Михаил Шипицын
Знакомство с "Божественной комедией" Данте Алигьери

Структура и издания

Темой произведения Данте Алигьери является путешествие через три части христианской потусторонней жизни: через ад, через чистилище и через небесные сферы рая. Он формулирует и обсуждает вопросы, которые важны не только для читателей его времени, итальянцев четырнадцатого века, но не менее актуальны и для читателей нашего с Вами времени: политические организации, формулировка и трактовка равноправия и неравноправия, идея духовного преобразования, – вот некоторые темы среди многих обсуждаемых в «Комедии». Произведение насчитывает 14000 строк, разделённых на три части, «Ад» (Inferno), «Чистилище» (Purgatorio) и «Рай» (Paradiso), каждая из которых в свою очередь разделена на части названные Данте Песнь (canto): 34 Песни в «Аду», 33 Песни в «Чистилище», 33 Песни в «Раю» – в целом 100 Песен. Каждая Песнь имеет структуру триплета/терцина (terza rima) – который состоит из трёх линий, от 100 до 140 линий в каждой Песни. Структура триплета имеет очень важное значение для понятия поэмы. Каждый триплет сплетается с последующим по такой схеме:

Первый триплет:

A–

Б–

A–

Второй триплет:

Б–

В–

Б–

Третий триплет:

В–

Г–

В–

и так далее.

Эту структуру легко соблюдать если пишешь на итальянском, а не на другом языке. Поэтому любой перевод с итальянского необратимо теряет оригинальную грацию и красоту, лучшим переводом было бы организовать текст в группы из трёх линий, но без того чтобы они были насильно рифмованы как в итальянском оригинале. По этой причине двуязычные издания предпочтительны. Для читающих на английском можно рекомендовать академическое издание Чарльза Синглетона, которое состоит из шести томов, где каждой части поэмы, представленной на двух языках, прилагается отдельный том с внушающими доверие и уважение комментариями, поясняющими имена и события упомянутые Данте. Русский перевод «Комедии» имеет давнюю традицию. Перевод М. Лозинского считался до последнего времени одним из лучших, с точностью до 70 процентов от оригинала, позднейший перевод В. Г Маранцмана приближается к 75 процентам точности. В данном «Знакомстве» текст Данте цитируется по переводу В. Г. Маранцмана как позднейшему из переводов, итальянский оригинал заимствован из издания Ч. Синглетона. Нумерация линий сохранена по итальянскому оригиналу.

Повествование Данте может быть прочитано и без всяких комментариев, это захватывающая история сама по себе и читатель получит удовольствие от самой истории. Однако комментарии помогают получить больше информации, которая лежит под поверхностным слоем повествования. Академическая традиция очень богата своими комментариями к произведению Данте Алигьери. Вы можете рассчитывать найти комментарий буквально к каждой линии, такое ревностное исследование «Комедии» ставит комментарии к ней наравне с комментариями к Библии. Необходимость в комментариях можно объяснить неимоверным количеством персонажей, населяющих «Комедию», многие из которых происходят из времени самого Данте и были бы абсолютно неизвестны сегодняшнему читателю. Поскольку сам Данте выведен поэтом как главный герой поэмы, было бы чрезвычайно важно знать как можно больше о самом Данте, его жизни и его отношении к тем образам, которые выведены в «Комедии». Комментарии предоставляют эту необходимую информацию.

Данте Алигьери (1265–1321) родился во Флоренции в фамилии торговца. К тому времени Флоренция насчитывала 100 000 жителей. Это было время экономического расцвета, но политическая жизнь была нестабильна. Данте был глубоко захвачен как сочинительством так и политикой, о чём свидетельствуют многочисленные документы. Его сборник стихов под названием «Новая жизнь» (Vite Nuova) был посвящен женщине по имени Беатриче и представлял собой связную автобиографию с комментариями поэта, которые соединяли отдельные стихи в логическое повествование. Он получил признание как выдающийся поэт ещё до написания «Комедии», но прослеживать преобразование Данте от любовного поэта к поэту, пишущему в эпическом стиле, будет интереснейшей и увлекательной задачей, поставленной перед нами.

Флоренция времён Данте

Политическая структура Флоренции представляла собой административный совет, который менялся каждые два месяца. Данте был в этом совете между 1295 и 1300 годами. До этого занимал различные дипломатические посты, так что можно считать, что его политическая карьера была не менее успешной чем его поэтическая. Флоренция, к сожалению, была глубоко разделена на враждебные группировки, или фракции, и в 1301 году фракция Данте потерпела поражение, сам Данте был в это время в Риме, так что оттуда он был вынужден в ссылку и никогда больше не вернулся обратно во Флоренцию, проведя остаток своей жизни вдали от родного города. Его «Комедия» была написана после того как он утратил своё выдающееся положение как политик и свою славу как поэт. Некоторое время он держался за свою фракцию в надежде вернуться обратно во Флоренцию, но с 1304 года он потерял надежду и принялся за работу над «Комедией», сначала в Вероне, позднее в Равенне, где он жил вплоть до своей смерти в 1321 году. Ему понадобилось 19 лет чтобы закончить «Комедию», в которой Флоренция является центром произведения. Данте умер в Равенне и был похоронен в маленькой часовне во францисканской церкви. Сегодня Вы можете разыскать помпезную гробницу поэта во Флоренции, но могила под ней пуста.

Данте описывает в «Комедии» многих персон своего времени и своей родной Флоренции. Он оставил значительное количество политических комментариев, не через своего главного героя, пилигрима Данте, но через многих персонажей, которых пилигрим встречает на пути в своём странствии. Можно поинтересоваться о том, какие критерии выставляет сочинитель Данте к персонажу, чтобы поместить этот персонаж в загробном мире. Время путешествия представляет собой 1300 год, так что главный критерий требует, чтобы к этому времени персонаж должен быть мёртв. Совсем не обязательно быть существующей исторической личностью, персонаж может быть книжным героем, как Эней Вергилия, к примеру. Вы встретите не только известных персонажей из Библии или истории, но также местных жителей, которые жили во Флоренции во время Данте, но которые к нашему времени совершенно забыты. Для Данте было небезопасно писать о людях, которые были живы к 1300 году или комментировать политическую ситуацию своего времени, поэтому он использовал изобретательный художественный приём: комментировать ситуацию своего времени через инсценированные встречи с политиками и другими персонами, которые умерли, – таким образом он имел возможность выразить свои мысли относительно ситуации своего времени. Он описывает встречи с античными героями, такими как Александр Великий, но чаще встречи с людьми, жившими в предыдущем поколении до Данте, так что читатели его времени легко могли представить себе персонажей и истории, рассказанные ими, и которые часто непосредственно и прозрачно намекали на время Данте.

Политическая жизнь во Флоренции Данте была чрезвычайно личностная, из-за чего основания для вражды между партиями часто были очень персональными, такие как личные оскорбления, конфликты в связи с брачными договорами и тому подобное. Местная история 1215 года повествует о женихе, который отказался от своей невесты и женился вместо неё на другой женщине с лучшими перспективами. Скандал завершился убийством жениха и конфликтующие семьи стали смертельными врагами. Конкуренция из-за обладания общественными постами обратила политическую жизнь в расчленённое и жестокое предприятие. Социальное и экономическое положение в общественной иерархии, где богатые торговцы жаждали политической власти, которая находилась в руках традиционного дворянства, также играли важную роль. Все эти элементы отражены в персонажах, которых Данте встречает в аду, и которые относятся к нему со снобизмом, как к человеку, который менее важен чем они.

Флоренция как политическая фигура сама существовала в отношениях с другими итальянскими городами-государствами и воевала с ними из-за ресурсов, земли и политического влияния. Европейская политика описана Данте через отношения между папой и святым императором, и как эти отношения влияли на Флоренцию в частности. Экономическая власть и географическое расположение сделали Флоренцию важным политическим актёром как в итальянской, так в европейской политике. Это было время, когда папская администрация находилась в развитии, в то время как Святая Римская Империя также испытывала развитие. Северная Италия и Флоренция были частью Независимых Наций, средняя Италия принадлежала Папскому Государству, южная часть была под Сицилийским королевством. В 1212 году король Сицилии, Фридрих Второй, был избран Святым Римским Императором. Он решил использовать свою власть и в северной части, поскольку как Император он также являлся властителем северной Италии в принципе (in principia). Папа оказался неожиданно окружён как с севера, так и с юга. Это разожгло соперничество между папой и Императором. Политические фракции, со своей стороны, искали поддержки у обоих великих властителей. Тех, кто искал поддержки у Императора, стали звать гибеллины (Ghibelline), а те, кто поддерживал папу, получили имя гвелфы (Guelfe). Во Флоренции гибеллины были традиционно в меньшинстве и зависели от военной и политической поддержки со стороны. Ко времени Данте, в 1260 году, гибеллины Флоренции соединились с Сиеной, городом, где гибеллины были подавляющими. Вместе они сражались против военных сил Флоренции в битве под Монтаперти. Гибеллины победили и правили Флоренцией, когда Данте родился в 1265 году. Однако позднее гибеллины понесли поражение от гвелфов. В 1290 гвелфы сами переживали внутренний раскол – две фракции гвелфов образовали белых и чёрных гвелфов. Это было время, когда Данте вступил в политическую игру на стороне белых гвелфов. Власть папы в это время была сильнее императорской, и папа Бонифаций Восьмой (1236/1303) имел репутацию сильного человека. Папа решил поддержать чёрных гвелфов, и с его военной помощью белые гвелфы были изгнаны из Флоренции, так что ссылка Данте была прямым последствием происходящего, поскольку он принадлежал к белым гвелфам. Бонифаций Восьмой был также замешан во внутренний раскол в самом Папском Государстве, а кроме того в экономическую и политическую борьбу против короля Франции. Данте описывает Бонифация Восьмого в своём «Аду» и упоминает его на протяжении всей «Комедии». Вся эта политическая подоплёка стала сама темой произведения – ведь Данте пишет произведение находясь в ссылке. Эта тема обработана в его плутаниях по тёмном лесу, через описания других персонажей, вынужденных переживать подобную ситуацию, наконец, эти мысли собраны в более общий смысл ссылки, как философски, так и богословски, поскольку всё человечество было в ссылке из небесной страны вожделения, но ещё и как метафора человеческого существования в целом. Данте приходит к заключению, что политическое соперничество не есть то предприятие, на которое стоит тратить свою жизнь, что лучшее занятие в жизни было бы искать то, что может длиться и за могилой.

Литературные истоки
Библия

Данте использовал существующие литературные тексты не только как непосредственные источники к своей «Комедии», но и как структурные принципы для построения своего произведения. Христианская Библия является, конечно, важнейшим источником среди всех этих текстов, не только благодаря литературной ценности Библии, но также благодаря тому, что во времена Данте Библия была общепризнанным источником для знания о какой угодно теме. Как литературный источник Библия имеет повествование с началом и концом, между которыми расположены грандиозные повествовательные и поэтические элементы. Для читателя времён Данте Библия была книгой об истории человечества, которая вовлекала читателя в эту самую историю и одновременно объясняла читателю смысл жизни и собственные поступки читателя. Сегодняшнее восприятие Библии является совершенно другим: для многих Библия представляется реликвией далёкого прошлого. В средние века, напротив, диалог с прошлым был постоянным и непрерывным. Само происхождение мира понималось как своего рода книга, написанная Богом вместе с Библией. Библия служила фактически как разъяснение происхождения мира. Библию читали чтобы постичь истину о самой Вселенной. Поскольку человек был создан по образу Божию, чтение Библии понималось как разъяснение к познаванию Бога и как инструкция к действиям человека в любой ситуации. Ветхий Завет отличается во многом от Нового Завета, и это создавало проблемы для читателя времён Данте. Отношения между этими двумя частями Библии воспринимались как отношения народа Ветхого Завета и Иисуса Христа, или как систематические изучения пророчеств, описанных в Ветхом Завете, и их воплощение в Новом Завете. Например, то, что Иона был проглочен рыбой и вернулся обратно через три дня, понималось как намёк на Иисуса, которого земля поглотила и который вернулся к жизни через три дня. Оба повествования обогащают взаимно друг друга в значении и толковании. Данте пишет своё произведение в духе Библейского сказания, так что типологические отношения между разными историями создаются в рамках более общего сказания. События, места и персонажи, описанные в «Аду», становятся более понятны, если их воспринимать в отношении к «Чистилищу» и «Раю». Истории и персонажи в этих двух частях имеют отношение обратно к эпизодам и персонажам из первой части «Комедии». Данте ожидает, что читатель будет воспринимать его произведение так же как Библию. Поэт Данте пытается убедить читателей в том, что пилигрим Данте в самом деле совершил путешествие по потусторонней жизни, и что его «Комедия» описывает действительные события также как это делает Библия.

Библейские темы

Важнейшей темой, заимствованной из Библии, является странствование евреев из Египта в Палестину, из ссылки на родину, из рабства к свободе, от смерти к жизни. В этой связи «Ад» может толковаться как египетское рабство, «Чистилище» – как странствование в пустыне, «Рай» – как прибытие в Землю Обетованную. Не только через топографическое расположение, но и через внутренние отношения, как путь от рабства к свободе, начинает свои мытарства пилигрим Данте, духовно заблудший и тёмный, и завершает свой путь через духовное просветление и достижение духовной свободы. Можно с уверенностью сказать, что Данте переживает странствование евреев в своём произведении.

Другим источником вдохновения для Данте являются книги пророков из Ветхого Завета, в особенности литературных пророков, или Писания (Ketuvim/כתובים): Книга Пророка Иеремии, Книга Плачь Иеремии, Книга Пророка Даниила. Они отличаются крепкими корнями, уходящими глубоко в прошлое, а также острыми наблюдениями своего времени, отчего они способны повествовать о будущем с глубоким пониманием и впечатляющей убедительностью. Они в состоянии делать это благодаря их интуитивному взгляду на вещи, дарованному им Богом. Они в состоянии видеть будущее как часть непрерывности. Пилигрим Данте тоже обретает божественное видение вещей, поскольку он совершает путешествие, которое невозможно для обычного человека. Его странствие по потустороннему миру оделяет его перспективой, которая невозможна для других, и делает для него возможным видеть вещи в свете, невозможном для других. Он использует свою уникальную перспективу так же как и пророки Ветхого Завета: для пророческого комментария к своему времени. Настроение ветхозаветного пророчества поэт Данте передаёт как через духовное развитие своего главного героя «Комедии», так и через своё отношение к происходящему как автор. Пилигрим Данте должен научиться говорить правду невзирая на последствия. Поэт Данте видит себя как пророк в ссылке, который обращается к власть придержащим относительно насильственного использования власти и который имеет мало что терять в случае преследований.

«Энеида» Вергилия

Другие литературные источники также присутствуют в произведении, и наиболее выдающимся из них является античный поэт Вергилий, который появляется в самом начале повествования в качестве проводника Данте через ад и сопутствует ему большую часть пути в чистилище, где он вручает Данте на попечение его возлюбленной Беатриче. Поэт Данте использует «Энеиду» для своих структурных построений, одалживает персонажей из «Энеиды», даже изменяет повествование Вергилия, если это помогает ему достичь своих собственных целей. Использование «Энеиды» Вергилия вносит к тому же равновесие в «Комедию» Данте по отношению к Библии как литературному источнику.

Вергилий родился в 70 году до Христа в поздней Римской Республике и умер в 19 году до Христа во время правления императора Августа. Его «Энеида» являет собой эпическое сказание об основании Рима, которое начинается с падения Трои и заканчивается с прибытием Энея в Италию и его победами в сражениях, чтобы навеки привнести римлянам троянскую кровь. Многие современные читатели знакомы с историей и падением Трои благодаря Илиаде и Одиссее Гомера. Во времена Данте греческий язык, язык гомеровской эпопеи, не был популярен, а латинские переводы были немногочисленны, – так «Энеида» Вергилия стала главным источником знаний о Трое для современников Данте и для него самого. Кроме того, Энеида содержит как политические, так и персональные пассажи, которые были весьма важны для «Комедии» Данте. Как и с использованием Библии, Данте был замечательно осведомлён об «Энеиде». История Трои была ядром в Римской истории, которая в свою очередь стала собственной историей Данте. Данте имел твёрдую веру в прошлое Римской Империи: по его мнению, мир был тогда управляем правильно. Для Данте, Римская Империя была мировой империей, достигшей большей справедливости, модель Римской Империи была в его глазах лучшей политической моделью для его времени. Центральное положение католической церкви в Риме было для Данте судьбоносным. Рим был центром как для мировой империи так и для церкви. Во времена Данте римские императоры оставили Рим и жили в Германии. Папы, в свою очередь, извращали свои обязанности. Данте смотрит так далеко обратно, как на само создание мира и на создание Рима. Путешествие Энея от стен падшей Трои через все препятствия к берегам Италии и установление Римской Империи видится в параллели с путешествием Данте через загробный мир, так что без путешествия Энея было бы невозможно понять и осмыслить это другое путешествие. Странствие Энея заключает в себе много препятствий до того, как он достигает Италии, и это напоминает странствия евреев в пустыне перед тем, как они достигли Земли Обетованной. Наибольшим препятствием для Энея была его любовь к Дидоне, царице Карфагена, описанной в Книге 2 «Энеиды». После смерти своего мужа она поклялась в верности его чести и никогда не выходить замуж снова. Венера вмешивается в события и разжигает в Дидоне страсть к Энею против её воли. В своём очаровании Дидона пренебрегает своими обязанностями как царица и допускает обветшание Карфагена. Эней вынужден оставить Дидону, потому что он имеет обязанность достичь своей цели, Италии. Узнав об отъезде Энея, Дидона закалывает себя. Страсть губительна как для города Карфагена, так и для личности Дидоны. Обязанность побеждает над страстью и становится чувством долга и примером для римского характера в глазах Данте. Он описывает Дидону в своей «Комедии» как уронившую свой разум перед желанием, как чувственную грешницу. Его описание отличается от портрета, живописуемого Вергилием, однако в целом Данте располагает Дидону в более счастливой ситуации, где она наконец соединяется со своим первым мужем. Данте переосмысляет персонаж Вергилия так, как это ему больше подходит, и не страшится быть несогласным с Вергилием в своей трактовке персонажа. Собственная история любви Данте к Беатриче предстаёт как своего рода иносказание истории Энея и Дидоны. С точки зрения Вергилия, страстная любовь и долг несовместимы, невозможно иметь оба чувства без трагического конфликта. Пилигрим Данте исследует возможность для другого подхода к проблеме. Эней, в трактовке Данте, способен к улучшению своей личности после ошибок, которые он совершил, и его персонаж имеет свою параллель с пилигримом Данте, который потерял себя в сумрачном лесу в начале «Комедии» и который пытается найти выход оттуда.

Книга 6 «Энеиды» описывает нисхождение Энея в загробный мир, и эта часть произведения Вергилия наиболее тесно связана с «Комедией» Данте. Эней получает знание о прошлом и о своей будущей судьбе через своё пребывание в потустороннем мире, то же совершает Данте. Вергилий, который знаком с местом, ведёт пилигрима Данте через потусторонний мир, поэт Данте в своём описании топографии ада использует описания потустороннего мира, уже переданные Вергилием. Описания Вергилием персонажей, которые получают в наказание то, что они заслужили, формулируют справедливость как понятие, и эта формулировка предвосхищает христианское формулирование божественной справедливости. Эней отправляется в загробный мир с тем, чтобы встретить своего умершего отца, потому что он в отчаянии и в сомнении относительно смысла своего дальнейшего странствия. В этом потустороннем мире ему предстают видения римского величия, которое окажется в опасности, если он не завершит своё предначертание. Так же и пилигрим Данте вынужден странствовать в темноте для того, чтобы найти свет и смысл. Так же и Данте встретит своего умершего предка и получит объяснение, почему он обязан завершить своё путешествие и совершить что-то важное, однако эта встреча будет иметь место в раю, а не в преисподней.

Откровения Святого Августина

Третьим важным влиянием можно назвать «Откровения» Святого Августина. Святой Августин (354–430) родился в северной Африке и стал свидетелем перехода христианства от преследуемой религии к религии имперской. Отец его был язычником, мать христианкой. Он сам принял христианство в возрасте 31 года, будучи в Милане. Он стал патриархом в Гиппо, что в нынешнем Алжире. Его книга «Откровения», которую он написал будучи сорока лет, передаёт историю его обращения в христианство. Августин пишет о себе, то же делает и Данте. Данте пишет в стиле эпопеи, но главным героем в его эпопее является Данте. Пилигрим Данте смоделирован с главного героя Святого Августина, который обращает интроспективный взгляд на свою жизнь язычника. Поэт Данте так же рассматривает своего главного героя обратно в 1300 году, между тем сам автор находится гораздо позднее во времени. Эта форма описания своей собственной жизни как своего рода духовной автобиографии становится очень важной в «Комедии». В «Откровениях» Августин анализирует свою жизнь и приходит к выводу, что именно его воспитание и образование виноваты в том, что он трактовал свою жизнь ошибочно. Он вынужден отбросить всё, чему он до сих пор научился, но он вынужден также ещё многому научиться. Понимание само по себе хорошо, но, как он пишет в Книгах с 3 по 7 своих «Откровений», понимание не является конечной целью, проблема лежит не в разуме, но в воле. В Книге 8 Августин так описывает свою борьбу: хотя он и знает, как ему следует поступать, он не в силах выбрать это действие, потому что это значило бы, что он должен будет отказаться от стольких вещей, приносящих ему удовольствие. Наконец, его борьба могла быть успешна только при условии божественного вмешательства, что и приводит его к обращению в христианство. Августин показывает в своих рассуждениях об обращении в Книге 7 «Откровений» как классическая традиция может сотрудничать с христианской, где он знакомит читателя с аргументацией Платона. «Комедия» показывает в том же духе, как классическая и христианская традиции дополняют друг друга без непримиримых противоречий.

Вергилий в роли проводника показывает Данте путь в его странствовании по пустыне в том же стиле, как аргументы Платона ведут Августина к его обращению. Во времена Августина было много альтернатив христианской теологии, и поэтому его отношение к классическим текстам носило остро полемический характер. Во времена же Данте христианство одержало победу в борьбе за богословское пространство, поэтому отношение Данте к классическим текстам более терпимое. В этом смысле синтез между классическими и религиозными текстами у Данте более завершён по отношению к «Откровениям» Августина. Августин описывает, как при прочтении «Энеиды» Вергилия он дошёл до того места, где Дидона умирала, и он не в силах был сдержать своих слёз, но это было отвлечением от его анализа, потому что он рыдал над персонажем из книги, в то время как ему следовало бы оплакивать свои грехи, которые он должен был припомнить. Чтение Вергилия у Данте ведёт его к идее величия Рима, которое было утрачено во времена Данте.

Часть Первая: «Ад»
”Оставь всякую надежду, сюда входящий”

Данте устанавливает следующие условия для своих персонажей, населяющих ад: 1. персонаж должен быть мёртвым; 2. персонаж должен умереть до 1300 года; 3. персонаж умер нераскаявшимся грешником. Важно отметить, что те персонажи, которые грешили, но раскаялись, тоже описаны Данте, но он находит им место в чистилище. Раскаяние составляет всю разницу для грешной души. Ад является местом, где пилигрим Данте встречает грешников, которые отказались раскаяться.

Топография ада включает в себя путь, ведущий в самый центр Земли через ряд выдающихся кругов, описанных Данте очень подробно. Ад делится на две части, верхний ад и нижний ад. Верхний ад включает в себя своего рода зал ожидания, где также расположено лимбо, ведущее к кругам, где обитают грешники невоздержания: алчные, обжорливые, жадные и расточительные, гневливые и равнодушные. После этих кругов необходимо пересечь реку Стикс чтобы попасть в город Дис, где обитают насильники, те, кто грешен в ереси и насилии, что включает в себя насилие по отношению к своим соседям, насилие над собой и насилие против Бога.

В нижнем аду уготовано место для тех, кто совершил грех предательства – как простого мошенничества так и предательства более конспиративного характера. Малебольгия (Malebolgia) является местом для лживых альфонсов и соблазнителей, льстецов, симонистов, чародеев, взяточников, лицемеров, воров, лживых советчиков, зачинщиков конфликтов и фальсификаторов. Кокитус (Cocytus) является местом для виновных в предательстве: Каина (Caina) – для предателей своего рода и клана, Антенора (Antenora) – для предателей родины, Птоломка (Ptolomca) – для предавших своих гостей, Юдека (Judecca) – для предавших своего господина. Нижний ад ведёт к центру Земли, где находится сам Сатана.

Необходимо иметь в виду, что это не физическая география, но скорее моральная топография. Чем ниже Данте странствует по аду, тем более ужасные грешники встречаются на его пути. Такого рода топологическое описание наказания за каждый грех задумано с целью помочь читателю глубже понять природу греха. Три основных аспекта человеческого зла – невоздержанность, насилие и предательство – могут быть противопоставлены классическим добродетелям – воздержанию, выдержке и мудрости. Невоздержанность, или подчинение разума страстям, является противоположностью воздержания. Насилие является противоположностью выдержки. Предательство противоположно мудрости. Справедливость, четвёртая добродетель классической философии, регулирует три других добродетели. Нехватка этих добродетелей среди личностей создаёт несправедливый город/государство. Данте задаёт основополагающий вопрос: что значит быть человеком, что отличает человека от других вещей, созданных Богом. Эти вопросы нашли свои ответы задолго до Данте: человек обладает разумом, способностью познавать, и свободной волей, способностью делать выбор. Данте, однако, не ограничивается описанием человеческих способностей, но анализирует, почему человек совершает падение невзирая на свои способности. Грешники, населяющие верхний ад, это есть те, кто игнорирует эти особые человеческие способности. Странствуя вслед за грешниками ниже и ниже в ад читатель свидетельствует вместе с Данте о всё более и более извращённой картине этих человеческих способностей, разума и воли.

Данте создаёт прекрасное равновесие между описаниями универсального и локального характера, общим для обитателей ада становится то, что никто из грешников не раскаивается, все они охвачены желанием оправдать свои действия. Они винят других в каждом совершённом ими поступке, приведшем их в ад. Пилигрим Данте часто впадает в смущение, слушая их объяснения, которые и действительно могут быть довольно впечатляющими. Поэт Данте показывает читателю, как грех может выглядеть очень привлекательным на своей сверкающей поверхности. Вергилий, ведущий Данте, предупреждает его о том, что они встретятся с людьми, утратившими добрую часть разума. Попытки грешников оправдать свои грехи являются главной темой «Ада» Данте, эти попытки и объясняют, что значит потерять добрую часть разума.

Пилигрим Данте оказывается в сумрачном лесу как заблудившийся и потерявший истинный путь. Он не в состоянии объяснить, каким образом он оказался в этом месте. Он не знает, где он находится, или куда он идёт, даже не в состоянии объяснить, откуда он пришёл.

(Ад 1:1-12)

В средине нашей жизненной дороги

попал я в мрачный, незнакомый лес,

где путь прямой терялся в темном логе. (003)

Как рассказать, чтоб он в словах воскрес?

Тот лес был диким, мощным и суровым.

Страх в памяти доселе не исчез. (006)

Немногим горше к смерти быть готовым,

но расскажу, как там добро нашёл

среди всего, что мне предстало новым, (009)

Не знаю точно, как попал в тот дол,

настолько я тогда стал вялым, сонным,

когда с дороги истинной сошёл. (012)

(Inferno 1:1-12)

Nel mezzo del cammin di nostra vita

mi ritrovai per una selva oscura,

che la diritta via era smarrita. (003)

Ahi quanto a dir qual era è cosa dura

esta selva selvaggia e aspra e forte

che nel pensier rinova la paura! (006)

Tant' è amara che poco è più morte;

ma per trattar del ben ch’i’ vi trovai,

dirò de l’altre cose ch’i’ v’ho scorte. (009)

Io non so ben ridir com’ i’ v’intrai,

tant' era pien di sonno a quel punto

che la verace via abbandonai. (012)

Данте видит солнце над собой и ему кажется, что он нашёл лёгкий выход из этого мрачного места.

(Ад 1:16–21)

я ввысь взглянул и слабость превозмог:

одеты спины гор в лучи планеты,

чей свет на узких тропах всем помог. (018)

Тогда уменьшил страх свои наветы,

что сердца озеро в ночи мутят,

когда идёшь, не веруя в рассветы. (021)

(Inferno 1:16–21)

guardai in alto e vidi le sue spalle

vestite già de' raggi del pianeta

che mena dritto altrui per ogne calle. (018)

Allor fu la paura un poco queta,

che nel lago del cor m’era durata

la notte ch’i’ passai con tanta pieta. (021)

Пилигрим Данте начинает восхождение по крутому краю, но как раз перед тем, как радоваться своему избавлению, он неожиданно остановлен встреченным препятствием.

(Ад 1:25–30)

душа моя, осилив расстоянье,вспять

обернулась, глядя на проход,

живого не впускающий созданья. (027)

Дал телу вялому я отдых. Вот,

ногой скользящей опираясь твердо,

пустынным склоном вновь иду вперед. (030)

(Inferno 1:25–30)

così l’animo mio, ch’ancor fuggiva,

si volse a retro a rimirar lo passo

che non lasciò già mai persona viva. (027)

Poi ch’èi posato un poco il corpo lasso,

ripresi via per la piaggia diserta,

sì che ’l piè fermo sempre era ’l più basso. (030)

Ему перекрывают выход целых три раза, три разных зверя – леопард, лев и волк. Он понимает, что надеясь на собственные силы спастись ему не удастся. Эти три зверя решительно не дадут ему дороги. Эти три диких зверя подразумевают три зла – невоздержанность, насилие и предательство – которые и были причиной того, что пилигрим Данте потерял своё направление в жизни. Остальная части этой Песни описывает встречу между пилигримом Данте и Вергилием, его проводником. Вергилий был послан во исполнение небесного плана, чтобы помочь пилигриму Данте выбраться оттуда. Упоминание небесного плана намекает на понятие «милость», которая человеку даётся даром, несмотря на то что он этого не заслужил. Милость исходит от Богоматери и Беатриче, которая спускается в лимбо чтобы поведать Вергилию о его обязанности провести Данте через загробный мир с тем, что она сама в какое-то время заменит Вергилия и поведёт Данте далее на небеса. Пилигрим Данте находится в таком состоянии, что другие пути невозможны. Единственная возможность для спасения Данте – для того чтобы он мог подняться наверх – это следовать сначала вниз. Данте потрясён от страха в преддверии посещения ада, и Вергилию стоит немалых усилий убедить Данте в том, что иного выхода нет.

Песнь 3 описывает нисхождение пилигрима Данте в ад через античные ворота над которыми высечена надпись оканчивающаяся словами «Оставь всякую надежду, сюда входящий». Данте только временно проходит через эти ворота, так что надпись в действительности к нему не относится, но он чрезвычайно впечатлён ею.

(Ад 3:1–9)

«Чрез мой порог во град скорбей уходят,

чрез мой порог навек страдать идут,

чрез мой порог людей греховных водят (003)

Создатель мной вершит свой правый суд:

божественная мощь, и ум парящий,

и первая любовь творили тут. (006)

Что создал до меня рукой творящей

Господь, нетленно, вечен буду я.

Оставь надежду всякую, входящий» (009)

(Inferno 3:1–9)

PER ME SI VA NE LA CITTÀ DOLENTE,

PER ME SI VA NE L'ETTERNO DOLORE,

PER ME SI VA TRA LA PERDUTA GENTE. (003)

GIUSTIZIA MOSSE IL MIO ALTO FATTORE;

FECEMI LA DIVINA PODESTATE,

LA SOMMA SAPIENZA E 'L PRIMO AMORE. (006)

DINANZI A ME NON FUOR COSE CREATE

SE NON ETTERNE, E IO ETTERNO DURO.

LASCIATE OGNE SPERANZA, VOI CH'INTRATE. (009)

Пилигрим Данте комментирует надпись и выражает мнение, что слова эти жестокие и несправедливые. По отношению Данте к надписи над входом в ад читатель может заключить, что пилигриму Данте ещё многому предстоит научиться.

(Ад 3:10–12)

Над входом эту надпись вижу я,

слова темнеют. Мне нужна подмога:

«Учитель, тяжелеет мысль моя». (012)

(Inferno 3:10–12)

Queste parole di colore oscuro

vid’ io scritte al sommo d’una porta;

per ch’io: “Maestro, il senso lor m’è duro.” (012)

Первые грешники, которых пилигрим Данте встречает в зале ожидания, в целом не грешили, но хотя они ничего не совершили, они, тем не менее, были наказаны. Их вина состоит в том, что они отказывались относиться к чему бы то ни было, когда они были живы. Поэт Данте осуждает их к безызвестности и ни один из них не упомянут своим именем. То, что они выбрали, стало их вознаграждением – безызвестность. Отказываться от выбора – это тоже выбор, считает поэт Данте. Действие или отказ от действия одинаково влияют на жизнь личности и всего, что её окружает. Это тот необходимый урок, который читателю и пилигриму стоит вынести из этой части «Ада».

После зала ожидания первое место, которое Данте посещает, это – лимбо, место пребывания Вергилия. Как и в зале ожидания, никто здесь не подвергается наказанию, это единственное место в аду, откуда возможно спастись, даже достичь небес. Здесь описаны два типа персонажей, добродетельные язычники и те, кто был в этом месте, но кого здесь уже нет. Многие евреи были взяты Христом – Данте упоминает Адама и Еву среди прочих. Это исключение из правила «Оставь всякую надежду, входящий сюда». Фактически, пилигрим Данте совершает тот же акт, который свершил Христос, нисходя в ад и восходя из него. В отличие от Христа, пилигрим Данте никого не уводит с собой из ада, но он сам становится преображённым человеком. Стоит отметить, как поэт Данте обустраивает свою систему справедливости и устанавливает исключения в своей же собственной системе. Этот приём также использован в других частях «Комедии».

Те, кто находится в лимбо, в наказание стремятся бесконечно к более высоким сферам. Читатель встречает здесь вместе с пилигримом Данте таких классических писателей, как Гомер, Платон, Аристотель, и беседует с ними. Кроме этих писателей встречают они также и мусульманских философов среди обитателей лимбо.

Никогда не утихающий шторм

(Франческа и Паоло.)

Пилигрим Данте добирается наконец до адских кругов невоздержанности, где обитают сластолюбивые, обжористые, жадные и транжиры, гневливые и равнодушные. Чудовище Минос выполняет роль судьи: он обвивает свой хвост вокруг себя, и количество кругов указывает приговор грешнику, в какой круг ада ему надлежит прибыть. В кругу сластолюбивых Данте встречает Паоло и Франческу, знаменитую пару возлюбленных, они были убиты мужем Франчески, который к тому же был братом Паоло. Они и другие грешники в этом кругу находятся во власти неутихающего шторма и не имеют никакого контроля над своими действиями. Их наказание соответствует их греху: они так же не имеют никакого контроля над своими действиями, как они не имели контроля над своими чувствами живя на Земле. Это важная часть системы справедливости Данте в аду, как уже упоминалось прежде: грешники получают в загробной жизни то, к чему они стремились в своей земной жизни.

Данте описывает грешников, которые беспомощно трепыхаются в воздухе как птицы. Из этой толпы Данте выделяет несколько имён, знакомых читателю, далее его внимание сосредотачивается на Паоло и Франческе, наконец фокус повествования останавливается на одной Франческе. Поэт Данте делает всё, зависящее от него, чтобы передать картину как можно более подробнее. Кинематографическая панорама круга сластолюбивых сменяется видом отдельных персонажей и через драматический диалог поэт повествует в деталях об их грехе и природе этого греха.

(Ад 5:37–49)

По мукам грешников я понимал,

что их за плоти грех судьба казнила,

за то, что ум желанью уступал. (039)

И как скворцов на крыльях уносило

холодной осенью и ширился полет,

так грешников толкает ветра сила. (042)

Вниз, вверх, туда, сюда он их несет;

на отдых, уменьшенье наказанья

в них никогда надежда не мелькнет. (045)

Как журавли летят, поют прощанье

и в небе цепи длинные плетут,

так тени проносились, и стенанья (048)

сливались с бурей, пролетавшей тут.

(Inferno 5:37–49)

Intesi ch’a così fatto tormento

enno dannati i peccator carnali,

che la ragion sommettono al talento. (039)

E come li stornei ne portan l’ali

nel freddo tempo, a schiera larga e piena,

così quel fiato li spiriti mali (042)

di qua, di là, di giù, di sù li mena;

nulla speranza li conforta mai,

non che di posa, ma di minor pena. (045)

E come i gru van cantando lor lai,

faccendo in aere di sé lunga riga,

così vid’ io venir, traendo guai, (048)

ombre portate da la detta briga;

Среди имён, которых Данте перечисляет здесь, читатель узнает о Клеопатре, Ахиллесе, Дидоне (Ад 5:61–62), которые уже были упомянуты в предыдущих Песнях и которые представляют целую толпу сластолюбивых грешников. Франческа является первой из обитателей ада, кто вступает в разговор с Данте (Ад 5:88–90). Она обращается к нему не как к живому человеку, но как к какому-то живому существу, что объясняет грех невоздержанности, когда личность пренебрегает человеческими способностями, такими как разум и воля. Франческа не в состоянии использовать разум и волю, как она не в состоянии видеть в Данте человека. Как и все обитатели ада, Франческа убеждена, что именно она представляет собой центр вселенной, и она воспринимает прибытие Данте в ад как особое событие в её честь (Ад 5:91–92). Ей невдомёк, что она в аду, Франческа воспринимает своё пребывание в рамках социальных светских отношений, о чём свидетельствует изысканность её речи.

Франческа повествует пилигриму Данте о своей жизни и смерти. Она заявляет, что любовь была той внешней силой, которая привела обоих, её и Паоло, к гибели. У неё не было другого выхода, как только отдаться на волю любовной власти, жалуется она Данте. Представляя любовь как объективную категорию, Франческа отводит вину от себя. Её возвышенный язык очень напоминает поэтический язык того времени, когда Данте сам сочинял любовную поэзию.

(Ад 5:100–106)

Любовь, что в сердце нежном вмиг зажжется,

он взял в прекрасном теле, но разбить

его смогли. Во мне обида бьется (102)

Всем, кто любим, простив вину любить,

любовь дала мне радости такие,

что видишь: ни покинуть, ни забыть, (105)

Любовь вела нас к смерти в дни былые,

(Inferno 5:100–106)

Amor, ch’al cor gentil ratto s’apprende,

prese costui de la bella persona

che mi fu tolta; e ’l modo ancor m’offende. (102)

Amor, ch’a nullo amato amar perdona,

mi prese del costui piacer sì forte,

che, come vedi, ancor non m’abbandona. (105)

Amor condusse noi ad una morte.

Данте воспринимает её историю очень близко к сердцу и с большим сопереживанием. Во всех разговорах с грешниками Данте слышит что-то особенное, что только они сами могли ему объяснить, у него создаётся впечатление, что они объясняют ему аспекты его собственной жизни. Читатель тоже может отметить подобное ощущение в отношении своей собственной жизни. Пилигрим Данте, а с ним вместе и читатель, научается от этих грешников, каким образом он может одолеть эти греховные тенденции в своей собственной жизни. Однако в этой первой встрече пилигрим ещё очень далёк от того, чтобы преподанный ему урок пошёл ему на пользу.

Данте необычайно тронут рассказом Франчески и хочет слышать больше.

(Ад 5:115–120)

Потом я к ним лицо оборотил,

сказав: «Франческа! В грусти неизбежных

слез не унять, что о тебе я лил. (117)

Но мне скажи: во время вздохов нежных

как вам любовь дозволила узнать

поток желаний, смутных и безбрежных?» (120)

(Inferno 5:115–120)

Poi mi rivolsi a loro e parla’ io,

e cominciai: “Francesca, i tuoi martìri

a lagrimar mi fanno tristo e pio. (117)

Ma dimmi: al tempo d’i dolci sospiri,

a che e come concedette amore

che conosceste i dubbiosi disiri?” (120)

Франческа рассказывает свою историю, но при этом она опускает некоторые детали. Она замужем, не за Паоло, который так же является братом её мужа. Ни один из этих фактов не упомянут ею. Мы можем справиться с комментариями к тексту, чтобы узнать об этих отношениях. Нужно быть начеку, когда грешники рассказывают Вам свои истории, и не верить каждому их слову. Они расскажут Вам то, что они хотят чтоб Вы знали, для того, чтобы найти оправдание своему положению. Во времена Данте история Франчески была известна всем, оба возлюбленных были убиты мужем Франчески, который застал их врасплох когда они предавались любви, но этого Франческа не рассказывает. Она утаивает любую информацию, могущую навести нас на моральное осуждение.

Франческа рассказывает о том, как началась её любовная история. Она и Паоло вместе читали наедине знаменитую повесть о Ланцелоте.

(Ад 5:127–132)

Забавы ради, без дурных затей

вдвоем о Ланчелотто мы читали,

любовью сжатом. Мы одни. Очей (129)

от книги ни на миг не отрывали.

Но встретились глаза, лик побледнел,

и строки вдруг победу одержали. (132)

(Inferno 5:127–132)

Noi leggiavamo un giorno per diletto

di Lancialotto come amor lo strinse;

soli eravamo e sanza alcun sospetto. (129)

Per più fiate li occhi ci sospinse

quella lettura, e scolorocci il viso;

ma solo un punto fu quel che ci vinse. (132)

За чтением они начали представлять себе встречу между Ланцелотом и его возлюбленной, здесь Франческа настаивает на том, что книга привела их к этому.

(Ад 5:133–136)

Любовник тот поцеловать хотел

уста, которые его желали.

Кому всегда со мною быть удел, (135)

приник ко мне, и губы трепетали.

(Inferno 5:133–136)

Quando leggemmo il disiato riso

esser basciato da cotanto amante,

questi, che mai da me non fìa diviso, (135)

la bocca mi basciò tutto tremante.

Она уверяет, что её воля не была свободна. В её объяснении это или любовь, или книга, или обстоятельства – только не она сама – привели её к гибели.

Франческа уступает настояниям Паоло, потому что она женщина, которая не может сказать «нет». Она так же не в силах сказать «нет» Данте. Каждый раз, когда он просит её рассказать больше, она делает это, несмотря на страдания, которые ей это доставляет, поскольку она вынуждена переживать свою трагедию снова и снова.

(Ад 5:121–126)

И мне она: «Нельзя сильней страдать,

чем вспоминая счастье в дни терзанья

и твой учитель должен это знать. (123)

Но если хочешь услыхать признанье,

что было первым корнем тех страстей,

скажу, слова мешая и рыданья. [»] (126)

(Inferno 5:121–126)

E quella a me: “Nessun maggior dolore

che ricordarsi del tempo felice

ne la miseria; e ciò sa ’l tuo dottore. (123)

Ma s’a conoscer la prima radice

del nostro amor tu hai cotanto affetto,

dirò come colui che piange e dice.[”] (126)

«В этот день мы больше не читали» (Ад 5:138), – это цитата из Святого Августина. Он был обращён во время чтения книги, Посланий Святого Павла. Возлюбленного Франчески зовут тоже Паоло, намёк Данте довольно прозрачен. В своих Откровениях Святой Августин слышит голос мальчика, который настаивает на том, чтобы Августин взял книгу и прочёл её. Он открывает наугад Библию с Писаниями Святого Павла на том месте, где Святой Павел пишет о том, что необходимо оставить своё сластолюбие и желание конкурировать, после чего Святой Августин пишет «с этого момента я больше не читал, да и не было необходимости». Обращение свершилось, его воля обернулась от него самого к Богу. Данте перерабатывает этот эпизод по отношению к Франческе, причём результат оказывается прямо противоположным. Это очень утончённый приём, с помощью которого Данте утверждает, что Франческа, как и Святой Августин, имела фактически выбор для проявления своей свободной воли, но не использовала его, и теперь она вынуждена отвечать за последствия.

Франческа говорит о своей смерти и упоминает Каину, место, где обитают грешные за предательство против рода, как то место, где надлежит быть её мужу, убившему обоих Франческу и Паоло. Это раскрывает её истинную природу под ухоженной элегантной поверхностью. Ей невдомёк, что её муж в последнюю минуту раскаялся и поэтому имеет возможность спасения. Она исключительно сосредоточена на своей любви и ожидает, что всё вокруг должно вращаться вокруг неё одной.

(Ад 5:106–107)

[ «]Любовь вела нас к смерти в дни былые,

Каина ждет того, кто жизнь сгубил.»

(Inferno 5:106–107)

Amor condusse noi ad una morte.

Caina attende chi a vita ci spense.

Услышав историю Франчески до конца, пилигрим Данте неожиданно лишается чувств. Ему предстоит научиться многому, поскольку это только начало его странствия в аду.

Еретики

(Фарината и Кавальканти.)

Перед тем как Данте достигает следующего круга грешников, насильников, он встречает на полпути грешников, повинных в ереси. Поэт Данте исходит из рассуждения, что топография ада исходит из классических источников, так что грех ереси, ложного вероисповедания, не умещается в эту топографию, поскольку это грех специфически христианский. Если взглянуть на понятие ереси в словаре, то это понятие формулируется как «отрицание определённых церковных вероучений». Поэт Данте не имеет желания рассуждать об этом грехе в его буквальной форме или о богословских доктринах как таковых. Вместо этого он желает скорее обсуждать политику и поэзию с грешниками, повинными в ереси, и это может обескуражить, какую связь эти темы имеют с ересью. Пилигрим Данте встречает не одного, а двух еретиков.

Один из грешников останавливает Данте, потому что он принимает его за итальянца из-за манеры речи, когда Данте беседует с Вергилием. Вергилий объясняет Данте, что это Фарината Дегли Убери, который умер в 1264. Его наказание заключается в том, что он посажен в пылающую могилу. Вокруг этого места расположено много могил, но Данте видит только одного Фаринату.

(Ад 10:22–27)

«Тосканец! Речь достойна, как на воле,

и жив среди пылающих грехов!

Не хочешь ли узнать о нашей доле? (024)

По говору признать тебя готов:

ты в благородном городе родился,

к нему я, может, слишком был суров». (027)

(Inferno 10:22–27)

“O Tosco che per la città del foco

vivo ten vai così parlando onesto,

piacciati di restare in questo loco. (024)

La tua loquela ti fa manifesto

di quella nobil patria natio,

a la qual forse fui troppo molesto.” (027)

Фарината хочет знать, кто родители Данте, чтобы выяснить кто из них более благородный (Ад 10:42). Фарината кичится тем, что он одержал победу над предками Данте «не один, но два раза». Политика – это вопрос о принадлежности семьи к определённой партии, поэтому важнейшим вопросом для Фаринаты было узнать, на чьей стороне находится Данте. Всё, что можно узнать из этой встречи, это разделение – как социальное обособление, так и политическое размежевание. Фарината принадлежит к гибеллинам в городе, который традиционно имеет в большинстве гвелфов, но в 1248 и в 1260 годах гвелфы были вытеснены из Флоренции. Данте знает, что гибеллины были побеждены в конце концов и изгнаны из Флоренции навсегда, но Фарината как будто этого не знает.

(Ад 10:45–48)

Он поднял брови, строго поглядев, (045)

потом сказал: «Жестока вражья стая

была ко мне, сообщникам, родне,

за что я бил их, дважды разгоняя». (048)

(Inferno 10:45–48)

ond’ ei levò le ciglia un poco in suso; (045)

poi disse: “Fieramente furo avversi

a me e a miei primi e a mia parte,

sì che per due fiate li dispersi.” (048)

Данте принимает вызов Фаринаты и сам кичится победой гвелфов над гибеллинами. Возвращение гвелфов из ссылки на родину пилигрим Данте описывает как победоносную борьбу над политическим врагом. Пилигрим Данте странствует в аду в 1300 году и погружён по уши в политику, поэтому он может относиться к Фаринате лишь на уровне Фаринаты. Между ними нет никакой разницы.

(Ад 10:49–51)

«Изгнанники к родимой стороне

вернулись оба раза, – я ответил, —

чему не научились вы вполне». (051)

(Inferno 10:49–51)

“S’ei fur cacciati, ei tornar d’ogne parte,”

rispuos’ io lui, “l’una e l’altra fiata;

ma i vostri non appreser ben quell’ arte.” (051)

В разгар их пререканий их прерывает другой обитатель той же могилы, который неожиданно вскакивает из глубины. Персонаж хочет знать от Данте, что если Данте такой знаменитый поэт, то почему сын персонажа не вместе с Данте. Читателю известно, что Данте находится в аду не из-за своей славы поэта, но потому что он в отчаянии и вынужден странствовать через ад чтобы отвернуться от грехов навстречу Богу. Читателю поэтому ясно, что вопрос основан на неправильном предположении.

(Ад 10:57–60)

Потом, надежды гаснущей лишась, (057)

мне, плача, говорит: «Слепой тюрьмою,

идешь направлен высотой ума.

Где сын мой? Почему он не с тобою?» (060)

(Inferno 10:57–60)

e poi che ’I sospecciar fu tutto spento, (057)

piangendo disse: “Se per questo cieco

carcere vai per altezza d’ingegno,

mio figlio ov’ è? e perché non è teco?” (060)

Данте узнаёт персонаж, это Кавальканти, чей сын, Гвидо, который тоже поэт, как и Данте, и с которым Данте знаком. Гвидо не такой большой поклонник творчества Вергилия, каким себя считает Данте, поэтому только Данте удостоился чести быть здесь, объясняет пилигрим.

(Ад 10:61–65)

«Иду не сам, дорога не пряма, —

я отвечал. – Там ждет меня вожатый.

С ним Гвидо ваш небрежен был весьма». (063)

Я понял по словам, в чем виноватый

был грешен, знал я имя тени той.

(Inferno 10:61–65)

E io a lui: ”Da me stesso non vegno:

colui ch’attende là per qui mi mena,

forse cui Guido vostro ebbe a disdegno.” (063)

Le sue parole e ’I modo de la pena

m’avean di costui già letto il nome;

Кавальканти желает знать, жив ли его сын, но ещё до того как Данте успевает ему ответить, Кавальканти падает обратно в могилу также неожиданно как и появился.

(Ад 10:66–72)

Тут он вскочил, волнением объятый, (066)

и, выпрямляясь, крикнул: «Но постой!

Как ты сказал: „Он был…“ Был? Или… или…

в очах родимых свет померк живой?» (069)

В смущении слова мои застыли,

и оттого, что задержал ответ,

упал он навзничь, точно подкосили. (072)

(Inferno 10:66–72)

però fu la risposta così piena. (066)

Di sùbito drizzato gridò: “Come?

dicesti ’dli ebbe’? non viv’ dli ancora?

non fiere li occhi suoi lo dolce lume?” (069)

Quando s’accorse d’alcuna dimora

ch’io facëa dinanzi a la risposta,

supin ricadde e più non parve fora. (072)

Разговор между Данте и Фаринатой продолжается, как будто ничего не произошло, Фарината совершенно не заметил перерыва в их разговоре.

Фарината рассуждает о новостях, рассказанных ему Данте, о поражении его партии. Он пророчествует в свою очередь о том, что Данте будет изгнан в ссылку. Пилигрим Данте узнаёт об этих событиях, которые случатся через год после того, как действия «Комедии» по замыслу поэта происходят. Поэт Данте конструирует своё произведение находясь уже в ссылке, в то время как пилигрим Данте находится на вершине своей политической карьеры в 1300 году, когда он узнаёт от Фаринаты о ссылке, которая ему предстоит. Очень изобретательно поэт Данте использует период между 1300 и его собственным временем как происходящее в будущем по отношению к 1300 году, году, в котором пилигрим Данте странствует.

(Ад 10:77–81)

«Весть, что моим возврата нет домой,

терзает больше, чем постель такая. (078)

Лицо царицы, властвующей тьмой,

пятидесяти раз не озарится,

как сам ты будешь изгнан в край чужой. [»] (081)

(Inferno 10:77–81)

“S’elli han quell' arte,” disse, “male appresa,

ciò mi tormenta più che questo letto. (078)

Ma non cinquanta volte fia raccesa

la faccia de la donna che qui regge,

che tu saprai quanto quell’ arte pesa.[”] (081)

Фарината хочет знать, почему партия Данте всё ещё преследует его семью. В 1280 году гибеллины получили разрешение вернуться во Флоренцию за исключением семьи Фаринаты.

Данте повествует о побоище жителей Флоренции в 1260 году во время битвы у Монтаперти, когда гибеллины Флоренции в союзе с Сиеной сражались против основных войск Флоренции. Фарината и его партия были в меньшинстве, поэтому они были вынуждены союзничать с врагом Флоренции Сиеной. Фарината был предводителем предателей. Для него его семья и его партия были превыше всего. Он упоминает не то, что связывает его с Данте, что они оба флорентинцы, итальянцы, христиане, люди, – для него более важны различия.

(Ад 10:85–87)

И я тогда: «Резни великой гнет,

заставившей быть воду Арбьи красной,

к такой молитве в храмах нас зовет». (087)

(Inferno 10:85–87)

Ond’ io a lui: “Lo strazio e ’l grande scempio

che fece l’Arbia colorata in rosso,

tal orazion fa far nel nostro tempio.” (087)

Фарината не желает признать своё предательство против города и оправдывает свою позицию как защитника Флоренции от разрушений после падения города. В действительности он стремился к власти лишь из интересов самой власти, но не для сохранения города.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.