Лариса Барабанова
Без боли

Часть I. Нормальная жизнь

Глава 1

«Замороженными пальцами в отсутствие горячей воды-ы», – напевала Нюта, пытаясь отмыть жир с очередной тарелки. Сезон, официальным гимном которого можно считать песню Земфиры, начался несколько дней назад. Процедура мытья посуды после обеда теперь занимала уже не двадцать минут, а полчаса. Время от времени (каждые пять минут) на кухню заглядывал двухлетний Сеня, тянул маму за халат, на что та снова и снова отговаривалась тем, что всё ещё не помыла посуду. Малыш в ответ ныл, но не так чтобы сильно – для проформы, а потом уходил в детскую. Пока там что-то падало, шумело и шелестело, Нюта могла быть спокойна: ребёнок при деле.

«Заторможенными мыслями в отсутствие, конечно, тебя-я», – просилась вторая строчка. Пропев её, Нюта саркастически улыбнулась: вон он, отсутствует – прямо лёжа на диване. В сердце кольнула льдинка. «Зато не пьёт!» —успокоила себя Нюта и снова промурлыкала под нос первую строчку песни с тем, чтобы уже не останавливаться. Возвращаться опять к мысли, что из её жизни постепенно исчезает муж, было выше её сил. Домыла посуду, уложила Сеню спать. На время тихого часа были запланированы стирка, мытьё полов и чистка картошки для ужина. То самое семейное счастье в простой двушке спального района.

Вечером после прогулки, ужина и укладывания Сени спать муж с намёком обнял Нюту пониже спины. Он уже принял душ и был настроен на выполнение супружеского долга. Обессиленная очередным выходным днём, потащилась в ванную и она… Обтираясь видавшим виды полотенцем, Нюта разглядывала себя в зеркало. «Душераздирающее зрелище!» —пришла она к выводу и принялась декорировать своё изуродованное родами и кормлением ребёнка тело. В шкафчике был припрятан относительно новый комплект нижнего белья. Если не снимать бюстгалтер, грудь не будет обвисать, а трусы (не легкомысленные трусики, нет, а именно трусы) идеально прикрывали покрытый растяжками живот, который не убирался никакими упражнениями. Ну всё, готова.

Быстрый и стремительный секс с оглядкой на дверь спальни закончился раньше, чем Нюта успела хотя бы разогреться. Муж с чувством произнёс, что любит, и отправился курить. А она нашла трусы, которые супруг сорвал не глядя, стянула бюстгалтер, накинула на себя просторную (ещё в беременность носила) ночнушку и отправилась спать Сене под бочок. Она спала с сыном в зале, а муж занимал спальню. Нюта отселилась от него в третьем триместре беременности, когда супруг начал храпеть по ночам. После рождения Сени стало очень удобно не вскакивать каждые полчаса, чтобы укачать ребёнка в колыбели, а брать его себе под бочок. В какой-то момент Нюта начала кормить малыша грудью во сне – и реально высыпалась. И плевать ей было на советы оставлять ребёнка в его кроватке. Сами бы попробовали вставать по двадцать раз за ночь! Мужа всё это вполне устраивало: ему же надо высыпаться, он работает. А плач в соседней комнате его не будил. Тем не менее, папа считал своим долгом жаловаться на то, как плохо он спит из-за сына. Однажды Нюта, измерив ночью температуру малышу и увидев, что столбик ртути замер на отметке «38,5», вызвала скорую. Приезд медиков (в том числе звонок в домофон) не разбудил папашу. К счастью, в больницу ехать не пришлось – Сеня просто перегрелся. А утром Нюта поинтересовалась у мужа, как ему спалось. Тот, как всегда, «почти всю ночь не спал». Информация о приезжавшей скорой застала его врасплох. После этого случая жаловаться на вынужденную бессонницу он стал заметно реже.

Итак, Нюта аккуратно разобрала баррикады из подушек, призванные не дать Сене упасть, и улеглась рядом с сыном. И – к собственному удивлению – разрыдалась. Чтобы не разбудить малыша, мама уткнулась лицом в подушку, только плечи вздрагивали. И дело было не в плохом сексе. После родов он по большей части таким у них и был. Вернее, дело было не только в этом. Нюта больше не чувствовала себя женщиной. Она ощущала себя старыми домашними тапками: стоптанными, пропотевшими – и удобными. Сегодня к Нюте пришло осознание, что старые тапки рано или поздно выбрасывают, купив новые.

Глава 2

Алекса натянула второй чулок и принялась искать лодочки на высокой шпильке, которые в порыве страсти куда-то забросил её коллега Даниил. Сам он уже ушёл, стараясь замести следы. Эту квартиру он снял специально для их свиданий и шифровался со всевозможной тщательностью. Они приходили сюда по одному и так же расходились. «Шпион, блин!» – потешалась Алекса, хотя старался Даниил в основном ради неё: он-то был холост, зато она – замужем.

Вообще-то её звали Александра, она работала в банке, на неплохой должности. У неё был красавец и умница муж. Был и сын-подросток. А с недавних пор появился и любовник, который и стал звать её Алексой. Ей понравилось новое имя – и новая жизнь на две реальности. Не то чтобы она не любила мужа… Но он был такой правильный, что аж скулы сводило. Да ещё и сын подрос, превратился в какую-то жердь, выдающую её возраст с головой. В восьмом классе она сама уже вовсю увлекалась мальчиками… И её сын, вполне вероятно, уже занимается сексом. Считай, она без пяти минут бабушка! Бррррр!

Алекса (теперь она воспринимала себя только так) всегда с презрением относилась к «бабищам», запускающим себя после рождения ребёнка. Она в рекордные сроки после родов похудела, предпочитала смотреть на мир с высоты 10-сантиметровых шпилек, изменяя им только когда гуляла с коляской, и одеваться только в бутиках. В их квартире никогда не было халата, растянутых треников и застиранных футболок. А на работу она полетела вприпрыжку, едва отдав сына в садик. Каким-то чудом ей удалось устроиться по специальности. И можно было бы сидеть на тёпленьком местечке годами. Но Алекса не желала топтаться на месте и занялась английским, записавшись на курсы, и вскоре именно её посылали на переговоры с иностранными партнёрами. Строить карьеру оказалось так увлекательно! В декрет она отправилась сразу после окончания учёбы в вузе, многие её однокурсники вовсю штурмовали финансовые высоты, когда она занималась сменой подгузников и кормлением по часам. И вот Алекса получила шанс их догнать и перегнать. И сделала это!

Работа занимала почти всё время. Ребёнком занимались отец и няня, которую они вполне могли себе позволить. Сын видел маму в основном по выходным и относился к ней как к случайно попавшей в их с папой квартиру принцессе. Он боялся эту невиданную красавицу будить по утрам, послушно отправлялся на прогулку с няней и дышал над подарками матери, опасаясь хоть что-то поломать. Муж называл Алексу Сашей и старался разнообразить её досуг поездками на природу. Ещё они часто мотались к его родственникам, пока она не намекнула, что слишком усердно работает, чтобы все выходные проводить в гостях и вести скучные «беседы за жизнь» с непросыхающим дядей Валерой. Тогда муж послушно начал водить её по театрам и музеям, иногда для разнообразия они занимались спортом. Алекса знала его с детства. Когда-то она была в него влюблена, они были самой красивой парой в старших классах. Но мысль о том, что это вот на всю жизнь, заставляла её холодеть.

Когда к ним в банк устроился Даниил, Алекса сначала не обратила на него почти никакого внимания. Сопляк, на пять лет моложе её. Разумеется, её подчинённый. Но через некоторое время она поймала его взгляд, в котором было что-то незнакомое. Не подобострастие, не зависть, не притворное восхищение… Не сразу она смогла распознать, что это страсть. Но когда до неё это дошло, Алекса стала таять, как мороженое под солнцем. Ей казалось, что стул под ней горит, когда она его видела. Молодой, амбициозный, хороший работник (что немаловажно!) – идеал. Ну почему же она замужем?! А потом, на корпоративе, когда все выпили больше, чем полагалось, между Алексой и Даниилом вспыхнул настоящий костёр. В тот вечер всё закончилось банальным сексом в туалете ресторана, но оказалось, что это только начало отношений. И вот уже третий месяц огонь не затухает, а, кажется, только разгорается.

Левая лодочка найдена под шкафом. Правая-то где? Ладно хоть сегодня бюстгалтер с люстры не доставать… Кстати, надо посмотреть за спинкой кровати. Да, вот она, правая лодочка. Ни царапинки на лаковой чёрной поверхности. Вот что значит качество!

Глава 3

Когда Нюта вела Сеню первый раз в детский сад, у неё тряслись руки и подкашивались ноги. Оставить свою кровиночку даже на пару часов в незнакомом месте было страшнее, чем самой оказаться ночью в чаще леса. Но это был необходимый шаг. Ребёнку необходима социализация, а ей, Нюте, позарез нужно свободное время. Заведующая в садике сразу же предупредила её, что в первые полгода лучше не возвращаться на работу – дети часто болеют в это время. Ну ничего, время-то ещё было: три года Сене исполнялось только в июле. Нюте не работа как таковая нужна была сейчас, а свобода выпить чаю в то время, когда хочется, а не когда ребёнок заснёт, и почитать книжку, в конце концов.

Но читать Нюта не смогла, несмотря на заветный томик, припасённый в недрах сумки. Она не пошла домой, а села на лавочку в соседнем от садика дворе и начала ждать. Ей казалось, что она прямо отсюда слышит, как плачет Сеня. Было невыносимо, она готова была сейчас же забрать сына из садика навсегда. «Ага, и в армию ты с ним пойдёшь!» —раздался в её голове насмешливый голос мужа. И Нюта осталась на скамейке, глядя на наручные часы. Без пяти одиннадцать она встала и рванула к зданию садика с целеустремлённостью спринтера.

В помещении группы, куда очень удачно вела дверь прямо с отдельного крылечка, было тихо. Никто не вопил. По крайней мере, с улицы не слышно. Нюта постучалась, ей открыла нянечка и заговорщицки шепнула: «И не вспоминал! Сидит играет». И действительно, Сеня сосредоточенно возил посреди игровой комнаты большой самосвал и даже головы не поднял в ответ на слова воспитательницы: «Мама пришла!» Он не хотел уходить, и Нюта не знала, плакать или радоваться: оказалось, что она не так уж и нужна сыну.

По дороге домой Сеня что-то рассказывал, на следующее утро бежал в садик вприпрыжку, а на третий день наотрез отказался заходить в ворота садика. Об этом Нюту тоже предупреждали и заведующая, и воспитательница: ощущение новизны проходит, и тогда походы в садик становятся обязанностью. И тут главное не сдаться, показать неотвратимость процесса. И Нюта затащила Сеню на крылечко, с боем переодела и, наскоро поцеловав, убежала. На этот раз ей вдогонку нёсся рёв сыночка. По щекам текли потоки слёз, но Нюта неуклонно шла вперёд, к дому – чтобы прийти и понять, что делать-то, собственно, ей нечего. Чаёвничать не хотелось, читать – тоже. Суп тоже варить не хотелось, но пришлось: муж привык каждый день видеть на столе свежее первое. И ведь отговорки нет, почему не приготовила. Ребёнок в садике, времени у хозяюшки хоть лопатой греби… И Нюта решила найти себе подработку.

Уходила в декрет она из школы, где четыре долгих года учила «лоботрясов средних классов» русскому языку и литературе. Нюта (а вернее, Анна Вячеславовна) люто ненавидела уроки. Она понимала, что у неё не получается заинтересовать детей. В попытках привлечь внимание класса Анна Вячеславовна использовала, казалось, все возможные средства – от видеопрезентаций до встреч с живыми (хоть и мало кому известными) писателями. Она с отвращением чувствовала свою фальшь, когда обращалась к классу, хотя, общаясь на переменах с отдельными ребятами, видела их заинтересованность и сама тянулась к ним. Её пугал именно коллектив, в котором непременно были хулиганы, желающие сорвать тщательно подготовленный урок. Честно говоря, возвращаться на работу Нюте не хотелось совсем. Услышав своё имя-отчество по телефону или в каком-нибудь госучреждении, она испытывала чувство тошноты.

Но это же была её профессия. Ничего другого она не умела. И в стремлении подработать Нюта вновь обратилась к педагогике. Помог случай: соседка попросила позаниматься с её Павликом, которому упорно не давались ни чтение, ни письмо. Правда, мальчик только-только начал ходить во второй класс… Профиль, как говорится, не её, всё-таки на педагога начальных классов она не училась, но Нюта на свой страх и риск согласилась. Перед первым занятием её трясло, потели ладони, но Павлик оказался вполне спокойным ребёнком, внимавшим ей с приоткрытым ртом. Убедившись, что он плохо читает даже по слогам, а в тетради у него какие-то каракули, Нюта попросила соседку принести букварь, прописи – и началась её репетиторская карьера.

Заниматься с таким вот ещё не оперившимся птенчиком Анне Вячеславовне понравилось. Она относилась к нему так, как хотела бы, чтобы учительница в будущем относилась к её Сене, и дело неожиданно пошло. Разбираясь, почему возникают у её ученика такие сложности, Нюта открыла для себя новые термины: «дислексия», «дисграфия», «диспраксия»… Оказалось, что с такими проблемами, как у Павлика, прямая дорога к логопеду-дефектологу, но извещённая об этом соседка воскликнула: «А ты не сможешь разве?! » – и Анна Вячеславовна начала штурмовать новую для себя область знаний. Это оказалось на удивление приятным занятием, и часто даже по ночам она сидела на кухне за ноутбуком и конспектировала в толстую тетрадь всё самое важное.

Муж ворчал, что это её новое занятие не приносит денег, но Нюта убедила его, что вот сейчас подучится и сможет взять много учеников. И из младших классов, и будущих первоклассников, ведь подготовка к школе – буквально золотое дно. Да и вообще можно со следующего года пойти учиться на логопеда (но этого она мужу говорить не стала). И никогда не возвращаться в школу! Работать на себя – ну разве не здорово?!

Глава 4

Алекса проснулась поздно, с тяжёлой головой. В квартире никого не было: видно, муж увёл сына куда-то. На тренировку? Может быть. Он там занимался чем-то. Баскетболом вроде. Или футболом? В общем, каким-то спортом. Главное, он не шатался по подворотням. И не зависал постоянно в компе, а то это же для глаз вредно. Алекса думала так, потому что так положено думать матерям. Но подсознательно она не верила, что передвигающийся по их квартире парень выше неё ростом – её сын. Она не может быть так стара! Алекса родила его в 23, сейчас ему… 14 вроде. И как тут скрыть, что ей 37?! Можно молодиться сколько угодно, но когда он идёт рядом, сразу видно, что она катится к сороковнику.

Отражение в зеркале её успокоило. Вполне себе молодая девушка. Не из тех, у кого ветер в голове, а знающая себе цену. Не какой-то там самоцвет, а искусно огранённый бриллиант. Тело гибкое, кожа упругая. Не просто так, конечно, приходится и в спортзале потеть, и массажистку посещать, и за питанием следить. Но это не сложно, это уже давно её образ жизни. Отсюда и результаты. Даниил даже не подозревает, сколько ей лет. Да, она сказала ему, что у неё муж и ребёнок. Всё равно бы растрепали. Но возраст «ребёнка» Алекса любовнику не называла. Ещё чего! Не врать же, что родила в пятнадцать, это никого не красит – ни ложь, ни столь ранние роды.

Завтрак на столе – каша и апельсиновый сок. Муж подсуетился. Алекса не отказалась бы от кофе, но он портит цвет лица и зубов. А к чашке божественного напитка хорошо бы пироженку… Стоп, это уже вообще за гранью! Одно пирожное, потом – два, затем – тортик, и вот ты уже весишь центнер, с твоих боков свисает жир, а в дверь приходится протискиваться боком. Может, мужа бы это и устроило, но не её. Конечно, ему было бы выгодно, чтобы она привлекала его одного. Фигушки! Не хватало ещё обабиться, осесть дома и завести десяток кошек. Даже от одной мысли противно. Так, немного позавтракала, теперь на пробежку и в бассейн.

Вернувшись к обеду, Алекса застала дома и мужа, и сына. Пришлось поглощать специально для неё приготовленный суп с куриной грудкой и цветной капустой. И обсуждать школу, потому что учебный год уже начался, а у ребёнка-жеребёнка какие-то проблемы с естественными науками. Ну, уж тут она не помощница, тут уж пусть отец. Или репетитор. В конце концов, каждый должен заниматься своим делом. Она же подобрала к первому сентября сыну приличный лук, который не противоречил дресс-коду в школе и в то же время позволял чувствовать себя индивидуальностью. Её материнский долг исполнен. А дальше пусть сами. Она устаёт на работе, а они грузят её почём зря в выходной!

К вечеру не выдержала – сбежала на съемную квартиру, где её ждал Даниил, предупреждённый срочным (и сверхсекретным, разумеется) сообщением. Для мужа она поехала к подруге. Чтобы не спалиться, Алекса ни с кем из знакомых не делилась информацией о любовнике, поэтому и подругу, с которой часто виделась на выходных, попросту выдумала. У мужа вопросов не было. Так и вырастают на головах доверчивых супругов развесистые рога. Алекса не желала ему зла, он ей ничего плохого не сделал, в их прошлом была любовь, их брак можно было бы назвать счастливым, со стороны они казались идеальной парой. Но отказаться от молодого, горячего, амбициозного мужчины ради мужа она бы не смогла. Вернее, это бы ей и в голову не пришло.

Даниил, как всегда, оправдал ожидания: она не раз за несколько часов умирала и возрождалась, её тело купалось в неге, а стоны наверняка бесили соседей. Алекса всем существом впитывала обожание любовника, но перед возвращением домой тщательно смывала его запах. Скандалы ей были не нужны. И потом, когда всем всё известно, это скучно. А вот когда посреди рабочего дня она вдруг видела Даниила и говорила ему что-то нарочито деловым тоном, её тело сладко ныло, а мозг ловил кайф от осознания, что здесь, совсем рядом, человек, которому она в порыве страсти вчера расцарапала спину, но никто об их отношениях даже не догадывается.

Впрочем, ни один человек не может знать всего. Не знала и Алекса, что в соседнем кабинете притаилась змея с нежным именем Изабель (вот родители учудили, романтики!), которая была на достопамятном корпоративе и видела, как в туалет зашли друг за другом двое её коллег. И не поленилась дождаться, когда они выйдут. Казалось бы, обычное дело, с кем по пьяни не бывает… Дело-то житейское, особенно если алкоголь льётся рекой. А вот с ней не бывает! Какого… лешего этот красавчик выбрал не её, Изабель, а эту дохлую кобылу? Замужнюю к тому же. И ведь до сих пор они встречаются, она-то сразу видит. И муж, как водится, не в курсе. Пока не в курсе.

Глава 5

Сеня действительно вскоре заболел. Сначала Нюта была в отчаянии: только-только она начала привыкать к свободной жизни, к возможности распоряжаться собственным временем, а тут опять сиди дома, да ещё и с градусником, лекарствами и нытьём больного ребёнка. Но проваливаться в ощущение безнадёжности было бы слишком радикально. И потом, Нюта даже немного соскучилась по своему любимому мальчику, пока он проводил большую часть дня в садике, так что с удовольствием играла с ним. Раньше у неё как-то почти не находилось на это времени, да и сил. А когда у тебя накопился хоть какой-то ресурс, можно им и поделиться.

Правда, занятия с Павликом были теперь под вопросом. Они ведь проходили днём, когда её ученик возвращался домой после школы. Но соседка (к своему стыду, Нюта даже не знала её имени: с самого начала не спросила, а теперь было как-то неловко) легко решила проблему – сидела с Сеней, пока Анна Вячеславовна занималась на кухне с её Павликом. Ученик перестал стесняться своего репетитора, а свое главное – больше не боялся ошибиться. Видимо, его мать, не утруждая себя изучением педагогики (да и зачем, собственно, эта самая наука домохозяйке, умеющей сварить потрясающий борщ?), просто орала на сына, когда он не мог понять, чего она от него хочет. Нюта, как смогла, объяснила соседке, что Павлик и хотел бы быстро читать и разборчиво писать, но пока просто не может. Та удивилась, пробормотала что-то себе под нос, но слова педагога, видимо, всё-таки возымели действие, потому что крики из-за стены теперь доносились куда реже. Да к тому же сложную для него часть домашнего задания Павлик теперь делал в основном с Анной Вячеславовной. Она брала за получасовое занятие смешные двести рублей, да и их брать ей было стыдно, учитывая, что соседка сидела в это время с её Сеней. Но Нюту успокаивало то, что логопеды брали за занятие минимум по пятьсот. Да и перед мужем надо было как-то отчитываться, доказывать, что все её усилия предпринимаются не зря.

Вскоре соседка привела ещё двоих, по её собственным словам, «лоботрясов» – отрекламировала услуги Анны Вячеславовны другим родителям из класса, где учился Павлик. Те уже приходили по вечерам, с Сеней сидел папа… Не слишком он был доволен тем, что после рабочего дня и скорого ужина (Нюта поторапливала его, чтобы успеть к приходу учеников) ему приходится ещё и развлекать сына. Правда, с новеньких та брала уже по триста рублей – её к этому подтолкнула соседка (мол, между своими людьми можно и двести, но на рынке-то таких цен давно нет). Потом и Сеня выздоровел, времени стало больше. Нюта не ходила, а просто летала, и ей казалось, что в сутках часов 30, не меньше. Она подумывала разместить объявление о своих услугах на профильном сайте. И тут вдруг…

Ей ли не знать, что успех рано или поздно изменяет любому. Даже самые опытные учителя на её глазах срывались, устраивали истерику, грозились бросить школу. Разные случаи бывают, никто не застрахован от фиаско. Но Нюта наивно полагала, что её это не коснётся: начальников над ней нет, работает она индивидуально, подстраивается под каждого ребёнка, а они её любят, стараются. И вот в один «прекрасный» день Павлик наотрез отказался заниматься. Даже не так: он просто замолчал, замер, и ничем его было не расшевелить. К концу занятия Анна Вячеславовна была готова провалиться под землю. Или хотя бы на седьмой этаж. Она отказалась брать с соседки деньги, проводила её и Павлика – и зарыдала. Что она сделала не так? Может, она просто взялась не за своё дело? Не зря же на логопедов специально учат… А она взялась за учёбу сама, бессистемно. Вот дурища!

К приходу мужа суп был не готов, в квартире царил бардак, а Нюта сидела на диване с самоучителем по логопедии в одной руке и тряпкой для пыли в другой. В её глазах стояли слёзы. Как-то она мобилизовалась, смогла сходить за Сеней в садик и даже сунуть ему пюрешку, которой он перемазался с головы до ног и теперь изводил остатки, раскрашивая стену в прихожей. На большее её не хватило.

– Что здесь происходит? – строго спросил муж, оглядывая всё это безобразие и отнимая у сына баночку пюре.

– У меня проблемы… С работой, – призналась Нюта.

– Глупости какие! Ты не работаешь, – отрезал муж. У него явно был не лучший день.

– Ну, с учеником, с Павликом… Он не стал со мной заниматься, – нехотя объяснила она.

– Я тебе давно говорю, что ты фигнёй страдаешь. Тоже мне репетитор нашлась. Логопед, блин, – ворчал муж, поглядывая на самоучитель, который Нюша так и держала в руках. Он покачал головой и отправился на кухню.

– А где суп? – прокричал он оттуда, и Нюта вздрогнула, вспомнив, что ужин не приготовлен.

Муж обошёлся пельменями, для Сени Нюта наскоро пожарила котлеты, выуженные из морозильника, и разогрела вчерашние макароны. Сама она не могла проглотить и кусочка. В горле стоял ком. Весь вечер она мыла посуду, прибиралась, стирала и гладила, а потом, стараясь не попадаться мужу на глаза, ускользнула в зал и уложила Сеню спать. Когда муж приоткрыл дверь и осторожно заглянул к ним, Нюта притворилась спящей. Ей было не до секса. Она была убита сегодняшними событиями, в том числе и словами мужа. Неужели он в неё не верит? Неужели он совсем не уважает её как личность?

Глава 6

– Что касается меня, то могу сказать, что Вы, Александра Максимовна, абсолютно здоровы. По гинекологии проблем у вас нет, – констатировала врач, когда Алекса сползла с кресла и оделась. – Я, конечно, взяла мазок, но это так, на всякий случай. Результаты узи хорошие… Я бы рекомендовала Вам сходить со своими болями в пояснице к неврологу.

– Я уже и сама так думаю. Но, знаете, погуглила про боли в низу спины, там советуют сначала обращаться к гинекологу, – как можно небрежнее проронила Алекса, но про себя чертыхнулась. Конечно, приятно знать, что у тебя «по-женски» всё хорошо, но цены в этой клинике немаленькие, а теперь ещё к одному врачу идти.

– Обратитесь в регистратуру: может быть, невролог Вас сейчас сможет принять, – посоветовала напоследок гинеколог и распрощалась с пациенткой, к которой у неё не возникло никакого профессионального интереса.

Невролог смог. Вернее, смогла. Древняя тётечка, по сведениям на сайте клиники – один из лучших специалистов в регионе. Алекса привычно отвечала на её вопросы и прикидывала про себя, на компьютерную томографию её отправят или на МРТ. В любом случае, с карточки «уплывёт» значительная сумма денег. Надо было в государственную поликлинику идти… Хотя нет, от одной мысли её начинало мутить. Но невролог отправила её только на рентген. Посмотрев на снимок, врач хмыкнула и выдала:

– У тебя, деточка, люмбалгия. Неприятно, но не смертельно. Поднимала что-то тяжёлое в последнее время?

– Нет, пожалуй… Хотя да, на прошлой неделе встретила подругу, взяла на руки её ребёнка. Но он же килограммов от силы 15 весит. Я сына в своё время и с большим весом носила – и ничего, – недоумённо произносила Алекса, а у самой в голове стучало: «Люмбаго – это же у старушек?»

– Ну, все мы не молодеем, – по-доброму усмехнулась тётечка, а пациентка внутренне похолодела. – Раньше это была привычная нагрузка, а теперь так рисковать не стоит.

– И что мне делать? – уже совсем убитым тоном поинтересовалась Алекса.

– От боли пропишу уколы… Некому делать? Тогда таблетки. В обязательном порядке порекомендую лечебную физкультуру (можно йогу или пилатес), массаж, плавание…

– Но я и так хожу в спортзал, бегаю по утрам, – поспешила сказать Алекса. За кого её принимают? За слабачку, за ленивицу бесхребетную?

– Силовые нагрузки тебе сейчас точно противопоказаны, да и в дальнейшем я бы на твоём месте этим не увлекалась. Бег тоже тебе не на пользу. Можно и нужно, когда боли поутихнут, ходить пешком. В удобной обуви, конечно, – врач покосилась на её шпильки. – И вообще каблуки выше 5 см не для тебя. Вот на таких ходулях точно нельзя передвигаться. Иначе придётся в скором будущем записываться в соседний кабинет – к флебологу.

– А это ещё зачем? – выдавила из себя Алекса. Абсурд какой-то!

– От таких вот каблучков не только спина болит, от них ещё и варикозное расширение вен ох как часто происходит! – покачала головой тётечка-невролог и села выписывать рецепт.

– Да, и ещё надо бы поносить специальный корсет, в ортопедических салонах такие продаются. Но обрати внимание – его надо надевать лёжа, – припечатала напоследок эта невыносимая женщина.

Алекса оплачивала счёт и выходила из клиники как в тумане. ЛФК, прогулки в кроссовках, лекарства – это ещё куда ни шло. Но корсет! Но туфли практически без каблуков! Останется только напялить на себя бесформенные шмотки – и на пенсию. Однако ничего не попишешь: уже несколько дней её мучает боль в пояснице, она даже прихрамывать начала вчера. От свиданий с Даниилом пришлось отказаться под благовидным предлогом, а то ей теперь не до страсти. Даже на работе заметили, что ей нездоровится: девочка из соседнего кабинета (Изольда или Изаура – что-то такое, Алекса точно не запомнила) спросила, не болит ли у неё нога, и предложила пластырь от мозолей. Пришлось сказать, что она уже предприняла меры. Было бы круто, если бы с её бедами мог справиться пластырь! А то теперь неизвестно, куда отправляться в первую очередь – в ортопедический салон за корсетом или в обувной за убожеством на низком каблуке…

И самое главное: как скрыть эту люмбалгию (чтоб её!) от Даниила? Признание в такой болезни было бы равносильно раскрытию карт. Да, мол, я старуха, моложе не становлюсь, ха-ха! Скоро из меня посыплется песок, готовь под него ведро… А если серьёзно, он не должен узнать. Вот мужу да, можно сказать – пусть носит её на руках и организует для неё все эти прогулки и массажи. Кстати, можно им же и прикрыться: сказать Даниилу, что муж в отпуске, требует всего её внимания, поэтому пару недель им лучше не встречаться. Да, именно так она и сделает.

Вечером муж проследил, чтобы Алекса приняла таблетки, и успокаивал её до тех пор, пока она не уснула, гладя жену по голове и тихонько приговаривая: «Всё будет хорошо, Сашенька! Справимся!»

Глава 7

Отказ Павлика от её занятия Нюта восприняла тяжело. Но уже через несколько дней он как ни в чём не бывало снова сидел с ней рядом и выполнял задание. Она решила, что дело всё-таки не в ней. Осторожно расспросила маму своего ученика и выяснила, что в тот день, когда Павлик заупрямился у неё на занятии, у него был конфликт с учительницей. Нюта сделала для себя выводы из этой ситуации – и взялась ещё и за психологию. Для начала купила себе толстенную книгу Петрановской, в которой всё было максимально просто и понятно написано. Нюта готова была свои локти кусать, находя задним числом ошибки в воспитании Сени, и принялась исправлять для начала именно их. Зацепил этот процесс, конечно, и мужа.

– Мы неправильно воспитываем сына, – заявила она супругу за ужином.

– Чего? – тот чуть не поперхнулся супом.

– Он личность, понимаешь, личность! А ты на него орёшь, как только что-то не так, – принялась за «просветительскую деятельность» Нюта.

– Да не ору я на него. И вообще мне что, сюсюкать с ним надо, что ли? Мужик растёт, – оправдывался муж, вперив взгляд в тарелку с рагу.

– Он же тебя не слышит, когда ты им недоволен. У него в этот момент в голове… это… сирена воет, потому что значимый для него взрослый может его бросить, – объясняла Нюта. В мыслях у неё всё было аккуратно разложено по полочкам, но тут ведь надо самое главное сказать, чтобы муж, ни разу не педагог и не психолог, уразумел.

– Мать, ты бы сама бросала эту чушь. Нормально мы его воспитываем, нормальный у нас сын растёт, – раздражённо произнёс супруг, включил смартфон и начал смотреть какой-то сериал.

«Вот и поговорили!» – горько констатировала про себя Нюта и начала мыть посуду. Скоро ученик придёт, надо ещё к занятию подготовиться. Но непрошенные мысли всё лезли и лезли в голову: «Вот почему ему наплевать? Только и знает, что работа, сериалы да компьютерные игры. Интересно, он заметил бы, если бы мы с Сеней исчезли? Хотя да, заметил бы – жрать было бы нечего, а в квартире было бы тихо». Слёзы закапали сами. Вот что она за дура?! Не надо было за него замуж выходить. Он совершенно ей не подходит, не зря ей мама говорила. Да что там – и сейчас твердит. Но ведь назад не отмотаешь: у них сын, общая квартира… Да и сама Нюта превратилась чёрт знает в кого, самой на себя смотреть страшно. Кто на неё такую клюнет-то теперь? Конечно, мужу теперь всё равно, куда она от него денется! А он (по его собственному мнению) прекрасен, как кипарис, несмотря на внушительное пузо. Вот подвернётся ему какая-нибудь молоденькая профурсетка (господи, да откуда слово-то такое у неё в памяти всплыло?), и Нюте останется только терпеть измены своего благоверного. А может, уже?..

Муж так и не встал из-за стола. Сериал поглотил его с головой. В кухню, как всегда, забегал иногда Сеня, на которого ни у кого из родителей не было времени. В конце концов Нюте стало его жалко и, отбросив неприятные размышления, она решила немного поиграть с ним перед занятием. И подключить обучающие моменты. Например, он до сих пор цвета не различает… Они заигрались, и Нюта опомнилась только в ту секунду, когда раздался звонок в дверь. На эмоциональном подъёме Анна Вячеславовна провела одно за другим два занятия, стараясь не обращать внимания на то, что муж опять просто врубил мультик ребёнку, а сам сел за компьютер. Поди, снова стрелялками занялся… Но нет, забудем на время – позитив, позитив!

Ложась спать, Нюта дала себе слово исправить свою жизнь к лучшему. Хватит себя жалеть, надо двигаться дальше. Для начала – взяться за свою фигуру. Конечно, абонемент в фитнес-клубе стоит дорого, но можно же найти бесплатные видео. Когда-то она делала зарядку каждое утро, это помогало ей держать себя в тонусе. И надо уже обновить гардероб. Мама же подарила деньги ей на день рождения. И не будет она их, как обычно, тратить на нужды семьи. «Я же в обносках каких-то хожу. Шкаф забит старыми шмотками, в которые я вряд ли когда-нибудь снова влезу. Да и вообще, мода-то изменилась», – уговаривала себя Нюта. Впрочем, это было ей уже не нужно: она знала, что завтра обязательно отправится по магазинам. Она же женщина в конце концов! И кто её будет любить, если она давно не любит себя сама?

Глава 8

К выбору наряда на новогодний корпоратив Алекса подошла серьёзно. Конечно, её любовник совершенно ею очарован, но было бы ошибкой считать, что этот факт никогда не претерпит изменений. Есть в их банке и более молодые особы, свободные от брачных обязательств, без детей. И Алекса не то чтобы опасалась конкуренции, но она всегда была дальновидной. Нельзя давать своему мужчине повод глядеть по сторонам – пусть смотрит только на неё. И длинное чёрное платье с открытой спиной и вырезом, открывавшем при ходьбе правую ногу до середины бедра, было как будто создано для того, чтобы приковывать все взгляды. Конечно, оно требовало высокого каблука, причем непременно шпильки. Но за несколько месяцев мучений Алекса избавилась от своей люмбалгии и могла побаловать себя хотя бы в праздник.

Этот вечер стал её триумфом. Даже один из учредителей проявлял к Алексе повышенный интерес, несмотря на то, что он пришёл с какой-то нимфой, которая была то ли его очередной женой, то ли любовницей. Но Александра Максимовна была холодна и как бы случайно покручивала во время разговора обручальное кольцо. Мол, никаких обид, но «я другому отдана и буду век ему верна». Даниил почти не подходил к ней, однако она часто ловила его горящий желанием взор и понимала, что сегодня он проглотил наживку ещё глубже и уже не сорвётся с крючка. Время от времени отыскивая его глазами в полутёмном зале ресторана, Алекса часто видела рядом с ним девушку в красном мини-платье, флиртующую отчаянно, но, очевидно, безуспешно. Это была та самая сотрудница, имени которой она не могла запомнить – Инга или Илона… Нет, что-то на вино похожее. Изабель, да. И фамилия какая-то банальная: Петрова или Сидорова. Или вообще Иванова. В общем, жутко безвкусное сочетание. Как и сама девушка. Видно, что с амбициями, но без мозгов. Так что Даниил на неё не клюнет. У любовника Алексы явно был хороший вкус.

Ближе к полуночи, когда все понемногу расслабились и отбросили изрядную долю понтов, к Алексе подошла эта самая Изабель и со словами: «Кое-кто просил Вам передать» сунула ей в руку сложенный листок бумаги. Там была только одна фраза: «На том же месте в тот же час». Печатными буквами. Вот конспиратор! И, конечно, романтик. Даже надушил записку своей туалетной водой, которая так ей нравилась. А как, наверное, обидно было этой девочке передавать записку… Даниил, несомненно, рисковал, но зато теперь эта неудачливая соблазнительница наконец-то поймёт, что нисколько его не интересует. Но это всё глупости. Сгорающий от страсти мужчина ждал её, и наступало «их время». Алекса как можно непринуждённее отправилась «попудрить носик», и за ней следом, соблюдая дистанцию, двинулся Даниил. Слова были излишни… Они поспешили запереть за собой одну из дверей и повторить то, с чего, собственно, и начались их отношения. Опасность быть застуканными только подстёгивала, и стоны изредка срывались с губ Алексы. Пошлость происходящего казалась ей забавной. И, в конце концов, не такой ли финал она рассчитывала, выбирая платье с таким вырезом? Подол просто идеально задирался, а под ним – ничего. Алекса решила не надевать сегодня трусики, ведь это дарило щекочущее ощущение тайны. И Даниил этот приём явно одобрил.

А когда они вышли, их ждал ушат холодной воды. Фигурально выражаясь, конечно. Любовников поджидал муж Алексы. И тут уж, как говорится, слова были излишни. Да он ничего и не сказал, а просто молча кивнул в сторону выхода из ресторана. Даниил воспринял это на свой счёт и пошёл было в этом направлении, но обманутый супруг покачал головой и слегка подтолкнул Алексу к выходу. «Я разберусь! » —быстро шепнула она и последовала за мужем. Алекса взяла в гардеробе шубу, а потом, старательно делая вид, что ничего не случилось, вышла из ресторана и села в машину, где в гробовой тишине сидел её супруг. Нет, она не боялась, что он её покалечит или хотя бы просто побьёт. Но всё равно было жутковато.

– У вас всё серьёзно? – только и спросил он, глядя перед собой, словно даже вид жены был ему в этот момент противен.

– Да, – произнесла Алекса, рассудив, что отпираться бесполезно, а оправдываться минутной слабостью глупо.

– Тогда развод, – медленно, нарочито спокойно сказал муж. – Сын останется со мной. Ты сможешь его видеть в любое время. Только будь так добра, не объясняй ему ничего, я сам.

– Хорошо, – кивнула Алекса. Всё оказалось так просто! И даже тянуло устроить скандал, как говорила героиня известной кинокомедии, но она быстро отказалась от этой идеи. Муж её отпускает, это же просто великолепно.

– Твои вещи я привезу, куда скажешь. Сбросишь адрес, – продолжал он. – Прощай!

Алекса снова кивнула и спокойно вышла из машины, благодаря небеса за то, что её муж – джентльмен. У дверей ресторана нервно переминался с ноги на ногу Даниил. Алекса улыбнулась ему и сказала: «Поехали к тебе! Муж меня отпустил, теперь мы будем жить вместе!» Он беспрекословно подчинился и принялся вызывать такси. Пальцы его дрожали. Алекса этого не заметила, потому что когда он вынимал смартфон из кармана, оттуда выпала сложенная бумажка. Наклонившись, подняв и развернув её, женщина увидела знакомую строчку: «На том же месте в тот же час», написанную печатными буквами. Записка пахла её духами… Даниил, заметив манипуляции спутницы, произнёс: «Да, это послание от тебя в итоге здорово попутало нам карты, зато нам было так классно, что оно того стоило!» Он был явно не в себе от произошедшего, но держался молодцом. Даже смог сформулировать фразу, которая могла быть уместна в каком-нибудь кино, а не в реальной жизни. Но Алексу занимало вовсе не это. Сопоставить факты не составило труда. Эта девчонка, Изабель в красном мини, знатно её подставила. В фильме сейчас были бы кадры, кратко повествующие о том, как ей всё это ловко удалось. Алексе, собственно, было всё равно. Случившегося не вернуть, и она, уподобившись Скарлетт О’Хара, сказала себе: «Я подумаю об этом завтра!»

Но повод для раздумий внезапно появился через полчаса, когда такси привезло её с Даниилом к знакомому подъезду. Покинув тёплый салон, Алекса не сразу поняла, что произошло, и молодому человеку пришлось, краснея, признаться: «Я не снимаю эту квартиру для наших встреч, я в ней живу». И перспектива вести с ним совместное хозяйство в однушке спального района отнюдь не показалась Алексе такой уж радужной.

Глава 9

Ко встрече Нового года Нюта отнеслась на этот раз по-особенному. Ведь Сеня уже подрос, ему должно быть интересно. Она прошерстила интернет и нашла недорогой вариант вызова Деда Мороза со Снегурочкой на дом. Не 31 декабря, конечно, а за неделю до праздника – можно было приурочить визит новогоднего волшебника к установке и украшению ёлки (лайфхак из Сети). Муж прошёлся по этой идее со всем свойственным ему цинизмом, но живую лесную красавицу доставил с ёлочного базара точно в срок. Нюта не обращала внимания на его комментарии – все силы уходили на то, чтобы не волноваться и не дать сыну почувствовать что-то неладное.

Дед Мороз опаздывал на час. Сеня обошёл ёлочку уже несчётное количество раз и начал сам её наряжать – своими игрушками. Пришлось папе достать специально купленные два года назад небьющиеся шары и вместе с сыном начать процесс превращения ароматного и колючего деревца в непременный атрибут любимого праздника. Долгожданные гости прибыли как раз в тот момент, когда осталось зажечь гирлянды. По сценарию наряжать ёлочку должны были все вместе, с Дедом Морозом и Снегурочкой, но получился сокращённый вариант, чему Нюта не слишком обрадовалась. Правда, Сеня ничего не заметил. В мешке волшебного Деда для него нашлась железная дорога, но малыш наотрез отказывался подойти к незнакомцу, а уж те более что-либо ему рассказывать. В результате Нюта исполнила весь номер за него, получила-таки подарок, который разыскивала несколько дней по всем детским магазинам, и проводила «артистов», сунув в руки Снегурочки полторы тысячи рублей. Фотографироваться Сеня не стал, и на память о празднике у них остался только осадок в душе Нюты.

– Вот это я понимаю – лёгкие деньги! – усмехнулся муж, когда дорогие гости покинули квартиру.

– Мы сами виноваты, начали раньше наряжать, – огрызнулась Нюта.

– Ну уж извини, я не мог заставлять ребёнка ждать неизвестно чего. Это не мы раньше начали, это они опоздали, – ответил муж.

Нюта промолчала, но внутри клокотала от гнева – сам всё испортил, а теперь она виновата в том, что праздник украшения ёлочки фактически провалился.

– И я тебя предупреждал, что Сеня маленький ещё для таких визитов. Пусть сначала Деда Мороза на утреннике в садике увидит, заинтересуется и перестанет бояться, а на следующий год и мы бы уже пригласили такого домой, – продолжал муж.

«Надо же, умный какой! Сам бы всё и организовывал, а то всё я да я. Критиковать проще всего!» —продолжала кипеть Нюта. Молча, как всегда. Она вообще старалась свести общение с мужем к минимуму, чтобы не портить себе настроение. Нюта же не только ради сына к празднику готовилась: сегодня она надела платье, выгодно подчёркивавшее её подтянутую за два месяца занятий фигуру. В ей жизни так мало мероприятий! А этот чурбан и не заметил её стараний, только бухтит про её просчёты… Переодевшись, Нюта разогрела ужин и продолжила играть с мужем в молчанку. Сеня увлечённо собирал железную дорогу и пускал по ней поезд, и у любящей матери отлегло от сердца: ладно хоть подарок ему по душе. На отношение к мужу её улучшившееся настроение не повлияло. Его высказывания были ею записаны в мысленную «чёрную книжечку». И если меньше полугода назад Нюта готова была плакать от того, что муж как будто её не замечает, что он рядом и в то же время как будто не с ней, то сейчас она и не пыталась наладить контакт. Теперь она любила подбирать доказательства того, что он совсем ей не подходит.

Засыпая и перелистывая в уме «чёрную книжечку«, Нюта вспомнила, что не проверила на ночь почту. Никто ей обычно и не писал, но на электронку часто приходили специальные предложения от магазинов. И приятно было видеть на экране смартфона информацию о том, что у неё непрочитанное письмо. Но на этот раз ей пришёл имейл без темы от незнакомого человека. С очень волнующим содержанием:

Доброго времени суток, Анна.

Увидев Ваше фото в соцсети «Мой Мир», мне очень захотелось с Вами познакомиться.

Вы очень интересная и какая-то загадочная)

Надеюсь, что Вы откликнетесь на моё письмо.

Буду очень ждать.

Дмитрий

«Ну надо же!» —первым делом подумала Нюта. И сразу зашла в «Мой Мир», чтобы посмотреть на фото, на котором она «очень интересная и какая-то загадочная». Оказалась, что это фотография двухлетней давности. Помнится, они тогда ехали со свадьбы её двоюродной сестры, и муж её сфоткал на цифровую мыльницу. Сеня был ещё совсем маленьким, она редко выглядела по-человечески, вот и разместила именно это изображение. Ну что ж, она вполне здесь на себя сегодняшнюю похожа. Особенно если подкрасить глаза и губы. Но что же ответить этому Дмитрию?

Здравствуйте, Дмитрий!

Мне было очень приятно получить Ваше письмо.

Но, к сожалению, я замужем, у меня есть сын.

Желаю Вам удачи в Ваших поисках своей второй половинки!

Вроде бы вполне нейтрально. Правда, перечитав своё отправленное сообщение, Нюта пришла к выводу, что её фразу про мужа и сына можно понять двояко: дескать, она очень сожалеет, что несвободна. Да к тому же она внезапно вспомнила, что под надписью «С уважением, Анна», которая автоматически добавляется к каждому её письму в конце, указан её номер телефона. И не успела она как следует потерзаться по этому поводу, как ей пришло ответное письмо от Дмитрия:

Доброй ночи, Анна!

Очень рад, что Вы ответили.

Я сам пока нахожусь в процессе развода, так что технически ещё женат. И сын у меня тоже есть. Но это же не мешает нам общаться, не так ли?

Не волнуйтесь, я не извращенец какой-нибудь (хотя, извращенец, наверное, именно так и написал бы))))

Было бы жаль терять связь с Вами. Мне очень хотелось бы узнать о Вас побольше.

Чем Вы живёте, Анна?

С надеждой на ответ, Дмитрий.

Нюта улыбнулась. Это было так необычно! Ответить или нет? Раздумье было недолгим. Уже через минуту она набивала: «Я люблю читать. Это в некотором роде даже моя профессия…»

Глава 10

Алекса настояла на том, чтобы Новый год они с Даниилом праздновали в ресторане. Не в том, где проходил их последний корпоратив (слишком много лишних воспоминаний). Она узнала у всех мало-мальски значимых для неё знакомых, где они будут в новогоднюю ночь, и выбрала-таки вполне приличное место, где можно было не бояться столкнуться с теми, кто мог бы поставить её в неловкое положение. Даниил одобрил её выбор. Впрочем, он вообще с Алексой не спорил. Он, кажется, так и не смог осознать тот факт, что их жизни теперь связаны гораздо крепче, чем раньше. Алекса считала, что он просто не может вместить всего того счастья, которое ему гарантирует союз с ней. «Ну ничего, мы это исправим!» – пообещала она себе.

Квартирка Даниила, которая вполне подходила для встреч, оказалась неприспособленной для жизни вдвоём. Достаточно сказать, что в единственный шкаф не уместилась даже половина одежды Алексы. Это при том, что Даниил почти все свои вещи упрятал по такому случаю в комод (кроме костюмов, конечно). Пришлось покупать второй шкаф, ставить его в и без того крошечной прихожей… Когда муж (почти что уже бывший) привёз все её вещи, Алекса поразилась, сколько у неё, как говорят старушки, «добра». И как только оно в машине уместилось? Одни только коробки с обувью мигом заняли четверть спальни (она же гостиная). Потом пришлось их рассовывать по полкам шкафов, а зимнюю и демисезонную обувь – вообще отправлять на застеклённый балкон (хорошо, что он вообще имелся в этой клетушке).

Пришлось покупать посуду (Даниил обходился парой тарелок, двумя кружками, одной сковородкой, одной кастрюлей, чайником и минимальным количеством столовых приборов). Алекса с воодушевлением превращала холостяцкое гнёздышко в удобное жилище, достойное её персоны. Но ей отчаянно не хватало квадратных метров! В этой убогой однушке некуда было даже поставить диван. Понятно, что Даниилу вполне хватало кровати. Гости здесь, видимо, не бывали, ибо их было бы просто некуда усадить. «Зато бывали гостьи!» —услужливо подсказала невесть откуда взявшаяся ревность. Ах да, он же теперь её мужчина, значит, ей теперь не всё равно, с кем он спал в недавнем прошлом. Мысль о том, что он может и сейчас, за её спиной, с кем-то крутить роман, была ею отброшена как фантастическая. С ним же она, Алекса, а она лучшая! И Даниил вроде бы не идиот, чтобы вместо коллекционного коньяка пробавляться второсортным пойлом из ларька.

Так как на новогодней вечеринке в ресторане не предполагалась встреча с кем-то знакомым, Алекса надела то же самое чёрное платье, что и на корпоратив. Она бы не отказалась от ещё одного похода по магазинам, но он бы её разорил. Переезд влетел ей в копеечку. И потом, она пошиковала, выбирая подарок для сына. Они пока не виделись, и Алекса слабо представляла себе, как он отреагировал на грядущий развод. В любом случае она хотела выглядеть правой – и хорошей, разумеется. Прошло полторы недели с роковой ночи, и Алекса надеялась, что страсти поутихли. Интересно всё же, что сказал сыну муж. Вряд ли он поведал подростку, что поймал его мать «на горяченьком». Он порядочный человек, её супруг. Пока ещё не бывший. Да что толку гадать?! Алекса намеревалась позвонить сыну после Нового года, назначить где-нибудь встречу (не в бывшей квартире, разумеется, но и не в этой клетушке) и вручить ему последнюю модель смартфона, о котором не только подростки, но и вполне состоявшиеся взрослые мечтают. А там уж как-нибудь удастся и наладить взаимоотношения. Впрочем, кто сказал, что в отношении сына к ней что-либо изменилось? Может, муж вообще всё взял на себя? Было бы вполне на него похоже. Но что толку гадать…

Однако в ресторане всё полетело к чертям. Все её планы. Она так не хотела встречать Новый год в однушке, чтобы и весь год не прошёл так же убого! И кого же она видит, войдя в зал ресторана под ручку с Даниилом? Мужа и сына! Впрочем, эту её промашку было легко понять: заведение было из числа её любимых, а она обзвонила всех знакомых – кроме супруга, конечно. А он, видимо, тоже решил не праздновать вдвоём с сыном. Вот тебе и встреча на Эльбе… Хотя это скорее обещало быть эпизодом Холодной войны. Муж сделал вид, что не знает её, и отвлёк внимание сына. Ладно хоть столики у них были в разных концах зала. Но перед самой полуночью Алекса пошла поправить макияж – и, конечно же, нарвалась на своего собственного ребёнка. Ей так «везло» в последнее время, что она почти и не удивилась. Улыбнувшись, она хотела приветствовать сына, но тот резко оборвал её и спросил: «Это и есть твой хахаль – сопляк, с которым ты пришла?» Алексу так и подмывало надрать сорванцу уши за столь непочтительное поведение, но она сдержалась и старательно подобрала ответ, который, к сожалению, ей не удалось озвучить. Сын только хмыкнул, а потом развернулся и пошёл к столику, за которым его ждал отец. «Я начинаю ненавидеть общественные уборные», – невесело подумала Алекса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.