По волнам воспоминаний
Избранные стихи
Игорь Слепцов

© Игорь Слепцов, 2021

ISBN 978-5-4490-3833-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ОБ АВТОРЕ

Слепцов Игорь Анатольевич живет в Казахстане, в городе Экибастуз. Стихи пишет с детства, пропуская жизненные события через душу. Любит посвящать стихотворные строки хорошим людям. Нередко его стихи становятся песнями. Это его вторая книга.

Биография автора бурная и насыщенная, как и вся наша эпоха. В юные годы он нёс службу на подводной лодке, верность флотской дружбе и любовь к морю сохранил навсегда. Долгие годы посвятил почётному труду шахтёра в городе Экибастуз, влюблён в свой город и его людей. Много лет работает на северной вахте в Красноярском крае на золотодобыче, тайга и тяжелый вахтовый быт тоже нашли отражение в стихах.

Но основная тема творчества Игоря Слепцова – это чувства людей, их внутренний мир. Любовь к женщине и весь спектр эмоций, который она порождает, красной нитью проходят через произведения этого неисправимого романтика.

Почётная трудовая биография автора сочетается с природным весёлым нравом. Солёный флотский и шахтерский юмор, добрая ирония и едкий сарказм в его стихах соседствуют с восторженной лиричностью, поклонение женщине – с серьёзными размышлениями о жизни, жизнерадостность и оптимизм – с легкой грустью пейзажных зарисовок.

Жизнь летит быстро. Приближающийся 55-летний юбилей автора даёт возможность подвести некоторые жизненные итоги и предложить на суд читателя совсем новые стихи и уже известные, написанные много лет назад.

КАК ТЫ ЛЮБИШЬ

Я рябины с мороза тебе принесу,

Знаю я, ты меня не осудишь.

И луны серебро тебе в косы вплету

Красной лентой, какую ты любишь.

Я полжизни такую повсюду искал.

И хотя жизнь мою ты погубишь,

Я приду и коня для тебя приведу

Вороного, какого ты любишь.

Оседлаем коней и стрелой полетим,

С вольным ветром печали забудешь.

Ожерелье с рубинами звёзд подарю.

Будет всё точно так, как ты любишь!

ОСЕННЯЯ ГРУСТЬ

Который день ленивый дождик сыплет

На сопки и притихшую тайгу.

Промок наряд у елей тёмно-синих,

В тумане задремавших, как в снегу.

Им снится шумный и весёлый праздник,

Игрушки и гирлянды на ветвях.

А дождь всё плачет, моросит и дразнит,

Напомнив дом под крики журавля.

Я не сержусь на дождь, он не мешает.

И, не доев столовский винегрет,

Под стук дождя я весточки читаю,

Что издали доносит интернет.

Дом далеко. Родные только снятся.

Скользнёт слеза дождинкой по щеке…

Мне выдержать осталось дней пятнадцать —

И без оглядки в путь к Большой земле.

Ну, а пока работа – как работа.

Не добудиться утром, как сурка.

Какой сегодня день? Среда? Суббота? —

Однообразна жизнь вахтовика.

Проходит всё. И вахта, и разлука.

И год за годом мчатся, как во сне…

Зачем же дождь в окно ленивым стуком

Который день тревожит душу мне?

ЗИМНЕЕ ТАНГО

Я брёл по парку в волшебстве морозном,

На лавку сел, любуясь тишиной.

А снег кружил спокойный, грациозный,

Парк превращая в замок ледяной.

Я закурил и кофе взял стаканчик

В кофейне у замёрзшего пруда.

Мелькнула мысль: давно уже не мальчик,

И что бегут стремительно года…

Поправил шарф, что ты тогда связала.

Хотя шарфы я с детства не носил,

Но этот будто ты заколдовала:

Я столько в нем дорог исколесил!

Подъехал дед на старом «Жигулёнке»,

Под дубом встал и музыку включил.

И обернулись местные девчонки:

Кто, мол, приехал и чего забыл?

А он открыл дверь старого мустанга,

Седой старушке руку предложил,

И бережно под медленное танго

Её под дубом в танце закружил.

СЛАДКИЙ ПЛЕН ТАЙГИ

Опять в плену тайги и сопок дальних.

Где сосны гордые рвут в клочья облака.

Среди озер до синевы хрустальных,

И ты, как звезды в небе, далека.

За переправою другая жизнь и время.

Здесь спешки нет и лишней суеты.

Вся жизнь дорога, а мечты в ней – стремя.

Но все к тебе ведут мои мосты!

Мне грязь месить колесами, ногами.

Уже вода в промокшем сапоге.

Три медвежонка меховыми колобками

Через дорогу укатились по тайге.

И грянет гром! И дождь очистит душу!

И вспышки молний хлынут с высоты!

Плащом своим дождя я стену рушу.

И хоть промок, но рву тебе цветы.

Тайга моя, как много в этом слове!

И я, на вахты жизнь свою дробя,

Благодаря тайге и соснам понял —

Как жизнь люблю… И как люблю тебя!

ПРОЩАЛЬНОЕ ПИСЬМО

Любимая, вот снова мы в походе.

Бурунами покрыт весь океан.

И пьяный шторм корабль не обходит.

И гасит вой сирен седой туман.

Как обнимал тебя, ты помнишь? В клубе,

Где под гармошку танцы до зари.

Цветы тебе, прости, я рвал на клумбе.

И вдаль летели стаей журавли…

Вернусь ли снова? Ты не жди, родная.

Вон Ванька сватался, а мой по морю путь.

И хоть милей мне нет родного края,

Прости мне всё и встречи позабудь.

Сейчас вина в бокал нальют братишки,

Подымем тост за неба синеву.

Наверно, нужные читал я в детстве книжки

Про дом родной и у пруда листву.

Отсек залит водой наполовину.

Моргнул фонарь и стало вмиг темно…

Гони, любимая, свою тоску-кручину.

Ну, а у нас кончается вино,

Шпангоуты устали, треск все громче.

Теперь уж точно, милая, не жди…

Воды капель все яростней и звонче,

А наверху с туманами дожди.

***

Омытые солеными ветрами

Под вой сирен и блики маяков,

Раскинув крылья, гордо над волнами

Летают души павших моряков!

СИНИЙ ДУРМАН

Опять в тайге на дальних рубежах,

Лишь кроны машут мне листвой зелёною.

Не зря душа влечет меня сюда,

Сюда, где сосны задевают небо тёмное.

Здесь утром снежным сопки в серебре.

А мне бы птицей вольною родиться,

Чтобы тебя увидеть в дивном сне.

И до пьяна свободою напиться.

Снежинки – мотыльки замерзшие – кружат,

Как будто сотни чьих-то стылых судеб.

Но от себя, как видно, не сбежать.

И мокрый снег мне душу не остудит.

Я коньяком тушу печаль и грусть.

Шагну, как в пропасть, в синеву тумана.

Рвану тельняшку, что сковала грудь,

Чтобы напиться вольного дурмана.

Д О Р О Г А

«Давай-поехали», – привычно крикну,

И двинет «вахта» в утренний маршрут.

Вершины гор белёсые притихнут.

На лапах сосен снег, как перламутр.

Бежит дорога лентою, петляя,

Как будто заяц путает следы.

Километраж таёжный не считая,

Бежит от сна, в котором снилась ты.

Обычный день вахтовика в Сибири:

Дорог не счесть, что суждено пройти,

Свинцом в ногах усталость, словно гири,

И ветра вой со снегом по пути…

Бушлат сниму, от снега загрубевший,

И разживусь у друга табачком.

И, закурив взатяжку отсыревшим,

Согрею душу кружкой с кипятком…

Наступит ночь, рассыпав звезды в небе,

Разбередит прохладой душу мне.

И, что уснул, пойму, увидев небыль,

Что снова ты пришла ко мне. Во сне.

ПИСЬМО ДИРЕКТОРУ

(в стихотворении использован

авторский стиль автора Маджента (Мелисса)

Глубокоуважаемый директор,

Пишу Вам, больше некому писать!

Наш губернатор в интервью в газете

Сказал, что надо уголь запасать.

И бабка запилила пенсинера:

«Мол, 30 лет разрезу – позвони!»

Такая нудная, едрит ее, холера!

(Зачёркнуто) Мне ближе нет родни!

Живём мы в самой заднице у леса,

(Зачёркнуто) – В колхозе» Урожай»,

В хибаре покосившейся с навесом.

(Зачёркнуто) – Не жизнь, а просто рай!

Хозяйство справное, живём, как все, богато!

Четыре вытрезвителя в селе!

Но вот с углём… (затёрто, было с матом),

Поскольку кочегарка на угле.

Угля не возят с прошлой пятилетки.

В домах не топлено. Какой тут, к черту, секс!

На что смотреть? Все в ватниках соседки!

На вымя Зорькино? (тут перечёркнут текст).

К тому же баня – на угле, парная.

А не топить – так воши заедят!

Опять купаться в проруби до мая?

Так я ж стесняюсь! Бабы-то глядят!

Без бани нам – не до роскошной жизни!

Нам уголь нужен, а не жемчуга!

Вон, с агронома еле грязь отгрызли.

Крутой мужик! Как сталь, его рога!

И без угля соседушка Полина,

Что гонит первоклассный самогон,

Такая б… (зачёркнуто) скотина —

В долг не нальёт стакан, едрён батон!

Хотел писать в Донбасс, но передумал,

(Сломалась ручка, дальше карандаш) —

Сто лет назад просил с Луганска кума.

Он: «Только в долг! Мол, газом мне отдашь.»

Скупили мы в аптеке всё с испуга.

Там уголь активированный есть.

Но чтобы активировать услугу,

Какой-то просят выслать СМСь.

Не думайте, не хочем на халяву!

Но ведь у нас холодная зима.

Простите, что написано коряво…

Аж, слёзы капают! (Оторван край письма.)

В честь юбилея смилуйтесь над нами:

Пришлите три телеги уголька!

Одну, был грех, мы в карты проиграли.

А две – для нас! С лихвой!! Наверняка!!!

***

На 30 лет разрезу к юбилею

Моя спекла с изюмом каравай.

Отправлю интернетом. Так быстрее.

К Вам с уваженьем, дедушка Мазай.

ПИСЬМО

(К Дню Победы)

С мороза поздно вечером в землянку

Вошел усталый ротный почтальон.

Бойцы тотчас забыли про тальянку

И молча подошли со всех сторон.

Всего один бумажный треугольник.

И каждый ждёт с надеждой, вдруг ему.

Большими буквами прилежно школьник

Там вывел адрес: «Бате. На войну».

Здесь, в Сталинграде, дом любой, как крепость,

А за Мамаевым курганом – Русь!

Письмо без адресата – вот нелепость,

Тревожит каждого о доме грусть!

Вслух под обстрелом с миномётным гулом,

Что лед на Волге в месиво изрыл,

Читали строчки. И бойцы угрюмо

Сжимали кулаки, что было сил.

«Теперь по Ладоге везут продукты,

И скоро станет больше наш паёк,

А нам сказал недавно санинструктор,

Что, может, увезут нас на восток.

Что тётке Маше дали похоронку,

А через месяц – сына письмецо.

Она его сложила за иконку

И ждёт, что сын вернётся на крыльцо.

Мне снилась мама, будто бы живая.

Просил её во сне – хоть прикоснись!

Тебя в бреду звала всё, умирая…

Папуля милый! Жду тебя, вернись!»

Прочли бойцы – и поднялись в атаку.

Кому письмо – не важно было им.

За тех детей, что разучились плакать,

За землю, чей народ непобедим.

ВОЗМЕЗДИЕ

Нам до медведей нужно дорасти,

Чтоб праведностью вровень с ними стать,

Не озвереть на жизненном пути

И званье человека не марать.

…Река Вельмо петляет по тайге.

Попасть на прииск этот нелегко,

Десятки верст сплавляясь по реке

В тумане плотном, словно молоко.

Там горы эхо ссорят с тишиной,

Да вороны над сопками кружат.

…Вахтовики в субботний выходной

Нашли в лесу забавных медвежат.

Доверчиво, не видя в людях зла,

Мохнатые резвились, ждали мать.

А мужиков, знать, водка развезла —

Решили мишек плюшевых забрать.

В мешках волчком вертелись за спиной.

Идти мешали, раздражал их рык.

Устав тащить, недрогнувшей рукой

Забили косолапых на шашлык.

…Взломав балок и дверь с петель сорвав,

Медведица «охотников» нашла.

Реванш был краток, честен и кровав:

Когтями – в клочья. Жрать их не смогла.

Остались семьям фото медвежат.

Остались вдовы. И вопрос: «Зачем?»

Ответа нет. Молчит, скорбя, тайга.

И солнце также молча светит всем.

ПО ВОЛНАМ ВОСПОМИНАНИЙ

(в честь Дня ВМФ – всем, причастным к этому празднику)

Мне вспомнился залив и шум прибоя.

В тумане очертанья берегов.

Как в юности, увидел брызги моря,

Суровый свет далёких облаков,

Ту нерпу, что резвилась меж волнами,

Усталый пирс и сходни корабля,

Как, закаленный жгучими ветрами,

На флаг и гюйс держал равненье я.

ИДА-комплект* и сборы по тревоге,

Команды «Пли!» и «На нос дифферент!»

Жаль, раскидали нас пути-дороги,

А рубка лодки нынче – монумент**.

Стоит она у проходной завода,

Пожизненно приписана к посту.

И вспоминает, как и мы, походы,

Не зря же номер лодки на борту.

С тех пор тельняшка – верная подруга,

Сроднился с нею, как с морской волной.

И снова снятся северная вьюга,

Мои друзья, крик чаек и прибой!

* ИДА – индивидуальный дыхательный аппарат.

** В 2001 году рубка лодки Б-452 установлена в виде памятного монумента у судоремонтного завода в г. Вьюжный.

ПРОЩАНИЕ

Зелёные травы погоста

Склонились в привычной печали,

Как водится, нового гостя

Без лишних вопросов встречая.

Заплачет берёзка, листками

Осыпав мою домовину.

Под шёпот: «Он больше не с нами»,

Как все, горсть земли я не кину.

Час пробил. И нас разлучают.

Кто знал, что судьба так подшутит?

Взахлёб свое счастье глотая,

Не думал, что «завтра» не будет.

Слова уже мало, что значат,

И слёз безутешных не надо.

Мне больно смотреть, как ты плачешь,

Сквозь роскошь венкового сада.

Недолог обряд панихиды.

Об крышку земля ударяет.

Ты смотришь… Меня ты не видишь.

Но нет! Не смотри, умоляю…

Закончилась явь так внезапно —

Наотмашь судьба приложила.

И поздним раскаяньем зябнут

Кровавые слёзы калины.

Дорожная

Кручу баранку по тайге косматой.

Дорога – дрянь. Но справлюсь, не впервой.

Седые ели – старые солдаты —

Качают равнодушно головой.

Дорогу снежным пухом укрывает,

Чтоб не скучать, включу себе шансон.

Не громыхают здесь с утра трамваи

И не тревожат твой беспечный сон.

Глаза любимые твои на фото.

Платок, в карман положенный тобой.

Вот если б ты ждала за поворотом,

И мы б пошли гулять по мостовой…

Бальзам на сердце – ровный гул мотора,

При свете фар – снежинок кутерьма.

Я здесь пашу, чтоб с гадом-кредитором

В расчёте быть! Сгори его чалма…

Здесь мир иной. Работа. Север. Воля.

Тайга не стерпит лень или обман.

Но в мыслях ты, а не родимый «Полюс».

Темнеет… Начинается буран…

ТАЁЖНЫЕ БАЙКИ

Присел Мазай к костру, прищурясь хитро:

– У нас в тайге курьёзов пруд пруди.

Вот вы тут толковали за пол-литру.

Я помню, как-то случай был один.

Бригада лесорубов лес валила.

Закончили делянку бить в обед.

И Федьке-трактористу нужно было

Сменить стоянку мужикам чуть свет.

К вагончику подъехал, прицепили.

И тут подходит Мишка-бригадир:

– Будь человеком! Так давно не пили!

Пока доедем, чем тут не трактир?

«Сухой закон», известно. Стал канючить:

– Чтоб век мне жаркой баньки не видать!

Всё обойдется, мы – народ везучий.

Ты разреши в вагончике поддать.

Не можешь петь – не пей сегодня с нами,

И с норками случается песец.

Тебе стакан прибережём с парнями.

Тайга не выдаст – и медведь не съест.

Известно, что народ сибирский крепкий.

Задорно, бесшабашно водку пьют!

С такими можно к бабам и в разведку,

А в караоке как потом поют!

– Ну, мужики, тогда я вас закрою.

Чтоб, так сказать, подальше от греха.

И Фёдор газу дал. Включив вторую,

Конём железным будку стал тягать.

Раз дёрнул… дёрнул два… Вагон ни с места!

Примёрз к просторам вечной мерзлоты.

На всю рванул, как будто в знак протеста —

И потянулись длинные версты.

Порой назад посмотрит для контроля.

В окошке чья-то морда, как свекла!

В разгаре пьянка, видно, все довольны.

Жаль, песен не слыхать из-за стекла…

Довёз нормально. «Как мои гуляки?»

Пошёл вагончик Федька открывать.

А там бригада – лают, как собаки!

«Пи… пи… пи… пи…!» И хором: «Твою мать!»

Когда вагончик дёрнул он всей силой,

То днище ржавое осталось среди мхов.

Тянул пешком бригаду, как дебилов,

По бурелому и поверх пеньков…

Шаг вправо или влево – сразу «вышка»!

Тернистым получился марш-бросок.

– А ящик с водкой? – Оторвалась крышка!

В руках несли, схватив, кто сколько смог!

Мазай допил чаёк вприкуску с мёдом:

– Бывает не до водки мужикам!

И ухмыльнулся собственным невзгодам:

– Вот мне нельзя ж на вахте и ста грамм!

МОЙ КОНЬ

Пусть вольный ветер гривы шелк ласкает.

У иноходца звон из-под копыт

Хрустальным звоном душу завлекает,

Так сердце вдаль стрелой моё летит!

И конь мой верный встанет у обрыва,

Всю жизнь его напрасно торопил…

Пусть ноги жжет колючая крапива,

Я жар разлук, хмелея, часто пил…

Разрежу путы, что меня связали.

– Ну, выручай! Вперед, мой вороной!

Ты весь седой, но живы наши дали!

Лети родной, отчаянно шальной!

Коль жить – так жить! До смерти без упрека!

Любить – чтоб сердце только ей одной!

Помять траву и не заметить срока,

За жизнь платить отчаянной ценой.

А если смерть – то лучше в бравой сече!

Не под седлом, без шпор и без узды…

А я сойду… Я грешен и не вечен.

Хоть старый конь не портит борозды…

Л О Ж Ь

Я врал, когда любимой называл,

Я врал, когда ласкал тебя ночами.

Кривил душой, но в холод укрывал

И путь к постели украшал свечами!

Зачем дарил подарки и цветы,

В саду соседском розы воровал…

Что в целом мире для меня лишь ты,

И это все я тоже нагло врал!

К тебе спешил в грозу и снегопад,

Чтоб охранять тебя от разных бед!

Обманывал и часто невпопад,

Что ты одна – души волшебный свет.

А помнишь, поломала ты каблук?

Тебя в тот день принёс я на руках.

И ложь мою не спрятал сердца стук

И частый пульс в седеющих висках.

Исчезнут звезды в небе поутру,

Ночной закончив в небе карнавал.

Вот и сейчас себе я нагло вру,

Про то, что я тебе, и правда, врал…

ВСТРЕЧА ВО ВТОРНИК

Проведал мать, пусть видит – я такой же!

Ну, здравствуй, милая! Не будем про дела.

Мать, ты не злись, что редко, но живой же!

Ведь ты всегда понять меня могла.

А батя? Нет. Ещё живёт со мною.

Ты не сердись, маманя, он не пьёт.

Мне наплевать, что спорит он порою.

Старик он крепкий, нас переживёт.

Володя, Танька? Блин! Вот это встреча…

И ты, Колян? Давно здесь? Как дела?

Ну, да, спешу немного, хмурит вечер.

Жаль, что моя со мною не пошла.

Траву продёргал, уголки покрасил,

И спохватился: «Вот бегут года.»

Могилу матери цветами всю украсил.

Мать улыбается на фото, как всегда…

БОСОНОГОЕ ДЕТСТВО

Гоняли обруч палкою по кругу

Или в футбол голодными подчас,

Ходили в гости запросто друг к другу…

Счастливей были дети, чем сейчас.

Лапта за домом или «чижик-пыжик»,

Кораблик с парусом весной и «пугачи»,

Медали детские из лимонадных крышек,

На шее крестик на шнурке, ключи.

И огурец на всех с соседской грядки,

Краюха хлеба, сахар, молоко.

Сбегали с дому раньше физзарядки,

С моста ныряли в речку глубоко.

Мы были, правда, счастливы, свободны,

Пекли картошку ночью у костра,

За дам своих сражалась благородно

На проволочных шпагах детвора.

Был Фантомас, и он разбушевался,

В деревне каждой был Анискин свой…

Колхозный сторож Федька так ругался,

Что часто спали в сене за рекой.

Зимою санки, лыжи и «снегурки»,

Немного позже взрослые коньки.

И хоть насквозь сырые шли с прогулки,

В глазах горели счастья огоньки.

Сейчас у каждого компьютер и машина,

Засов стальной и из металла дверь…

И не могу понять я, в чём причина,

Что реже солнцу улыбаемся теперь.

ЗА ВАС, БРАТИШКИ!

Бескозырка чайкой белой промелькнула впереди.

От былых воспоминаний сердце замерло в груди!

Ветерок игривый тихо пробежит по волосам,

Подпевая шуму моря и его глухим басам…

В ковшик юности беспечной годы жизни зачерпну

И протру воспоминаньем на висках всю седину.

Вспомню свой родной корабль, годы службы в глубине!

И друзей, таких надежных, что судьба дарила мне,

То, как гюйс и флаг на мачте гордо реют на просторе.

И налью за вас, братишки! А ещё за тех, кто в море!

КРЕЩЕНИЕ

Не рассказать о том, что происходит,

И как порой болит моя душа.

Как у крыльца лиса ночами бродит.

И спит тайга, проснуться не спеша.

О том, что жалят крепкие морозы,

О том, что боль в суставах и спине.

О том, что вытирал твои я слёзы,

Когда во сне прижалась ты ко мне.

Не показать тебе озёр хрустальных

И синий плен чарующей тайги.

И россыпь звёзд далёких и зеркальных!

И лишь в мечтах – ко мне твои шаги…

Я нагишом нырну с макушкой в прорубь!

И для тебя здоровья я молю!

Пускай летит к тебе мой счастья голубь!

Расскажет пусть, как я тебя люблю!

УТРЕННИЙ ВИРХЬ

Ворвусь, как вихрь, дождливым утром,

И роз букет прижат к груди.

В пути я стал седым и мудрым,

Не брит с дороги – не суди.

Прижму, любя, ещё спросонок,

И утро нас не разлучит!

Капризный, милый мой ребёнок!

Ты слышишь, сердце как стучит?

Дорогой долгою сквозь грозы

Упрямо шёл к тебе одной.

Сквозь ели, сосны и берёзы

К тебе вершил свой путь земной!

Прости, любимка, задержался.

Ну, непутевый я такой…

Держи букет, я так старался…

И твой, родная! Только твой!

ГАДАНИЕ

Сорвал ромашку по дороге на работу.

Остатки сна смыл дождик и туман.

Рябины красной грозди за окошком.

И ширь тайги волнует, как дурман.

По горной тропке вниз иду по камням.

Бурундучка встревожил по пути.

Привет тебе, мохнатый полосатик!

Держи орешек и позволь пройти.

И, на ромашке лепестки срывая,

Спешу увидеть утренний рассвет.

Сейчас дойду и, наконец, узнаю,

Меня родная любит или нет…

Букет нарву ромашек, возвращаясь,

И, подарив тебе, благословлю!

Ты не гадай, прекрасная, не надо!

Сама же видишь: я тебя люблю.

ГЕРАНЬ В ГОРШОЧКЕ

Не прекращался дождь осенний вялый,

Небесный прохудился потолок.

У магазина бабушка стояла,

Плащом прикрывши комнатный цветок.

Платок промокший с розами по краю

Её от непогоды не спасал.

Зачем к ней подошёл, и сам не знаю.

Наверно, взгляд растерянный поймал.

Цветок невзрачный, листья пожелтели,

И трещинки на стареньком горшке.

Герань простая, а не орхидея.

Не густо у бабули в кошельке.

Достал, не глядя, из кармана деньги.

Шёл по делам, откуда в горле ком?

Купил совсем ненужное растенье,

И, развернувшись, прочь. Почти бегом.

Вдогонку старая благодарила:

«Дай Бог тебе… Таблеточек куплю,

Всегда от них полегче деду было.

И суп куриный он хотел, сварю».

Был будний день, дождливый и рутинный.

Казалось бы, что в памяти хранить…

Герань назавтра вспыхнула рубином.

И горечь этой встречи не забыть.

ГИМН КУВАЛДЕ

Словно маятник в мазуте,

Величава и горда.

На цепи висит, болтаясь,

Безотказная всегда!

Губки блеском отливают.

Аргумент, так аргумент!

Все проблемы исчезают

С Машкой милою в момент!

Непорочна и невинна,

Палец в рот ей не клади!

И наотмашь бьёт нещадно,

Лишь программу ей введи!

Вмиг препятствие разрушит,

Лишь умело направляй!

Хоть порою руки сушит,

Ну, так что ж? Не подставляй!

И согреет в лютый холод,

Разомнет радикулит!

Знаю, Машка – лучший доктор,

Если что-то где болит!

Я ее люблю, заразу,

хоть порою и до слез!

С криком что-то там про маму

На руках ласкать унес!

Вахту выдержим с ней вместе!

Зуб последний в том даю!

И любя, и проклиная,

Гимн кувалде я пою!

ГРУСТНОЕ СВИДАНИЕ

Степью добреду, куда мне нужно,

В пояс поклониться до земли.

Помолчу, на миг остановившись,

И замру от горя и любви.

Посижу и вспомню жизнь шальную,

И себе былое не прощу.

Всё прошло, но время чайкой мчится —

У могилы матери грущу…

Не успел для милой столько сделать,

Не успел я многого сказать.

Искупить грехи свои не смог я.

Лишний раз её не смог обнять.

Ты, родная, с фото улыбнешься,

Радуясь, что я к тебе пришёл.

Мама милая, я жив, и всё – как надо…

Только счастья в жизни не нашёл.

***

Ветер в поле травами играет,

И гитары звон звучит вдали.

Клекот журавлиный замирает,

Клином улетая от земли.

Как листочек, с ветки оторвавшись,

Улечу душою с ними вдаль.

Растяну меха своей тальянки

И на миг забуду про печаль.

Запою про тонкую рябину,

Про разлуку, светлые мечты,

До мозолей тиская аккорды,

Про мечту, в которой только ты!

И к березкам припаду щекою,

Грудью шелк волос твоих вдохну.

Украду тебя в хрустальный замок,

И тебе одной зажгу весну…

ЛЕДЯНОЙ ВЕТЕР

Белоснежным облаком счастье упорхнуло,

Душу растревожил ветер ледяной!

Милая, любимая, солнышко родное,

Заблудившись в сумраке, больше не со мной!

Я забуду прошлое, губы и улыбку,

Я забуду родинки и твои глаза,

То, когда ты плакала, осознав ошибку,

И какая горькая у тебя слеза.

Вычеркну из памяти все, что раньше было

И растаю дымкой в травах на лугу!

Все смогу я выдержать, дай мне, Боже, силы!

Только вот счастливым быть больше не смогу!

КАПЛИ ДОЖДЯ

Снова дождик закапал на травы,

Ароматом струится земля.

Под окошком моим, как солдаты,

Все в сережках седых тополя.

Я пройду по широким просторам,

В глубине своих чувств утону,

На ромашке, гадая, узнаю,

Что тебя я уже не верну.

Мне сверчок пропоет серенаду,

Про тебя, про любовь, про весну.

Теплый ветер, целуя, ласкает

Одинокую в поле сосну.

Не заметив бег времени быстрый,

Я наполню грибами корзинку.

И смахну со щеки торопливо

То ли каплю дождя, то ль слезинку…

НИЩЕНКА

У церкви видел нищенку недавно:

С рукой протянутой, в платке простом,

Сутулая, в морщинах, взгляд нежадный —

И вся светилась изнутри добром.

Натруженные руки чуть дрожали.

Прохлада ли была тому виной?

Два костыля у ног её лежали

В церковный праздник Троицы Святой.

На кофте аккуратная заплатка,

Застиранная юбка до колен.

Почудилась в ней сила и загадка:

Она не хочет в жизни перемен.

Крестилась и молитвы всё шептала,

Искала силу в праведных словах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.