# Остап

Стас Колокольников

Сюрреализм ранних рассказов Стаса Колокольникова убедителен. Каждый рассказ - ответ на вопрос: насколько реален окружающий нас мир?

## Остап

− Я взбешён! – закричал Остап, обнаружив в постели у жены курчавого молодца.

− Это не любовник, – грустно сказала жена. – Это так себе.

− Жаль, – сразу остыл Остап.

− Да уж, жаль, – согласилась жена.

− А чего он тут? – поинтересовался Остап, указывая на курчавого.

− Так. Пришёл, – пожала плечами жена. − Все приходят.

− А-а-а-а, – понимающе протянул Остап.

Он немного помолчал.

− Ты чего пришёл-то? – обратился Остап к курчавому молодцу, уютно, по-домашнему, кутавшемуся в одеяло.

Молодец как-то недовольно, по-птичьи боком одним глазом, посмотрел на Остапа. Прищурился и лениво объяснил, зевая:

− Так. А.. Пришёл. А что? Все приходят.

Остап подсел на край постели, освободив угол матраца от простыни.

− И я вот тоже, вроде того, так пришёл, – сказал Остап после паузы.

Курчавый молодец молча смотрел на него, время от времени зевая во всю пасть и показывая ровные белые зубы.

− Так ты значить не любовник? – опять строго спросил Остап.

− Не-а, – не сразу ответил курчавый.

− А жаль.

− Да уж, точно жаль, – согласно кивнул головой молодец.

− А то бы я тебя тогда того… Раз – и чик, – мечтательно произнёс Остап.

− Да уж, тогда точно, раз, и чик, – понимающе протянул молодец.

Жена, до того безучастно глядевшая в потолок, громко завздыхала и что-то забормотала.

− Ты чего? − поворачиваясь к ней, словоохотливо спросил Остап.

Жена не ответила, а лишь еще раз глубоко и печально вздохнула.

− Чего это она, не знаешь? – спросил Остап у кучерявого.

Тот уже дремал.

− Не-а, не знаю, – не размыкая век, сонно ответил он.

Остап посидел молча, разглядывая точку в пространстве.

Курчавый молодец уже вовсю мирно посапывал, чему-то сладко улыбаясь во сне. Жена ворочалась рядом с боку на бок и что-то бормотала.

− Не спится, да? – сочувственно спросил у неё Остап.

Сердито забурчав, жена легла на живот и спряталась под одеяло.

− Я вот тоже, бывает, уснуть не могу, – доверительно сообщил Остап одеялу. – Ворочаюсь и ворочаюсь, час-другой, а чего ворочаюсь, не пойму. То ли сна нет, то ли еще чего.

Остап поднялся, размял затёкшие ноги.

− Пойду я, что ли, − неуверенно сказал он, глядя на одеяло. – Или погодить, а?

Остап вышел в прихожую. Подумав, потоптался возле выхода и сел на пыльный коврик у дверей.

− Однако, наверное, погожу, – решил Остап.

Он лёг на коврик и, свернувшись по-собачьи калачиком, уснул.

## Адмирал Ведерников

Адмирал замахнулся и быстрым движением перерубил медведя пополам. Солдаты, моряки и остальная публика восторженно загалдели. Адмирал замахнулся опять… И ещё один большой коричневый мишка развалился на две косолапые половинки. Публика вокруг опять восхищённо заволновалась. Как малые дети, все радостно хлопали в ладоши.

Адмирал устало опустился на угодливо подставленный красный полковой барабан и отёр обшлагом рукава мундира пот со лба. Его окружила толпа ликующих зевак.

Присутствующие находились под впечатлением увиденного и не желали расходиться. Цирк лилипутов уехал две недели назад, до сезона карнавалов ещё целый месяц, а эскадра адмирала Ведерникова прибыла на расквартировку сегодняшним утром.

Повисла дружелюбная пауза.

Не спеша от массы людей отделилась молодая девушка, торговавшая по воскресеньям и праздникам на набережной мороженым и леденцами. Раскрасневшись от смущения, она дрожащим голоском прощебетала свою просьбу:

− Уважаемый адмирал Ведерников, мы все поражены увиденным, − девушка не знала, куда девать руки, то запихивая их в кармашки белого фартучка, то пряча за спину. − Да, слов нет, мы все просто потрясены! И у нас к вам наиогромнейшая просьба… Не откажите в любезности… Повторите ещё раз, что-нибудь в таком же роде. Просим вас. Очень.

Толпа зааплодировала громко и густо, поддерживая просьбу.

− Просим! Просим!

Казалось, адмирал Ведерников их не слышит. Он рассеянно теребил блестящие пуговицы с якорями и задумчиво сопел. Публика решила, что адмиралу нет никакого дела до скромной просьбы симпатичной девушки.

Однако же, нет. Через мгновение просто и легко адмирал Ведерников одной левой ладонью, даже не пользуясь грубой силой топора, разделил девушку на две миловидные части.

Толпа в очередной раз радостно засуетилась и дружно зашумела аплодисментами, не в силах сдерживать общего восторга. Кто-то даже хрюкнул от избытка чувств.

− Браво! Браво! − кричали со всех сторон.

Солдаты и матросы отсалютовали троекратным залпом и замолкли лишь из вежливости и субординации.

Адмирал скучающим взглядом осмотрел свои и без того холеные ногти и зачем-то подул на них, словно только что закончил маникюр. Потом встал, нехотя поклонился присутствующим и в сопровождении двух адъютантов устало побрёл вдоль набережной. Шёл он медленно, сонно раскачиваясь из стороны в сторону, как маятник старых часов.

Никто и не догадывался, что адмирал Ведерников пребывает в сквернейшем расположении духа, и у него начинается мигрень. Больше всего адмирал не любил большие незнакомые компании.

## Семейный ужин

Андрей пришел домой. Жена на кухне мешала похлёбку.

− Ну ты и сука, – сказал Андрей и дал жене в морду.

Жена не обиделась.

− Здравствуй, Андрюша, – вежливо поздоровалась она, продолжая мешать похлёбку.

− Здорова, сука! – прикрикнул Андрей и снова заехал супруге по физиономии.

Жена опять не обиделась.

− Ты чего шалишь, Андрюшка? – с интересом спросила она, не прекращая мешать похлёбку.

Андрей пожал плечами: не знаю, мол. Потом подумал, насупился и опять угодил кулаком в знакомое лицо.

− Вопросов не задавать, сука! – посоветовал он.

Жена не обиделась.

− Осталось пять минут, – сказала она, – и суп будет готов.

Не успела супруга договорить, как Андрей на выхлест проехался по её витрине.

− Молчи, сука. Сам знаю, где припев.

Жена не обиделась, а даже как-то обрадовалась. Она согласно кивнула и убавила огонь.

Андрей важно прошёлся по кухне и опять наткнулся на жену. И не думая, дал ей в нос.

− Тебе чего здесь нужно, сука? – равнодушно спросил он.

− Кушать тебе готовлю, Андрюш, – сообщила жена, глупо улыбаясь.

− Больше одного слова не говорить, – посоветовал Андрей и ткнул ей кулаком в ребра. – Поняла, сука?

Жена понятливо кивнула до пола, разогнулась и бросила в похлёбку лавровый лист. Через минуту составила кастрюлю с огня.

− Всё. Сейчас ужинать будем, – радостно сообщила она.

− Лови! – громко сказал Андрей и заехал жене в ухо.

− Ловлю, – по инерции сказала жена и охнула от удара.

Она вопросительно посмотрела на Андрея. Взгляд вышел такой липкий, что Андрея чуть не вывернуло от него. Он зашёлся кашлем.

Жена, понаблюдав за скорчившимся Андреем, нерешительно хлопнула его по спине, от чего тот аж хрюкнул. Глядя на загибающегося от кашля Андрея, жена подумала немного и стала, что есть мочи, стучать по нему сверху, словно заколачивая гвозди в гробовую доску.

Угадав намерение жены, Андрей стал отбиваться. Упал на спину, принял её на ноги и отбросил в угол кухни. Приступы кашля мешали ему сосредоточиться на борьбе. Теряя инициативу, Андрей еле увернулся от летевшего табурета. Отступив к холодильнику, он не сдавался и старался контролировать ситуацию. Но кашель заставлял его, загибаться от удушья.