Герман Филатов
Духовные. Начало Пути

Пролог

На улице стояла темная безлунная ночь. Без особого интереса наблюдая за своей тенью, однообразно, то увеличивавшейся, то уменьшавшейся по мере приближения к очередному фонарному столбу, в полном одиночестве по испещренной ямами и трещинами дворовой дороге шел мужчина. На вид, если смотреть издалека и не вглядываться, он был ничем не примечателен: среднего роста, одет в черный костюм, светло-серую рубашку, и такого же цвета шерстяное пальто. Такого прохожего можно увидеть в любой день своей жизни и даже не заметить его, словно тот был сделан из стекла, но на деле все оказалось не так просто. Незнакомец не хотел выделяться.

Достигнув поворота, огибающего спортивную площадку и делающего дорогу похожей на бумеранг, мужчина свернул налево и направился вдоль второго дома, стоящего рядом с первым, не переставая размышлять над тем, что он собирался сделать в следующие минуты. Посмотрев на поскрипывающие качели, которые покачивало взад и вперед легким прохладным ветерком, незнакомец перебросил темно-фиолетовый зонт из правой руки в левую, потом наоборот, и спустя десять секунд приблизился к нужной двери.

–А вот и она,– удовлетворенно сам себе прошептал мужчина, при этом, словно Шерлок Холмс, оттопырив широкий шерстяной воротник.

Взойдя по трем невысоким ступенькам, он вошел на лестничную клетку и медленно, ничуть не напрягаясь, поднялся на четвертый этаж, слушая при этом, как легкие шаги упруго отражаются от стен.

–Шестнадцатая,– продолжал шептать мужчина и, оглядевшись, заметил справа нужную темно-синюю металлическую дверь с прилепленным посередине номером квартиры.

Встав напротив нее, мужчина щелкнул средним и большим пальцами правой руки и, став невидимым и неосязаемым, он шагнул вперед. Для него это было так же легко, как обычному человеку сделать глоток воды. Пройдя сквозь дверь, которая теперь не представляла для него препятствия, молодой человек (на вид ему было около двадцати пяти лет) очутился внутри квартиры и вновь щелкнул пальцами, возвращаясь обратно в видимое состояние.

Не издавая ни единого звука, он внимательно и настороженно прислушался. До его ушей донеслись звуки трех мерных дыханий: одно глубокое и спокойное, второе такое же, только немного короче, а третье было тихое, но при этом быстрое и прерывистое, будто его обладатель пытался отдышаться после небольшого забега. Взглянув на свое отражение в зеркале, которое располагалось в раздвижной двери, скрывающей гардероб, мужчина одернул замявшийся подол пиджака и медленно прошел в комнату, из которой доносились услышанные издали дыхания.

Квартирка, в которую он попал, была небольшая, но вполне себе уютная. Бледно серый паркет с черными прожилками, кофейного цвета стены (несмотря на полумрак, превосходное зрение мужчины позволяло разглядеть каждую деталь), и такого же цвета потолок с торчащими из него лампочками.

Несмотря на то, что на улице, где всего дней пять царила весна и все еще было сырое от растаявшего снега, подошвы туфель мужчины после себя не оставляли на полу никаких следов.

Проникнув в комнату, которая оказалась спальней, незнакомец, ничуть не смущаясь, прошел вдоль стены, мимолетом глянув на двуспальную кровать, расположившуюся с правой стороны и прижавшейся к углу комнаты. На ней, накрывшись большим пуховым одеялом, спали молодые мужчина, одетый в черные шорты и серую майку, и женщина, облаченная в синие спортивные трико и зеленую футболку с белой надписью «Милая Злюка». Постояв пару мгновений, незнакомый визитер легонько кивнул, беззвучно отвечая своим мыслям, и подошел ко второй кроватке, которая была раза в три меньше первой, приставленной к той же стене, с летающим у изголовья синим шариком. На ней, завернутый в белую простыню, разрисованную плюшевыми мишками, лежал маленький ребенок, которому от силы было чуть больше недели.

–Игорь,– еле слышно прошептал мужчина, внимательно рассматривая маленькие черты лица младенца.– Хорошее имя.

Оттопырив указательный палец правой руки, он протянул его к лицу мальчика и прикоснулся к месту, находящемуся между носом и верхней губой. Послышалось негромкое шипение, и от кожицы младенца поднялась жиденькая струйка дыма.

Вдруг ребенок раскрыл свои разбавлено-серые глаза и, увидев перед собой мужчину и чувствуя жжение над губой, через несколько секунд громко заплакал, а его голос сопроводил настолько мощный удар грома, что, казалось, в рамах даже затряслись оконные стекла. Мама ребенка почти сразу проснулась, сонно провела по своему лицу ладонью, стряхивая со лба пряди волос, и посмотрела на кроватку сына. Он громко плакал, смешивая свои крики с неимоверным грохотом неба, но рядом с ним уже никого не было, а оставшаяся после прикосновения незнакомца впадинка под губой в форме душки пальца перестала дымить, заживая и белея с каждой секундой.

–Ох,– выдохнула девушка и, нечаянно надавив на лицо своему мужу, который после этого протестующее замычал и повернулся на другой бок, слезла с кровати и взяла кричащего мальчика на руки.– Все хорошо. Тихо, малыш.

Глава первая

Утро добрым не бывает, химия, или как все пошло коту под хвост

1

За окном забрезжил свет, оповещая жителей города о начале нового рабочего дня. Сейчас мы находимся в комнате того самого Игоря, которого пятнадцать лет назад, когда он еще был маленьким и похож на гусеницу, только завернувшуюся в кокон, навестил неизвестный загадочный мужчина. Парень представлял собой абсолютно обыкновенного мальчика. Он не обладал никакими качествами, которые могли бы ярко выделять его среди остальных сверстников: рост невысокий, волосы коротко сострижены и почти выбритыми по бокам, средние черты лица, не слишком крупные, но и не слишком мелкие. Лишь глаза невероятно красивого цвета глаза, на которые почти никто не обращал внимания.

Комната, в которой он жил, была небольшая и такая же обычная, как, собственно, и сам ее хозяин. Недорогой пыльный компьютер, письменный стол, постоянно заваленный всякой всячиной, что было неизменной изюминкой интерьера мальчика, двухъярусная кровать, прилегающая к противоположной от входной двери стене, шведская стенка с турником, в основном служащая элементом декора или вешалкой для мокрого белья. Прикроватные полки так же почти всегда были завалены, что вызывало постоянное раздражение у его мамы, Натальи. Игорь хотел побороть этот беспорядок, действительно хотел, но он каким-то, будто бы волшебным образом появлялся вновь и вновь, и он ничего с этим сделать не мог.

На втором ярусе, чуть ли не под самым потолком, высунув свою черноволосую голову из-под толстого пухового одеяла, засунутого в разрисованную небоскребами наволочку, сопел его младший брат Ефим. Мальчику было восемь лет, но в связи со своим небольшим ростом люди, не знавшие его, давали пареньку не больше пяти. Ефим беспокойно закопошился, ворочая головой и бормоча что-то вроде «Нет, не надо! Отвяжитесь!». Наверно, опять насмотрелся по телику какой-то ерунды перед сном.

Старенький смартфон, покоящийся на двух колонках, стоявших рядом с кроватью и служивших парню вместо прикроватных тумбочек, пронзительно зазвонил, разнося по всей квартире громкую мелодию. Игорь резко сел и торопливо отключил трезвонящий будильник, чтобы музыка не разбудила родителей и его маленькую двухлетнюю сестру, которые спали в соседней комнате. Пытаясь побороть соблазн лечь обратно, парень пару раз тряхнул головой, чтобы прогнать из своей головы остатки сна, но это мало чем помогло. С трудом оторвав зад от кровати, он направился в ванную комнату.

–Ай!– громко прошипел Игорь, сильно ударившись о ножку стула,– Чтоб ты провалился!

Морщась от острой боли, саднящей палец, он доковылял до раковины. Нанеся на потрепанную зубную щетку мятную пасту, Игорь, немного приподняв ногу с ушибленным на ней мизинцем и включив успокаивающую своим монотонным шумом воду, начал медленно чистить зубы, не переставая в мыслях ругать несчастный стул. Он понимал, что мебель была ни в чем не виновата, но люди почему-то всегда стараются спихнуть вину на что-то или кого-то другого, и мальчик не был исключением.

Закончив с утренним туалетом, Игорь отправился на кухню готовить завтрак для себя и брата. Достав колбасу и жесткий, словно охлажденный кусок кирпича, хлеб из холодильника, мальчик развернулся и, не заметив незакрытую кем-то дверцу буфета над столом, сильно треснулся об нее головой.

–Да что же это такое,– потирая набухающую шишку, спросил он сам у себя.

Судя по началу, день предстоял сногсшибательный.

Стругая бутерброды, Игорь заметил, что палка колбасы прилично уменьшилась со вчерашнего вечера. «Странно»,– удивился он, разглядывая ее. Ночью у них в семье есть не принято, но он был готов поклясться, что она изрядно укоротилась. Пожав плечами, он просто забыл об этом после мысли: «Ой, ладно, не знаю».

Доделав завтрак, мальчик налил кипятка в белые кружки и, оставляя чай завариваться, направился будить Ефима. Забравшись по невысокой лестнице на второй ярус, он потеребил младшего брата за плечо и сказал ему подниматься. Ответа не последовало.

–Ефим, живо вставай. В школу опоздаем,– сказал он, еще настойчивее тряся мальчика.

Тот что-то невнятно пробубнил и, отвернувшись, продолжил спать.

Тогда Игорь прибегнул к самому безотказному способу.

–Ефим, вставай быстрее! Компьютер сломался!– почти в самое ухо сказал он брату, вдобавок для верности слегка треснув его по затылку.

–А?! Что?! Как сломался?!– перепугавшись, с осоловевшими глазами подскочил брат, почесывая макушку.

–Ничего. Вставай, говорю, а то в школу сам поедешь,– сказал ему Игорь и, не оборачиваясь, отправился на кухню.

Заправив кровать и потирая сонные глаза, Ефим слез по лестнице на пол, чуть при этом не свалившись с нее из-за одной прокручивающейся по оси ступеньки, и уселся рядом с Игорем, не переставая бормотать что-то себе под нос на счет бестактности брата.

Торопливо проглотив завтрак, они медленно, будто сонные мухи, побросали нужные на этот день учебники в портфели, оделись (в майки и джинсы, так как на улице было все еще тепло) и, как можно тише закрыв за собой железную входную дверь, вышли на улицу. В воздухе чувствовалась свежесть, состоявшая из перемешавшихся запахов мокрого асфальта и сырой земли. Похоже, ночью прошел несильный дождик.

–Эх, зонт, что ли, взять?– вздохнул Игорь, глядя на плывущие вдалеке темные тучи, но возвращаться было уже поздно, время поджимало, поэтому паренек отбросил эту мысль и они продолжили путь.

Подгоняя вечно плетущегося позади брата, который, воображая себя ниндзя, неуклюже прыгал по бордюрам и камням, ребята подошли к общественной остановке. Им повезло, транспорт долго ждать не пришлось. Забравшись в салон подъехавшего через несколько минут автобуса, Игорь, проталкиваясь через толпу раздраженно ворчавших пассажиров, заплатил за проезд. Сняв тяжелый портфель со спины, чтобы не мешать другим людям, Игорь обвел глазами салон. На стенах, рядом с испачканными окнами, висели рекламные объявления, такие как «Мы поможем вам побороть вредные привычки», или «Как противостоять мошенникам». Но мальчику понравилась другая вывеска, изображающая довольного дядю с дипломатом в руках и гласившая: «Легкий способ заработка! Отправляйтесь за границу с минимальной базой знаний и привозите домой зарплату в долларах!». Посмеиваясь над показавшейся ему забавной рекламой, Игорь не заметил, как неосознанно перестал держаться за поручень. Как назло, именно в этот момент автобус резко затормозил и, потеряв равновесие, Игорь полетел в толпу. Пострадавший от его неконтролируемого падения грузный лысый мужчина в кожаной куртке и теперь уже затоптанными потертыми ботинками подхватил парня и толчком поставил обратно на ноги.

–Держаться нужно, молодой человек!– грубым, от утренней неприязни ко всему живому голосом рявкнул он и демонстративно отвернулся в другую сторону, прижимая свой колыхнувшийся живот к поручню.

Проехав несколько остановок, автобус наконец остановился на нужной, и Игорь, почти выбежав из транспорта под руку с Ефимом, с наслаждением вдохнул чистый воздух, насколько это возможно в городе, загрязненном выхлопами автомобильных газов.

Дойдя до пешеходного перехода, они дождались, пока на светофоре загорится шагающий зеленый человечек, и перешли перекресток, как вдруг Игорь услышал громкий оклик своего имени, раздавшийся со стороны дороги. Обернувшись, он увидел, как в их с Ефимом сторону бежит их кузен.

–Здорово, Игорь!– с громким хлопком пожав руку, поздоровался с ними слегка запыхавшийся от бега Сергей.– Здорово, Ефим!

–Доброе утро,– откликнулся младший, после чего опустил взгляд на асфальт и, думая о чем-то своем, перестал обращать внимание на старших братьев.

–Как дела?– обращаясь к Игорю, спросил его кузен.

–Нормально. Море неинтересных домашних заданий, все как обычно. Ты как?

Сергей был спортсменом в области драк, так что оставшуюся часть пути они с Ефимом слушали рассказы о его тренировках и последних подвигах.

Школа, в которой ребята учились, представляла собой трехэтажное здание, по форме напоминающее букву «Н». Левая сторона – младший блок, правая – старший, середина – холл, в котором располагались столовая и раздевалки. Зайдя внутрь и подставив карточку-пропуск к магнитному замку, они прошли через турникеты и попали в холл. Ефим помахал братьям на прощание и, не сказав ни слова, быстрым шагом пошел к своему классу, а Игорь в компании не умолкавшего ни на мгновение Сергея направился к раздевалке средней и старшей школы.

–Я уже начал понемногу выдыхаться,– переобувая испачканную осенним дождем обувь в сменную, продолжал вещать кузен. По изменившейся интонации Игорь догадался, что история подходит к заключению.– Этот бугай был на две головы выше меня, представляешь? Я думал, что мне конец, но тут он раскрылся и я ему сразу в челюсть, да так, что этот увалень грохнулся на пол, и бой остановил судья. А мне первое место присудили, и через месяц я в Санкт-Петербург на сборы поеду,– раздувшись от гордости, закончил свое чревовещание брат.

–Ну, молодец. Поздравляю,– улыбнувшись и похлопав Сергея по плечу, ответил Игорь.– Что у тебя сейчас, кстати?

–У меня математика. А у тебя?– спросил в ответ брат, продолжая улыбаться и наверняка одновременно вспоминая момент своей недавней победы.

–Химия,– Игорь состроил кислую мину.

Самый сложный, запутанный, непонятный, будто созданный для пыток непослушных детей, предмет. По крайней мере, по мнению Игоря. Сколько мальчик не пытался в нем разобраться, все было без толку, хоть головой о стенку бейся. Все эти черточки и циферки просто не укладывались в голове подростка, смешиваясь друг с другом и, в итоге, превращаясь в полнейшую белиберду. Конечно, нельзя было сказать, что в остальных предметах он очень уж преуспевал. Оценки средние, да и знания, по правде сказать, тоже. Единственное, что он действительно любил, так это литературу. Она была тем самым предметом, с которым он общался на «ты». Но на уроках ему все равно было скучно, ведь никто из класса практически ей не увлекался, поэтому парень в основном шел по своей собственной «программе».

Ответ брата прервал оглушающий звонок, оповещающий учеников и учителей о начале первого занятия, и Игорь, распрощавшись с Сергеем, которому нужно было идти в младший блок, отправился на урок. Поднявшись на третий этаж, парень, постоянно поправляя соскальзывающую лямку рюкзака на правом плече, свернул направо и, пройдя в узкий коридор, слева от себя увидел толпу одноклассников, по очереди входящих в кабинет «319». Вздохнув, Игорь подошел к двери и вошел в класс. Не замедляя шага он, шаркая подошвой кроссовок о пол, прошел в конец класса и уселся на последнюю парту третьего ряда – самое удаленно место от учительского стола.

Аудитория представлял собой классический кабинет химии. Таблица Менделеева на всю стену, пыльный, почти никогда не открываемый шкаф, забитый всякими разными штуковинами, предназначенными для непонятных измерений, и другие химические атрибуты. Постукивая ногой по полу, застеленному грязно-серым линолеумом, Игорь облокотился на спинку деревянного стула и приготовился к очередному сорока минутному скучному уроку.

Этим утром соседа по парте у него не оказалось, все уже расселись по своим местам, так что все занятие ему предстояло сидеть в одиночестве. Да его это и не сильно расстроило, по правде сказать. Единственным человеком, кроме, разумеется, родни, с которым Игорь общался, была Карина – лучшая и единственная его подруга. Но она, к его огромному сожалению, училась в параллельном классе, поэтому в школе они виделись только на переменах. Подумав о подруге, Игорь непроизвольно улыбнулся, вспоминая забавный случай, произошедший вчера, когда они были у него дома, и даже на мгновение забыл о предстоящем уроке, но через несколько секунд улыбка на его лице померкла. Он вспомнил, что сегодня она на учебу не придет из-за похода к врачу и встретит его только после занятий. День стал еще хуже.

2

Послышался хлопок закрываемой двери, вырвавший Игоря из его мыслей. Подняв взгляд от своих, сложенных в форме двускатной крыши домика, пальцев, Игорь увидел идущую к своему столу уверенным размашистым шагом, в любимых, никогда не снимаемых туфлях, свою учительницу химии, Евангелину Геворговну. Да, имя у нее необычное. Первое время ученики называли ее «Енаглевина Героговна», чем сильно раздражали своего преподавателя. Игорь же так и не научился выговаривать это имя и, чтобы не коверкать его, называл женщину миссис Ева.

Она была женщиной среднего возраста, невысокого роста и тощего телосложения, в общем, средняя во всем. За спиной ее в шутку называли «Половина Менделеева». Изрядно поседевшие, прямые, словно солома, секущиеся волосы миссис Ева постоянно закрашивала черной краской и собирала на затылке в ровный куль. Одевалась она всегда опрятно, в безукоризненно выглаженную рубашку, серые брюки с ярко выделяющимися стрелками, и черный клетчатый пиджак.

Отодвинув стул, царапающий поверхность линолеума своими ножками, женщина уселась за стол и раскрыла перед собой журнал класса. Оглядев своим хищным, словно у голодной акулы, прищуренным взглядом аудиторию, она отметила отсутствующих.

–Так,– раздался на весь класс ее спокойный, но громкий и отчетливый голос.– Записываем тему урока,– выйдя к доске, миссис Ева взяла самый длинный кусочек мела из имевшихся и, отвратительно карябая им по поверхности доски, начала писать и одновременно медленно диктовать,– решение задач на энергетику и скорость химических реакций.

Закончив, она поставила жирную точку и вернулась обратно на свое место. Игорь лихорадочно листал тетрадь, пытаясь запомнить хоть что-нибудь. Судя по началу дня, он чувствовал, что ее палец ткнет именно на его имя в журнале. И ожидания не подвели.

–Ну что, Соловин,– улыбнувшись кривоватой издевательской улыбкой и поправив на своей переносице очки в пластмассовой фиолетовой оправе, не разочаровала учительница.– Вперед к доске.

Встав с места, паренек неторопливо пошел в другой конец класса. В спину впивались смеющиеся взгляды одноклассников. Взяв мел со специальной поставки, он начал записывать условия задачи.

–Определите, как изменится скорость некоторой реакции, если повысить температуру от 10 до 20 градусов Цельсия,– уверенная в скором фиаско парня, тягуче, словно общаясь с умственно неполноценным ребенком, диктовала учительница.

Игорь, законспектировав условие, отошел на шаг от доски и несколько раз перечитал текст, уже понимая, что понятия не имеет, как это решается. Игнорируя насмешливый взгляд миссис Евы, он перебирал в пальцах кусочек мела, и ему ничего не оставалось, как просто угрюмо молчать.

–Ты будешь что-нибудь делать, или нет?– спросила она через минуту у беспомощного, словно котенок перед огромной собакой, Игоря.

Парень будто и вовсе не слышал учительницу, выставляющую его перед всем классом на посмешище.

–Игорь!– несколько раз щелкнув пальцами, крикнула она.– Ты там уснул, мистер?

В классе послышались смешки, которые Игорь, резко обернувшись, прервал своим гневным взглядом из разряда «тебе не жить».

–Нет,– почти прорычал он в ответ.– Я не знаю.

–Ладно,– прочистив горло и заерзав на стуле от столь неожиданной реакции ученика, сказала миссис Ева.– Тогда объясни мне, что же такое промоторы и ингибиторы?

Игорь вспомнил, что что-то такое в его записях было, и он учил это. Но сейчас, в стрессовой ситуации у него все знания вылетели из головы, словно кто-то специально их оттуда вытащил. В состояниях, подобных этому, его чувства обострялись, и мальчику казалось, что в такие моменты он может поймать летящую муху. Все вокруг него будто замедлялось и секунды тянулись со скоростью минуты. К тому же, у него вконец пропало настроение отвечать, поэтому он просто отрицательно мотнул головой.

–Тогда садись, сладкий. Плохо,– сказала миссис Ева, старательно и с чувством выполненного долга выводя аккуратную на своем листочке рядом с его именем жирный красный «Неуд».

Отряхнув руки от практически неиспользованного по назначению мела и смерившись с сегодняшним выговором от мамы, Игорь вернулся за свою парту. С раздражением убрав химию со стола и шепча под нос что-то на подобие: «В конце года я ее в мусорное ведро выкину»,– он достал увесистую книгу Булгакова «Мастер и Маргарита», раскрыл ее на том месте, где остановился вчера, и на оставшееся время урока, не обращая внимания на скучную болтовню миссис Евы, погрузился в роман.

В последнее время Игорь старался читать только классику. Он считал, что наступила пора перейти к более серьезной литературе и постепенно отвыкать от всяких фантастических сказок, которые он так любил. Перестать фантазировать. Стать взрослым. Ведь жизнь – это не сказка, в ней не бывает чудес и магии. Как же он в этот момент ошибался!

3

Дойдя до места, где Иешуа Га-Ноцри предстал на суд перед Понтием Пилатом, прозвонил спасительный звонок. Довольно вздохнув и убрав книгу в сумку, Игорь самый первый вылетел из кабинета, даже не попрощавшись с Еванргелиной Геворговной.

Воткнув в уши свои белые наушники, он нажал на кнопку «плей», но вместо музыки включилась реклама какой-то кухонной утвари, которая его буквально преследовала последний месяц. Парень тихо бесился, пока в динамиках говорил голос диктора, но наконец-то реклама закончилась, и Игорь, сделав свой любимый трек Дрейка на максимум, чтобы заглушить гомон учеников, отправился на прогулку по коридорам школы. Чуть пританцовывая кистями рук и проходя мимо висящих на стене вывесок, сообщающих о последних школьных конкурсах и их призерах, он случайно заметил фотографию Карины, которая держала диплом третьего места по физике. «Точно,– подумал парень,– она же в июле ходила на какие-то соревнования среди умников».

Спустившись на второй этаж, Игорь решил зайти в уборную и вымыть руки от остатков мела, невидимых, но раздражающе сушивших кожу. Он пересек длинный коридор и, взявшись за ручку, открыл дверь. Тут его ждал еще один неприятный сюрприз, стоящий в списке неприятностей, запланированных для него судьбой на этот день.

Туалет представлял собой две комнаты, разделенные проходом без двери. В одной части, в которую зашел Игорь, стояли умывальники, а в другой находились туалетные кабинки.

Рядом с проходом стоял, словно громила-охранник перед входом в дорогой ресторан, самый крупный из всех учеников, которых когда-либо встречал Игорь за свою жизнь, человек-переросток по имени Сава. Он был высоким, толстым, со спутанными засаленными черными волосами, слегка смугловатой кожей, и напоминал Игорю хряка в самом расцвете сил. Одет Сава был в брюки и расстегнутую до самой груди простую белую рубашку с закатанными рукавами, на которой местами были видны темные пятна от проступившего через поры пота. На правой руке он носил здоровые серебряные часы с золотыми стрелками, а на шее свисала толстая серебряная цепь, немного скрываемая густыми волосами. Но паренька расстроил вовсе не он, а тот, кто, почти на девяносто девять процентов, сейчас находится во второй комнате.

–Игорь!– хрюкнул своим неприятным голосом Сава и обернулся.– Смотрите кто здесь, ребята!

Подскочив к застывшему от неожиданности гостю, здоровяк затащил его в туалет, захлопнул дверь, и отволок в соседнюю комнату.

Оказавшись во второй половине помещения, он сразу же понял, что прервал избиение. В углу на корточках сидел мальчик, лет на пять младше него. Он зажимал трясущейся от испуга рукой разбитый нос, пытаясь остановить кровь, капающую на пол, словно вода из неисправного крана, а рядом с ним, потирая красные от удара костяшки кулака, ухмыляясь, стоял рыжеволосый, разодетый в дорогущие «Гуччи» и тому подобные «…-уччи» одежды по последнему писку моды, Йэн. Игорь терпеть не мог этих двоих недоумков, но они были всего лишь прихвостнями того, кого он считал своим врагом и ненавидел больше, чем его подручных вместе взятых раз в десять.

–Кто это тут такой?– отстранившись от стенки кабинки, издевательски спросил вместо приветствия, славившийся своей заносчивостью и высокомерием, Стефан.– А где же твой защитничек? Неужели ты решил, что если мы тебя так долго не трогали, то я забыл про тебя и он больше не нужен?

Сжав в немом бешенстве кулаки, Игорь, не удостоив неприятеля ответом, прожигал взглядом его лоб.

–А мы тут как раз заканчиваем,– не прекращая болтать, продолжил паренек, указав на избитого мальчугана.

–Вы только и можете, что колотить маленьких и тех, кто не может за себя постоять,– через силу сквозь зубы выдавил Игорь.

–Он не выказал нам должного уважения,– полностью уверенный в справедливости своих слов, ответил собеседнику Стефан.– И ты тоже.

Подойдя к Игорю, он резко бросил свой кулак вперед и угодил мальчику прямо в солнечное сплетение. Удар у него был не очень сильным, поэтому мальчик оправился довольно быстро и бросился на ухмыляющегося Вову. Тот попятился назад и Игорь, к своему огромному сожалению, не успел до него добраться. Сзади его схватил Сава, а через пару секунд к нему на подмогу подоспел Йэн.

–Ты трус,– бросил он брыкающемуся Игорю, пижонски, словно злодей из кино, отряхнув лацканы своего черного пиджака.

–А ты очень смелый,– ответил ему мальчик.– Толпой избиваете одиночек. Просто верх крутости.

Он хотел еще что-то сказать, но его прервал повторный удар, который на этот раз вышел сильнее, чем предыдущий. К тому же он не успел приготовиться и не напряг мышцы живота. Игорь, задыхаясь и кашляя, осел на пол. Тут Стефан махнул рукой, и его друзья отпустили свою «боксерскую грушу».

–Хватит пока с него на сегодня. До скорых встреч, парень,– потрепав волосы собеседнику, попрощался он и вышел из уборной под громкий хохот своих подручных.

Немного отдышавшись, Игорь поднялся на ноги и подошел к забившемуся в угол пареньку.

–Ты как? Как тебя зовут?

Тот поднял голову, не переставая при этом зажимать разбитый нос.

–Ким,– сквозь всхлип ответил мальчик.

–Пошли, Ким,– подняв его под локоть и прижимая ладонь свободной руки к ноющей от удара грудной клетке, сказал Игорь.– Тебе нужно в медпункт. Кровь еще идет.

4

Спустя пять уроков на всю школу прозвенел долгожданный звонок, оповещая конец учебного дня у учеников первой смены. Игорь спустился со второго этажа после истории России, где им весь урок рассказывали о внутренней политике Александра I, и, выйдя в холл, чувствовал себя муравьем в неугомонном муравейнике. Большой поток учеников, громко и весело болтая, повалил на улицу, а шедшие им навстречу дети, у которых занятия только должны были начаться, завистливо хмурились, глядя на их довольные лица. Игорь, забрав вещи из раздевалки, торопливо переобулся и, стараясь как можно скорее выбраться из школы, пробился через толпу и с облегчением выскочил на улицу.

«Похоже, весь оставшийся день будет пасмурным»,– подумал Игорь, подняв глаза на хмурое грузное небо, затянувшееся, пока он пребывал на занятиях, темными (которым не было видно ни конца, ни края) тучами. «И как я умудрился забыть зонт? Надеюсь, успею добраться домой до начала дождя». Как только он подумал об этом, по его затылку что-то легонько стукнуло. Вытянув руку вперед, он увидел капельки воды, стекающие по его коже и падающие на асфальт. Вздохнув и ругая себя, что мол, он сам навлек осадки, парень вдруг услышал долгожданный голос и сразу же забыл о своем недовольстве.

–Игорь! Привет!– стоя у центрального входа на территорию школы и привлекая к себе внимание, ему махала рукой красивая девушка с фотографии, висящей на стене школы, которую Игорь разглядывал после химии.

Сердечный ритм резко участился, сердце с каждой секундой ударялось о ребра все сильнее и быстрее. Желудок будто скрутили в узел и насовали в него живых склизких угрей, без остановки елозивших и выкручивающихся в спирали. И так было всегда. Как только Игорь видел Карину, ноги его начинали пухнуть, а внутри творилось невесть что, будто там топтался табун лошадей.

–Привет,– приблизившись к подруге, поздоровался Игорь.– Как дела?

–Хорошо, врача на удивление быстро прошла,– улыбнулась она.

Повернув направо, друзья неспешно пошли в сторону перекрестка. Игорь слушал отчетливый такт шагов подруги, думая, с чего бы начать разговор.

–А ты как провел свой день?– опередив друга, спросила Карина.

С каждым шагом ее длинные, немного завивающиеся белокурые волосы, рассыпанные по спине, слегка пружинили. Они были уже чуть намокшими от дождя, но девушка этого будто и не замечала. Сказать, что она красивая, ничего не сказать. Невысокий рост, телосложение не хрупкое, но и не коренастое. Кожа такая белоснежная, что Игорь удивлялся, как солнечные лучи не оставляют на ней ожоги. В честь ее светлости парень иногда называл подругу «Белоснежкой». Одета она была в светло-синие, с хаотично расположенными белыми пятнышками, джинсы и легкое бежевое приталенное пальто. Сжимая своими тонкими, слегка длинноватыми, пальцами сумку, она смотрела на Игоря, дожидаясь ответа на заданный вопрос.

–Да так, нормально,– ответил он, опустив взгляд и пнув попавшийся под ногу небольшой, размером с грецкий орех камушек.

–Ну, рассказывай. Я же вижу, что что-то случилось,– дружески пихнув его в плечо, подталкивала к ответу девушка.

–Ничего нового,– нехотя все же ответил Игорь.– Проблемы с химией. Да еще этот…

Он резко прервался. Парню не хотелось рассказывать о том, что его так позорно отметелили в уборной.

–Кто?

–Да еще эта миссис Ева,– удачно перекинув незаконченное о Стефане предложение на учительницу, продолжил Игорь.– Она прямо издевается надо мной! Половина класса находиться абсолютно на таком же уровне знаний, как и я, но пристает она почему-то только ко мне. И что я ей такого сделал?– спросил он скорее у себя, чем у подруги.

–У меня по химии все хорошо. Если хочешь, могу с тобой позаниматься,– улыбнувшись, предложила Карина.

–У тебя со всем хорошо,– Игорь хмыкнул.– Не знаю,– пожал плечами,– попробовать можно, конечно, но мне кажется, что это будет пустой тратой времени.

–А ты у нас так занят целыми днями,– улыбнулась в ответ девушка, заправив выбившийся из ровного потока локон светлых волос за правое ухо.

–Ну, ладно,– уступил подруге Игорь, соглашаясь скорее из-за того, чтобы не обидеть ее.

Дождь постепенно усиливался. Капли воды, становясь больше и увесистее, падали на асфальт и дорогу, постепенно сформировываясь сначала в тоненькие, а затем постепенно расширяющиеся ручейки, стекающие в вырезанные рядом с бордюрами водостоки.

Пройдя небольшой, стоящий рядом с дорогой ларек, на витрине которого были видны модные журналы, свежие газеты и поздравительные открытки типа желтенькой «С днем варенья!» и нарисованной рядом с надписью обвязанной бантиком баночкой, они оказались рядом с дорогой перед перекрестком. Остановившись, они принялись дожидаться, когда на светофоре загорится зеленая лампочка. Нервно топчась на месте сам не понимая из-за чего, парень обернулся назад и увидел Стефана, стоящего неподалеку рядом с входом в продуктовый магазин «Красная Тележка». Он с явным интересом наблюдал за ними и, заметив, что Игорь смотрит на него, хищно улыбнулся и помахал ему рукой. Тут мальчик почувствовал в себе такую ярость, словно стал быком, перед которым вместо недруга, науськивая и провоцируя напасть, трясли куском красной ткани.

–Зеленый загорелся, пошли,– сказала Карина, потянув его за собой.

Нехотя он двинулся за подругой. Парню казалось, что из его ноздрей и ушей валит пар, совсем как в детских мультиках. Рядом с ним его подхалимов не было, быть может, они ушли в магазин или еще куда, и Игорь даже подумал воспользоваться этим и вернуться. Он, неосознанно остановившись прямо посреди дороги, представил, как подходит к нему и устраивает Стефану достойную трепку, отвечая за свое унижение и унижение десятилетнего мальчика Кима в уборной школы. Игорь уже собирался исполнить свои намерения, но не успел. Этот момент он будет помнить на протяжении всей своей жизни, как скалы хранят на своей твердой коже тысячелетние рисунки первых людей.

На всю улицу в унисон раздались гудки машин, и через весь этот шум Игорь услышал громкий рев двигателя и заглушающий его пронзительный визг шин. Повернув голову к источнику звука, он увидел несущийся в их сторону на полной скорости внедорожник, над которым водитель явно потерял управление. Дорога была сырая от дождя, зад автомобиля вилял, и стало понятно, что остановиться он не успеет даже при всем желании своего водителя, испуганно вжавшегося в светлое кожаное сиденье и судорожно стиснувшего руль.

Игорь испугался так, что и описать нельзя, но именно этот самый испуг и спас жизнь ему и его подруге, застывшей рядом. Неуправляемый внедорожник вдруг остановился. Точнее, так поначалу показалось. Оглянувшись на подругу, Игорь увидел перекошенное от ужаса лицо Карины, но оно было абсолютно недвижимо, словно девушка в один миг стала героиней фильма ужасов, который в момент нападения ужасного монстра поставили на паузу. Она не отводила взгляда от автомобиля, мальчику казалось, что он видит не свою подругу, а ее подобие, умело вылепленную восковую скульптуру, выставленную в музее современных искусств.

Обернувшись обратно к автомобилю, Игорь заметил, что он уже на метр ближе, чем был, и догадался, что внедорожник не остановился, а просто замедлился. Действительно, все было как в замедленной съемке. Капли дождя неторопливо падали на землю; мальчик мог без труда щелкнуть пальцем любую из них. Хмурое небо озарила молния, пронзающая, словно зубочистка сыр, темные тучи.

Автомобиль же не прекращал свое неизменное приближение. Оно было медленным, но верным и неминуемым. Игорь, почему то способный двигаться с обычной скоростью, в этот момент мог просто схватить подругу и отойти вместе с ней в сторону и дать машине промчаться мимо, но он этого не сделал. Мозг будто отключился, словно кто-то перевел его тело в режим автопилота; он не отдавал себе отчета в своих дальнейших действиях.

Выпрямив руки, но оставив небольшой сгиб в локтях, и чувствуя нарастающую в желудке тошноту, волнами подкатывающую к горлу, Игорь выставил их перед собой, будто собираясь оттолкнуть надвигающуюся машину. Вдруг из его ладоней вырвалась белая полупрозрачная дымка, какая валит из носика закипающего чайника, и она сделала между ним и машиной что-то наподобие очень тонкой стены. Через секунду внедорожник врезался в странный щит, и от эпицентра удара прошлась звуковая волна чудовищной силы, словно от бомбы, возвращая парня к нормальному течению времени. Игорь от удара чуть не сломался напополам, по его телу прошелся такой импульс, что под его ногами даже треснул асфальт.

Через пару секунд после столкновения давление пропало, дымка мгновенно рассеялась, и обессиленные, пронизываемые немеющими покалывающими волнами руки Игоря мокрыми тряпочками повисли вдоль туловища. Капота у машины почти не осталось, водитель, худой темноволосый мужчина, тихо кряхтел. Его голова, подбородком касаясь груди, повисла, а по лбу стекала красная струйка, словно кто-то брызнул ему в лицо кетчупом. Видимо, ударился о руль и, если бы не ремень безопасности, то непременно вылетел бы в лобовое стекло.

Посмотрев на Карину, Игорь увидел, что девушка, похоже, не в полной мере осознает, что происходит вокруг. По ее щекам, будто слезы, смазывая туш, стекали дождинки, и она неотрывно смотрела на Игоря. Парень же, пребывая в шоковом состоянии, выбрался из проделанных его ступнями неглубоких ям в асфальте и, не сказав подруге ни слова, побежал прочь.

Не заметив, как добрался до дома, парень буквально взлетел по ступеням на свой этаж. Сходя с ума от творившегося в голове бардака, он, кое-как справляясь со своими трясущимися руками, вытащил из заднего кармана портфеля ключи и, отворив дверь, ввалился в квартиру.

–Привет, сынок. Как дела? Обедать будешь?– улыбаясь, спросила его мягким голосом мама, выйдя с кухни и вытирая о яркое розовое махровое полотенце свои мокрые руки.

Игорь, сбросив с промокших ног обувь, поздоровался в ответ, но вопросы проигнорировал.

–С тобой все хорошо?– нахмурившись, спросила Наталья, заметив его странное поведение.

–Да, просто очень устал,– еле ворочая языком, ответил Игорь.

–Это от чего, интересно?– спросила она, обеспокоенно приподняв бровь.

–Сегодня был очень сложный норматив по физкультуре,– соврал он на ходу.

Зайдя в комнату, Игорь закрыл за собой дверь, и тут на него навалилась вся накопившаяся усталость, словно кто-то разом положил ему на плечи пять полных пачек с цементом. Так как тогда он не был истощен ни разу. Потратив последние капли сил на то, чтобы переодеться в домашнюю одежду, Игорь бросился на кровать и уснул сном шахтера, который двое суток без остановки махал киркой в угледобывающей шахте.

Глава вторая

Чему нас учат шахматы?

1

На следующее утро Игоря разбудила ужасающая боль в мышцах и жажда, сжимающая его горло огненными сушащими клещами. Кое-как отлепив свое помятое, в красных полосах и затекшее лицо от подушки, Игорь поднялся на подгибающиеся в коленях ноги и буквально ползком добрался до кухни. Набрав в прозрачный стакан воды, который в этот момент был для него не легче тридцатикилограммовой гири, с которыми он иногда занимался в спортивном зале школы на уроках физкультуры, парень за два глотка полностью его осушил, но сухость в горле до конца не исчезла. Он набрал и осушил еще несколько станов, пока раздувшийся до предела живот не заставил его остановиться.

Убрав посуду обратно в кухонный шкаф, расположенный над раковиной, Игорь собирался вернуться к себе, в манящую своей мягкостью кровать, но тут из родительской комнаты вышла, держа на руках его сестру, Наталья и остановила его.

–Время уже восемь часов вечера,– сказала она.– Ты ужинать собираешься?

Аппетита у Игоря совершенно не было, но ему пришлось согласиться, чтобы не навлечь на себя ненужные вопросы. Отпустив с рук Лизу, которая сразу же метнулась к Ефиму, играющему в какую-то компьютерную игру, мама что-то положила ему на тарелку и отправила все это разогреваться в микроволновую печь.

–Мы завтра утром уезжаем в загородный дом до воскресенья. Ты приедешь вечером?

–Нет,– усевшись за обеденный стол, ответил Игорь.– Мы с Кариной договорились на этих выходных позаниматься химией. Ты же не против?

–Нет,– удивленно вскинув брови, отрицательно мотнула головой Наталья.– Я очень даже согласна. Давно пора, кстати.

Ее прервал настойчивый трезвон. Открыв дверцу, мама парня вытащила из печи тарелку с дымящимися макаронами, перемешанными с тушеным мясом, и поставила ее на стол перед сыном.

–Да отстань ты!– вдруг донесся из комнаты возмущенный возглас Ефима.

Лиза, издевательски улыбаясь, занималась своим самым любимым делом, которое состояло в том, чтобы незаметно подкрасться к брату и ударить всей пятерней по клавиатуре его компьютера, тем самым мешая ему играть. Главное в этом развлечении было вовремя увернуться от летящих рук мальчика.

Подхватив дочь на руки, Наталья вернулась обратно в спальню. Игорь же, не двигаясь, гипнотизировал взглядом свою вермишель. Тяжело вздохнув, он намотал спагетти на вилку и поднес ко рту. Но как только он почувствовал запах пищи, изнутри его как будто кто-то вывернул. Вернув моток спагетти обратно в тарелку, парень поднялся из-за стола и как можно тише подкрался к родительской двери.

Заглянув в комнату, он увидел отца, заткнувшего уши наушниками и смотрящего какие-то юмористические видео в телефоне, и Наталью, играющую с дочерью в куклы.

Вернувшись к столу Игорь, пытаясь заглушить совесть, взял тарелку и, открыв окно, вывалил ее содержимое наружу. Успокаивая себя мыслью, что он хотя бы обеспечил на сегодня какое-нибудь голодное животное прекрасным ужином, Игорь поставил тарелку в раковину и, пройдя мимо погруженного в виртуальную реальность Ефима, вернулся обратно в кровать. Когда голова парня коснулась подушки, Игорь сразу же провалился в глубокие недра сна.

2

От боли в мышцах осталась лишь чудовищная усталость. Поднявшись, как обычно в течение всего учебного года по звону будильника, Игорь почистил зубы. Есть ему так и не захотелось, поэтому парень, даже не позавтракав, побросал в портфель первые, попавшиеся под руку, учебники и, одевшись, вышел на улицу.

Хоть и было только половина восьмого утра, солнце уже начало припекать. День, по сравнению с предыдущим, обещал быть жарким. Сделав несколько шагов от подъезда, Игорь понял, что идти в школу, особенно в такую погоду, сил у него просто нет, да и разговаривать с Кариной он был еще не готов. Тут у него в голове возник план прогула, и едва не дойдя до детской площадки, находящейся слева от входа на его лестничную клетку, Игорь повернул направо и пошел в противоположную школе сторону.

Неподалеку по правую сторону от его дома находилось, испещренное бороздами и ямами, обнесенное сеткой футбольное поле, а рядом с ним расположилась вторая детская игровая площадка, раза в два меньше той, к которой Игорь шел первоначально. Доковыляв до нее, паренек, идеально скрываясь под тенью дерева от солнечных лучей, уселся на потертые качели. Поглядывая то на дверь дома, чтобы не пропустить выход семьи, то на погнутую раму ворот, разукрашенную, подобно зебре, в зелено-желтую полоску, он, на более светлую и ясную голову начал обдумывать вчерашнее происшествие.

Первое, что пришло ему на ум, это то, что ни в коем случае нельзя никому рассказывать о случившемся. Если он подойдет к родителям и расскажет, что остановил несущийся на полной скорости внедорожник белой дымкой, вылезшей из его ладоней…

Тогда за ним приедут дяденьки в белых халатах, наденут на мальчика смирительную рубашку и отвезут в клинику, в которой живут такие же сумасшедшие, водящие дружбу с Микки Маусом и Наполеоном. Представив такую ситуацию, Игорь ухмыльнулся. Но тут в его голову посетила мысль, которая пришла бы к абсолютно любому человеку. «Может, у меня и правда крыша поехала? Может, наоборот лучше все рассказать, и тогда мне помогут?».

Игорь как будто попал в роман Булгакова. Подумав об этом, он увидел забавное совпадение.

–Да я сейчас в точности как поэт Бездомный.

Дело в том, что по сюжету книги некий поэт, по кличке Бездомный, попав в психиатрическую больницу, начал рассказывать врачам, что он общался со странным гражданином, который лично видел прокуратора иудеи Понтия Пилата, скончавшегося около двух тысяч лет назад, и завтракал в конце 18 века вместе с Кантом, известным немецким философом. В конечном итоге ему поставили диагноз шизофрения. Подобного для себя Игорь не хотел, поэтому взял с себя слово, что будет молчать. Хотя бы первое время. Нужно для начала разобраться, галлюцинации это были или нет. Но только как?

Послышался удар захлопывающейся двери. Из дома вышли родители с Ефимом и Лизой. Отец, бросив сумки в багажник, уселся на водительское место. До ушей Игоря донесся приглушенный расстоянием звук мотора. Наталья усадила дочку в детское кресло. С другой стороны на заднее сиденье влез Ефим, и когда мать, наконец, заняла свое место, автомобиль тронулся и, выехав с территории двора, скрылся за поворотом.

Подождав еще минут двадцать с целью убедиться, что они ничего не забыли и не вернуться обратно, Игорь ретировался домой и улегся в ванну. Набрав горячей воды, он разминал стонущие мышцы, не переставая думать об аварии. Искупавшись, мальчик насухо вытерся полотенцем и выпил несколько таблеток обезболивающего. Посмотрев телефон, который все это время лежал дома в беззвучным режиме (Игорь, уходя, забыл его взять), он увидел девять пропущенных вызовов от Карины. «Нужно будет спросить у нее завтра, что она видела, только как можно аккуратнее»,– подумал парень. Перезванивать подруге не хотелось, и Игорь, тяжело вздохнув, положил телефон вниз стеклом обратно на стол.

Чтобы хоть немного отвлечься и убить свободное время (которого у него сегодня было целый вагон) Игорь, со странным чувством того, что за ним кто-то наблюдает, сделал себе чашку кофе, разбавил его молоком, и отправился к компьютеру смотреть какое-нибудь кино.

3

Подскочив от громкого неожиданного звука клаксона автомобиля Игорь, посмотрев в грязное окно, увидел две длинные цепочки машин, тянувшиеся с обеих сторон от автобуса, в котором сидел парень. Пробка была просто ужасной. За последние шесть минут они продвинулись всего лишь на двадцать метров!

Пассажиры автобуса начинали нервно ерзать на сиденьях, раздраженно переговариваясь друг с другом и недовольно бурча что-то себе под нос.

–Интересно,– услышал Игорь двух женщин преклонного возраста, сложивших у своих ног пару огромных черных, в белую клетку, сумок.– Что там произошло?

–Может, авария?– пожала плечами ее собеседница, промокнув при этом бирюзовым платком свой потный блестящий лоб.

Знали бы эти две женщины, что пробка спровоцирована тем, кто сидит в метре от них. Кое-как доехав до ближайшей остановки, все пассажиры, решив, что пешком они смогут добраться быстрее, хлынули наружу и разошлись кто куда. Игорь решил последовать их примеру.

К счастью, до школы было не далеко. Без конца поглядывая на свои наручные часы, Игорь торопливо шагал вдоль дороги.

Дойдя до того самого перекрестка, на котором произошла авария, парень в ступоре остановился. Чуть дальше того места, на котором вчера стояли Игорь и Карина, в асфальте, огражденная лентой, зияла большая дыра. Подойдя ближе, парень увидел валяющиеся у обочины дороги куски битого стекла. Рядом с неработающим и изогнувшимся дугой светофором валялась фара. Насколько парень помнил, он остановил внедорожник прямо на дороге и автомобиль не врезался в столб, который еще вчера был вполне сносном состоянии. Начиная все больше верить в свое сумасшествие, Игорь перешел дорогу и, пытаясь хоть немного привести в порядок мысли, которые были в тот момент, словно хлопья снега, хаотично витающего в растрясенном рождественском стеклянном шаре, потопал в сторону школы.

4

Совсем позабыв переобуться, Игорь вышел из холла и посмотрел расписание уроков. У Карины должна была быть биология на втором этаже, а у него физика на первом. «Если вдруг произошедшее вчера все же галлюцинация, то нельзя позволить, чтобы она догадалась. Попробую начать издалека»,– размышлял Игорь, пытаясь до встречи с подругой составить примерный сценарий разговора. Поднявшись на нужный этаж, повернув направо и пройдя в рекреацию, он увидел Карину, упиравшуюся на подоконник окна напротив кабинета, в котором у нее должно было быть занятие.

Карина держала в руках книгу Джейн Остин в красном, с золотыми буквами переплете, но было видно, что она лишь делает вид, что читает. Взгляд ее был устремлен сквозь страницы, словно книга была прозрачной и она что-то разглядывала на полу через нее. Нервно топая ногой, девушка в мыслях явно была где-то далеко от школы.

Подойдя к подруге, он немного охрипшим голосом просто сказал:

–Доброе утро.

Вздрогнув от неожиданности, Карина чуть не выронила книгу. Подняв глаза на друга, она отбросила произведение, глухо шлепнувшееся на гладь подоконника, и подскочила к Игорю.

–Доброе утро?! Какого лешего?! Ты где был?!– срывающимся голосом, еле сдерживая крик, спросила его девушка.

–А что, собственно, произошло?– почесав кончик носа и пытаясь выглядеть как можно непринужденнее, ответил вопросом на вопрос парень, едва не добавив «по-твоему», но вовремя одумался.

–Ты что, шутишь надо мной?!– изумленно, даже немного опешив от такого неожиданного вопроса, вытаращила глаза Карина. И тут она, глубоко и быстро вздохнув, выпалила.– Вчера мы шли заниматься химией ко мне домой! В то время, когда мы переходили дорогу, большой внедорожник, летя на полной скорости, попытался объехать яму, но не справился с управлением и понесся прямо в нас! Ты меня оттолкнул, но сам до конца не успел увернуться, и автомобиль тебя зацепил, после чего врезался в светофор, а ты упал на асфальт. Все произошло так быстро, я и опомниться не успела, как за тобой и за водителем автомобиля приехали две машины скорой помощи. Вот что произошло!– распаляя с каждым словом себя все сильнее, в конце перешла на крик девушка.

Игорь никогда ее такой не видел.

–Успокойся, все нормально,– заметив удивленные взгляды озирающихся с интересом на их перепалку учеников, сказал он.

–Почему ты не отвечал на звонки?!

–Меня забрали из больницы родители. Приехав домой, я отключил телефон, выпил таблетку и уснул. Вчера ездил к доктору, у меня небольшое сотрясение мозга,– сочинял на ходу Игорь.

Хоть эти объяснения и были подготовлены заранее, но все равно звучали несуразно. Любой человек бы усомнился в их правдоподобности, но Карина, видимо, так разнервничалась, что даже не стала вдумываться, и приняла данную другом версию как есть. Злость в ее глазах погасла, сменяясь чем-то другим, и Карина бросилась другу на шею.

–Я так за тебя испугалась.

5

До конца учебного дня Карина ни на шаг не отходила от друга. На каждом перерыве между занятиями девушка по пять раз спрашивала его, как он себя чувствует, и поначалу такое внимание с ее стороны очень льстило Игорю, но через некоторое время начало немного раздражать.

В субботу по расписанию последним уроком у его класса была геометрия. До конца занятия оставалось десять минут, и парень, сидя на второй парте среднего ряда в компании с весельчаком по имени Эльдар, которого большинство друзей любили, но считали немного глуповатым, без особого интереса смотрел на доску. Держа в руках деревянную линейку, по кабинету выхаживал их учитель, самый скучный и нудный из всех, которых когда-либо встречал Игорь. Мужчина был довольно высокого роста, под его крупным носом, словно щетка, росли длинные, немного скрывающие под собой узкую верхнюю губу усы. От волос на голове у него остались лишь короткие поседевшие участки, словно у побритого ежа. Одет он был в серый мешковатый свитер с синими ромбами, из-под которого выглядывала разбавлено-желтая ткань мятой рубашки, и поношенные черные брюки, тоже слегка мятые.

Изредка подходя к доске, при этом громко шаркая подошвой облезлых туфлей по линолеуму, и начерчивая на ней линии и фигуры, учитель, бубня бесцветным однотонным голосом себе под нос так, что половины сказанного дети даже не слышали, объяснял им признаки подобных треугольников.

Через пару минут он закончил (некоторые ученики даже не постарались скрыть радости на своих лицах), положил линейку и мел на специальную подставку, крепящуюся к доске, отряхнул руки и рукава своей дешевой рубашки.

–Всем все понятно?– немного повысив голос, что случалось крайне редко, спросил он у класса.

Все синхронно закивали, даже те, кто весь урок слушали музыку или общались друг с другом и почти не обращали внимания на его объяснения. Тут прозвенел звонок. Как по команде дирижера, взмахнувшего палочкой перед оркестром, поднялся гомон, заглушивший прощающегося с ними мужчины, и ребята, побросав синие, чуть светлее ромбов на свитере учителя учебники геометрии в портфель начали торопливо покидать класс, обсуждая свои планы на грядущие выходные.

Выбравшись на улицу и встав у квадратной клумбы, Игорь подставил свое лицо под теплые солнечные лучи и вдыхал свежий, прочищающий закипевший от бесконечного потока бушующих мыслей мозг.

–О! Так ты живой?– раздался совсем рядом знакомый (хотя Игорь предпочел бы не знать его хоть тысячу лет) голос.

Открыв глаза, он увидел перед собой улыбающуюся физиономию Стефана, засунувшего руки в карманы джинсов и раскачивающегося на пятках.

–Чего тебе от меня нужно?– спросил в ответ мальчик, по привычке заглядывая недругу за спину в поисках его кавалерии. К счастью, Савы и Йэна поблизости не было.

–Не переживай,– будто читая его мысли, хмыкнул Стефан.– Я тебя и сам отделаю, и без их помощи. Где там Карина?– он наигранно огляделся.– Как она тебя оставила без присмотра? Подружка же от тебя весь день не отходила,– нагло рассмеявшись, продолжал нарываться он.

–Да что ты,– чувствую нарастающую злобу, сквозь стиснутые зубы прорычал Игорь и, сжав кулаки, начал приближаться к недругу.– Давай выясним, на что ты годен без своих дружков, трухло.

Игорь увидел, как от его слов лицо Стефана перекосилось (наглецу нужно отдать должное, он не струсил), и приготовился к его атаке, но тут до них донесся голос:

–Эй! Вы что там делаете?!

Повернув голову, Игорь увидел выходящего из школы директора, опрятного и всегда одетого в костюм.

–Ничего,– совершенно спокойно, будто он только что прервал беседу со своим другом, улыбнулся ему Стефан. Директор недоверчиво вскинул брови и, не двинувшись с места, продолжил, не отрывая взгляда, наблюдать за ними.

–Ну что, до встречи,– насмешливо похлопав Игорю по плечу, попрощался с ним парень и, развернувшись, вразвалочку поплелся прочь за территорию школы.

«Наверняка пошел мучить в каком-нибудь дворе местных котят»,– сплюнув у себя в голове и разжав затекшие кулаки, подумал Игорь. Подросток чувствовал в себе такую уверенность и силу, что ему казалось, что в этот момент он способен одними руками разогнуть подкову. Вдруг из-за колонны вышла Карина.

–Опять вы с ним ссоритесь?– неодобрительно спросила она, спустившись по лестнице и приблизившись к другу.

–Он меня первый задирает,– не до конца успокоившись, Игорь ответил все еще немного натянутым от напряжения голосом.

В ответ девушка лишь укоризненно покачала головой и прошептала что-то вроде: «Эх, мальчишки вечно…»,– а дальнейшие несколько слов Игорь не разобрал.

–Ты не забыл, что нам еще сегодня нужно химией заниматься?– Карина, повесив свою сумку на плечо, посмотрела на друга.

–Если честно, забыл,– морщась, кивнул Игорь.– Может, ну ее?

–Даже не думай, никаких «ну»,– голосом, не принимающим возражения, категорически покачала головой девушка.

Игорь вздохнул.

Подойдя к перекрестку Карина, остановившись у обочины, обеспокоенно посмотрела по сторонам. Наверно, как думал парень, подсознательно боялась повторного появления неуправляемого, жаждущего сделать из ребят две лепешки автомобиля. Убедившись, что его нет, они торопливым шагом перешли дорогу.

Пройдя вдоль старого потрескавшегося бетонного заборчика, окружающего ветеринарную клинику, они в молчании шагали в сторону дома девушки.

–Как я поняла, ты взял с собой учебник по химии, так?– спросила Карина через несколько минут, когда они повернули направо и зашли в ее двор, на что Игорь отрицательно мотнул головой.– Жаль, но ничего страшного. Просто мы занимаемся не по такой книге, как у вас, но это не сильно важно. Все равно тебя придется учить основам.

Добравшись до знакомого желтого шестнадцатиэтажного дома, Карина набрала на домофоне номер своей квартиры.

–Кто там?– донесся через несколько приглушенных сигналов из динамика приятный женский голос.

–Это мы, мам,– ответила Карина, после чего послышался писк.

Игорь, дернув за ручку, отворил дверь и отошел в сторону, пропуская подругу вперед.

Нажав на кнопку вызова лифта, двери которого сразу же открылись, они поднялись на одиннадцатый этаж и подошли к приоткрытой светло-коричневой двери с тремя блестящими цифрами «114». Разувшись на темно-сером коврике в прихожей, Игорь прошел внутрь.

–Иди пока на кухню,– скидывая с ног свои черные балетки, сказала другу Карина.– Я сейчас переоденусь, возьму учебник с тетрадью, и приду.

Пересекая гостиную, он увидел ее отца, Юлия. Гладковыбритый мужчина сидел в удобном мягком раскладном ленивом кресле перед телевизором и, смотря свой любимый канал о рыбалке и крутя в пальцах зеленые плетеные лески, пытался завязать какой-то сложный узел. Юлий, полностью погруженный в свое занятие, не обратил на них ни малейшего внимания, поэтому Игорь решил его не отвлекать приветствиями и прошел мимо. Знакомая квартира, в которой Игорь бывал не раз, по его мнению, выглядела немного несуразно. Пол, стены и потолок были однотонных пастельных цветов, а вот мебель, ковры, и все подобное было словно украдено у попугая. Желтое, ярко-зеленое, красное, все буквально рябило в глазах.

Кивнув подруге, продолжившей шагать вперед в сторону своей комнаты, Игорь свернул налево. Зайдя в квадратную кухню, он увидел стоящую рядом с раковиной и орудующую кухонным ножом Татьяну.

Обвязав вокруг своей худой, немного длинноватой для ее роста шеи бежевый фартук, на котором были нарисованы беспорядочно летающие помидоры и огурцы, женщина вытерла розовым полотенцем текущие из опухших и немного раскрасневшихся глаз слезы, вызванные нарезанием лука, и перевела взгляд на гостя.

–Привет, Игорь,– приветливо улыбнулась она.– Как у тебя дела?

–Здравствуйте, тетя Таня. Хорошо, спасибо,– ответил парень, так же приветливо улыбнувшись.– А вы как? Больше вас не кусали?

Дело в том, что Татьяна уже вот как пятнадцать лет работает врачом в детской больнице и совсем недавно, дня четыре назад, она брала кровь из вены у очень капризного мальчика лет трех. Когда паренек, сидя на коленях мамы, увидел шприц, то начал истерически вырываться, да с такой слой, что девушке в одиночку едва удавалось удержать сына. Тетя Таня почти успела уколоть мальчишку, как вдруг тот неизвестно каким образом умудрился выкрутиться из хватки матери и, что есть сил, укусил Татьяну прямо за руку, в место чуть выше запястья. Женщине повезло, что на ней был халат, который смягчил укус и не дал зубам повредить кожу, но большой, хорошо видимый синяк все же остался.

Сама Татьяна была довольно приятной и симпатичной женщиной сорока лет. Хоть она и выглядела очень даже неплохо, но все равно пыталась сделать себя моложе и не отставать от «нынешнего поколения» (да и просто у нее был такой характер, это можно было понять по мебели, которую, вне сомнений, выбирала именно она). Покрасив свои светлые волосы в черный цвет с темно-розовыми прядями, и сделав их по плечи с наискосок, рвано состриженной челкой, женщина проколола себе левую ноздрю, вставив в нее небольшое серебряное колечко. Макияж у нее всегда был яркий, и одежда тоже, и этим она часто вызывала недовольство у дочери.

Игорю иногда казалось, что они перепутаны местами, и что Карине нужно быть мамой, а Татьяне дочкой. Поначалу их общения женщина пыталась убедить мальчика называть ее просто по имени, но Игорю от этого было очень некомфортно, и вскоре женщина уступила, согласившись на «тетю Таню».

–Нет, слава небесам,– не мешкая и машинально потерев след от укуса на правой руке, хмыкнула она, сразу поняв, о чем он говорит.– А где Карина?

–Переодеваться пошла.

–Понятно. Иди и садись, что ты как не родной. Чай будешь?

–Да, спасибо,– ответил Игорь, усаживаясь на деревянный, с высокой удобной спинкой стул.

Бросив нож в раковину, тетя Таня закинула нарезанный лук в стоящую на плите кастрюлю и накрыла все это бурлящее и пенящееся дело прозрачной крышкой. Затем, вылив из чайника старую воду, она налила свежую и поставила ее кипятиться на плиту. Когда из него через минуту начало доноситься шипение, в комнату зашла Карина и положила перед Игорем учебник химии, тетрадь, пару ручек и небольшую стопку тетрадных листов.

Стянув свои волосы в хвост, девушка была одета по-домашнему: короткие черные шорты и серая желтая майка с нарисованной на ней собачкой со смешно вылупленными глазами. Дома у них было очень чисто, поэтому какие-либо тапочки его хозяева не носили.

–Я сегодня купила очень вкусные песочные печенья с клубникой. Они вон там, на нижней полке над чайником,– сказала Татьяна, сполоснув нож под слабой струйкой воды и после этого вытерев мокрые руки о кухонное полотенце.

Стены в кухне были приятного кофейного цвета, пол из серого кафеля, а под столом расстелен белый, с бордовыми кружками, прямоугольный ковер. Едва женщина вышла, Карина достала печенья-бантики с капелькой клубничного джема на каждой и поставила их рядом с другом. Наведя кофе, разлитое по двум красивым белым чашечкам, она уселась рядом с Игорем, отхлебнула напиток, кивнула в сторону учебника и, улыбнувшись, сказала:

–Ну, что же, пора грызть гранит науки? Открывай страницу и пиши…

6

–…Номенклатура неорганических соединений,– подходя к своему дому, прошептал Игорь, пытаясь уложить всю информацию, данную Кариной, вместе с ни на секунду не покидающей мысли картинкой аварии и тем фактом, что возможно («Скорее всего»,– прошептал его внутренний голос, который парень старался не слушать) он сумасшедший.– Оксиды. Ох, и кто все это придумал?

Поднявшись по лестничной клетке на свой этаж и провернув несколько раз ключ в замочной скважине, Игорь вошел в квартиру. С трудом неся свою распухшую, словно губка, впитавшая в себя воду, голову, мальчик сбросил со своих ног кроссовки и, зевая, подошел к аквариуму. Он располагался под барной стойкой, разделяющей в квартире кухню и гостиную, служившую одновременно с этим еще и столовой. Присев на корточки, Игорь с удовольствием наблюдал за беспорядочными путями рыбок, бодро нарезающих по территории аквариума. Парненьку нравилось вот так просто сидеть и, расслабившись, наблюдать за беззаботной жизнью этих несмышленых существ.

«А что если прямо сейчас какие-нибудь умные-разумные инопланетяне сидят в своих космолетах, неподалеку расположившихся от Земли, и точно так же наблюдают за людьми, как я наблюдаю за этими рыбками? А почему нет? Вполне вероятно»,– подумал Игорь и, посмеиваясь над своей забавной догадкой, прошел на кухню.

Распрямив затекшие от сидения на корточках ноги, мальчик обошел стойку. Пройдя на кухню и налив в свою любимую кружку с нарисованным на ней пиратским кораблем холодного шипящего лимонада, Игорь сделал пару глотков. Собираясь улечься на кровать и посмотреть какой-нибудь новый фильм, он уже хотел идти в свою комнату, как вдруг позади него раздался томный, одновременно скучающий и нетерпеливый вздох. Казалось, что кто-то сидел в аэропорту, дожидаясь задерживающего рейса. Скучал, но одновременно с этим сгорал от нетерпения.

Впав в ступор, Игорь замер. «Может, родители вернулись?»,– это была его первая мысль. Но почему он их сразу не заметил? Даже если учесть тот факт, что он из-за своей усталости не обратил внимания на стол, они должны были его привлечь – поздороваться или еще что-то вроде этого. Но до этого момента тот, кто бы там ни был, не издал ни единого звука.

Почувствовав завязавшийся в животе узел, Игорь обернулся, и перед ним предстала до невозможности странная картина. За обеденным столом сидели двое неизвестных и играли друг с другом в шахматы. Фигурки по доске двигались сами по себе, и мальчик предположил, что игроки, не отводившие пристального взгляда от движущейся фигуры, перемещали их силой мысли. Сидели они рядом с угловой стенкой, вот почему Игорь сразу и не заметил визитеров.

Одним из них был мужчина, на вид лет двадцати пяти, ростом высокий, телосложением довольно накаченный. Серебряные длинные волосы, ниспадающие до плеч, идеальные черты лица, только разве что верхняя губа была чуть пухлее нижней, а глаза как самое голубое небо. Одет мужчина был в темно-синий костюм, подчеркивающий глаза, а рядом, сложенное квадратом, лежало серое пальто. Но самое удивительное было то, что Игорю он показался смутно знакомым, словно билетер в кинотеатре, или продавец в магазине, которого он видел пару раз и немного запомнил.

А вот рядом с ним сидело что-то настолько невероятное и странное, чему Игорь даже не мог дать название! Существо было ростом ему по пояс (насколько можно было судить с учетом того, что чудо-юдо сидело на столе, по-турецки сложив ноги) и напоминало что-то вроде собаки, только с человеческими чертами. Оно было одето в старую, серую, с цветастыми пятнами вытянутую майку и синие, местами выцветшие трико, в которых Игорь узнал свои вещи, которые, как раньше думал парень, он потерял. Так вот куда исчезает его одежда! А мама ругалась, что он рассеянный и постоянно все растеривает. Несправедливо!

Ярко у существа выделялись людской нос, уши, обросшие темно-серой шерстью, человеческие пальцы с ногтями и зеленые глаза, только более круглые, будто начерченные циркулем, но не слишком большие. Барабаня пальцем по столу и обдумывая следующий ход, оно хмурилось и чесало короткую, похожую на щетину шерсть на остром подбородке.

Игорь метнулся обратно на кухню, схватил нож для овощей, лежавший рядом с раковиной, и вышел встречать гостей. Он едва успел открыть рот, как вдруг мужчина, даже не посмотрев на него, поднял палец вверх, приказывая мальчику молчать. Игорь, сам не зная почему, подчинился.

Похожее на собаку существо явно нервничало и, гоняя слюну во рту, сделало долгожданный ход, передвинув черную королеву на три клетки вправо. Мужчина наклонился над столом, весело ухмыльнулся, его белый конь проскакал на черную клетку, безжалостно столкнув с доски вражеского слона. Неизвестный удовлетворенно откинулся на спинку дивана и сказал:

–Шах и мат, дружок!

Его противник раздосадовано зашипел и слегка ударил кулачком по столу, но через секунду вздрогнул и, немного склонив голову, уважительно пожал руку мужчине, благоговейно при этом вздрогнув от его касания. Переведя взгляд на крайне растерянного парня, сжимающего в дрожащей от напряжения руке нож, мохнатый обратился к своему спутнику.

–Думаю, доминус, вам пора поговорить с ним. А то он уже не знает, что и думать,– существо захихикало и ловко спрыгнуло со стола, приземлившись в полуметре от Игоря.– Я Скрих,– оно поклонилось мальчику, приложив правую ладонь к груди, а левую отведя за спину, будто какой-то аристократ.– Очень приятно наконец с тобой познакомиться, ведь столько лет бок о бок живем,– сказал это, Скрих выпрямился и протянул руку.

Игорь удивленно посмотрел на него, но все же перехватил нож в левую ладонь и приветственно пожал сильные мохнатые пальцы.

–Ты наполовину человек, наполовину собака?– брякнул Игорь, не придумав ничего лучше.

–Нет,– неожиданно гневно прорычал Скрих, но сразу же взял себя в руки и примирительно улыбнулся.– Прошу прощенья. Просто я терпеть не могу, когда меня сравнивают с этими слюнявыми животными, с которыми у нас нет абсолютно ничего общего.

–Он домовой,– неожиданно, сложив одну ладонь поверх другой, вставил мужчина.– Не называй домовых собаками, их это жутко злит,– подтвердил он слова Скриха.– И да, можешь убрать нож, он тебе не понадобится,– Игорь, снова не отдавая отчет действиям, вновь подчинился и положил прибор на барную стойку.– Скрих, будь добр, поставь воду на газ.

Домовой понимающе кивнул и под изумленный взгляд Игоря прошествовал мимо него на кухню. Открыв шкаф, существо погремело посудой, и через две минуты полная кастрюля воды стояла на плите. Вернувшись обратно и взобравшись на стол Скрих начал собирать шахматные фигуры.

–Кто вы такой?– до конца проглотив застрявший в горле ком, который, казалось, упирался своими маленькими ручками и ножками и никак не хотел проходить в пищевод, задал Игорь вполне уместный в подобной ситуации вопрос.

Мужчина промолчал. Дождавшись, когда Скрих соберет резные крашеные фигуры, он взял доску в свои руки, покрутил ее, задумчиво хмуря брови, и наконец-то удостоил своим взглядом мальчика.

–Как ты думаешь, Игорь, чему нас учат шахматы?– спросил он, немного прищурив правый глаз, словно его слепили фонариком.

–Не знаю,– сразу же ответил Игорь. Этот вопрос сейчас его мало интересовал.– Откуда вы знаете мое имя?

–А ты подумай,– слегка постукивая начищенной туфлей по паркету и продолжая не обращать внимания на вопросы подростка, настаивал неизвестный.– Шахматы – одна из древнейших игр, с историей в полторы тысячи лет. Так, чему же они учат?

–Ну, может, сдержанности и логике?

–Отчасти,– шевеля носом, одобрительно кивнул мужчина.– Хотя, со сдержанностью я согласен, но логика… Они скорее тренируют аналитическое мышление, которое включает в себя не только логику, но и умение быстро находить решение в какой-то ситуации. Но самое главное то, что они учат нас проигрывать, но при этом, несмотря ни на что, стремиться к победе. Показывают то, что даже самые опасные из всех смертны, как например ферзь или король,– гость продемонстрировал Игорю пару вырезанных из дерева фигур, которые из ниоткуда появились у него в руках.– А самые слабые, как пешка, дойдя до конца доски, могут стать сильнейшими фигурами и в корне изменить ход игры. Было бы желание со стойкостью, и можно даже горы свернуть, главное не сдаваться и верить в себя,– он посмотрел на мальчика, многозначно подняв бровь.

Игорь, не понимал, чем это сейчас важно. Он просто смотрел на странного мужчину-философа, до конца убеждаясь, что где-то он его уже видел. Может, в очереди в магазине, или по телевизору в какой-нибудь второсортной передаче?

–Что до имени,– положив доску рядом со Скрихом, незнакомец поправил лацканы своего синего пиджака, но по его лицу было видно, что он сделал это машинально.– У меня их много, но самое распространенное – Михаил.

–Не обижайтесь, но мне все равно, как вас зовут,– пытаясь добавить в свой голос нотку жесткости, и краем глаза заметив, как Скрих неодобрительно покачал головой, ответил он.– Я спросил, кто вы такой?

–Терпение, мальчик мой, тебе еще столько предстоит узнать,– приподнимаясь со своего места, спокойно сказал Михаил.– Тем более, своим именем я уже дал тебе подсказку.

Вдруг Игорь, испугавшись и потеряв контроль над собой, вновь схватил свой нож и как можно угрожающе выпалил:

–Сядьте на место, сэр! Да кто вы такой? Держите руки так, чтобы я их видел! Если полезете в карманы или хотя бы уберете их со стола до тех пор, пока не объяснитесь, я брошу его в вас. Я много тренировался, попаду, будьте уверены.

Тут он, прямо, скажем, преувеличил. Вся тренировка заключалась лишь в том, что однажды от нечего делать он метал кухонный нож в дерево. Закончились его тренировки в этот же день из-за того, что после неудачного броска у ножа отломился кончик, и его пришлось выбросить в мусорное ведро. К тому же, руки у Игоря так тряслись, что если бы он и метнул его, то скорее попал бы себе в ногу, а не в мужчину.

Скрих изумленно поднял брови и ждал реакции Михаила. Мужчина снисходительно улыбнулся и, не смотря на угрозу, вновь приподнялся. Мальчик сдержал обещание и, что есть сил, метнул в визитера кухонный прибор. На его удивление Игоря он не улетел куда-то вправо или влево, а направился точно в сторону незнакомца. Нож, крутясь немного неуверенно, засвистел в сторону мужчины, но тот безмятежно поймал его налету в двух сантиметрах от груди. Подбросив нож несколько раз, мужчина встал, подошел к Игорю, и отдал ему его предмет.

–А теперь, когда ты наконец перестал мне угрожать, давай поговорим.

Неторопливо цокая каблуками по полу, Михаил вернулся к Скриху и, усевшись на прежнее место, оценивающе оглядел на Игоря.

–Бросок был очень даже ничего. Базовые навыки у него есть. Если поработать, выйдет отменный воин.

–Воистину, доминус,– кивнул домовой.– Они есть у всех ему подобных, а у такого как он особенно. Он еще всех удивит,– словно продавец, пытающийся продать товар в магазине, сказал Скрих, и после ковырнул у себя между зубов.

–Итак, Игорь, теперь послушай. Я понимаю, что происходящее для тебя непонятно и странно, но можешь просто отвечать на мои вопросы и слушать? Так я быстрее смогу тебе все объяснить. Хорошо?

Мальчик кивнул.

–Славно. Расскажи мне, что с тобой случилось позавчера?

–Ничего, был в школе, пришел домой, весь день никуда не выходил,– дрожащим голосом ответил он, разглядывая лежащий в ладони нож.

–Игорь, доминусу нет смысла врать. Расскажи про аварию,– укоризненно цокнув языком, сказал Скрих.

–Несчастный случай, ничего особенного,– вздохнув, ответил Игорь.– Мы с подругой шли домой. Выйдя на дорогу, я услышал рев двигателя. В нашу сторону гнал большой внедорожник. Он меня зацепил, но не сильно. Автомобиль врезался в светофор…

–Да, да,– Михаил махнул рукой, перебивая мальчика.– Общая версия для обычных мне известна. ЛППД обо всем позаботилось.

–Что?– переспросил его Игорь.

–ЛППД. Расшифровывается как Ликвидация Последствий Проявления Духовности.

Игорь все равно ничего не понял, но решил, что смысла врать нет, тем более, может, они дадут ответ на все эти странности, происходящие с ним последнее несколько дней. Да и, к тому же, если бы Михаил хотел причинить ему вред, то он причинил бы. Пересказав от начала и до конца во всех подробностях свою историю, мальчик вопросительно уставился на мужчину.

Михаил переглянулся с домовым и кивнул.

–Что же, видимо, время пришло,– невнятно пробубнил мужчина себе под нос.

–Простите?– не расслышав, переспросил Игорь.

–Скажи мне, ты веришь в волшебство, магию, сверхъестественное, высшие силы, вообще во что-нибудь такое?– спросил Михаил без церемоний и малейшего намека на смех или шутку.

Игорь, не понимая, к чему он ведет, неоднозначно пожал плечами.

–Не знаю, может быть,– ответил спустя несколько секунд замешательства парень.– Особенно никогда не задумывался.

–Ясно,– кивнул мужчина.– Ассоциируется ли у тебя мое имя с чем-нибудь из сверхъестественного?– спросил он и, почесав кончик носа, как бы невзначай добавил,– или с кем-нибудь.

–Ну,– немного поразмыслив, ответил Игорь.– Если не ошибаюсь, был какой-то ангел Михаил.

–Точно,– щелкнул пальцами мужчина, его лицо озарило облегчение.– Точнее архангел, или архистратиг, можно сказать и так и так. Ты знаешь, в чем отличие ангела и архангела?

Игорь отрицательно покачал головой, на что мужчина вновь, молча, кивнул, словно поставив еще одну галочку в своем мысленном блокноте заметок.

–И почему был?– внезапно возмутился Михаил.– Разве его сейчас нет?

–Так, стоп,– выставив ладонь перед собой, будто пытаясь отгородиться от абсурдной ситуации, Игорь даже чуть поперхнулся.– Вы хотите сказать, что вы – ангел Михаил?

–Точнее архангел,– сделав правой рукой странный, явно не из двадцать первого века круговой жест, поправил он парня.

Игорь стоял, будто громом пораженный. Даже пальцем пошевелить не получалось, и он, словно нокаутированный, подался назад. Если бы не Скрих, как раз вовремя подставивший стул, Игорь непременно грохнулся бы на пол, хорошенько треснувшись при этом затылком о свой любимый аквариум.

–Это все не правда,– не веря своим ушам, замотал головой Игорь.– Может, это розыгрыш? Как в интернете?– мальчик на секунду представил, как сейчас группа шутников сидит перед экраном монитора компьютера и потешается над ним, и начал воодушевленно оглядываться в поисках камер.

«Похоже, я и вправду сошел с ума. Этих двух на самом деле нет. Я один в квартире разговариваю с игрушечными куклами Лизы»,– вдруг подумал Игорь, и из-за того что это было более правдоподобно, отбросил версию розыгрыша.

–Вода кипит, доминус,– не обращая внимания на потрясенного мальчика, сказал Скрих мужчине. Они явно ожидали такой реакции и ничуть не были удивлены.

–Вот люди, что за народ?– снисходительно вздохнул Михаил, благодарно кивнув домовому.– Отвергают все, что не поддается их пониманию.– Затем он посмотрел на побледневшего Игоря и властно приказал,– за мной!

–Воистину, доминус,– кивнув, поддакнул плетущийся позади мужчины, словно пес за хозяином, Скрих.– Воистину так.

Мальчик чувствовал себя связанной по рукам и ногам марионеткой, нитки от которой держал этот мужчина. Пойдя к плите, Михаил повернулся, и Игорь увидел вновь появившийся в его глазах веселый блеск (ему это все явно доставляло удовольствие).

–Ты не веришь моим словам? А разве смог бы так сделать обычный?

Сказав это, Михаил огляделся и, заметив кружку Игоря, которую он бросил на столе, удовлетворенно кивнул. Взяв стакан, мужчина вылил недопитый мальчиком лимонад в раковину, снял с себя пиджак, закатал правый рукав, и окунул руку в кастрюлю с кипящей водой почти по самый локоть. При этом ни один мускул на его лице не дрогнул.

Не отрывая своего взгляда от перекошенного лица мальчика, Михаил секунд десять продержал руку под водой, словно она была комнатной температуры, а после, вынув полную кружку кипятка, не переставшего бурлить даже в стакане, мужчина махом осушил его до дна. Непринужденно вытерев тыльной стороной ладони рот, он поставил стакан обратно на стол.

–Так не бывает, это какой-то фокус,– обхватив голову руками, бормотал Игорь.– Галлюцинации. И вы тоже галлюцинации,– он показал на Михаила и Скриха пальцем.– Все, меня вконец раскорячило. Прямо как Бездомного. Вот приедут родители, я начну на них кидаться и скалить зубы, и меня закроют в психушке.

–Ты не такой, как Бездомный. Он был обычным, к тому же со слабой психикой,– успокоил (это ничуть не подействовало) Михаил Игоря.

–Подождите. Вы хотите сказать, что и Бездомный был на самом деле?

–А ты думаешь, уважаемый мистер Булгаков выдумал эту историю?– хмыкнул мужчина.– Как ты думаешь, кто был в роли Мастера?

Задумавшись, мальчик на свое удивление действительно заметил схожесть между двумя писателями. Не зная, что делать, Игорь выдохнул и облокотился на кухонный подоконник.

–Что вы от меня хотите? Зачем вы здесь?

–А вот это самая щепетильная часть нашего разговора, и так как у стен есть уши, прошу следовать за мной,– сказал Михаил.

Вернувшись обратно в кухню-столовую и на ходу надевая пиджак, Михаил взял свой темно-фиолетовый зонтик, лежавший все это время на диване и, поманив мальчика кивком головы, он словно хозяин прошествовал через всю квартиру и вошел в его спальню. Когда Игорь вошел следом за ним, Скрих закрыл дверь, оставшись при этом снаружи.

–Ложись,– приказал архангел, указывая пальцем кровать.

Решив не задавать никаких вопросов, Игорь подчинился, а Михаил, не выпуская зонта из рук, встал подле него и, закрыв глаза, прикоснулся указательным пальцем к месту над верхней губой. Смутившись от столь некомфортной ситуации, Игорь все же не двигался и ждал.

Неожиданно мужчина раскрыл глаза, налившиеся желтым, словно расплавленное золото, цветом, и резко рванул свою руку вверх. Потолок кровати неожиданно быстро приблизился к лицу мальчика, словно на него уронили плиту, и Игорь зажмурился, приготовившись к удару, но его не последовало. Если бы он мог, обязательно бы закричал, но его рот будто зажали ладонью.

Открыв спустя мгновение глаза, он увидел под собой удаляющиеся дома. Они с Михаилом, словно ракета, неслись навстречу облакам, и вот, всего через каких-то несколько секунд они пролетели сквозь них, словно стрела, и вылетели в космос.

Все вокруг было каким-то на удивление цветастым, будто мальчик перемещался в желе, который вмещал в себя сок ярких ягод. Звезды мигали, как гирлянды на рождественской елке, и Игорю казалось, что он попал в сон самого мечтательного писателя-сказочника, когда-либо жившего на планете и обладавшего даром безграничного воображения.

Промчавшись мимо двух планет и чуть не врезавшись в летящий мимо метеорит, они приближались к Солнцу, которое росло и увеличивалось с каждой секундой. Мальчик ожидал появление нестерпимой жары, но температура не изменялась, оставаясь чуть ниже комфортной для человека. Вдруг мальчика ослепила яркая вспышка. Прикрыв рукой глаза он, чувствуя свое сердце, бьющее по ребрам, пытался справиться с дыханием. Неожиданно парень почувствовал удар приземления, и спустя несколько мгновений Михаил выпустил его.

Отойдя на шаг от Игоря, мужчина провел по своему костюму ладонью, и тот превратился в роскошное, белоснежное, расшитое золотыми и серебряными нитями одеяние, а за спинами появились два белоснежных, как и волосы, крыла. Затем он крутанул ручку зонта, и тот, удлинившись, преобразовался в копье.

–Добро пожало на Солнце,– наконец обратившись к Игорю, сказал Михаил.– Обитель нашего Отца, архангелов, ангелов, избранных, и первую колыбель всего человечества,– затем он повернулся и, опираясь на копье, как на трость, бросил через плечо.– Может быть, прогуляемся?

Глава третья

Начало начал

1

–Первыми творениями Отца, создавшего все, что ты сейчас видишь, и то, что ты когда-либо видел на Земле, были архангелы. Всего нас семь: Я – самый старший, Гавриил, Рафаил, Уриил, Рагуил, Саракаел, и Ремиил,– шагал по вытоптанной дорожке и перечислял, загибая пальцы на свободной руке, Михаил.– Наша главная задача, для которой мы, ангелы и архангелы, то есть Небесное Воинство, собственно, и были созданы – это защищать семь планет Солнечной системы – по одной для каждого из нас. Мне досталась Земля, которая была создана последней и стала самой лучшей из всех. Кстати, любопытный факт,– неожиданно хохотнул он.– Раньше, может знаешь, люди поддерживались геоцентрической системы. Это когда именно Земля стоит на месте, а все остальные планеты и, Солнце в том числе, кружатся вокруг нее,– увидев на лице мальчика растерянное выражение, пояснил он.– Так вот многих людей эта версия устраивала, ведь она доказывает то, что Земля – центр вселенной и что все остальное создано для нее. Да,– Михаил вздохнул,– люди испокон веков считали себя самыми важными, они гордо надулись и думали, что все вокруг должно быть создано лишь для них. А, когда же эту систему начали опровергать и вводить гелиоцентрическую, в которой центром вселенной было Солнце, некоторым это очень не понравилось. Они считали, что таким способом ученые хотят доказать отсутствие всевышних сил, но они смотрели не с той стороны!– снова смешок.– Жизнь невозможна без Солнца, сам посуди, они бы все замерзли и разлетелись по всей вселенной! Солнце словно двигатель, источник силы для всех планет, и особенно для вашей. Солнце – это Отец, создатель всего, и все планеты вращаются вокруг него, словно дети, и берут от него жизненную силу. Люди, в большинстве случаев, сами создают себе проблемы. Забавная ситуация, правда?

–Да, н-наверно,– заикнувшись и стараясь не отставать от архангела, неуверенно подтвердил Игорь.– А куда мы идем?

Вдохнув невероятный воздух, Игорь, любопытно вертя головой, не переставал оглядываться по сторонам. То место, куда он попал, было просто потрясающим. Все было зеленое и разукрашено различными цветами, вдали виднелись горы, но больше всего внимание Игоря привлекло огромное здание, белое, словно молоко, стоящее на вершине высокого холма. И выглядело это здание, словно… как…

–Великая Библиотека,– закончил крутящуюся на языке у Игоря мысль Михаил.– В ней под покровительством Гавриила хранятся все знания, собранные с самого создания Вселенной, и до настоящего времени. А это – поселение Избранных,– мужчина ткнул пальцем в сторону небольшой деревушки, состоящей из пары дюжин роскошных коттеджей, стоящих по отношению друг к другу, как ульи на пасеке.– В вашем мире его называют по-разному: Вальхалла, Элизиум, Рай. Сюда попадают, как ты уже должен был понять по названию, лишь лучшие из лучших.

Рядом с одним из таких домов на темно-зеленом полосатом лежаке, нахлобучив на переносицу здоровенные темные очки и потягивая из стакана через соломинку светло-желтую жидкость, в леопардовом бикини загорала довольно молодая девушка. Точнее, не загорала (они же на Солнце!), а грелась и отдыхала, или… в общем, Игорь не знал.

–Там сады,– указал, на этот раз направо, мужчина.– Но мы с тобой идем в другое место.

Сказав это, Михаил кивнул куда-то вперед. Проследовав взглядом в этом направлении, Игорь заметил небольшое здание, внешне чем-то напоминающее Парфенон в Афинах, с плоской крышей, которую поддерживали большие декоративные колонны. Рядом, по обе стороны входа, расположились две статуи, размером раза в два выше Игоря. Подойдя ближе, он заметил за их спинами сложенные крылья. Один сжимал в руке копье, а ладонь его соседа покоилась на рукояти меча, находившегося в ножнах, висящих на поясе. Обе статуи пристально смотрели на подошедших. В какой-то момент Игорю показалось, что они живые.

Подойдя к двери, Михаил потянул за ручку. Послышался едва различимый скрип петель, и мужчина жестом велел Игорю зайти, как хозяин, приглашающий гостя к себе в дом. Проходя мимо статуй и волнуясь, как бы одна из них не проткнула ему грудь, мальчик вошел в здание.

Тут его внимание привлек большой и невероятно красивый, заменяющий всю правую стену, аквариум. Даже не дождавшись Михаила, Игорь приблизился к этому чуду. Там находился целый подводный мир! Дно усеивали всевозможные разноцветные камушки и водоросли, а посередине на внутреннюю стенку аквариума опиралась большая скала. Сквозь проделанные в ней отверстия плавали рыбки, размером начиная от скрепки и заканчивая небольшими метровыми акулами.

Но из всех Игорю понравилась небольшая стайка самых маленький рыбок, населявших аквариум (по крайней мере, которых он смог увидеть). Их было около дюжины, и все они просвечивались и блестели, словно необработанные бриллианты. Перемещаясь частыми рывками, они, то углублялись, то поднимались, то приближались к стеклу, то отдалялись. Но когда Игорь, присев на корточки, чтобы не потерять рыбок из виду, захотел облокотиться на стекло и прикоснулся к нему ладонью, то почувствовал не твердую поверхность, а прохладную воду. Удивленно убрав руку, Игорь сжал правую ладонь в кулак и, оттопырив указательный палец, ткнул в аквариум. Конечность Игоря не встретила препятствий и вошла в «водную стену». «Вот это да,– смотря на такое волшебство, подумал Игорь,– здесь нет стекла, вода держится сама по себе!».

–Это «небесные плавульчики»,– незаметно подойдя к мальчику, сказал Михаил.– Мои любимые, и самый редкий вид. Как и этот аквариум. Он был моей идеей при постройке Зала Совета,– увидев непонимающий взгляд Игоря, мужчина закатил глаза.– Мы сейчас в этом самом Зале Совета, прекращай тормозить.

Михаил уселся на изящный стул с высокой спинкой во главе стола, расположившегося ровно посередине зала. Игорь тоже хотел присесть и почти дотронулся до другого стула, стоящего по правую руку мужчины.

–Стой!– неожиданно одернул его Михаил.– Это же трон Гавриила! Тебе нельзя на нем сидеть, мой брат будет в ярости. Вот…

Архангел взмахнул рукой и перед мальчиком материализовался небольшой стульчик с витой спинкой дачного декора. Осторожно присев на него, Игорь не отводил взгляда от аквариума.

–Пить хочешь?– спросил у него Михаил.

–Да, спасибо,– у него, в самом деле, пересохло в горле.

Михаил щелкнул пальцами и со стола, что находился у стены, к ним прилетели два кубка и графин с темно-фиолетовой, переливающейся на свету жидкостью. Налив себе и мальчику до краев, Михаил пальцем пододвинул питье к Игорю. Подросток взял предложенный кубок, еще раз поблагодарил мужчину, и они одновременно пригубили напиток.

–Очень вкусно!– изумился Игорь. Нервы у него более-менее успокоились и он даже немного расслабился. Насколько это возможно.

Игорь говорил так не ради приличия. Вкус у жидкости и вправду был необычный и чрезвычайно вкусный, казалось, что все фрукты, которые он знал и любил, насыпали в одну большую чашку и выдавили из них всю влагу, смешав полученные соки и превратив их в один свежий, с тонкими нотками летней природы напиток.

–Это особый сорт винограда, мы называем его «садовая фиолетка». Раньше он рос на Земле, но со временем вымер. Я забрал последние уцелевшие экземпляры и посадил их здесь,– время от времени попивая сок, рассказывал Михаил.

–Извините, это все конечно очень интересно, и я не хочу показаться грубым, но меня в данный момент, если честно, не особо беспокоят сорта винограда, которые вы у себя выращиваете. Может, вы все-таки объясните мне, что происходит?– напомнил Игорь, боясь оскорбить архангела, к которому он уже неосознанно проникся большим уважением.

–Видишь ли, парень, ты не совсем человек,– не зная как начать, просто выпалил архангела.

«Ну, классно, что»,– подумал Игорь. Он от явного переизбытка невероятностей за весь день уже перестал особенно удивляться чему-либо.

–И… кто же я в таком случае?– прихлебнув сока, с неожиданным спокойствием спросил Игорь.– Гомункул, что ли, какой-нибудь?

–Нет, что ты,– отмахнулся Михаил.– Гомункулы выглядят по-другому, и их вообще на Земле не выращивают. Ты – человек, рожденный естественным путем, но не совсем обычный.

Игорь молчал, дожидаясь ответа.

–Когда на Земле появились люди,– через некоторое время молчания продолжил Михаил,– Отец велел нам взять над ними опеку, чтобы мы следили за ними, в нужный момент наставляли и так далее. Видишь ли, когда ангел берет опеку над человеком,– мужчина, облизнув губы, поставил свой кубок на стол,– он, как бы правильно выразиться… он, ставя Печать Ангела – это ямочка над верхней губой – отдает небольшую часть себя, своей сущности и силы, как растение, разбрасывающее свои семена. Но ангелы не очень сильны, так что опекаемые ими люди не обладают какими-то необычными способностями, доля сверхсил в них слишком мала и не проявляется, и за это их прозвали обычными.

–Но есть еще те, над кем опеку брали не ангелы? Необычные?– продолжил мысль Игорь.

–Совершенно верно,– кивнул Михаил.– Спустя время мы заметили, что когда опеку на себя берет архангел, человек становиться другим, не таким, как обычные. У него лучше реакция, он сильнее, быстрее, лучше исцеляется, у него появляются способности к магии. Мы их зовем spiritales eius, что в переводе значит духовный человек, но чаще всего их называют просто «Духовный». Так вот ты – Духовный, Игорь. Мой Духовный.

Мальчик не верил ушам. Всего три дня назад он сидел на химии, помирая от неинтересных лекций миссис Евы и мечтая, чтобы эта скука закончилась, а тут нате, он супергерой, получите и распишитесь.

–Так вы об этом говорили, когда упоминали… ну… какие-то ликвидации последствий, или что-то в этом роде?

–ЛППД,– Михаил откинулся на спинку своего стула.– Ликвидация Последствий Проявления Духовности. Это такая специальная организация. В основном, когда Духовные впервые проявляют свои способности, это похоже на взрыв, как у тебя в аварии. Такая критическая ситуация вызвала в тебе взрыв сил, и ты причинил довольно чувственный ущерб улице, и при всем при том на глазах у обычных. ЛППД переправили их воспоминания, у некоторых их и вовсе стерли, как например у матери твоей подруги. Твоя подруга, Карина, ей рассказывала об этом, и они звонили твоим родителям, но им не позволили. К тому же на дороге ты оставил следы своих ног, которые потом пришлось убирать, сделав большую яму. Еще, как пример, Великий Лондонский пожар в 1666 году, когда ЛППД пустили слух, что его причиной стала загоревшаяся пекарня, а не Духовный Рафаила. Есть еще множество примеров, и чтобы их перечислить, часа не хватит.

Раздумывая над этим, Игорь начал вспоминать, что раньше с ним случались странные престранные случаи, не поддающиеся рациональному объяснению. Например, однажды ругаясь с отцом, мальчик очень сильно разозлился, и на голову родителя с полки свалилась довольно тяжелая коробка из-под обуви. Что бы вы знали, она находиться довольно высоко над полом, а коробка лежала устойчиво и просто так упасть она ну никак не могла.

А еще был случай, когда Игорь смотрел фильм ужасов, название которого уже не помнил, и на одном моменте очень сильно испугался. Услышав вопль и грохот, доносившейся с кухни, мальчик выбежал из комнаты и увидел, как разбушевавшийся миксер, которым мама взбивала яичные желтки, прыгал и метался по всему столу. Это продолжалось до тех пор, пока Наталья не изловчилась и не выключила миксер из розетки. А еще, когда ему было всего лет пять, он гулял во дворе и увидел идущего рядом с ним кота. Игорь хотел его погладить, но животное неожиданно открыло пасть и довольно интеллигентным голосом сказало «Здраувств-в-вуйте». Поклонившись и подняв хвост трубой, он развернулся к Игорю задом и, почесав передней правой лапой затылок, куда-то засеменил. А еще…. хотя, наверно уже достаточно. Если кто-то все равно не понял, еще несколько примеров ничего не изменят.

–Благодаря «взрыву» ты и твоя подруга не погибли в автокатастрофе,– вернул мальчика из его воспоминаний архангел.– Такая стрессовая ситуация пробудила сокрытую силу, дремлющую глубоко внутри твоей сущности, которую я дал тебе в самом младенчестве, и пробудило искру. И теперь ты и твои близкие в опасности, так что оставаться дома тебе больше нельзя.

–Как, нельзя?– опешил Игорь.– Куда же мне тогда идти?

–Тебе самому? Никуда. За тобой придут и все объяснят.

–Кто придет?

–Увидишь, не переживай. Ты сразу поймешь, когда встретишь их,– словно читая мысли, ответил на немой вопрос Игоря Михаил.

Сказав это, он встал и знаком велел мальчику сделать то же самое.

–В пути тебе понадобиться это,– архангел, подняв руку, продемонстрировал парню меч, которого (Игорь был на сто процентов уверен) у мужчины до этого момента не было.– Это «Свет Луны». Он был выкован из лунного света, упавшего на землю в первый день весны более полутора тысяч лет назад, и принадлежал моему последнему Духовному, который был до тебя.

Игорь, ощутив ладонями холод кожаной обмотки ножен, молча принял подарок. Оружие оказалось на удивление легким.

–Извините. Можно вопрос?– осматривая меч, вдруг спросил Игорь.

Мужчина кивнул.

–Вы сказали, что всего вас, главных архангелов, семь, и что каждый из вас ответственен за одну из планет Солнечной системы. Но планет же восемь. Кто ответственен за восьмую?

–Эх,– вздохнул Михаил, его выражение лица в одно мгновение стало стальным.– Это одна из темных сторон нашей истории, и мне не стоит ее самому тебе рассказывать. Спроси кого-нибудь из своих будущих спутников.

–Хорошо.

–А теперь запомни. Когда будешь уходить, даже не думай говорить кому-нибудь, куда и по какому поводу собираешься. Когда путешествие начнется, нехорошие существа бросятся за вами в погоню. Они не побрезгуют использовать любые методы, чтобы вас найти, поэтому не говори правду близким, чтобы не подвергать их опасности,– сказал он и взглянул на мальчика пронизывающим душу взглядом.– Ты понял?

Игорь нервно сглотнул слюну и кивнул. Его адамово яблоко, не успевшее вырасти до мужских размеров, неровно подпрыгнуло. Игорь хотел спросить, что это, собственно, за «нехорошие существа», но Михаил его опередил.

–Славно,– сказал мужчина.– И последнее,– он загадочно вскинул бровь.– Если понадобится помощь, просто попроси. Нужно лишь верить, иногда только это может дать ответ и помочь.

Закончив говорить и не дав Игорю ответить, он коснулся кончиками сложенный вместе указательного и среднего пальца к его лбу и с усилием толкнул. Мальчику показалось, что его потянула резко сорвавшаяся с места лошадь, к которой его привязали толстым канатом. Вокруг Игоря сгустилась тьма.

2

Знаете то чувство, когда вы вот-вот проснетесь, и будто падаете куда-то вниз, в глубокую нескончаемую пропасть, пока не разбиваетесь о собственное тело и не просыпаетесь? Мир снов не имеет границ. В нем могут быть необъяснимые человеческими словами красоты и загадки, и парализующие, пугающие до полусмерти ужасы. Во сне мы путешествуем, прибываем то в бурлящей пучине океанов, гуляя там со старыми мудрыми черепахами, марлинами, и катаясь на морских коньках. Иногда скитаемся по бескрайним пустыням, осушающим горло своим знойным воздухом и обжигающим затылок палящим солнцем. Слушаем в зеленых лесах пение птиц и журчание ручьев, наслаждаемся свежестью воздуха после только что прошедшего грибного дождя. Иногда видим свои самые сокровенные мечты, а иногда сны бывают ужасными и пугающими, в них мы видим то, чего больше всего боимся. Вы точно знаете эти чувства. Во сне то, что называется душой, покидает тело и странствует по бескрайним вселенным, по миру Снов, а когда возвращается обратно в тело, мы и ощущаем это странное чувство падения.

Вот дух Игоря падает, падает, и вдруг резко ударяется о твердую поверхность, влетая обратно в свое тело и выбивая весь воздух из его легких. Мальчик подскочил, безумно оглядываясь и пытаясь отдышаться. Поняв, что он находится в своей комнате, Игорь лег обратно на кровать и посмотрел в телефон на время. Было около восьми вечера, и парень ни с того ни с сего громко расхохотался.

–Ну надо же! Ай да сон! Приснится же такое, е-мое!– хохотал он, протирая глаза.– Говорила мне мама, не ложись спать под вечер, а то голова болеть будет, да и снится непонятно что.

От души смеясь, мальчик уронил свои руки на кровать и вдруг почувствовал уже знакомый холодок. Смех мгновенно прекратился и, взяв предмет в руку, он поднял это и увидел перед собой обернутые в черную кожу изогнутые ножны с торчащей из них, обделанной деревом и золотым металлом, рукоятью. Проведя взгляд вниз, он увидел, что конец ножен тоже обернут золотом.

«Так все это правда?»,– подумал он, издав страдальческий стон. Ему хотелось расплакаться, но страдания прервал раздавшийся стук в дверь. Не успел мальчик принять сидячее положение, как в комнату вошел, тряся своими лохматыми руками, его новый знакомый Скрих.

–Привет,– бодро сказал он.– Я думал, ты пробудешь там дольше. Как слетал?

–Как на ракете,– ответил слегка сиплым голосом Игорь.

–Славно. Знаешь что,– домовой заботливо взял мальчика за руку,– после таких полетов нужно поесть. Тогда боль в голове и тошнота быстрее пройдут. Пошли.

Он привел парня на кухню, налил горячего чая, сделал пару бутербродов и предложил мальчику. Игорь, нехотя и пытаясь подавить тошноту, откуси небольшой кусочек. После этого он почувствовал такой голод, что съел их за полминуты, еще и добавки попросил.

–Нет,– остановил его Скрих,– много есть тоже нельзя.

Мальчик неприязненно посмотрел на домового. «То ешь, то не ешь! Сам не знает, чего хочет!»,– гневно думал Игорь, но вслух сказал другое.

–А что это ты так обо мне печешься?

–Я над тобой уже пятнадцать лет пекусь,– хохотнул Скрих, хлюпнув после этого чаем.– С самого твоего рождения за тобой присматриваю. Вот, помню,– он закинул ногу на ногу,– однажды твои родители после вечеринки утром очень долго спали, и ты, проснувшись раньше всех, сильно захотел есть. Родителей тебе поднять так и не удалось, а тебе было года два, или три, и поэтому мне, на собственный страх и риск, пришлось варить тебе кашу, кормить, а потом еще и посуду мыть!– домовой расхохотался.– По мере твоего взросления ты прекращал меня видеть, а к пяти годам вовсе перестал замечать, как, в общем, и все взрослые.

В воздухе повисло неловкое молчание. Скрих продолжал сидеть и, улыбаясь своим мыслям, пил чай, но тут его взгляд прояснился и он посмотрел на Игоря.

–Может, пока есть свободное время, сыгранем в шахматы?

Подумав пару секунд, Игорь согласно кивнул. Довольный Скрих тут же соскочил с дивана и через мгновение вернулся уже с доской. Расставив шахматы по своим местам, они разыграли цвета, и домовой, сев по-турецки на стол, подобрал под себя ноги. Положив свой волосатый подбородок на ладони и нахмурив лоб, он сделал первый ход конем, громко стукнув им при этом по доске.

Глава четвертая

Новые знакомства

1

Из окна, рисуя на полу и стенах узоры, сквозь прикрытые белые жалюзи лил утренний солнечный свет. Игорь, наблюдая за летающими пылинками, сидел со Скрихом за обеденным столом, и они вместе поедали заботливо приготовленный домовым завтрак. Домовой, желая приподнять настроение Игорю, сделал яичницу-машинку, пожаренную в специальной резиновой формочке, но желток у него расплылся, и получилось не очень похоже.

Игорь же ни на секунду не переставал размышлять о вчерашнем разговоре с Михаилом. Ему до сих пор все это казалось сном, и если бы не Скрих, сидящий доказательством в метре от него, он бы вновь принял все произошедшее за галлюцинацию. Конечно, парень не исключал вероятность, что домовой и все остальное – часть его больного воображение, но Игорь решил больше не морочить себе голову и просто принять все произошедшее, и будь что будет.

Закончив с завтраком, мальчик вымыл тарелку и закрылся у себя в комнате. Достав из ящика, расположенного под кроватью, удобный черный с красной молнией рюкзак, с которым он раньше ходил на плаванье, Игорь раскрыл его как можно шире и поставил на стул. Со стороны он чем-то напоминал раззявленную до отказа пасть.

Отворив дверцу шкафа, мальчик вытащил все вещи, что в нем лежали, и положил две получившиеся стопки с футболками и штанами на стол. Выбирая из них самые любимые и удобные, Игорь с несвойственной для него аккуратностью укладывал их в рюкзак. Закончив с упаковкой одежды, он прошел на кухню и открыл холодильник. Выдвинув нижний поддон, мальчик заметил несколько банок тушенки и консервированной рыбы.

–Как раз подойдет. А то мало ли что, пусть лучше будет,– прошептал сам себе под нос мальчик, бросив их в наполовину заполненный рюкзак под немой взгляд Скриха, следившего за ним всегда, когда мальчик появлялся в поле зрения домового.

Положив еще кое-какие вещи из нижнего белья, Игорь без труда застегнул почти доверху забитую сумку и поставил ее перед входной дверью, после чего вернулся в свою комнату.

Нацепив на себя бежевые бриджи и темно-красную, с какими-то шедеврами архитектуры футболку Игорь уселся на стул. Просто сидеть и ждать было не выносимо, поэтому он решил немного отвлечься, и тут ему пришла мысль о том, что он просто не мог не сделать.

Вытащив из стопки один лист бумаги, Игорь наточил карандаш и начал писать записку. Израсходовав невесть сколько нервов и страниц, мальчик изгрыз полкарандаша, и наконец закончил. Отложив его в сторону, Игорь раз пять перечел написанное.

«Дорогие мама и папа.

Со мной все в порядке. Я ушел по одному ОЧЕНЬ важному делу, о котором пока ничего рассказать не могу. Знаю, что это все выглядит как бред сумасшедшего, или бурные фантазии ребенка, и понимаю, что, скорее всего, вы мне не поверите, но это так. Я буду очень осторожен, со мной будут друзья (на этом моменте Игорь неуверенно остановился, но все же решил оставить написанное как есть), которые присмотрят за мной. Постарайтесь не волноваться хотя бы по мере возможности. Я приду, как только смогу. Передайте привет Карине.

Игорь»

Удовлетворенно кивнув самому себе, мальчик положил письмо на середину стола. Поднявшись со стула мальчик, немного помешкав, подошел к кровати и надел на левое запястье свои любимые серебряные часы. Родители подарили их Игорю на его пятнадцатое день рождение, прошедшее третьего апреля. Это были красивые часы, с тремя небольшими дополнительными стрелками на циферблате, заменяющие секундомер и еще что то. Правда, на корпусе была заметная царапина, оставшаяся после одной из драк со Стефаном. Даже сейчас мысль о неприятеле вызвала в Игоре злость.

Раздался стук в дверь, заставивший парня подскочить на стуле. Петли едва слышно скрипнули, и в комнату заглянула волосатая физиономия Скриха.

–Ты не слишком занят? Можно войти?

–Что-то хотел?– разрешающе кивнув, спросил мальчик.

–Да. У меня есть просьба,– домовой прошел в комнату и запрыгнул на кровать. Слегка подрыгивая ногами, он продолжил.– Можешь взять меня с собой?

–Зачем?– нахмурил брови Игорь.

–Видишь ли,– приложив палец к подбородку, вздохнул Скрих.– Я большую часть своей жизни, до того как переехать сюда, жил в другой квартире. Она была очень опрятная, мне там было вполне себе хорошо, но я там очень сильно скучал. Когда появился Михаил и предложил мне задание, смысл которого заключался в одном – оберегать тебя до «особого распоряжения». Я ему не смог отказать, да и рутинную жизнь можно было хоть немного разнообразить, поэтому согласился. Поначалу мне очень нравилось за тобой присматривать и ухаживать, но потом ты вырос, и это прекратилось, и я вновь начал скучать. Но все не так просто, как можно подумать. Самая главная обязанность моего вида – хранить дом, поэтому мне не было позволено ни разу за всю жизнь выйти за пределы квартиры, и предыдущей, и твоей. На свете есть домовые, которые не хранят чей-нибудь очаг, и они очень несчастливы. Скитаясь по миру и не имея дома, такие домовые считаются отбросами. Но мне надоело сидеть в четырех стенах! И пусть мои родичи посчитают меня сумасшедшим, но я хочу выйти отсюда и повидать мир. Хотя бы его часть. И да, не волнуйся, опеку над квартирой я попросту передам другому домовому. Уверяю, желающий быстро найдется.

–Даже не знаю,– в замешательстве пожал плечами Игорь.– Я не против, но стоит узнать, не против ли… ТЕ.

Вдруг во входную дверь раздались три отчетливых стука, и Игорь почувствовал, как его сердце замерло. Тряхнув пару раз руками, мальчик, собираясь с духом и пытаясь унять нервную дрожь, сотрясающую его тело, вышел из спальни и прошел в прихожую. «Ну, началось»– подумал Игорь и, даже не посмотрев в глазок, отпер дверь.

За порогом стояли два человека: девушка и парень позади нее.

Незнакомка была довольно привлекательна особой, внимание сразу привлекли ее необычные глаза, красиво контрастирующие на фоне черных волос, едва достающих до плеч. Они были прозрачно-голубыми, и с множеством блестящих, будто маленькие звездочки, крапинок. Одета она была в черную футболку, серую кофту на молнии, темно-синие джинсы и яркие красные кеды.

–Доброе утро,– поздоровалась приятным, слегка хрипловатым, голосом незнакомка.– Игорь?

–Точно,– ответил мальчик.

–Серафима, очень приятно,– она пожала парню руку. Хватка у девушки оказалась сильной и крепкой, чем очень удивила Игоря, ведь ростом она была не выше него, то есть около полутора метров плюс несколько сантиметров. Затем она повернулась и кивнула на своего спутника.– Этого здорового бугая зовут Стиви. Можно пройти?

Игорь кивнул и немного отошел в сторону. Девушка не зря назвала своего спутника бугаем, он действительно был огромным, даже больше Савы, и напоминал медведя на двух ногах, только без бурой шерсти. Все его руки были покрыты какими-то татуированными символами и мелкими шрамами и, переведя взгляд на девушку, Игорь заметил, что и у нее из-под майки к горлу тянется черная линия. Вероятно, и ее руки тоже были изрисованы, но их по самое запястье скрывали рукава кофты. Волосы у парня были светлые и коротко стриженые, почти как у Игоря.

Тот так же, как и девушка, протянул ему руку. Пожав широкую, словно лопата ладонь своего нового знакомого, Игорь представил им Скриха, одновременно с этим прикрыв дверь.

–Ты собрался?– не церемонясь, спросила у него девушка.

Игорь поднял с пола рюкзак и повесил его на плечо.

–А оружие у тебя есть?

«Вот же дырявая голова. Как я мог забыть про меч?!»,– отчитал сам себя в мыслях Игорь и, попросив гостей подождать, рысцой вернулся в комнату и вышел уже с оружием. Девушка подняла одну бровь.

–Знаешь, я спросила у тебя это в шутку. Откуда у тебя меч?

–Серафима,– басистым голосом позвал ее Стиви.– Нам пора выдвигаться, давай позже. У нас еще будет для этого много времени.

–Хорошо,– девушка согласно кивнула,– тогда вперед. Путь действительно неблизкий.

Скрих прочистил горло и многозначительно посмотрел на Игоря. Вспомнив о просьбе домового, мальчик передал ее Серафиме, которая, как он предположил, была главной.

–Если он готов, нет проблем,– не замешкавшись ни на секунду, согласилась девушка.– Домовой может нам очень пригодиться на пути.

Сам не ожидавший такой легкой победы Скрих улыбнулся и обрадовано потер ладони, будто они у него замерзли.

–Отлично! Тогда подождите минуту.

Не дожидаясь ответа и вытянув левую руку, он слегка порезал ладонь удлинившимся из указательного пальца когтем. Смочив палец в фиолетовой крови, неторопливо вытекающей из ранки, домовой нарисовал на стене что-то, похожее на японский иероглиф. Когда же он закончил воздух резко похолодел, а в груди у Игоря появилось неприятное ощущение опасности и неудобства.

–Такое чувство появляется, когда дом не охраняется домовым,– объяснил Скрих. Он капнул слюной на порез, и тот мгновенно перестал кровоточить.– Я только что его освободил. Не переживай, скоро вашу квартиру займет другой домовой.

–Серафима,– окликнул девушку Стиви и постучал себе по запястью, словно там были часы.– Ты забыла кое-что напомнить.

–Что? Ах, да…– она слегка стукнула себя по лбу, и посмотрела на Игоря.– Оставь все предметы связи: телефон, планшет, даже электронные часы, если они есть. Короче все, что может звонить или имеет доступ к интернету.

–Зачем?– нахмурился Игорь, доставая сотовый из кармана.

–Нас по ним могут выследить темные.

–Кто это?

–Не сейчас,– поторопила его Серафима.– Времени у нас действительно будет навалом, но медлить тоже не стоит, мало ли что.

–Куда мы отправляемся?– спросил Игорь, пропустив Скриха вперед себя и выйдя из квартиры.

–Далеко. Я понимаю твое состояние и все объясню,– посмотрев парню прямо в глаза, пообещала девушка. Ее губы тронула легкая улыбка, которую до этого сложно было представить на таком жестком и строгом лице, с которым она появилась.– И да, возьми ключи с собой.

–Все будет круто,– дружески хлопнул ему по плечу Стиви и хохотнул.– Скучно не будет точно, это я могу тебе гарантировать.

–Ага,– неуверенно кивнул в ответ Игорь.

Выйдя из дома, парень огляделся по сторонам и неподалеку от дома увидел белый двухэтажный «дом на колесах». Серафима подошла к нему и стукнула в дверь кодовую комбинацию «три, один, два». Через секунду она с легким Скрипом отворилась, и перед ними возникло, покрытое сантиметровой щетиной, лицо молодого человека.

На вид парню было около двадцати пяти лет. Кожа у него была смуглая и так же покрыта татуировками и маленькими шрамами, волосы кудрявые угольно-черного цвета, почти как у Серафимы. Из одежды он в тот момент носил джинсы, кроссовки, и светло-серую майку, на груди которой крупным шрифтом изготовители написали пылающую, словно составленную из дров, только что вынутых из печки фразу «ROCK-N-ROLL FOREVER»,

–Здорово, новенький,– протерев взмокшую ладонь о джинсы, поздоровался он.– Я Сариф.

–Очень приятно, я Игорь.

–Что же, проходи в салон. Там тебя уже ждут.

Серафима первой забралась по ступенькам и, поманив мальчика за собой, прошла вглубь автобуса. Игорь, оглядев напоследок детскую площадку с футбольным полем, и дом, в котором прожил все свои пятнадцать лет, вздохнул и последовал ее примеру. Пройдя по темному в светлую клетку линолеуму, покрывающему пол, он оказался в так называемой «гостиной-спальне» автобуса, и поочередно поздоровался со всеми присутствующими, рассевшимися на прилегающие к стенкам диванчики.

–Это Данил,– положив Игорю свою легкую руку на плечо, сказала девушка, показывая на рыжего парня, с раздражением, или даже неприязнью поглядывающего на него.– Это близнецы Вова и Саша,– два мальчика, точь-в-точь похожие друг на друга, не сказав ни слова, приветственно помахали.– А это Игорь и бывший домовой его квартиры – Скрих.

Присев на один из темно-серых диванчиков, Игорь постарался расслабиться.

–Двигай!– крикнула девушка Сарифу.

Двигатель завелся с первого раза, и автобус тронулся с места. Свернув направо, они проехали вдоль футбольного поля, затем повернули налево, затем еще раз, и, покинув территорию двора, выехали на проезжую дорогу. Женя подсел к новоприбывшему мальчику и добродушно боднул его локтем в плечо.

–Чего такой напряженный? Тебя как будто в тюрьму к убийцам посадили,– сказал он и весело рассмеялся. Остальные его поддержали, но Данил, продолжая хмуриться, даже не улыбнулся. Интересно, какая муха его ужалила?

–Все хорошо,– прочистив горло, ответил Игорь.

С трудом разжав затекшие пальцы, судорожно сжимающие меч, мальчик положил оружие рядом со своим рюкзаком.

–Ну что же, Игорь, теперь у нас есть время поговорить,– присев рядом с ним, начала Серафима.– Расскажи, что с тобой случилось? Как ты пробудил в себе силу Духовного?

Мальчик закатил глаза, но все же поведал историю аварии от самого начала, когда он пошел в школу, и до самого конца, когда он обессиленный вернулся домой

–Белый дым. Игорь,– прочистила горло Серафима, переглянувшись со Стиви. В ее глазах, как и в глазах остальных парень прочитал сильное волнение.– Скажи мне, ты знаешь, кто твой Духовный отец? Это очень важно.

–Михаил,– помешкав пару секунд, неуверенно ответил мальчик.

Игорь готов был поклясться, что девушка немного побледнела.

–Не может быть,– не веря, выпалила она.– С чего ты взял?

–Он мне сам сказал,– не понимая причину их странной реакции, пожал плечами Игорь, растерянно оглядывая собеседников.

–Ты с ним виделся?

–Михаил пришел ко мне вчера,– немного растерявшись от ее резкости и недоумевающих взглядов остальных, ответил Игорь.– Рассказал, кто он, потом доказал, поймав нож налету и выпив полный стакан кипятка. После взял меня с собой на Солнце, рассказал, кто я такой, сказал, что завтра за мной придете вы, все объясните и скажите, что делать дальше. И еще он дал мне его.

Мальчик кивком указал на меч.

–Ты был в обители Высших?– не верил своим ушам Стиви, глаза у него округлились, словно две монетки.

–Подожди,– оборвала его девушка, а затем протянула руку.– Можно?

Игорь вновь кивнул и подал оружие. Серафима, немного отойдя от него, одним умелым движением выхватила меч, издавший при покидании ножен шипение, немного похожее на змеиное. Салон автобуса буквально осветило холодным свечением от белоснежного металла, казалось, что оно было сделано из усердно отполированного серебра. По виду клинок был похож на саблю, только без гарды, а его лезвие и рукоять украшали какие-то символы и линии.

–Чтоб мне провалиться,– восхищенно выдохнула девушка, с благоговением разглядывая лезвие.– Это же сам Свет Луны, выкован под лунным светом, осветившим Землю в первый день весны. Просто невероятно, что он отдал тебе его.

–Михаил сказал, что он принадлежал его последнему Духовному,– сказал Игорь.

–Вообще, всех сверхъестественных тварей можно поразить только Лунной Сталью, которую так же называют небесной, самой чистой из всех. Она есть у каждого из нас, но это…– девушка восхищенно осматривала оружие.

–Быть не может,– в неверии покачал головой Данил. Поднявшись, он приблизился к Серафиме.

–Нет, это он,– ответил ему Стиви.– Вне сомнений. К тому же это объясняет, почему доминус лично велел Директору, чтобы мы его забрали. Похоже, чувак важная шишка. Очень.

–Но у Михаила не было Духовных уже тысячу лет,– продолжал сомневаться Данил.– Почему сейчас? Невероятно.

Игорь, наблюдая за их спором, понял, что знают они о происходящем с ним не больше него. Даже меньше. Вернув меч в ножны, девушка отдала его Игорю.

–Не знаю,– ответила ему Серафима.– Поживем, увидим.

–В карты сыграть не хочешь?– спустя пять минут неловкого молчания Стиви достал из кармана своих шорт колоду.– Дорога долгая и, честно скажем, в основном нудная.

–Давай.

–Серафима, хочешь с нами?

–Хорошо, только не долго. Я не особо люблю играть в карты.

–А ты, Данил?– посмотрел на приятеля Стиви, шелестя картами и перекидывая их из одной руки в другую.

–Обойдусь,– резко прошипел парень, неприязненно зыркнув на Игоря.

Данил отвернулся и влез по лестнице на второй этаж на кровать. Вытащив из кармана монетку, он начал ее разглядывать и чистить какой-то тряпочкой.

Стиви же в это время установил рядом с диваном небольшой раскладной столик и, шепча под нос что-то вроде «Духовный Михаила. Ну надо же, с каждым днем все интереснее» разбросал карты в три стопки. Взяв свою, Игорь расправил ее веером. Первый ход был его.

–Когда мы выходили из дома,– начал мальчик, бросив червовую семерку на гладь стола,– вы сказали мне не брать с собой телефон и другие средства связи. Мол, нас могут по ним вычислить темные. Кто это такие?

–Мир, Игорь, делится на две стороны, два цвета,– выдохнула Серафима, побив карту Игоря.– На белое, и черное, а если быть справедливым и более точным, на Инь и Янь. Ты знаешь что это?

–Символ китайский,– ответил ей мальчик.

–Верно. В нем показана истина. Круг, как и мир, делят черный и белый цвет, но если обратить внимание, ты увидишь на черном цвете белую точку, а на белой черную,– бросив в следующем ходу карту Стиви, продолжила девушка. Вдруг она внимательно, даже пристально посмотрела на Игоря.– Это значит, что нет только зла и добра. Во всем мире, в каждом человеке есть и светлая сторона, и темная. В каждом свете есть доля тьмы, а в каждой тьме есть доля света. От человека лишь зависит, какую сторону он выберет.

–Хватит забивать парню голову своей философией,– хохотнул Стиви и посмотрел на Игоря.– Она у нас увлекается всей этой мурой. Если говорить коротко и ясно, Темные – это нечистая сила.

–Демоны, вампиры, вы про них?– спросил Игорь.

Все синхронно начали оглядываться по сторонам.

–Игорь,– прочистила горло Серафима.– Не нужно так легкомысленно называть их имена. Помянешь кое-кого, как говорится, он и появиться, а нам только этого и не хватало.

–Тупица,– прошипел себе под нос Данил, искоса посмотрев на мальчика, но Игорь притворился, что не услышал этого.

Отыграв остаток кона в полном молчании, проигравший Стиви, недовольно нахмурившись, торопливо, но ловко перетасовал колоду, разбросал три стопки, и они начали новую игру. Тут Игорь неожиданно вспомнил о вопросе, который он задал на Солнце Михаилу, но тот ушел от ответа и сказал, что ребята ему все растолкуют.

–Можно еще вопрос?– желая продолжить разговор и заодно заполнить пробелы, подал голос мальчик.

–Да, конечно,– ответила Серафима.– Сколько хочешь.

–Когда я был на Солнце вместе с Михаилом, он мне рассказывал о появлении планет и о том, что каждый из семи архангелов ответственен за одну планету Солнечной системы.

–Да,– подтвердила девушка.– Совершенно верно.

–Так вот, у меня неувязка,– побив козырной дамой пикового короля, сказал мальчик.– Планет, как я думаю, вы знаете, в нашей Солнечной системе восемь, а архангелов всего семь. Как так? Я спросил об этом Михаила, но тот резко расстроился и сказал, что вы сами мне все объясните.

–Да-а,– сжав в струну свои и без того узкие губы, качнул головой Стиви.– Видать, для доминуса это до сих пор больная тема разговора.

–Тут тоже действует закон Инь и Янь. В каждом свете есть доля тьмы,– вздохнула Серафима.– Изначально архангелов было восемь.

–А куда делся тот восьмой?

–Это произошло очень, очень давно. Как известно, первыми созданиями Отца стали архангелы, и их действительно было восемь. Были и другие архангелы, а после них ангелы, но первые – самые могущественные и, к слову, более правильно их называть архистратигами. Когда же Отец создал первых людей и приказал сыновьям любить их, и относиться к ним, как к равным, одному, самому младшему из архангелов это очень не понравилось. Его зовут Люцифер (Игорь не знал, сознательно или нет, но называя имя, Серафима понизила голос). Он считал, что люди не заслуживают жизни рядом с ними, что они слабы, и решил доказать это, и ему вскоре подвернулась хорошая возможность. Однажды на одном дереве на Солнце выросло такое красивое и совершенное яблоко, что Отец запретил его срывать. Люцифер же, прознав об этом, воспользовался моментом, обратился змеей и убедил Еву нарушить запрет. Но ожидания Люцифера, который считал себя героем дня и правым во всех своих убеждениях, ждала непредвиденная реакция. Отец разгневался на людей и сослал их в наказание на Землю, но и Люцифера, за неповиновение и тому подобное, так же ждала кара. По его приказу Михаил отрезал младшему брату крылья, чтобы тот не смог попадать на другие планеты, в том числе и Солнце, и сбросил его вслед за людьми на Землю. А обычные, спустя много лет обзаведясь достаточно мощным оборудованием, приняли Люцифера, уничтожившего своим падением динозавров, за метеорит,– Серафима хохотнула.– Позже, примерно через десять лет, на Солнце вновь разгорелся скандал. Некоторые архангелы, не из большой восьмерки, и многие ангелы поддерживали мировоззрение Люцифера, предали Отца и Михаила, и вступили на его сторону. Покинув Солнце, ушедшие архангелы стали Падшими, а ангелы стали демонами. Между ними разразилась война, названная Первой Великой войной. Победителями из нее вышли Михаил и его войско. Он мог убить Люцифера, но пощадил, и они заключили договор. Условия были такими, что архангелы могут вмешиваться в дела Земли лишь косвенно, но только до тех пор, пока Падшие или Нечистые не начнут первые. И еще они договорились о делении душ смертных после кончины. Там все на удивление просто. Те, кто прожили жизнь хорошо – отправляются в Рай, то есть на Солнце, кто плохо – в Ад, то есть в недра Земли, туда, где находится ядро. Оно, так же, как и Солнце, защищено неприступным жаром, не дающим обычным попасть туда до смерти. А те, кто жил и не плохо, и не хорошо – перерождаются и живут новую жизнь.

–А разве архангела можно убить?– удивленно посмотрел на Серафиму мальчик.

–Да,– кашлянув и прикрыв кулаком рот, ответил вместо девушки Стиви.– Времени они не подвластны, но если очень постараться и подобрать правильное оружие, то убить можно.

–Когда война прекратилась,– продолжила Серафима,– архангелы потеряли прямую власть над миром, который терроризировали всякие монстры и чудовища, и чтобы защитить людей, да и вообще чтобы иметь, так скажем, «руки на Земле», они начали создавать нас, Духовных. Знатоков магии, профессионалов при охоте на нечистых и чудовищ, умельцев изгонять демонов из людей. Сверхлюдей.

Вдруг автобус резко подскочил, и всех пассажиров довольно сильно тряхнуло по салону. Данил даже чуть не свалился с койки. Стопка вышедших из игры карт свалилась со стола и разлетелась по всему полу, но Серафима, вместо того, чтобы попробовать остановить их падение, молниеносно сунула руку в правый карман своих темно-синих джинсов и вытащила серебристую, размером с мизинец, серебристую лазерную указку.

–Без паники!– донесся до них крик Сарифа.– Я на кочку глубокую наехал, вырулить не успел!

Серафима нервно вздохнула и убрала вещицу обратно в карман. Не говоря ни слова, она собрала все упавшие карты в стопку. Игорь же следил за ее действиями и размышлял о странной реакции девушки. Она поймала его взгляд своим.

–Что? Тебе интересно, зачем я достала ее?– догадалась девушка.

Игорь кивнул. Серафима вновь вытащила указку и нажала на какую-то кнопку. В мгновения ока она удлинилась, примерно как удлинялся зонт Михаила, и превратилась в копье длинной чуть ниже ее роста.

–Есть оружия двух типов,– она вновь куда-то нажала, и копье вернулось в прежнее состояние.– Невидимое для глаз обычных, на него накладывают специальную руну, которая называется «Тектум». А есть оружие маскировочное, которое складывается во что-то, на что обычные не обратят внимание. Ручка, ложка, указка, и еще много чего. Но все они куются из Лунного Света, потому что только из такого материала оружие может навредить Падшим, нечистым, и чудовищам.

–Хм,– через десять секунд молчания, не желая терять нить разговора и сидеть в тишине, сказал Игорь и почесал подбородок.– Серафима, как ты узнала о своем происхождении?

–Это произошло довольно давно, мне было девять,– немного помявшись, начала она.– Я гуляла во дворе и, заигравшись, не заметила, как на улице стемнело. Опомнившись, я уже собиралась идти домой, но не успела. Поднявшись с песка, я услышала старческий голос, а обернувшись, увидела приближающегося ко мне старичка,– Игорь заметил, как девушку пробила дрожь и на ее щеках появились мурашки.– Он был маленький, ростом примерно с меня, то есть около метра, лысенький, и с добрым морщинистым лицом. Ссылаясь на болящие ноги, он попросил меня проводить его до дома. Но я помнила наказания родителей о том, что с незнакомцами никуда ходить нельзя, и, как умная и послушная девочка, отказалась. Думала бежать, но не тут-то было. Я так испугалась, что не смогла сдвинуться с места. Его доброе морщинистое лицо начало меняться, превращаясь в злобный звериный оскал. Изо рта вылезли два покрытых желтоватым налетом клыка, длиной поравнявшись с носом, вся кожа покрылась рытвинами и бородавками, на лысой голове выросли шишки и волдыри, а в ухе, будто у пирата, висела круглая золотая серьга. Он издал тихий горловой рык и схватил меня за запястье с такой силой, что чуть не переломал кости. Уже собираясь отволочь меня куда-то, он неожиданно замер. Откуда ни возьмись появился высокий темноволосый мужчина и, схватив этого мерзкого трухлявого пня за шиворот, отшвырнул его в забор. Бабай, прийдя в себя, поднял голову и разъяренно зарычал, показывая ряд пожелтевших клыков, похожих на крюки для мяса, только поменьше двух боковых, но почему-то нападать он не стал, а развернулся и со всех ног куда-то убежал. Мой спаситель представился Гавриилом, отвел меня в укромное место, и рассказал, КТО на меня напал. Бабаи с давних времен похищают маленьких детей в безлюдных местах. Обычно это происходит в лесу и преимущественно ночью, но иногда они настолько наглеют, что могут украсть ребенка прямо под окнами его же дома. Мужчина поведал мне, кто он такой, кем я ему прихожусь, и кто я вообще такая. После такого испуга Искра Духа во мне зажглась, а правда о моей сущности ее распалила еще сильнее, словно подувший на костер ветер. Проводив меня, он сказал, что я не могу больше оставаться дома, так как все знаю о скрытом от обычных людей мире и теперь представляю угрозу. Он сказал, что пошлет за мной пару ребят, которых зовут Крам и Фил. Они и отвели меня в Сабтерру Кастеллум.

Стиви выложил перед Игорем два валета и победно хлопнул и потер ладони. Мальчик, будучи проигравшим, перемешал колоду и вновь раздал карты игрокам.

–Что такое Собате… Сабет… ох, как там ее?– продолжил прерванный здоровяком разговор Игорь.

–Сабтерра Кастеллум. Одно из множества поселений для таких, как мы. Хотя, поселение – это очень мягко сказано,– хмыкнув, пояснила девушка.– Первые spiritales eius, то есть наши Духовные предки, возвели в каждой стране по одному замку, или храму, везде по-разному. Они призваны защищать территорию всей Земли от темных, пришельцев, и иногда даже Падших, но это происходит крайне редко. Наш замок называется Сабтерра Кастеллум, но мы в обиходе называем его просто Подземка. Я думаю, тебе из названия стало понятно, что он находится под землей. Есть еще множество храмов по всему миру. Одни расположились в горах, какие-то в лесах, какие-то на дне океана, не особо крупные даже в городах, под самым носом у обычных. Там нас обучают искусству ведения боя с монстрами и темными, магии, полной, не искривленной туманным понятием обычных, истории Мира, и многому другому, открытому для нас. После путешествия ты отправишься туда вместе с нами и будешь обучаться. Иначе тебе не выжить.

–Подожди,– прервал ее Игорь,– ты сказала, магии?

–Да,– кивнула девушка. Она тряхнула короткими волосами.– Магия, руны, знаки, татуировки, (Игорь оглядел ребят и понял, что абсолютно у всех из присутствующих есть черные символы, набитые на коже, но у каждого разные). Источником нашей силы является та самая Искра́, про которую ты уже слыша. Она что-то наподобие генератора. Но вот это,– она показала ему свой висящий на шее на тоненькой цепочке медальон. Он представлял собой заключенную в круг пятиугольную звезду, на углах которого были начерчены какие-то символы,– помогает нам концентрировать ее. Этот знак Духовных, наш символ, он называется Пентаграмма.

–Подожди,– после того, как девушка произнесла название символа, Игорь немного отодвинулся, крепче сжимая ножны меча в ладони.– Вы что, это же плохой знак. Его используют всякие фанатики и темные колдуны.

–Эх,– вздохнул Стиви, откинувшись на спинку диванчика и сложив руки под голову.– Всегда одно и то же.

–Отчасти он прав,– сказала Серафима другу и посмотрела на Игоря.– Но только отчасти. Видишь ли, какое дело. Изначально Пентаграмма была призвана служить защитой от темных сил и зла. Давным-давно некоторые купцы даже чертили ее на дверях в склады с зерном, чтобы призвать удачу, а люди вырезали их рядом с входом в дом, чтобы уберечь жилище от зла. Но позже черные колдуны и сторонники темных сил решили одурачить людей, оставить их беззащитными, и перевернули Пентаграмму, тем самым сделав ее свойства абсолютно противоположными первоначальным. Она стала не охранять, а наоборот, притягивать зло. Видишь? Если один из концов Пентаграммы смотрит наверх, то это хороший, защитный знак, но если вниз… то тогда она действительно плохая. К сожалению, темные добились своего, и люди перестали пользоваться Пентаграммой, веря, что она – символ зла. Но мы не перестали.

Игорь, молча, слушал, а девушка продолжала говорить.

–Видишь вот эти знаки,– она указала пальцем на символы, изображенные в углах знака.– Верхний правый конец звезды символизирует Воду, нижний правый – Огонь, нижний левый – Землю, верхний левый – Воздух, а тот, что смотрит вверх, самый главный, усиливающий все остальные знаки – Дух, точнее его частичка, которую мы называем Искра. Пятая стихия, ее еще когда-то называли Эфир. Пентаграмма, хорошая Пентаграмма, помогает нам концентрировать нашу силу, магию, текущую в наших жилах.

Серафима выпрямила перед собой руки. Сложив подушечки больших и безымянных пальцев, средние фаланги средних и указательных пальцев, вытянув мизинцы по направлению к потолку, девушка направила получившуюся фигуру, напоминающую сердце, ладонями наружу в сторону Игоря. Девушка дунула на всю эту конструкцию и в мальчика врезалась такая струя воздуха, что его вжало в сидение. Он не мог шевельнуть ни одной конечностью, кожа на лице разгладилась, а щеки шлепали как у бульдога, высунувшего голову в окно автомобиля, мчащегося полным ходом по пустой загородной дороге.

Поток воздуха пропал так же неожиданно, как и появился. Рефлекторно поправив свои короткие волосы, Игорь изумленно смотрел на Серафиму. Весь салон взорвался заливным хохотом. Громче всех ржал Стиви. Данил делал вид, что ему все равно, но растрепанный Игорь краем глаза заметил, что его рот все же тронула насмешливая улыбка, но через несколько мгновений она пропала, и выражение лица Данила вновь стало каменным и скучающим.

–Это знак Усиления. С его помощью можно усилить звук, свет, или струю воздуха. Есть множество других,– она сложила другую конструкцию, намного проще. Скрестив руки на запястьях, Серафима оттопырила мизинцы и сложила вместе концы выпрямленных больших пальцев.– Ударь меня.

Игорь понимал, что в этом тоже есть какой-то подвох, и ему не хотелось вновь становиться посмешищем для остальных, но все, что рассказывала девушка, было таким необычным и фантастичным, что мальчик все же ударил. Едва не долетев до ее рук, кулак Игоря врезался в доселе невидимый щит, который после удара пошел волнами, будто гладь озера, в который бросили камень.– Чем ярче твое воображение и представление, тем крепче все то, что ты проецируешь.

Сжав левую ладонь, правой девушка начала доставать из кулака и метать в воздух сверкающие разными цветами маленькие шарики, взрывающиеся, словно фейерверки, едва не долетая до потолка. По всему салону автобуса, словно крошечные искрящиеся птички, летали разноцветные огоньки, выкручивая спирали и петли, которые еще несколько секунд сверкали пылающими нитями.

Игорь, широко раскрыв рот, наблюдал за… волшебством. Сердце парня ударяло ребра сбившимся от восхищения лошадиным галопом. Он поклялся самому себе, что, не смотря ни на что, тоже научится этому, и такие как Стефан больше никогда не посмеют назвать его обычным. Теперь настала его очередь.

2

Они провели в дороге почти весь день. Данил все так же лежал на своей кушетке под потолком и крутил в пальцах престранную железную монету, иногда искоса неприязненно поглядывая на Игоря. Скрих не отлипал от окна, изумленно разевая рот от каждой увиденной ерунды вроде светоотражающего знака или светофора, мимо которых проносился автобус. Стиви развалился на одном из диванчиков и, приоткрыв рот, храпел и изредка мотал головой, словно сгоняя с кончика своего носа надоедливую муху.

Два брата близнеца, Вова и Саша, не произнесшие за все время поездки даже короткой фразы, сидели друг напротив друга и играли в дорожные шахматы, представлявшие собой небольшую доску и маленькие, с трудом отличаемые друг от друга фигурки. Что было странно, они были единственными из всех членов группы, кто не представился самостоятельно. Игорь хотел спросить о причине у Серафимы, но близнецы все время находились всего в паре метров от них, поэтому мальчик решил отложить это на какое-то время.

Девушка же сидела рядом с Игорем, читающим свою книгу «Мастер и Маргарита», которую он предусмотрительно именно для такого случая прихватил с собой, и, прикрыв глаза и откинув голову, слушала какую-то песню рок группы «Led Zeppelin» на своем стареньком потрепанном DVD плеере. Если посмотреть со стороны, можно было подумать, что Игорь полностью погрузился в роман, но это было не совсем так.

Лишь половина его мыслей следила за происходящим в книге, а другая, словно надоедливый младший брат, не дающий сосредоточится на уроках, постоянно его выдергивала оттуда. Действительно, какая может быть «Мастер и Маргарита», когда и без нее происходит столько невероятны вещей!

Неожиданно раздались негромкий скрип тормозов, и автобус неторопливо остановился. На пороге показался охающий и кряхтящий, словно старушка, пережившая за свою нелегкую судьбу три войны, Сариф.

–Было бы неплохо перекусить,– разминая затекшую шею, сказал он.– Да и пройтись тоже. У меня уже весь зад задеревенел.

Игорь согласно кивнул и слегка пихнул локтем Серафиму. Девушка открыла глаза и, нажав кнопку «пауза» на плеере, вытащила наушники из ушей.

–Что?

–Я говорю, пошли в кафе, поедим. Скоро темнеть начнет, а ночью мне бы не хотелось останавливаться,– повторил Сариф.

Девушка согласно кивнула и, поднявшись и плавно потянувшись, словно кошка, лежавшая полдня на подоконнике под теплыми лучами весеннего солнца, подошла к Жене.

–Эй, Стиви, давай вставай. Есть пойдешь?– она потрясла его.

Здоровяк громко всхрапнул и, раскрыв заспанные глаза, с трудом сфокусировал взгляд на девушке и спросил:

–Чего? Уже приехали?

–Ага, вроде того,– хмыкнул Сариф.– Мы у кафешки остановились. Есть пойдешь?

–Конечно,– тут приободрившись, кивнул Стиви и быстро поднялся.

Домовой засобирался идти вместе со всеми, но мальчик его остановил.

–Я принесу тебе что-нибудь, Скрих,– сказал ему Игорь.

–Меня обычные видеть не могут, не переживай.

–Да это понятно, но я думаю, они сильно испугаются, если еда, витая в воздухе, будет пропадать сама по себе.

–Верно,– расстроено ответил домовой, но все же послушно вернулся обратно.

–Ты идешь?– стукнув Данилу по коленке, спросил у него Стиви.

–Не-а,– буркнул в ответ тот, не отводя угрюмого взгляда от своей монеты.– Я не голоден, спасибо.

Здоровяк пожал плечами, мол, как хочешь, и ребята вывалились на улицу. Почувствовав под ногами землю, Игорь с наслаждением пару раз присел на корточки, пытаясь разогнать кровь по затекшим ногам, и двинулся за друзьями.

Приблизившись к закусочной, парень прочитал название «В гостях у дяди Рудика». В самой закусочной, войдя через пластмассовую дверь, из посетителей он увидел только троих ребят, пристроившихся за дальним столом к ним спиной. Усевшись за один из столов, стоявших рядом с входом, Игорь взял в руки одну из лежащих ламинированных картонок и начал читать названия «блюд», которые здесь подавали.

–Что желаете, деточки?– донесся до них добрый голос.

Подняв взгляд, мальчик увидел подошедшую к ним невысокую полноватую женщину с темными, но уже понемногу седеющими, собранными на затылке в объемный пучок волосами. Под носом у нее были видны, словно старая облысевшая щетка, черненькие усики.

Уперев локти в свой объемный живот, покрытый темно-фиолетовым фартуком, она держала в одной руке блокнот, а в другой карандаш. Игорь, тихо хмыкнув самому себе, предположил, что эта официантка – жена дяди Рудика.

Приветливо улыбаясь, Сариф поздоровался с ней и заказал восемь порций кебаба на шампурах, пять пит без начинки и два чайника черного чая с лимоном. Положив меню рядом с собой и согласно кивнув головой на предложение женщины принести воды, ребята принялись ждать заказ.

Игорь разглядывал окно, частично скрытое чистой беленькой занавеской, как вдруг услышал приближающиеся шаги, еле различимые за монотонным голосом диктора новостей, который что-то вещал об авариях и пожарах из старенького квадратного телевизора, висевшего под потолком рядом со стойкой.

Со спины к Стиви приблизились те трое парней, которых Игорь заприметил при входе в харчевню, и один из них, что с прямыми, словно их кто-то выгладил утюгом, длинными светлыми волосами, положил здоровяку ладонь на плечо.

–Oh, mein Vater¹!– воскликнул его высокий, с коротко стриженными бронзовыми волосами приятель.– Добрый день, дорогие друзья! Сколько времени прошло с нашей последней встречи?

–Даст Отец, еще столько же не увидимся,– тихо пробурчал себе под нос Стиви, а затем обернулся и наигранно приветливо улыбнулся.– Себастьян, Фридрих, Швайцер! Присаживайтесь! Какими судьбами в наших краях? Германия наскучила?

–Германия не может наскучить,– со скрежетом отодвинув стул и усевшись за стол, с неожиданной серьезностью ответил ему светловолосый. Он обернулся к самому младшему, которому с виду было лет двенадцать.– Швайцер, принеси еду с нашего стола.

Черноволосый мальчуган кивнул и бросился выполнять поручение, которое по тону было больше похоже на приказ. Тот, который, как понял Игорь по методу исключения, был Себастьяном, взял стул от соседнего стола и уселся между Стиви и Сарифом.

–Мы здесь по поручению мистера Швихтенберга,– сказал темноволосый.– Не переживай, с Кипеловым наше руководство все утрясло.

Игорь непонимающе озирался на гостей, и светловолосый, ковыряя в зубах палочкой, заметил его растерянность.

–Кипелов – лидер нашей Подземки,– объяснила ему Серафима.– А Швихтенберг – лидер их поселения.

–Ты что, новенький? Я тебя не знаю,– спросил светловолосый.

–Да, Фридрих, он только сегодня к нам присоединился,– ответил вместо Игоря Стиви.– Что за поручение?

–Да ищем одного дезертира. Пьером Дюбуа зовут, может помните? Худощавый такой француз. Представляешь, сбежал месяц назад и прихватил с собой Когти Праскхара в придачу,– пока парень говорил, Серафима тихо объяснила Игорю, что «Когти Праскхара» – это древний и довольно сильный артефакт.– Никак не можем поймать этого негодяя. Гоняемся за ним с самого его побега! Доносчики говорят, что видели этого гада пару недель назад, уезжающего на автобусе из Петербурга. Вы не встречали его?

На этих словах к их столу подошла жена Рудика с подносами, на которых громоздились пластиковые одноразовые тарелки с дымящимся мясом и хлебом, а незнакомый мальчик, видимо помощник, притащил чайники и обещанную бутылку воды.

–Помню. Нет, не встречали,– с полной уверенностью в своих словах покачал головой Сариф.

Женщина расставила тарелки на столе, и ребята, поблагодарив ее, принялись за еду.

–Жаль,– цокнул темноволосый Себастьян.– Вот найдем, засадим его, словно Эдмона Дантеса, в самую темную, глубокую, одиночную, и сырую темницу Бихраиста (храм Духовных в Германии), какую только сможем найти. Может даже в Марсианскую тюрьму, если позволят, но к сожалению это очень маловероятно.

–Марсианскую тюрьму?– изумился Игорь, едва не подавившись куском хлеба.– Такая существует?

–Ты…– удивленно вскинул свою тонкую бровь Себастьян, но через секунду в его глазах промелькнуло понимание.– А, ну да. Ты же новенький.

–Да, такая существует,– ответил вместо приятеля Фридрих, почесывая при этом свою жиденькую короткую козлиную бородку.– Самая защищенная колония для самых сильных и сумасшедших преступников. Находится приблизительно на глубине в сто километров под поверхностью планеты. Двенадцатиметровые бетонные стены с алмазной крошкой, решетки камеры сделаны из железных прутов холодной ковки диаметром в восемь сантиметров!– почти кричал он, восхищенно размахивая пластиковой вилкой.– И это у самых безобидных. Попадешь туда, и без разрешения никогда не выберешься. Там, по слухам, в самой охраняемой камере заключен правая рука Темнейшего!

–Точно,– поддакнул Швайцер.

За столом повисла тишина. Каждый, тщательно пережевывая мясо и хлеб, думал о чем-то своем. Игорь представлял в своей голове, как выглядит эта космическая тюрьма. Перед его глазами предстали просторные камеры, сдерживающие в себе всяких разных кровожадных монстров-убийц, одетых в оранжевые одежды с пришитыми номерами на груди. Представлял охранников, здоровенных мужчин с висящими на поясе дубинками. Они патрулировали коридоры тюрьмы, постукивая по металлическим решеткам и время от времени заглядывали внутрь, чтобы убедится, что никакой заключенный не сбежал. Затем наступал вечер, и охранники, вооружившись как следует, отворяли двери камер и сопровождали заключенных в столовые, а арестанты в свою очередь хищно оглядывались по сторонам, разглядывая все, что можно, и составляя планы побега.

–А вы куда путь держите?– спросил Себастьян, вырывая Игоря из его разыгравшегося (а может, так все и есть) воображения. Он раздраженно смахнул со своей тонкой кожаной куртки, которая была надета не совсем по погоде, капельку кетчупа, отлетевшую от вилки Фридриха, которой тот при эмоциональном рассказе интенсивно размахивал.

–Нас послали забрать двух Духовных,– не моргнув глазом, тут же ответила Серафима.– Игоря,– она кивнула в его сторону,– и еще одного. За ним мы отправимся завтра.

–Значит, жатва у вас в самом разгаре,– хмыкнул Себастьян.

К столу, за которым сидела их кампания, подбежал тот самый мальчуган, который помог жене Рудика донести чайники. Он поправил свои темные, словно смоль, растрепанные волосы, и уставился на Игоря.

–Больше ничего не желаете?– немного писклявым голосом спросил он.

–Нет, этого достаточно,– улыбнувшись, ответил Сариф.

Мальчик же в свою очередь кивнул и, отойдя немного поодаль, уселся за пустой стол. Сунув руку в карман своих серых мешковатых штанов, он достал круглые фишки, на которых изображались разные мультяшные супергерои, такие как Человек-Паук, Черепашки-Ниндзя, и тому подобное. Когда-то у Игоря были такие же. Разделив фишки поровну, мальчик сложил их в две стопки.

–Как у вас обстоят дела в Сабтерре Кастеллум?– продолжил прерванную мальчуганом беседу Фридрих.

Стиви начал ему что-то вещать, и Игорь абсолютно ничего не понимал. Послушав их пару минут, он окончательно соскучился.

–Серафима,– тихо позвал он девушку.– Я пойду, разомну ноги. Нам, как я понял, еще долго ехать.

Девушка согласно кивнула и паренек, отодвинув стул, поднялся на ноги. Пройдя мимо мальчугана, Игорь подошел к стойке, за которой, задрав голову так, что короткие кудри едва касались плеч, смотрела телевизор жена Рудика.

–Извините,– позвал он ее.– Где здесь туалет?

–Прямо по этому коридору, дальняя дверь слева,– не отрывая взгляда от экрана, махнула рукой себе за спину женщина.

–Спасибо,– поблагодарил Игорь.

Бросив взгляд на холодильник, забитый под завязку соками, минералками и лимонадами, мальчик двинулся в указанную сторону. Пройдя по тусклому коридору, перед Игорем появилась первая дверь. «Подсобка»,– прочитал он на табличке.

–Вот она,– тихо пробормотал мальчик, заметив дверь с подписью «Туалет».

Отворив деревянную дверь, мальчик зашел в уборную комнату, предназначенную только для одного человека и, повернувшись к раковине, вымыл жирные от мяса руки и умылся. Вернувшись обратно, он уже было хотел вновь сесть к друзьям, но тут его внимание снова привлек мальчик.

–Можно?– подойдя к нему, вежливо спросил Игорь, указывая пальцем на стул, стоящий рядом. Мальчик согласно кивнул.– У меня тоже раньше были такие. Давно ты их собираешь?

–Полтора года назад начал,– ответил мальчик.– Я Мигель, кстати. А как тебя зовут?

–Игорь.

–Ты тоже в них играешь?

–Раньше, когда был маленьким.

–Круто. А сколько тебе лет?

–Мне пятнадцать.

–А мне семь,– ответил в свою очередь Мигель и протянул мальчику стопку фишек.– Давай сыграем?

–Извини, но я не успею,– покачал головой Игорь.– Мы уже вот-вот поедем.

–А куда вы направляетесь?– немного расстроившись от отказа собеседника, спросил Мигель.

–Хе…– неловко хмыкнул Игорь. Ему самому хотелось бы это знать.– Да так, просто путешествуем, с друзьями.

–Ясно. Я бы тоже так хотел,– вздохнул мальчишка, но вдруг в его глаза задорно блеснули.– Пойдем на улицу, я тебя со своим папой познакомлю. Он сейчас как раз нам с мамой ужин готовит.

–Хм, ну, пошли,– немного помешкав, согласился Игорь. Ему все равно хотелось прогуляться.– А вы что, здесь и живете?

–Да, на втором этаже.

Паренек сгреб свои фишки в карман и, соскочив со стула, двинулся в сторону выхода. Последовав за ним, Игорь обернулся к Серафиме, но девушка была увлечена каким-то бурным рассказом Себастьяна и не заметила его взгляда. Выйдя на свежий воздух, мальчик огляделся по сторонам, пытаясь найти Мигеля.

–Иди сюда!– донесся до него крик паренька.

Повернув голову направо, он заметил мальчика рядом с пристройкой, прижавшейся к зданию кафе, словно теленок к маме-корове. Наслаждаясь хрустом гравия под ногами, Игорь пошел к Мигелю. Достигнув угла харчевни, мальчик обогнул его и увидел саму пристройку. Она была чем-то вроде летней кухни ресторанчика. Под навесом тонких металлических листов, окрашенных в бирюзовый цвет и опирающихся на квадратные колонны, сложенные из местами потрескавшихся бетонных блоков, прилегая к стенке здания, располагалась внушительная куча колотых дров, а рядом с устроившимся неподалеку мангалом стоял бородатый мужчина.

В мангале еще полыхали языки огня, пожирая остатки недогоревших дров и превращая их в яркие и мигающие, словно красные лампочки, угли. Поправляя на лысеющей голове явно маленькую для него шапочку, мужчина, держа наготове испачканную в саже прямоугольную картонку, так заворожено смотрел на пляску пламени, словно это был какой-то увлекательный фильм, в сюжет которого он погрузился с головой.

Мигель, не оборачиваясь и ни слова не говоря Игорю, подошел к мужчине и, встав рядом с ним, уставился в огонь. «Что-то ерунда какая-то»,– смутившись, подумал парень, но все же подошел к мангалу.

–Что ты тут делаешь, мальчик?– спросил мужчина, обратив на него внимание.– Где твои родители?

Игорь думал, что Мигель представит его, но он не отрывал взгляда от костра и продолжал сохранять молчание.

–Я путешествую с друзьями,– ответил парень и показал пальцем на их белый автобус.

–Меня Рудиком звать,– не дожидаясь, самостоятельно представился он и протянул Игорю картонку.– Хочешь?

Мальчик неловко улыбнулся и взял ее. Видимо, этот приятный мужчина и был владельцем закусочной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Oh mein Vater (нем.) – О, мой Отец

Вернуться