Валерия Змиевич
Бездна Тайн

Порядок трилогии :

«Измерения Тайн»

«Бездна Тайн»

«Вечность Тайн»

Доброго времени суток, Читатель!

Я бесконечно рада, что вы приобрели мою первую книгу, и она Вас заинтриговала. Да так, что Вы стоите на пороге открытия второй части Трилогии «Бездна Тайн». Я очень надеюсь, что Вы проникнитесь холодным миром глаз чёрного обсидиана Селены Лойд.

Сейчас я работаю над третьей и заключительной частью, которая, уверена, сможет погрузить в должную атмосферу не меньше, чем предыдущие издания. Моя благодарность не знает границ, когда я замечаю комментарии и сообщения от своих читателей (спасибо за то, что Вы есть). Буду счастлива дискутировать на тему своих книг и отвечать на ваши вопросы в блоге Instagram @bokzzz, где представлен контент об интересных фактах о персонажах трилогии. Вниманию читателей представлен book-трейлеры истории. Очень надеюсь, что вам доставят удовольствие эти ролики. Так же в своём Instagram делаю обзоры на книги, которые прочитала Можете отправить мне сообщение на электронную почту valerikuhta@icloud.com .

Буду в восторге от обратной связи!

Желаю атмосферного прочтения в надежде на то, что Вы проникнетесь моими переживаниями при написании книги. Для остроты ощущений я добавила несколько треков, которые ассоциируются с эстетикой истории.

Вэлери Эл

«У каждого злодея своя история»

Labrinth— Mount Everest

Hozier – Take me To Church (slow)

Or Ransom – See Me Fall Y2K Remix

Matt Maesonn— Put It on Me

Sam Tinnesz feat. Yacht Money – Play with Fire (feat. Yacht Money)

Hydronic West – Him & I (Remix)

Michele Morrone – Feel It

Two Feet – You?

Sevdaliza – Marilyn Monroe

Kamandi – Moon

Mansionair – Easier

SYML – Mr. Sandman

Halsey – Control

Моё сердце было живым. Я чувствовала страх и гнев, боль и радость, но века закалили меня. Возможно, в душе я всегда была сломленной. И мрака во мне вполне доставало. Я могла бы быть закована в железную броню, но мрамор в сердце был умело заточен и обмыт тем, что я пережила. Я потеряла многих, но не себя.

Порой единственный вопрос в ночи может вернуть в прошлое.

Когда я захочу сбежать уже от Смерти? Если люди убивают себя в жизни, то почему бессмертным нельзя убить в Смерти? Может тогда мы вернемся в жизнь…

В те самые одинокие ночи я лежала, глядя сквозь витражное окно на близ проплывающую луну, не смыкая глаз, и молила Вальтера забрать мою душу. Но Создатель Тьмы не ответил. Как всегда.

Сейчас блика луны со мной не было. Как и давно забытых молитв.

Я с трудом удерживала кинжал, привычно прикреплённый к бедру. Всё вокруг было залито кровью. Её кислый привкус энергии разваливал меня на куски, но не позволял остывать на мраморном полу. Я медленно подходила к зеркалу, не имеющему ни начала, ни конца. Этим оно напоминало мою магию.

Новый шаг ледяной стопы поднял брызги в расползавшейся луже крови. Только сейчас заметила её черноту, словно копоть. Мои ресницы вздрогнули, едва я ощутила на кончике языка Тьму собственной крови, наполненной кислотой. Подняв глаза, устремилась в гладь бесконечности.

Моя влажная ладонь сжала лезвие, не почувствовала боль.

Я узнала лицо, глядящее на меня. Оно показалось мне ледяным.

Молодая девушка, с особенным взглядом, призрак былого наслаждения. У неё пепельные локоны струящихся волос. Глаза тёмные, как блеск в ночи, но мысли – ещё темнее. Она обладает выпирающими, словно лезвия острыми скулами. Тонкие пальцы придерживают клинок за лезвие, даже не вздрагивая от потёков собственной крови. Бледное тело излучает сияние бессмертия – знак луны, но оно притворно.

Я не чувствую, а знаю всю пустоту, порочность и ненависть, написанные на лице отражения. Оно мне улыбнулось уголком губ. Надменно и приторно. Только глаза… оставались пустыми и без проблеска надежды. Отражению это было ни к чему.

Ледяным пальцем я дотронулась до складки возле губ, которая упивалась своим ядом. Видела ненавистное лицо, которое я буду презирать всю оставшуюся вечность. Моё лицо.

Последний раз взглянув на серые пряди закрутившихся к срезу волос, я всадила кинжал в бездействующее сердце.

Волосы окрасились в чёрный цвет кислоты.

Просторный зал, переполненный Светом. Белый мрамор, вернее, слишком белоснежный мрамор, заставляющий ослепнуть Лидера Тьмы от излишнего пафоса. Здание скучного Первого Измерения, возбуждающее во мне лишь оттенки гнева и непонимания причины безвкусицы великого Создателя. Я прищурилась, оглядывая мерцающие белые террасы, украшенные многоярусным золотым орнаментом и скульптурами. Всё такой же отталкивающее Измерение, каким я его помнила. Лишь глубокая мелодия, исходящая из фортепиано, заставила изредка моргать. Вновь сияющий луч света соскользнул с витражного окна на бледную кожу, привыкшую к ледяному холоду.

Как нервозно.

Волна мурашек, прикрытая чёрной пеленой платья. Мантия изящно спускается по оголенным плечам и линии декольте, выдавая весь шарм обладательницы. Тепло – это не то, к чему стремится душа, пропитанная холодом и мраком, явно требующая насыщения сильнейшей силой Тьмы.

– Ваше вино, Селена.

Чей-то глухой голос заставил выйти из привычной капсулы рационализма, пропитанной стужей. Он повсюду. Не поворачивая головы от окна с видом на тошнотворный молочный туман, я протянула руку, вновь ощутив неприятное соприкосновение со жгучим лучом, отчего резко её отдернула, держа в длинных коготках бокал белого сухого.

Кажется, официант до сих пор стоял, назойливым взглядом неприятно обжигая теплом мою спину.

Как раздражает эта способность, чёрт.

Словно по инстинкту, верхняя губа скривилась в пренебрежении, а тепло, прожигающее оголённую кожу на спине, сменилось на привычный лёд. Можно вновь вернуться в себя. Это безусловно радует.

Уверена, что имею силы спасти себя от этого. Нет. Любое спасение временно. Это никогда не уйдёт из моей души. Будет вонзаться в холодную, словно мрамор, плоть, стараясь поглотить разум в пламени бесконечных ощущений. Небольшое отрезвление наступило, когда почувствовала горький вкус на губах.

Как логично, Селена, трезветь от алкоголя. Не сдавай позиции, это излишнее в данной ситуации, что скажет отец?

«Разумное вековое существо, способное на всё, не имеет права быть жалкой смертной. Тебе идёт третий век! Скажи мне, что ты чувствуешь, и я исправлю это».

Стальной, но в то же время рассудительный тон голоса стоит в голове, словно его пришили медной нитью, которая, даже когда расплавится, навсегда поглотит нервные клетки.

«Я не даю второго предупреждения, Селена. Ты же Лойд!»

Нервный глоток, дающий возможность не поперхнуться собственной желчью. Пепельные волосы, элегантный наряд, позволяющий раствориться в тени ночи. Чёрные глаза с отблеском покровительства и вечного пренебрежения, но под покровом власти. Качественный продукт своего отца. Сломленная хранительница Смерти с разбитыми воспоминаниями.

К тому же, не имеющая выбора.

Разорваться между семьей, вернее тем, что от неё осталось, единственным другом или выбрать это.

Не забывай, в конце ты можешь обратиться к холодному мраку, который с тобой разделяет это. Но что будет после?

Коварная ухмылка медленно поползла на левую щеку, и можно было заметить острый белоснежный клык, отражающийся в прозрачном бокале. Ты ведь и так знаешь исход, разве есть смысл погружаться в глупую дискуссию с обезумевшими чертями?

Ты проиграла, прими это. Проиграла у собственной рациональности. Что было бы, если бы тот злополучный…

Хватит. Останови это. Уже ничего не изменить. Этот монолог убивает тебя изнутри.

Вернувшись в реальный мир, я пробежала глазами по присутствующими гостям. Радует, что приглашены исключительно Лидеры. Недоразвитых Номерных я бы явно не перенесла. Довольно элегантные наряды, даже на Светлых. Вновь верхняя губа поползла в неодобрении. Двуличные Лидеры – это название проще запомнить. Мой взгляд в момент перенёсся в противоположную сторону.

Сторона хранителей Тьмы. Эта часть терпима. Привычные тёмные оттенки, этот лоск ни с чем несравним. Но даже в гармонии можно отыскать пятно, которое портит всю картину. Вернее два пятна, слившиеся воедино. Лайт и его новая пассия доброжелательно оскаливали свои молочные зубки. Даже Лодсон широко улыбалась Лидеру, хотя, и не скрывала неприязни к девушке. Не спорю, это позабавило.

Моя улыбка поползла ещё выше, когда я увидела настороженную энергию, распространяющуюся от Эдгара. Да ты ревнуешь, друг. Как увлекательно. Встретилась с пылающим взглядом, исходящим от мужчины, тот хмыкнул в ответ на издевательские клыки, словно читая мои мысли. Я лишь продолжила широко улыбаться, сдерживая смех. Его ухмылка ползла всё выше, словно он раздражался от своего бессилия перед чарами Номерной.

Вечно забываю, что она уже Лидер.

Впрочем, так всё равно. Думаю, я бы начала вникать в её ничем не впечатляющую персону лишь при том условии, если бы она была единственной выжившей Номерной. Слабая и неуверенная.

Не переношу слабость.

Она бы не сумела выжить и дня, если бы ей не помогали.

Взглянув на пару ещё раз, я не заметила их на прежнем месте. Два пламенных огня душили друг друга в ритме страсти, что так похоже на их не столь долгие отношения. Жаркий танец бесспорно открывал завесу маски пренебрежения и равнодушия Эдгара, за чем было интересно наблюдать. Сколько в нём было злости на самого себя, на внезапно нахлынувшие чувства. Сколько в ней было привязанности и эмоций. Я невольно остановилась на янтарных глазах, полных этого. Это и убьёт её в самом конце, ровным счётом, как и его. Я знаю, ведь оно уже сделало это со мной.

– Рад видеть Лидеров в своём измерении!

Ветер энергии направился в мою сторону. Я не обратила внимания на речь Создателя.

– Выражаю уверенность, что в присутствующих живет должная мощь, способствующая перерождению.

Ничего интересного. Каждое поколение история повторяется. Небрежным взглядом прошлась по знакомым лицам, словно по скалам в привычном месте, не оказывая должного внимания.

Взор пронёсся мимо чёрных и белоснежных плащей, лишь на несколько секунд остановившись на надменном взгляде Итана Двэйна. Отец Эдгара стоял безучастно. Встретив меня пылающим взглядом, одарил ехидной ухмылкой. Не могу не гордиться нашими относительно хорошими взаимоотношениями. По крайней мере они превосходили отношения с сыном. Они ненавидели друг друга, равно как и уважали. Однако этого между ними не было ни грамма.

– В следующую секунду я выберу добровольца на посещение портала.

Во взгляде Тёмного я увидела некую насторожённость. После фразы, произнесенным Создателем Света, я резко развернулась, заметив хрустальные глаза Эда. Он бросил на меня беглый взгляд, отчего я поняла, что Тёмный от меня требует. Не веря своим действиям, я направилась к взволнованной русоволосой девушке с янтарными глазами, бросив возмущённый взгляд Стражу Тьмы без нескольких часов по меркам на Земле.

Невзирая на удивлённые взгляды, наблюдающие шоу, мой силуэт приблизился к бывшей Номерной. Как ни старайся, она будет ею для меня вечность. Девушка судорожно трясла официанта, требуя бокал вина, отчего я невольно закатила глаза, представляя какой сентиментальностью будет наполнен наш диалог.

– Не напрягайся, – вышел слишком грубый тон. – Он самый бесстрашный и могущественный Лидер, кого я знаю, – прозвучало уже мягче.

Номерная явно не ожидала моего появления, судя по излишне мимолётному развороту. Готова была вновь ощутить вздрагивание её тонких плечей, которое она умело подавила, за что я почувствовала долю уважения. Эмили чуть ли не врезалась лицом в мой носик. Молниеносно отодвинулась на метр от моего силуэта, чем вызвала у меня ухмылку.

– Ты тоже будешь проходить портал? – пышные алые губы девушки настороженно выговорили фразу.

Впрочем, по взгляду было понятно, что их обладательница витала в своих мыслях. Что позволило мне ответить на прозвучавший вопрос.

Почему я ни разу не задумалась над посвящением в Лидеры? Ответ возник в продолжении монолога, оставшегося незаконченным, так как был прерван словами Создателя. Потому что это одурманило всю голову, словно в тумане. Противном розовом тумане.

Хотя кого я обманываю.

Этот туман давно превратился в похоронный.

Ведь ты знаешь правду и молчишь. Знаешь, что скоро настигнет. Знаешь, что эта война неизбежна. И самое забавное – ты никак не выберешь сторону. Знаешь, какое действие будет правильным, но всё равно идёшь против здравого рассудка.

– Каждый вековой Лидер его проходит. А мне уже три столетия. У меня нет причин для волнений…

Ведь мне всё равно. Быть может, если портал меня не примет, будет проще… Глупый вариант. Бежать от решения, Селена? Это ты решила?

Впрочем, я заскучала. Нет смысла думать о том, что уже решено. Мой взгляд остановился на исчезающем силуэте Эдгара.

– Однако, хочу заметить, Эд раньше тренировался куда серьёзнее, чем с тобой.

Констатация этого факта застала девушку врасплох, чего я и добивалась. Казалось, проще успокоится, перейдя на вопрос, менее волнующий. Словом, не вызывающий эмоций. Русоволосая Тёмная раскрыла губы в смущении.

– Знаю, вы с Эдгаром были близки.

Фраза Эмили вызвала у меня непонимание. Какова цель говорить об известных фактах, да и ещё в прошедшем времени?

– Мы и сейчас близки, как никогда.

Изогнутая бровь и янтарные глаза, устремлённые на меня, словно клинок, заставили звонко усмехнуться. Теперь ясно. Лодсон ревнует. Интересно, как она выглядит в гневе? Моя собеседница продолжила смотреть на белые клыки с оцепенением.

– Только не так, как ты подумала, – я продержала длительную паузу, наслаждаясь нетерпением девушки. – Мы всегда являлись близкими друзьями, и так будет вечно.

Заметив пылающие от недоумения красные щеки, уголок моих губ предательски поплыл вверх.

– Но как же… – девушка запнулась на собственных мыслях.

Я представила нашу неловкую встречу со зрительницей в книгохранилище.

– Эмили, когда тебе несколько веков, понятия о любви стираются, остаётся лишь потребность.

Я одарила Лидера Тьмы ухмылкой, вглядываясь в её эффектное шёлковое платье. Осторожно мой взгляд остановился на груди, где висел подарок Эдгара.

– Возможно, ты и Эд исключение. Я рада за него, хоть мне и придётся терпеть тебя, – закончила своё высказывание, внимательно изучая меняющиеся мимику Лодсон.

Сначала её брови сдвинулись в полном непонимании, затем она разразилась звонким смехом. Изначально я смотрела несколько секунд на шоу, но как мне надоело участвовать зрителем, пришлось прервать восклицания.

– Ты ведь любишь его.

Я встретилась со слегка испуганным взглядом. И нет, она боялась не меня, а этих слов. К удивлению, я их уже не так сильно опасалась, в связи с последними событиями. Эмили промямлила что-то про себя, затем подняла вновь на меня глаза.

– Ненавижу.

От детской наивной фразы мои губы предательски раскрылись. Казалось, что я впервые по-настоящему смеюсь в компании с Номерной. Бывшей Номерной.

– Значит любишь. Ненавидишь, потому что это сильнее тебя и твоего здравого рассудка, – сделала короткую паузу, обратившись к собственным чувствам. – Но любишь, потому что не можешь покорить это себе. Он непреклонен. Ведь только и можно любить непокорное…

Мой голос всё дальше уходил в туман, взгляд всё более становился задумчивым. Казалось, что не я изрекаю слова из себя, они сыпятся по своему желанию.

Ты пожалела об этой встречи сотни раз, не так ли, Селена? Но тысячу раз бы вернулась на то место, чтобы вновь встретиться с этим…

Неожиданный удар оглушил мысли, серебряный поднос задел мою талию, а красное вино растеклось по мраморной стене Измерения. Мои глаза окрасились гневом, встретились с испуганным взглядом официанта. Я готова была разорвать существо с подносом на части, но он уже смотрел в другую точку, куда-то позади меня.

Моё тело стремительно развернулось вполоборота, задев пепельными волосами щёку парня. Передо мной лежала Эмили на студёном полу. Её пучок вьющихся волос моментально растрепался, а пышные ресницы создавали болезненный эффект. Немедля ни секунды, склонилась над телом, зная заранее о последствиях падения. Мои руки стали трясти безжизненное тело, не щадя упругих щёк девушки, я пыталась привести Эмили в чувства.

Русоволосая Тёмная не раскрывала глаз. Её дыхание прекратилось, я вновь дала хлёсткую пощёчину.

– Номерная, чёрт тебя дери!

Услышав жадный всхлип из алых губ, дрожащих в агонии, я остановила руку перед багровой щекой, не желая более травмировать изнеженную кожицу.

– Ты просто упала, что-то крича. В сознании?

Встретившись с задумчивым и испуганным взглядом Лодсон, догадка невольно попала в оставшиеся клетки разума.

«…они даже не заметят, что являются марионетками. Действие будет происходить, когда я захочу, и с кем я захочу. Каждое существо будет считать, что поступает осознанно, но это лишь моя игра, Королева…»

Фраза невольно врезалась в память, и мои руки, некогда удерживающие шёлковую ткань, резко отстранились, словно обожглись. Эмили посмотрела на меня в непонимании, но тут же её взгляд перешёл на лежавшее в костюме тело. Девушка без памяти побежала к своему возлюбленному. Я осталась сидеть на холодном мраморном полу, наблюдая за дальнейшим развитием событий, словно в вакууме. Дрожащие руки русоволосой девушки тянулись к пиджаку Эдгара. Ещё миллиметр…

Её тело с силой бросилось в стену. Глухой звук вывел меня из транса. Я развернула голову, встретившись на долю секунды с белоснежными глазами, извергающими злость и лёгкую насмешливость, казалось для него это лишь игра. Вальтер явно хотел развлечься перед основной частью. Первым моим желанием было заступиться за Номерную. Я догадывалась, что произойдёт через несколько мгновений. Естественно для неё это тайна, о которой мне известно было всё.

Открыв рот, я встретилась с собственным бессилием. Взгляд Вальтера ускользнул от меня, прицельно подавляя Эмили. Самое страшное, что не известными оставались как мотивы, так и последовательность реализации плана. Зачем он здесь. Все должно было быть не так. Создатель Тьмы застал меня врасплох своим безразличием.

– Эми, – этот чужой голос, отдалённо напоминавший настоящий. – Не представляешь, как унизительно ходить в этих светлых тряпках, когда ты – Король Смерти.

Быть может, я никогда не видела его настоящим?

Марионетки никогда не знают, что их ждёт в игре.

– Скажи мне, какого это быть возлюбленной воплощения чистого зла?

Вероятно, именно я и являюсь главной марионеткой.

Опустив глаза в мраморный пол, пропитанный Тьмой, я встретилась с янтарными глазами Эмили Лодсон. Не было сил скрывать ни одной эмоции, да и не хотелось. Я просто устала. Смотрела вдаль, не осознавая происходящее.

Вновь ощутив знакомую властную энергию, я направила свой взгляд на Создателя Смерти, чувствуя пробуждения другой, более знакомой. Эдгар был слаб, одолев портал. Это не послужило ему на пользу.

– Какого быть преданным собственным братом, да и ещё хранителем Света? – Эмили отчетливо произнесла фразу, акцентируя внимание на «р» в слове «преданным». Усилившаяся энергия хранителя Тьмы дала понять, что скоро всё кончится.

– Забавно. Говорит та, которую предал собственный отец. Страж Света!

Получила удар по моей способности продумывать варианты исхода событий. Я знала, что произойдёт в эту секунду. Старалась воздействовать своей энергией на Вальтера, но мои вековые силы были вошью в сравнении с властью Создателя. Эмили медленно повернулась к отцу, сталкиваясь с взглядом, не отрицающим истины. Но уверенна, это ничто, по сравнению с главной тайной.

– Итан всегда желал повышения полномочий Тьмы и однажды подорвал авторитет в глазах моего слащавого брата.

Энергия раздражения наполнила весь священный зал. Вокруг Создателя постепенно начал проявляться чёрный туман.

– Тогда ему понадобилась собственная шестерка для выполнения задач со Светлой стороны.

Я перевела взгляд на Адриана Лодсона.

Тот стоял невозмутимо, словно принимая и отстаивая удары правды. Лишь желваки выдавали некое колебание мужчины. Как ни презирай Светлых существ, я бы никогда не смогла назвать Конфиданта Лодсона «шестёркой».

– Он нашёл потерянного в мире мужчину с подобным характером. Подобное притягивает подобное, не так ли? Раскрыл все тайны. После чего безвозвратно заинтересовал твоего отца в величии смерти. Но ему нужно было доказательство, что нынешний Конфидант Света сумеет пойти на жертвы ради себя и своей цели.

Не замечая повествования Вальтера и волнения Эмили, я стала вглядываться в не менее значимую фигуру в этой истории.

– Поскольку желания и разум Лодсона были обработаны не по человеческим меркам, он без колебаний согласился на свою дочь в качестве разменной монеты, если что-то пойдёт не так.

Крэдор пылал в гневе, несвойственным для Создателя Света. Я не осознавала на что именно: за проступок его правой руки или недружелюбное братское приветствие.

– Зная Итана, ты, Эми, поняла бы, что идея продажи души собственной дочери его заинтриговала, и Конфидант Второго Измерения безоговорочно согласился на сделку, не предусмотрев вероятность встречи с тобой. Итан был так уверен в верности своего щенка, забывая о том, что у любой шавки растут клыки. В считанные годы твой отец поднялся на ступень почёта. Адриан Лодсон выполнял всяческие приказы Тьмы, являясь правой рукой. Но, как я сказал, каждый щенок растёт и обзаводится зубками. Твой отец не научился кусаться, но сумел сразу отгрызать все препятствия. Любые преграды. И, разумеется, он быстро справился с хозяином, который был озлоблен на свою бывшую шестёрку, переросшую в Короля в считанные мгновения. Конфидант Пятого измерения ни с кем не считался и был наказан. Итан ежесекундно вспомнил условия сделки.

Было ясно, что не смотря на свою паранойю, Создатель Света не исчезнет без уничтожения брата. Снова.

– И, собственно, ты здесь!

Я отвернулась к Эмили, встретив неподдельный страх в янтарных глазах, полный растерянности.

Невзирая на густеющий туман, Лидер Тьмы Эмили Лодсон кинулась к поднимающемуся Эдгару. Чёрные языки пламени вновь оттолкнули девушку. Послышался громкий смех на грани рычания.

– Ты так самонадеянно стараешься спасти того, кто забрал твою жизнь…

Я нервно схватила воздух сквозь плотно сжатые зубы, устремляя взгляд на парирующего Вальтера. Он не собирался униматься. Бросив взор на Эдгара, встретилась с проявлением страха с долей отчаяния. Смех Создателя Тьмы наполнил зал пронзительно диким звоном.

– Замолчи! – озлобленный крик девушки вывел меня из молчаливого общения.

Эмили побежала вновь к полуживому телу, но моментально остановилась в чёрном тумане Вальтера, словно её схватили в тиски.

Я знала, что происходит. Вальтер демонстрирует воспоминание в голове Лодсон, о том бесчувственном убийстве. Я посмотрела в пылающие чёрные глаза Эда, не увидев прежний дерзкий нрав.

Это конец.

Не знаю, сколько мы обменивались многозначительными взглядами, но от яростного вопля моментально дёрнулись, заметив тело девушки, лежащее на полу. Её глаза находились в полузакрытом состоянии, а сердце… биение цепенеющего страха, я ощущала больше, чем собственное.

– Мы с тобой похожи, не находишь? – Вальтер не прекращал издеваться. – Твои единственные близкие люди предали тебя. Отец —когда ты должна была значить для него всё. Мужчина, которого ты выбрала не разумом, а сердцем – когда вы были не знакомы.

Мой взгляд насторожился, заметив размеренное движение существа Тьмы по направлению к телу Эдгара. Сапфировые губы раскрылись в надменности и мнимой запутанности.

– Разумеется, он сделал это по воли отца… Да и какое ему было дело до вшивой Номерной! Но никто не мог и подумать, что ситуация выйдет из-под контроля, не так ли, Эд?

Эдгар выглядел слабо. Самое страшное, он не собирался бороться.

– Мог ли подумать твой отец, что ты способен стать небезразличным к обычной смертной?

Эдгар Двэйн был не в состоянии поднять даже головы, но губы раскрывались в нечленораздельном рычании. Мой затуманенный взор заскользил по силуэту Эмили, которая с вызовом смотрела на объект истинной ненависти. На едва бежевых щеках скопились участки солёной жидкости, которые вот-вот впитаются ожогами памяти. Я чувствовала всю боль девушки на почве предательства. Но она по-прежнему защищала свою любовь.

– Ты узнала все тайны, волнующие тебя, Эми.

Это была ошибка.

– Вероятно, если бы ты не решил убить меня повторно этим клинком вся эта история закончилась бы менее плачевно.

Король Тьмы достал из-за спины двухсторонний клинок Создателей, обращаясь к Стражу Тьмы.

Ощутив приближение трагичной развязки, моё тело стало медленно подниматься. Даже не знала, что буду делать дальше.

– Клинок Создателей. Что он сделает с простым Стражем, как считаешь?

Вальтера озарила улыбка, предвещающая неминуемое наслаждение её обладателю.

Неожиданное действие Эда заставило меня нервно выдохнуть. Вместо того, чтобы накинуться на Вальтера, он прижал Лодсон к себе, натыкаясь на острое остриё.

Из моего голоса выскочил свирепый гортанный крик. Я чувствовала дрожь по всему телу. Видела, как каждая вена мужчины превращалась в чёрную, словно смоль. Глаза, без капли бесстрашия, томно смотрят в пустоту. Губы, некогда скривившийся в издевательской усмешке, изогнуты в полную струну, издающую лишь хриплый вдох.

Мои глаза наполнены злостью, я вижу испаряющееся тело мужчины, которое уничтожается с каждой частицей чёрного, как уголь, дыма. Злость и ярость на каждое существо переполняет меня. Глаза насыщаются титановой белизной распаляющегося гнева. Смерть лучшего друга ломает барьер. Я чувствую, как неконтролируемая сила вскипает в моих венах, излучая необъятную энергию. Это энергия вкуса приторной ярости, излучающей вспышки серой молнии, отождествляющей саму Смерть. Рисунок вен пульсирует и переливается в серебряном цвете. Мне было плевать на грузное тело Эмили Лодсон, лежащее рядом с остатками пепла. Единственное, чем можно помочь, изменить ситуацию в свою пользу и вынести выгоду. В этом деле у меня был лучший учитель.

Я вырвала двухстороннее копьё из пепла Тьмы, встретившись с Вальтером лицом к лицу. Ярость от потери единственного близкого заставила раздробить барьеры, мешавшие раньше выплёскивать шквал негатива. Мои глаза налились невероятной силой, я чувствовала ярый толчок энергии. Глаза наливались серебряной кровью, а тело, словно без костей, меняло облик. Сияющее бельмо молнии покрыла оболочку глаза, не замечая ничего на своём пути. Ощутив, что существа, некогда стоявшие рядом, упали на колени под давлением яростной силы, я поняла, что достигла цели.

Я стала Стражем Тьмы без помощи портала. Королевой. Моя энергия усилилась в невероятных размерах. Я осознала, что сильнее многих Стражей. Это было что-то новое. Неизведанное.

Я злее и опаснее.

Дикая боль пронзила агонией каждый миллиметр плоти, но эта боль превращалась в энергию настоящего пламени. Смертных языков пламени. Пожирающая серость, не имеющая преград. Неизведанное интуитивно прорезало воздух, пока я создавала новый шар магии для своего личного врага, моего Учителя.

Вальтер смиренно ждал моего появления, он жаждал новой партии чёрных и белых. Только теперь он играет со Смертью. Встретившись с стеклянными осколками глаз, я кинула едкую ухмылку алых губ, покрытых кровью мрака.

– ДА НАЧНЁТСЯ ВОЙНА!

3 МЕСЯЦА ПО ЗЕМНЫМ МЕРКАМ ДО СОБЫТИЙ…

– Папочка, ты говорил, что это безопасно, – прошептала маленькая девочка, на вид семи лет, медленно приближаясь к высокому для неё столу из чёрного мрамора.

Окружающая действительность была пропитана скорбью с оттенками сумасшествия, отчего пепельная блондинка еле сдерживала слёзы.

– Где она?!

Длинные волосы волочились по подолу миниатюрной мантии, казалось, что она упадёт, наступив хотя бы на один локон холодного оттенка.

– Где мамочка?!

Смоляные, как уголь, глаза жалобно всматривались в окоченевший силуэт мужчины в чёрном камзоле.

– Когда она вернётся?!

Мужчина держал в руке ампулу с прозрачной жидкостью, равномерно постукивая ей по гладкой поверхности хладного стола. Звон отдавался страхом, ещё совсем рмаленькая я издала всхлип. Постукивания продолжались, отчего истерика накрыла новой волной. Всхлип громче, всё тот же равномерный звон.

– Когда она вернётся, отвечай! Отвечай! Отвечай!

Я схватила отца за штанину его ровных брюк, так как более не могла дотянуться, и начала кричать с новой силой. Новый отзвук по гладкому столу.

– Что ты с ней сделал, папочка?! Когда она вернётся?! Папочка, ответь мне! Боюсь тебя, папочка!

Постукивание прекратилось, я заметила, как закрытая ампула повисла в воздухе, не соприкоснувшись с мрамором.

– Никогда.

Грубый и в то же время безучастный голос прозвучал в гробовой тишине. Брюнет не удостоил меня и своего холоднокровного взгляда, смиряя глазами такую же холодную стену из мрамора с золотыми вкраплениями. Ещё секунда и вновь раздался ритмичный удар. По маленькому тельцу прошла непроизвольная дрожь.

– Зачем ты отправил её в Небытие, папочка?! Ей не будет там хорошо без нас!

Цикличный стук вновь прекратился. На меня смотрели пылающие в гневе чёрные глаза.

– Ей на это плевать. Она – чудовище!

Прямой взгляд и ответ вызвал у маленькой меня поток слёз. Естественно бледное лицо мужчины источало ярость.

– Неправда! – прошипела девочка с нескрываемой уверенностью. – Это ты её превратил в чудовище, дав это.

Маленький пальчик указал на ампулу в руке Роберта. Тогда впервые я почувствовала яростную энергию, исходящую из Стража Тьмы. Мой разум охватила истерика. Я не контролировала себя, да и не умела это делать. Слёзы стекали ручьём, а всхлипы можно было услышать во всем Втором Измерении.

– Я скучаю по мамочке! – с надрывом в голосе прокричала пепельная блондинка, давясь слезами.

Глаза цвета чёрного обсидиана утонули в солёных потоках и не были в состоянии отчетливо видеть. Маленькое сердце разрывалось от ударов.

– О чём и речь! – яростно прорычал мужчина, бросив стеклянную ампулу в прозрачную стену. – Слабость и чувства! Это погубило твою мать!

Поток ужаленной энергии бросился в маленькое тельце, отчего девочка начала задыхаться в солёной воде.

– Она не сумела проникнуть в процесс обращения и потеряла контроль! Всё из-за того, что на горизонте появилась ты! Слабость и любовь – синонимичные понятия!

Эмоциональный поток восклицаний загонял меня в угол с каждым услышанным словом.

– Она не справилась с простой задачей из-за чувств!

Встретившись с пылающими глазами, я прекратила череду громких всхлипываний.

– ТЫ, – прошипел мужчина, поднимая меня над собой. – Не должна повторять ошибки своей матери. Любовь сделает тебя слабой!

Слёзы полились рекой, я продолжала жадно ловить ртом воздух.

– Папочка… – еле слышно прошептала я от недостатка кислорода, наблюдая за меняющейся гримасой густых бровей и не прекращая плакать.

– Что я сказал! – прорычал Роберт еле слышно, жестоко встряхнув маленькое тело.

Моя голова, похожая на голову куклы, повторила траекторию движения, заставляя замолкнуть.

– Слушай меня.

Тот же спокойный и отдаленный голос, но настолько отчуждённый и угрожающий.

– Никогда не показывай свои чувства. Запри их на все мраморные двери. А лучше вырви с корнем.

Я продолжала всматриваться в обезумевшее лицо мужчины. Из-под ледяной кожи виднелись чёрные жилки, свидетельствующие об ухудшении ситуации.

– Я обещаю… – прошипел равномерный голос Роберта. —Изобрету действенный эликсир, который вернёт меня к должному существованию, как и тебя, если ты не справишься со своей задачей.

Мужчина вновь встряхнул моё тело, я окончательно перестала издавать звуки жалости.

– Селена, ты меня слушаешь?! – проговорил жестко голос мужчины.

– Да, отец.

Мой голос не был похож на хотя бы одну часть семи лет. Взгляд, голос, расстановка – всё изменилось… Я встретилась с ошарашенным взором Роберта. Он был поражён от того, что я впервые назвала его не «папочкой». Заглянув мне в глаза, он понял, что я не прощу. Заглянув мне в глаза, он понял, что сломал меня. Это была последняя капля из моих горьких слёз.

      – Я обещаю.

Вновь жёсткий тон из розовых губ маленькой куклы с длинными пепельными волосами.

Отец, испуганно глядевший на меня исподлобья несколько секунд, отстранился, вернув в прежнее состояние на полу. Мужчина сел на кресло, смотря в стену, по которой стекалось «Лекарство от чувств» или, как он его называл, «Эволюция спасения».

Вновь звонкий удар с той же ритмичностью, на этот раз длинным пальцем левой руки в кожаной перчатке.

Моё сердце издало последний стук, заснув на века.

Мрак.

– Чёрт!

Жадно вдохнув воздух, я раскрыла глаза. Лёгкая отдышка сопровождалась в течение минуты, пока я прокручивала воспоминание двухвековой давности. Только спустя несколько секунд я опустила взгляд кварцевых глаз вниз. В дрожащих руках находился кинжал, который был своего рода игрушкой для сна. Привычка. Даже если в краях Измерений установится настоящее спокойствие, сомневаюсь, что и через тысячи лет, проснувшись поутру, я не прицеплю к бедру клинок.

– Давно оно у меня не появлялось… – прошипела я в пустоту, кривя губы от осознания, что говорю со стеной.

Я отбросила кинжал от подушки из перьев и шёлка, но проследила за падением, чтобы в случае чего схватиться и метнуть.

– Разговариваешь сама с собой, как трогательно! – прозвенел в тишине сонный голос девушки, отчего я нервно перевела взгляд на соседнюю половину кровати.

Мэнди встретилась со мной своими глазами, полными цвета и жара насыщенного горячего шоколада. Подавила нервную ухмылку, разглядывая оголённое тело чертовки.

– Что, снова забыла, что я существую, искусительница кошмаров?

Брюнетка выглядела совершенно не расстроенной, впрочем, как и всегда. Её игривое настроение всколыхнула мою задумчивость.

– Поделись со мной!

Но ненадолго.

Я оторвала взгляд от лица брюнетки, играя с её короткими локонами волос.

– Ты же знаешь, что я предпочитаю не рассказывать о наболевших темах. Тем более, если эти раны уже затянулись и погребены, – твёрдо отрезала, наблюдая за смущенным взглядом шоколадных глаз.

– Знаю… Однако я считаю, что проблему следует отпустить, а уже потом засыпать землей времени.

Фраза дала мне ясно понять, что будущая Лидер Тьмы не собирается отступать. Проще решить вопрос на корню.

– Меня посетило воспоминание из детства.

Исчерпывающий ответ.

– Слишком сдержано. Ты так взволнованно дышала, когда проснулась. Думаю, это один из кошмаров детства. На земле многие дети боятся монстров под кроватью. Для них это сущий кошмар, который сопровождает их всю жизнь. Может, мы не так сильно и отличаемся?

Тема разговора, медленно перетекающая из нелюбимой мною в более ненавистную, заставила оставить руку на тёмных локонах без дальнейших движений.

– Тебе стоит меньше уделять внимание Номерной, с которой ты поселилась, – с неким пренебрежением в тоне голоса и поднятой пухлой губой, я продолжила повествование. – Смертные отличаются от нас многими недостатками, такие как слабость, смертность и вечная тяга растратить свою и без того короткую жизнь на серый туман, погруженный в мораль. Единственное, что от их жизни остаётся – черта между датами. Не смей сравнивать меня с ними.

Я мимолётно взглянула на девушку с пылающим вызовом, встретив такую же реакцию.

– Ту, с которой я поселилась, зовут Эмили. Эмили Лодсон. Я знаю, ты не любишь смертных, но она моя подруга. И скоро она станет таким же Лидером Тьмы!

Я прекратила бесконечный поток ярости любовницы одним смешком.

– Лодсон, значит?

Адриан Лодсон, я поражена. Уверена, у них была презабавная встреча.

– Всё так. Зачем переспрашиваешь?!

В ответ я хитро хмыкнула, притягивая девушку к себе.

– Итак, ехидный нрав подпортил сентиментализм твоей, так называемой, подруги… Не скрытая тайна.

Продолжила играть с короткими локонами, едва касаясь бледной и миниатюрной шеи.

– Что собираешься предпринимать?

Мэнди исподлобья взглянула на меня, проведя дорожку коготком по ложбинке между грудей.

– Искать причину в другом.

Я непонимающе изогнула бровь в ответ на повествование миниатюрной девушки. Мэнди выждала паузу, нервируя меня ещё больше, после чего с выдохом закончила мысль.

– Я не видела её две с лишнем недели по человеческому времени. Она вечно проводит своё время с Лайтом в книгохранилище. Я не переношу ни минуты с этим Светлым, а ей комфортно! – с истеричным смешком добавила брюнетка.

– Что ж, это дело вкусов, но на её месте я бы предпочла соседку, – с ехидной ухмылкой я продолжила тему. – Кстати, ты говорила о своих увлечениях вне отношений…?

Мой острый коготок прошёлся по покрасневшей щеке Мэнди.

– Никто не знает о наших… – девушка запнулась, словно не знала, как это охарактеризовать. – … о наших взаимодействиях.

Будущая Лидер Тьмы явно занервничала, отчего мне стало забавно. Губы растянулись в игре.

– Пусть так и продолжается. Не хочу рушить твою жизнь.

Короткая пауза, в которой впервые стало неуютно.

– Итак, что ты говорила про Светлячка? – лениво произнесла я, всё ещё морщась от видения прошлого.

Я провела рукой по взмокшим серым волосам, тут же отдёрнув, однако Мэнди не заметила перемены, Тёмная была явно рада смене темы.

– Эмили изучает новые науки, сближаясь с Лидером Света. Я не хочу, чтобы её взаимоотношения, какими бы они не были, повлияли на выбор. Как ни крути, любые взаимодействия разных сторон крайне сложны. Вечные расхождения во мнениях, борьба за правду… Я устаю от этого потока!

Не скрывая своей догадки, я поняла, что тема разговора плавно перешла на Рональда.

– Итак. Они настолько сложны, что ты ищешь утешения в моей постели.

Мой хитрый взгляд прошёлся по раздетому телу девушки, который был прикрыт частью шёлковой простыни, как бы демонстрируя ситуацию со стороны. Глаза Тёмной расширились, стараясь найти пристанище на моих зрачках. Мэнди запаниковала, затараторив текст, отрепетированный сотню раз.

– Я знаю, как это выглядит. Я люблю Ронни, но, между нами, в последнее время слишком много споров, которые основаны на выборе стороны. Он желает, чтобы я прильнула к Светлым против своей воли. Светлый является моим куратором, от этого ещё больше проблем. Мне нужна разрядка.

Губы девушки раскрылись в усталой улыбке, пока она выводила какой-то узор на моей бледной коже. Брови поднялись выше, двигаясь в такт частым морганиям брюнетки. Я едко хмыкнула, лениво прикрыв глаза. Заметив затянувшуюся тишину, я осознала, что Мэнди ждёт ответа. Мои губы растянулись в нескольких фразах.

– Мне нравится проводить с тобой время, но мы обе понимаем, что это лишь наслаждение, не более. Мы обе осознаем, что у нас нет будущего, а ты предпочитаешь меня своему парню, с которым состоишь в отношениях…

Моя шея наклонилась, напоминая голову марионетки. Мэнди поёжилась от сверлящего взгляда. Я вновь раскрыла покусанные от засухи губы.

– Не хочу, чтобы ты влюблялась. Это чувство напускное. Не желаю тебя учить, но в данной ситуации выходит все довольно абсурдно. Он не поймёт, если узнаёт о наших «взаимодействиях», – передразнила я слова Мэнди, встряхивая длинными пепельными локонами волос. – Ведь он не хранитель Тьмы, а святоша. Им не присуще прелести развлечений. Это плохо заканчивается, поверь.

Как бы в противовес своим словам, я провела рукой по сонным губам девушки, которые тут же раскрылись в ехидной ухмылке. Сладкий голосок наполнил мою комнату, основной составляющей которой было витражное окно, откуда выглядывала полная луна, заполняя собой весь простор.

– У тебя, значит, был опыт? Сама дьяволица встречалась со святошей?!

Смех был еще ярче и сочнее. Встретившись с заинтригованным взглядом глаз расплавленного шоколада, я отделалась сдержанной положительной фразой, завершая тему.

– Советую тебе думать, малышка Мэнди, на счёт собственных действий… – промурлыкала я, специально растягивая прозвище Тёмной, которым наградил её отец. – Я не Рональд. Я – искушение, не более.

Подняв голову в ответ на задумчивый взгляд подруги, резко приблизилась к утонченному телу.

– Но думать сейчас тебе запрещено.

Жадный поцелуй, накрывающий влажную ключицу, тихие всхлипы – предвестники терпимого дня.

Терпкий аромат пыли и старых рукописей покрыл меня до кончиков заострённых туфель из чёрной чешуи ядовитой агании, отделанных личным Духом Моды Второго Измерения. В темноте личного книгохранилища туфли из материи зачарованной змеи, мерцающие зелёным изумрудом, казались лишёнными недостатков.

Впрочем, так и было. Мастер был искусным творцом, агания из Тьмы – лучшим вариантом кожи. Насколько они ярые, когда гипнотизируют жертву, вылезая из водопадов. Когда их чёрная магия проникает в плоть жалкого существа. Под этими чарами даже бессмертные уничтожаются, до чего презабавно.

Жёсткие каблуки стучали по чёрному мрамору, переходящему на стенах в зелёный изумруд. Мрачная тишина, покорная лишь мне одной. Есть свои достоинства являться дочерью ученого, стремительного до тошноты. Впрочем, все его проекты являются выигрышными.

Особенно тот…

Моя тонкая рука, находившаяся в чёрной сетчатой перчатке, чуть ли не перехватила шаткую золотую рамку, направляющуюся в мою сторону. Она упала со звонким грохотом в гробовой тишине. Осознав, что вновь не овладела эмоцией гнева, ощутила его прилив ещё сильнее. Алая помада резко поползла вверх вместе с пухлой губой, не разделяя происходящее. Густые брови сомкнулись в единую полосу, а грубые ресницы накрыли чёрные глаза. Несколько секунд длилось томное молчание. Слух ловил лишь удручающую тишину. Однако даже в безмолвии со временем можно слышать голоса.

Считается, что это заблудшие души бессмертных, не попавших в Небытие по собственному решению. Они решили остаться блёклыми невидимыми пятнами. Каждый бессмертный имеет способность, Да о чём тут говорить. Даже смертный. Многие существа способны разговаривать с заблудшими душами, если позволяют открыться себе. Однако мне это не нужно. Ведь я знаю, что мать находится не здесь. Она в Небытие. При отключении чувств она потеряла контроль над эмоциями, так как их больше не существует. Соответственно, можно сделать вывод, что она не является заблудшей душой, у неё не осталось жизненно важных дел.

До сих пор помню чужой взгляд в теле собственной матери. Считается, что небытие уничтожает все чары, наложенные на существо. Но ни одна бессмертная душа не может дать точного факта, ведь никто из него не возвращался. Кроме Вальтера, конечно. Можно посчитать, что Земля – второй ад для смертных.

«Ад».

Странное слово. Несовершенные, неуклюжие создания из плоти и крови придумали сказку про огненные котлы, полные бурлящей лавы, после чего верят собственным словам. Забавнее истории с помилованием в «раю». Смертные рассчитывают на милость богов благодаря служению в священных храмах и иконам в домах, желая перекрыть «верой» свои грехи.

Создатель Тьмы. Никто не знает, кто он и что собирается сделать с собственным творением. И так бездумно поддерживают его жизнь собственной кровью. О чем я, собственнолично делала надрез на бледной руке, правда, по принуждению. Вновь тяжелый выдох, попытка избавиться от едких мыслей. Тишина. Ни одного лишнего звука. Гармония.

Ледяная сталь клинка привычно прижата к бедру под подолом шёлка. Я проверила крепление ножа, мысленно удостоверившись в прочности его положении, как неизменно поступала, если ждала неприятностей. Это была не просто полезная привычка, но и приятный ритуал. Иногда контроль над энергией не даётся так благополучно, а, главное, безопасно. Поэтому в случае передряг любому бессмертному лучше перерезать глотку, дав возможность телу восстановиться, а не душить своей Тьмой, нарушая очередной закон. Клинок – мой верный союзник, который готов ко всему, что принесут с собой Измерения.

Распахнула глаза в избыточном наслаждении спокойствия. С каждым годом энергия внутри меня становится всё больше, и с каждой секундой её всё тяжелее контролировать. Эдгар считает, что в могуществе есть огромный недостаток – магия уничтожит существо, превратит в мясистое тело. Личного раба Тьмы, если существо не научится держать её за плавленую сталь. Как можно не разделить это мнение? При том, что спорить с другом – одно из занятных увлечений последний век. Каждая встреча – соревнование в превосходстве и хладнокровии. Впрочем, в последнее время он сдаёт обороты, говоря о сантиментах. Несмотря на временные трудности, Тёмный справляется с силой гораздо удачнее, словно не прилагая усилий.

Он обладает особенностью, даром. В то время, как я стараюсь обуздать свою жестокость. Наложить барьер. Да и пошло оно всё…

К лестнице.

Наткнувшись чёрным кожаным плащом на линию крученной лестницы из мрамора, пришло осознание, что я провела весь путь в личных мыслях. Высокий уступ норовил скинуть со своей первой ступени, как в детстве, однако я давно не являюсь семилетним ребёнком с лицом пепельной куклы. Излюбленный каблук ударил по гладкой поверхности со звоном, отдающийся томным эхом. Проведя сеточной перчаткой по хладным перилам, я почувствовала импульсы дома. Старого тысячелетнего здания. Оно являлось старым не из-за излишней ветхости рамок, но по причине древнейшей истории, берущей своё начало с создания мира двумя Создателями, полными контраста.

«Замок древней Тьмы» – так принято называть мой дом. О нём зачастую упоминают в оживлённых беседах, высказывая почтение хозяйке. Хоть я не являюсь его обитателям порядка двух веков. «Замок Лойдов» – истинное название поместья, о котором знают единицы в соответствии со статусным положением, древностью или смекалкой. Я отвыкла от второго имени, собственной фамилии, которым должна была восхищаться, судя по моей нестабильности перед Тьмой. Однако вторые имена не считаются чертой важности в мире смертных. Большинство даже не помнят, откуда они родом. Ценят силу и власть, единственное, что важно. Впрочем, существам, которые знают своё происхождение, вроде меня, крупно повезло. Они с рождения считаются представителями элиты. Ещё одна ступень преодолена.

Передо мной тяжелая дверь, которую способен открыть исключительно хозяин дома. Резкий хлопок – грузовые ставни открыли щель, куда я неспешно пролезла.

Идиллия… Исключительно моя. Передо мной раскрылись маленькие собственные покои. Ни одно существо не могло пройти в посторонний личный портал. Я, в свою очередь, никогда не допускала, чтобы даже близкий Лидер заходил в центр моей души. Место было священно. Имел равноправный доступ лишь отец, который навечно остался в стороне.

Комната не отличалась ни мрачностью, ни запахом старых книг, тем не менее она смотрелась удушающе. Это отнюдь не первое, что пришло мне в голову. Если большинство считают, что Замок Лойдов – это замёрзший ад, то комната находится в самом эпицентре льда, который никогда не пустит трещины. И это самая вежливая из всех возможных формулировок. Выделялись неровные пропорции. Планировка имела трапециевидную форму, стены которой перекрыты пыльными стеллажами, к которым, казалось, не подходили веками. Они стояли не рядами, а образуя лабиринты. Слева обнаружилась лестница, а под ней маленькая каморка. Скопилось такое количество пыли, что создавалось ощущение, будто задев тонким коготком одну полку, она рухнет, распространяя плотную и густую дымку. Высокий потолок с его изысканной люстрой из чёрного хрусталя отражает давно увядший огонь, ранее ревущий в камине, который занимает немалую часть правой стены, неровной от соляных наростов.

Невзирая на воспоминание последнего пребывания возле тяжелой полки, я подошла к грузному столу, покрытому пылью.

Без тени сомнения провела по шершавой поверхности проекции, собирая перчаткой всю грязь. Нервно фыркнув, провела вновь. Губы свернулись в трубочку. Резкое дуновение. Пыль поднялась вверх, что заставило меня прищурится. Проводя левой рукой в ещё чистой перчатке над объектом, я заметила, что мощный поток энергии уничтожил пыль ураганом. На чистом квадрате передо мной лежало оно. То, что я искала. Без тени сомнения я свернула треснувший пергамент вдвое, спрятав за ворот плаща.

Мрак стал казаться более привычным. Первой моей мыслью было вернуться в Измерение здания школы. Мне был положен подопечный для пробного задания-посвящения в Лидеры, однако отблеск в углу остановил мой пылающий в интересе взгляд. В самой дальней части стеллажей мигал оттенок алого альмандина.

Я медленно подошла к полке, отчётливо слыша каждый шаг по гниющему полу здания. Мои чёрные глаза встретились с удивительным предметом. Красный рубин, пестревший в иллюзии, будто повелевал, чтобы я схватила его немедленно в свои пыльные перчатки, пропитанные запахом древности. Сняв одну с ладони, мои глаза были прикованы к безделушке. Без ожидания угрозы, я поднесла свои пальцы к пламенному яхонту, тут же отдёрнув кисть руки.

Перед моими глазами стали возникать картины прошлого. Картины собственного особняка. Я помню его старинный вид с самого детства, однако в мимолетном видении он был похож на новейшее изобретение Измерения. Не разрушенные статуи ядовитых аганий, выпрыскивающих тёмный мрак из своих клыков, возвышались по бокам возле широкой двери, запертой чарами.

Вобрав ртом воздух, я вновь вгляделась в украшение. То был огромный перстень с алым, как кровь, рубином, гравированный золотом.

По-другому вид камня называется яхонт. Однако он не является обыкновенной безделушкой, что, не спорю, настораживает, но и привлекает. Надев вновь перчатку, запылённую прахом, я поднесла руку в защите с опаской, всматриваясь в сияющие волны внутри камня.

Томный вдох, резкое движение, ощущение несказанного удовлетворения. Кольцо сидело на безымянном пальце, пуская яростный жар, что нельзя было унять. Я ощутила неслыханный прилив сил где-то поблизости. Не оставалось тени сомнения, что это результат взаимодействия с не просто величественным перстнем с ярким сиянием, а древней магией, которым пропитан Замок Лойдов. В нём столько же тайн и загадок, сколько во всех Шести Измерениях. Взглянув в последний раз на кровавый рубин, я закрыла глаза, ощутив одну из комнат моего проживания в Третьем Измерении. Мрак окутал меня, как и ветхость двух старинных вещей, предвещая последствия.

Небольшая комната в алых тонах с темно-зелёным плющом, навевающим аромат свежести, поприветствовала меня. Нельзя было сказать, что это излюбленное мною место, однако у комнаты чувствовался определённый шарм. С лишь одним желанием – смыть древний запах пыли, я принялась снимать кольцо, по-прежнему держа его кончиком ткани. Во мне не теплилось желание узнать правду, я не догадывалась, как поступить с уже известной.

Заперев таинственный рубин в собственном чёрном сундуке, доступ к которому предназначался исключительно хозяйке Замка Лойдов, так как небольшой чемодан был взят из здания в виде памятной безделушки, я сбросила с себя кожаные оковы, направившись под струю горячей воды.

Тонкая струя прошлась по виску, задела ресницы полуприкрытых глаз, от моего медленного движения головой опустилась на спинку носа, прошлась по щеке, новый поворот головы – стекла на сухие губы, наполняющиеся влагой. Новая капля опускается на пепельные волосы, делая их темнее. Тело танцует в агонии и таинстве воды. Разве бывают вещи совместимее, чем эти? Томный взгляд в пустоту, просто отторжение от тела. Несколько минут тишины и бездумного молчания.

Иногда можно позавидовать глупым существам, они живут с данным чувством вечность. Живут, не вникая в глубокие мысли, исполняя бытовые желания. Это уныло, они не знают боли в голове, когда она раскалывается от необходимости принятия решения. Струи жаркого потока усиливались с каждой долей секунды, продолжая наслаждение. Белоснежные клыки прикусили уже влажные губы, исключающие косметику. Глубокий вдох новой жизни.

Резкий удар в мраморную дверь заставил раскрыть полностью глаза, безмолвно наблюдая за листьями плюща.

– Я требую разговора, – заявил мужской голос, изначально угаданный моим чувствительным к энергии затылком.

Каждым сантиметром свой спины я ощущала серьёзный взор Лайта, пропитанный смущением. Невзирая на грубый тон, несвойственный Лидеру Света, я продолжила ловить жгучие капли на приоткрытых губах.

– Ты… требуешь… – мой тон звучал с нескрываемой нотой раздражения. – Непривычное обращение от твоего лица, признаю.

Моя ладонь прошлась по гладкому влажному плечу.

– Я не обращался к тебе на протяжении десяти лет, не требуй невозможного. Вылетело из памяти, что было прежде.

Раздражающе фамильярный тон заставил повернуться и предстать перед парнем с шоколадными кудрями, не скрывая наготы.

– Не лги хотя бы самому себе, Светлячок.

Жаркие струи воды до сих пор стреляли своими жгучими нитями, но я не ощущала их.

– Для нас двоих эти десять лет пролетели незаметно…

Для вечности десятилетие – жалкая капля в море.

Медленные шаги, и я у цели. Моя мокрая разгоряченная кожа едва коснулась лица парня, но я уже уловила его тепло. Морской бриз коснулся конца моего носика. Я вновь улыбнулась ослепительной улыбкой, однако, по всей видимости, Лайт воспринял её как оскал.

– Уверенна, ты помнишь каждую секунду проведённого времени.

Перед нашими глазами вспыхнули воспоминания до капли в море, длиною в десять лет. Светлый не отвернулся, но и не сдвинулся ближе. Его запах… Морская соль была пропитала серьёзностью и гневом. Этот контраст поселился в душе Лидера Света. Хищные клыки, словно на охоте, поднеслись к персиковым губам бессмертного с голубыми глазами, не собираясь действовать, но мою выходку опередили ответной репликой.

– Ты права.

Парень широко улыбнулся, даря прежнюю успокаивающую улыбку, медленно приблизившись, отчего я вскинула брови, не готовясь к подобному повороту событий. Он практически коснулся моих хладных губ, обдавая разгорячённым дыханием. Его шёпот впервые казался угрозой.

– Ещё я помню, как ты проводила такое же плодотворное время с моим бывшим другом, пока считала меня своей собственностью.

Улыбка Светлого скрылась за гримасой ухмылки, но глаза Светлого пылали в самых тёмных оттенках молочного. Я одарила его взаимным действием, осознавая, что повелась на уловку.

– Не представляла, что ты нуждался в кристально чистых отношениях без Эдгара, увы! – наигранно ласково заявила я, окончательно отодвинувшись от Лайта, накинув шёлковую ткань чёрного оттенка. – Только чего можно ожидать от Лидера Тьмы?

Светлый смотрел на меня с нескрываемой ухмылкой, за которой крылось осознание того, что я права.

– Итак. Раз ты здесь, то произошла очередная война между Светом и Тьмой, или наш Святоша сделал непоправимое? Иначе я представить не могу, зачем ты ворвался ко мне в минуту покоя.

После прозвучавшей фразы Лайт поднял широкие брови, собираясь с мыслями. Кивок головы, и передо мной вновь стоял серьёзный Лидер Света.

– Ты не посетила подопечную.

В ответ на прямой взор морских волн я дико хмыкнула.

– Думала, у меня будет подопечный.

Мне раздался, словно эхо, разъяренный пыл парня.

– Не язви. Ты не серьезно относишься к обязанностям Лидера!

Скучающий взгляд навёл на парня нотки злости, но он умело сохранял своё внешнее спокойствие, как подобает статусу Светлого, который спасёт равновесие миров.

– Я выполнил работу за тебя. Твою работу, Селена! К тому же, работу Эдгара…

Мои губы поползли в коварной ухмылке.

– Его подопечную Эмили Лодсон …

Второй раз на дню слышу это второе имя.

– …проверял я.

Смертная набирает обороты среди Лидеров. Интересно.

– Но ты же остался доволен её обществом, – дразнящая, не скрывая усталость, улыбка ударила парню в лицо. – Быть может, дело не во мне, не в Эде… В ней.

Я встретила тот самый взгляд страха в лице обладателя волос горячего шоколада.

– Я сегодня щедра на советы, – грузный выдох, копия бессмертному. – Ты не меняешься, Светлячок. Всем известно, что история циклична. Все повторяется. Ты вновь увязан в компанию Тьмы.

Теперь я обходила Лайта, со всех сторон, вращая мощную фигуру.

– Она ею будет, несмотря на неготовность и слабость. Твои намерения не такие уж и Светлые… – хищный шёпот задел ухо Лайта.

Наслаждаясь растерянностью парня, я вышла в комнату, где лежал мой кожаный плащ.

– Не говори того, чего не знаешь, Селена! – прорычал томный голос Лайта.

Его светлые глаза сгустились в синий мрак, отражая смешанные чувства. Он сам прекрасно знал историю, это заявление было прозрачным.

– Завтра ты обязана провести со своей подчиненной контрольный полёт на Землю!

После строгого монолога мужчина скрылся в белоснежном тумане, от которого у меня зарябило в глазах.

А чего я ожидала за десятилетие подчёркнутого игнорирования? За эту каплю в море мы перебросились словами всего раз во владении Эдгара. Я отчётливо помню тот день, ведь в рядах бессмертных появилась, а в смертных – убралась некая Номерная с медовыми волосами, которую так дотошно мне хвалит Мэнди. В тот день мы встретились единственный раз за годы ледяного презрения, всё закончилось, как всегда отменно. Я скинула Лайта с крыши.

Встряхнув головой, словно тряпичной куклой, отмела мысли в сторону, перебросив их в другое русло. Я повернула голову, встретив на шелковом покрывале прежние листы древнего пергамента.

– … так и не решилась его раскрыть, бросила в сундук не глядя.

Тишина атмосферы книгохранилища, которую перекрывало эхо моего сердитого голоса. Бережные перелистывания страниц старой книги.

– Спустя мгновение, вытащила пергамент и вновь не нашла в себе силы раскрыть.

В доказательство я бросила пергамент на холодный мраморный стол перед лицом Эда. Лидер Тьмы демонстрировал громкую ухмылку, переводя взгляд на бледную фигуру старинных листов, покрытых пылью. Казалось, что этот угол книгохранилища в собственности Эдгара, ведь никто кроме него не заходит на этот участок. Вероятнее всего причина состоит в слоях пыли и ветхом состоянии изданий, но лишь глупцы не понимают, что в этой заброшенной части книгохранилища написана истинная история, не переписанная под действием закона единого правителя.

– Не советую тебе пренебрегать истиной, – грузный голос с хрипотой, словно Тёмный не разговаривал несколько веков, раздался в мрачной тишине тёмного участка. – Замок Лойдов не может не хранить тайн, срок которым вечность. Однако именно эти секреты могут повлиять на дальнейшее развитие событий. Насколько мне известно, древний род Двэйнов был близок с Лойдами…

Я встретила багровые глаза Эдгара Двэйна, выглядывающие из темноты, с нескрываемым удивлением. Моя поднятая бровь ползла всё выше.

– Ты произнёс своё второе именование спустя век, Эд. Что изменилось с твоей злобой в отношении собственного рода? Вернее … отца. Ведь его ты старательно избегал, хотя и так все знали, чей ты сын.

Глаза Тёмного стали воспламенятся. Постепенно.

– Понял, что от судьбы не уйти. Место отца по праву будет принадлежать мне, Селена. Мой долг – взять под управление Второе Измерение! – грубый голос стал ломаться, переходя в жуткий кошмар.

Эхо добавляло агонии. Казалось, что стальной тон был слышен по всему Четвёртому Измерению.

– Как бы я не хотел быть дальше от этих тошнотворных мероприятий со Светлыми…

Толика презрения превратилась в ярость, из Тьмы стал пробираться высокий силуэт, охваченный чёрными языками пламени.

Два свирепых багровых зрачка смотрели на меня в помутнении. Чёрные вены покрыли слои кожи. Они пульсировали, передавая яростный настрой. Казалось, что всё книгохранилище покрылось дымкой мрака. Один язык пламени обжёг пепельный локон, свисающий до талии. Кожаный корсет покрылся чёрным жгутом Тёмной энергии Лидера. Я подняла свои глаза цвета материи, исходящей из цепких ладоней Эдгара. Секундное вторжение в чёрный туман в голове Эда заставил вернуть ему обыкновенный хрустальный отблеск.

Взглянула на тугой корсет, от которого медленно отходило обжигающее пламя. Вновь установила контакт с Лидером, ожидая его собственного первого шага. Он смотрел на меня с такой же настойчивостью, после чего разглядел немой вопрос. Царившее молчание разрушило эхо, отражавшееся от ровных слов.

– После открытия трансформации мне тяжело сдерживать свой гнев. Он увеличился в тысячу раз. Это новая сила, которую я не научился укрощать, – томное секундное молчание. – Пока не научился.

Разновидность извинений Эдгара Двэйна. Я приняла её с едва заметным реверансом.

– Отложим нашу дискуссию о вторых именах на потом, – отрезала я, красноречиво вскинув бровь.

Я подошла вплотную к хрустальным глазам. Что-то в поведении Тёмного меня насторожило, мой прищур свидетельствовал о недоверии.

– Постой, ты бросился в ярость при упоминании Светлых?

Изучающий взгляд, полный негодования прошёлся по чёрному костюму, который был в контрасте с алым галстуком.

– С каких пор ты проявляешь к ним внимание? Разве тебе есть дело до святош?

Хрустальные глаза ничего не изображали. Тёмный твёрдым тоном отчеканил ответ.

– У меня к ним вечное пренебрежение. Это единственная причина, – хрустальные глаза не открывали завесу маски, что сразу выдало Лидера.

– Ты скрываешь от меня эмоции. Это подозрительно, Эд. Однако я не желаю быть т…

– Селена, нам следует спуститься на Землю!

Незнакомый голос, напоминающий удар звонка, раздался в гробовом молчании, прерывая моё изречение. Несмотря на галлюцинацию, я продолжала смотреть в хрустальные глаза с прежним недоверием.

– Я ваша подопечная.

Её фраза осталась обделённой вниманием, я всё ещё вглядывалась в хрусталь Тёмного. Вскинутая бровь Эда заставила задохнуться в собственном гневе. Было понятно, что тема разговора закрыта в присутствии Номерной. Я повернула голову на девяносто градусов, сохраняя прежнее положение туловища.

– Ванесса.

Вновь звонкий голос, доносящийся до ушей скрежетом. Я смерила девушку абсолютно безучастным взглядом, не произнося ни слова. То была яркая рыжеволосая Номерная с алой помадой на губах, которая явно выделялась за счёт бледности кожи. При всей своей красоте, девушка совершенно не увлекла энергией. Её практически не существовало, несмотря на мою развившуюся способность чувствовать любое проявление силы. Она показалась мне блеклым серым пятном, которое только предстоит раскрыть. Гробовое молчание затянулось на несколько земных минут, боковым зрением я заметила, что Эдгар Двэйн даже не обратил внимание на появившуюся гостью, так же строго разглядывая мои эмоции, вскинув бровь.

– Лайт сказал, что вы являетесь моей наставницей и должны провести тестирование.

Обязательство заставило издать ехидный выдох, граничащий с громом.

– Лайт вновь раздаёт условия. Думаю, он сможет взять в безвозвратный долг одну рыжую Номерную.

В ответ девушка распахнула свои ресницы так, что оболочка глаз оказалась больше пышных губ. В тёмном хранилище я уловила толику нотки раздражения, исходящую из тонкого тела, одетое в белую мантию. Но несмотря на свою реакцию, Ванесса ответила вежливым тоном.

– Лайт проводит тестирование у Номерной Эмили Лодсон.

Вновь это второе имя. Адриан Лодсон заставляет не обделить вниманием его дочь. Есть ли в ней те же качества?

И не только он. При упоминании имени Номерной изучающее лицо Эдгара устремилось в сторону бессильной.

– Лайт, – грубый тон дал эффект крика в тишине. Местность пропиталась нервозностью Эдгара. – Она принадлежит мне! – Тёмный исправился ежесекундно. – Она является подопечной.

Нервно дёрнулась, в немой догадке. Зацепив взгляд на почерневших глазах, я схватила Номерную за плечо. Сгустки Тьмы начали обволакивать моё тело и плоть моей спутницы. Медля с назначением, я продолжила наблюдать за Лидером Тьмы. Моргнув, мои губы натянуто улыбнулись, заметив развеявшийся Тёмный туман вместо высокого силуэта. Мрак поглотил двух спутниц в необъятной мощи, такой силы, что чувствовалась каждой клеткой насыщенным холодом.

Глухой продолжающийся гром отправки вагона в метрополитене. Приятный серый запах и шумные разговоры проходящих мимо людей. Изначально я уловила неизвестный мне американский акцент, однако в секунду сама начала свободно говорить на нём без тени смущения. В бессмертии есть свои плюсы, впрочем, даже бессмертные умирают дважды, быть может и больше, никто же не знает какого оно, попасть в Небытие.

От нового шума я развернула голову, встретившись с пластмассовой таблицей. Лос-Анджелес встречал меня на красной линии подземного метро. Я отправила свою подопечную именно сюда. Ведь только в метро можно встретить людей разных ипостасей. Номерная смотрела на прошлое течение с неподавленным интересом. Она была так заинтересована шумной и бессмысленной жизнью, отчего даже не заметила переход разговорной речи, что часто не замечают новые персонажи в Шести Измерениях.

– Прокатимся.

Одно слово, а сколько действий. Девушка без тени страха, а самое главное, не издавая звука, последовала за мной к железному вагону, в передней части которого находился логотип «М» в белой окружности.

Немедля ни секунды, я зашла в вагон, встретив всё тот же сырой аромат, сейчас он мне показался противным. Створки дверей вагона закрылись вместе с предупреждающим пронзительным звуком. Я встала в один из отдаленных углов, облокотившись на поручни, изучая каждого присутствующего. Обычная рутинная жизнь для абсолютно каждого пассажира казалась естественной, но человеческие недоразумения даже не подозревают, что уже находятся в «Аду», стали заложниками собственных действий. И это выдуманное слово – синоним к слову «Земля».

Ванесса встала в метре от меня, покорно ожидая своего назначения. Я не обращала на рыжую внимания, высматривая задание. В довольно небольшом вагоне сидели люди разных сортов, убеждений, религии, акцентов, уровня достатка, но их объединяло одно – грязь и маски, скрывающиеся за скалистыми улыбками. Осталось понять, кто больше достоин звания «Задание».

Вор, мошенник, неверная супруга, предатель компании, серийный убийца, наркоман…

Мой взор устремился на предпоследнего участника. То была женщина около тридцати пяти лет. Она выглядела обыкновенно. Никакая клетка её телосложения или одеяния не выдавала истинных замыслов. Я могла подумать, что моё определение было ошибочным, но сила никогда не лгала. Взглянула в глаза женщине с чёрными, как уголь, волосами, укутанными в платок. Не разглядев цвет глаз, направила энергию в чёрный зрачок пассажирки. Моё сознание погрузилось в мрак леденящего взгляда.

«– Как ты посмел променять нас с Мией на новую пассию! Она твоя дочь!

Крики женщины показались утомительными, несмотря на грозный тон голоса.

– Молчишь!

Я осознала своё место в картине воспоминания спустя две мучительные секунды. Была воздухом, злободневным туманом в скандале между бывшим мужем и будущей убийцей на обыкновенной серой рутинной кухне. Всё те же чёрные волосы пылали от злости, опушаясь, как шерсть кота. Мужчина стоял всё так же неподвижно, невзирая на ярость. Его единственным желанием было покинуть дом терзаний, в котором ему не было комфортно.

– Она при смерти. Ты бросаешь меня в такой ситуации, предпочитая мимолетное увлечение?! – ярый крик срывался в вой.

Мужчина по-прежнему стоял в тени.

– Твоя дочь умрёт, Эрик!

Яростный зов вывел мужчину из транса, заставляя выйти из тени. Мужчина с белоснежными волосами горел в такой же нетерпимости.

– Моё присутствие ничего не изменит. Она в любом случае умрёт.

Громкий, но безразличный голос оглушил слёзы женщины, она смиренно смотрела на изречения с неприкрытой ненавистью.

– Я не желаю находиться здесь более… – спокойный тон голоса мужа и отца повис в мрачном тумане.

Длительная секунда в гробовой тишине. Яростный и сумасшедший смех обладательницы женского пола. Сначала он казался пропитан тонкими нотками безысходности, но потом превратился в ураган злорадствия. Я почувствовала всем телом мурашки на бледном теле мужчины.

– Ты навсегда останешься в моей поддержке…

Яростный звон смеха оглушил мужчину, он смотрел на всё с нескрываемым страхом и ощущением приближения смерти. Блеск острия остановился в сером тумане. Удар и тихий всхлип. Вода из раковины окрасилась алой кровью».

Резкий вдох, я находилась на прежнем месте, облокотившись на хладную панель вагона. Взгляд чёрных зрачков отдалился от меня спустя секунду. Наши взгляды соприкасались несколько секунд, а я уже знала историю её выбора. В некой утомленности я повернулась к рыжеволосой Номерной, выдавая приказ.

– Миссионеры. Так называют убийц, которые считают, что они судьи справедливости, которые очищают общество от так называемой грязи. Наша героиня относится к данному типу серийных убийц.

Ванесса проследила за моим взглядом, устремив взор на женщину. Спустя долю секунды неловко вкинула бровь, но не произнесла ни слова.

– Избавляет мир от неверных мужей, покинувших жён с детьми. К выбору и характеру убийства относится серьезно. Из этого можно сделать вывод, что по методу она классифицируется к организованным убийцам. Хорошо адаптирована в социуме, носит маску нормальности, однако имеет глубокое расстройство личности, с которым ты справишься.

Только сейчас я повернула голову к подопечной. Мой ласковый голос мурчал.

– Или не справишься. Всё зависит от твоих решений.

Номерная встретила мой взор с опаской.

– Какой мне даётся выбор?

Было видно, что бывшая смертная не нуждается в ответе. В земном мире это не имело бы никакого значения, но после того, как она попала в Измерения, понятие «нормальности» стало всего лишь далёким воспоминанием её удушливого прошлого.

Спросила лишь для того, чтобы потянуть время. Наша беседа застыла в томном молчании на мгновение.

– Как и всегда. Забрать душу в другой мир или дать второй шанс.

Прошлась по рыжим кучерявым локонам с тоном пренебрежения. Почувствовала энергию страха.

– Только не забывай, что у каждого выбора есть свои недостатки, – интригующее молчание, мои белоснежные клыки открылись в хищной ухмылке. – Например, если ты уничтожишь убийцу, то, быть может, она продолжит своё дело в другом мире. Нам не известен исход событий. Если ты поменяешь её мнение и направишь на путь исцеления, где ей смогут помочь такие же человекообразные существа. Однако сможешь ли ты жить с тем, что ты дала второй шанс миссионеру, который хладнокровно убивал людей, не имея ни малейшего на это права?

Уголок рта, покрытый алой помадой, пополз вверх, замечая удаляющуюся фигуру в белом плаще. Я знала исход, у меня не оставалось сомнений. Но не смотря на выбор Светлой стороны, во мне не было неприязни к Номерной. Я наблюдала за техникой, за дальнейшим развитием событий.

– Добрый… – Ванесса спохватилась, осознавая, что она не понимает, какое время суток в Лос-Анджелесе. – Мне стоит с вами поговорить.

Рыжая схватила женщину за руку, влияя на её действия. Несмотря на слабый поток энергии, жалкое существо, без доли стремления обуздало свои эмоции, отпустив слезу горечи.

– Я убила их! – из грубого рта вылетело признание от одного соприкосновения с Номерной. – Их всего вышло тринадцать. Столько же, сколько было моей дочери, когда она… – женщина замолчала, качаясь в разные стороны, продолжение её слов не требовалось. – Они были так глупы и так развратны. Я хотела уберечь их жён. Лучше получить удар о смерти, чем о предательстве!

Сумасшедший смех раскатится громом по всему вагону. Я не одарила своим вниманием перепуганные взгляды пассажиров. Женщина в платке стала безудержно кивать головой, будто к ней пришло самое важное озарение.

– Я сдамся. На этом моя миссия завершена! – счастливый тон голоса казался предрешением безумства.

При очередной остановке в метрополитене, женщина выбежала хромой походкой, словно боялась опоздать, под растерянными взглядами прохожих. Я продолжила взирать на пустое место недавно сидевшего пассажира.

– Нам следует проследить за ней, Селена.

Из раздумий меня отвлёк звонкий голос девушки с нотками радости, раздавшийся над левым ухом, отчего я невольно поморщилась.

– Нужно точно знать, что она сдалась, – выговаривала рыжая, с опаской поглядывая на мою улыбку и естественно чёрный слой ногтей возле неё.

Я привыкла к этой напряжённости, граничащий со страхом. Оглядела низкий силуэт с нескрываемой усмешкой.

– В этом нет надобности, – томное молчание. – Твоих сил было достаточно для преодоления тестирования. Осталось узнать, хватит ли их на портал.

На моё мурлыкание пришёл новый замах энергии отчаяния Номерной.

– Отправь меня в Пятое Измерение. Не тяни, – огрызнулась я. Глаза девушки заблестели.

Во мгновение я была окружена яркой вспышкой Света. Белоснежный туман проник в меня, озарив эмоцией некой радости за подопечного, что было не свойственно Лидеру Тьмы. Изобразив резкий кивок головы, я нервно раскрыла глаза, встретив не впечатляющую картину.

Мраморные стены в бежевых тонах. Тёмные ростки цветов. Поползни покрыли многие колонны, что добавляло эстетики месту. Часть учеников Пятого и Четверного Измерений устремилась на меня с нескрываемым интересом. Среди них был Лайт, в котором уровень энергии печали преобладала над нормой. Я произнесла еле слышно губами послание, вновь вернувшись к древнему языку Шести Измерений.

– Компания Тьмы вновь отказалась от Света. История циклична.

Несомненно я была права. Лодсон выбрала сторону Тьмы, несмотря на отца, который испускал гневные комментарии, касавшиеся интерьера здания Пятого Измерения, несомненно, скрывая злость на дочь. Поблизости с Лайтом стояла миловидная пара Рональда и Мэнди. Девушка показала открытую улыбку в мою сторону, незаметно говоря губами слова, смысл которых я не поняла. Ясно было одно – она воспользовалась моим советом, отчего хищный уголок губ пополз вверх.

– Селена Лойд, – грузный голос Кассандры раздался в тишине. – Расскажите о вашей подопечной, Ванессе.

Я приняла спокойную стойку, медленно обводя оставшийся сгусток существ, не останавливаясь ни на одном из них.

– Задание было одним из лёгких. Настроить убийцу на путь исцеления или уничтожения.

Мой взгляд остановился на нервозном лице Лайта. Видимо, я догадалась, какое задание было у малышки Эмили, и что она совершила.

– Номерная выбрала первый вариант развития событий…

Туманный взгляд Лайта потускнел. Я произнесла то, что он ожидал от другой Номерной.

– Усилив давление за счёт соприкосновения с заданием, получила положительный результат. Мой вердикт: Номерная достойна портала.

Пройдясь взглядом по счастливому лицу рыжеволосой девушки, я отвернулась, исчезнув в чёрном мраке.

Моё появление на прежнем месте, откуда меня выдернули, было ожидаемым. Тёмная часть книгохранилища замерла в одиночестве. Коготки прошлись по листу пергамента, нервозно отстранив его. С яростным выдохом приблизила к себе старый пергамент, не взвешивая правильность совершаемых действий. В моих руках находился старинный лист, покрытый алыми знаками древнего писания. В следующую долю секунды я поняла, что каждый знак выведен кровью. Не простой. По яркому оттенку Тёмной энергии я заметила, что кровь принадлежит одному из Лойдов. Энергия этого рода чаще всего характеризуется с всепоглощающим и удушающим мраком, при этом на вкус напоминает приятный привкус кислоты. Только истинный последователь рода способен различить энергию должной степени окисления.

Оставалась проблема. Древний язык не имел прямых наследников. Он был слишком старинным. Не все бессмертные рода Лойдов коротали свою вечность в Измерениях. Кого-то убивали, кто-то уничтожал себя сам, заскучав в бессмертии, а кто-то отправлялся на Землю, в поисках новых ощущений.

С нервным рычанием я убрала кусок писания в подол чёрной мантии, задевая коготком переплеты старинных книг, в надежде найти похожие знаки. Моя рука остановилась близ очередной книги, покрытой пеплом, ощутив невыносимо сильную энергию Эдгара Двэйна.

Он пылал. От излишне вскрытой маски эмоций, я не поняла, что именно чувствует существо, к которому я стою спиной. Он приблизился совсем близко, задев мои пепельные волосы. Две пары чёрных глаз смотрели друг на друга с нескрываемым опасением.

– Что ты творишь, Эд? – мой обычно спокойный тон выражал явную насторожённость.

– Требую помощи.

Густые брови поднялись в неведомом раздражении.

– Требуешь… – я не успела закончить своё изречение яростным тоном, так как он накрыл мои губы жарким поцелуем.

Последний век я реагировала на это как на аттракцион. Весело и ни к чему не обязывающее, но энергия переменилась в ту же секунду. Мои когти вцепились в грудь мужчины, отталкивая его с яростной силой. Рука застыла, услышав тихие шаги и Тёмную энергию Номерной.

Встретив взгляд Эдгара с изучающим пониманием, взгляд, полный нетерпения и мольбы, мои коготки разорвали чёрную рубашку на теле мужчины. Треск шёлка эхом раздался по Книгохранилищу. Томный вдох сквозь зубы кричал слова благодарности, что Эду было так несвойственно.

Не останавливаясь, моя ладонь оттолкнула мужчину на кресло, отчего книга упала с треском со стола. Новый шаг. Я чувствовала слабую энергию Номерной всё ближе. Едкий поцелуй в пылающую шею, отдающую горьким одеколоном. Новый шаг. Багровое пятно, укус. Застывшая энергия боли. Я чувствовала всем затылком энергию Лодсон.

Её влажные слёзы, разрывающую ярость на себя. Чувствовала невероятно мощный поток пренебрежения и безысходности, исходящий от Эдгара. Картина, в которой я выглядела лишним, при этом одновременно обязательным компонентом. Влажные звуки спускающихся поцелуев по прессу заставили Номерную испариться в тумане.

Ощутив расслабление в области затылка и спины, я резко встала, отвернувшись от пустого взгляда Лидера Тьмы. Он в свою очередь всё так же тихо расслаблял галстук на оголенном прессе, накидывая разорванную рубашку. Гробовую тишину разрушил мужчина.

– Я благодарю тебя, Селена.

Мускул возле щеки слегка дрогнул, но я не показала эмоцию удивления.

– Редко тебе говорю, насколько ты ценна для меня. Хочу, чтобы ты знала это, – бархатный голос прошёлся с еле заметным эхом, что заставило развернуться к Тёмному силуэту хрустальных глаз.

– Знаю.

Еле заметная улыбка развеяла нелепую ситуацию.

– И зачем ты устроил это шоу? Номерная была явно не в восторге. Меня напрягает, что о ней я слышу слишком часто.

Испытывающий взгляд остановился на лице мужчины, по которому было видно, что он не собирается ничего скрывать. Тёмный пожал плечами.

– Чтобы она сдалась, разве не ясно?! – он не прорычал, не вспыхнул яростью. Болезненная ухмылка коснулась щеки Двэйна.

– Значит я была права, – томная пауза, кричащая о размышлении двух сторон. – Допустим, она сдалась. Но сдашься ли ты?

Я вскинула голову, отчего мой подбородок едва касался уровня шеи Эдгара, на котором по-прежнему виднелись два алых пятна. Встретив взгляд прозрачных глаз, говоривших за хозяина, я издала звонкую ухмылку.

– В таком случае, я заинтересована. Что привлекло тебя в обычной Номерной? Не лги. Знаю же, что ты даже бы не посмотрел на неё, если бы не какое-нибудь обстоятельство!

У Эдгара вырвался обреченный вздох, переводящий голос в более хриплый тон.

– Я её убил.

Ряд белоснежных зубов открылся оглушённым смехом. Эд тёр переносицу, издавая тяжелые вдохи. Я продолжала стоять, не выражая ни одну эмоцию. Я впитывала информацию, не имея ни малейшего интереса, одновременно поражаясь судьбе.

– Одно из заданий отца, к которому я отнёсся так же, как и ко всем. Обыденно и жестоко. Однако она попала в Измерение и прошла отбор. Когда я пересекся с ней взглядом в собственном клубе, меня обуяло неизвестное до этого времени чувство. Чувство вины и нескончаемого интереса. Думаешь, я бы стал звать обычную Номерную на второй этаж для игры, если бы не обстоятельства?!

Хриплый смешок. В моём взгляде отразилось понимание. Тёмный вновь раскрыл губы в хриплом вдохе.

– Я физически не мог оттолкнуть её. Она вечно встречалась на моем пути. Ненависть и интерес – худшее сочетание в моей ситуации, особенно, если это взаимно. Сейчас я чувствую то, что не должен поступать так. Это худший кошмар по сравнению с виною!

Я пересеклась с багровым взглядом, налитым кровью. Эдгар не собирался униматься.

– Ревность!

Дёрнулась в нервном порыве, выгнув бровь. Двэйн уже не смотрел на меня, устремляя свой взор на руки, словно ища поддержку.

– Я отталкиваю её. Но сам же делаю шаг. Это циклично… – ярость воспламенилась в высоком теле. – Я не могу думать хладнокровно, Селена!

Грозное эхо повисло в гробовой тишине.

Мы смотрели друг на друга в течении нескольких минут не моргая. Тишину вновь прервал дрожащий голос Эдгара Двэйна.

– Произнеси хоть что-то… – тон повелителя вновь разразился, моим ответом было немое молчание и невольное изучение состояния друга.

Быть может, минута. Может, десять. Я не знаю, сколько стою и всматриваюсь в знакомые острые черты друга, одновременно чужие. По спине бежит лёд страха.

– Я не могу тебе дать совет. Я не была поглощена слабостью.

От моего сухого ответа вены на лице Эдгара продолжали вздуваться.

– Контролируй себя! – рявкнула я. Мой хриплый от жажды голос выкрикнул, как тон отца из семилетнего прошлого. – Если ты что-то чувствуешь к этой Номерной, попробуй понять, как это вылечить, а не беги от проблем. Сам сказал, что это циклично. Не вижу смысла терять время.

Взгляд Эдгара принял естественное понимание.

– Может, потратишь свою энергию в нужное русло? – нарочито ласково произнесла я, напоминая причину своего появления в Книгохранилище Эдгара Двэйна.

Слегка усмехнулась, замечая оживленный взгляд.

– У нас две проблемы… – прозвучал привычный голос мужчины. Лидера Тьмы, а не пугающегося мальчика. – Вальтер, который так не проявился, несмотря на церемонию освобождения. И тайна твоего рода, который как-то граничит с моим. Неизвестность может привести к последствиям.

Эдгар посмотрел на меня алыми глазами, пылающими в интересе.

– Которые мы решим.

Чёрная мгла, наполненная тишиной и спокойствием. Сон без сновидений. Чёрные и алые оттенки пружинят в подсознании в медленных движениях. Постепенно алых оттенков становилось всё больше, а умиротворение заменилось удушьем. Резкий толчок, порыв воздуха заставил раскрыть глаза. Мысленно я представляла, как жгуты тумана постепенно отдаляются от горла, испытывая меня. Прежняя застывшая комната наполнилась пресным ароматом водного ключа. Ноздри вдохнули этот запах с раздражением, зная обладателя оттенка.

– Отец.

Старательно хладнокровный тон придал встрече фамильярный характер. Я старалась не напоминать реакцию на излишне близкое присутствие Тёмной энергии и скрыть ужасающее волнение от неожиданной встречи.

– Вежливость, хладнокровие и тактичность в одном лице…

Из тёмного угла вышла высокая фигура, не отличающаяся от последнего детского воспоминания.

– Этими пылкими словами можно описать всю твою сущность,

Тёмный едко улыбнулся, я не оторвала внимания от поднимающихся уголков губ на щетинистой коже, совершенно не имеющих ничего общего с эмоциями.

– Какая цель твоего появления спустя два века? – резко ответила я, подчеркнув раздражение и безразличие, только и всего.

В глаза бросилась реальность, которая не могла исчезнуть даже под действием надежды на встречу, которую вечно испытывала.

– Прямолинейность…

Впрочем, ждала я этой встречи лишь для того, чтобы доказать, что её достойна. Мужчина по-прежнему смотрел на мой силуэт безучастно. Я нервно поежилась, ожидая его продолжения диалога в гробовой тишине и вязком тумане неловкости и пренебрежения.

– Отныне я Страж Тьмы школьной башни.

Молчание и едва заметный кивок в стороны, выдающий нетерпение и ожидание реакции.

– Я следила за твоими успехами. Ты должен был занять место Конфиданта Третьего Измерения.

Стало тошнотворно от истинного интереса к произнесённому, отчего я выгнула бровь, стараясь изменить тему.

– Значит, ты будешь обучать Лидеров Тьмы, Учитель Роберт Лойд.

В чёрных глазах мужчины, в глазах моего отражения читалась неприкрытая язвительность, относящаяся к собственной персоне.

– Отныне я считаюсь Стражем, не обладающим вторым именем.

Гнетущая тишина. Свирепость, отраженная в облике обеих персон, имеющих одно общее звено – род.

– Не желаю, чтобы каждый знал о моём происхождении, Селена.

Меня передернуло от произношения собственного имени. Два века я не слышала звуки, перетекающие в имя, исходящие из его сжатых губ.

– Как и о том, кто моя дочь, – сухопарая фигура произнесла последнее слово с небрежной грубостью, словно он впервые его произносил. Быть может, так и было.

Послышался резкий удар, думаю, даже в тугом воздухе витал крик, исходящий из моего подсознания в то время, как сознание выражало невозмутимость и хладнокровие. Несмотря на внешнюю оболочку сдержанности, мужчина почувствовал мою раздражительность. Пытаясь подавить хитрую ухмылку, он удвоил это чувство.

– Даже не хочешь поинтересоваться, что меня привело к такому масштабу событий?

Укол заинтересованности защемил бездействующее сердце. Оно не бьётся с семи лет. Я уже не помню этого живого стука, ощущая вечный холод.

– Нет. Я могу лишь позлорадствовать, – язвительное замечание пролетело мимо острых ушей Стража Тьмы Роберта. – И всё же, я бы осведомилась об аспекте картины безысходности в целом…

Уголки губ отца предательски поползли вверх.

– Крэдор всё больше превращается в параноика. Не доверяет Конфидантам и Стражам Тьмы, считая их приближёнными Вальтера.

От одного упоминания имени из детской легенды, о которой мне рассказывал отец, я подняла брови. Безусловно, ранее не верила в существование Тени на Земле ни на секунду. Однако… молилась пару раз в ожидании ответов. Отец явно заметил мою реакцию, но лишь протяжно усмехнулся, издавая грубый звук.

– Вальтер более, чем легенда. И поэтому я здесь? – секундное молчание, длившееся вечность. – Я пришёл доказать тебе то, что легенды реальны. Ничто, созданное губами, не является полной ложью. Ты убедишься в этом ценой собственной крови.

Не давая ни малейшего момента на размышления, мужчина, не касаясь меня, завлёк в свой мрак, наделённый невероятной мощью. Мрак и умопомрачительный холод, покрытый страхом, ослепил меня, я предстала перед судьбой, которая была предрешена…

Каменная равнина, невероятно гладкая от многослойности льда, впилась мне в колени, делая их ещё бледнее. Я не чувствовала жжения льда на коже, создавалось впечатление, что это привычная для меня среда, если не обращать внимания на внешнюю оболочку. Руки находились в таком же состоянии. Изучив положение своих обледеневших пепельных локонов, я невольно вздрогнула. Нервное дыхание, струящийся пар изо рта заставили обратить внимание на место, в котором я находилась.

Ледяные глыбы, мрачный холод, омерзительный ветер – три компонента, способные уничтожить моё желание остаться. Спокойно обдумав последний диалог, я подняла голову, осознавая, что на ней расположен капюшон чёрной мантии, накинутой на шёлковую ночную сорочку, которая всё больше отдавала ледяным холодом. От увиденного меня бросило в мимолетный жар. Дерево, которое сложно было назвать таковым, стояло посередине небольшого воздушного острова. Его «листы» из льда были искорёжены в неописуемых формах. Эмоция нескончаемой ярости просачивалась сквозь всё пространство, но эта ярость была мне знакомой. В мимолетную долю секунды было ясно, что держит эту мощь.

Дерево, в котором содержится сила, способная уничтожить всё и вся, но в то же время не способная выйти за свои пределы. Пропуская через себя новый поток Тёмной магии, я встала с окоченевших колен, заметив за спиной еле заметную в столь сильном потоке энергию собственного отца.

Встретившись взором, выдавая свою готовность и полное внимание, я последовала за силуэтом в такой же чёрной мантии, скрывающей без эмоционального выражения лица. Поравнявшись с ледяным сгустком силы, которая достигала меня каждую секунду, я уставилась на мужчину в ожидании повествования. Чёрный капюшон повествовал вкрадчиво, не прерываясь на долгие раздумья, словно проговаривал заученный текст, который передавался каждому существу нашего рода.

– Я не лгал, когда рассказывал легенды, когда тебе было пять лет. С самого детства готовил к правде, которую необходимо принять.

Мимо моих глаз пронеслись воспоминания детства, которые я считала погребёнными. Работа родителей была основана на поддержании равновесия Тёмной стороны. Отец был настолько умён, что имел несколько постов, отличавших его от простых Стражей. Несмотря на точное знание истории и легенд мира, он являлся величайшим открывателем, который создал ряд открытий для улучшения жизни бессмертных. Одно из последних исследований заставило его окончательно изменить стезю работы…

Отец заговорил снова, ослабив магическую силу. Дым на его кистях рук приобрёл форму пальцев, однако за спиной оставался громадный туман предостережения, сотканный из теней.

– Шесть известных Измерений сотворили два брата. Крэдор – Создатель Света. Вальтер – предводитель Тьмы. Каждому существу известно, что Свет не может существовать без Тьмы, соответственно наоборот. Это тонкая наука, уличить грань, с которой совладали несколько столетий. Братья создали ряд существ из мрака и просветов, которые наполнили этот контрастный мир. Легенда гласит, что Вальтер создал первых потомков Лойдов и Двэйнов.

Мои брови поднялись от высказывания. Мне было неизвестно об обладателях второго имени, однако своё имя узнала безотлагательно, что наводило туман недоверия. В отличие от меня, отец говорил об этом с нотой гордости, присущей его характеру.

– Нет точного доказательства, но и не имеется опровержения. Когда братья стали экспериментировать с увеличением силы, они объединились в единое существо, которое создало Небытие для бессмертных. По-другому его называют Седьмым Измерением. То место, где находится твоя мать, – я почувствовала, что ледяной тон смягчился всего на секунду. – Однако мы так же не имеем доказательств.

– Но и не имеем опровержений! – возразила я, вновь почувствовав себя семилетней девочкой, решившей переиграть папочку в игре без правил, но тут же закрыла рот от его терпкого молчания.

– Равновесие рушилось от союза Света и Тьмы. Две ипостаси разрушили механизм, строящийся на столетиях. Для разъединения тела требовалась одна смерть. Думаю, и так ясно, что произошло с Вальтером. Крэдор вытеснил своего брата в ближайший живой объект.

Я провела коготком по ледяному лепестку когда-то цветущего дерева.

– Создатель Света заполучил плоть, имеющуюся у него на данный момент. Вальтер же был заточён на Земле в виде Тёмного безликого тумана. Однако есть сила, которая удерживает его в мире Шести Измерений, не дающая раствориться… – в голосе отца я почувствовала нотки задумчивости, словно он не до конца уверен в собственных словах.

Указывая на цветущее дерево, Лойд задумчиво произнес: «Есть какая-то вещь, которая держит его прежнюю силу. Он не может быть величайшим Тёмным без неё. Каким-то образом это растение связано с Вальтером…»

Мужчина снял капюшон, оголяя свои чёрные глаза, пылающие в важности момента и нервозности.

– Мы поддерживаем его жизнь на протяжении двух веков, Селена. А наши предки поддерживали вечность. Это долг Лойдов и Двэйнов!

Я непроизвольно сделала шаг назад, всматриваясь в обезумевший взгляд.

– Каждое существо, принадлежавшее нашему роду, проходило через этот обет. Как и твоя мать, – лицо перекосило в гримасе улыбки, что было не свойственно Стражу Тьмы. – У тебя нет выхода, – затяжное молчание, прерываемое обжигающим ветром.

– Страж Лойд! – внезапный грубый голос мысленно выхватил меня от нервного обмена взглядами.

На нас надвигались три фигуры в таких же чёрных мантиях. Их лица были закрыты широкими капюшонами, подобно чёрным пятнам. Несмотря на переизбыток сил на периметре, я уловила Тёмные оттенки трёх прибывших персонажей. Каждое существо двигалось размеренно, направляясь к Отцу.

– Как твоё исследование? – тон голоса звучал фамильярно, но не был лишён едва заметного интереса.

– Пожинаю плоды.

Ответ Роберта вышел таким же сдержанным, но фигура посередине явно поняла, о чём идёт речь, звонко усмехнувшись.

Спустя мгновение все три фигуры сняли свои капюшоны, оголив лица.

Мужчина был обладателем чёрных дымящихся волос. В каждом механическом движении чувствовалась стать и сталь, что так завораживало. Возможно, от него магия свободно распространялась на территории всего острова и сглаживала разницу температуры. Стоя на ледяной равнине, я чувствовала, как плавиться и трещит под ногами лёд, а тело попадёт в образовавшееся жерло вулкана.

– Селена, я желаю, чтобы ты знала в лицо уважаемых существ, – голос отца раздался над ухом, оглушая своим рокотом. – Конфидант Тьмы Второго Измерения Итан Двэйн.

Мужчина склонился в таком же механическом поклоне, однако без ноты пренебрежения.

– Ты вырастешь опасной хранительницей Тьмы, зная свои корни, Селена Лойд, – с едкой ухмылкой произнёс Итан, явно делая акцент на моё второе имя.

В ответ я отвесила небольшой поклон.

– Желаю представить тебя своему сыну, – с холодной учтивостью произнёс Конфидант Второго Измерения.

Взор перешёл за спину Конфиданта. Я увидела точную копию Итана Двэйна.

Убранные Чёрные локоны, словно приглаженные к поверхности головы, как у аристократов на Земле. Чёрная мантия, высокий рост. Две пары чёрных глаз соприкоснулись со взаимным пренебрежением и интересом.

– Лидер Тьмы Эдгар Двэйн.

Я чувствовала эту энергию раньше. Вероятно, мы посещали лекции, не замечая друг друга, каждый находился в своём мире апатии. Это я сразу уяснила. Лидер отметил моё присутствие лёгким кивком головы, на что я ответила взаимностью, не разрывая контакта взглядов.

– Мой спутник желает отнять у вас внимание, представившись.

Резко отвела взгляд от Двэйна младшего, встретившись с новой парой багровых глаз. С детства мне были знакомы оттенки энергии, однако этот древний Страж не был пропитан яростью. Его багровые глаза сдерживали сильнейшую мощь. Без малейшего сомнения я определила, что он является самым старшим и сильным объектом на периметре, за исключением дерева.

– Страж Тьмы Реджис Двэйн, – мужчина сделал более почётный глубокий поклон, на что я постаралась ответить таким же. Его пепельные волосы струились по всей чёрной мантии, создавая невероятный контраст. – Позвольте, я сделаю надрез!

Мои брови выгнулись как ядовитые агании в предостережении.

– Страж?

Не успев произнести моё тактичное несогласие, я почувствовала искромётный надрез на своей ладони.

Лёд окружил мою руку, впитывая чёрную, как смоль, кровь. Ледяная кора дерева уничтожала каждую сильную энергию в моём теле, я едва сдерживала силы, чтобы не закричать, пока не осознала, что у меня нет этих сил. Мои зубы стиснулись в ярости. Последним мощным запоминающимся моментом был взгляд обжигающих чёрных глаз Эдгара, обволакивающий в чёрных языках пламени…

Нервный вдох подорвал мой сон со старым воспоминанием. Момент, в котором я навсегда поверила в существование Вальтера и его последователей.

Последователей, в чьё число вхожу я и по сей день.

И как было занимательно выслушивать убеждения от каждого существа, кто считал правильным верить в переписанную историю. Наблюдать за скрытым хаосом со стороны третьего лица, словно в земном театре. Наблюдаешь, интересуешься развитием событий, не знаешь, к чему приведёт. Горячая агония покидала мой лоб, пока уголки губ поднимались в неудержимой ухмылке. Энергия, стоявшего возле шкатулки из Замка Лойдов, чувствовалась на расстоянии двух шагов. Гость подошёл ближе, распространяя злободневный спектр эмоций. Я оглядела мужчину, без тени смущения зная, что он требует.

– Ты была разговорчива во время сна. Не поделишься секретом, на кого хотела накинуть хвост ядовитой агании вместо петли?

Я нервно изогнула губу под насмехающимся взглядом Эдгара Двэйна. Задавать вопрос о количестве времени, проведённом возле моих покоев, не было смысла. Лидер в миг бы заметил смену темы, ещё больше накаляя атмосферу скрытым смехом.

– Реджиса Двэйна!

Наградила пытливого друга едкой улыбкой, замечая его вскинутые от удивления брови.

– Когда страж без позволения полоснул мою руку тростью с острым наконечником, в моих желаниях царили лишь подобные мысли, – объяснила я Тёмному, вновь вздрогнув от раздражения.

Приглушённый смешок на лице Эдгара выглядел привычным.

– Вспомни, как ты пыталась испепелить меня в ярости, вымещая злость на родственнике обидчика.

Моя небольшая комната разразилась таким же приглушённым смехом с нотой самоиронии. На лице начали проступать тёплые тона.

– Не забывай, что пренебрежение было взаимным, Эд!

Я расширила улыбку, обнажив блистающие клыки. Тёмный лишь глубоко выдохнул, закатив и без того полуприкрытые глаза. – Однако мы быстро осознали, что в нас больше сходства. И что в тяжёлые времена будет выгодно держаться вместе.

– Ты тоже не догадывалась, что это перерастёт в настоящую дружбу, верно, Селена? – вкрадчиво поинтересовался Эдгар, не позволяя отвести взгляд своей магией.

Я бы могла разорвать цепь, но… От излишне открытой дискуссии меня кинуло в жар.

Я продолжала смотреть на друга изучающим взглядом. Его волосы отличались от обыденного состояния. Мокрые волоски слегка падали на густые брови. Лениво застегнутая рубашка говорила о явной странности. Смотря в чёрные глаза, я уловила ноты ярости, которые удивительно прекрасно скрывались за маской «полной открытости».

– Ты таинственный.

Моё высказывание изменило выражение лица Тёмного.

Он было отвёл глаза, однако я резко сжала мужскую скулу, возвращая внимание. Почувствовала, что могущественный Лидер Тьмы еле сдерживает негодование от подобного обращения, но знала, что имею преимущество. Окунувшись в Тёмную энергию холодных дверей чувств, которые хранились в запертом состоянии даже для самого Эдгара Двэйна. Ощущая, что он даже не старается выбросить меня из своего сознания, я ловко нашла момент, способный разозлить Лидера.

Перед моими глазами стояли три фигуры. Парень, расщепляющий Свет души. Лайт стоял словно в розовых очках. Девушка, чьё второе имя было для меня так избито за последнее время. В глазах Лодсон читалась и ненависть на себя, и месть. Тёмный, мысленно уничтожающий яростью каждую клетку Светлого существа. Ревность вырвалась наружу с сильнейшим напором и обожгла, словно сгусток лавы, каждую клетку разума, не завороженную этим процессом.

– Довольно!

Грубый крик заставил выйти из скрытого мира существа Тьмы. Я уловила своё взволнованное отражение в багровых глазах Эдгара и приняла более сдержанный вид.

– Последствия твоей постановки. Театр абсурда! – отрезала я, буравя зрачками сухопарую фигуру.

Тяжёлое молчание длилось вечность. Две пары строгих взглядов остановилось в кричащей тишине.

– Нашей. Вечно восхищаюсь предельной однотонности этого термина. Она меня ненавидит, как и тебя!

Тёмный стоял в нелепом молчании, явно жалея о своих словах. Было видно, что он не понимал смысла, сказанного в последней фразе.

– Я даже имени её не запоминала, Эд, – ярость вперемешку с явным переживанием вылилась с избытком. – Мне совершенно плевать на слабую Номерную, которую ты сначала лишил жизни, а затем позволил заинтересовываться собой…

Лишь лишённый восприятия мог не заметить рык, исходящий из груди Лидера при малейшем упоминании о Номерной.

– Меня волнует твоя слабость. Слабость, которая меняет сознание. Что будет, если она станет частью твоей бессмертной жизни?

Тёмный полыхнул по мне взором исполненным интереса, словно всё это время он слышал, но не слушал. Я вновь раскрыла губы в новой порции отрезвляющей заботы.

– Я знаю ответ. Твоего бессмертия не станет, как и твоей жизни. Она заберёт её, не замечая этого. И, таким образом, у вас будет уравнен счёт.

Мою еле сдерживаемую улыбку накрыла ярость Лидера, расщепив её.

– Достаточно откровений! – прорычал Эдгар, томное молчание указывало непоколебимость решения.

Я ласково хмыкнула.

– Итак, куда мы отправимся для поиска ответов?

Я легла на кровать, демонстрируя полную отрешенность от последнего диалога.

– На Землю.

Привычно сдержанный ответ. Я указала жестом на прикрытую мраморную дверь, надевая кожаный тренч модели открытого платья. Взглянув в широкое зеркало, ощутила новую порцию симпатии к собственному обольстительному отражению. Я узнала лицо, глядящее на меня.

Густые пепельные волосы струились до талии широкими локонами. Жидкая помада, нанесённая секунду назад, заметно сменялась с влажного блеска на матовый тон алой крови Светлых и смертных.

У них даже цвет крови одинаковый. Разве это не доказывает их ущербность?

Грубые ресницы вторили редкому такту моргания. Чёрные глаза смотрели сквозь отражение, в глубину их обладательницы. Излишняя худоба, заострённые черты лица символизировали шипы, увенчивающие бутон нежности семилетней девочки. Едва заметное сияние, которое излучают тела бессмертных, тусклее с каждым веком. Я знала всю пустоту и порочность, написанных на этом лице скул, выпирающих от худобы. Кистью руки я сжала плечо, ощутив под кожей тонкую кость, затем посмотрела в ненавистную эмоцию пустоты – моё лицо. Рука, сжимавшая кинжал, ловко прицепила его за кружево к бедру, однако я желала всадить остриё в бездушное сердце, так жаждущее удара. Навязчивая идея последнего века.

Пара минут привели сознание в привычное состояние рассудительности. Пепельная блондинка скрылась из чарующего отражения, поравнявшись с дверью.

За ней стоял Эдгар, храня этикетное отрицание нетерпения при ожидании.

Поравнявшись с ним взглядом, положила руку на крепкое плечо, облаченное в чёрную рубашку, ожидая дальнейших действий. Тьма друга мгновенно окружила меня в броском энергии. Казалось, что разъярённые языки чёрного пламени способны испепелить даже их обладателя в пожаре ненависти.

– Kinder der Dunkelheit. Was willst du? – из-за спины раздался подавляющий тон немецкого языка.

Я не уловила перевод, не полностью переместившись в мир Земных. За моей спиной вновь послышался повторяющаяся реплика, однако теперь я понимала каждую деталь, словно была кровным носителем языка.

– Что желают дети Тьмы?

Развернулась на сто восемьдесят градусов, осознавая, что стояла спиной к неизвестному.

Существо передо мной тронуло нить памяти. Длинные седые волосы, утратившие свой блеск. Блёклые глаза, не потерявшие багровый оттенок. Морщины и почерневшие вены на бледной коже. Под плащом виднелась знакомая трость с наконечником, уверенно сохранившая свою остроту.

– У тебя представляется возможность накинуть петлю из ядовитой агании, Селена.

Ухмылка Эдгара Двэйна, содержавшая в себе неприкрытую дерзость, пронеслась над моим ухом.

– Знал, что моя бессмертная прошлая жизнь настигнет быстрее смерти в новой! – прохрипел вновь знакомый голос уже старика, находившийся напротив. – Но, чтобы таким составом…

– Страж Тьмы Реджис Двэйн, – прервал тираду Эдгар в явном нетерпении. – Какого это, ощущать близость смерти, существуя как человек, но зная подлинную истину? – тон голоса сменился на заговорщический.

– Как фамильярно, Эдгар. Называй меня просто по именам. На Земле это называют именем и фамилией. Как ново для меня было, что существуют и отчества. Как знак благодарности к своему порождению, людишки называют себя именем отца! Так и не осознал смысл носить чужое имя всю жизнь. Видимо, недостаточно пророс человеческими корнями в Землю… – закончив речь, он бросал взгляд багровых глаз то на меня, то на Эдгара.

Мои пальцы невольно сжались в кулак, вспоминая об издержках первой встречи. Реджис это заметил, едко ухмыльнувшись. Его тело постарело… но не ухмылка.

– Вы вдвоём обладаете могущественной силой. Быть может, от вас будет зависеть исход…

– Исход какого события? – твёрдая фраза вышла сама собой, привлекая большое внимание.

Страж Тьмы бросил на меня интригующую улыбку, эту способность к хитрым знакам он явно не утратил в процессе старения на Земле. Именно поэтому существа Тьмы и Света не притягиваются к планете. В ней каждая часть стареет, превращаясь в живую плоть из костей, обтянутых едва заметной пленкой кожи.

– В тебе живет особенная сила. По твоим венам течёт яд! – от рассудительной фразы меня передёрнуло, словно от ледяного дерева из кошмара памяти. – Селена Лойд…

Подбородок дёрнулся в предательском отрицании.

– Вы помните меня? – губы раскрывали каждое слово чётко и равнодушно, но за маской отразилось впечатляющее напряжение.

– Я чувствую тебя. То, что ты Лойд, – старик поднял трость на уровень моей ладони, так же державшейся в кулаке, отчего острые ногти сделали тонкие надрезы в форме полумесяцев. – Эта встреча осталась внутри моей памяти навечно…

На ладони предательски зажгло место пореза. Я продолжила стоять, равнодушно выдерживая ядерную боль.

Тёплый приём.

– Как вы можете чувствовать мой род? Только последователи могут ощущать своих родственников.

Встретившись с багровыми насмешливыми глазами, я процедила монотонные фразы, невзирая на боль. Реджис Двэйн издал звонкую ухмылку, ослабляя хватку.

– За этим вы и пришли, Лидеры Тьмы. Узнать ответы. Однако я отвечу далеко не на все, предоставляя детям возможность разобраться во всем самим… – язвительный тон голоса заставил выкинуть из головы образ тщедушного старика, не способного на молниеносные действия.

Невзирая на ухмылку, я бросила куски пергамента на дряхлый, как кожа бывшего Стража, стол. Пыль взвилась в лёгком урагане.

– Древние знаки, написанные кровью, уверена, вы способны прочесть. Нам нужно содержание писания.

Я бросила на Реджиса острый взгляд, наблюдая за каждым действием человечного Тёмного.

Он потёр один из знаков с явным чувством расстановки, переводя взгляд то на меня, то на Эдгара, который смотрел на всю ситуацию в некотором отрешении. Но даже его брови поползли выше, когда Эд стал свидетелем того, что старик пробует на вкус высохшую кровь.

– И вновь на пути встречаются Лойды!

Истерический смех наполнил узкую каморку. Место крепления тонкого клинка к бедру беспощадно скрутило.

– Я не сомневался! – безумный вопль прекратился в мгновение. Серьезный взгляд Реджиса Двэйна, словно магнит, меня изучал, не отрываясь. – Как поживает мать, Селена?

Его убийственный взор встретился с моим убитым.

Я вспыхнула яркой эмоцией гнева и желанием отомстить за то, в чем старик не виновен. Желала поднести клинок к его дряхлому горлу, хорошенько надавив, чтобы он молился вновь стать бессмертным.

–Ты можешь хоть раз ответить прямо?! – огрызнулась я, пылая лютой ненавистью.

Двэйн древний смерил меня плавным взглядом, но мне не понравилась очередная улыбка.

– Трудно сказать… ой, ну вот, опять я за своё!

Старик рассмеялся в лицо, замечая проступившие фиолетовые пятна на моей бледной коже.

– Не устраивай шоу, Реджис! – возле уха прорычал огрубевший голос Эдгара. Он был размеренный, тем и пугал.

Казалось, что старик даже не заметил едкого перехода из стадии уважения в стадию пренебрежения, совершенно не обратив внимания на Лидера Тьмы. Багровые глаза, теряя свою блеклость, приближались ко мне настораживающими движениями.

– Она погибла в собственной слабости. Не справилась с силой, что была ей дана. Кимберли Лойд разочаровала меня!

От звучания первых иероглифов имени моей матери, лицо пронзила судорога. Нервная дрожь при вдохе раскрыла моё состояние. Расширив глаза, я ощутила непривычное для себя чувство – слабость, проявление которой вечно закапывала в собственном склепе памяти.

В секунду положение изменилось. Я не заметила, как контроль покидает моё тело, руки своевольно схватили старика за горло. Уверена, если бы взглядом можно было убить, он бы попал в Седьмое Измерение с невероятной скоростью. Мои глаза вглядывались в каждую алую клетку зрачков. Дрожь нервно пульсировала в кисти руки, заставляя сжать сильнее, прижав тело к пыльной стене. Я уловила насмешливую улыбку старика, совершенно не чувствовавшего боль.

– Не смей говорить о ней в таком тоне! – шипение слов было похоже на звук ядовитой агании, желающей убить жертву. На секунду я подумала, что лишилась ума, чего не страшилась.

– Селена, – грозный голос из-за спины прозвучал с нотой безразличия. Словно Эдгар беспокоился не о шее и без того умирающего старика.

В ответ послышался такой же истеричный смех. Улыбка Двэйна древнего, покрытая золотыми вставками на белоснежных зубах, расширилась ещё выше в издевательской драме.

– Ничего, путь выпустит гнев за слабость, которую не должна совершить!

Мой взгляд постепенно стал осознанным, но желание сжать руку в кулак не исчезло. Я подняла свой подбородок выше носа старика, переведя взгляд на руку.

Каждая вена правого запястья окрасилась чёрной кровью. Резкий толчок руки от шеи старика сопровождался сильной болью. Часто дыша, я провела изучающим взглядом по кисти руки, пылающей Тёмной магией. Каждая часть кровеносной системы пульсировала в дикой дрожжи, особенно то место, где находился несколько дней назад алый перстень. Палец был наполнен почерневшими участками кожи. Несмотря на дикую дрожь, я чувствовала молниеностный прилив сил, от которого становилось невыносимо. Я развернула голову близко к подпертому к стене Реджису Двэйну, взглянув в его алые глаза с невыносимой яростью. Я видела, как моя энергия подпитывает его иссыхающую натуру.

– Что это значит, чёрт возьми?! – мой крик превратился в хищный вопль, я чувствовала жжение в глазах, но оно моментом прекратилось, как и жжение в руке, когда резкая судорога обхватила мое тело, от чего я чуть не упала на пыльный пол. – Я не получила ответ!

Ярости было достаточно, чтобы испепелить небольшую хижину старика, который с каждой секундой становился моложе. Такая реакция меня совсем не воодушевила.

– Успокоилась, – тон не имел значения вопроса.

Я ничего не ответила, по-прежнему вглядываясь в силуэт напротив. Реджис вновь хитро улыбнулся, поглядывая на мою руку.

– В этом свитке сказано о том, что последователи родительской ветки Лойдов имеют великую силу, с которой большинство не смогут справиться. Видимо, твоя мать передала тебе, так как сама хранила её, отчего и погибла, – прямое изречение древнего вернуло меня в состояние рациональности, я вкрадывалась в каждое слово, следуя примеру Эдгара.

– Это невозможно, – строгий и ровный тон звучал более убедительно, нежели змеиный вопль. – Мать умерла от лекарства против чувств, изготовленных моим отцом.

– Ни в коем случае, – меня перебил огрубевший голос Стража Тьмы Реджиса Двэйна. – Твоя мать не приняла принадлежавшую ей силу, предречённое могущество. Она не обуздала поток энергии ядовитой агании. За что и поплатилась, – выжидающая пауза. Затянувшаяся интрига. – Что касаемо твоего отца… – громкая усмешка, издевательски проступившая на ровном лице мужчины. – Не эликсир являлся убийцей. Он лишь позволил хладнокровно думать для того, чтобы выжить в тисках Тёмной магии. Твой отец создал «Эволюцию спасения» для того, чтобы защитить Кимберли. Только Роберт Лойд просчитал свой план. «Лекарство от чувств» лишь притупляет эмоции. Тёмные души принимают решение остаться в спокойном урагане без эмоций, раздирающих их изнутри. Как сделал Конфидант Света Лодсон.

Моя бровь изогнулась в недоверии. Реджис Двэйн продолжил тираду с задумчивым лицом философа.

– Казалось бы, Светлое существо, но имеет Тёмную душу. Или как твоя мать. До её появления было ясно, что родится хранительница Тьмы, у которой не было выбора. Её род пропитан кровью с ядом. Однако она родилась со Светлым сердцем. Увидев тебя, эмоции, хранившиеся на протяжении нескольких часов по человеческим меркам… – мужчина сделал явное ударение на протяжении времени. – Пойми, Селена, всего несколько часов в капкане маски эликсира убили её душу насмерть, оставив лишь тело, пропитанное могущественной силой.

Осознание бедственности произошедших когда-то событий, словно укололо самым острым клинком. Почувствовав эмоции отца, когда он убивал тело возлюбленной, чтобы спасти семилетнюю дочь, меня передернуло, но я продолжила смотреть в глаза цвета спелого граната, заставляя каждой клеткой впитывать информацию.

– Страж, – вновь спокойное уважение. – Вы произнесли, что кровь Лойдов пропитана ядом. Я жду объяснений!

Реджис Двэйн посмотрел на меня в явном недоумении.

– Не знаете истории собственного замка, Селена! – вновь повествовательный тон без доли вопроса. – Вам известно, что Создатель Тьмы создал потомка Лойдов?

Я медленно кивнула, наблюдая за помолодевшим мужчиной. Страж Тьмы явно возвращался в своё прежнее состояние от моей вспышки энергии.

– То, что ядовитые агании являются символом рода Лойдов, вам о чём-то говорит?

Мимо моих глаз проявились видения при касании с алым перстнем. Статуи ядовитых аганий великого размера.

Мою неопределенность заметил мужчина, обладавшим теперь шикарным блеском по всей длине пепельных волос. Он расширил глаза, словно демонстрируя свою догадливость.

– Если захочешь убить бессмертного, просто подлей в его бокал вина свою кровь. Смесь крови, полной Тёмной магии и яда ядовитой агании в больших дозах даёт мгновенный результат. Если захочешь напугать, хватит одной капли! – вновь обезумевший смех. – Только не для Двэйнов…

Хитрый прищур на моего спутника заставил развернуться, но Эдгар Двэйн сам обошёл меня, встретившись с родственником на расстоянии одного шага.

– Мне начинают докучать твои недомолвки. Я не умею быть тактичным, вспомни это! – рычание заставило прийти в себя.

Страж лишь усмехнулся, так же не страшась своего положения.

– Ты будешь твёрдым Конфидантом Второго Измерения, Эдгар. Возможно, даже лучше нынешнего правителя. Но со мной по-другому не бывает. Я не собираюсь раскрывать его тайны.

Лицо бывшего бессмертного потеряло насмешливость, сменившись на серьезное выражение.

Три фигуры стояли в гробовой тишине, ожидая продолжения дискуссии. Страж Тьмы уловил молчаливый вопрос, витающий в пыльном воздухе. Алые глаза Эдгара прожигали в лице родственника чёрную дыру.

– Разумеется речь о единственном правителе. Создателе Тьмы. Он настигнет, пожирая всё на своём пути к возмездию. Забавно, что в планы Итана входило воскресить древнее существо для того, чтобы убить нынешнего,

Эдгар занёс руку для удара, рыча от злости, но я вовремя втиснулась между разбушевавшимися родственниками, зная о последствиях. Мёртвый Страж бы не смог больше ничего произнести.

– Значит ты видел его? – произнесла фразу с некоторым нетерпением.

Мужчина посмотрел на меня глазами, полными безумия.

– Я помог ему восстановить внешнюю оболочку тела, отдав свои силы! – тон Стража Тьмы излучал гордость. – На самом деле, я и сам мечтал о смерти. Мне предложили взаимовыгодное сотрудничество. Всплеск энергии Лойдов поддержал меня, но это лишь мгновение. Как вы покинете Землю, я покину её вместе с вами, отправившись в Седьмое Измерение!

Вновь сумасшедший смех, наполняющий каждую клетку мозга раздражением.

– Довольно! – озлобленный тон голоса Эдгара не оставил мне выбора подумать, когда его рука схватила меня в чёрных языках пламени.

Ладонь бывшего Стража Тьмы Реджиса Двэйна схватила меня в мертвой хватке. Полуживой голос, напоминающий предсмертный гром, прошипел с явной иронией, проводив пальцем по месту, где располагался алый рубин.

– Готов поспорить, что твоим цветом будет цвет самой Смерти, Селена Лойд, – вкрадчивый шёпот поселил в животе тугой узел.

Я заметила, как кожа на руке старика постепенно рассеивается в смертельный прах, а чёрные языки пламени уносят меня от нераскрытых тайн, погребённых со Стражем в

«Мрачное место».

Так бы прошипел любой Лидер Света.

«Обезумевшая».

Как они бы посчитали, если бы узнали, что я сижу на льду в таком каменном холоде, не используя силы. Но только подумали… Решиться сказать вслух не в их блёклом стержне характера. Лишь избранные существа с первой секунды поняли бы мои намерения. Не использовать энергию, чтобы окоченеть от холода, – всё равно, что стараться быть подобно живой. Пытаться каждое мгновение найти способ почувствовать хотя бы одну эмоцию. Осознавать, что это возможно, при этом не заострять внимание ни на одном событии, даже самом значительном. Моё сердце не сокращается, но я способна чувствовать, чего не происходит.

Словно труп пытается быть живым.

Люди способны радоваться даже погоде, страдать из-за разрыва с человеком, с которым они были вместе от силы две недели, переживать из-за не выведенных до бриллиантового состояния моментов работы или образования, из-за своих неудач или наоборот, радуются своим мимолётным успехам. Они творят собственные эмоции из всего окружающего, но их жизнь ничего не значит. Она закончится. Но разве не в этом смысл их недовекового существования? Чувствовать, переживать, ощущать.

У меня пустота. Эмоции доброты и нежности вызывают презрение, а боль и хладность – наслаждение собой, гордым одиночеством. Но ненадолго. Позже моё сердце, которое не прокачивает чёрную кровь, наполненную ядом агании, умертвится в безразличии.

Оно всегда мёртвое.

Я знаю, что, если бы и мне был отведён человеческий срок, моя рациональность одержала бы вверх. Я бы не смогла радоваться палящему солнцу. Возможно, изредка одаривала бы полуулыбкой грозу, которая если порой и приносит смерть, спасает от жары. Я могла смотреть целую вечность на яркие искры, сопровождающиеся дождём, запах которого насыщен и незабываем. Я бы не сдержала свою стальную бестию, живущую внутри меня, которая готова контактировать с такими же властолюбивыми и сильными людьми. С теми, кто не отпускает глупых шуток, чьё существование пропитано чёрным сарказмом. Те, у кого харизма выглядит дороже шлейфа от пафоса. Кто считается только с собой, не взирая на мнение других персон. Кто никогда не покажет слабодушия, ведь тогда я моментом отвернусь, особенно, если это мужчина. Даже тогда, когда его слабостью буду я.

В общем, я бы не нашла союзников. Жила бы в виде отшельницы, но в полной свободе. Впрочем, в Измерениях моё существование стабильно, лишённое смысла взвешивать возможное. Что о настоящем…

Кажется, моё фырканье услышала вся полярная часть мира. В то время, пока идёт Церемония Посвящения в Лидеры, сижу в излюбленном месте и чувствую себя как обычно. Меня никто не раздражает, я одна. Лишь вьюга шепчет на ухо завораживающую мелодию. Я невольно дотрагиваюсь до клинка, соединённый с моим бедром кожаной тканью.

Мои коготки, покрытые перчатками, задели кольцо, лежавшее на оледеневшем грунте. Его же коснулись зелёные лучи полярного сияния, тускло сверкавшего перед лицом. Мгновение, перстень умело зажал безымянный палец. У меня появилась возможность подробнее разглядеть алый рубин с идеально отполированными гранями. Он имел необъятный спектр силы, которую я чувствовала. Ощущала эту чёрную магию, пропитывающую моё тело, но не насыщающую. Кожаный слой перчатки не позволял соединиться, этого я одновременно опасалась и желала. Это как окунуться в леденящее озеро, в котором каждая клетка обновляется. Ощущение, что можешь задохнуться, будто грудная клетка сжата цепким свинцом, но идёшь наперекор судьбе, пробуя ледяную воду всем жаждущим телом.

Закусив губу, мой слух уловил треск. Клыки раскрылись в немом звуке, я почувствовала, как по мне бежит струя крови, переходя на шею. Чёрная жидкость сливается с благородной мантией Лидера Тьмы. Во рту горький привкус железа. Самое удивительное, что это доставляет наслаждение, мне понравился этот звук. Я почувствовала боль не от омертвевших от холода губ, а от того, что тело содрогается от какой-то царапины. Это своего рода привычка.

Новый ряд хлопьев снега легли на мои серые локоны, не тая. Температура тела была гораздо холоднее снега. Бессмертие сделало своё дело, регенерируя пухлую губу, цвет алой помады которой смешался со струей чёрной крови. Но я даже не обратила на это внимания, всматриваясь в бездонный кратер алого камня.

Казалось, он безграничный, как и сила в нём. Кому она принадлежит? Почему перстень нашла именно я в своих закрытых покоях в Замке Лойдов? Как соединиться с этой силой? А главное, как совладать?

Поток вопросов мучал меня, пока я просто не сорвала с руки кожаный барьер, громко фыркнув, надев кольцо на вторую руку одним резким мимолетным движением.

Всё стихло.

Я ощутила тот самый раскат смертоубийственной молнии, о которой вспоминала минуту назад, на себе. Импульсы, не щадя, обожгли ледяной искрой тело. Словно лавина электронов пронзила мою плоть, заставляя вздрогнуть. Тяжёлые веки резко захлопнулись, словно крышка гроба.

Благородный. Могущественный. Туманный.

Именно так можно назвать Замок Лойдов несколько веков назад. Впрочем, он не потерял своё влияние и по сей день. Высокие башни с острыми углами, сливающиеся в густую Тьму. Нет сомнений, что материя замка состоит из обильной мощи. Широкие выступы, статуи ядовитых аганий – всего этого не существует в настоящее время, однако я верю исключительно своим глазам, смотрящим на улучшенное здание. Какого это, попасть в прошлое?

Благодаря новому перстню.

Мои огненные глаза переключили взор на объект на безымянном пальце с некоторой опаской. Я ощущала могущественную силу, которая разливалась во мне нескончаемым потоком, но кольцо обладало большей и не желало делиться.

Тело резко дёрнулось, ощутив на губе новый поток ядовитой крови, на этот раз исходящей из носа. Я чувствовала, что сосуд переполнен этим потоком, но желала большего.

Левая рука автоматически приподнялась к участку кожи.

Новое вздрагивание. Не от боли, от силы вперемешку со слабостью. От новой волны молнии. Золотая огранка алого камня прошлась по чёрной губе, создавая шипение. Свежая царапина, в центре алого камня осталась капля крови. Моя плоть с треском отлетела в сторону, я провалилась во Тьму.

Последняя мысль явилась мимолетным мгновением.

Оно меня убивает, возрождая вновь.

Новая волна электронов окружила моё тело. Яркий всхлип заставил оледенелое тело восстать из мёртвых. Казалось, что я пролежала без сознания целую вечность, судя по сугробу громоздких хлопьев снега. Полярное сияние коснулось щеки, но это волновало в последнюю очередь. Рука вновь автоматически дотронулась до окровавленного носа для того, чтобы быть уверенной, что это не видение.

Слой застывшего сгустка Лойдов дал ответ быстрее, чем я осознала, что на безымянном пальце нет привычной тяжести. Острый наконечник перстня вместе с рубином исчез в неизвестности. Моё нервное рычание сотрясло ближайшую гору, отчего от неё отпал большой осколок снега с диким грохотом, перекрывающим ругань.

Я с нервозностью одела кожаные перчатки, пролежавшие во льду приличное количество времени, однако от жара, исходящего от пылающего тела, они в момент избавились от слоя инея. Первой искрой желания было уничтожить Замок Лойдов, в котором я распрощалась с таинственным объектом. На смену пришли мысли об определённой жестокости, происходящей от переизбытка сил.

Логика победила чувство возмездия, вспомнив то, что несмотря на разницу во времени, я могу появиться на удручающем месте в настоящем. Мои ресницы накрыли два шара, покрытые мглой. Бессмертие позволяет перемешаться в места так, что даже не требуется вытаскивать из памяти малейшее воспоминание. Телепортация происходит на автоматическом режиме, ведь вековые Лидеры тренируются вечность.

Глаза распахнулись в знакомом месте. Те же острые башни. Тьма. Величие. Разрушенные статуи ядовитых аганий. Отсутствие любой живой души. Ни одного стука бессмертного сердца. Забавно. Несмотря на то, что мой род более не живет в здании, ни одно существо не попыталось присвоить его себе. Быть может, побоялись гнева отца, а может и Тёмных легенд, которые всё более оказываются правдивыми.

Чёрный туман заволок бирюзовые пары над Замком в воронку. Теперь это место открыло свой настоящий лик. Многие могут посчитать, что это жутко, однако я влюблена в атмосферу сумрака, чем наполнено мое прошлое место обитания. Желание зайти внутрь, вдохнув запах античности, обуяло мое беспокойство, но все смятения разрушились прахом, как статуя агании, когда я пересеклась с алым рубином перстня, лежавшем на пыльной равнине.

Расстояние от меня до блистательного кольца составляло несколько сотен метров, которые я не собиралась растягивать. Собрав свою энергию, я ловко подлетела сквозь портал магии к самой точки отсчета. Но вновь остановилась, чуть не вырезавшись в фигуру.

Первым желанием было оттолкнуть высокий силуэт, который был выше меня на целую голову. Аромат приятной горечи врезался в обоняние с мимолетной силой. Плащ из белоснежного атласа развернулся ко мне торсом. Подняв подбородок, я встретилась с белоснежными глазами.

Они сияли ярче, чем звёзды.

Мужчина смотрел на меня без каких-либо проявлений эмоций. Потеряв своё обладание всего на миг, я толкнула плечом существо, вскинув пепельные волосы на его без эмоциональное лицо. Моя рука, заранее в перчатке, потянулась к окровавленному кольцу с медленной скоростью. Словно я опасалась, что вновь попаду в прошлое при Лидере Света.

Как минимум, он был похож по внешним чертам на хранителя Светлой энергии. Пепельные волосы, струящиеся на ледяные глаза. Белоснежное одеяние, от сияния которого меня выворачивало наружу. Насколько фамильярно выглядел этот персонаж.

Но пальцы, не имеющие ни одного барьера защиты, сцепились в мертвой хватке с объектом моих желаний. Мужчина резко отдернул перстень, разглядывая своим хладным взором очертания чёрной крови на алом рубине, даже не обращая на меня внимания. Такое невежество сброда вывело меня из себя, мои глаза вспыхнули пламенем.

– Не советую стоять на моем пути, Светлый!

В ответ мне раздалась басистая ухмылка. Хрустальный взгляд пронизал меня в ответном холоде.

Лидер с зубками, которые легко притупить. Спесь, которую нужно сбить.

Я раскрыла окровавленные губы в новом высказывании, но меня перебил грубый тембр.

– Примите мои извинения, любезная госпожа! – от фальшивой любезности я вскинула бровь, встречаясь со льдом. Неизвестный по-кошачьи лениво улыбнулся. – Разрешите преставиться: Альт.

Он церемонно взмахнул рукой.

– Ваши волосы подобны потоку луны, а глаза – как звезды в ночи, – с напускной вальяжностью растянул он.

– Мне нет дела до твоей персоны. Единственное, что ценно в радиусе тебя, так это перстень, – мой хладнокровный тон разразил собственное самолюбие.

– Лишь забрал свою вещь, Селена Лойд.

Лидер Света издал громкий смешок с нарочитой любезностью, надевая кольцо.

Моё терпение напоминало хрупкое зеркало, которое разобьётся в следующее мгновение, поражая своими осколками вселенную. Не удивляясь тому, что Светлый знает мое имя, так как слухи в Измерениях распространяются быстрее, чем Мэнди произнесёт первый звук, я заострила внимание на кольце, который обрамлял кожу без малейшего участка дополнительной материи.

Лидер стоял неподвижно, напитываясь энергией Тьмы драгоценности. Никто никогда не ошеломлял меня подобным поведением.

Я была сейчас полна яда, словно агания. Возможно, мне это даже нравилось, но я выдержала взгляд наглеца, нарочито подняв голову.

– «Вещь» тебе не принадлежит. Забавно. Кем бы ты желал стать, если бы родился достойным Лидером?!

Мужчина с локонами цвета туманного пепла лишь надменно оценил с головы до ног мою персону.

– Надеюсь, мы найдём общий язык, – спустя минутное молчание вновь выдался грузный тон голоса, от которого бросало в ледяной холод.

– Разумеется. Если ты прикусишь свой!

Я продолжала смотреть на алый рубин. Боролась с желанием отобрать у неизвестного, но не могла.

Белоснежные глаза цвета вспышки грозы словно приказывали стоять неподвижно. Шея вздрогнула, ощутив я в своей голове склизкие когти существа, способного читать мысли, волочить их как вздумается и уничтожать. Когти тумана подцепили плёнку разума, подбираясь, но тут же отстранились резким взмахом. Я умело поставила преграду – сеть чёрных поползней, постепенно преобразовавшихся в плотную стену. Где-то за пределами стены я ощутила удивление и злорадное удовольствие. Между бровями пролегла складка.

– Твои клыки вправду способны перегрызть. До скорой встречи! – он не произнёс «ты свободна», но это читалось между строк.

Неизвестный встретил меня с ласковой ухмылкой лидерства. Я осознала, что это далеко не последняя встреча.

И она будет сопровождаться в борьбе за преобладание вечность.

Создание обаятельнейшим образом улыбнулся и приложил руку к груди, только я видела хищный оскал за улыбкой исключительно губ. Глаза были покрыты пеленой расчёта. Мгновенный туман без лишнего оттенка перенёс существо в неизвестном направлении.

Мои ноги, словно освободившись от пут, подкосились после вспышки удаляющейся энергии. Ужас магии склизких когтей ещё жил во мне, гневно царапая стену.

Было ясно, что Лидер Света обладает мощью, которая держала меня в оцеплении. Вероятно, так подействовало кольцо.

Моё кольцо.

Ярость вырвалась из души с невероятным фейерверком. Я желала уничтожить каждую пепельную прядь волос мужчины. Стереть каждую энергию частицы Света и завладеть ценностью. Не теряя ни секунды, я сконцентрировалась на знакомой энергии кольца. Его мраке. Неведомой силе.

– Проклятье! – шипение напоминало звук агании.

Сколько бы я не пыталась переместиться в сторону силы, она была слишком могущественна. Она владела каждым миллиметром Шести Измерений.

Глухой крик, наполняющий Первое Измерение. Невиданная ярость. Капля яда, стекающая по шее, моментом впитывается в разгоряченную плоть. Шипение и пламя. Тьма, которая способна стереть каждого, даже не оставив пепла.

– ДА НАЧНЁТСЯ ВОЙНА!

Едкая улыбка, ядовитый смех. Но его не сравнить с легким оттенком, нет. Это самый презрительный и многообещающий остервенелый ураган эмоций. Каждое существо взлетело в пламени моей ярости. Я наслаждалась жестокостью, мечтая уничтожить каждого.

Необъятная горечь, сжигающая плоть. Безумные глаза раскрылись в тот миг, когда я почувствовала запах гари. Вибрация насыщала мои покои в дребезгах. Истошный крик от ожесточающейся боли в правой руке.

Ладонь горела в неистовом пожаре, который властвовал над ядовитыми судорогами. Резким толчком я встала с шёлковой пелены кровати, ошеломившись «эстетичным» видом. Возможно, земной абстракционист оценил бы сию композицию, но так как я придерживаюсь к стороне земных перфекционистов, моя верхняя губа поднялась в презрении.

Фырканье стало ответом на мысленное «Доброго тебе утра, Селена».

Я прожигала взором уже опламеневшую часть чёрного шёлка. Было видно, что его подпалили. Ещё мгновение, в Измерении начался бы пожар, который произошел последний раз век назад, между прочим, по моей же вине. Однако моё развлечение, то есть тягу к жару, отрезали оледенением всего радиуса огня.

Тогда я поняла, что лёд презентабельнее непостоянного пожара.

Жар руки не унимался, но я уже не чувствовала должной агонии, научившись привыкать к обстоятельствам, нежели жалеть свою гордость. Я лишь скептичным взглядом отца рассматривала кисть левой руки, все больше хмурясь. Каждый капилляр, каждая вена выделялась в чёрных жилках кипятящейся крови. Самым большим местом поражения являлся безымянный палец. Нужно быть обладателем заурядным умом, чтобы не догадаться, что это влияние на действие проклятого кольца Лойдов.

Перед моими глазами пронёсся момент, на котором капля моей крови падает на алый рубин, наполняя его содержание мглой. Я встряхнула головой, отметая воспоминания в сторону.

Уже имела возможность лицезреть подобное влияние силы. Когда вены пульсируют в таком бешеном темпе, что становятся видимыми. Как реакция Эдгара в книгохранилище. Всё тело покрывается чёрными венами, делая обладателя могущественнее. Однако Вены Эдгара Двэйна не обжигают пламенем шелковую постель. И нет ни единой клетки тела, которая не покрыта вздувающимся выделением силы. В то время как открытых частей без выделения сил на моем теле гораздо больше.

Здесь что-то иное, или я так слаба.

При любом исходе мне следует найти странного, но запоминающегося Лидера Света для того, чтобы забрать то, что стало принадлежать мне. Раз он удивил меня своим талантом забирать силу Тьмы из кольца, он может беспристрастно появиться в клубе Эда, демонстрируя свою излишне самонадеянную персону.

Без лишних раздумий, я с осторожностью надела кожаную перчатку до плеча на левую руку на случай, если увеличение вскипающих вен будет расти. На удивление, энергия не обожгла толстую ткань материи из кожи ядовитой агании. Элегантное платье алого цвета идеально вписалось в образ. Помада такого же оттенка обхватывала пышные губы, придавая ноту пикантности, пускай алый цвет и стал привычным для образа Селены Лойд. Длинные кудри пепельных волос трудились по пышным формам. Я смерила себя взглядом неподдельной удовлетворенности. Закрыв глаза, провалилась в излюбленной мгле. Я одарила ей довольную улыбку блестящих клыков.

Элита. Горчинка, без которой невозможно существование Эдгара Двэйна – его клуб. Кажется, все свободное время он проводит именно в нем. Однако, зная его увлечение к увечным книгам и постоянным тренировкам, можно сделать вывод, что пустого времени у Лидера Тьмы не существует. Соответственно в клубе он появляется не так часто. Но, уверяю, он «вложил в него свою дьявольскую душу» – как сказали бы на Земле. Это единственное место, где он имеет возможность избегать надзора Конфиданта Второго Измерения. Итан Двэйн неумолим, когда речь заходит об отставке и передачи поста собственному сыну. По моим расчетам это произойдёт довольно скоро. Быть может, век.

Лишь бы его не заманила иллюзия, напоминающая фальшивые чувства влечения, такие как…

– В моем клубе перебор новообращённых!

Именно об этом и речь. Я инстинктивно появилась на втором этаже, загороженном ото всех. На этот раз меня встречала компания, состоявшая из единственного Лидера Тьмы. Сдвинутые чёрные брови, локоны волос, причёсанные назад, растянутый алый галстук в резком движении. Без способности читать эмоции по энергии была заметна раздражённость, исходящая от Тёмного. В ответ я громко фыркнула.

– Кому как не тебе знать, как накаляется обстановка среди двух сторон на грани войны.

В голове всплыло видение, от которого я проснулась в жаре, испепеляя шёлк. Я вновь почувствовала учащенный жар на правой руке.

– Создатель старается быстрее обратить Номерных в надежде на их благоразумие…

Эд обмахнулся от моей фразы, полной сарказма, с напряжением, после чего перевёл свои хрустальные глаза на мои.

– Вспомни, как мы сдавали свои экзамены. Выжили единицы, – с детской, даже мечтательной улыбкой произнёс Тёмный. Давно я не видела эту маску озорства. Его душу, не обременённую престолом.

В память врезались тяжелые моральные выборы, с которыми не сравниться ни один экзамен Номерных.

– Зато эти единицы достойны звания Лидеров! – добавила я.

Две едкие ухмылки направились друг на друга, встречаясь с изученными чертами. Минутное молчание прервала мысль о том, что я не видела друга с посещения Стража Тьмы Реджиса Двэйна на Земле.

– Как отец? – Эдгар произнёс это с нескрываемой отрешённостью.

От неожиданного вопроса мои чёрные брови поднялись в раздражении.

– Бессмертный облик Учителя Тьмы ему к лицу, – обошлась не глубокими фразами.

Не было желания рассказывать о том, что мы не виделись несколько десятилетий. Казалось, что оба существа избегают друг друга, находясь в одном месте.

– Твой?

Изменить тему было лучшим решением. От одного моего слова у Лидера появилась сильная реакция. Его раздражение переросло в гнев, чем я наслаждалась напитываться.

– Виделись несколько часов назад по земным меркам, – такой сдержанный и натянутый.

Моя рука потянулась к широкому плечу мужчины.

– Эд, – едва мое прикосновение связалось с чёрной рубашкой, тут же отстранившись.

Поток энергии сумел напомнить о том, что я привыкла обладать правой рукой, которая на данный момент была поглощена разрушительной магией кольца. Но лишь мимолётного прикосновения было достаточно.

– «Очередная игрушка»! – Лидер прошипел в меня с невероятной злостью. – Именно так он ответил мне!

В непонимании, я подняла верхнюю губы в явном раздражении, Двэйн осознал, что я не улавливаю суть сего высказывания.

– Мой отец. Именно так он выразился о Номерной.

Алая губа ползла все выше, раскрывая оскалившейся клык.

– Ты рассказал отцу о своих иллюзиях?! – шикнула я, возмущаясь от бездумной попытки.

Я бросила беглый взгляд на руку в перчатке, было ясно, что энергия перстня разрушила маску мужчины. Сам он бы ни за что не открылся настолько громко. Эдгар продолжал пылать, погружаясь в знакомые вены насыщения.

– Иллюзии?! – вероятно, это рычание могли услышать даже люди из зачарованного помещения. – Ты согласна с ним?! – Эдгар весь пылал в Тёмной силе.

Я сумела разглядеть существенные различия между нашими венами. Наполненные яростной силой, чёрные, как смоль, текли с невероятной скоростью. Однако мои состояли словно из Тьмы, туман расщеплял дополнительное вещество – яд агании. Во мне было преимущество, неизведанное по сей момент. А опыт матери не утешителен. Заметив, что я излишне внимательно рассматриваю каждый кульбит потока крови Двэйна, я подняла подбородок, поравнявшись с пылающими глазами.

– Очевидно, я разделяю мнение Конфиданта. По началу меня забавляла эта примитивность. Твой шлейф фальши делится на два начала. Инстинкты и проснувшаяся вина. Но не притяжение. Увлечение, может быть. «Игрушка» – та фраза, которая идеально вписалась в этот эпизод.

Как только я закончила, глаза Тёмного остекленели, а рука застыла в мёртвой хватке на моей шее. От жара меня бросило в невероятное веселье, вновь треск губы.

– Я привела достаточно аргументов? – я рассмеялась. Смех был бархатный, но одновременно хриплый.

– Я перегорел. Это хочешь сказать? – с покорностью, но непомерной злобой прошептал Эдгар.

Кулак сомкнулся до определённого хруста, я все шире улыбнулась, смотря в знакомые пылающие глаза. Он держит меня за горло, а я его – за лёгкую добычу.

– Впечатлись! – подобие смеха. – Вовсе не перегорел. Сейчас я это вижу…

Коготок коснулся острой скулы собеседника.

– Привязался к обычной с земными корнями…

Клыки излучали томную улыбку.

– Таких как она сплошное мировосприятие.

Алые глаза лишь изучали каждую фразу из моих приоткрытых губ. Огненное дыхание от ухмылки коснулось треснувшей губы.

– Лишь она не даёт тебе расслабится. В этом и состоят твои инстинкты…

Яростное дыхание участилось. Коготок левой руки застыл на границы шеи. Мгновение, вместо одного коготка появились пять, креплённые между собой.

Я ловко сжала горло Тёмного, поменяв обстановку. На сей раз жертвой был он. Эдгар, прижатый к стене, даже не сопротивлялся. Жаркое дыхание наполнило элитный этаж.

– Безразлична.

Двэйн так и не освоил основной закон притворства. Когда лжёшь, нужно верить в свою ложь. Прядь чёрных волос спала на мои пепельные, создавая заметный контраст. Контраст чувств. Притяжение и лёд.

– Закапываешь себя в собственной лжи! – прошипела я, однако хватка стала слабеть, но алые рубиновые глаза пылали в прежнем огне.

– Все лгут.

Прядь волос отстранилась от меня в резком движении.

Я наблюдала в тишине как хозяин клуба затягивает алый галстук уверенным рывком. Его пиджак с золотыми манжетами обрамляет мышцы. Нервная прядь волос вновь зачёсана ладонью назад. Чёрные туманные глаза и предложенный локоть говорит о готовности. Без тени стервозности, я приняла приглашающий жест.

Аромат терпкого Бурбона врезался в обоняние в ту секунду, когда я переступила порог первой ступени. Из бортика можно было заметить не поменявшийся интерьер клуба. Музыка из фортепиано доносилась до моих ушей утешительным ливнем. Вновь ступень на спуске. Эдгар излучал явное пренебрежение ко всем собравшимся. Новообращенные были настолько слабы, что их энергия еле различалась. Новая ступень.

Чёрный мрамор, тусклая тёплая подсветка, золотая плита по отдали. Ещё одна. Эд остановил меня, жестом намекая, что далее мы не сойдём. Этого было достаточно для того, чтобы оценить скудную обстановку. Громкие голоса стихли, взгляды новых Лидеров Тьмы переместились на хозяина клуба и его пассию по слухам.

Я не остановилась ни на одном новичке, пока не встретилась с огорченным выражении лица Мэнди. Девушка сидела возле барной стойки, даже взглядом не пройдя по моей персоне. Губа вздулась в некотором раздражении, но тут же осеклась, перейдя на новую жертву.

Янтарные глаза, алая помада на губах, русые кудрявые волосы с медовым оттенком, собранные в неряшливый пучок, чёрное шёлковое платье, невысокий рост. Именно так можно описать внешний вид уже бывшей Номерной Лодсон. Её имя я так не научилась запоминать, видимо, не такая важная информация. Номерная смотрела на мою правую руку в нестерпимой ревности, отчего я одарила ей хитрую ухмылку, желая позлить «новую игрушку».

Забавно, она всегда будет такой пустой или это её имидж?

Девушка отправила мне взаимную ухмылку, растворившись во Тьме. Признаю, она неплохо справляется с перемещением в пространстве. Однако какая сильная личность позволит себе сбегать с отменной вечеринки в честь этой же персоны?

– Меня воротит от этой публики. Никого не зови!

Двэйн пригласил жестом вернуться на второй этаж, еле сдержав свой пыл. Я, в свою очередь, сделала вид, что не заметила перемену настояния мужчины от ухода одной симпатичной Тёмной. Впрочем, я не только на это закрыла глаза. Последнее изречение пролетело мимо моих ушей.

Направила поток энергии на подругу Тёмной. Мэнди продолжала сидеть в скудной позе, всматриваясь в бокал, который вертела в своей руке, кажется, вечность. Мои чёрные лучи заставили её обернуться. Шоколадные глаза были полны тревогой. В ответ на мой еле заметный кивок головы, Лидер Тьмы встала из-за стойки, направляясь к моему силуэту.

– Селена! – игривый голос прозвучал звонче нот фортепиано. – Давно не видела тебя. Развлекалась на земле, говорят? – хищная улыбка.

Такой я помню темноволосую малышку. Но не той, что скрывается за маской ветрености.

Предугадывая дальнейший фамильярный тон, от которого я не узнаю ничего ценного, я коснулась оголенного участка кожи девушки перчаткой, изображая флирт. Судя по вибрации можно было отметить, что моя шалость работает.

– Ронни не пришёл на вечеринку!

Поток информации заставил вспомнить блондина с кудряшками в белом плаще Лидера Света. Я пересекалась с Рональдом пару раз на заданиях по разные стороны баррикад. Из этого можно было сделать вывод, что наши отношения не сложились. Излишне спокойный и слишком язвительная – одни из немалых аргументов, касаемых нашей неприязни. Быть может, из желания сделать этому существу неприятно, я и познакомилась с Мэнди, однако все слишком затянулось….

– Как и Кай.

– Этот парень мне нравился больше.

Слова вырвались сами собой, о чем я не пожалела ни на миг. Ученик Пятого Измерения с чёрными, как уголь, глазами зачастую появлялся в клубе. Он был почётным гостем на втором этаже, собственно, как и его брат.

На удивление, не многие были против Лидера Света в элитном обществе. Возможно, потому что он являлся братом Тёмного. Однако у братьев были различия. Светло-зелёные глаза Рональда не сравнить с тёмной мглой Кая. Веснушки парня олицетворяли его язвительность и колкость. Единственное, что их сближало внешне – бледная кожа и кучерявые пепельно-русые локоны волос.

– Странно, что новообращенный Лидер Тьмы не с тобой. Он бы не пропустил такое событие…

Я провела рукой по талии девушки, направляя на второй этаж. Мэнди поспешно приняла приглашение, наступая на каждую высокую ступень из чёрного мрамора. Приглушенные звуки соприкосновения острого каблука и камня доносились дребезком до моего слуха.

Мой беглый взгляд вновь прошёлся по руке в кожаной перчатке. Сколько опасной силы таило в себе это кольцо? Развернувшись, я прошлась по каждому Лидеру Тьмы, в желании найти Светлого. Как это было бестактно и самонадеянно. Забрать перстень. Мое имущество. И самое непростительное, я позволила. Хлопала ресницами, пока вихрь энергии погружал Светлого в прозрачную Тьму.

Наступлю ему на бледное горло, вырывая камень вместе с сердцем.

– Мэн.

Эдгар был в неком раздражении, что я прослушала его приказ. Но разве этот мужчина указ моему свободолюбию?

– Найди Кая, Эд! – мой тон поравнялся с грубостью Двэйна.

В разуме появилась мысль о надобности разрешения вопроса с рукой. И Эдгар имеет возможность мне помочь. Я не сдержала желания картинно закатить глаза. Сказать лучшему другу о том, что не справилась со Светлым? Он будет мне припоминать это событие до конца моей вечности. А затем, когда меня убьёт скука и я перенесусь в Небытие, Эдгар найдёт меня и там своим ехидным смехом и язвительной фразой. Ну уж нет.

– Мне нет дела до ваших разборок, – грубо и кротко. В духе Двейнов и Лойдов. Но тут есть одна поправка.

– Это Мэнди, Эд! Не смей отказываться от неё в мимолетной просьбе.

Как сентиментально, Селена. Ты же Лойд.

Я осеклась в очередном потоке фраз, когда заметила сосредоточенность Эдгара. Изначально его хрустальные глаза встретились с моими, было заметно его напряжение. По мутному взгляду было понятно, что он смотрит в пустоту, вороша воспоминания с Каем. Его глаза закрылись, то, что меня не порадовало. Лидер Тьмы не смог вытащить какого-то парня на Землю. Не похоже с действительностью, зная могущественную силу Эдгара. С закрытыми глазами, концентрация растет в высоких размерах. На сей раз я чувствовала, как Лидер отыскивает пепельно-русого кудрявого блондина по всем Измерениям. Издав томный выдох, мужчина раскрыл свои багровые от смятения глаза.

– Я не чувствую его энергию, – вновь кроткий ответ.

Тёмный посмотрел на меня озадаченным взглядом, я поняла его догадку. Судя по смешанной реакции брюнетки, она не до конца.

– Он может быть на Земле в другом баре или, быть может, у родителей!

Мы ответили гробовым молчанием. Этот эпитет подходит к фразе более чем. Однако Мэнди не продолжала восхищаться своей парой.

– Всегда удивлялась союзом родителей Рональда и Кая. Как это возможно?! Страж Света и Страж Тьмы в партии! Редко можно встретить союзы двух сторон. Мать – безумная хранительница Тьмы, а отец – благородный обладатель Светлой мощи. Это истинная любовь, которая вдохновляет верить в возможный союз с Ронни. Не находите это невероятным? Тьма и Свет!

– Тьма и Свет взаимосвязаны. Свет умрет без мглы Тьмы, а Тьма погибнет без эмоций Света. Все мы неоднозначны, это и называется равновесием… – мой глухой гул отдалялся от меня, предчувствуя разбитые мечты и Тьму. Уничтоженную Тьму.

Размышления прервал резкий щелчок за спиной. Три Тёмные фигуры развернулись на виновника звука. Резкий поворот, я удивилась.

Знакомый силуэт в обличии элегантного Тёмного плаща. Длинные чёрные локоны, собранные в старомодный хвост, блестели живым благородством. Не каждый многовековой бессмертный мог бы этим быть горд. Однако Страж Эзэлстан имел в этой теме преимущество. Сложное имя, которое мне удалось выговорить через несколько лет. Сложное и древнее. «Благородный камень» в переводе. И имя соответствует существу, стоявшему передо мной.

– Папа!

Если поставить брюнетку и Стража в одну полосу можно моментально уличить их родство. Карие, словно топленный шоколад, глаза становятся неотличимыми. Мэнди бросилась в объятия Тёмного существа. Признаюсь, в эту секунду он не выглядел таким надменным, обрадовавшись встречи с дочерью. Их взаимоотношения можно было одарить белой и самой Тёмной завистью. Мэнди с детства знала, что такое привязанность и поддержка. Чего у меня не было. Однако она поздно познала, что такое ответственность, в чем мы с Эдгаром были мастера.

– Я так скучала! Что ты сделать делаешь?! – звонкий голосок Мэнди наполнился цветением небесной росы.

Меня бросило в нервозную догадку.

– Малышка. Рад видеть тебя в обличии Лидера Тьмы, не сомневался… Однако я по работе.

Мужчина сделал плавное поглаживающее движение по прядям чёрных волос Мэнди, бросая на нас с Эдгаром нервный взор. Эзэлстан знал меня сколько я себя помню, в особенности после смерти мамы. С Эдгаром Страж Смерти встретился на очередном приёме Конфиданта Второго Измерения.

– Решил сказать лично…

Моя верхняя губа изогнулась в предвкушении отрезвляющего. Страж Тьмы Второго Измерения занимался перемещением мёртвых бессмертных в Небытие. Как и Мать Мэнди. Видимо, та не решилась встретить дочь с потрясением.

– Кай не справился с порталом.

Короткая фраза действительно отрезвила. Я сделала шумный выдох, переглядываясь с Эдгаром. Томное молчание.

– Видимо всё бессмертие пролежит в покоях Пятого Измерения! – легкий смех девушки прозвенел хуже похоронного марша.

Мэнди явно не улавливала суть изречения отца из-за волнения.

– Ты не поняла, Мэн…

Тёмный силуэт легко отодвинул дочь для того, чтобы встретится взглядом.

– Те, кто не справляется с порталом, не остаются в живых. Они переходят в…

– … Небытие… – закончила Мэнди, ощутимо вздрогнув.

Поток её силы разбил витражные окна на груды острых осколков. Даже когда брюнетка стояла ко мне спиной, я чувствовала, как её оживленность ломается на обломки.

– Нет. Это не может быть истинной. Он жив, просто дурак. Нет, папа!

Тёмная умоляюще смотрела на отца, словно ожидала, что он скажет, что это детский розыгрыш. Но Страж Эзэлстан хранил молчание, видимо, не зная, что ответить.

– Мэн.

Я уловила взглядом на худом плече Тёмной руку Эдгара, сжимающего тонкую кожу до треска. Его голос дрогнул.

– Прими это, – огрубевший тон голоса Двэйна резал по тишине, пропитанной болью.

Вновь гробовое молчание. Трудно давать какие-либо надежды в такой ситуации. Из неё действительно нет выхода.

– Он не исчез, Мэнди. А перешёл в Небытие. Не самое ужасное событие! – к собственному удивлению, мой голос был так же груб. Хотя я и рассчитывала на ноту сентиментальности.

– Да как вы смеете пускать столько безразличия из своих ртов?! – зашипела брюнетка, она напоминала дикую пантеру, которая вот-вот бросится растерзать.

Мэнди повернулась к нам с такой силой, что послышался треск удара её волос о грудь Стража. Я не могла смотреть на её безжизненный взгляд застывшего шоколада.

– Есть теория, что это возможно. Люди, когда умирают, переходят в Измерения. Такое же может происходить с бессмертными. Душа не может испариться в никуда, я в этом уверена, – старалась делать как можно равномерный тон, не замечая язвительность и ненависть в глазах Мэнди.

– А что же сделал твой ненаглядный папуля? Оседлал теорию, уничтожая свою душу лекарством от чувств?! И где он теперь?! Сколько лет вы не виделись, Селена?! – бессмертная начала плескаться желчью, пронзив меня сильнее кинжала, спрятанного на бедре.

Моя рука зависла в воздухе с желанием дать пощечину брюнетке, которая стала слишком много говорить. Правая рука в перчатке застыла возле бледной кожи щеки. Я сумела контролировать поток гнева, думая о том, что возможно я бы смогла отправить Тёмную вслед за Каем.

– Иди к себе в покои, – выплюнула слова с невероятной выдержкой.

Уловив взгляд раскаяния, я томно выдохнула, убрав руку. Впервые мне хотелось обнять существо, нуждающееся в моей помощи. Маленькую девочку, возраст которой – несколько столетий. Но я лишь подняла подбородок, вновь показав оскал.

– Присоединишься к родителям завтра. Тебе стоит успокоить себя и Рональда, для которого, уверяю, эта новость будет разгромом.

Мэнди резко кивнула на моё сухое изречение, бросив взгляд на отца крайний раз. Её туман мгновенно унёс тонкое тело брюнетки. Я безотрывно смотрела на клубы еле заметного дыма, который стал слабее. Ярость и скорбь – не те энергии, которые подпитывают Мэнди. Она рождена для смеха и радости жизни.

Вновь похоронная тишина.

– Не злись на малышку Мэн. Она вспыльчива. Как и ты, Селена, – шершавый голос обращался ко мне.

Отец Тёмной сделал шаг вперёд, протянув руку. К радости, левую. Было бы забавно наблюдать за тем, как Страж Смерти реагирует на новообретенную силу в моих венах.

– Страж Эзэлстан. Как мое Измерение? – я сделала ударение на собственность, чтобы вывести мужчину из себя. Но сего действия не последовало.

– Политика занимает всё свободное время в эти непростые времена. Впрочем, они были таковыми всегда, – размерянный тон лишь придавал благородство Тёмному.

– Когда планируется восстание армии Вальтера?

В ответ на мой язвительный комментарий послышалось молчание. Было ясно, что Страж не собирался отвечать. Мужчина повернул голову на тридцать градусов, встретившись с новым существом.

– Эдгар Двэйн. Давно вас не видел в Измерении вашего отца! – этот вежливый, но колкий тон.

Узнаю Стража Эзэлстана. Он пытался всем видом выразить то, что Второе Измерение не принадлежит Эдгару.

– Не отказываетесь от теории существования Вальтера? – Эдгар даже не проявил ноту фамильярности.

– Для меня каждая теория является истинной, пока её не опровергнут. Эдгар, вы посетите наши владения? Я бы хотел, чтобы в это тяжелое время с Мэнди была поддержка.

Иногда невозможно понять, искренность это или пустой этикет.

– Поддерживать не моя стихия. Да и вы, Страж, пробыли в политике слишком большое количество времени, не посвящены ни в какие события… – короткая тишина со стороны Тёмного и беглый взгляд глаз цвета граната на мою персону. – Селена была бы счастлива понести эту ношу. Они с Мэнди довольно сблизились за такое короткое время.

Я изогнула бровь, в немом молчании бросая раздражённый взгляд на Лидера. Эд схватил меня в голодное объятие, встречаясь губами с раковиной моего уха.

– Думаешь, мне не известно о твоих вне лекционных занятиях с новообращённой или моей бывшей подругой? – ехидная ухмылка коснулась моей щеки. – Удачного времяпровождения, Селена!

Тёмный так же резко отстранился, обличая меня в насмешливый взгляд.

Он, несомненно, знал, что я готова была придушить его своими острыми коготками, бросая такой же взор. Однако лишь развернулась на девяносто градусов, встречаясь с шоколадными глазами Стража Эзэлстана.

– Это прекрасно. Селена, мой замок в твоём распоряжении!

Я незамедлительно я погрузилась во Тьму Стража Смерти. Эго энергия и вправду была наполнена смертью сотни бессмертных душ.

Два дня.

Два чёртовых дня я нахожусь во владениях семьи Мэнди. Они не считаются старинным родом, поскольку не унаследовали второго имени. Однако семья Тёмных является уважаемой. Нужно обладать стойким эмоциональным духом, быть железно привязанным к Измерениям, чтобы не уйти вслед за мёртвыми бессмертными. С другой стороны, подобную работу считают безрезультатной. Некоторые бессмертные уверены, что Небытия не существует.

Замок напоминает владения Лойдов лишь цветом камня. И то, он более Светлый, что ли. Туман рассеяннее. Если моё поместье можно оценить как завораживающее, мрачное и могущественное здание без единого существа, то в этом замке чувствуется своего рода живность, пускай основные цвета шёлка – чёрный и бардовый. Но они не оттеняют холодом, что я поистине ценю. Замок не настолько величественный и большой, однако я в нём теряюсь. Странные одинокие коридоры, у меня нет провожающих, поскольку Мэнди ещё не вернулась из Четвёртого Измерения. Страж Эзэлстан предлагал продемонстрировать его имение, однако я ссылаюсь на недуг.

Второй день.

Впрочем, так оно и есть. С каждым днём рост чёрных вен удлиняется, насыщая меня смертельной силой. Кровь из носа стала обычным явлением.

– Селена, вы предпочитаете употреблять пищу в одиночестве? – раздался грубоватый голос Тёмного.

Около двадцати минут я молчаливо смотрела на предоставленную тарелку мяса агании.

Укол с намёком на заботу, какой приём.

– Или более желаете быть интересным собеседником? – женский голос.

Мать Мэнди. Более яркая и активная, нежели хранитель мёртвых Эзэлстан. Её характер унаследовала брюнетка, но не внешность. Страж Тьмы Оливия имела пшеничный цвет волос, концы которых скрывала за мантией. Её вкусы были более сдержанные, мне это симпатизировало, однако нрав сочетался с натурой дочери.

– Больше второй вариант, чем первый.

Никакой.

– Однако вы молчите весь приём, вас что-то тревожит? – вновь огрубевший голос Стража Эзэлстана. Наигранная забота, к которой невозможно выразить ни одну претензию.

      Я отвожу взгляд, решаясь сосредоточить внимание на убранстве зала, которое просто потрясает своей живностью красок. Чёрно-красные обои в стиле барокко, двухъярусные чугунные люстры с затейливыми рожками, с которых свисает прозрачные камни, роскошные кресла с красной обивкой и столы со столешницами из черного сукна, занимающие заднюю часть зала. С потолка свисают десятки кристаллов и перламутровых лент, декор которых, уверена, заслуга малышки Мэнди.

Заметив на себе пристальный взор, сказала первое, что может сыграть на чувствах докучающих родителей.

– Я ожидаю Мэнди. Вы запретили мне её вызывать в поместье, ожидая личных шагов дочери. Я в этом месте, чтобы поддержать… подругу, – короткое время на подбор верного слова отяготил. – Однако её персоны здесь не нахожу.

– Такое неуверенное заключение из ваших уст, Селена. Это на вас не похоже. Где вы познакомились с моей дочерью?

Не удивительно, что Эзэлстан работает исключительно с мёртвыми. Кажется, даже они не выносят его докучливости. Уголок губы коварно пополз вверх.

– В моей постели.

Воцарилась мимолётная тишина. Раздался первый звук. Басистый смех, который поддержал звонкий сладкий голос, схожий с Мэнди.

– Бедняжка Светлый, унаследовавший лишь короткую связь! – звонкий голос не унимался, её мать мне нравилась. Она не была «иконой фамильярности», но и не имела скудность.

Я, в свою очередь, помотала головой, так же не обращая внимание на блюдо из существа, чей яд течёт по моим венам.

– Кроткой связью являюсь я. Рональд состоит в длительных отношениях с вашей дочерью, Страж Оливия, – ответила я с нескрываемым самодовольством.

Женщина онемела, вскинув бровь, но ничего не произнесла вслух. Эзэлстан посмотрел на меня с новым изумлением. Я удивилась его набором масок.

– И что же. Вы истинно переживаете за малышку Мэнди? – слишком громкое слово. – Даже если учитывать то, что вы не имеете сердца?

Острый взгляд шоколадных глаз прошёлся по мне изучающим взором. Я была равнодушна, но мысленно заливала свою отравленную кровь в глотку Стражу Смерти.

– Я не имею динамичного сердца. Орган присутствует в моём теле, – так же сухо.

– Прошу прощения, уважаемая Селена Лойд! – сделал акцент на второе имя. – Вы являетесь яркой личностью, вокруг которой вьются великое множество слухов. Я поверил в самый адекватный. Ибо… как ваша кровь циркулирует?

– Это не самое адекватное мнение, – отрезала я спустя длительную паузу после резкого замечания. – Мой ответ никак. Кровь не циркулирует во мне. Я не чувствую биение своего сердца, потому что ритмичных ударов не проявляется с самого детства. Соответственно, уже третий век. Я не ощущаю циркуляцию крови, поскольку она просто стоит в моих венах. Сильнейшая магия поддерживает мою бессмертную жизнедеятельность.

–И что же, вы совсем не питаетесь? – прошипела Оливия, жадно порезав серебренным ножом нежное мясо змеи.

Мать Мэнди многогранная личность, но дружелюбной её не назовёшь.

– Я не нуждаюсь в еде, как и вы. Нет ничего удивительного. Одни бессмертные предпочитают мясо ядовитой агании, другие же находят их живность более манящей, – резко ответила я, наблюдая за реакцией.

Тёмная отложила нож, едва скрыв удержание влажного куска в горле. Я едва заметно улыбнулась натянутыми, как струны, губами и вновь раскрыла их.

– Разумеется, многие бессмертные чувствуют слабость своих сил, в особенности Номерные, поэтому стараются заедать. Однако я могу себе позволить жить века исключительно на Тьме Лойдов, – передразнила Стража дерзким тоном, делая акцент на втором имени рода.

– А что же чувства? У вас есть эмоции?

– На данный момент я чувствую раздражение от вашего допроса.

– Ваш отец утверждал, что наилучшее качество в вас – ваша прямолинейность. Я с ним согласен, – усмехнулся Эзэлстан, вскидывая бровь. – А что с любовью? Счастье, радость?

– Напускные чувства, которые можно контролировать.

– Вы предпочитаете все держать под контролем? Вздор! – со звонким смехом прошипела Оливия.

В ответ ей была продемонстрирована натянутая улыбка алых губ.

– Именно предпочитаю. Вздор – это чувства иллюзии, которая раствориться с первым лучом проблемы. В мои планы не входит поощрять кого-либо этим вздором.

Коготки коснулись бокала белого вина, от которого я умело сделала глоток, встретившись с шоколадным взором. На нём читался уловимый вопрос, Страж интересовался моими обычаями больше, чем мною, но я не жаловалась. Я развернула свой корпус к Эзэлстану, подняв бокал в виде тоста.

– Вместо пищи я предпочитаю напитки.

Страж Смерти отклонился на спинку кресла, сложив руки в замок.

– И каковы же ваши планы, Селена Лойд? – вновь акцент.

– Свергнуть вас с поста, Страж Эзэлстан, – моя ухмылка оказалась звучащей в гробовой тишине.

– Самонадеянно для Лидера.

– Но не для Лойд.

В ответ послышалась такая же звонкая ухмылка.

– В таком случае, вам следует знать основы моей тягостной ноши.

– Нашей, дорогой! – звонкий голос разрушил стену напряжения. – Селена, какие ваши вопросы?

– Как происходит переход из Измерений в Седьмое? В большинстве случаев, бессмертные рассыпаются.

– Наша задача уничтожить тех, кто оставил тело. Так же вести подсчёт умерших и причины. Например, Кай погиб от моей руки. Он не распалился… – мужчина осекся, замолкая.

Однако на меня имя друга Мэнди нисколько не подействовало.

– Как вы уничтожаете эти мёртвые тела? – резкое головокружение, которому я не приняла должного отношения.

– Самый простой способ – разорвать сердце. Тогда существо рассыпаться на несколько тысяч осколков пепла.

– Восхитительно. А вы сами верите в Небытие? Что оно есть, – мой взгляд стал более заинтересованным.

– Я хочу верить в него так же, как и вы, Селена. Мой отец находится там так же, как и ваша мать… – Страж Смерти хищно усмехнулся, смиряя меня взором. – Думаете, я не догадался, к чему вы ведёте? Уверен, Кимберли ещё появиться в ваших глазах. Возможно, скоро.

– Следует расценивать как угрозу, Страж?

– Ни в коем случае! Эти две недели вы проведёте в полной защите моего замка. Вам нечего опасаться.

От восторженного движения взмаха рук Эзэлстана у меня в голове немного прояснилось. Что-то тёплое текло по моей губе и подбородку. Кровь. У меня из носа вновь шла кровь. Новая струя чёрной жидкости предательски потекла по губе.

Следует расценивать.

Влажная струя стекла на подбородок, намереваясь испачкать ткань шёлка.

– Я навещу свои покои. Благодарю за должный ужин.

Равномерно и благородно. Словно я не замечаю чёрную струю, доходящую до подбородка, гордо поднятого. Отвесив поклон двум особам, я встала из-за длинного мраморного стола, наполненного пищей, вглядываясь в каждый Тёмный силуэт. Хозяева заметили мою особенность, но не проронили ни слова, ибо это считается дурным тоном. Я, в свою очередь, направилась в покои размеренным шагом, поскольку перемещаться по средству магией в гостевом владении запрещено. Дурной тон.

Каждый шаг доносился беспощадным звоном каблуков, отчего голова тянулась к мраморному полу, норовя упасть в желаемый мрак. Удары становились всё громче. Струя стекала по руке. Невероятное и непривычное ощущение. Ладонь руки, которая пылала в жаре, прислонилась к ледяной стене, набираясь сил. Горячий в агонии лоб повторил судьбу поджаренной кожи руки. Тишина аромата сырости и благородства. В желании поглотить всю хладность, мой нос слишком сильно приблизился к чёрному мрамору, оставляя такой же чёрный след. Быть может, большинство бы просто упали навзничь на этот манящий ледяной камень…

Скажи мне, что я не смогу. И я это сделаю.

Я отодвинулась от объекта с такой же резкой силой, как впиталась в неё пару секунд назад. Чёрный туман в голове покрыл половину рассудка и зрительного чувства. Плавный шаг переходил на рванный. Подол величавого платья скользил по гладкой местности, пока тугой корсет сдавливал привычный режим. Рука в перчатке горела в собственном пожаре под кожей агании. Новый ритмичный удар по камню, который раздаётся эхом.

Ещё шаг.

Мои покои. Как только переступила порог терпимой комнаты, почувствовала, как в мой нос врезается аромат горьких кофейных зёрен. Я мимолётом вглядываюсь в великолепные витражи, красующиеся в наружной стене, и в затейливую резьбу по камню, украшающую сводчатый потолок. Оттенки, которым я оказываю почтение. Элегантный чёрный с вкраплениями золота. Изящный минимализм, погружающий в чувство желания с первого взгляда. Однако теперь этот взгляд был помутневший. Я не замечала шлейфы чёрного шёлка, струящиеся от кровати, мраморного письменного столика, где ранее лежала стопка пергамента. Мой замутнённый взгляд поглощало зеркало в такой же золотой огранке. Собственное отражение.

Девушка в отражении прекрасна, у нее длинные струящиеся волосы и прихотливо украшенный плащ. Лицо… слишком пронзительно, чтобы его можно было назвать совершенством, и в то же время так великолепно, что иначе его все-таки не назовешь. Высоченные скулы. Острый подбородок. Скользящая, алебастровая кожа. А глаза… они похожи на бездонный обсидиан и, могут видеть все, не показывая ничего. К тому же их обрамляют до неприличия длинные густые ресницы, на кончиках которых остался серый цвет. Пепельные локоны волос, слегка вскруженные на концах, струились по всему силуэта тела до бёдер. Они перетекали в элегантное чёрное платье в пол с вырезом декольте, по бледной коже которого стекала влажная струйка, переходящая из ложбинки грудей на тонкую шею. Чёрные капли не собирались униматься. Мои чёрные глаза смотрели в отражение маской задумчивости, а губы, покрытые алой помадой, которая сливалась с кровью Лойдов, посылали себе уставшую ухмылку. Кончика носа вновь дотронулся аромат, наполненный горечью.

Томное молчание, которое было громче сирены. Моя правая рука, облокотившаяся на ледяную стену, уцепилась в горло чужаку.

– Встреча оказалась скорой.

Басистый смех. Кто-то, говорящий низким рокочущим голосом, произносит эти слова так близко, что я чуть не ударяю по зеркалу, разнося его осколки в щепки. Радует одно, я могу сделать это с чужаком. Вскочив, я почувствовала каждый его вдох и выдох в своей руке. Шея сжималась, как и ладонь в перчатке, пульсируя артерией. Мои зубы стиснулись в озлобленной ярости.

Я поворачиваю направление шеи и вижу мужчину в белоснежном костюме, отчего невольно щуришься. От существа веет чувственным изяществом и такой же чувственной непринуждённостью. Он высок – так же высок, как любой обладатель Светлой энергии, – и так же мускулист. Но на этом их сходство заканчивается, потому что если Светлые существа олицетворяют собой Свет и огонь, то этот соткан из мрака и холода. Что-то в нём меня настораживало. Возможно, его полная неподвижность? Он напоминал каменную статую, окружённую мраком и одиночеством древности. Инстинкт и желание бежать от него со всех ног вскипал в магии вкуса медного сплава.

– Светлый.

– Так много агрессии. Я был иного мнения о твоих чувствах к мальчикам с нимбами! – промурлыкал неизвестный, белоснежные глаза прищурились, словно читая всю мою историю длиною в три века за секунду.

– Мне не нравятся мальчики, – резким рывком сжала горло, демонстрируя власть. – Я предпочитаю мужчин.

– Предпочитаешь… Это по-царски. Королева Тьмы или аганий? Что тебе ближе? – вкрадчивый голос с хрипотой, доносящийся из бежевых губ, небрежность которого вывела меня из равновесия.

В ответ я едко фыркнула, вжимаясь когтями в бледную кожу. Он привалился к стене. Потом наши глаза встретились. Я почувствовала острые когти, впившиеся мне в мозг. Шёпот в голове был несравним с вторжением в личное пространство. Я подпрыгнула, заставив пол подо мной жалобно треснуть. Мои губы раскрылись в желании рявкнуть на неизвестного, но тут же сжались в тонкую линию, замечая, что мне выгоднее потратить время на установку новой стены из черной сети. Однако невидимые когти проникали глубже – в тело, легкие, сердце.

– Ответь, королева, сердце может разбиться, если оно не бьётся? – шёпот, наполненный издёвкой.

Моя верхняя губа поднялась в тон густой брови мужчины.

Мальчика.

Моя кровь безропотно подчинялась когтям всего мгновение. Стена вновь окрепла, а взгляд стал жёстче.

– Я холодна. Ну и что?

Всего секунда помутневшего рассудка, эта слабость так некстати. Я мотаю головой, словно пытаясь вытряхнуть из неё туман. Мои глаза наливаются мраком, я усиливаю начатие, раскрыв губы, оскалив клыки, словно готова оторвать кусок бледной кожи.

– Это не помешает мне вырвать твоё алое сердце одним движением ногтей, – эти слова слетают с моего языка еще до того, как я осознаю, что собираюсь их сказать.

Но я о них не жалею, ведь на лице Светлого отражается потрясение и стирает эту его омерзительную самодовольную ухмылку. Я оскалила клыки, словно хищница, готовившаяся к схватке.

Вновь чёрный туман. Моя голова всё тяжелее.

– Когда ты так шипишь, и вправду напоминаешь своих родственников рептилий, – басистый смех, граничащий с угрозой. Стервец воспользовался одной долью секунды.

В это мгновение я была рывком прижата к ледяному зеркалу. Послышался треск. Грубая рука держала за талию, не давая возможности вдохнуть. Его зубы сжались с такой же угрожающей улыбке белоснежных клыков.

– Быть может, оно не алое… – промурлыкал в интриге бессмертный, я на это лишь фыркнула.

Возможность видеть закрывал чёрный туман слабости и пепельные жёсткие локоны Светлого, грубо брошенные на мой нос. Эти локоны переплетались с моими. Единый холодный оттенок благородства.

Поднимаю руки и нажимаю на его плечи, пытаясь заставить Светлого немного отодвинуться назад, чтобы дать мне больше места. Но это все равно что толкать гранитную стену. Он не сдвигается с места. Во всяком случае, до нового призыва Тёмной из отражения.

– Я в состоянии проверить, мальчик с нимбом, – мой приглушённый ядовитый смех был такой же, как обычно, однако голова теряла вес.

– На данный момент ты не в состоянии даже меня задеть.

Логичный ответ устрашающ, об этом можно догадаться и не имея хрустального шара. Грубый голос, его вторая рука сорвала с треском перчатку, которая была не в состоянии закрыть гнилые вены до предплечья. Я даже не дёрнулась. Не могла. Была в сознании, а одновременно отмечала свою смерть в Небытие.

Скачок, словно меня ударили порывом воздуха, который я жадно глотала. Прилив несомненного наслаждения. Лучше, чем одерживать лидерство в интеллектуальных дискуссиях. Словно оторвалась от тела, которое не чувствовало тяжести. «Адская» легкость. Проклятье, я желаю остаться в этом чувстве навеки!

Распахнула грубые ресницы, встретившись с белоснежным хрусталем глаз. Быть может, они были слегка в сероватом оттенке, однако белые извилины были контрастом чёрному, как мои глаза, зрачку. Я не посмела дёрнуться, поскольку до сих пор чувствовала кайф. Чёрный туман рассеивался. Мне становилось заметно лучше. Я прошлась плавным движением мрачных глаз по силуэту, который до сих беспристрастно прижимал меня ладонью к осколкам стёкла, от которых меня скрывал жёсткий корсет кроя чёрной сетки. Бледная рука выходила из-под белоснежной мантии, такой белоснежной, как клыки Светлого, устремлённые на меня. Строгий нос обдувал ледяным паром. Аромат кофейных зёрен с нотами строгости. Я прошлась по бледной тугой шее, выделяющемуся кадыку, твёрдым плечам, переходящие в грубые руки. Вторая ладонь держала моё запястье правой руки. По рукаву белоснежной ткани контрастом выделялись потоки моей крови. Чёрные капли покрывали рукав с каждой секундой. Я бросила задумчивый взгляд на запястье правой руки.

Капли бесстыдно стекали по прозрачной коже, создавая глубокую лужу мрака. На безымянном пальце бесстыдно располагался алый рубин, наполняющий неслыханной силой, впитывающий мою кровь. Глаза с вызовом бросились на ядовитую ухмылку. Меня явно распирает тяга к насилию, впечатление такое, словно мне отчаянно хочется разорвать кого-то на куски. Я желала исполнить обещанное.

И исполню.

Но позже. Значительно позже для этой ситуации. Ещё не известна цель этой театральной постановки.

– Кровь нужно было спустить. Смертельная энергия убивает тебя. Она переполнена в твоём и без того неживом организме, Селена Лойд, – вновь ударение на второе имя. Должна была привыкнуть.

Он не повышает голос, не делает вообще ничего, что можно было бы расценить как угрозу, но моё тело вздрагивает, ожидая, что сейчас неминуемо последует подвох.

– Ответь мне, какого дьявола ты сильнее?! Светлый не способен даже прикоснуться к моей крови. У тебя все руки в ней! – шипение не обескуражило противника, как и меня. Это напоминало дикой прелюдией перед мертвым сном Лидера.

– Твой изъян в том, что ты не слушаешь других, не имея предпочтения к мнению каждой личности.

Святой мерзавец.

– Не имею привычки верить на слово, тем более противоречивому незнакомцу.

Моя рука ловко вывернулась из плена грубости, проходя коготком по запястью Лидера. Это что же, теперь попытка покушения называется попыткой дать совет?

– Я верю исключительно своим глазам, – рявкнула я, прижав лезвие.

Рванный надрез, ошеломляющий открытием.

Я замерла, не решаясь делать лишнее движение. В моих обсидиановых глазах кипит такой лютый гнев, что я инстинктивно понимаю – я должна поверить им.

– И что твердят твои мрачные глаза? – шёпот, граничащий с ухмылкой.

– Тёмный.

Одно слово, словно приговор, вышло на выдохе скрежетом. С оттенком презрения вытерла пальцы рук в крови, пропитанной копотью, о белоснежную ткань на плече загадки. Я сомкнула брови в единую полосу всего на секунду, понять, нужно ли мне это.

– Признаю, ты не прост. Это будет увлекательной головоломкой на два дня, – вновь басистый смех. – Это оправдывает твоё слияние с моим кольцом.

– С чего ты решила, что оно твоё?

– Оно принадлежит роду Лойдов.

Мои движения стали угрожающе близкими, я желала выдернуть чёрное сердце, прокрутив его в ледяном теле.

Не имеет значения цвет. Лишь результат.

– Селена! Не ожидала, что ты вытерпишь два дня в этом замке! Знала бы, что ты гостишь, вышла из кутилы гораздо быстрее! Я так благодарна! – в комнате раздался звонкий голосок, напоминающий щебетание Земных птиц.

Брюнетка набросилась на меня с невероятной волной позитива, разрушая мои мысли.

– Мэнди?

Натянутая улыбка, взгляд на лужу крови, которую девушка даже не замечала. Я бросила взор на Тёмного в белоснежном плаще, заметив ехидный взор.

Он одурманил её зрение благодаря магии камня. Моего чёртово камня.

– Ох, Страж Света Велиар! Благодарна видеть вас в поместье моей семьи!

Тёмная представила поклон существу, которого секунду назад я была готова прикончить. И с великим наслаждением бы сделала это.

Велиар?! И это он перерисовал.

– Мэнди. Я сочувствую вашей утрате. Как только узнал о нестерпимом уходе вашего друга, немедленно приехал в ваши владения. Ваш отец и ваша мать великодушно предложили мне погостить в замке рода. Я с трепетом надеюсь, что мой Свет не стесняет вас! – с вежливой учтивостью произнесло существо, но лишь я видела оскал внутри.

Улыбка была поистине открытая, у меня прошёл рвотный позыв. Восклицательная интонация… выворачивает. Однако малышка Мэнди лишь вкрадывалась к каждому слову, по истине радуясь Светлому в её понимании.

Какой манипулятор и кукловод с масками. «Сочувствую вашей утрате»! Единственное, чему он сочувствует – алому камню, который не поглотил всю мою кровь. «С трепетом надеюсь, что мой Свет не стесняет вас»! В радиусе Лжестража Света лишь мрак, который я чувствую каждым волоском.

– Нет, что вы, Страж! Я его совершенно не чувствую! – брюнетка осеклась, осознав, что произнесла дурной тон. Однако резко сменила направление мысли. – И как вам в нашем владении? Уже представились с Лидером Тьмы Селеной Лойд? – её хищная улыбка скрывала тонну печали, но она всё делала правильно.

Между нами повисает молчание – тяжелое, опасное, полное скрытых смыслов и напряженное, словно натянутый под цирковым куполом канат. Его с непринуждённой лёгкостью уничтожает «Велиар».

– Прошло довольно миролюбиво, если учитывать тот факт, что ваша подруга желает меня убить.

Меня коснулась тяжелая ухмылка.

– Это естественно. Если учитывать тот факт, что вы ещё живы, можно решить, что вы понравились друг другу! – засмеялась Мэнди. Шоколадные глаза Тёмной покрылись ноткой иронии. – Однако это можно исправить. Мой папуля создал арену для тренировок в замке, если идти по южному крылу. Завтра вы будете способны покалечить друг друга, выпустив пар! – она вновь осеклась, пройдя взглядом по «Стражу Света». – Если это развлечение относится к вашим, разумеется…

Девушка робко поправила выбившийся за ухо чёрный волос с оттенком льда. На столь милосердное предложение «Велиар» наклонился в пояс, тем самым задев белоснежным камзолом мою кровь.

– Несомненно, я был бы не прочь дать вашей подруге несколько уроков, Мэнди.

Тёмный прошёлся по мне взглядом изучающих стеклянных глаз.

– Если Селена Лойд не потеряет свою грациозность пред предложением.

Высокомерный нахал, привыкший к тому, что ему никто никогда не перечит и все всегда делается так, как хочет он.

Я вскинула бровь, раскрыв губы в едком оскале, даже не скрывая его за улыбкой.

– Когда я увижу вас на пороге, уверяю вас, я буду целиться клинком.

– В «алое» сердце! – передразнивающий сарказм.

– В сердце.

– Считаешь, что я буду склоняться пред тобой как перед Создателем?! Дерзкая девчонка! Я никому не позволю относиться ко мне как к слабому звену!

– Однако мне уже позволили.

Я обошла силуэт в бесформенном плаще, вставая за спину.

– Если не сделаешь то, что я желаю, вылетишь в Седьмое Измерение быстрее, чем поднялся по статусу. А четырнадцать лет для Номерного – это довольно быстро, – яростный шёпот. – Щенок должен убить того, кто его приручил…

Мои пальцы поползли к пульсирующей шее.

– Если не сделаешь этого, то уверяю тебя, узришь мою мощь на собственном теле. А моей жестокости хватит на всех.

Вдали послышались звуки, пробирающие до дрожи. Мой приглушённый смех сливался с шипением воедино.

– Слышишь, они уже ползут. У тебя в запасе десять секунд…

Громкое и продолжительное шипение пульсирует в голове.

Истинное проклятье, а не видение.

Чёрные вены распространились на правое плечо, однако должной слабости нет. Я встала с пылающей от энергии постели, бросая взор на зеркало, покрытое осколками. Моё отражение размножилось на каждом отдельном участке. Впрочем, всё оставалось без изменений. Длинные волосы цвета мокрого льда, бледная тонкая кожа, отчего каждый сосуд выделялся оттенком, излишняя худоба, что я приняла в себе и полюбила.

Влюблённый в себя соперников не имеет.

Именно по этой причине я убью «Светлого», недостойного носить в себе Тёмную кровь. Недостойного носить на безымянном пальце алый камень. Он мой.

Резкое движение натяжения упругой перчатки на правую руку. Кожаное боди придало мимолётное наслаждение по каждому участку оголенного тела своим холодом. Брюки, струящиеся по ногам таким же оледенением, были лучшим вариантом для драки на клинках. Алая помада по-прежнему наносилась на пышные губы медового оттенка. Чёрные густые брови сдвинулись в решимости.

Южный коридор всё такой же тихий и длинный. Ритмичные удары капель об хладный пол. Атмосфера мнимого спокойствия. В пустом продолговатом месте на меня смотрели десятки пар глаз. Клянусь, я ощутила, как взгляды сомкнулись на мне с явной расчетливостью и пренебрежением. Остановив взор на очередном предке Мэнди, я убедилась, что фигуры на холсте не двигались. Исключительно мужской род. Исключительно брюнеты. Исключительно чёрные прядки волос, собранные в длинные хвосты. Исключительно шоколадные глаза. Единственные их отличия – носы. У какой-то персоны острый, как клинок в моей руке. Кто-то больше похож на скелет, практически не имея выпуклую часть. Исключительно каждый в кожаных перчатках.       Исключительно.

Глядя на род безымённых, сложно назвать их таковыми. Честно говоря, дикая семейка. Большинство существ считают, что они обладатели смертельного дара, который связан с…

Рука в инстинктивном порыве выбросила рывком острый стальной клинок, который разрезал воздух. Я отпрянула от зоны опасности, сделав выпад кувырком. Рваное шипение перекрыл звук режущегося удара металла. Дикий грохот предшествовал мрачному эху. На выдохе два острых клинка лежали отбросанными по периметру мраморного зала. Мои разъярённые угольные глаза поднялись в обжигающем пламени. Такие же плавные, но угрожающие движения.

Классические ботинки, строгие молочные брюки, белоснежная рубашка, развязно накинутая на плечах. Бледная кожа, белёсые тонкие губы с оттенком сапфира, скривившийся в насмешке. Белоснежные глаза с оттенком серого стекла смотрят в предвкушении. Силуэт Тёмного сидит в высоком кресле в вальяжной позе, словно не ожидая, что я готова удавить его бледный покров на шее самыми изощрёнными методами.

Он целился в сердце.

– Рад, что ты оказалась быстрее. Было бы скудно убить тебя в первую секунду, не дав возможности отыграться, – расчетливый тон, имеющий долю развлечения.

– Оказалась честных правил. Это ты хотел сказать, – приподнятая губа горела в раздражении. – Ты пришёл заранее отмеченного срока.

– Брось, Селена Лойд! Неужели твоя персона способна придерживаться правилам?!

– Критично отношусь к состязаниям и срокам. Ты посетил зал слишком преждевременно.

– Открою тебе ничтожную тайну, Селена Лойд. Я нахожусь в этом холодном окружении с нашей договорённости, – в ответ на мою изогнутую бровь, Тёмный картинно закатил стеклянные глаза. – Посчитал, что ты придёшь решить свой злостный план ещё ночью. Однако по всей видимости ты спала, как по мне бессмысленное занятие.

– Ты не спишь?

– Приручил это свойство организма спустя долгие века слабости. В конце концов тело – лишь сосуд души.

– Я не верю тебе. Быть может, два века. Ты не достоин других лет.

– Мне донельзя безразлично.

На мгновение, всего лишь на мгновение в его глазах вспыхивает бешенство. Неистовое, неподдельное. Но он тут же моргает, и оно сменяется выражением самой что ни на есть заурядной любезности, которая, мне кажется, в сто раз хуже скрытого под нею гнева.

Услышав быстрые шаги, я понимаю причину маски святости.

– Селена! Страж Света Велиар. Вы пришли на состязание, так драматично! Как вам ваши покои? Выбрали самую светлую комнату в замке! – голос Мэнди звучал отрадно.

«Светлый» сделал вид, что поднимает свой клинок, приблизившись ко мне плавным движением.

– Именно по этой причине я желал покончить с тобой раньше. Выступать на публике… – мужчина прорычал последую фразу еле заметно, коснувшись шёпотом лишь моё ухо. Его голос походил на грубый скрежет камня об камень.

– Велиар! Я буду наслаждаться твоими уроками на арене, – скептично и наиграно, но с нотой благородия.

Истинный аристократ —Страж Эзэлстан со старомодной причёской и древними перчатками.

Я по-прежнему смотрела в белоснежные глаза с вызовом, замечая каждое изменение физиономии Тёмного. От нахальной истребляющей ухмылки его лицо искосилось в чарующую улыбку белых клыков, которая всё равно походила на трещину в скале.

– Страж Эзэлстан! Великодушно рад! – кроткая напористость, было желание опустошить желудок, в котором находилось великолепное вино. – Однако сочту долгом спросить у дамы, не передумала ли она.

Тёмный плавно развернул голову, проницая мой силуэт, предвзято подняв чёрную бровь. В ответ я подняла верхнюю губу в алой помаде, оголяя зубы, словно способна зарычать, надвигаясь в сторону отполированной стали.

Истинный лоск – это не знатный шёлк, а идеально отполированный клинок.

Меч Тёмного «Озатис» в нескольких экземплярах. Он шикарен. Лёгкий, как перо, способное порезать на пыль в считанный момент. Одно остриё стоит сотни душ Светлых.

– Клинок с энергией Озатиса, будьте добры! – вновь противоречивый тон не-Светлого.

– Страж Света предпочитает меч, созданный Тёмным?

Моя расчётливая улыбка коснулась выделяющейся скулы.

– Даю дань почитания хозяевам замка, уважаемая Селена Лойд.

Я едва успеваю увернуться, заметив, что густая копна пепельных волос, идеальная линия челюсти мгновенно приближается. Игра началась. Ровная до бриллиантового оттенка осанка, губы Тёмного дёргаются в улыбке, когда он атакует первым. Не желая навредить, скорее проверяя противника. Я с решительностью ухожу от атаки, нанося взаимный удар, который «Озатис» противника успешно отражает.

– Это всё, на что вы способны? – фамильярный, но одновременно насмешливый тон.

«Вы»!

– Это всё, чего вы достойны, многоуважаемый Страж Света! – тихо отсекаю я, когда наши мечи скрестились.

Такая же мрачная улыбка угрозы и невероятного веселья.

Улыбка хищника, оценивающего добычу.

Он отпрянул с такой же лёгкостью, набирая темп. Удары становятся более острыми, выпады ложными, на которые я умело уворачиваюсь.

– Как я глубоко задел твои чувства, даже забавно, – мурлычет мужчина, нанося удар, промахнувшись на один сантиметр от правого бока.

Он не собирается просто попрактиковаться.

– Лишь инстинктивный интерес. Не каждый момент можно встретить Светлого с задатками Тёмной магии. Да ещё того, кто направил мощь кольца Лойдов на уничтожение границ разума хозяев замка, – фыркаю я, делаю подсечку по ногам, он резко уворачивается, усилив выпады.

– Методу дедукции тебе не занимать, Королева Тьмы.

Отвратительное прозвище из сжатых губ.

– С какой целью ты скрываешься под маской Света?! – я отвечаю колющим ударом, перекидывая меч в левую руку.

– Быть может, я он и есть. Какие твои мысли на этот счёт?

Тёмный смело парирует, словно в танце. Мы кружимся вокруг друг друга, выискивая слабые места. Я желаю достать личный тонкий клинок из веса собственного тела, но пепельная копна волос не позволяет этого сделать своей напористостью. У существа грация танцовщицы и безошибочный инстинкт – он всегда знает, каким будет следующий его противника.

– На Земле придуманы сказки о «падших ангелах». Что, если они не далеки от истины?

Словно он тренировался несколько веков без перебоя! Его техника хороша, но я никогда не признаю этого свойства.

– Неплохая техника, Селена Лойд!

Пепельный блондин сделал выпад, протыкая меня обескураживающим признанием. Стеклянные глаза познали слабое место – моя гордость.

– Я…

Мужчина стремительно приближается, нанося удары резче и жестоко.

Я с трудом уворачиваюсь от второго, кружась по всему периметру хладного мрамора. Приближаюсь, стараясь уколоть в само чёртово сердце, но меч «Озатис» проноситься над моей головой, дробя воздух. Я нагибаю колени, когда стальной меч задевает моё бедро, создавая прямую дыру в материале. Резкая боль, не имеющая смертельного исхода. Я едва не спотыкаюсь за чёрную мантию, натянутую на плечи, где бурлят в огне чёрные вены.

Перчатка из кожи агании соприкасается с мрамором, когда я встречаюсь с отполированным клинком у своего горла. От стыда все внутренности скрутило узлом. Я не вижу своего противника, ведь он умело оседлал мою мягкотелую точку, связывая в мертвой хватке запястья. В голову врезается горький аромат кофейных зёрен собственным клинком, который лежит в одном метре от меня.

Я взяла его для сердца «падшего ангела».

Резкий удар пепельными волосами по бледному насмешливому лицу, моя правая рука вырывается из плена горького аромата, встречаясь с клинком. Резкий толчок, нервная дрожь энергии, отдающаяся мне двойной силой. Мужчина приподнимает свой вес, позволяя повернуться к нему лицом, но вновь садиться, захватывая в плен.

Чёрные глаза мечутся в удивлении, когда я нахожу собственный клинок в левой половине грудной клетки Тёмного.

Я проткнула его сердце.

Чёрная кровь сочиться диким сочетанием со смехом не-Светлого.

– Королева, там у меня уже давно ничего нет.

Грубый угрожающий тон голоса, сливающийся со смехом – опасное сочетание. Я смотрю в серебряные глаза, не пытаясь отдалиться. В моём образе сплывает перстень с алым камнем.

Мужчина резким движением вынимает клинок без единого звука губы, но склизкие ощущения остаются на острие. Только его тонкие губы дёргаются в мрачной улыбке. Губы, покрытые синевой, выплескивают чёрную струю, которая мгновенно останавливается, чуть ли не втекая назад в хозяина. Я наблюдаю, как он вытирает каждую сторону клинка плавным движением о свою белоснежную мантию. Его резкий порыв вызвал во мне бурю вопросов, но не страха. Собственный острый клинок, пропитанный ядом агании, находился возле моего горла.

Ледяное остриё коснулось бледной кожи, спускаясь ниже. Я ощутила волну ненависти к себе, но смиренно ждала приговора. Острая сталь прошлась по правой ключице, делая видимый нажим, который я слегка почувствовала.

– Пока все думают, что вы из стали, ты из хрупкого стекла.

Резкий переход на прежний лад обескуражил. Мужчина коснулся запретного – моей вены на правом плече, которая от одного прикосновения пустила струю мрачной крови, отчего я почувствовала прилив сил.

– С гордостью принимаю поражение, – прошипел Тёмный, явно насмехаясь, предлагая руку.

Восторженные крики двух зрителей кинули в раздражение, словно они увидели что-то личное, не касающееся их. Я не приняла предложение, когда выхватила клинок у Тёмного в белоснежной рубашке, которая совершенно потеряла свой цвет. Мэнди и Страж Смерти посчитают, что это моя кровь, но нет.

Струя на перепачканной рубашке, на ткани которой виднеются значительные дыры, принадлежит ему.

Тёмному.

Было более чем забавно наблюдать за мокрыми прядями холодных волос, струившиеся потом на бледном лице. Моя алая помада потеряла своё значение, размазавшись по щеке, когда я зашипела на Стража, пройдя по его щеке губами, отчего на его щетине находилось алое, как наполнение Светлых, пятно.

Я желала откусить ему щеку.

Многогранный и нескончаемый мраморный стол, наполненный напитками и блюдами. Кажется, мясо ядовитой агании почитается в этой семье, или это колкий жест в сторону Лойдов. Аромат запечённой змеи бесподобен, но я никогда не пробовала его на вкус. На этот раз передо мной стоит пустая хрустальная тарелка чисто в виде этикета. Мэнди распорядилась подавать исключительно напитки, за что я её поблагодарила морганием тяжёлых ресниц.

Брюнетка не выглядит излишне разбитой из-за смерти друга. Я забыла имя русого блондина с холодным оттенком волос. Однако помню его небрежные кудри и чёрные, как уголь, глаза. Мне нравилась его язвительная натура, я предпочитала проводить с ним время в спорах. Он был настоящим философом с долей Света, что усердно скрывал.

«– Вот я думаю, ты безумец или глупец? – проворчала я, после очередной выходки Тёмного с русыми кудрями.

В ответ парень привычно широко улыбнулся, ласково и непринуждённо, как всегда.

– У меня достаточно достоинств… – мурчал хранитель Тьмы, стреляя своим глазами цвета омута. Чёрные, поглощающие, наполненные напористостью. Ему было меньше века, но он имел глаза мудрого старика. – Одно и не выделишь!

И петуха.

Раскатистый смех игривого существа наполнил второй этаж клуба.»

Единственный, кто не может существовать без чаровника – его брат. Рональд осмелился не принять приглашение на бал в честь его родственника. Возможно, я его понимаю. На Земле умерших отправляют в гробы, которые гниют в земле в течение нескольких столетий. Этот ритуал сопровождается плачем и молитвами. Родственники, друзья, возлюбленные стараются говорить с мёртвым, с целью того, чтобы вернуть его к жизни, наверное… бред. Землянин уже отдался в плен Измерений, его душа в другом мире. В чём смысл угнетать её в прошлом? В особенности, в гадкой земле, которая разъест тело. Возможно, по этой причине в Измерениях ни в коем случае не провожают погибших. Знают, что существо переместится в другое Измерение, которое является тайной. Погибших либо не замечают, не вспоминая слабых, либо отмечают балы с целью отпраздновать перерождение. Тоже глупая затея.

– Я с нетерпением жду этих сладостных часов в честь Кая!

Точно. Парня с кудрями зовут Кай.

Мэнди выглядела терпимо. Смерть друга её слегка задела, но хищная улыбка не сходила с разгорячённого лица.

– Приглашены Стражи и Конфиданты двух сторон, полагаю, – перевела на себя внимание я, сделав лёгкий кивок в сторону Стража Оливии, убедившись в схожести манер с дочерью.

– Верно, Селена. Вероятно, некоторые не посетят наши владения в связи с обстоятельствами в Измерениях, однако я рассчитываю на большую часть. Самое главное, чтобы нас посетили родители Кая… и брат, разумеется, – мать прошлась по горячему лицу дочери, словно опасаясь затронуть эту тему, но всё равно продолжила. – Я отправила ему пригласительное пергаментом.

Мэнди ничего не произнесла в ответ, забрав прядь волос оттенка тёмного сапфира за ухо.

– Присутствие Конфидантов полезно, вы правы, – перекрыл громкую тишину загадочный гость, который не так давно держал клинок у моего горла.

Его речь была затуманенной, словно он только раскрыл белоснежные глаза опасного хрусталя.

– Вы совершенно не прикоснулись к блюду, Велиар! – раскинув руками, с детской обидой прорычал Страж Эзэлстан.