Евгений Всяких
Виртуальный мир будущего: адаптация

Предисловие

Меняющийся мир уже не будет прежним.

Отбрось сомнений страх и не смотри назад.

Используй каждый шанс, пока идешь ты между

Сегодняшним вчера навстречу вечным снам.

Анализируя предыдущую книгу «Виртуальный мир будущего: взгляд из карантина», мы постоянно думаем о том, что многим читателям описанные в ней изменения могут показаться невероятными. Общеизвестно, что чужие дети растут гораздо быстрее своих; ежедневно глядя по утрам на собственное отражение в зеркале, мы практически не замечаем, как меняемся сами. Однако старая фотография в паспорте иногда очень наглядно напоминает нам о прошедшем пути, утраченной молодости, несбывшихся надеждах и давно позабытых мечтах.

Точно так же и происходящие технологические изменения будут казаться достаточно последовательными и несущественными для тех, кто будет наблюдать за ними в ежедневном режиме. Однако, оглянувшись однажды на предыдущие два-три десятилетия, мы вдруг обнаружим невероятные и, главное, необратимые перемены, произошедшие за это время.

Предполагая по-прежнему, что описанные нами глобальные технологические изменения неизбежны, на этот раз мы хотели бы обсудить процесс адаптации людей к ним и попробовать отыскать наиболее легкие и логичные пути для этого, осознать то место, которое будет занимать человек в новом мире, а также увидеть внутренние и внешние изменения, неизбежно ожидающие нас в результате этой самой технологической трансформации.

Несложно заключить, что чем взрослее человек, тем болезненнее будет проходить его адаптация. К сожалению, гибкость ума и способность подстраиваться под новые реалии с возрастом постепенно утрачиваются по ряду причин, о которых может рассказать любой психолог. Мы не будем вдаваться детально в эти подробности, отметив лишь, что бывают и исключения. Детям же, очевидно, адаптироваться не придется в принципе, потому что уже с самого рождения они будут наблюдать, как все вокруг активно осваивают и создают новые технологии. Вполне вероятно, новое поколение детей в принципе получит ощущение, что ускорение информационных потоков – это естественный и непрерывный процесс, и сможет выработать некий естественный адаптационный механизм (своего рода информационный иммунитет, хотя это не совсем точная формулировка), который позволит в дальнейшем избавиться от ощущения дискомфорта в связи с постоянным развитием и совершенствованием окружающей информационной инфраструктуры. Другими словами, у новых поколений может развиться со временем естественная потребность в непрерывном ускорении информационного обмена, хотя мы, конечно же, не уверены, что это может продолжаться вечно и будет исключительно позитивно влиять на дальнейшее развитие человечества.

Если целью написания прошлой книги была попытка осознать те изменения, которые нас ждут, – чтобы приготовиться к ним и определиться с выбором дальнейшей области деятельности, – то теперь нами движет потребность более детально рассмотреть, как люди будут жить в новой реальности – учиться, работать, создавать семьи; в каких областях будут искать себе применение; на что станут тратить свободное время, которого будет становиться всё больше; как попытаются бороться с одиночеством (а оно будет всё отчетливее проявляться на фоне ускорения информационных потоков).

За последние годы было написано очень много различных книг о том, как стать успешным и счастливым, как больше зарабатывать и т.п. Однако теперь, вероятно, все эти рекомендации потребуют уточнения и пересмотра из-за нового обстоятельства – ограничения (сначала вынужденного, затем привычного, а позднее и желанного) свободы передвижения. Находясь вне социума (разумеется, речь о физической, но никак не информационной изоляции), гораздо сложнее ориентироваться на привычные нам сегодня атрибуты успешности, например. Если раньше мы могли продемонстрировать всем новую машину или мобильный телефон, часы, какие-то предметы гардероба, похвастаться отдыхом в престижном месте, знакомствами с выдающимися людьми, то теперь критерии успешности начинают меняться. И люди, которые продолжат по привычке цепляться за такие атрибуты, обречены на утрату прежних позиций и смешение с общей массой. Теперь абсолютно любой достаточно продвинутый пользователь Интернета сможет сформировать себе произвольный набор бутафорских атрибутов и создать видимость успеха (в сегодняшнем его понимании), подкрепляя ее всевозможными фотографиями и аватарами в социальных сетях.

Погоня за успешностью в наши дни приобрела столь масштабные формы и затронула настолько широкие слои населения, что переосмыслить саму абсурдность устоявшихся критериев в сжатые сроки будет очень и очень сложно. Однако если теперь на любых фотографиях в социальных сетях мы видим «успешных» людей, то как же понять, кто из них по-настоящему успешен и что же такое, в конце концов, теперь успех?

Современный развитый мир чаще всего под успехом понимает финансовую состоятельность, пренебрегая некоторыми другими (при этом более существенными) факторами. К примеру, в наши дни вряд ли все будут считать успешным великого музыканта, у которого нет финансового подтверждения его величия. И это давление финансового благополучия на общество довело до того, что уже и сами великие музыканты нашего времени вынуждены порой больше думать о деньгах, чтобы не испытывать дискомфорт из-за невозможности купить себе престижную машину, например. Получается, что даже понятие счастья в наши дни плотно ассоциируется с деньгами. Потому как при нормальной ситуации великий музыкант должен считать себя счастливым человеком, если, конечно, ему удается воплотить свои чувства в музыке. А деньги для счастливого человека должны быть не так важны, потому что ощущение счастья с ними связано скорее опосредованно, чем напрямую.

Не желая на данном этапе углубляться в философские рассуждения, мы лишь снова хотим вернуться к мысли о том, что по мере сокращения общения перед нами встанет вопрос об определении новых критериев успешности, точнее, о возврате к нефинансовым ее составляющим.

В целом мы могли бы предположить, что при нормальном стечении обстоятельств успешный человек должен быть прежде всего счастливым и получать удовлетворение, проживая свою жизнь. Ну а счастливый человек вполне может считаться успешным, даже если никто, кроме него самого, об этом никогда не узнает.

И далее нам с вами, дорогой читатель, предстоит постепенно переосмыслить многие важнейшие понятия, разложив по полочкам те изменения, которые принесет глобальная автоматизация, и проследив этапы нашей адаптации к ним, – а потом, в конце концов, отыскать кратчайший путь к новому успеху. Поиск этого пути будет делом непростым и небыстрым, вместе мы будем рассуждать и анализировать, делать промежуточные выводы, затем подвергать их сомнению до тех пор, пока не проявится совершенно четкий окончательный ответ (если, конечно, нам повезет).

Не все смогут найти время и прочитать книгу от начала до конца. Для того чтобы облегчить задачу поиска максимально полезного материала, различных выводов и результатов анализа, в конце каждого раздела кратко изложены его основные тезисы и некоторые рекомендации. Безусловно, некоторые читали могут найти интерес в более детальном прочтении, но сложное время информационной избыточности диктует свои правила, игнорировать которые сегодня уже никак нельзя.

Эти строки пишутся 22 сентября 2020 года, в предвкушении увлекательного путешествия длиной в несколько недель или даже месяцев, которое окончится так же внезапно, как и началось. Но хватит предисловий.

Впрочем, нет, не хватит. Есть еще кое-что. В книге мы не раз будем обсуждать смерть. Кому-то это будет неприятно, тем не менее достаточно сложно говорить о фундаментальных понятиях – адаптации, эволюции, высоких технологиях, – при этом обходя стороной важнейший этап нашего пути. Нас не должно смущать использование этого слова, если мы хотим докопаться до сути, отыскать ответы на ключевые вопросы. Иногда действительно стоит открыть глаза, чтобы посмотреть на объективную реальность неотвратимого.

Поколение пандемии

Мог ли предположить Иван Александрович Гончаров в середине девятнадцатого века, когда писал свой роман «Обломов», что спустя почти два столетия человечество столкнется с ситуацией, когда постоянное пребывание дома станет нормой для очень большого количества людей на планете? Вершить судьбы мира, не вставая с собственного дивана, – многим такое положение вещей еще очень долго будет казаться противоестественным, но так или иначе почти все смогут постепенно адаптироваться к новым реалиям и перестроить свой ритм жизни под них.

В предыдущей книге мы обсуждали основных наследников происходящих технологических изменений. Они начнут появляться на свет уже в этом, 2021 году, на фоне краткосрочного пика рождаемости, который неизбежно произойдет в результате достаточно жестких карантинных мер, принятых во многих государствах на фоне пандемии. Многие из них уже не будут ходить в привычную нам среднюю школу или институт. Онлайн-образование начнет всё быстрее и быстрее вытеснять очные формы, и к началу 2030-х годов технологические наработки позволят детям старше 8-9 лет (а в некоторых случаях и в более раннем возрасте) без труда получать качественное образование из дома или любого другого места, переходя затем постепенно к полноценной трудовой деятельности все так же в удаленном режиме.

Ускорение информационных потоков, а также автоматизация и роботизация позволят всерьез говорить о сокращении рабочего дня, что сильно скорректирует привычный для среднестатистического человека график жизни. Все эти изменения приведут к тому, что подавляющему большинству взрослых людей с уже выработанными привычками и сформированным образом жизни придется каким-то образом адаптироваться, чтобы в кратчайшие сроки снова оказаться в зоне комфорта, четко представляя себе текущие жизненные ценности и ориентиры.

Давайте перечислим те сорок пять вопросов, ответы на которые мы попытаемся найти, двигаясь от страницы к странице. В конце каждого из перечисленных разделов мы будем делать выводы и, возможно, предлагать какие-то простейшие рекомендации, которые могут помочь в процессе адаптации к происходящим технологическим изменениям.

В конечном итоге мы соберем все эти выводы и рекомендации в один раздел, который хоть и не заменит всю книгу целиком, но позволит быстро ухватить ее суть и в каких-то случаях даже может использоваться в качестве своего рода краткой инструкции или напоминания.

Свобода перемещения. Как наиболее эффективно использовать в наши дни имеющуюся свободу перемещения и сочетать ее со свободой доступа к информации?

Отказ от ручного труда. Можно ли каким-то образом, учитывая происходящую глобальную автоматизацию и роботизацию, заложить фундамент, позволяющий сохранить свою профессиональную востребованность в будущем?

Избыток информации. Так ли хорош постоянный рост количества информации вокруг нас в условиях отсутствия дополнительных механизмов ее обработки? Существует ли какой-то способ взять под контроль проходящие мимо нас информационные потоки, не упустив при этом чего-то действительно важного?

Эра матриархата. Изменится ли существенно роль женщины в обществе в ближайшие двадцать-тридцать лет, будут ли наконец-то удовлетворены борцы за женские права и свободы и справятся ли они со скоростью и масштабом тех изменений, которых так ждут?

Снижение физической активности. Готовы ли современная медицина, наука и техника, а также наше собственное тело к тому, чтобы все люди раз и навсегда приняли сидячее или лежачее положение?

Спад рождаемости. Можем ли мы утверждать, что к снижению рождаемости в конечном итоге нас привел именно технический прогресс, вызвавший определенную трансформацию существующих представлений о жизни, и что мы в силах предпринять для его предотвращения?

Романтические отношения. Сильные чувства способны творить чудеса и давать неисчерпаемый источник энергии для трансформации любого рода, однако удастся ли будущим поколениям сохранить романтику в отношениях?

Семейная жизнь. Выдержит ли институт брака испытание технологиями? Каким образом, решаясь на создание семьи, добиться при этом по-настоящему взвешенного подхода?

Воспитание детей. Кто или, точнее, что будет главным воспитателем для новых поколений детей? Удастся ли в будущем хотя бы в какой-то мере сохранить внутрисемейные связи детей с родителями и что для этого стоит предпринять?

Обучение и образование. Можем ли мы утверждать, что переход к модели онлайн-образования уже состоялся и теперь лишь планомерно набирает обороты? Как с этим быть и что это даст нам в конечном итоге?

Новые профессии. Каким образом будет изменяться каждая отрасль с точки зрения требующихся профессиональных навыков? Что станет базовой необходимостью для профессионалов всех категорий в будущем?

Новые бизнесы. Способны ли мы осознать, что грань между работой по найму и ведением бизнеса практически стерта в наши дни, а вся административная рутина может быть достаточно легко автоматизирована?

Наука. Как будет развиваться наука в условиях дальнейшего технологического прогресса, какие новые возможности появятся у ученых?

Искусство. Сможет ли искусственный интеллект составить конкуренцию живым представителям сферы искусства – или же это будут уже совсем разные искусства в конечном итоге?

Спорт. Каким образом нам стоило бы пересмотреть свое отношение к профессиональному спорту с учетом развивающихся технологий и очевидного желания жить как можно дольше даже после завершения спортивной карьеры?

Религия и вера. Готовы ли мы сегодня, с точки зрения веры и религии, к тому, чтобы технологически переосмыслить место человека во Вселенной?

Свободное время. Готовы ли мы к тому, чтобы получить еще больше свободного времени, и нужно ли оно нам в реальности? Заинтересованы ли мы в увеличении продолжительности жизни и что станем делать, если получим такую возможность в ближайшем будущем?

Движущая сила. Что являлось и будет являться главной причиной стремления людей к развитию и прогрессу: элементарная лень или что-то иное?

Теория саморазвития. Как должен измениться процесс эволюции человека в условиях явного доминирования технологических факторов над природными?

В ногу со временем. Какие навыки нам нужно развивать прежде всего в условиях технологических изменений и каким образом?

Интеллект и творческие способности. Должен ли бурный рост населения нашей планеты в последние десятилетия наводить нас на мысли о грядущей глобальной катастрофе или же о возможном приближении очередного эволюционного скачка в развитии человека и как всё это связано с нашими интеллектуальными и творческими способностями?

Работа с большими объемами информации. Можем ли мы выделить сегодня какой-то способ хотя бы временного удержания нашего интеллектуального преимущества перед машинами?

Вавилонская башня. Позволят ли новые технологии постепенно преодолеть существующую языковую преграду полноценной коммуникации всех людей на планете?

Тренировка интеллекта. Осознавая очевидную пользу и даже необходимость регулярных физических упражнений на протяжении всей жизни, помним ли мы о том, что нам требуются также и интеллектуальные нагрузки?

Интуиция. Что так разительно отличает наш интеллект от машинного и каким образом это различие постепенно будет преодолеваться?

Медитация и концентрация. Существует ли хоть какой-то действенный способ остановить вечно преследующую нас внутреннюю артикуляцию, этот никогда не умолкающий голос внутри нашей собственной головы?

Время сна. Может ли так произойти, что сон станет самой важной или по крайней мере самой интересной частью нашей жизни, когда определенные технологии найдут свою реализацию?

Самостоятельное перепрограммирование сознания. Что может являться прекрасным источником, дающим как энергию для реализации самых смелых идей, так и сами идеи?

Здоровье. Насколько далеки мы сегодня от того, чтобы полностью перейти от реактивной медицины к превентивной?

Питание. Что будет более остро ощущаться новыми поколениями – физиологический или же информационный голод?

Метод трехсот приседаний. Стоит ли искать сложные способы поддержания и развития физической формы, когда существуют простые, легко доступные и хорошо проверенные?

Личная бухгалтерия. Что лучше в наше время: купить в кредит недвижимость либо автомобиль – или же вместо этого инвестировать имеющиеся средства во что-то другое?

Эмоции. Каким образом изменится наше эмоциональное восприятие при дальнейшем технологическом развитии и будут ли эмоции преобладать над интеллектом?

Общение. Будет ли развитие технологий онлайн-коммуникации в конечном итоге способствовать искоренению обмана из человеческого общения?

Любовь и дружба. Каким образом видоизменятся наши представления о любви и дружбе, когда удаленное общение станет нормой?

Безразличие. Можем ли мы утверждать наверняка, что безразличие в широком смысле является не чем иным, как разновидностью иммунитета?

Возрастные кризисы. Как побороть утрату мотивации, которая часто происходит во время возрастных кризисов?

Старость. Существует ли какой-нибудь способ точно определить момент наступления старости? Можно ли ее преодолеть?

Одиночество. Часто ли в своей жизни мы сталкиваемся с одиночеством и каким образом поменяется наше отношение к этому состоянию при дальнейшем развитии технологий?

Внутренняя свобода. Чем ограничена наша внутренняя свобода и можно ли будет со временем преодолеть данное ограничение технологически?

Эффективность. Можем ли мы предложить какой-нибудь короткий набор правил, который позволит в долгосрочной перспективе сэкономить много времени и сил, а главное – дать нам дополнительный потенциал для самореализации?

Баланс. Какие элементы необходимо постоянно балансировать для того, чтобы ощущать удовлетворение от проживаемой жизни? Чего может не хватать в явном виде для достижения в конечном итоге уровня максимального внутреннего комфорта?

Капитал. Так ли сложно определить набор базовых элементов, которые в конечном итоге формируют наш совокупный капитал, позволяя затем воплощать в жизнь любые свои задумки?

Что дальше?

Страх. Чего мы боимся больше всего на свете и есть ли в этом смысл?

1. Свобода перемещения

Сегодняшняя пандемия, о которой мы уже упоминали на страницах этой книги, не является чем-то новым, не имеющим аналогов в истории. Более того, если сравнивать количество жертв в наши дни и в предыдущие исторические периоды (когда медицина в среднем была существенно хуже или отсутствовала вовсе), то несложно заметить грандиозный прогресс, которого достигло человечество за последние десятилетия.

Предыдущий самый масштабный за последнее столетие случай массового заболевания людей произошел как раз примерно сто лет назад и получил название «испанский грипп», или «испанка». Эпидемия продолжалась около трех лет, имела три выраженные волны и унесла жизни по разным данным от 1 до 5 процентов от общего населения планеты на тот момент времени. Уже тогда, в весьма далеком от нас

1918 году, в силу хорошего транспортного сообщения «испанка» очень быстро разлетелась по всему миру. И уже тогда во многих странах были приняты достаточно жесткие карантинные меры: закрытие для посещений публичных мест, магазинов, запреты рукопожатий и пр.

Сегодняшняя пандемия вряд ли унесет жизни такого большого количества людей как в процентном соотношении, так и по абсолютному своему значению. Именно поэтому, в том числе, не имеет смысла говорить о ней как о какой бы то ни было войне или мировом заговоре. Сто лет назад наверняка тоже кто-то воспринимал события именно таким образом, а кто-то не верил в существование испанского гриппа вовсе.

Мы сделали это небольшое историческое отступление главным образом для того, чтобы осознать одну очевидную закономерность.

Не вдаваясь в детали, можно заключить: основной причиной массового распространения заболеваний тогда и сейчас являлась и является свобода перемещения.

Из всего многообразия свобод, которыми может обладать человек, свобода перемещения является базовым элементом, важнейшей составляющей нормальной жизни. При этом начиная с ноября 2020 года мы постоянно сталкиваемся с ее ограничением. Различные государства вводят всевозможные запреты не только на трансграничные перемещения, но и на поездки внутри страны. Если раньше мы были обязаны иметь привычные паспорта и в определенных случаях разрешения на въезд, то теперь всерьез задумываются о введении так называемых паспортов иммунитета. Другими словами, цена свободы постепенно растет. Если мы хотим перемещаться, то должны удовлетворять всё большему и большему количеству условий для этого.

И если сто лет назад контролировать выполнение таких условий было не так просто по причине отсутствия подходящих технологий, то теперь все наши перемещения достаточно легко отслеживаются, так как вся необходимая информация постоянно содержится в используемых нами устройствах и затем передается для обработки специализированными системами.

Если задаться вопросом, какой процент общего населения нашей планеты путешествует в течение своей жизни, перемещаясь на значительные расстояния от своего дома, то, возможно, ответ окажется весьма неожиданным для многих читателей. Безусловно, не так просто собрать точную статистику в открытых источниках, однако даже опираясь на ту информацию, что легко доступна, можно сделать вывод: не более двадцати процентов всех жителей Земли выезжают за границу хотя бы раз в жизни. Другими словами, у подавляющего большинства людей практически вся сознательная жизнь проходит недалеко от места их постоянного проживания. Путешествующих регулярно еще меньше: вероятнее всего, их не более пяти процентов. Среди них, в свою очередь, мало наберется таких, кто уезжает далеко от дома чаще одного-двух раз в год и больше чем на одну или две недели. Если говорить о поездках между отдельными регионами внутри своей страны, то здесь, конечно, ситуация несколько отличается, особенно когда речь идет о небольших странах. Также несложно догадаться, что чаще всего путешествуют люди более молодые; только в очень развитых странах можно отметить преобладание пожилых путешественников, имеющих достаточно для этого финансовых средств и здоровья.

Давайте теперь спросим, так ли важна для нас свобода перемещения? Не пытаемся ли мы с помощью путешествий уйти от реальности, потерять счет времени, наполняя нашу жизнь чем-то иллюзорным, а по факту растрачивая ее на бессмысленное передвижение? Еще совсем недавно ответ был достаточно однозначен. Широкий охват, физическое ощущение огромного пространства, которое есть в нашем распоряжении, для многих людей являлись мощнейшими стимулами дальнейшего развития, раскрытия своего потенциала. Смена контекста, получение специфического опыта, общение с людьми в самых различных уголках нашей планеты позволяли накапливать уникальный опыт, нередко выливающийся потом в новые идеи. Новая обстановка во время отпуска нередко позволяла в кратчайшие сроки снять накопленный стресс и снова получить мотивацию для дальнейшей деятельности после возвращения.

Сегодня, анализируя новые возможности, которые мы имеем благодаря технологическому прорыву последних десятилетий, можно с легкостью усомниться как минимум в целесообразности большого количества путешествий. Уже в наши дни мы можем получать полную информацию из любой точки планеты, не выходя из дома. Даже уже имеющиеся сегодня в нашем распоряжении технологии виртуальной реальности могут позволить мгновенно воссоздать практически произвольный контекст, отключая нас от повседневной рутины и проблем. За последние год-два многие из нас научились работать, учиться, получать самые разнообразные услуги из дома, так что потребность в реальном физическом перемещении сильно снизилась, хотя наше тело еще по-прежнему требует физической нагрузки и привычных ощущений.

Возвращаясь к рассуждениям выше, мы должны заметить, что перемещение само по себе для нас не так важно – передвигаясь и путешествуя, мы на самом деле ищем и потребляем новую информацию. И с этой точки зрения важнейшей свободой для нас останется свобода доступа к информации. И технологический прогресс приводит нас постепенно к пониманию этого. Выбирая между возможностью перемещаться и получать информацию, мы всегда будем выбирать второе, потому как перемещение само по себе не имеет никакой ценности в условиях продолжающегося информационного голода. И если раньше делать такой выбор не требовалось (по причине четкой корреляции первого со вторым), то теперь настали другие времена.

Сто лет назад люди, столкнувшиеся с ограничениями, подобными сегодняшним, вероятно, с нетерпением ждали возможности вернуться к привычному образу жизни, потому что не имели альтернативного сценария развития. В наши же дни уже существует выбор. И выбор этот не так скуден, как может показаться на первый взгляд. Сталкиваясь с временными сложностями частых перемещений на короткий срок, мы получаем, с другой стороны, возможность произвольной смены места жительства, причем многократной, – в зависимости от наших климатических предпочтений и текущих интересов. Мы также освобождаемся постепенно от необходимости иметь собственную недвижимость и другую крупную собственность. Наша полная независимость от места пребывания снимает необходимость плотно обосновываться в том месте, где мы живем. И хотя многим людям еще долгое время будет непривычно жить без собственного очага, уже очень скоро те же самые технологии виртуальной реальности разрешат и эту проблему.

Таким образом, с одной стороны, мы столкнулись с временным ограничением краткосрочных перемещений – как международных, так и внутри отдельно взятых стран, а с другой —находимся на пороге новой эры полной свободы миграции, когда выбор нового места жительства уже никак не связан с профессиональной или любой другой деятельностью. На фоне этого мы можем наблюдать тенденцию постепенного отказа общества от свободы перемещения в пользу свободы доступа к информации (включая свободу коммуникации). И именно сегодня, в тот момент, пока мир еще переживает сложные времена, пока действуют различные ограничения, стоит задуматься о своем будущем и тех возможностях, которые можно будет реализовать после окончания пандемии. Сельская жизнь, технологичные города будущего, живая природа вдали от цивилизации – любой выбор позволит теперь вести полноценную деятельность и всегда оставаться на связи.

2. Отказ от ручного труда

Пожалуй, самым значительным драйвером всех уже произошедших и грядущих изменений является постепенное и неотвратимое движение в сторону полного отказа от какого бы то ни было ручного труда. И хотя даже в наши дни огромное количество людей (в первую очередь в развивающихся странах) по-прежнему активно используют ручной труд в сельском хозяйстве и промышленности, тенденцию по стремительному сокращению его доли сложно не заметить.

Еще двести лет назад во всем мире серьезной проблемой считалось вовлечение детей в тяжелый физический труд. Во всех странах без исключения дети очень часто были вынуждены работать практически наравне со взрослыми, подрывая свое здоровье, а иногда попросту погибая в невыносимых условиях. В наши дни, к сожалению, мы по-прежнему можем наблюдать эксплуатацию детей в ряде стран, что кажется невероятным с учетом того, как далеко зашел прогресс во всех отраслях. Безусловно, всем людям без исключения полезна физическая активность, и особенно детям. Тем не менее ручной труд, как правило, является достаточно однообразным и не дает организму полноценно развиваться. К тому же дети, очевидно, не могут сами позаботиться о себе и поэтому вынуждены приспосабливаться к тем условиям, которые их окружают.

Тот факт, что в наши дни до сих пор огромное число детей подвергается принудительной эксплуатации, наверняка вызывает у многих огромное возмущение ненасытностью правящих элит таких государств. Даже если отбросить эмоциональное восприятие безусловной чудовищности самого явления эксплуатации, совершенно очевидна экономическая недальновидность такого подхода. В условиях, когда технологический прогресс позволяет многократно облегчать человеческий труд, именно дети должны формировать тот новый мощнейший потенциал, который позволит развиваться государству в дальнейшем. Отказ от автоматизации приведет только к еще большему отставанию от развитых государств и последующему вынужденному полному технологическому поглощению.

В то же время развитые страны не только давно решили вопрос детской эксплуатации, но и начинают уже вовсю задумываться о постепенном сокращении продолжительности рабочей недели у взрослой части населения и способах использования тех возможностей, которые неизбежно появятся по мере высвобождения временного ресурса у людей. О ручном труде говорить уже не приходится, так как именно всеобъемлющая автоматизация и привела к необходимости меньше работать.

Еще несколько десятилетий назад технологический прогресс предполагал активное вовлечение человека в процессы управления той или иной техникой. Выражаясь совсем просто, производству требовались человеческие глаза, уши, ноги, руки и интеллект, чтобы дополнять недостающие функции автоматизированных систем. Однако в наше время системам зачастую не хватает только интеллекта. При этом уже через несколько лет и этот вопрос будет полностью закрыт в подавляющем большинстве случаев, после чего человек станет простым наблюдателем во всех производственных процессах.

Несложно предположить, что окончательное осознание человечеством перехода на полную автоматизацию труда наступит после массового запуска в эксплуатацию беспилотной техники всех видов. Именно в этот момент начнется высвобождение огромного количества различного рода персонала. И к этому времени государствам необходимо иметь четкий план и понимание, как и чем занять людей.

К сожалению, очень немногие люди задумываются сами о своем будущем, пытаясь спланировать, как они будут жить хотя бы через 10 лет, не говоря уже о нескольких десятилетиях. Если раньше отсутствие стратегического видения своего будущего было не так важно по причине достаточно медленного изменения окружающего информационного пространства и моделей поведения общества, то теперь ситуация совсем иная. Сами государства, сдерживая информационный поток и снижая уровень образования, создают ситуацию, при которой отказ от ручного труда может стать непреодолимой преградой на пути подавляющего числа людей.

Совершенно понятно, что у человека, который потерял рабочее место, предполагающее ручной труд, останутся только две принципиальные возможности: не работать больше никогда либо же пытаться найти себе применение в области труда умственного. Но для этого необходимо получать соответствующее образование, читать книги, анализировать различную информацию, учиться работать со всё более сложными информационными системами. Говоря проще, кандидату на вакансию в сфере умственного труда требуется постоянно развивать и тренировать свой мозг. В этом случае человек сможет максимально отдалить тот день, когда его заменят более совершенной автоматизированной системой.

Можем ли мы себе представить, как вчерашний грузчик, водитель или курьер вдруг по собственной воле сядет за гору книг и начнет усиленно работать над развитием своих умственных способностей, памяти и т.п.? Мы ни в коей мере не хотим никого задеть или обидеть и даже готовы добавить, что такие случаи бывали и непременно будут происходить в дальнейшем. Но совершенно понятно, что они скорее станут исключением, если государства не начнут сами работать в области развития системы образования, предлагать различные инструменты, повышающие общий уровень интеллекта, или хотя бы помогать в освоении тех принципов автоматизации, которые повсеместно ими же и внедряются.

Но смогут ли на практике уже достаточно взрослые люди, управляющие государствами, различными министерствами и ведомствами, реализовать план по развитию интеллекта так называемого «рабочего класса»? Ведь и сами они зачастую совершенно не уделяют времени саморазвитию, а потому могут не знать и его путей. Смогут ли школьные учителя, много лет работающие по утвержденным методикам преподавания, вдруг выработать новые подходы, которые позволят детям адаптироваться к происходящему ускорению информационных потоков? Желая оставаться оптимистами, по крайней мере на страницах этой книги, мы сделаем предположение, что смогут. Но на это уйдет как минимум

20 лет.

За эти годы очень многие успеют потерять работу и веру в себя в попытках найти новую сферу деятельности и хоть как-то обеспечить свои семьи. И именно поэтому в первую очередь развитые государства пойдут по пути формирования базового безусловного дохода для таких людей, что позволит им выжить. Но станут ли люди, получающие пособия, пытаться развиваться интеллектуально и помогать своим детям выйти на новый уровень, чтобы обеспечить себя работой, предполагающей умственный труд? Ответ на этот вопрос неоднозначен, так как за 20 лет бездействия, подкрепляемого пособием, у общества постепенно может выработаться весьма опасная привычка к бездействию.

И именно поэтому нельзя надеяться на государства в условиях настолько стремительного изменения окружающего информационного пространства. Вероятно, вместо этого, пока еще не слишком поздно, нужно максимально освежить полученное образование, задействовать интеллектуальные способности, эрудицию, а также настойчивость и самодисциплину – и вкладывать силы и средства в развитие своего умственного и творческого потенциала. Дети же скопируют наши привычки и продолжат начатый путь.

Разумеется, можно поступить и по-другому, довольствуясь тем, что предложит или не предложит государство, и просто жить, наслаждаясь даже тем малым, что имеешь, и объясняя своим детям, что слишком большой ум опасен и несет непредсказуемые последствия его обладателю. И это тоже будет своего рода выходом из сложившейся ситуации – хотя, может быть, и не ведущим к лучшему результату с точки зрения дальнейшей эволюции поколений.

Так или иначе, отказ от ручного труда многократно усугубит и без того сильное расслоение в обществе. Упрощенно все люди могут разделиться на две принципиальные категории – живущие на дотации и обеспечивающие себя самостоятельно. Уровень жизни у представителей этих категорий будет различаться фундаментально. И если в наши дни во многих развитых и развивающихся государствах мы всё еще имеем различного рода социальные лифты, способные доставить нас практически на любой этаж при нашем желании, а иногда даже и без него, то после отказа от ручного труда эти лифты станут доступны только людям весьма выдающимся с точки зрения врожденных данных либо обладающим невероятной самодисциплиной и энергией.

Впервые сесть на шпагат гораздо проще в детстве, хотя некоторые умудряются сделать это и в преклонном возрасте. Точно так же и интеллектуальные способности можно развивать когда угодно, но скорость прогресса с возрастом будет неуклонно падать. Разумеется, развивающиеся технологии со временем смогут помогать всем желающим совершенствоваться в интеллектуальном отношении, однако фактор возраста в любом случае будет играть определенную роль. Кроме того, большое влияние имеет среда, в которой человек родился и вырос. Ребенок, рожденный в районе, отведенном для живущих на дотации, может даже и не узнать, какие возможности он мог бы реализовать в своей жизни, – при этом имея для их реализации все необходимые природные данные. С другой стороны, самый скромно одаренный природой человек, находящийся в агрессивной научной или бизнес-среде, вполне ожидаемо сможет достичь определенного уровня в условиях отсутствия какой-либо другой реальности вокруг него.

Отказ от ручного труда происходит вокруг нас повсеместно и уже очень давно, ускоряясь с каждым годом вслед за ускорением информационных потоков. Но подобно лягушке, которую положили в холодную воду, постепенно подогреваемую и доведенную в конечном итоге до кипения, мы не заметим этого, пока однажды не окажемся на улице с жалким пособием в качестве компенсации. В этот момент будет уже невозможно что-либо изменить – останется только принять новые правила игры. Если мы готовы их принять, продолжая двигаться по течению и дальше, то обрадовать нас может лишь тот факт, что ждать осталось совсем недолго. Если же мы не хотим жить на пособие, а стремимся к чему-то большему, то именно сейчас остался последний шанс, когда еще можно какое-то время, пока технологии завершают текущий этап своей эволюции, посвятить вопросам образования, саморазвития, пожертвовав на это часть того времени, которое мы тратим на развлечения. Каждая минута, затраченная на выработку новых навыков, в конечном итоге может дать гораздо больше положительных эмоций и удовлетворения в будущем, чем праздное времяпрепровождение в настоящем.

В контексте данной главы адаптация к происходящим технологическим изменениям означает включение в свою жизнь постоянной составляющей в виде различного рода инструментов, направленных на саморазвитие, повышение квалификации, развитие профессиональных навыков – причем именно на постоянной основе, а не от случая к случаю.

3. Избыток информации

Все мы помним хорошо известное высказывание «Кто владеет информацией – тот владеет миром». И действительно, порой наличие определенной информации в нужный момент может сыграть значительную роль в той или иной ситуации. Если развивать эту мысль дальше, то можно предположить, что в целом избыток информации всегда лучше, чем ее недостаток. И до какой-то степени это утверждение будет верным. Однако всё сильно усложняется, когда мы начинаем брать в рассмотрение «объективную» степень достоверности поступающей к нам информации, уровень лично нашего доверия к ней, а также значимость поступающих данных конкретно для нас.

К сожалению, способность человека к усвоению информации посредством привычных нам каналов восприятия существенно ограничена, и именно поэтому, прежде чем погружаться в информационный океан, бушующий вокруг нас, необходимо учесть указанные выше критерии. Этот информационный океан является самым опасным врагом новых поколений. Если для плаванья в обычном океане нам требуются определенные физические навыки и выносливость, то океан информационный требует других умений. Нетренированный мозг и отсутствие способности к концентрации способны вмиг утопить в бурлящем потоке любого чересчур любознательного человека.

Чем же так опасен избыток информации? Попытка быть в курсе всех событий, следовать всем новым тенденциям, читать все популярные источники информации приводят к дефициту времени и потере мотивации к какому-либо реальному созиданию. Всё больше и больше людей, имеющих свободный доступ к информации, подавляющую часть своего свободного времени тратят на бесцельное ее изучение. И если раньше большая часть информации была представлена в текстовом виде, то в последние годы мы можем наблюдать существенное увеличение количества видеоконтента. К тому же растущая популярность видеоформата для передачи информации способствует формированию устойчивого убеждения, что само производство собственного видеоконтента является процессом созидательным, что далеко не всегда соответствует действительности.

С одной стороны, может показаться, что видео в определенный промежуток времени способно сообщить нашему мозгу гораздо больше информации, чем текст. И формально это так и есть. Однако если мы с вами попробуем просто слушать подавляющее количество тех видео, которые нам предлагают смотреть, то с удивлением обнаружим, что в конечном итоге большой разницы с точки зрения вычленения действительно полезной нам информации практически нет.

Считается, что видео усваивается гораздо лучше, чем обычный текст, и с этим сложно спорить, однако парадокс заключается в том, что количество действительно качественного видеоконтента, просмотр которого дает большую эффективность, чем чтение текста, стремится к нулю. Безусловно, нетренированному мозгу при отсутствии навыка концентрации гораздо проще работать с видеоконтентом. Но в итоге скорость продвижения по материалу будет существенно ниже. Самым эффективным способом усвоения информации, с нашей точки зрения, по-прежнему остаются слайды, содержащие в себе необходимую для лучшей работы мозга визуализацию (включая при необходимости короткие демонстрационные видеовставки), а также текстовый материал. Но текстового материала должно быть на порядок больше.

Видеоконтент в наше время используется в основном для маркетинговых целей, и здесь, разумеется, лучшей замены ему пока что нет. Никто не будет читать текстовую рекламу, какой бы информативной она ни была. А продавать товар, реклама которого представлена в виде хорошо смонтированного яркого ролика, содержащего, по сути, только призыв к покупке, оказалось значительно проще.

В итоге главным врагом человечества на данный момент, в каком-то смысле, является непрерывно расширяющийся океан видеоконтента. Когда мы уплываем всё дальше и дальше от берега, шансов вернуться обратно туда, где происходит настоящая созидательная деятельность, практически не остается. Пожирая всё наше свободное время, этот враг постепенно превращает нашу жизнь в сплошной просмотр огромного количества бесполезных видеофайлов.

Просмотр видео требует от нас столько же времени, сколько и его запись (без учета дублей и монтажа, разумеется). Если мы предполагаем, что в любом месте потенциально может содержаться какая-либо полезная информация, то быстрая прокрутка может обернуться потерей чего-то важного и поэтому может не сработать. К счастью, некоторые видео сейчас начинают снабжать временными метками, что позволяет гораздо быстрее найти нужный участок записи для просмотра. Поисковые системы в этом случае могут существенно облегчить обнаружение интересующей нас информации. Тем не менее такие метки требуют дополнительных временных затрат и очень часто могут снижать потенциальную привлекательность того или иного ролика, так как в этом случае поисковая система без труда сможет определить истинную полезность информации, отбрасывая рекламу и недостаточно информативный контент. Если же пытаться использовать временные метки для того, чтобы искусственно подогреть интерес к просмотру, то в долгосрочной перспективе, разумеется, это однозначно вызовет сильное отторжение со стороны зрителей.

Таким образом, если мы говорим о неразвлекательном контенте, то наиболее целесообразен отбор тех видео, которые содержат временные метки. Помимо этого, мы ждем дальнейшего развития поисковых систем. Уже и в наши дни существуют и активно используются технологии поиска конкретного фрагмента видео путем расшифровки речи звуковой дорожки видеоролика, и это тоже можно использовать при поиске необходимой информации. Но, так или иначе, большую часть нашего времени съедают, по сути, именно развлекательные видео – причем некоторые их авторы даже пытаются создать иллюзию возможной пользы от их просмотра.

Разумеется, существует немало информации, которую невозможно воспринять иначе как через просмотр видеоряда, и такой способ познания может и должен активно использоваться в повседневной жизни. Однако в этом случае может быть весьма полезно руководствоваться такими показателями, как общее количество просмотров и одобрений пользователей, не позволяя себе тратить время на то, что в итоге не заслужило доверия массовой аудитории (хотя, конечно, мы не раз убеждались, что популярность и реальная польза, к сожалению, не так часто связаны друг с другом).

Почему люди тратят так много времени на потребление видеоконтента? Основная причина – желание уйти от реальности и проживать сторонние события в качестве наблюдателя. Это желание, в свою очередь, вызвано отсутствием конкретных целей, мотивации и должного уровня концентрации. В противном случае все просмотры были бы продиктованы исключительно необходимостью и люди смотрели бы только тот контент, где есть советы/рекомендации/выводы, которые они могут использовать в реальной жизни. Однако наша повседневность, как правило, не так красива и насыщена интересными событиями, как происходящее на экране или мониторе. А привычка к концентрации на конкретных задачах вырабатывается гораздо сложнее, чем привычка бесцельно потреблять различного рода контент.

Когда мы имеем конкретную цель, то сразу обращаем внимание, что просмотр видеоконтента раздражает нас медленной скоростью передачи полезных данных. Мы всё ждем и ждем, когда же на экране уже произойдет (будет сказано или сделано) что-то действительно важное и интересное, и очень часто, в конечном итоге, бросаем это ожидание и переходим к проверенному и гораздо более быстрому способу получения нужной нам информации через чтение, продолжая по инерции в фоновом режиме «слушать» видеоролик.

Получение большего количества информации должно быть очень тесно связано с исходной постановкой цели. Только исходная цель может диктовать необходимость поиска и просмотра определенного контента. При этом концентрация на цели является мотиватором для прекращения того или иного поиска, равно как и изменения его критериев. Потребление любого контента без наличия исходной цели совершенно однозначно приведет к потере любых ориентиров и превращению жизни в вечное плаванье вдоль течений информационного океана без шансов возврата к реальности.

Переходя от видеоконтента к текстовой информации, мы также видим, что ее количество продолжает быстро увеличиваться каждый год. Возможно, этот процесс скоро начнет затухать по причине отсутствия достаточного количества пользователей, способных прочитать такие объемы или хотя бы их малую часть. Хотя, с другой стороны, текстовые материалы, конечно, уже достаточно давно читают самые различные автоматизированные системы.

Уже сегодня заметно уменьшение количества полезной информации в распространяемых текстах, всё чаще и чаще новые тексты создаются путем объединения информации из других источников. Весьма вероятно, что текста, написанного человеком, постепенно будет становиться всё меньше. Всё чаще и чаще мы сталкиваемся с низким уровнем грамотности даже в уважающих себя информационных агентствах, не говоря уже о прочих производителях самой разной текстовой информации.

Тем не менее, если задуматься, мы можем прийти к пониманию, что с точки зрения текущих возможностей человеческого мозга и того времени, которым мы располагаем, именно текстовая информация по-прежнему является наиболее полезной и важной для обработки и усвоения. Приведем простой пример. Когда мы смотрим видео, то в каждый момент времени перед нашими глазами оказывается определенный снимок, на котором присутствует самая разная информация – как имеющая отношение к нашим исходным целям просмотра, так и нет. Если видео передает нам информацию о способе выращивания огурцов, например, то внешний вид огородника является абсолютно избыточным для нашего глаза, и мы получаем бесполезную в данный момент информацию, разглядывая его сапоги и куртку. Если же при чтении нам попадается текст, не имеющий отношения к целям нашего поиска, мы можем сразу его пропустить, переходя к следующему абзацу или разделу. Сочетание минимально необходимого количества текста со схематическими иллюстрациями дает нам максимальный эффект, сокращая, где это требуется, путь перевода слов в схему процесса.

Наконец, если говорить о существующих методах быстрой обработки больших объемов информации, то в отношении текста мы продвинулись гораздо дальше. Уже несколько десятилетий активно развиваются различные методики, позволяющие человеку существенно ускорять процессы работы с самыми разными текстами, тогда как видеоконтент чаще всего требует полного просмотра для вычленения необходимых данных. Разумеется, очень скоро автоматизированные системы и в домашних условиях научатся не только находить искомые слова в тексте или видео, но и полноценно анализировать информацию, формируя собственные выводы и, может быть, даже давая определенные рекомендации. Однако до этого может пройти еще как минимум 20 лет (целое поколение), поэтому у людей есть время научиться чему-то новому, чтобы не отставать от машин.

Аудиоконтент подробно обсуждать мы не станем, понимая, что его доля с точки зрения содержания полезной информации существенно ниже, а механизмы ускоренной обработки человеком не предусмотрены. Если же кому-то нравится слушать музыку или другой контент в фоновом режиме, повышая свою результативность при этом, то, наверное, можно только приветствовать данный подход.

Резюмируя, мы должны отметить, что адаптация в условиях избытка информации могла бы заключаться в выработке четких правил по работе с любыми данными. К таким правилам необходимо отнести обязательное исходное целеполагание, развитие навыков концентрации и быстрой обработки больших объемов информации. Количество развлекательного контента, вероятно, должно быть строго лимитировано и также вписываться в исходное целеполагание. В этом случае мы еще сможем какое-то время контролировать информационные потоки хотя бы в своей голове.

Ниже мы обязательно рассмотрим некоторые подходы, применимые для работы с большими объемами информации.

4. Эра матриархата

Последние годы мы можем наблюдать следующую тенденцию: женское население всё чаще и чаще принимает весьма активное участие в самых разных областях, к которым еще совсем недавно доступ им был закрыт. Наиболее отчетливо это видно при назначении женщин руководителями самого разного уровня, а также при создании новых компаний, где владельцы и большая часть ключевого персонала вполне могут являться именно женщинами. Ну и, конечно же, весьма наглядно данную тенденцию нам демонстрирует мировая политическая арена.

Как мы уже обсуждали ранее, несколько десятилетий назад ручной труд применялся в гораздо большей степени и, разумеется, ни у кого не было никаких сомнений, что с тяжелой работой мужчины справляются куда лучше – ввиду совершенно естественных физиологических причин. Ни для кого не секрет, что, как правило, мужчины превосходят женщин с точки зрения физической силы. Разумеется, бывают очень сильные и выносливые физически женщины, равно как и слабые мужчины, но в большинстве случаев это не так. Автоматизация различных производств активно начала проводиться относительно недавно, а до этого на протяжении многих десятилетий и столетий мужчине традиционно отдавались те роли, где требовалась сила, ловкость и выносливость. Женщины же между тем послушно и зачастую вынужденно брали на себя роль домохозяек и детских воспитателей.

В дальнейшем данная традиция во многом сохранялась даже тогда, когда та или иная область не требовала каких-либо выдающихся физических качеств: мужчины не привыкли уступать и продолжали доминировать на всех ключевых позициях, позволяя женщинам лишь ненадолго отрываться от домашнего очага. Одним из распространенных аргументов в пользу этого являлось мнение (достаточно расхожее и в наши дни), что мужчины не только в массе своей сильнее, чем женщины, но еще и умнее. Тем не менее можно привести аргументы, которые не только поставят под сомнение данное утверждение, но и полностью нивелируют его в вопросе передачи определенных функций или полномочий женской части населения.

Дело в том, что в понятие «умный человек» нередко закладываются совершенно различные критерии, которые никак не могут и не должны учитываться при принятии решения о том, кто эффективнее будет выполнять ту или иную функцию – женщина или же мужчина. Кроме того, если даже и предположить, что мозг женщины не так хорош, как мужской, то причина этого, вполне возможно, как раз и связана с вынужденным простаиванием женского интеллекта на протяжении многих столетий эры патриархата. Всеобщая доступность и, главное, обязательность образования в социалистической России, например, совершенно однозначно позволила вывести женский интеллект на принципиально иной уровень. Мы не можем удержаться от соблазна предположить, что девочки, которые учились в советских школах 50 лет назад, в наши дни без особого труда опередили бы по своему интеллектуальному уровню в общей массе тех мальчиков, которые сегодня посещают, например, обычные школы не только на Западе, но и в современной России.

Помимо этого, за последние десятилетия существенно изменились потребности общества в целом, что породило и порождает большое количество принципиально новых профессий. В ряде случаев быть «умным человеком» означает не способность придумать какое-либо новое математическое решение очередной сложной задачи, а, например, умение предвидеть или предчувствовать общий баланс сил, способность мгновенно отыскать единственно верное решение в той или иной кризисной ситуации.

Добавим к этому выработанную за время патриархата – да и просто инстинктивную, заложенную природой – самодисциплину, присущую многим женщинам по причине элементарной необходимости регулярно заботиться о своих детях, и мы получим однозначную причину, по которой при прочих равных условиях (образование, воспитание, целеполагание) руководящие позиции должны и будут в будущем всё чаще и чаще отдаваться женщинам. И лишь отсутствие у женщин природных качеств, подталкивающих их к прямой конфронтации, всё еще сохраняет управленческий баланс, смещенный в сторону мужчин.

Мужчинам будет всё сложнее и сложнее удерживать количественное преимущество в сфере управления и во многих других, в том числе наукоемких, отраслях. Вероятно, большая, чем у женщин, природная склонность к лени, а также стремление доминировать оказывают разрушительное влияние, тогда как умение работать на отдаленную перспективу и самодисциплина творят чудеса.

Всеобщая автоматизация и роботизация позволят наконец-то женщинам стать полноценными участниками рынка труда и обеспечат им равные права и возможности во всех сферах деятельности. Разумеется, не все женщины захотят воспользоваться такой возможностью, однако очень большое их число начнет полноценно участвовать в экономической и политической жизни общества. Глобальная автоматизация совместно с теми плодами, которые дала длительная борьба за свои права, позволяет уже сегодня женщинам в развитых странах чувствовать себя социально защищенными, а значит, в том числе, и способными двигаться дальше, развиваясь в любом выбранном направлении.

Сейчас эра матриархата находится в самом начале своего становления, но брошенные семена уже нашли свою почву и дали первые всходы. Почувствовав вкус полноценной жизни с правом самостоятельного выбора и в условиях доступа ко всей информации мира, новое поколение женщин, подстегиваемое страхом вернуться назад к прежней дискриминации, начнет стремительно вытеснять мужчин со всех ключевых позиций, используя навыки, наработанные за время эры патриархата: умение манипулировать и прекрасную интуицию.

В некоторых странах родиться девочкой означает до конца жизни оставаться в своего рода рабстве у своей собственной семьи и государства. Женская часть населения в этих странах уже настолько привыкла к такому положению вещей, что считает это нормой, а более старшие женщины даже защищают свою привилегию служить мужской части населения до конца своих дней. Разумеется, мы не собираемся здесь дискутировать на тему «правильности» такого положения вещей. Любая традиция может быть правильной и неправильной одновременно —

в зависимости от того, исходя из каких предпосылок ее оценивать. Гораздо важнее заметить очень интересную тенденцию постепенного осознания женщинами – в первую очередь более молодыми, проживающими в крупных городах и имеющими хоть какой-то доступ к информационному пространству – существующего в обществе гендерного неравенства. И тенденция эта продолжит укрепляться, открывая новому поколению девочек всё новые и новые горизонты.

Мужчины, в свою очередь, тоже активно пользуются различными информационными ресурсами и видят, как меняется мир вокруг них.

Но мужчины, как мы уже обсуждали выше, очень часто пытаются всеми силами сохранить господство над женской частью населения, даже когда в целом понимают, что такая позиция далеко не всегда оправдана. Более молодые мужчины, тем не менее, еще не так зажаты традициями, и каждое новое поколение постепенно дает всё большую и большую свободу женщине в своих семьях.

Весьма сложно с большой точностью оценить, сколько еще времени понадобится таким странам, чтобы дать женщине полную свободу выбора, но в условиях бурного развития информационных технологий это произойдет достаточно скоро. А это означает, что мир постепенно начнет получать новый приток ответственных, имеющих невероятную самодисциплину и выдержку людей. И те общества, которые первыми осознают неизбежность этого явления и начнут готовить для него почву, имеют все шансы получить мощную подпитку сперва экономически, а потом и политически активным населением всех без исключения отраслей.

Можно ли представить себе, что информационный мир продолжит развиваться так же стремительно, как в последние 2–3 десятилетия,

а женская часть населения при этом продолжит лишь нянчить детей, готовить и убирать? Скорей всего нет, и именно поэтому мужчинам всех стран стоило бы взять в расчет грядущие изменения, а женщинам – серьезно задумываться уже сейчас о необходимости получать полноценное профессиональное образование и принимать активное участие во всех проявлениях социальной, экономической и политической жизни.

С учетом продолжающейся автоматизации и роботизации всех без исключения сфер нашей деятельности, очень скоро не останется ни одной из них, где женщина не была бы в состоянии взять под контроль все процессы. Мудрые – или, скорее, расчетливые – работодатели уже давно осознали этот факт и везде, где только возможно, приглашают женщин, чтобы сэкономить на заработной плате, пока женское общество еще готово мириться с такой несправедливостью. Тем не менее появление новых профессий, в которых женщины будут достигать гораздо более убедительных результатов, чем мужчины, со временем начнет в корне менять данную ситуацию. И новые поколения мужчин столкнутся со столь жестокой конкуренцией на рынке, что в конечном итоге могут согласиться проводить больше времени дома с детьми, избегая лишнего напряжения.

Уже сейчас во многих развитых странах мы можем наблюдать, как семейные обязанности равномерно распределяются между мужчиной и женщиной. Удивительный факт: нередко мужчины не только начинают осознавать, что домашняя хозяйственная деятельность далеко не всегда оказывается на практике таким простым и приятным делом, но в ряде случаев начинают получать даже удовольствие от нее, предпочитая передавать женщине возможность в большей мере финансировать домохозяйство.

В наше время материальная забота о своей семье предполагает постоянную необходимость снабжения ее в первую очередь финансовыми ресурсами. В условиях постоянной угрозы экономических кризисов, быстрого изменения структуры рынка труда вслед за технологическим развитием всех без исключения отраслей, у мужской части населения достаточно быстро накапливается усталость – или то, что принято называть стрессом. Этот стресс возникает в том числе из-за постоянно растущей неопределенности, которая ставит под вопрос бесперебойное финансирование домохозяйства.

Находясь дома с детьми, занимаясь хозяйством, женщина не всегда до конца представляет степень своей финансовой защищенности. Более того, весьма часто она остро чувствует тяжелое финансовое положение, но при этом мало что может сделать для изменения ситуации в силу сложившихся стереотипов и традиций. Единственной возможностью как-то повлиять на текущее положение вещей является своего рода побуждение мужчины, так называемого главы семейства, к действию, к разрешению возможных финансовых проблем или же по крайней мере внесению ясности в финансовую ситуацию. Это продиктовано инстинктивным страхом оставить своих детей голодными или раздетыми; страх этот имеет исключительно природную основу и не может поддаваться какому-то объективному осмыслению.

Такие побуждения, разумеется, постепенно увеличивают уровень стресса у мужчин, приводя нередко к весьма драматическим последствиям для семей, а в первую очередь, конечно же, для детей. Однако уровень стресса можно было бы и снизить, предоставив женщине возможность полноценно работать и взяв на себя часть рутинных семейных обязанностей либо же в значительной степени автоматизировав их. Энергичная, хорошо образованная женщина, которая ощущает себя нереализованной в жизни и чувствует потребность работать, способна разрушить психику любого мужчины вместе со своей, если не дать выхода этой самой энергии и не направить ее на созидательный процесс. И в этом смысле женщина мало чем отличается от мужчины, полного энергии, но вынужденного по тем или иным причинам реализовывать все свои замыслы лишь гипотетически. Если к тому же, как мы уже писали выше, такая женщина испытывает финансовую неопределенность и страх за своих детей, то выход на работу становится наиболее оптимальным решением. Нам может казаться даже несколько удивительным, что мужчины, нередко стараясь искать себе в спутницы не менее образованных, разносторонне развитых женщин, полагают, что смогут в конечном итоге оставить их дома с детьми.

В отличие от мужчины, женщина способна гораздо лучше переносить стресс, попросту игнорируя его (либо перерабатывая эмоционально) и продолжая методично направлять усилия на достижение максимально возможного результата. Постоянное ощущение необходимости кормить и одевать, заботиться о здоровье своих детей (даже при их отсутствии) является неотъемлемым качеством женщины, ее природной сущностью. Мужчина же прекрасно справляется с ситуациями непродолжительной угрозы, где требуется пусть даже и невероятно мощное, но разовое усилие, после которого следует отдых и восстановление. Большая же часть вакансий в современном мире предполагает относительную стабильность и даже некоторое однообразие как в самом выполнении трудовых обязанностей, так и в начислении соответствующей финансовой компенсации. А с учетом дальнейшей автоматизации найти такие области, где невероятное разовое усилие может сулить существенную финансовую выгоду, станет всё труднее.

Таким образом, эра матриархата уже вовсю вступает в свои права, и родителям маленьких девочек в наши дни, возможно, следует обратить на это внимание. Если раньше рождение мальчика во многих семьях было настоящим праздником, а девочек практически не замечали, то теперь ситуация начнет меняться на противоположную. Именно сегодняшние девочки могут стать финансовым оплотом в ближайшие десятилетия. Инвестиции в воспитание и образование девочек не должны уступать инвестициям в развитие мальчиков. Онлайн-образование в совокупности с большей усидчивостью в любом случае сделают свое дело.

В следующих разделах мы покажем и другие причины неотвратимости наступления матриархата, несколько дополнив картину.

5. Снижение физической активности

Уже в наши дни можно заметить, что дети привыкают всё больше и больше времени проводить сидя или лежа, глядя в телевизор, планшет или смартфон. Это происходит чаще всего потому, что и сами их родители предпочитают активному отдыху серфинг в Интернете. Часто дети берут пример со своих родителей, а еще чаще сами родители используют различные гаджеты в качестве своеобразного способа занять своих детей и получить больше свободного времени, а выражаясь еще проще – отделаться от них.

В случае с людьми взрослыми, которые в детстве за неимением других альтернатив проводили много времени на свежем воздухе, активно играя со своими сверстниками, текущее снижение физической активности может в целом не так сильно и не так заметно сказываться на их физическом и психическом здоровье. Но в случае с детьми ситуация может выглядеть совсем иначе. Не являясь врачами, разумеется, мы не будем пытаться делать какие-то далеко идущие выводы касательно тенденций по ослаблению здоровья новых поколений. Однако очень важно отметить тот факт, что базовые привычки, которые закладываются в раннем возрасте, могут потом сопровождать нас долгие годы. И это однозначно наводит на мысль, что те дети, которые с самых ранних лет значительное время своей жизни проводят в виртуальном мире, скорей всего, продолжат делать это и дальше, предпочитая активному отдыху на свежем воздухе пребывание в мире Интернета, общаясь и играя там со своими сверстниками.

Давайте немного порассуждаем с вами не как врачи, но как люди, которые имеют общее представление о базовых процессах, происходящих вокруг. По логике вещей, с точки зрения эволюции, достаточно существенные физиологические изменения у представителей любого биологического вида, как правило, не могут происходить слишком быстро. Обычно для этого может потребоваться по крайней мере несколько поколений. Активное перемещение в виртуальную среду коренным образом перераспределяет нагрузки с одних органов на другие. Наши глаза, опорно-двигательный аппарат, нервная система начинают в каких-то случаях получать непривычно высокую для нашего вида нагрузку, а в каких-то случаях – непривычно низкую. Мы затронули всего три точки приложения какой бы то ни было нагрузки, понимая, что их гораздо больше, а процессы, происходящие внутри, могут быть весьма сложны.

Сложно надеяться на то, что одного поколения будет достаточно для того, чтобы наш организм успел перестроиться под такой достаточно резкий переход из реального мира в виртуальный, – учитывая, что до этого физическая нагрузка снижалась очень постепенно и еще два поколения назад мы и понятия не имели о каком-то другом мире, кроме реального.

Означает ли все вышесказанное, что гаджеты и виртуальный мир постепенно начнут убивать, сокращая продолжительность жизни и пагубно влияя на здоровье, и поэтому человечество будет вынуждено отказаться от них? Разумеется, нет. Современная медицина достаточно давно сталкивается с различными отклонениями, вызванными низкой подвижностью и высокой нагрузкой на нервную систему. И если в наши дни эта проблема решается путем добавления в ежедневный рацион физических нагрузок, то в дальнейшем, как нам кажется, к этому добавятся и другие, не столь радикальные с точки зрения новых поколений, методы. Другими словами, человеческий организм будет ослабляться, но медицинские и другие технологии позволят нивелировать этот процесс, сохраняя – а может быть, даже и увеличивая – общую продолжительность жизни.

Таким образом, общее снижение физической нагрузки в любом случае станет базовой тенденцией в жизни новых поколений. Разумеется, очень многие родители, предвидя проблемы, которые могут провоцироваться малоподвижным образом жизни, будут всеми силами пытаться разнообразить жизнь своих детей различными физическими нагрузками, а в ряде случаев и сами дети будут иметь склонность больше двигаться физически. Тем не менее общий технологический прогресс будет действовать с большим опережением, и общее количество физической активности в мире продолжит падать еще быстрее, чем это происходит последние десятилетия. Все рутинные операции продолжат полностью автоматизироваться. Беспилотные автомобили исключат возможность хотя бы немного напрягать свои мышцы, чтобы повернуть руль или нажать на педаль газа. Исчезновение магазинов приведет к тому, что весь товар будет доставляться сам, а электрический транспорт малых дальностей постепенно заменит свои механические аналоги.

Современная медицина, как правило, не предполагает превентивного изобретения способов лечения не существующих на данных момент болезней. Поэтому активная борьба за здоровье наших детей (многие из которых к этому времени уже будут как минимум подростками) начнется не раньше, чем статистика зафиксирует существенный рост показателей по тем заболеваниям, причиной которых по факту является общее снижение физической активности. Только тогда различные ученые, технологические и фармацевтические компании начнут искать и тестировать всевозможные способы, которые позволят нивелировать последствия для здоровья уже полноценно состоявшегося к тому времени перехода в виртуальную реальность.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что текущее поколение детей находится под угрозой получения достаточно серьезных отклонений по здоровью, что, в свою очередь, скажется и на следующих поколениях. Целый ряд медицинских заболеваний будет фиксироваться в гораздо более раннем возрасте – в связи с отсутствием достаточной физической активности. Наверняка появятся новые заболевания, вызванные повышенной нагрузкой на нервную систему и отсутствием физической разгрузки эмоционального напряжения.

Еще каких-то двести или даже сто лет назад пройти пешком расстояние в десять, двадцать или даже пятьдесят километров за день не было чем-то из ряда вон выходящим. Скорее это было нормой, так как любые виды транспортных средств (включая домашний скот) были доступны далеко не всем, а потребность в перемещении у людей присутствовала всегда. Однако технический прогресс и ускорение информационного обмена приучили нас к мысли, что скорость перемещения является важнейшим фактором в нашей жизни. Совершенно бессмысленно быть противником происходящих изменений, так как прогресс в широком смысле этого слова неизбежен. Люди всегда стремятся к чему-то новому, стараясь получить больший результат при меньших затратах.

Приветствуя прогресс, тем не менее, важно следить за его скоростью и, что еще более важно, однородностью. Одни сферы развиваются гораздо быстрее, а другие подтягиваются с заметным опозданием. И именно однородность необходимо оценивать в первую очередь. На простом примере это можно проиллюстрировать следующим образом: уже сегодня электросамокат можно разогнать до впечатляющей скорости, однако же никому не придет в голову это делать до тех пор, пока различные системы безопасности и общая инфраструктура не изменятся соответствующим образом. Точно так же дело обстоит и с виртуальным миром коммуникаций. Уже сегодня мы имеем возможность обеспечить все наши потребности, включая полноценное общение, не вставая с постели, но чем это закончится и, главное, в каком возрасте наступят необратимые последствия? Именно поэтому, отслеживая общую динамику прогресса в смежных областях, нам стоило бы уделять пристальное внимание физиологическим потребностям нашего тела. На данный момент оно всё еще требует сбалансированную физическую нагрузку, хотя это может быть не так заметно до определенного возраста.

Таким образом, необходимо отметить чрезвычайную важность помощи нашим детям в сохранении их здоровья до того момента, когда медицина научится работать с последствиями перехода в виртуальную реальность. Достаточно простые правила, включающие временные ограничения, а также контроль положения тела в процессе использования различной техники, позволят без труда решить эту задачу.

6. Спад рождаемости

Как мы уже обсуждали выше, всеобщая автоматизация и роботизация станут основными причинами смены эры патриархата на эру матриархата. В первую очередь данная тенденция продолжится в развитых странах, после чего постепенно охватит весь мир. Скорость ее распространения напрямую будет зависеть от доступности информации в том или ином государстве, а также от уровня автоматизации.

Помимо всё большего вовлечения женской части общества в ключевые политические и экономические процессы государств, глобальная информатизация, как мы помним, повлияет также и на общее снижение физической активности. Весьма важно отметить, что наиболее драматично это снижение отразится на мужской части населения, которая исторически всегда была более подвижной в силу сформированных за многие столетия правил игры. Устойчивое снижение активности среди мужского населения станет дополнительным драйвером ускорения перехода к эре матриархата. Если раньше женщины сталкивались с устойчивым сопротивлением со стороны мужчин, то теперь это сопротивление будет ослабевать, трансформируясь в готовность к кооперации, а затем и просто к безразличию относительно распределения главных ролей.

Следующий этап наступит, когда женщина окончательно осознает: единственное, что может помешать распространению дальнейшего ее доминирования в любой интересующей области, – рождение ребенка. Безусловно, инстинктивное стремление к продолжению рода еще долго не позволит подавляющему большинству женщин полностью отказаться от рождения детей, однако произойдет переосмысление нескольких ключевых моментов.

Во-первых, женщина поймет, что для рождения ребенка совершенно необязательно заводить семью. Принято считать, что в патриархальном обществе каждая женщина мечтает о мужчине, главе семейства, который обладает целым рядом выдающихся качеств, позволяющих ему содержать семью, воспитывать детей, проявлять любовь и заботу. Однако на практике далеко не многие соответствуют данному стандарту, а потому постоянное присутствие мужчины рядом становится условием не столь существенным.

Во-вторых, технологии уже сейчас привели нас к пониманию того, что для рождения ребенка совершенно не обязателен физический контакт мужчины и женщины. Многие женщины в развитых странах уже и в наши дни всё чаще предпочитают решать задачу зачатия ребенка с помощью подходящего биоматериала, постоянно пополняемого для этих целей различными организациями.

В-третьих, для того, чтобы сполна удовлетворить свой природный инстинкт, женщине вполне может хватить и одного ребенка, особенно если она сама будет себя содержать.

Развитые государства, которые по мере перемещения в эру матриархата начнут сталкиваться с сокращением численности населения, будут оказывать различного рода поддержку в первую очередь женщинам, решившим посвятить часть своей жизни вынашиванию и вскармливанию детей. Маловероятно, что в ближайшем будущем мы увидим массовое распространение какие-то новых способов вынашивания ребенка, не предполагающих непосредственного участия женщины в этом процессе. Сегодня в развитых странах каждая женщина рожает в среднем менее двух детей за всю свою жизнь, что означает неизбежность сокращения численности населения уже в наши дни. При этом понятно, что текущее сокращение численности повлечет за собой дальнейшее снижение рождаемости.

Даже не учитывая технологический фактор, мы можем ожидать дальнейшее сокращение рождаемости в развитых странах, так как более высокий уровень жизни предполагает бо́льшие затраты на рождение и последующее содержание ребенка. Если же учесть последствия глобальной автоматизации и ускорения информационного обмена, которые приведут нас постепенно к снижению физической активности и перераспределению главенствующих ролей в семье, рождение ребенка следующими поколениями родителей в развитых странах, возможно, уже будет считаться чем-то из ряда вон выходящим, своего рода вызовом времени или даже протестом.

Разумеется, в развивающихся странах, где и сейчас проблем с рождаемостью пока что не возникает, процессы будут происходить несколько дольше. Мы видим, как в беднейших семьях люди заводят детей одного за другим, совершенно не задумываясь о последствиях, не придавая значения тому, что многие из них могут погибнуть просто от голода, не говоря уже о других причинах. Возможно, именно так работает селекция, когда выживает самый приспособленный, тем не менее доступ к информации и технологиям постепенно начинает оказывать влияние и на такие семьи. Стремление заполучить смартфон, открывающий доступ к волшебному миру виртуальной реальности, обернется в конечном итоге снижением рождаемости и в развивающихся странах.

Одним из способов развитых стран удержать общую рождаемость на приемлемом уровне, как мы видим в наши дни, является попытка обеспечить приток мигрантов на свои территории. Именно этот процесс будет ускорять проникновение технологического прогресса на территорию развивающихся стран. Совершенно сомнительно выглядит сценарий, при котором жители условной Европы, глядя на то, как плодотворно работают над увеличением своего потомства приезжие люди, начнут брать с них пример. Гораздо более вероятна обратная ситуация, когда уже следующее поколение мигрантов начнет резко сокращать рождаемость, напитываясь постепенно условной европейской культурой и технологиями, а затем транслируя их к себе на родину.

Основной причиной различия в уровнях рождаемости между развитыми и развивающимися странами является, по сути, принципиально разная стоимость человеческой жизни там и здесь. Вообще, если задуматься, главным критерием уровня развития той или иной страны должна являться именно стоимость одной человеческой жизни в ней. Причем измерить эту стоимость весьма просто. Достаточно лишь проанализировать уровень государственных выплат семьям погибших в различного рода катастрофах или катаклизмах. И именно низкая стоимость одной человеческой жизни компенсируется высокой рождаемостью в том же самом государстве.

Необходимо также отметить, что сложнее всего приходится тем странам, которые уже получили достаточный уровень технологического развития и информационного изобилия, но уровень жизни населения

(а следовательно, и ее стоимость в контексте предыдущего абзаца) там остается, несмотря на это, очень низким. Несложно предположить, что рождаемость в подобных странах может находиться под двойным давлением, опережая в своем снижении даже развитые страны.

Таким образом, многие так называемые «династии» в развивающихся странах могут столкнуться с полным исчезновением на фоне происходящей информационной трансформации. Постепенное снижение количества новых ветвей в генеалогическом древе приведет в конечном итоге к угасанию рода. Уже следующее поколение девочек сможет самостоятельно принимать решение о целесообразности продолжения рода, и никакие традиции или другие инструменты не будут оказывать на это какого-либо существенного влияния. Единственная надежда, которая у нас есть, связана с увеличивающейся продолжительностью жизни и всё новыми медицинскими технологиями, позволяющими заводить детей в зрелом возрасте. Хотя, с другой стороны, возможно, именно эти самые технологии и приводят в конечном итоге к постоянному откладыванию в долгий ящик планов по созданию новых человеческих жизней.

Если и можно что-то посоветовать применительно к изложенному в данном разделе, так это сохранять физическое здоровье и культивировать любовь к детям. Именно рождение детей может являться важнейшим результатом нашей жизни. Именно через детей мы можем передать какую-то информацию о нас и о нашем роде дальше в будущее. Технологии же не должны помешать сохранить данные природой инстинкты, иначе машины поработят нас слишком быстро.

7. Романтические отношения

Пришло время взглянуть на то, как молодые люди будут выстраивать свои личные взаимоотношения на фоне глобальной автоматизации. Уже сейчас мы видим достаточно значительные изменения, которые происходят на всех этапах формирования и развития новых знакомств между представителями молодых поколений. Появление всевозможных социальных сетей в корне изменило прежнюю модель.

Еще относительно недавно совершенно нормально было знакомиться лично, непосредственно – при любой случайной встрече, где бы она ни произошла (в кино, клубе, магазине или даже просто на улице), и очень часто такие встречи могли привести к развитию легких романтических эпизодов, равно как и серьезных отношений, перетекающих в создание семьи и длящихся до глубокой старости.

Последние два десятилетия мы наблюдаем, как модель знакомств предполагает всё меньше и меньше личного контакта. Молодые люди могут очень долгое время общаться между собой в различных чатах или социальных сетях на самые глубокие темы, ни разу не встречаясь при этом. Уже сегодня уличные знакомства выглядят в каком-то смысле старомодно. При отсутствии активного аккаунта в наиболее популярных социальных сетях о знакомствах с очень большой долей представителей молодого поколения можно забыть в принципе. Разумеется, мы не будем утверждать, что молодые люди совсем перестали знакомиться непосредственно при встрече, но почти всегда такие знакомства не находят существенного продолжения до детального изучения всех имеющихся у противоположной стороны аккаунтов. Информация, содержащаяся в них, является своеобразным досье, которое позволяет с той или иной точностью сделать первоначальные выводы о приемлемости дальнейшего продолжения того или иного знакомства и возможных перспективах его углубления.

Для молодых людей, которые привыкли просто выбирать на улице понравившуюся девушку, настают сложные времена. До ознакомления с имеющимся информационным досье добиться возможности полноценно общаться уже на первом свидании теперь стало намного сложнее. Разумеется, существуют настоящие профессионалы своего дела, которые знают, как быстро сокращать дистанцию при знакомстве, однако количество таких умельцев неуклонно сокращается, и уже очень скоро они превратятся в «динозавров». Помимо этого, вступающая в свои права эра матриархата также диктует определенные правила, изменяя сами нормы общения, попросту запрещая во многих случаях прямо проявлять знаки внимания.

В целом надо признать, что новая модель знакомств через социальные сети во многом кажется более практичной. Она позволяет, не двигаясь с места, снизить до минимума возможные риски столкнуться с неприемлемой моделью поведения, поддерживать значительное количество самых разнообразных коммуникаций, фильтруя их и отбирая наиболее перспективные. Кроме того, как показывает практика, общаться без личного контакта во многом проще, что позволяет более застенчивым от природы людям с первых же диалогов проявлять свои истинно лучшие качества, тогда как смущение при личном общении очень часто формирует искаженную картину личности. Безусловно, у данной модели есть и обратная сторона в виде возможной маскировки под кажущиеся перспективными аккаунты различных мошенников или даже психопатов, однако это вряд ли остановит общую тенденцию.

Наблюдая, как общаются сейчас тинейджеры, нам порой может показаться, что они стали использовать смартфон в качестве своего рода дополненной реальности, которая скрадывает недостатки и подчеркивает достоинства своего обладателя и помогает фантазии за что-то зацепиться при обосновании выбора партнера для более тесного общения. И в этом смысле дальнейшее развитие виртуальной реальности будет только расширять возможности по сокрытию самых разных изъянов и замещению их виртуальными чертами. Мы будем стремиться к созерцанию исключительно идеальных пропорций, не приемля ничего хоть в чем-то несовершенного. Выход на рынок новых моделей различных очков дополненной реальности наверняка повлечет за собой дальнейшее формирование этого тренда.

Из всего сказанного можно заключить, что в некотором смысле происходящие изменения в модели знакомств молодых людей заменяют романтику прагматичным подходом. Кроме того, постоянная попытка выдать желаемое за действительное может сильно увеличивать уровень эгоизма, а также способствовать развитию и без того раздутого уже и в наше время нарциссизма, излишней концентрации на самих себе и в первую очередь на собственном внешнем виде, а еще точнее выражаясь – на том образе, в котором мы предстаем перед окружающими. При этом работа над внутренними качествами уйдет на второй план, что сделает отношения людей более поверхностными и сиюминутными.

Разумеется, мы не можем вешать какие-то ярлыки и спорить с тенденциями. Однако стоит отметить, что слишком высокий уровень эгоизма и эгоцентризма, присутствующий во взаимоотношениях, может способствовать выхолащиванию некоторых весьма важных аспектов во взаимоотношениях между мужчиной и женщиной, что в конечном итоге также будет негативно сказываться на уровне рождаемости и способствовать дальнейшей деградации института семьи и брака – а значит, давать всё новые импульсы дальнейшему становлению матриархата. Мы не станем настаивать, что привычная нам пока что модель семьи и брака является идеальной и единственно правильной. Возможно, современное технологическое общество нуждается как в раз в иной модели, чтобы запустились другие процессы, стимулирующие, в свою очередь, его дальнейшее развитие.

Может быть, физический контакт как таковой будет постепенно сокращаться по мере перемещения нас в виртуальную реальность, и это позволит получать какие-то совершенно новые ощущения, даст другое понимание того, чем может являться настоящая близость, не предполагающая непосредственного соприкосновения тел. Вполне возможно ожидать, что с приходом полной виртуальной реальности получение чувственных удовольствий от контакта между партнерами станет восприниматься обществом несколько иначе, гамма возможных переживаний существенно расширится, но одновременно с этим отношение к партнеру станет еще более потребительским. Так или иначе, пусть даже и не без некоторого сожаления (а может быть, и ностальгии), мы, скорей всего, будем вынуждены принять тот факт, что дальнейший технологический прогресс не позволит больше существовать романтическим отношениям в том первозданном виде, в котором их культивировали в нашем сознании классики мировой литературы в течение нескольких последних столетий.

Если же говорить про адаптацию к происходящим изменениям, то в сфере романтических взаимоотношений она пройдет достаточно легко. Молодежь без труда найдет общий язык, находясь в единой системе координат. Людям же зрелого возраста придется обратить внимание на современные инструменты коммуникаций, если они захотят строить отношения с теми, кто моложе их.

Большая разница в возрасте партнеров очень часто сказывается и в наши дни, когда различные системы ценностей не могут сосуществовать долгое время вместе, не претерпевая каких-либо изменений под воздействием взаимной симпатии партнеров. Тем не менее романтические взаимоотношения редко длятся достаточно долго – в конечном итоге они либо заканчиваются расставанием, либо переходят в стадию семейных отношений. Так что при неудачной попытке адаптации всегда можно попробовать нового партнера. А семейные отношения мы обсудим в следующем разделе.

8. Семейная жизнь

Семейная жизнь следующего поколения изменится под воздействием сразу нескольких факторов. Усиление роли женщины в экономической, социальной и политической жизни, сокращение рождаемости, дальнейшее развитие технологий наряду с сокращением физической активности среди мужского населения приведут к существенным изменениям семейных отношений. На протяжении очень долгого промежутка времени, пока продолжалась эра патриархата, именно мужчины очень часто воспринимали семью как своего рода «обузу». Однако по факту, если принять во внимание, что во многих семьях женщине приходилось осуществлять полный уход за детьми, мужем, выполнять все домашние обязанности, а кроме этого еще иногда и ходить на работу, чтобы вносить свой вклад в бюджет семьи, то именно для женщины семья и являлась настоящим обременением все эти долгие годы. И только лишь ее природные инстинкты и устоявшиеся в обществе традиции сохраняли текущее равновесие.

Новые технологические возможности, всеобщий доступ к информации, а также изменения во взаимоотношениях между молодыми людьми, которые мы обсудили в предыдущем разделе, уже очень скоро приведут нас к полному равноправию партнеров в новых семьях. Выравнивание уровня заработной платы, всеобщая доступность банковских кредитов на одинаковых условиях и для мужчин, и для женщин – всё это постепенно начнет смещать баланс в сторону усиления женщины. Как мы уже обсуждали ранее, женщина по природе является более дисциплинированной и выносливой, меньше склонна к риску; именно эти качества и требуются в значительной степени для постоянного поддержания необходимого минимального прожиточного уровня домохозяйства.

Многие десятилетия и даже столетия женщины во всех странах мира воспитывались на уважении и почитании мужчины, независимо от его реальных возможностей содержать домохозяйство, а также проявлять заботу обо всех членах семьи. Быть мужчиной гораздо выгоднее и в наше время, потому что это по определению дает больше свободы и возможностей и по-прежнему зачастую полностью снимает ответственность за поддержание домашнего очага. Можно быть вне семьи бо́льшую часть времени, принося в дом лишь минимально необходимое для поддержания приемлемого уровня жизни. И если еще буквально 10–20 лет назад женщине не оставалось другого выбора, кроме как быть дома рядом с детьми, водить их в детский сад или школу, готовить, стирать, убирать, пребывая в информационном вакууме, то теперь технологии предоставляют гораздо больше возможностей для самореализации – даже в условиях необходимости бо́льшую часть времени уделять домашним заботам.

Стремление женщины к независимости будет постоянно возрастать по мере всё большего погружения в бурлящие потоки информации. И если представительницам более старшего поколения традиции и банальное отсутствие хорошего опыта во взаимодействии с различными средствами виртуальной коммуникации могут не позволить быстро перестроиться, пересмотрев свои взгляды на роли в семейном пространстве, то новому поколению девочек может оказаться просто некогда почитать мужчин. Ощущая информационную свободу, свободу выбора, возможность рожать и растить ребенка самостоятельно или вовсе обходиться без детей, женщина станет практически недосягаемой для мужчины. Ведь если задуматься, мужчина нуждается в женщине гораздо острее, чем женщина в мужчине. В современном мире мужчина не сможет продолжить свой род вопреки желанию женщины. Конечно, и женщине кое-что необходимо от мужчины для этого, но уже и в наше время технологии зашли в этом вопросе весьма далеко, так что, приобретая необходимый биоматериал, можно иметь детей без каких-либо далеко идущих правовых последствий или же семейных обязательств. А воспитывая ребенка самостоятельно «под себя», женщина сможет обеспечить даже некоторые гарантии финансовой защищенности в период своей старости, в отличие от мужчины, который так и не завел семью.

Зачем женщине в современных условиях выходить замуж, равно как и мужчине жениться? Романтические отношения быстро проходят, и многие семьи распадаются сразу после рождения первого ребенка, когда жизненные реалии встают перед супругами в полный рост. Разумной причиной, побуждающей к созданию и поддержанию совместного домохозяйства, может быть, например, всё еще достаточно очевидная потребность детей в постоянном взаимодействии как с матерью, так и с отцом для формирования необходимых качеств всесторонне и нормально развитой личности. Однако в ряде семей отцы пропадают с утра до вечера на работе, предоставляя матери все бразды воспитания. К тому же, наверное, мы точно не знаем, что такое всесторонне развитая личность с точки зрения тех технологических изменений, которые сейчас происходят вокруг нас.

Другой причиной создавать семью может быть снижение риска, связанного с потерей здоровья и, как следствие, утратой возможности полноценно финансировать все необходимые расходы в одиночку. Безусловно, полная мобильность и возможность много работать хотя бы одному из супругов (или же чередуясь) сильно повышают возможности финансирования домохозяйства, хотя, к сожалению, далеко не все семьи используют такие преимущества. К тому же представители нового поколения редко всерьез задумываются о своем финансовом положении, распоряжаясь кредитными средствами как своими собственными и живя в надежде на долгую, здоровую и богатую жизнь в будущем.

Нужно ли женщине постоянное общение с мужчиной, а мужчине с женщиной? Это, конечно, риторический вопрос, мы знаем много примеров, когда такого общения очень много и когда его совсем нет. Меняет ли это что-то в конечном итоге? Никто точно не знает, так как мы не можем прожить свою жизнь два раза, проверяя различные гипотезы, чтобы потом сделать выбор лучшего варианта.

Таким образом, не так-то просто найти какую-то очень вескую причину сохранения института семьи даже и в современных условиях, что лишь подтверждается сегодняшним опытом развитых стран.

Данные рассуждения наверняка могут быть легко разрушены каким-нибудь детским психологом или же специалистом по семейным отношениям. Однако никто из этих специалистов не имеет ни малейшего понятия о том, что нас ждет в будущем, с учетом грядущих технологических изменений. Рассуждать же с позиции прошлого опыта в условиях таких глобальных перемен просто бессмысленно.

Совершенно очевидно, что, несмотря на все приведенные размышления, следующее поколение молодых людей в любом случае будет создавать новые семьи, рожать детей и совместно их воспитывать. Если в наши дни брачный контракт предназначен чаще всего для определения порядка владения той или иной собственностью супругов, то следующие поколения, вполне возможно, будут уделять более пристальное внимание порядку распределения обязанностей в семье, превращая этот документ в настоящий партнерский договор, где права и обязанности каждого участника будут четко прописаны. И если для более старшего поколения такой документ может показаться совершенно нелепым и подрывающим веру в высокие чувства и институт брака, то молодое поколение, наоборот, оценит по достоинству все его плюсы. Люди склонны забывать о высоких чувствах с течением времени, и тогда кому-то приходится, к примеру, готовить немного чаще, чем, возможно, хотелось в молодости.

Разумеется, необходимо предусмотреть возможность пересмотра отдельных положений такого договора, потому что по мере взросления приоритеты могут изменяться, равно как и привычки. Если же полагаться на добрую волю партнера, то это может привести к разрушению семьи с гораздо большей вероятностью. Подписание контракта всегда заставляет стороны хотя бы на время снять розовые очки и трезво взглянуть на совместное будущее и оценить ожидания партнеров друг от друга.

Помимо брачных контрактов, сегодня у нас имеются и чисто технологические возможности сделать совместную жизнь проще, позволив каждому из супругов жить полноценной жизнью, не ведя при этом подсчет вклада каждого из них в решение бытовых вопросов. Существующие сегодня сервисы и технологии позволяют во многом автоматизировать и роботизировать ту самую рутину, которая чаще всего и съедает отношения со временем. Уборка, стирка, готовка, поход в магазин в наши дни могут занимать минимум времени и осуществляться и мужчиной, и женщиной, и даже ребенком с одинаковым успехом – если, конечно, предварительно потратить немного времени и денег на эту самую автоматизацию.

С точки зрения адаптации к технологическим изменениям, необходимо подчеркнуть важность очень взвешенного подхода при создании новой семьи молодыми поколениями. С учетом потрясающего технологического многообразия, которое создает для нас информационная среда, возможности по сохранению семьи и воспитанию счастливых детей многократно возрастают, но вероятность такого стечения обстоятельств существенно снижается, как это ни парадоксально.

На этом мы закончим обсуждение данного непростого вопроса и перейдем к следующему разделу, где поговорим о воспитании нового поколения детей.

9. Воспитание детей

Давайте рассмотрим воспитание нового поколения с точки зрения дальнейшего развития технологий, смещения фокуса с физических игр на игры виртуальные и постепенного уменьшения количества того живого общения, которое современные дети получают в своих семьях.

Еще каких-то десять лет назад перелет в самолете семей с детьми становился достаточно тяжелым испытанием для пассажиров, сидящих по соседству с ними. Теперь же сложности возникают только при взлете и посадке, когда настойчивые бортпроводники всё еще принуждают по привычке всех пассажиров выключить различного рода портативные устройства.

Двадцать лет назад в обычной семье не было никакой мобильной техники и в одной квартире или доме редко было больше одного телевизора. И поскольку телевизор этот после работы смотрели в основном родители, детские игры проходили на улице до самого вечера, невзирая даже на плохую погоду и чувство голода. Оказавшись же дома, дети наконец получали возможность хотя бы немного пообщаться со своими уставшими родителями. Разумеется, в выходные дни этого общения было немного больше, хотя телевизор зачастую и использовался в дневное время для того, чтобы дать возможность родителям заняться своими делами или отдохнуть. Телевизионная программа, тем не менее, редко состояла из большого количества подряд идущих блоков, предназначенных исключительно для детей, поэтому сильно расслабиться у родителей не получалось.

Если задаться вопросом, кто же в первую очередь и в каких пропорциях воспитывал детей прошлых поколений, то ответ распределится между школой (детским садом) и улицей примерно в равных пропорциях, оставляя на долю семьи какие-нибудь жалкие пять процентов или даже меньше. Когда не было школы, бо́льшую часть ответственности брала на себя улица.

Если мы спросим себя, кто в наши дни и в каких пропорциях воспитывает новое поколение детей, то обнаружим, что помимо школы и улицы у нас появился еще один внешний учитель, вытесняющий постепенно своих конкурентов. Виртуальный мир коммуникаций со всем его многообразием различных мобильных приложений уже практически полностью заменил сначала родителей (и сделать это оказалось совсем не сложно), а затем и улицу. Школа стала последним оплотом, но с переходом на онлайн-образование каких-то действенных инструментов контроля за масштабом проникновения информационных развлечений в личную жизнь школьника уже не остается и у нее.

Разумеется, мы обсуждаем ситуацию в целом, понимая, что в некоторых семьях подход к воспитанию и общению с детьми может быть совсем другим. Однако для того, чтобы уделять больше внимания своим детям, нужна совокупность нескольких довольно редко встречающихся в одной семье параметров. Во-первых, уделять больше времени могут те родители, которые его имеют, – следовательно, такое возможно, как правило, в более состоятельных семьях. Во-вторых, помимо времени, необходимо само желание уделять это время. Ну а в-третьих, даже при наличии времени и желания не так-то просто порой добиться лучшего результата, чем дают в среднем школа и улица, вместе взятые. Образованные, успешные, талантливые и заботливые родители, не имеющие соответствующего педагогического образования, порой могут нанести существенный вред, самостоятельно воспитывая и обучая своих детей у себя дома.

Несложно предположить, что наилучшим сценарием воспитания мог бы стать вариант обеспечения определенного баланса, когда каждый участник процесса четко выполняет свою функцию, а родители осуществляют общий регулярный контроль, корректируя то или иное воздействие. Сегодня уже очень сложно утверждать, что мобильные устройства являются абсолютным злом, которое нужно полностью исключить из жизни детей, – ведь в этом случае может полностью нарушиться контакт со сверстниками, а мы все-таки исходим из предположения, что ребенок будет жить в обычной среде. К тому же мобильные приложения в любом случае могут быть весьма полезными.

Давайте оставим дальнейшие общие рассуждения на тему баланса школы, улицы и семьи профессионалам в этой области и сконцентрируемся на мобильных устройствах, поглощающих все больше и больше времени нового поколения детей. Оглядевшись по сторонам, несложно заметить, что подавляющее большинство детей играет примерно в одни и те же игры. Именно эти игры сперва дополняют, а затем полностью замещают традиционные уличные развлечения прошлых поколений и значительную часть живого общения внутри семьи. Именно эти игры обсуждаются детьми в своем кругу общения, когда молодые игроки делятся опытом и дальнейшими планами по прохождению всё более сложных уровней.

Если оставить ребенка один на один с мобильными играми, позволив бесконтрольно играть столько, сколько он пожелает, то в результате придется спасать его от голодного обморока и нервного истощения. Неспособность детей самостоятельно ограничивать себя по причине отсутствия необходимого для этого жизненного опыта и самодисциплины – вот та причина, по которой именно родители берут на себя роль арбитров, назначая допустимое время игры. И ровно по этой же причине некоторые родители идут дальше, внося собственные коррективы даже и в правила игры, добиваясь максимально возможного позитивного эффекта и снижая возможный предполагаемый вред.

Практически бесполезно ожидать, что производители самых популярных игр будут всерьез заботиться о здоровье и умственном развитии детей. Вместо этого для родителей, как правило, создается красивая маркетинговая видимость пользы от различного конструирования, интерактивного взаимодействия, необходимости стратегического мышления и прочих подобных вещей. Безусловно, определенная польза от таких вещей присутствует, но не стоит ее слишком преувеличивать. Создатели сегодняшних игр в своем детстве в них не играли, и пока что совершенно не очевидно, смогут ли создать что-то большее сегодняшние молодые игроки в зрелом возрасте.

Вместо того, чтобы идти на поводу у современной игровой моды, вполне можно отыскать на бескрайних информационных просторах

и другие способы занять своих детей. Понимая, что основной целью игры является развитие мышления, памяти и воображения, можно подобрать такие приложения, где все эти качества развиваются более эффективно и к тому же дают некоторое приближение к реальной полезной деятельности, которая безусловно предстоит маленьким игрокам во взрослой жизни. Детям не так важно, во что играть. В качестве иллюстрации мы можем привести пример жизни детей в бедных странах, где мечтой месяца может быть жареная курица, например. Дети в таких странах играют совсем с другими игрушками. Простые пластиковые бутылки и старые покрышки от автомобилей заменяют им конструкторы «Лего», тогда как воображение восполняет все недостающие краски и формы.

Резюмируя данный раздел, мы еще раз вернемся к вопросу контроля. Понимая, что так или иначе необходимо сдерживать невероятный энтузиазм, с которым дети набрасываются на различные мобильные устройства, вероятно, нужно расширить границы этого контроля, предлагая действительно полезные инструменты и ограничивая бесцельную игру в популярные приложения. Безусловно, родителям с их загрузкой и заботами будет очень сложно отказаться от нескольких минут в день, которые они наверняка хотели бы потратить на собственные развлечения, и уделить время поиску подходящих игр для своих детей. Однако именно это и может являться своего рода мостиком, который позволит сохранить хотя бы немного живого общения со своими детьми. Если мы сможем находить время, чтобы поиграть с ними, пока они маленькие, тогда в будущем, может быть, они тоже позовут нас во что-нибудь поиграть, когда станут взрослыми и самостоятельными.

10. Обучение и образование

Не прошло еще и года с апреля 2020-го, когда в предыдущей книге мы только начали анализировать возможные изменения, вызванные вынужденной изоляцией людей, – но даже за такой небольшой отрезок времени огромное количество учебных заведений во всем мире успело перестроиться. И это совершенно нормально, учитывая, какую важную роль играет в современном обществе образовательный процесс. За прошедшее время мы уже смогли убедиться, что онлайн-обучение становится новой реальностью следующих десятилетий. А это означает, что новые поколения школьников и студентов получат совершенно иные возможности, хотя и будут посещать большинство своих занятий виртуально.

Важнейшим изменением в образовательном процессе станет необходимость постоянного присутствия в виртуальной среде. Это повлечет за собой постепенное смещение фокуса от необходимости что-либо системно запоминать в сторону умения быстро искать релевантную информацию, анализировать ее и обобщать для дальнейшего принятия необходимого решения. Количество хорошо эрудированных людей продолжит постепенно уменьшаться, так как потребность в запоминании будет исчезать в силу создания всё большего количества различных виртуальных помощников и устройств, разгружающих человеческую память.

Безусловно, еще очень долгое время будут существовать отдельные учебные заведения, которые, наряду с новыми технологическими подходами в образовании, будут использовать классические методики, развивающие мышление и память и направленные на формирование способностей к самостоятельной генерации идей, а не только к обработке уже существующей информации. Таких учебных заведений будет немного, а стоимость обучения в них, вероятно, окажется заметно выше – в силу большего задействования личного общения с преподавателями и прямой передачи знаний.

Хорошо это или плохо, но подавляющее количество студентов и школьников будут учиться под присмотром автоматизированных систем, выполняя поставленные ими задачи и получая теоретический материал. Безусловно, такой подход позволит сделать образование доступным каждому, кто имеет простейший смартфон и подключение к Интернету. Однако такие автоматизированные системы не всегда смогут стимулировать своих учеников к освоению всё новых и новых горизонтов, поиску дополнительной информации, изучению каких-либо специфических вопросов.

В конечном итоге обучающие автоматизированные системы станут создавать практически все крупные работодатели, подстраивая их специфику под свои нужды. И если главной целью студента станет соответствие какой-либо конкретной позиции в той или иной компании, то это приведет в дальнейшем к большим сложностям при попытке смены области деятельности. Конечно, можно утешать себя той мыслью, что специальные тесты на начальном этапе смогут с высокой точностью определить по совокупности ряда параметров так называемое «истинное предназначение человека», однако далеко не всегда стоит доверять системе окончательный выбор своего жизненного пути.

Любая автоматизированная система, конечно же, в первую очередь предназначена для облегчения нашей жизнедеятельности. Все современные разработчики программного обеспечения тратят значительное количество ресурсов на повышение удобства взаимодействия с той или иной программной платформой, стараются построить максимально удобный интерфейс. И здесь невольно напрашивается аналогия с ребенком, которого обучают ходить.

В современном мире никому не придет в голову дать ему удобное кресло-каталку или же экзоскелет, вместо того чтобы предоставить прекрасную, хотя и полную опасностей возможность научиться на его собственном опыте. Однако в мире обучения всё может произойти совсем по-другому. Человек очень быстро станет придатком автоматизированной системы, даже не отдавая себе в этом отчета.

И именно к этому будут стремиться работодатели, ожидая постепенного перехода к использованию полноценного искусственного интеллекта, который, в свою очередь, позволит избавиться от всех людей, обучавшихся до этого у автоматизированной системы, функционирующей под его присмотром.

Таким образом, совершенно нельзя исключать из рассмотрения вопрос самообучения автоматизированных систем, предназначенных первично для обучения человека. Получая постоянную обратную связь от пользователей, правильно спроектированная программная платформа должна и будет непрерывно развиваться, стараясь всё с большей и большей точностью предсказывать поведение своих подопечных. Вполне вероятно, что массовый переход на современные системы онлайн-образования позволит дополнить критическую массу, необходимую для разработки полноценного искусственного интеллекта.