Елена Черткова
Дверь в королевство нагов

Я завтракала на втором этаже одного из кафе, плотным кругом обступивших древнюю буддийскую святыню – ступу Боднатх. Это было гигантское многоуровневое сооружение, по нижнему ярусу заставленное причудливыми башенками. Выше его украшали гирлянды из живых цветов и сотни нитей с цветными флажками, тянущихся к золотому навершию.

Кружка молочного чая со специями согревала руки. Их запах смешивался с дымом от благовоний – его гонял по площади утренний свежий ветер. Эти ароматы были не деликатно-сладкие, какими пропахли столичные чайные лавки и йога-студии, а непривычно терпкие, горьковатые, навевающие мысли о шаманизме и естественных силах природы. Такие благовония сжигались здесь в невероятных количествах в гигантских, прокопченных дочерна курительницах.

Монахи в темно-бордовых одеждах, паломники всех мастей и просто спешащие по делам местные сливались в бесконечный водоворот вокруг ступы, вращающийся всегда по часовой стрелке. Левая рука идущего перебирает четки, правая подталкивает барабанчики, набитые мантрами и сплошным строем опоясывающие весь первый уровень ступы. Благословение для ленивых: сколько оборотов сделал барабан от твоего прикосновения, столько раз ты будто бы прочитал вложенные в него мантры. Непрекращающийся треск сотен барабанчиков разбавлялся постоянными ударами в массивные, но звонкие колокола: по их грубо отлитым бокам били паломники, проходя в арку основного входа, украшенную горящими на солнце золотыми оленями. Считалось, что звук этих колоколов пробуждает слышащих его от «сна заблуждений», но я была уверена, что половина звонивших, как и везде, просто загадывали здесь свои желания. Самые обычные заветные желания, радуясь возможности «позвонить» кому-то сильному и мудрому, привлечь его внимание к своей персоне.

Слукавлю, если скажу, что чем-то отличаюсь от них. Ну разве, может быть, тем, что меня сюда привело любопытство, а не погоня за счастьем или побег от страдания. Подруга, недавно вернувшаяся из трека на Эверест, два часа кряду, не закрывая рта, трещала о невероятном Непале и уже в самом конце упомянула о паре дней, что перед вылетом домой группа провела в Катманду. Но именно финал рассказа вызвал у меня необычное чувство узнавания, похожее на легкую приятную ностальгию. Если возможна ностальгия по местам, где ты никогда не был…

Ольга с ее друзьями прибились к экстравагантного вида экскурсоводу, рассказывающему мистические истории группе пожилых европейских туристов, и, затаив дыхание, слушали его до позднего вечера. И заказывая ему уже десятый чай, пахнущий имбирем и лимоном, не хотели отпускать из тесного кафе, где они ужинали у последней точки маршрута. Он говорил о том, что долина Катманду когда-то была озером, на дне которого хранилось сердце нашего мира. Точнее, то самое семечко, из которого он весь и вырос. Охраняли его живущие в воде мудрые, но воинственные существа – наги. Полузмеи-полулюди, они хранили эту драгоценность, и никто не мог добраться до нее. Потом, согласно ходящим в Тибете легендам, мудрец по имени Манжушри, которого неизменно изображают с книгой в одной руке и горящим мечом в другой, рассек озеро – и вода ушла. Стоит отметить, что кольцо гор вокруг Катманду действительно выглядит так, будто хранит след от этого удара. Так или иначе, люди получили доступ к сердцу мира, которое, по тем же преданиям, давало возможность видеть все таким, каким оно является на самом деле, точнее, показывало пришедшему самое главное. Паломники столетиями приходили в это место и приносили с собой дары, оставляя их около святыни. Постепенно вырос огромный холм, в центре которого скрывалось небольшое строение, а в нем тот самый древний артефакт…

“И все это, как и раньше, является территорией нагов, – пересказывала мне Ольга. – Только сейчас королевство нагов представляет собой подземный лабиринт, а входы в него спрятаны на территориях старинных буддийских монастырей. Но некоторые, тайные, случайным образом могут открываться и в неприметных улочках близ того самого холма, Сваямбху (Сваямбхунатх). А происходит это потому, что наги иногда покидают подземное королевство, принимая человеческий облик. Нам тогда экскурсовод указал в окно на какого-то идущего по улице мужчину. Высокий такой и худой. Черты лица необычные такие. Сказочные. По крайней мере, он действительно выделялся среди низкорослых крепких непальцев и суетливых смуглых индусов. Экскурсовод пояснил, что нагов там довольно часто можно встретить. Они вроде как за порядком следят”.

“И что будет, если в такую дверь войти?” – полюбопытствовал кто-то из слушателей.

“Говорят, обычно назад никто не возвращается”.

* * *

Я прочитала все, что смогла найти, о холме Сваямбху и таинственных змееподобных существах, охраняющих его. И чем дальше погружалась в эту историю, тем сильнее она захватывала меня. Поскольку холм этот ныне обнесен стеной с множеством маленьких ступ, статуй и домиков для медитации, а наверху стоит еще одна древняя ступа в окружении старейших храмов, никто копать там ничего не будет. Даже в исследовательских целях. Но холм просвечивали специальным оборудованием и подтвердили наличие небольшого строения в центре и еще нескольких пустот, похожих на комнаты…

…И вот всего месяц спустя после этого разговора я уже завтракаю в одном из кафе Катманду, полная решимости увидеть место рождения мира собственными глазами, встретить живого нага и, если повезет, отыскать вход в подземное королевство.

Я вышла на улицу. В небо над головой взмыла огромная стая голубей. Я повернулась и встретилась взглядом с огромными голубыми глазами, нарисованными на золотом навершии ступы. Она будто спрашивала, зачем мне это все. Да я и сама себе затруднялась ответить на тот же вопрос. Но словно бы слышала не дающий мне покоя голос и шла на него.

Идея отпуска в Катманду показалась бы странной всем, кто потрудился узнать подробности об этом городе. Как и многим, Непал представлялся мне далекой волшебной страной, но теперь реальность проносилась мимо в виде дребезжащих, проржавевших автобусов с решетками на окнах вместо стекол. Окружала стаей детишек-попрошаек. И окутывала непроглядными клубами пыли с городских дорог, не знавших асфальта. Я иногда всерьез не понимала, как водитель моего такси ориентируется, когда в коричневато-сером облаке исчезали и дорога, и ближайшие дома. Порой мне казалось, что мой самолет был замаскированной машиной времени, перенесшей ничего не подозревающих пассажиров на пару столетий назад. И все же непальский колорит превращал этот практически постапокалиптичный мирок в сказочный.

Немного не доехав до холма Сваямбху, мы встряли в пробку, которую собрала впереди какая-то шумящая барабанами процессия. Мне оставалось лишь покорно наблюдать в окно за узкой улицей, заполненной человеческой рекой. Она бурлила торговлей и рычала двигателями транспорта, пытавшегося пробраться между пешеходами и безмятежно спящими прямо под их ногами собаками. И вдруг в глаза бросился один прохожий. Казалось, он был на две головы выше остальных. Двигался он неестественно плавно. Длинные и гладкие черные волосы чуть колыхались, выдавая, что их хозяин все же шагает, а не плывет по воздуху.

Я сунула водителю деньги и выскочила из машины. Вопреки мнимой неторопливости движений “парящего” незнакомца оказалось, что догнать его непросто. Он словно был нарисован на стеклах моих очков – как я ни старалась, расстояние между нами не сокращалось. Вдруг высокая фигура резко повернула и, проходя за фонарным столбом… исчезла. Я видела это так ясно, будто кто-то вдвое замедлил скорость воспроизведения показываемого мне фильма. Мужчина зашел за столб, но с другой его стороны не появился, хотя остальные пешеходы продолжили свой путь как ни в чем не бывало. Я встала, открыв рот.

– Нагас, – раздался снизу сиплый, но откровенно игривый голос.

На ступеньке перед очередной лавочкой, заваленной стопками разноцветных платков, расположилась круглолицая старушка. На ней было засаленное до темного традиционное платье (что-то вроде свободной рубахи и сарафана с полосатым фартуком поверх), из-под которого нелепо торчали камуфляжные кеды. Образ дополняли увесистая серьга в носу и бусы с такими кусками красного коралла, что издалека их можно было принять за небольшие томаты. В одной руке у бабушки вращался молитвенный барабанчик на палочке, а в другой дымилась самокрутка.

– Что? – совершенно растерявшись от всего происходящего, по-русски спросила я.

– Нагас, – повторила она, посмеиваясь, и кивнула в ту сторону, где только что исчез незнакомец. – Сарпа.

Я зачем-то поклонилась и, как завороженная, подошла к столбу. Ничего. Только лужа на асфальте, в которой плавали кусок полиэтилена и с десяток белых лепестков. Я открыла карту и зашагала к Сваямбхунатху. Он оказался довольно большим, обход его по периметру занял около часа, а потом еще пришлось подняться через парк к вершине и спуститься по длинной крутой лестнице, минуя стаи обезьян и продавцов дешевых религиозных сувениров.

Наконец я нашла тот самый невзрачный ресторанчик у дороги, где не так давно ужинала после экскурсии моя подруга, и уселась за столик у окна. Ноги гудели. С кухни тянуло горелым, а с улицы выхлопными газами, но после столь долгой прогулки привередничать не хотелось. Ожидая свой рис с овощами, я изучала висящую на стене старую фотографию района Сваямбху и ощущала на сердце необъяснимое тепло.

– Зачем ты здесь? – раздался тихий голос.

Я вздрогнула. За моим столом сидел тот самый мужчина, одетый в светлую длинную рубаху с косым запа́хом к плечу. Волосы, черными струями спадающие до пояса. Пухлые, выразительные губы на узком бледном лице. Глаза невероятные: ярко-желтые у самого зрачка, а дальше изумрудно-зеленые. Он определенно был красив, только красота его казалась какой-то странной, не совсем человеческой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.