту, перед островом… Просто ужас! Будто все комары из леса слетелись, чтобы помешать им добраться до места. Честно говоря, будь Саша с кем-то из взрослых, она б давно заныла и попросилась бы домой. Но тут, шагая за почти что сверстником – Антон был всего на полтора года её старше – девочка молчала. Гордость не позволяла показать, как она чертовски устала. Ещё чего! Чтоб потом Хоббит рассказал «гномам», что «эльфы» – просто слабаки, и они вместе бы над нею смеялись. Ни за что! И она держалась. Правда, из последних сил. Зато уж когда выбрались из болота на остров, на сухое место, девочка позволила себе и покапризничать.

– Ну, и где же твоя земляника?! – сварливо спросила она, плюхаясь прямо на землю, на покрытую бархатным мхом кочку.

На самом деле ей хотелось просто растянуться и полежать на земле хоть немного, а не ползать сейчас, собирая ягоды. Но признаваться в этом было вовсе негоже.

– Сейчас-сейчас… – заюлил Антон, испугавшись, что Саша догадывается, что он надул её с земляникой и что не удастся так просто от неё сбежать. – Ещё немножко пройти осталось.

– Дальше я никуда не пойду! – категорично ответила девочка. – Сначала найди поляну, про которую говорил! А то, может, ты и забыл, где она. А я – бегай за тобой по всему острову!

В принципе, такой расклад Антона и устраивал более всего – чтобы Сашка сидела на месте и не ходила за ним по пятам, а он бы потихоньку улизнул. Вот только отошли они от гати всего ничего. Поэтому если он нырнёт в кусты в нужном направлении на глазах у Саши, то та, пожалуй, потом отыщет лазейку и выберется с острова. А это в его планы никак не входило. Нет! Следовало завести её подальше от этого места – причём не по «берегу» острова, а через лес, да покружить немного.

– Да ладно тебе! – с напускной весёлостью воскликнул Хоббит. – Тут рядом уже. Пойдём вместе. Ты потом посидишь, отдохнёшь, а я тебе пособираю, честно говорю! – и сложил в кармане фигу.

Саша оглянулась. Да, одной оставаться в этом лесу не очень-то весело.

– Ладно, – вздохнула она, поднимаясь с кочки, – если недалеко…

Антон, как и намеревался, повёл свою жертву не по берегу, а вглубь острова, забирая то вправо, то влево. Чтоб не заблудиться самому, он очень внимательно следил, где солнце. Поскольку был он человек «бывалый» – немало по лесу с отцом походил, то такие простые ориентиры, как солнце в хорошую погоду, были для него легче лёгкого.

Саша же в таком глухом лесу пробиралась, почитай, в первый раз. Она устало брела за своим спутником и думала только о том, когда же можно будет остановиться. И ещё – что столько же потом будет назад до дому. А в самой глубине души – что в лес она больше не ходок – никогда, ни под каким видом!

Наконец, Антон круто свернул влево и вышел на «берег» острова, только гораздо дальше того места, где они зашли. Тут он остановился и притворно горестно вздохнул:

– Эх, загонял я тебя! Виноват. Давай так: ты посиди тут, отдохни, а я уж сам дойду до поляны и мигом вернусь за тобой.

Саша, которая к этому моменту устала совсем не на шутку, только благодарно кивнула и, ни слова не говоря, растянулась под огромной липой.

Хоббит степенной походкой удалился – в сторону, противоположную той, куда ему нужно было идти. Но, как только скрылся с глаз девочки, побежал бегом. Описав широкий круг вокруг поляны, где оставил Сашу, он выбрался на «берег» и, не задерживаясь, ринулся к гати. Здесь он на минутку остановился передохнуть и скинул с плеч маленький рюкзачок, что прихватил с собой. А скинув, охнул от огорчения и досады – вот незадача получилась! В рюкзачке-то – бутерброды, которые он намеревался оставить девочке. Что ж теперь делать-то?! Неужели придётся возвращаться? Похоже, что так… Не оставлять же пленницу голодной! Ну уж нетушки! На глаза он ей всё равно не покажется. Подкрадётся незаметно и оставит рюкзак на краю поляны – да и ладно… Вроде – забыл. Она сама потом найдёт, как метаться-искать начнёт.

Антон, чертыхнувшись, поднял с земли рюкзачок и лежавшую с ним рядом длинную палку. Потом размахнулся и в сердцах изо всей силы рубанул этой палкой, как косой, по высокой траве, вымещая таким образом свою злость на ни в чём не повинной растительности. Только зря он это сделал. Право, зря! Раздалось громкое негодующее гудение, и потом вылетели осы… Одна ужалила в шею, другая – за руку, в которой незадачливый «Сусанин» всё ещё сжимал своё орудие. Ойкнув от боли, мальчик отшвырнул палку и бросился бежать со всей прытью, на которую был способен – через гать, скорее вон с этого проклятого острова!

Ему ещё повезло – осы недолго гнались за ним. Хотя парочка успела цапнуть за руки, которыми он то размахивал на бегу, то прикрывал шею. Ошалевший, выбрался он, наконец, на дорогу. Понятно, что вопрос доставки бутербродов отпал сам собой.

«А, ладно… Не пропадёт, – махнул рукой Хоббит, успокаивая свою совесть, – к вечеру придут за ней, как хватятся. Мне вон куда хуже пришлось. Эх, чего не сделаешь ради дружбы!»

Повеселев от этой мысли, Антон припустил в направлении деревни.

Что ж, в чём-то он был прав. Насчёт «хуже пришлось». Потому что оставленная им девочка, ещё не подозревая о коварстве своего приятеля, лежала в это время на траве и смотрела на листья, колышущиеся в тёплом воздухе над её головой. Потом она перевела взгляд с зелени кроны на голубое небо, что казалось рядом и в то же время так далеко. Какое же оно голубое-преголубое сегодня… Ей было хорошо. И никто её не кусал. Правда. Совсем-совсем никто. Но когда её сознание отметило этот факт, Саша крайне удивилась – как так? Всю дорогу допекали, а сейчас, среди болот, и нет никого?

Она приподнялась, села и посмотрела по сторонам. Действительно никого, никаких комаров… И Антона тоже. Кажется, прошло уже немало времени, пока она валялась на траве.

– Ау!.. – крикнула Саша дальним кустам. – Анто-он!

И прислушалась в ожидании ответа.

Но ответа не было. Во всяком случае, от Антона. Только лес зашумел листвой – как-то тревожно, как показалось девочке. И тревожно стало у неё на душе.

– Анто-о-он! – заорала Саша. – Ау-у-у!

Вскочив на ноги, она всматривалась в кусты, окружавшие поляну, и слышала тишину. Потому что никто, ровным счётом никто не отвечал ей. Даже эхо.

– А-а-а!..

Голос сорвался, и девочка закашлялась, чувствуя, как страх поднимается по телу и колет иголочками, и набивает ноги ватой. Саша держалась из последних сил, стараясь не разрыдаться.

А что, если он нарочно молчит – проверяет её реакцию. Стоит ей расплакаться – выскочит из кустов и поднимет на смех.

Саша снова села, на коленки, и стала внимательно рассматривать окружающий лес. Потом опять встала и обошла поляну по периметру, аукая время от времени во все стороны. От волнения она растерялась и даже приблизительно не могла вспомнить, с какой именно стороны они сюда пришли.

– Хватит уже! Выходи! – попробовала Саша взять ситуацию под контроль.

Тут ей показалось, что на том конце поляны что-то промелькнуло сквозь кусты можжевельника, и с криком: «Ага! Я тебя вижу!» она прытко устремилась туда. Однако это «что-то» оказалось резвее, и, добежав, Саша никого уже не обнаружила. Лишь маленькое светло-зелёное пёрышко, застрявшее в можжевеловых иголках, отсвечивало на солнце. Размышляя, что за птица могла его тут оставить, Саша разглядывала куст и заметила на нём тёмно-фиолетовые ягоды-шишечки. Чувство голода давно беспокоило её, и девочка сорвала можжевеловую ягоду и сунула её в рот. Вторую, третью…

Эх! Антон же бутерброды обещал! Ну, хоть бы рюкзак оставил, пока ходит. Этим-то точно не наешься. Да что ж делать, когда ничего другого пока нету…

Прожевав все найденные ягоды, Саша в изнеможении опустилась на траву. В ушах звенело, тело ощущало одновременно и слабость, и лёгкость. Небо вдруг стало из голубого розово-фиолетовым.

«Почему так? – испугалась девочка. – Может, я отравилась? Но я ведь и раньше иногда можжевеловые ягоды жевала…»

На какое-то мгновение ей показалось, что сознание вовсе её покинуло. Но странные ощущения длились лишь пару минут и оставили Сашу, как и пришли, внезапно.

Чудеса, да и только…

От можжевеловых ягод во рту был сладковатый привкус. И ещё ужасно хотелось пить. Саша побрела вдоль невысокого обрыва, высматривая, где бы спуститься. Конечно, пить болотную воду до сего момента ей и в голову бы не пришло, но сегодня… Все прежние правила пошли в тартарары.

«Жажда, она, пожалуй, ещё похуже голода», – размышляла девочка, уныло глядя на покрытое зеленой ряской болото, простиравшееся внизу.

Никакой тропинки не находилось.

«Да уж. Кому бы здесь ее натоптать, в диком-то лесу, – подумала Саша. – Ну, не прыгать же с обрыва, в самом деле».

Но в этот момент кромка берега оборвалась, и она поняла, что – да, вопрос «прыгать-не прыгать» уже решен в пользу «прыгать», причем помимо ее воли.

«Только бы не укатиться в болото!» – успела мысленно взмолиться Саша и тут же приземлилась в песок. Она даже не ушиблась.

«Полет прошел нормально», – бодрясь, отрапортовала она сама себе. Теперь она увидела то, что сверху было скрыто нависающей бровкой берегового склона: перед ней открылось квадратное углубление, сильно смахивающее на старый заброшенный колодец, вокруг которого зеленела неправдоподобно сочная трава.

«Ах, кабы там оказалась свежая водичка!..» – позволила себе помечтать Саша, в душе понимая, что неоткуда ей, чистой, тут взяться.

Она встала на колени и заглянула вглубь. В первый момент ей показалось, что она видит чье-то испуганное лицо.

«Что это?! Кто?..» – душа ушла не в пятки, нет. Она застряла где-то в области горла, подавив невольный вскрик. А потом сердце радостно бухнуло – вода!..

«Неужели это мое отражение такое?» – мелькнула единственная доступная мысль.

По правде говоря, отшатнувшись в ужасе от колодца, Саша не успела толком рассмотреть, что же там все-таки было. Теперь любопытство взяло верх. Ну, и жажда, конечно, не унималась, толкая Александру на смелые поступки.

Саша вновь осторожно заглянула в «колодец». Несомненно, там была вода. Но и лицо никуда не делось. Оно дрожало, менялось на глазах. Из испуганного стало любопытным, и черты его приобрели явное сходство с Сашиной физиономией. Хотя что-то было явно не так. Не дотягивало оно до полного сходства. И принять его за собственное отражение Саша решительно отказывалась. Так они и рассматривали друг друга – в полном молчании.

Сашин думательный механизм от чрезмерного напряжения, похоже, окончательно отключился. И то сказать – ей скоро девять лет, то есть почти взрослая, и давно не верит в Деда Мороза. А тут – такое! Или это, как это… галлюцинация? Может, просто перегрелась? Это соображение как будто немножко успокоило Сашу, и пошатнувшаяся картина мира попыталась восстановить четкие границы и встать на дрожащие ноги. Но соваться к колодезному лицу она не спешила. А вместо этого, поправ все логические устои, неожиданно для себя сказала шепотом:

– Прости, что побеспокоила – просто очень пить хочется…

Чудище в колодце отреагировало немедленно – лицо затуманилось, потом что-то забурлило, дерн, на который опиралась девочка, задрожал, заходил ходуном, будто это была не земля, а туго натянутая ткань.

«Неужели зыбучая трясина?! Тогда трава прорвется и – прости-прощай…» – дрогнула Саша, но по-настоящему испугаться даже не успела, потому что из колодца вырвался маленький фонтанчик чистейшей прохладной воды, и забил, зажурчал ключ.

Вместе с голубоватой ледяной водой из глубины поднимались тысячи крохотных пузырьков, похожих на снежинки. И такая же бурная радость обуяла девочку при виде этого волшебного ключа. Совершенно все равно стало, откуда он взялся, кто там сидел, и вся фантастичность ситуации. Главное – он был, бил, и от этого было все вокруг прекрасно и счастливо. Саша глотала голубую воду, и ей казалось, с каждым глотком в нее вливается сила и радость. Пузырьки щекотали горло.

Источник оказался порционным. Вскоре, видимо, подземный клапан сработал, и ключ прекратил фонтанировать. Или колодезный благодетель – у нее язык уже не поворачивался назвать его чудищем, даже мысленно – перекрыл кран.

Но полученного было вполне достаточно. Саша звонко крикнула в голубой квадрат: «Спасибо!» – и поскакала вверх по склону. Теперь это у нее выходило легко и ловко, словно тело частично потеряло вес.

Ага. Вот и можжевеловый куст с чудесными фиолетовыми ягодами.

«Вернее, куст, но уже без ягод», – подумала Саша, но, приглядевшись, заметила еще парочку.

Странно. Ей казалось, она тщательно обследовала кустик на предмет всего съедобного. Неужели не заметила? Или это уже новые поспели?! Впрочем, докапываться до сути явления, откуда здесь что берётся, Саше даже не очень хотелось. Это было вроде новой игры с самой собой, как в раннем детстве: закроешь глаза – глядь! – пока не смотрела, свершилось чудо, и откуда-то ниоткуда взялось чего-то. И нечего занудствовать – зачем да откуда-почему… Надо просто пользоваться и говорить «спасибо». Такая игра Саше очень понравилась – она готова была вновь поверить в чудеса и принять эту новую картину мира. А логика… да ну ее, право, в болото!

Саша, подумав об этом, тихонько рассмеялась – собственный каламбур ей понравился: тут же кругом болото, ну, вот, значит, логика и утонула. И привычные законы вместе с ней.

Девочка еще раз осмотрела куст. Обнаружила пять сизых ягод, сорвала их и сунула в карман, на потом. Потому что, во-первых, неизвестно, когда ей еще удастся раздобыть здесь хоть что-нибудь съестное, а во-вторых, она помнила, что ягоды вызывают сильную жажду. Спускаться же вновь к волшебному колодцу она все-таки опасалась – кто знает, как там отнесутся к таким ее частым посещениям. Раз дали напиться, так и не наглей, не бегай поминутно. К тому же от воды и голод, слава Богу, немного притупился.

Еще ее немного беспокоил постоянный шум в ушах. С тех пор как она пообедала сизыми ягодами, он все не проходил. Это немного напоминало радиоэфир, когда разные дальние голоса накладываются друг на друга, создавая некий звуковой фон, а каждого в отдельности и не разобрать.

Саша потрясла головой, потом легонько похлопала себя по ушам. Не помогло.

«Наверное, все-таки солнечный удар… Или это от голода? Ладно, само пройдет – не будет же так вечно, – подумала девочка. – Надо как-то выбираться отсюда. Вспомнить, как шла. Эх, знала бы, что так обернется – хоть ориентиры какие-нибудь бы замечала…»

Сетуя на свою прежнюю беспечность, она теперь внимательно осматривалась кругом, пытаясь «запомнить» лес. Да что толку! И взрослые теряются в диком лесу и орут. Ещё как! А она и не взрослая даже… Но кричать и звать на помощь ей не хотелось. Она уже попробовала, хватит.

Вспомнились собственные вопли почему-то со стыдом. И чего орала? Ну, не тайга же… Найдут. И Антон знает, где она. Только не надо далеко уходить. Интересно всё же, куда этот балда пропал… Думать, что он сбежал нарочно, Саше никак не хотелось. Что она ему сделала? Вроде дружили… Наверное, сам заблудился. Вот будет смешно, если они встретятся, обойдя остров! Он же относительно небольшой – километра два в диаметре, Антон говорил. Только вот не уйдешь никуда – трясина вокруг непролазная… Пойди-ка отыщи ту лазейку, через которую они сюда попали!

А может, парень отыскал земляничную поляну, про которую говорил, и теперь сидит тихо – собирает землянику, пока она тоже туда не добралась?

«Ну, знаете, это уже свинство!» – возмутилась в душе Саша, когда такая мысль пришла ей в голову. Сам же позвал – она не напрашивалась!

«Нужно поискать эту поляну, вот что!» – сказала она себе и решительно двинулась вглубь острова с намерением добраться до противоположного его «берега».

А страх пропал. Совсем. Это Саша отметила про себя. И это было хорошо. Теперь девочка старалась примечать местность и направление. Солнце светило ей в спину, нагревало затылок. И мысли были деловые и конструктивные: «Сейчас, наверное, часа два… или больше? Значит, сзади юг… или юго-запад?.. А-а, ладно… пойду за своей тенью. Только не отклоняться. И надо выбрать ориентир – какое-нибудь большое дерево».

Только скоро выяснилось, что это не так-то легко. Во-первых, Саша с удивлением отметила, что почти все деревья на острове были именно большие. И не просто большие, а даже огромные. И выбрать среди них самое большое оказалось непросто. Во-вторых, под деревьями местами рос столь густой подлесок, что волей-неволей приходилось обходить. Кроме того, солнце с трудом проникало в гущу леса, так что «за собственной тенью» не очень-то получалось. Тем не менее, после примерно получасовых блужданий Саше удалось выбраться из чащи, и среди деревьев впереди забрезжил свет.

«Поляна! – обрадовалась девочка. – Хорошо бы та самая, земляничная… Или это уже противоположный берег острова?»

Но это оказался не берег. И не поляна. Во всяком случае, никакой земляники там не водилось. А лежало перед ней округлое болотце, покрытое мягким сфагновым мхом и заросшими травой кочками. По левому краю его росли ивовые кусты, а с противоположной стороны на бугре – высокие сосны.

«Ну, что ж, вполне уютное болотце, и, слава Богу, не трясина», – решила Саша, стараясь даже себе самой не выказывать разочарования, что земляникой здесь даже не пахло.

Зато пахло чем-то другим – сильно и пряно. Запах этот, хоть и достаточно резкий, показался ей скорее приятным, чем наоборот. Оглядевшись, она поняла, что стоит среди невысокого кустарничка с тонкими, похожими на длинные иглы, кожистыми листьями и белыми цветочками – они-то и испускают этот аромат.

«Ах, так это же багульник! – вспомнила Саша. – Мама говорила, от него может болеть голова… Лучше пойду под сосны…»

И она стала пересекать болото, направляясь к его высокому краю. Ноги утопали во влажном мху, да и шагать через кочки было довольно утомительно. Так что к тому времени, когда девочка выбралась на пригорок, она изрядно попотела. Зато здесь ее ждала награда: под соснами расстилался сплошной черничник. Ягоды обильно покрывали кустики. Одна беда – они были еще чуть недоспелые, но Сашу это не сильно огорчило. Набрав полные пригоршни черники, она легла на спину. Жуя ягоды и глядя в небо, на плывущие облака и на качающиеся вершины сосен, девочка была почти счастлива. Если можно назвать счастливым человека, окончательно заблудившегося в глухом лесу и безо всяких планов на то, где добыть нормальное пропитание.

Но об этом она почему-то сейчас вовсе не думала. А лежала и представляла себя птицей: вот она взмахнула своими широкими крыльями и поднялась над соснами… выше, выше… Лес превратился в курчавый ковер… На этом ковре все прекрасно видно – где-кто-что… А вон и река, и их деревня на берегу… И лететь так легко и приятно! Один взмах – и ты уже там, где захотел… Это же, оказывается, так просто!

Саша почти засыпала. И сквозь дрёму ей казалось, что в звуке ветра звучит негромкая музыка – такая причудливая. А потом стали различаться и слова. Будто тот «радиоэфир» в Сашиной голове, что звучал фоново, определился, наконец, с радиостанцией и настроился на какую-то определенную волну. Переговариваясь, пели и шептали два голоса:

– Оно перед нами,
Пушистыми мхами
Ковром расстилаясь,
Лежит верховое…
– Ах, мокрое что-то…
И что это что-то?
– Известно, болото…
– Оно не опасно?
– Напротив, прекрасно…
Оно все омоет,
Надежно укроет,
Историю вечно храня…
Горят Оксикокуса
Красные точки,
Там Эриофорум —
Пушинки-комочки…
– Во мхах утопают,
Как головы, кочки.
– И Ледум палюстре
Приводит во фрустра…
– Приводит во фрустра?..
– К себе ароматом маня…

Хотя суть песенки была непонятна, сами слова звучали совершенно ясно. Казалось, невидимый певец, или, точнее, певцы находились совсем неподалеку.

Саша широко открыла глаза и села, с беспокойством озираясь. Раздалось тихое «О! Ах-х!..» и шепот смолк. Вскочив на ноги, девочка пристально всматривалась в окружающие ее кусты, но никого разглядеть не могла. Главное, у нее не было даже отдаленного представления, кто бы это мог быть.

Впрочем, сегодняшний день учил ее не удивляться чудесам. Нет, не так. Удивляться было можно, но вот пугаться не стоило. И все-таки Саше стало как-то неуютно на этом «уютном болотце», где обитали некие неизвестные существа, до ужаса ловко прячущиеся среди зелени.

– Пожалуй, все ж стоит вернуться назад, на берег острова, – вслух сказала она себе. – Всегда надо ждать там, где потерялись – скорее найдут.

И девочка решительно отправилась на ту сторону болота, откуда пришла. На сей раз она примечала ориентиры и шагала достаточно уверенно. Когда она проходила краем через кусты, ей вновь послышались шепчущиеся у нее за спиною голоса. Но она разобрала отчетливо только слова «откуда» и «не вовремя». Остальное было произнесено слишком тихо, чтобы она могла расслышать. Но Саша даже не обернулась.

«Наверное, я кому-то здесь помешала, – подумала она. – Ну и ладно, и надо убраться на "мой" конец острова. Только вот интересно бы все-таки узнать – кому…»

Еще одно чудо – рыжее

К чести юной ориентировщицы, она сумела вернуться почти на то же место, откуда начинала свой поход в дебри. Забрав первоначально чуть левее, Саша отыскала глазами гигантскую ель на берегу, служившую ей маяком, а потом легко нашла и свою лужайку под липой. Липа – такое дерево, которое не часто встретишь в наших лесах. А эта липа была огромная – видимо, очень старая – и давала густую тень. Саше почему-то она очень понравилась.

Беготня по лесу и по болоту утомила девочку. Поэтому, оказавшись на знакомом месте, она почувствовала себя почти что «дома». И поступила, как усталый путник, вернувшийся из дальних странствий, а именно улеглась на траве под деревом и мгновенно уснула. Проснувшись, когда солнце начинало клониться к закату, и еще не открывая глаз, Саша услышала тихий разговор. Первой мыслью было, что вернулся Антон, и ее наконец нашли. Но, прислушавшись, тут же сообразила, что никакой это не Антон.

– Как же нам поступить с ней? – спрашивал первый, каркающий голос.

– Не волнуйся, Фирмос, я прослежу… – ответствовал второй. – Лети, поставь в известность Фиву. Хотя, наверное, она уже знает…

Этот второй был мягким и, пожалуй, приятным.

– Надо же, чтобы именно сейчас… – с досадой произнёс первый.

«Ну вот, снова начинается… – мысленно вздохнула Саша. – Интересно, опять невидимки?»

Она чуть приоткрыла глаза. И на этот раз сквозь прикрытые ресницы разглядела говорившего. Но легче ей от этого не стало. Ибо первым собеседником был… ворон. Да-да. Самая настоящая птица – черная, громадная, с блестящими крыльями. Он сидел на ветке дерева над «спящей». И это его, по-видимому, называли Фирмос.

«А Фива – это, наверное, его жена-ворона», – хихикнула про себя Саша.

Скосив глаза в сторону второго собеседника, девочка увидела очень крупного рыжего лиса, внимательно рассматривавшего ее саму. Заметив, что она проснулась, лис слегка наклонил голову, что могло сойти за вежливый поклон.

Ну, знаете!.. Говорящий ворон – это еще туда-сюда, случается такое. Но говорящий лис?! Это, пожалуй, слишком… Хотя что это она? Ведь решила же уже – ничему здесь не удивляться. Видно, место такое – не простое.

«А какое?» – тут же задала она себе вопрос.

И сама себе ответила:

«А вот такое. Заколдованное. Здесь все может быть. И точка».

Поняв, что притворяться спящей уже бесполезно, Саша приняла сидячее положение и улыбнулась лису:

– Привет! А тебя как зовут? Его – Фирмос, как я поняла… – она мотнула головой в сторону дерева, где сидел ворон.

Но посмотрев туда, увидела, что ветка уже пуста – лишь чуть качается. Птица исчезла, как по волшебству, и совершенно бесшумно. Лис, правда, никуда не делся. Он сидел и смотрел на Александру в крайнем изумлении – рот его чуть приоткрылся, уши стояли торчком.

«Можно подумать, что говорящие девочки – это как раз чудо чудное, а вот говорящие лисы – так это что ж, это на каждом шагу, как грязи…» – поехидничала про себя Саша.

Но, похоже, лис именно так и думал. Наконец, он «отмер». Встал, с достоинством поклонился и произнес:

– Руфин-Рекс… А ты кто и зачем сюда забралась?

– Я – Александра, но можно Саша, так короче и так все меня зовут. Мы пришли с Антоном за земляникой – он сказал, ее здесь много, и крупная… Потом сам куда-то делся, а я не знаю, куда идти, заблудилась…

– Пришли за чем? Ах да, Фрагария… Правда, есть немного… Только ему-то это откуда знать? Не припомню, был ли он здесь когда-то… Во всяком случае, ничего не собирал. Уж мне ль не знать…

– А ты разве знаешь Антона? – изумилась Саша.

– Полагаю, это тот мальчик, что покинул Остров около пяти часов назад. Я его видел.

– Покинул?!

Лис задумался, щуря глаза в пространство, и сказал раздумчиво:

– Можно предположить, он тебя хотел зачем-то попугать и оставить одну в лесу. А Фрагария – это приманка, предлог.

– Фрагария?.. – с недоумением переспросила Саша, глядя на лиса.

– Это то растение с красными ягодами и мелкими белыми цветами, что ты назвала земляникой – так оно зовется издревле.

– Фрагария… – тихо повторила девочка. – Звучит красиво… Пожалуй, лучше, чем зем-ля-ника… Но земляника – привычнее и, кажется… вкуснее.

– Так это то, что тебе нужно? Что ж, в этом я могу помочь. Идем…

Лис встал, повел своим роскошным хвостом с белой кисточкой на конце и неторопливо потрусил вдоль опушки. Александра следовала за ним по пятам, боясь отстать хоть на шаг и волнуясь, как бы он не исчез, как все здесь – внезапно.

Очень скоро они пришли на полузаросшую кустами поляну, покрытую высокой травой. Руфин-Рекс остановился под большой березой, кивнул девочке и растянулся в тени.

– А где же земляника? – робко спросила Саша, оглядываясь.

– В траве… – улыбнулся лис.

Саша опустилась на колени и раздвинула стебли. О-о! Таких великолепных ягод ей еще нигде видеть не доводилось – крупные, спелые, они краснели на фоне листьев, и их было много. Каждый маленький кустик, сгибаясь под непосильной тяжестью, словно протягивал ей по нескольку земляничин, говоря: «Вот наши дары. Посмотри, как они хороши! Это все тебе».

И Александра принялась собирать ягоды. В самом деле – разве не за этим она сюда пришла? Увлекшись, она и не заметила, как очутилась на дальнем конце полянки. Солнце спускалось, длинные тени ложились на траву. Подняв голову, Саша залюбовалась опушкой леса, залитой мягким золотым светом, и вдруг… Не чудится ли ей?.. Замерев, девочка всматривалась в освещённые вечерним солнцем кусты. Там, в отдалении, среди зелени мелькала высокая фигура. Сомнений не было. Человек!

Но что-то мешало ей подать голос и позвать на помощь. Скорее, хотелось спрятаться и стать совсем незаметной. Может быть, дело было в его странном облике? Саша отметила, что одет он очень чудно: в жаркий день – в длинном пальто и высокой шапке. Ах да! Одежда-то будто старинная – это, кажется, называлось кафтан. А за спиною – ружьё, с раструбом. Тоже, похоже – древнее…

Господи, ружьё!.. Ружьё – значит, охотник! А там, под березой, лежит ничего не подозревающий Руфин! Стоит этому дядьке заметить лиса – и всё, конец!!! Охотники – они же все на один склад, что современные, что древние. Какое им дело, что это, может, совершенно уникальный говорящий лис! Им бы только палить! Разбираться никто не будет… Да если б и не говорящий… Все равно Саша постаралась бы изо всех сил спасти зверя.

«Хорошо, что он с той стороны – в нашу сторону солнце его, должно быть, слепит. Надо срочно предупредить Руфина. Только без резких движений…» – лихорадочно соображала девочка.

Не спуская глаз с мерно шагавшей фигуры, она медленно-медленно опустилась в высокую траву и поползла назад – туда, где остался лис.

Слава Богу, он лежал на прежнем месте и, казалось, дремал. Саша приблизилась почти вплотную и зашептала ему прямо в ухо:

– Руфин! Руфин, проснись! Там в лесу охотник! Беги! Спасайся!..

Лис открыл глаза и поднял голову. Мимоходом взглянув на дальний край леса, где маячил вдали тёмный силуэт, он перевёл глаза на девочку. Но во взгляде его не было и тени испуга, а сквозило лишь изумление. И относилось оно, казалось, вовсе не к опасному охотнику, а к сидевшей перед ним Александре, взволнованно повторявшей:

– Ты разве не понимаешь? Он же убьёт тебя! Беги!

– Кто? Архелий? Нет, это дневной страж острова – он не опасен для нас… Но ты… Ты пыталась… спасти меня?

Лис не отрываясь смотрел на Сашу и затем произнёс проникновенно:

– Благодарю тебя…

– За что? – смутилась та. – Раз опасности не было…

– Но ты не могла об этом знать. А значит, можно считать, спасла. Я в долгу перед тобой и готов быть твоим проводником… и другом, если хочешь.

– О, конечно, хочу! – обрадовалась Саша. – И ты расскажешь мне про это странное место?

– Что смогу…

– И поможешь выбраться отсюда?

– Постараюсь.

– Ну вот… Это так здорово! Знаешь, с тобой мне ничего не страшно. Хотя я и сама здесь перестала бояться… Почти.

От заката до сумерек

– Ты уже закончила собирать ягоды? – спросил Руфин-Рекс. – Кажется, там еще немало осталось.

– Закончила, – со вздохом ответила Саша. – Надо же и лесным зверям что-то оставить. К тому же ими всё равно до конца не насытишься. Если б чего посущественней… Да это ладно. Мне очень интересно всё про Остров узнать. Расскажи, а?

Девочка растянулась на траве возле лиса, готовая слушать в оба уха и смотреть в оба глаза.

– А что именно тебе хотелось бы узнать?

– Ну… Кто тут живёт и почему ты умеешь говорить?

– Живут лесные звери и существа… А говорить умеют многие… Почти все. Но не все умеют слышать. Ты вот можешь. Даже удивительно…

Лис покачал головой, глядя на Александру.

– Скажи, ты всегда понимала животных?

– Нет, конечно. Это только тут, на Острове, я всё время что-то слышу. То за спиной кто-то шепчется, то вы с вороном разговариваете. Я вообще сначала подумала, не с ума ли я сошла.

– Ещё удивительнее… – лис сощурил глаза. – Знаешь, нам с тобой надо навестить Фиву. Она самая мудрая. И она поймет, почему так получилось. И вообще – что и как.

– Фива – это ворона? – спросила Саша, вспомнив разговор при пробуждении.

– Что ты! Фива – это Сова. Она самая умная и справедливая судья на свете. И она может узнать про всё. Даже скрытое и потаённое.

– Сова?! И она тоже умеет говорить?

Лис хмыкнул:

– Это самое малое из того, что умеет Фива.

– Ну что ж, пойдём к сове, – воскликнула Саша, вскакивая на ноги.

Но лис отрицательно помахал хвостом.

– На аудиенцию можно прийти, только когда солнце сядет. Часа через полтора. Так что время у нас ещё есть.

И Саша снова опустилась на траву.

– Ты говорил, тот человек, Архелий… что он страж, да? А кого и как он охраняет?

– Охраняет Остров от непрошенных вторжений. Он страж внешний и несёт службу днем. А ночью его сменяет другой – Астерий, что видит в темноте лучше, чем при солнце. Только они… э-э… не совсем человеки…

– Люди, – поправила Саша лиса. – А кто?

– Нет, именно Человеки. Вдумайся сама. Люди – это когда их настолько много, что не отличишь каждого отдельного – как трава в поле, как общее понятие. А вот когда это те, кто что-то знает, решает и может, то – человеки, если несколько. Ты же не скажешь про отдельную личность – один людь… Смешно, правда? Так что, когда видишь именно Личности, то – Чело-веки. И, по сути, каждое Чело векует отпущенный ему век сам. Но человеки смертны. А Астерий и Архелий ходят по земле уже не один век. Они скорее сущности… в человеческом облике.

Саша с уважением посмотрела на лиса-философа.

– Руфин, скажи, откуда ты всё это знаешь? Ты же не сам всё это придумал, ведь так?

– На самом деле всё известно – что было, есть и даже, предположительно, варианты того, что будет потом. Вокруг Земли существует такое… – лис замялся, подыскивая понятные девочке слова. – Ну облако… информации. Там всё записано. Надо только уметь читать.

Человеки почему-то пользуются более грубой материей для получения знаний. Например, большими библиотеками. Но там всё равно лишь малая толика… Даже в самом полном собрании томов. А простой способ они утратили…

Руфин-Рекс грустно покачал головой и прошептал:

– Боже, Боже, неужели мне это предстоит?

– Что предстоит? – с участием спросила Александра, которой непонятно с чего вдруг стало жаль печального лиса.

– Об этом поговорим позже. Может быть… – Руфин тряхнул головой, словно сбрасывая набежавшее облачко. – А сейчас я хотел рассказать тебе о важном событии, что грядёт совсем скоро.

– Что-то случится?! – всполошилась Саша. – Что-то плохое?

– Напротив. Замечательное. Это Великий Праздник Вершины Лета. На Острове это главное событие – и торжество, и таинство… К нему готовятся все, и загодя. Ведь мы, – лис приосанился, – избранный Остров старых знаний и традиций, хранители…

– Кр-ра!..

Саша даже подскочила от неожиданности.

На низкую ветку над её головой с оглушительным хлопаньем крыльев плюхнулся давешний ворон, Фирмос.

«Исчез-то совсем тихо, – с досадой подумала девочка, – и откуда его принесло?» Ей было обидно, что Руфина прервали на самом интересном месте.

– А вот вы где! – забалаболил прилетевший. – А я-то думаю, и куда это Руфин-Рекс запропастился? И гостью увёл…

Глаз ворона вроде исподволь, но цепко останавливался на Александре.

– А к Фиве я слетал, слета-ал… И ведь носу не высунет, а как все – гда – в курсе… м-да-а…

Ворон чуть приподнял сложенные крылья, и от этого показалось, что птица как бы пожимает плечами. А на Сашу напал неожиданный приступ неудержимого смеха – какой он всё-таки забавный, этот Фирмос! И какой у него обескураженный вид! Ха-ха-ха!.. Ой-ё-ёй!..

Отсмеявшись, и вытирая выступившие слёзы, она сочла нужным всё ж извиниться перед вороном за своё внезапное веселье:

– Вы уж простите меня! Сама не знаю, что это на меня нашло.

– Ничего, бывает, – ответствовал тот, уже благожелательно взглядывая на девочку. – Веселье – не грех… А вы, я смотрю, уже подружились с моим приятелем. Да, Рекс?

– Все в порядке, Фирмос, – кивнул лис, до сих пор хранивший вежливое молчание. – Мы придем к Фиве ко времени. Поговорим.

– А это правильно! Пр-ра-авильно… – зарокотал ворон. – А я уж по делам, по делам… Еще столько всего успеть… Кр-рах!

Он сорвался с ветки и мигом исчез за кронами.

Саша провожала его взглядом, возвращаясь мыслями к беседе, прерванной появлением птицы. Над лесом висело белое облако – кучерявое, как взбитая перина. И девочке вдруг показалось, что оно всё покрыто диковинными письменами, повествующими о судьбах Мира. Только разглядеть их никак не получалось. Сморгнув, она повернулась к лису:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.