Домна Токмина
Тайна, прикрытая мраком

Тайна, прикрытая мраком

Пролог

Никогда не знаешь где найдешь, где потеряешь. Почему-то именно эта фраза вертелась в голове весь день. Что она предвещала было непонятно, но состояние тревоги не уходило. В раскрытое окно влетел булыжник с прикрепленной скотчем запиской: «Жду на нашем месте, мне очень нужна твоя помощь: вопрос жизни и смерти. Роман». Послание из прошлого от несостоявшейся любви. Ведь знал, что ради него бросится в огонь и воду как это было раньше. Именно теперь Тайна поняла, что Роман для нее был вместо брата, которого она конечно же любила, но выйти за него замуж было бы ошибкой. Все, что ни делается, – все к лучшему.

– Давненько я не бегала на свидание в столь позднее время, – усмехнулась девушка.

Она потеплее оделась в джинсы и свитер. Днем было жарко, но к вечеру от реки шел туман и становилось прохладно. Желания выглядеть попривлекательнее и ради этого рисковать здоровьем, почему-то не появилось.

– Либо старею, либо становлюсь равнодушной к объекту своих девичьих грез, – сделала вывод Тайна.

Только упоминание о смерти заставило идти на встречу. Девушка вылезла в окно, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания и пошла по знакомой тропинке. Она летела не разбирая дороги, перепрыгивая через препятствия встречающиеся на ее пути и… провалилась в яму. Лишь по воле случая ей удалось ухватиться за какой-то куст, который являлся слабой защитой от падения, потому что еле крепившиеся корни с легкостью отходили от почвы при малейшем движении. Пришлось замереть. Ногами она нащупала небольшой выступ, позволивший задержаться на поверхности, а не свалиться на дно. Конечно, ждать помощи неоткуда: в этом месте и днем людей не бывает, а ночью и подавно. Хоть кричи, хоть не кричи. Сотовая связь здесь отсутствовала, поэтому смысла брать с собой телефон не было. Тем не менее, в тот момент она думала не о себе, а о Роме, зная его чувствительную и обидчивую натуру.

– Ромка, что опять произошло? – думала бывшая невеста, стоящая на краю гибели.

После рассказов Виктории как Ромка несчастлив, о попытке его самоубийства в голове рождались страшные картины. Желание пожалеть и поддержать друга детства превалировало над чувством опасности.

– Я спасу тебя! – кричала ее душа, но беззвучно и неуверенно.

Внизу послышалось шипение, потом движение, Тайна уловила краем глаза, как по ее кроссовкам проскользнуло что-то скользкое и длинное. Ее попытки стряхнуть с ноги потревоженного обитателя этого логова ни к чему не привели: ему на подмогу стали выползать другие мерзкие твари. Девушка оказалась в старой силосной яме, выбраться из которой не представлялось возможным…

Глава 1

Тайна всегда была очень серьезной, возможно, потому что ей, а не наоборот, пришлось заботиться о своей матери. Более беспомощного человека в жизни невозможно встретить, при этом Светлана не притворялась. Если бы женщине на пути попался надежный мужчина, подставивший свое крепкое плечо, возможно, она смогла бы прожить долго и счастливо. Но, как в насмешку, судьба подкидывала таких же слабых и безвольных мужиков, которым проще было сбежать, чем тащить на себе это бремя. Вечно меняющиеся отчимы, имели как раз такую особенность. Свою мать дочь запомнила красивой, молодой и постоянно пьяной. Знала, что мама любила дочурку, но какой-то беспомощьной любовью, словно не знала, куда это чувство приспособить.

– Доченька, как я рада, что ты у меня есть. Это такое счастье, что невозможно передать словами!

В такие моменты она прижимала девочку к себе, словно боялась потерять и целовала в щеки. Именно это порой приводило очередного отчима в негодование. Возможно, в нем говорила ревность, и он начинал, как правило, устанавливать свои порядки.

– Тайка, иди в свою комнату и не мешай матери!

Единственное, в чем девочонка могла помешать – это в распитии спиртных напитков, которые приносили члены их тесной компании.

– Как ты смеешь указывать моей дочери, что ей делать? Быстро собирай свои манатки и катись на все четыре стороны! Какая она тебе Тайка!

В такие моменты мать становилась решительной и какой-то отчаянной.

– Знаешь, почему я назвала тебя Тайной? – шептала мать.

– Расскажи, – отвечала по привычке носительница столь странного имени, хотя из опыта прежних бесед знала, что та на это скажет.

Именем, данном при рождении ее называли только мать и бабушка. Для остальных она была Тая или Тайка.

– Нет. Я сейчас тебе не скажу. Вот вырастешь и я поведаю тебе нашу с тобой семейную тайну. В день твоей свадьбы, – определила давно для себя срок давности секрета Светлана.

– Когда мы с Ромкой поженимся? – уточняла семилетняя невеста.

– Мне не хочется, чтобы ты выходила замуж за Ромку, он бесхарактерный, пустой, такой же, как твой отец. Но я его любила! Я его так сильно любила, а он предал меня – сбежал. Ненавижу! – только стакан водки мог облегчить тяжесть на ее душе.

Поэтому привычным жестом трясущихся рук, она заливала в себя успокоительное средство и отправлялась спать, забыв о секретах и родной дочери.

Девочка, прикрыв мать одеялом, принималась за уборку в доме после пьяного застолья, готовила из тех продуктов, что имелись неприхотливую пищу. В основном, это была картошка в разных видах: жареная либо вареная, а то еще суп без мяса с овощами.

Тайна догадывалась, в чем состояла вся тайна. Отец уехал «за длинным рублем» на Север. Во всяком случае, так объясняла мать, когда дочери было пять лет, и больше его не видели. В представлении ребенка рубль был настолько длинный, что неизвестно где заканчивался. Однажды она захотела это выяснить, и они с Ромкой отправились на поиски таинственного рубля, но так его и не обнаружили. Почему-то девочка надеялась в том месте, где эта денежная купюра заканчивается, увидеть своего отца. Тайна помнила, что он ее любил, заботился о жене и дочери. Это его поспешное бегство было странным. Может быть, в этом исчезновении и состояла тайна. Когда девочка пыталась расспросить поподробнее, мать начинала плакать и все время причитала, обвиняя во всем себя.

– Я сама во всем виновата, он хороший человек, любил меня так как никто больше не полюбит.

Тем не менее, видеться с матерью отца Марией Андреевной, она разрешала.

Ромка, о котором говорила Светлана, считался нареченным. Родились дети в один день и даже час, поэтому родители шутя провозгласили новорожденных женихом и невестой. С детства ребята были с неразлучны как двойняшки, все время ходили, взявшись за руки. Обычно верховодила Тайна, а Роман слепо выполнял указания подружки, оттого рос безынициативным. Он знал, что подруга сможет дать отпор тому, кто посмеет его обидеть, сделает за него домашнее задание.

– Какая хорошая сноха у нас подрастает, Ромочка за ней как за каменной стеной будет, – умилялись его родители.

К Тайне они относились с любовью: всегда подкармливали, делали подарки, зная, что они с матерью не живут в роскоши.

Маленький домишко, перекосившийся от древности, глаз не радовал: внутри и снаружи требовал хозяйской руки и денег на это. Однако, ни того ни другого у Светланы не было. Своих сил и средств на содержание семьи не хватало: бывший муж не помогал материально и даже не писал письма. Но и от посторонней помощи женщина отказывалась, считая такое поведение признаком гордости. Малолетняя дочь едва успевала наводить порядок после бесконечных застолий материных друзей. Для нее был выделен угол за занавеской – иммитация собственной комнаты: там она делала уроки и играла в куклы, которые дарили родители Романа и бабушка.

Но однажды все изменилось. Пришла Мария Андреевна и потребовала отдать внучку на воспитание ей.

– Никогда я не отдам свою доченьку, – хныкала мать, – кто ее будет так же любить и жалеть как я?

– Вот что, Света, ты живи как хочешь! Я пыталась образумить тебя, но ничего не вышло. Нравится губить свою жизнь – губи, но ребенку – не смей! Девочка умная, добрая. Но что она видит в доме: нескончаемый поток твоих друзей-алкоголиков? И это – образец для подражания, как нужно жить? Я больше терпеть не намерена! Если не отдашь ребенка по-хорошему, я обращусь в органы опеки.

– Не надо мне угрожать! – перед носом бабушки мать стала водить пальцем. – Я примерная мать! – высказав свое мнение, Светлана Борисовна рухнула на старый потрепаный диван и погрузилась в глубокий сон.

– Пойдем со мной, – решительно поизнесла бабушка и увела ребенка в свой дом.

Судя по всему, сражаться с бабушкой мать не рискнула, поэтому попыток вернуть дочурку к себе больше не предпринимала. Но дочь каждый день навещала ее, подкармливала едой, что давала бабушка и наводила в доме порядок. Тайна понимала, что без ее помощи спившаяся мама пропадет.

Жить у бабушки Тайне очень нравилось: с ней было спокойно и уютно, поначалу даже непривычно от проникновенной тишины. У бабы Маши дом был огромный, двухэтажный с множеством комнат и балконом, с которого хорошо просматривалась полуразрушенная усадьба помещиков Шкуропадских. Об этой усадьбе ходило много легенд и выдумок, отчего делало это место еще более загадочным. Часами могли слушать Тайна с Ромкой бабулины рассказы об истории несчастной барыни. Дело в том, что Мария Андреевна была основателем местного музея: всю жизнь собирала краеведческий материал, состоявший из предметов барской усадьбы и архивов, основанных на воспоминаниях и фотоматериалов местных жителей.

И хотя, музеем и легендами люди гордились, и авторитет Марии Андреевны Прониной был неоспорим, все же в одночасье этот объект культуры был закрыт. Помещение под склад занял нуждающийся в этом депутат. Годами собиравшиеся экспонаты оказались выброшены на свалку, с которой Мария Андреевна с энтузиастами вывезла имущество музея к себе домой, где в одной из комнат разместила все эти сокровища для обозрения желающих и, в особенности, приезжих граждан.

Глава 2

Судя по фотографиям и картинам, барский дом когда-то представлял из себя внушительное и красивое архитиктурное строение. Кому пришло в голову и зачем его разрушить, так и осталось неизвестным. Возможно, таким образом пытались вспугнуть призрак блуждающей в этих окрестностях барыни Елизаветы Ивановны Шкуропадской или искали пропавший клад.

История рассказывает, что барыня однажды поехала через лес, будучи беременной, а по дороге начались роды. Прямо в санях она родила девочку. На запах крови сбежались волки и, чтобы сохранить жизнь кучеру и ребенку, она бросилась в стаю волков, конечно, погибнув при этом. Воспользовавшись ее гибелью, служанка украла шкатулку с драгоценностями, за что ее сослали на каторгу. Шкатулку она успела где-то припрятать. Но с того времени в этих местах то и дело объявляются кладоискатели или любители пообщаться с призраками, потому что барыня покой не обрела и постоянно наводит страх на желающих ночью погулять по развалинам.

В детстве Тайна очень любила играть в этих руинах, почему-то девчушку, как магнитом тянуло в эти места. А ночью снились странные сны. Вскоре у девочки появились две подружки, которые между собой постоянно соперничали и ссорились, а ей приходилось их мирить. Каждая отстаивала первенство и право дружить с Тайной. Как правило, зачинщицей конфликта была Зоя: она была всегда чем-то недовольна, начиная со своего имени. Такое немодное имя ей дали в честь родственницы, которую она в глаза никогда не видела.

– Вам хорошо, – в обычной своей манере, растягивая слова, начинала Зоя, – не надо думать о будущем, как мне: для вас все припасено.

– И что у нас припасено? Мешок гречки? – бросалась в атаку, скорая на слова, Виктория.

– У вас наследство есть, а мне придется всю жизнь горбатиться, чтобы выжить, – жаловалась на судьбу Зойка.

Тайна представила их с матерью покосившуюся избушку и нищенскую обстановку в доме, и рассмеялась.

– А про бабкин дом забыла? – напомнила подружка.

– При чем тут бабушкин дом, у нее есть прямой наследник – мой отец, – напомнила завистнице Тайна.

– А ты как будто ни при чем, – не унималась Зойка, – и замуж собираешься не за бедного. Все знают, что Ромкина семья самая богатая в наших краях, – не унималась несчастная.

Действительно, у отца нареченного было несколько магазинов.

– Что, нечего сказать в свое оправдание? – продолжала свою линию Зоя.

Порой ход ее рассуждений понять было невозможно.

– А если я вообще не выйду замуж? – усмехнулась счастливица.

– Но ты же собираешься окончить школу с золотой медалью, значит, можешь поступить в любой ВУЗ. А с твоими данными тебя возьмут на любую работу, – то ли делала комплимент, то ли видела подвох в этом приятельница.

– Ну, ты и гадина завистливая! – возмутилась Вика, – а тебе кто не дает учиться на пятерки и получить золотую медаль? Мозгов маловато? Да и на замуж тебе нечего рассчитывать, кто такую образину возьмет?

– А ты бы молчала! Мне бы хоть день как ты пожить! Я обиделась на вас!

И Зоя, как обычно, не прощаясь удалилась.

– Вот зачем она тебе сдалась? Что ты с ней возишься? – посмотрев вслед удаляющейся злыдне, упрекнула Вика.

– Мне ее жалко, – Тайна пыталась урезонить подружку, – Зою никто не любит, знаешь, как это обидно.

Когда Тайна произносила эти слова, ей очень хотелось в них поверить. Однако, если заглянуть глубоко в сердце, то понимала, что лукавит. Зою очень трудно полюбить: настолько она была ограниченным человеком, скупым на добрые слова и чувства.

Виктории, действительно, повезло в жизни: она родилась красивой, в состоятельной семье, где родители ее баловали и безмерно любили. Что касается Зои, то кроме нее в семье было еще пятеро сестер. Все сестрички были похожи на мать, очень привлекательную женщину, а Зое, как в насмешку, досталось сходство с отцом. И внешностью, и характером она пошла в папашу – редкостного бездельника, который только пил, почти нигде не работал и постоянно ныл о своей незавидной доле. Поэтому всю семью тянула на себе мать, рано состарившаяся, но сохранившая остатки былой красоты женщина.

Зоя, глядя на своих младших сестер, завидовала им черной завистью. Но почему у нее такие маленькие глазки неопределенного цвета? А нос занимает половину лица как будто кто-то при рождении ударил ее сковородкой! Полное отсутствие губ и блеклые редкие волосы, которые можно при желании пересчитать на голове дополняли образ некрасавицы. Она не понимала, как можно быть такой толстой, если в доме каждый кусок на счету. Иногда ненависть обуревала Зойку настолько, что хотелось убить сестер, которые у всех вызывали умиление, за их добродушие, за то что они как будто не замечали ее уродства и относились к ней без злости, несмотря на то, что сестрица при любой возможности старалась их обидеть. Она рассуждала по-своему: если бы не было сестер, возможно, жизнь у нее сложилась бы по другому. Зоя не видела главного: того, что спрятано в тайниках ее темной души. Любовь – чувство бескорыстное и купить или заставить себя любить насильно еще никому не удавалось. Но у Зои была черта характера, которая помогала добиваться поставленной цели любым путем – упорство, граничащее с наглостью.

Бабушка тоже не понимала в чем причина дружбы с Зоей, настолько девочки были разные не только по характеру, но и отсутствовали общие интересы. Порой подружки часами молчали, потому что говорить было не о чем. Обычно Зоя списывала у Тайны домашнее задание, временами оставалась ночевать. Эти моменты были особенно неприятны – она блуждала по комнатам и выясняла стоимость каждой вещи.

– Внученька, не приводи Зою к нам, она так любопытна, все выспрашивает, не тактична, нагловата, – уже не просила, а умоляла Мария Андреевна.

Тайна понимала бабушку, но, когда Зоин отец напивался, то выгонял семью на улицу, как она могла отказать подруге в просьбе переночевать у них? Временами было желание отказаться от этой дружбы, но Зоя была очень навязчива и, если надо, могла изобразить страдание, зарыдать, пересказывая много раз слышанные ее злоключения, после чего Тайна начинала чувствовать себя бесчувственной тварью, хотя Вика в это не верила и называла драматической постановкой. Зоя пыталась вклиниться в отношения других друзей – с Викой и Ромкой. Куда бы Тайна не пошла, Зоя тут же жалобным голосом рассказывала о своем одиночестве, о невозможности из-за отсутствия денег сходить в кино или в другое какое место, куда направлялась компания. Поэтому приятели иногда скрывали свои планы. Порой Тайна задумывалась: почему она не может поставить точку в отношениях с наглой девицей, и что ей мешало просто избегать дружбу с ней помимо школы. Однако, все время вмешивались какие-то обстоятельств, все оставалось по-прежнему – против ее воли.

Школу Тайна окончила с золотой медалью, и они с Ромкой поехали поступать в университет. На первом же экзамене Рома срезался и уехал, обиженный на то, что подруга в университет поступила, и отказалась, не смотря на его уговоры, поступать на следующий год вместе с ним. Во всяком случае, Тайна знала, что Рома – парень отходчивый и его обиды быстро проходят. Единственное, в чем пришлось уступить – это учиться заочно. Свадьба была не за горами.

Глава 3

Всю подготовку к предстоящей свадьбе взяли на себя родители жениха. Мать Ромы Зинаида Петровна порхала, как бабочка в предвкушении предстоящего торжества будто именно она выходит замуж.

– Тайна, сегодня поедем подбирать тебе свадебное платье! – распорядилась она.

Невесте было очень неловко, что все траты ложатся на семью жениха. Девушка попыталась отговорить будущую свекровь от безумных расходов, но та была непреклонна.

– Если бы у нас не было денег, то и свадьбу справили скромную. Не переживай, не обеднеем. Все-таки единственный сын и любимая невестка, для кого же еще нужны деньги? Потом внуков будем баловать.

– Мне неудобно как-то, – отговаривала будущая сноха мать жениха.

– У нас с Дмитрием свадьба была скромная, за столом сидели пара наших друзей. На женихе красовался костюм друга, потому что своего не было по бедности, а на мне ситцевое платье. А так мечтала о настоящей свадьбе, чтобы длинное белое платье и фата! Поэтому не спорь, хоть у вас с Ромочкой все будет по-человечески, – Зинаида Петровна оставалась непреклонна.

В салоне для новобрачных купили самое дорогое красивое платье и длинную фату.

– Господи, какая же ты красавица! – умилялась будущая свекровь, – как повезло нашему сыну. А внуки как ангелочки будут! Нет, не зря я сыночка вырастила культурным человеком – выбрал самую красивую девушку в мире: есть у него вкус к прекрасному!

В зеркале Тайна увидела подтверждение ее слов, хотя симпатичной никогда себя не считала. Наверное, все невесты прекрасны.

– Я всегда мечтала иметь дочку, такую же очаровательную, добрую и умную. Теперь она у меня есть, – и будущая свекровь по-матерински обняла девушку.

Тайна тоже любила родителей жениха как родных.

– Я вот все думаю: у нас родни много – человек двести наберется. Зато о твоих родственниках я ничего не знаю, кроме матери и бабушки никого не видела. Отец вряд ли приедет, далеко забрался. Я всегда удивлялась, что к ним никто из родни не приезжал. Может быть, живут далеко отсюда?

– Я ничего об этом не знаю: мама не любила на эту тему говорить, а у бабушки никого, кроме сына не осталось, – ответила Тайна.

– Ну нет, так нет, – сдалась Зинаида Петровна.

Отмечать событие решили в самом шикарном ресторане, который также принадлежал отцу жениха.

– Подружками невесты будут Вика и Зоя. В ЗАГС мы не едем: там работает моя родственница, она все равно в ресторан придет, там и регистрацию проведет. Я договорилась, так будет даже лучше: никаких очередей, красиво и торжественно, – распорядилась мать жениха.

– А свадьбу кто-то будет вести? – подал голос, молчавший до этого жених. – Томаду нашли? А то у меня есть на примете.

– Не надо искать посторонних, у меня есть свои замечательные организаторы, – загадочно объявила Зинаида Петровна.

– Только не это! – в ужасе закричал жених. – Неужели опять Муза с Андромедой?

– Чем они тебе не нравятся? – возмутилась Зинаида Петровна. – Они специалисты – в клубе работают, к тому же мои троюродные сестры. Зачем со стороны кого-то приглашать, если свои есть.

– Пусть поприсутствуют как гости, – не мог успокоиться жених.

– К тому же они обидятся, если кто-то другой будет вести свадьбу, девочки на этом деле уже не одну собаку съели, – не соглашалась Зинаида Петровна.

– Это точно, – согласился Роман, – еще в придачу всех котов, как конкурентов, потому что от животных пользы больше, чем от этих массовиков-затейников.

– Не придумывай, есть, конечно, у них специфические сценарии, которые не каждый поймет, но на то они и культработники, чтобы блеснуть своей гениальностью, – постаралась выгородить свою родню мать жениха.

Считается, что талантливый человек – это тот, кто хорошо делает свою работу, овладевает этим в совершенстве. При всем при том, гений- это тот, кто придумывает и делает такое, что другому, здравомыслящему в голову не взбредет. Муза и Андромеда были гениальны: такую дурь, что вытворяли они, мог придумать не каждый, разве только их отцы.

Два брата, Петр и Захар, появились на свет в один день с разницей в пять минут. Они были совершенно непохожи друг на друга, ни по внешности, ни по характеру. Общим между ними было одно – соперничество. Если у одного из них появлялась какая-то вещь, то другой не мог ни есть, ни спать, пока у него не появится то же самое: будь то рубашка, игрушка или ветрянка с ангиной. Но что удивительно, между собой они никогда не ссорились, тем не менее, все их причуды огорчали родителей.

Захар имел невзрачную внешность – невысокий, худенький и конопатый. Петр, в отличие от брата вырос высоким и симпатичным. И, если Захар был начитанным и остроумным, то Петр гибкостью ума не отличался. Поэтому ничего удивительного в том не было, что девушки сначала обращали внимание на красавца, а, побывав в обществе молчуна, быстро перебегали к его брату, с которым скучно не было. К тому же Захар сочинял стихи про любовь и посвящал каждой девушке.

Когда пришло время жениться, никого не удивило, что братья взяли в жены двух сестер. Как-то Захару попала в руки книга «Легенды и мифы Древней Греции». Не долго думая, он решил переименовать себя в Зевса, а свою жену Марью в Мнемозину – богиню памяти и воспоминаний. Но в паспортном столе на уступку не пошли и документы переделывать отказались. Тогда Захар объявил, что отныне он отзывается только на имя Зевс, а супругу следует называть Мнемозиной. Но если Зевс помнил как его величают, то его нареченная словно в насмешку, свое новое имя постоянно забывала. А когда кто-то пошутил, что ей больше подходит имя Амнезия, сходу его запомнила и охотно отзывалась на него. Громовержец вынужден был смириться с глупостью жены, хотя упрямо называл ее Мнемозиной. Впрочем, той, похоже, было все равно как ее называют: она отзывалась на любое имя. Характер у Амнезии был покладистый, и женщиной она была неконфликтной, в отличие от своей сестры Кати.

Петр не смог смириться, что его брат стал богом и из этой же книжки выбрал имя другого бога – Посейдона, хотя общего у него с морским богом была лишь тяга к воде. Когда Петр напивался, какая бы засуха в то время не стояла, он всегда находил лужу, где мог приземлиться. Если имя Зевс односельчане не воспринимали, то с Посейдоном соглашались.

– Это, наверное, старинное казачье имя, – изрек один знаток. – Посей – связано с посевной, а Дон – это река. Выходит – имя донского казака.

Однако, Катерина на просьбу мужа стать Кассиопеей, так огрела его сковородкой, что просьба была анулирована в зародыше. Зевс надеялся на рождение дочери, но как назло, рождались только сыновья. Согласно мифам, от Зевса у Мнемозины родилось девять дочерей – нимфы, покровительницы талантов. И когда после пяти сыновей, родилась долгожданная дочь, тут же присвоил ей имя Муза – божественный источник вдохновения для поэтов, словно надеялся, что это как-то повлияет на его творчество.

Уже с детства стало ясно, что девочка переняла талант отца, сходу подбирая рифму, но благодаря материнским генам, тут же все забывала. Посейдон тоже был не лыком шит и свою дочь назвал Андромедой. Уж очень ему понравилась история о том, как бедную девушку, которую приковал к скале родной отец в качестве жертвы для чудовищного кита, спас Персей. И еще захотелось, чтобы у дочери было собственное созвездие. По традиции, хоть девочки и росли в разных условиях, они продолжали соревноваться. Поэтому никто не удивился, когда после школы, обе поступили в институт культуры и стали работать в местном клубе. Они проводили все значимые мероприятия: свадьбы, юбилеи, похороны.

Иногда, заработавшись, могли на свадьбе поднять тост за упокой тещи, порадовав тем самым зятя, или станцевать на похоронах. К пятидесяти годам они так и остались старыми девами и тоже – по своей собственной глупости. Стоило одной из них завести жениха, как другая тут же старалась разбить эту пару. В результате обе оставались ни с чем. А вскоре оказалось, что очередь из женихов иссякла, и работа заменила им семью: творчество помогало заполнить себя эмоциями. Теперь Муза и Андромеда готовились к величайшему событию десятилетия – свадьбе Тайны и Романа.

Глава 4

Друзья жениха уже собрались у дома Марии Андреевны по традиции- выкупить невесту. Все с нетерпением ждали, когда появятся служительницы Мельпомены: как обычно, они опаздывали. Это была традиция – придти, когда все перенервничают, и у людей появится только одно желание – скорее бы все закончилось.

Первой появилась Муза: маленькая, худенькая, с большими выпученными глазами как у собачки, сидящей на ее руках, с которой она никогда не расставалась. На все торжества Муза одевалась в одно и то же – бесформенный балахон, видимо, снятый с какого-то рояля. На ногах красовались босоножки с меховой опушкой. Если есть сапоги с дырками, то почему не может быть босоножек с мехом? Муза закатила глаза в обычной своей манере и томным голосом произнесла: «Ах, эти облака, они…» И «зависла», забыв, что хотела сказать.

Андромеда всегда вызывала у публики шок. Свои костюмы она придумывла сама: могла связать, склеить, сшить или, как теперь, просто обмотаться лоскутным покрывалом, висящим на бретельках. В отношении обуви, вкус ее оставался неизменным – туфли на шпильках такой высоты, что казалось невероятным как на них можно передвигаться и не падать при этом. При ее огромном росте и богатырской комплекции, шпильки входили в землю как гвозди. У Андромеды была особенность – менять прически на дню по нескольку раз, а иногда и попросту брила голову, меняя цвет лысины. В этот раз обрито было только пол головы, другая ее часть оставшихся волос, торчала стрелами в разных направлениях, стремясь всем напомнить о принадлежности к созвездию, словно названо оно было в честь нее. Андромеда могла появиться в обществе в шляпах определенного фасона: с какими-нибудь небесными атрибутами, например, луной, звездами… Сейчас на лысой половине головы окрашенной в темно-синий цвет, удивительным образом держалась миниатюрная шляпка с большими, колыщущимися при ходьбе, звездами. Чтение не относилось к числу ее интересов. Вместе с тем, однажды увидев в школьной библиотеке книгу «Туманность Андромеды», девочка решила, что читать книгу не обязательно, а вот напускать некоторую туманность во всем, пожалуй, стоит попробовать. С того времени она погружалась в себя, входя в нужный образ, хотя со стороны казалось, что бабу просто заклинило.

Ни одна свадьба без традиционного выкупа невесты не проходила.

– Где вы ходите? – возмутился нетерпеливый жених.

Но местные примы даже не обратили на реплику никакого внимания: конкурентов у них не было.

– У нас товар, у вас – купец, – пропищала своим детским голосом Муза, автор стихотворной части сценария.

– И что? – попытался кто-то проникнуть в мыслительный процесс гения.

– Коль не получим выкуп вам… – Не закончив фразу, поэтесса замолчала, то ли пытаясь вспомнить, то ли так было задумано по сценарию.

Жених с друзьями ждали либо продолжения фразы, либо констатацию факта неготовности к обряду бракосочетания. Но мысли Музы блуждали уже в другом измерении.

– Вам не видать невесты наконец, – продолжила своим басом Андромеда.

Жених с друзьями облегченно вздохнули: это совсем не то, о чем они подумали.

– И сколько стоит невеста? – поинтересовались друзья жениха.

– Сначала всем шампанского налить, тогда и будем говорить и пить, – продолжила Андромеда.

Жених достал несколько бутылок шампанского и удовлетворил просьбу попрошаек. Торг пошел веселее.

– Она не может быть босой, набейте туфли… – начала завывать очнувшаяся Муза.

– Колбасой, – срифмовал кто-то из друзей жениха.

Все засмеялись.

– Монетой золотой, – вставила Андромеда и протянула жениху явно не невестин башмак, а свой.

– Ничего себе ножка у будущей жены – не меньше сорок пятого размера, – развеселились друзья.

– Не красит жадность жениха, быть щедрым – свойство… – вновь пропищала Муза и мысленно отстранилась от происходящего.

– Это типа загадки и мы должны угадать конец? – поинтересовался все тот же балагур, подбирающий рифму. – Но то, что мне на ум приходит, наверное, не подойдет.

– Не в том направлении у вас мысли работают, – съязвила Андромеда, – это слово-«мужика». За то, что не отгадали, наполните мелочью вторую туфельку.

Компания опустошила свои карманы.

– А теперь конкурс на сообразительность. Пусть представитель жениха быстро соберет слово из букв. Намекаю – это наивысшее эмоциональное чувство. Что бы жених хотел услышать от невесты?

Андромеда быстро разбросала буквы- БЛЕЮЛ.

– Надуть хотели? – жених быстро справился с заданием, собрав слово «Леблю».

– Что это за слово? – возмутились даже бывшие двоечники. – Слово пишется «люблю».

– Муза, очнись! – Ты какое слово сочинила?

Но автор головоломки вновь отлетела в мир поэзии и грез.

– Хорошо, пусть считается ничья, – согласилась Андромеда.

– В средние века рыцарь добивался любви прекрасной дамы, сражаясь на турнирах. Сейчас один из друзей будет лошадью, а жених – рыцарем. В битве могут принять участие все, но учитываться будет только победа или поражение жениха. Соревноваться будете с девочками. Вместо мечей-.-колбаса. У кого колбаса сломается, тот проиграл, – проинформировала Андромеда.

Чтобы не испачкать костюмы, парни разделись до трусов. Не долго думая, две девушки тоже разделись до нижнего белья. Лошади сошлись и стали биться лбами друг о друга, пытаясь сбросить наездника – противника. Жених засмотрелся на формы воинственных амазонок и, получив по голове палкой колбасы, выпал из седла.

– Свадьба, похоже, не состоится, – пробасила Андромеда, – жених уж очень хилый попался.

– Так нечестно, – оправдывался в своем поражении жених, – они нас соблазняли!

– Ты про это бы помалкивал, – прошептала Андромеда. – В день свадьбы на других девок заглядываешься!

Роман осознал свой промах и покраснел.

– Хорошо, я дам вам еще шанс, – смилостивилась ведущая.

– Хватит с нас ваших конкурсов! В ресторане нас уже гости заждались! – решил поставить точку в этом мероприятии жених.

Но на что он надеялся, зная, и поэтому ранее отказываясь от услуг этих специалисток? Муза и Андромеда отличались бульдожьей хваткой, упрямством и наглостью. Именно эти черты характера они называли ответственностью. И, если им поручили что-то сделать, то, невзирая на раздражение публики, решали, что доведут дело до конца. До чьего конца – не уточнялось. А желание лишний раз оказаться в центре внимания всегда побеждало поползновение тех, кто пробовал лишить их минуты славы. Им было неважно, что минуты перерастали в часы.

– Эх, перевелись у нас мужики! – сделала вывод ведущая, – может быть, хоть на сообразительность выиграете конкурс. Команда жениха должна из лепестков роз составить имя невесты, не прикасаясь к ним руками.

– Это мы быстро! Хорошо, что зовут тебя коротко, – подмигнул жених невесте.

Посоветовавшись, парни решили ртом выкладывать буквы. Они фыркали, сплевывали прилипшие к языку лепестки, некоторые, разувшись, пытались пальцами ног собирать лепестки в кучу. Наконец, с заданием справились.

– А сейчас танцы! – скомандовала дама, любившая напустить туман.

Молодежь оживилась, присматривая себе пару, но их ждало разочарование.

– Это конкурс на ловкость, – Андромеда выставила два таза.

– У нас что – банный день? Или жениха купать будут? – развлекалась толпа.

– В один таз становится жених, в другой – подруга невесты. И они танцуют аргентинское танго.

– Я не умею, – стал отнекиваться Роман.

– Здесь не надо уметь, главное – не выпасть из таза. И еще важное условие – не стоять столбом, а танцевать.

Обрадовавшись, что все так просто, жених стал вилять бедрами, изображая из себя знойного мачо. Таз не выдержал подобного издевательства и опрокинулся, накрыв собой выпавшего танцора под дружные апплодисменты зрителей.

Но ведущим показалось этого мало: пребывавшая в грезах Муза очнулась и что-то шепнула Андромеде. Могло показаться, что Муза – лишний элемент в этом дуэте, но это было не так. Именно Муза подавала идеи, а Андромеда претворяла их на практике.

– Перед окнами любимой девушки в Испании поют серенаду, – начала туманно намекать Андромеда.

Но жених уже понял, что она хотела сказать и закричал:

– Только не это! При чем здесь Испания? К тому же у меня нет музыкального слуха! Я не умею петь.

– Судя по всем проигранным конкурсам, ты вообще мало что умеешь, – прошипела тетенька.

– Тогда пеняйте на себя, – согласился Роман и старательно запел в сопровождении мужского хора друзей.

– Вы зачем животное мучаете? – раздался голос из-за забора местной защитницы прав животных. – Немедленно прекратите, иначе я обращусь куда следует. Я все записала на диктофон!

Благодаря ее вмешательству, состязание пришлось прервать. Но ведущих это нисколько не смутило.

– В таком случае, проведем другой творческий конкурс. Необходимо сочинить стихотворение и посвятить его невесте, – не унималась Андромеда.

– Не умею я сочинять, сроду такой глупостью не занимался! – отмахивался жених.

В этот момент, услышав волшебнон слово «стихи», очнулась покровительница поэтического таланта и стала декламировать только что родившийся шедевр, завывая и периодически погружаясь в себя:

– Я примеряла на себя твое тело, хоть и видела, что ты – идиот. И тогда поняла я в чем дело: размер не мой, да и цвет не тот.

И вновь погрузилась в Нирвану.

– Хорошо, теперь будет русский конкурс. Невеста – краса сидит в тереме, жениха дожидается. Тебе надо по косе к ней добраться и освободить ее от Змея Горыныча. Кидай косу, – крикнула она притомившейся у окна невесте.

Тайна сбросила толстую веревку вниз. Роман, скинув пиджак и туфли, стал по веревку продвигаться вверх. Неожиданно веревка отвязалась. Невеста решила задержать падение жениха, ухватилась за ускользающий конец веревки и выпала вместе с ней из окна прямо на суженого.

– Это что, было так задумано? – потирая ушибленное место, проворчал жених.

– Хорошо, что с первого, а не с девятого этажа лететь пришлось, а то бы и свадьба не состоялась, – утешили его друзья.

Глядя на ободранного жениха, ведущие поняли свой промах, но признаться в этом-себя не уважать.

– Отъелся ты, Рома, поэтому мы вес не рассчитали: пора тебе на диету садиться. Скажи спасибо, что из-за своих травм не все испытания прошел, – утешили его тетушки.

– А что, еще были? – испугался жених и, схватив за руку невесту, ударился в бегство.

Культработники с грустью смотрели вслед убегавшей публики.

– Как это можно назвать? Только черной неблагодарностью, для них же стараешься…Что ж, перед церемонией поменяю прическу и наряд, – успокоила себя Андромеда.

Ресторан был битком набит родственниками и друзьями. Видимо, отсутствие новобрачных не особенно волновало публику, поэтому часть приглашенных уже была навеселе. При появлении молодоженов свои обязанности вспомнила сотрудница ЗАГСа, своей фигурой напоминающая стремящийся вперед корабль. Под заезженную музыку Мендельсона с придыханием в голосе начала торжественную церемонию:

– Дорогие брачующиеся, Роман и Тайна! Сегодня у вас особенный день! Как две ракеты, выпущенные в космическое пространство, вы, наконец, состыковались в бесконечной Вселенной…

– Погоди, дорогая, – отодвинула ораторшу подвыпившая уже Андромеда. – У нас сейчас по сценарию кража невесты, потом продолжишь свою речь.

– Но как же так, – сопротивлялась та, – сначала нужно совершить обряд бракосочетания, а потом обычно невест воруют.

– Это раньше так было, – не унималась Андромеда, теперь будет по-другому. Зачем кому-то воровать чужую жену – где логика? Нужно воровать, пока она не замужем, – развивала свою мысль затейница.

– Только давай побыстрее, – пошла на уступки мать жениха и успокаиваще похлопала работницу ЗАГСа по руке.

Из-под стола то и дело протягивалась рука за очередной порцией водки троюродного брата и под крики «горько» вновь исчезала. Это была черная овца в белом и пушистом стаде клана Сосискиных: горький пьяница, за поведение которого стеснялись, но не пригласить на свадьбу к племяннику не могли, так как по совместительству он являлся местным гармонистом. К тому же, скольбы не пил, свои обязанности Вася исполнял добросовестно: звуки гармошки отрезвляли его мгновенно.

Наконец, процедура с кражей невесты завершилась. Тайна просидела в кладовке рядом со шваброй и ведрами. Не дождавшись жениха, ей пришлось звать на помощь, пока кто-то не услышал крики. С паутиной на голове она уселась во главе стола. Но теперь пропал жених. Начались поиски новобрачного.

– Я видела его в последний раз с Зойкой, – сказала Вика.

– Я смогу сегодня закончить церемонию?! – возмутилась сотрудница ЗАГСа.

Все взоры были обращены на Зойку, спокойно поглощавшую еду со своей тарелки.

– Зоя, ты не знаешь где Роман? – прервала ее трапезу мать жениха.

– Знаю, мама, – ответила девица, не прекращая есть.

– Какая я тебе мама? – возмутилась Зинаида Петровна.

Зоя встала из-за стола и пожелала сказать тост:

– Это мой подарок тебе, – и протянула какой-то конверт невесте.

Предчувствуя недоброе, этот конверт тут же выхватила Зинаида Петровна. Все-таки Тайна успела заметить, что в нем находится снимок узи.

Зоя довольно усмехнулась:

– Это фотография вашего будущего внука, мама и папа. Так что, гости дорогие, никуда не расходитесь. Поменяется только невеста.

– У нас есть невеста, – подал голос отец жениха, – очень хорошая девочка-порядочная, а не какая-то шалава.

– Это еще доказать надо, что ребенок от нашего сына, мало ли с кем ты его нагуляла. Не надейся, что он женится на тебе – только через мой труп, – поставила точку в этом вопросе Зинаида Петровна.

– Мы Тайну в обиду не дадим! Пошла вон отсюда! – возмутились все родственники, присутствующие на свадьбе.

– Конечно, если Ромка такой дурак, что мог променять хорошую девку-царевну на эту жабу, то пусть с жабой живет, – поставил точку в этом вопросе отец жениха.

В это время появился Роман.

– Я тебе все сказал, – с ненавистью глядя на Зою, произнес он.

Казалось, что еще минута, и он ударит ее. Таким Ромку Тайна никогда не видела.

– Что происходит? – заволновались гости, до которых новость еще не долетела.

– Ничего особенного, – успокоила собравшихся мать жениха, – продолжаем регистрацию.

– Дорогие брачующиеся… – начала снова работница ЗАГСа.

– Давай короче, – торопила ее будущая свекровь.

– Не имеете право! Я беременна от вашего сына, – закричала Зоя, в отчаянной попытке сорвать церемонию бракосочетания.

Чувствовалось, что она умышленно затягивала свой сюрприз, чтобы поэффектнее сорвать свадьбу и побольнее задеть невесту. Иначе как объяснить, почему заранее не решила этот вопрос?

– Согласен ли ты, Роман взять в жены Тайну? – поинтересовалась работница ЗАГСа, не обращая на истерику новой претендентки в невесты.

– Да, – ответил жених, – согласен.

Невеста всматривалась в лицо своего жениха: юное круглое личико с курносым носом, голубые глаза, светлые брови и ресницы, чуть посветлее волосы. Далек от эталона красоты, но Тайна его любила и доверяла ему. Именно с Ромкой хотела прожить в горе и радости. Оттого предательство лучшего друга, нареченного лезвием полоснуло по сердцу. Кому тогда вообще остается верить?

– Согласна ли ты, Тайна, взять в мужья Романа? – вовсю нервничала правая рука Гименея.

В этот момент Зойка с разбега вклинилась между ними и завизжала:

– Неужели ты позволишь расти ребенку без отца? Мои родители меня выгонят из дома, и я буду скитаться с невинным младенцем, прося подаяние на улице. Неужто у тебя нет сердца, еще подругой называешься?

– Не переживай, – ребенка мы без помощи не оставим, – успокоила ее мать жениха. – Давай побыстрее заканчивать, – дала она распоряжение продолжать церемонию своей родственнице.

– Люди! Рома! Я – беременна, неужели вы не слышите?!

Похоже, такой реакции как безразличия, на свое сообщение она не ожидала, поэтому словно сбесилась, набросившись на Романа с кулаками. Пока он отбивался от разъяренной соблазнительницы, злая обида на жениха захлестнула Тайну: ведь Рома об этом мог сказать раньше, н е доводить до такого позора и унижения. Пока драку разнимали, Тайна незаметно убежала.

Глава 5

Она не думала, куда бежит. Хотелось одного: скрыться от людских глаз, от участия и жалости, никогда никого не видеть. Под этой раскидистой ивой девушка любила прятаться в детстве, наслаждаясь покоем и возможностью размышлять. Зойкин поступок можно понять: она всегда была подлой. Ведь Тайне говорили об этом многие, но она по своей наивности, граничащей с глупостью, пыталась найти в Зойкиных делах что-то хорошее, не желала замечать ее коварство и подлость. Сколько раз Вика и Зинаида Петровна убеждали Тайну не подпускать к себе Зою, да и бабушка видела ту насквозь. Но больше всего тревожило поведение Романа: какие причины побудили его на предательство? Возможно, Тайна смогла бы понять друга детства, объясни он это своевременно, до свадьбы. Как бы то ни было прощала она ему другие шалости, находила приятелю оправдание. Они доверяли друг другу все. Почему же ее нареченный так поступил, так унизил перед людьми, за что? И как ей пережить это, где взять силы?

Сбежавшая невеста слышала голоса Вики, Зинаиды Петровны, Романа как они звали ее, но не откликнулась, боясь поддаться уговорам и вступить в брак, который невозможен. Журчание рядом пробегающего ручейка успокаивало, и Тайна не заметила как уснула. Разбудил ее нарастающий вместе с туманом холод. Осень стояла на редкость теплая, днем ярко светило, и даже грело солнышко, а к ночи становилось прохладнее. На небе появились первые звездочки, но до наступления темноты было еще рано. Несостоявшаяся невеста осмотрела свое, когда-то нарядное платье: подол превратился в лохмотья, фата, видимо, при бегстве зацепилась за какой-то куст. Бабушка, наверное, места себе не находит…

Как можно быть такой эгоисткой, не подумать о близких, что они тоже за нее беспокоятся? Ведь у бабули, к тому же больное сердце. Вместе с тем во всей этой суете она даже не заметила на свадьбе единственных родственников: либо они опаздали, либо по какой-то причине вообще не пришли. Причина могла быть только одна – мама. Мария Андреевна присутствовала во время конкурсов Музы и Андромеды, потом она должна была зайти за бывшей снохой, чтобы вместе отправиться в ресторан. Скорее всего мать уже отметила бракосочетание дочери и старушка приводила ее в чувство, отпаивая всякими похмелинами.

– Может быть, к лучшему, что не видели мой позор, – успокоила себя Тайна. – Мама обещала в день свадьбы открыть нашу семейную тайну, хотя это-секрет Полишинеля.

Уже подходя к дому матери, униженная новобрачная поняла, что произошло что-то страшное: ветер разносил запах дыма. Вместо родительского дома перед глазами Тайны предстало пепелище. Вокруг сновали пожарные.

– Что случилось? – подбежав, поинтересовалась девушка, – там находилась моя мама, она – жива?

– Не знаем был ли кто в доме, только что потушили пожар, – ответил молодой человек, с сочувствием глядя на злосчастную девицу в платье невесты.

Тайна заплакала, размазывая витающую вокруг копоть по лицу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.