Владимир Сергеев
2020 Перезагрузка

Глава 1

В вентиляционном коробе грохотала какая-то наполовину оторванная железка. Дом старый, а крышу, похоже, ни разу не ремонтировали. По-крайней мере, Денис не помнил такого выдающегося события за время своего проживания в этой квартире, а живёт он здесь уже третий десяток лет. Ветер, дождь, снег, а порой и град не способствуют сохранности кровли, достаётся ей и от жильцов. То антенну поставить, то убрать и поменять на более продвинутую. А потом ещё нужно регулярно лазить и поправлять, повернувшуюся от неугомонного ветра конструкцию, чтобы она качественно принимала сигнал. Выбираются на кровлю и местные пацаны, покурить на свежем воздухе, а иногда и пивасика выпить, летом позагорать на солнышке. Наркоманы и разные нюхачи на крышу в основном не лазили, а кто рискнул, того потом с асфальта отскребали. Высота и одурманенные мозги – вещи не совместимые, таким лучше в подвал к крысам. Девок, дальше чердака редко пускают. Обычно там, в темноте, на старом продавленном диване, неизвестно кем и когда выброшенным, их путешествие и заканчивается. Лишаются невинности на пыльном диване под голубиное курлыканье.

Сейчас зима и старая крыша не пользуется спросом. Чердак плохо спасает от холодного декабрьского ветра, свободно гуляющего между стропилами и пытающегося оторвать все, что попадается ему на пути. Одинокий мужчина уставился невидящим взглядом на мокрое от тающего снега стекло. За скользящими вниз струйками воды темнота, время далеко за полночь. Фонарь во дворе, под натиском стихии, долго и противно мигал, а потом погас окончательно. Абсолютная тьма, не видно даже сносимых порывами ветра крупных снежинок. Лишь те из них, кому суждено закончить свой полёт на стекле, на секунду появляются изломанной кляксой, чтобы тут же скользнуть вниз капелькой воды. Стекло плачет. Мужчина смотрит на него красными, сухими глазами, в них давно нет места влаге. На маленькой кухне тепло. Старый чугунный радиатор, не смотря на свой преклонный возраст, исправно нагревает небольшое помещение.

Не смотря на комфортную температуру мужчине холодно, он не замечает этого, но его ощутимо потряхивает. Холод выходит откуда-то изнутри его измученного организма. Сердце сжатое ледяной стужей пропускает удары, паузы между ними становятся всё длиннее. Лёгкие со свистом втягивают воздух, который больно скребёт воспалённое горло. Рубцов догадывается, что с ним что-то не то. Вероятно, проклятый вирус добрался и до его, проспиртованного тела, но это его абсолютно не волновало. Он уже принял для себя решение. Старенький «макаров», с потёртой рукояткой, лежал на краю стола. Боевое оружие нелепо смотрелось среди грязных тарелок и пустых консервных банок, наполненных окурками. На поцарапанном пластике кухонного стола лужицы водки, густо засыпанные крошками хлеба. Впрочем, линолеум на полу тоже не отличался чистотой. Кроме крошек и другого мусора на нём стояли и валялись пустые бутылки. Грязные стеклянные банки дополняли картину.

Уборки на кухне не было очень давно. Не до неё было бывшему офицеру. После смерти любимой женщины в нём навсегда поселилась боль и тоска. Окружающее его мало интересовало, он жил одними воспоминаниями. С трудом, не без помощи единственного сына, он смог преодолеть боль утраты и медленно, постепенно, начал возвращаться к жизни. Бросил пить, привёл себя в порядок и вновь вышел на работу. Но, судьба нанесла ему ещё один удар, от которого он уже не смог оправиться. Его гордость и надежда, его Алёшка погиб возле Степанакерта, подорвавшись на фугасе. Получив это известие, старший Рубцов окончательно выпал из реальности. Он запил, так, как не могут пить живые люди, да он уже и не относил себя к живым. Ничего больше в этом мире его не держало. Зачем жить, для чего, для кого. Все, кого он любил больше жизни, ушли навсегда.

Он не знал, какое сегодня число, какой день недели. Да и какая теперь разница. За окном темно – значит ночь, или вечер, а может раннее утро. Что это меняет для него? Ничего. Снег, значит зима. Наверное, скоро Новый год, Алёшка погиб в конце ноября. А может, в отключке, он пропустил праздник с его салютами и петардами и високосный 2020-й сменился, наконец, 2021-м годом. Ну и что? Ему это уже никак не поможет. Всё плохое, что только можно себе представить, этот уходящий год с ним уже сотворил. Когда в прошлом году они семьёй отмечали Новый год, его не отпускало чувство тревоги. Предчувствие большой беды не мог развеять даже выпитый алкоголь. Жена, видя его настроение, пыталась узнать причину, а он отшучивался, старался больше улыбаться. А сердце нехорошо щемило в груди. Сын впервые привёл знакомиться свою девушку и сказал, что летом они хотят пожениться. Симпатичная, умненькая и хорошо воспитанная девочка, но, к сожалению, а для неё может и к лучшему, пожениться они так и не успели.

Проклятый год разрушил планы миллионов, а может и миллиардов человек, что ему парочка влюблённых. Справедливости ради нужно сказать, что природные катаклизмы начались уже давно. Но, в 2020-м планета приложила все свои силы, чтобы избавиться от утомивших её людишек. Сразу первого января случилось землетрясение магнитудой 5.6 баллов у побережья Камчатки. Слава богу, никто не пострадал, цунами, к счастью, не возникло. Но, это было только начало. Девятого января началось извержение вулкана Попакатепетль в Мексике. Небо над страной заволокло дымом, землю засыпало пеплом, но жертв опять удалось избежать. Начавшиеся в Австралии, ещё в 2019-ом году, лесные пожары, сменились ливневыми дождями, которые привели к ужасающим наводнениям. То, что не сделали пожары, доделали вода. В результате Австралия потеряла свыше одного миллиарда животных и восьми миллионов гектаров выгоревшего леса. Сгорело и смыто водой около двух тысяч жилых домов, по официальным данным погибло двадцать семь человек.

В России, в Псковской области, из-за отсутствия снежного покрова намного выросло количество палов сухой травы, что привело к многочисленным пожарам. Двадцать четвёртого января шторм «Глория» обрушился на Испанию, нанеся стране серьёзные разрушения. Землетрясение в Турции, двадцать пятого января, унесло жизни двадцати двух человек. Дальше, больше. Сильные ливни и наводнение в Бразилии, в конце месяца, унесло жизни уже тридцати человек. Природа мстила людям за их варварское к себе отношение. Но, эти катаклизмы показались для планеты Земля слишком мелкими и незначительными, она придумала для людей новое испытание. Впервые проявившийся в конце 2019 года в Китае неизвестный вирус, набрал силу и вырвался за границы этой азиатской страны. Первыми забили тревогу китайские учёные, но их опасения никто не воспринял всерьёз. Учёные ведущих стран, уже привыкли, что Китай стал поставщиком новых, ещё неизвестных вирусов и бактерий.

В последние годы, в странах Юго-Восточной Азии регулярно появлялись неизвестные болезни, но все они достаточно быстро исчезали и про них благополучно забывали. Конечно, и они собирали свою жатву, унося с собой человеческие жизни, но, это происходило по большей части в Азии, практически не затрагивая остальную планету. Это, сильно, расслабило людей, в том числе медиков и учёных. ВОЗ забила тревогу, когда летальные случаи, от новой болезни в Европе, исчислялись уже сотнями, а потом и тысячами в день. Дальше подошла очередь России и Америки. Вирус, получивший название «COVID 19», не признавал границ и не желал само ликвидироваться. Более того, он очень плохо поддавался лечению. Медики перепробовали все известные препараты, но без заметного успеха.

Часть людей болела очень тяжело, с серьёзными осложнениями, зачастую приводящими к летальным исходам. Другие болели легче и при использовании для лечения сильных антибиотиков выздоравливали, приобретая не стойкий и не продолжительный иммунитет. Через какой-то, чаще не очень большой, промежуток времени, они могли заболеть повторно и не факт, что во второй раз «COVID» отпустит их живыми. Сравнительно небольшая часть человечества, были не восприимчивы к новой заразе и переносили её легко, без симптомов. При этом они являлись активными переносчиками и распространителями вируса. Ведущие страны лихорадочно приступили к разработке вакцины против короновируса. Естественно, такая масштабная работа требовала немало времени. По-хорошему, для разработки подобного препарата и полному циклу его испытания требовался не один год.

Вирус ждать не стал. Он принялся днём и ночью, без выходных и праздников успешно сокращать численность населения планеты. Первыми серьёзные потери понесли медики. Пытаясь вырвать из лап болезни как можно больше людей, они цепляли огромное количество вируса и чаще всего погибали. Не избежала заражения и Ольга, жена Рубцова. Опытный врач-терапевт, она очень серьёзно относилась к своей работе. Долг медика практически с первых дней обострения ситуации в России привёл её на работу в «ковидный» госпиталь. Она сутками не выходила из красной зоны, а в редкие часы отдыха оставалась в госпитале, чтобы ненароком не распространить инфекцию на других людей. По телефону она говорила Денису, что всё хорошо и никогда не жаловалась на усталость, а даже наоборот, старалась подбодрить его.

У него, тогда как раз были проблемы. Последние пару лет, как ушёл в отставку его начальник контр-адмирал Горохов Игорь Владимирович, спокойная и продуктивная служба Рубцова закончилась. Горохов незадолго до своего ухода позвал Рубцова к себе в кабинет. Сам встал, закрыл дверь на ключ и достал из сейфа пузатую бутылку с янтарной жидкостью. Две рюмки и блюдце с нарезанным лимоном.

– Бери Денис стопку, – он пододвинул одну рюмку к Рубцову, – давай выпьем и потолкуем. Мне зять французский коньяк подарил, настоящий.

Они выпили и взяли по ломтику лимона. Коньяк и вправду был замечательным. Приятное тепло, вначале покорив пищевод, плавно распространялось по всему телу.

– В общем, тут такое дело Денис, – адмирал налил ещё по рюмке, – ухожу я на пенсию.

– Да вы что, Игорь Владимирович, – изумлённо спросил Рубцов, – у вас же здоровья ещё вагон, молодые позавидуют, или дома что случилось?

– Да нет, дома, слава богу, всё в порядке и здоровье, тьфу, тьфу, тьфу, – адмирал постучал по столу костяшкой согнутого пальца, – пока не обижает. Давай ещё по стопарику.

– Дело в другом капдва, – продолжил Горохов, положив на край блюдца шкурку лимона, – попросили меня вежливо. Да так вежливо, что хрен откажешь.

– Кто попросил? – не понял Рубцов.

– Ну, ты даёшь Денис, – Горохов усмехнулся, – кто может попросить контр адмирала свалить на пенсию, пускай и давно заслуженную. Только те, что сидят повыше, в больших просторных кабинетах, у кого звёзд на погонах поболе или крупнее они по размеру. Да дело, в общем-то, не во мне. Я всё равно собирался через годик другой на покой уходить. Вот только хотел тебе капраз выбить, да на своё место посадить. Кроме тебя на своём месте я никого не хотел видеть. Слишком много мы с тобой сил вложили в отряд, что бы какой-то мудак пришёл и всё испортил. Но, обломали меня. Вежливо и настойчиво. Намекнули прозрачно, что если я буду выёживаться, отряд вовсе могут расформировать и раскидать по другим подразделениям. Мне тогда в любом случае придётся на пенсию идти, но и отряда как такового уже не будет. Раскидают вас по всем флотам нашей необъятной… Эх, давай ещё по одной.

– Я так понимаю, Игорь Владимирович, кому-то ваше место понадобилось? – поставив рюмку, спросил Рубцов.

– Ну, я никогда в твоей смекалке не сомневался Денис, правильно мыслишь, – ответил Горохов, взяв ломтик лимона, – в самое яблочко. У одного штабного адмирала подрос сынок. Сразу посадить его в штаб слишком нагло. Точнее посадить то можно, он и сейчас там ошивается. Но, для достойного места нужна хотя бы одна, но крупная, звезда на погон. Заработать её в штабе можно, но слишком долго, да и завистники могут настучать на самый верх, что развели семейственность и так далее. Потом проблем не оберёшься. А так посадят его на моё место, через годик капраз кинут, за «отличную» службу, а ещё через пару лет и контр адмирала дадут. Ну, а дальше путь открыт в столицу нашей необъятной и горячо любимой Родины. Все завистники заткнутся. Боевой офицер, командир одного из лучших подразделений, что тут можно сказать? Вот такой форс мажор капдва.

– Да ты не вешай голову раньше времени Денис, – Горохов вновь наполнил рюмки, – ты ещё молод, здоров. Переживёшь этого гостарбайтера, мать его, надолго он не задержится. Максимум года три, ну четыре, а потом свалит в столицу. Там папаша ему за это время тёплое гнёздышко совьёт, тянуть ему не с руки, возраст уже критический, как бы самому пинка под сраку не прописали. Главное Денис, отряд сохранить, людей, которых мы с тобой вместе подбирали, растили и пестовали. Я тебе буду помогать, чем смогу, остались ещё порядочные командиры на флоте, с которыми я знаком. Ты если что не стесняйся, обращайся, если совсем туго станет.

Вот так закончилась нормальная жизнь Рубцова на флоте. Пришедший на смену Горохову, капдва Дубинин абсолютно не понимал специфику подразделения. Был откровенно туп и необычайно высокомерен. Чувствовал себя как минимум Наполеоном, а своих подчинённых пигмеями, или рабами, обязанными заглядывать ему в рот в ожидании очередной команды. Он сразу невзлюбил Рубцова, чувствуя, что подчинённые ценят и уважают его, а его самого откровенно игнорируют. Вначале пакостил из подтишка, пытался унизить при бойцах, старался подставить перед вышестоящим начальством. Не особо грамотный в военном деле, он мастерски плёл интриги. В общем, Рубцов быстро понял, что сохранить подразделение в боеспособном виде при таком командире у него вряд ли получится.

Он хотел встретиться и посоветоваться с Гороховым, может старик со своими связями и опытом чем-то поможет, но, увы, опоздал. Контр адмирал скоропостижно скончался, оторвался тромб и закупорил сосуд. Рубцов ещё боролся за своих парней до конца 2019 года и боролся бы дальше, но мастер интриг Дубинин в очередной раз подставил его перед вышестоящим начальством. Он выставил Рубцова виновным в неудачной операции, в которой получили ранения двое бойцов группы. Причём по его рапорту выходило, что сам Дубинин предлагал другой план, а Рубцов настоял на своём, что абсолютно не соответствовало действительности. Однако, правильно подготовленное начальство спустило всех собак именно на Дениса. А куда денешься, если позвонили из самой Москвы и предложили примерно наказать капитана второго ранга Рубцова, вплоть до снятия с погон лишней звезды.

Денис едва сдержался, чтобы не искалечить этого «папиного» сынка, любыми способами делающего себе карьеру. Точнее, сам бы он всё-таки не сдержался. Парни на нём буквально повисли, когда он, узнав о проделках Дубинина, побледнев, рванул в штаб. Если бы не они, он бы точно схлопотал срок, причём серьёзный, возможно даже за убийство. Немного остыв и всё обдумав, он написал рапорт об отставке. Его никто не уговаривал, командир части, в принципе нормальный мужик, отлично понимал ситуацию, но ничего не мог поделать. Лучше пожертвовать одним офицером, чем задрюкать часть постоянными проверками из столицы. При таком раскладе, гораздо больше людей пострадает.

Жена поддержала решение Рубцова, хотя прекрасно понимала, что для него значит служба. Военный в третьем поколении, он не представлял себя на гражданке. Все его помыслы с самого детства были связаны с военной службой. Он дневал и ночевал в подразделении, порой в ущерб семейной жизни, но она никогда не пилила его. Выходя замуж за курсанта военного училища, она прекрасно понимала, что за жизнь её ждёт и ни разу его не упрекнула. Мудрая женщина она отлично видела, как тяжело ему пришлось после отставки Горохова, переживала за него. Узнав, что муж подал рапорт, она обрадовалась в душе, но вида не подала. Понимала, что не стоит этого делать, слишком много служба значила для её Дениса.

Рубцов просидел дома без дела всего неделю. Ещё год назад, случайно, на улице, он встретил своего однокашника по училищу, Стёпку Иванченко. Оказалось, что тот уже полгода как ушёл со службы и сейчас работает со своим старшим братом. Старший Иванченко, ещё учась в престижном ВУЗе, занялся бизнесом и весьма успешно. Голова у него работала как надо. Сейчас у него был банк и несколько крупных торговых центров. Одному, постоянно развивающимся бизнесом, управлять стало сложно, и он начал агитировать помочь младшего брата. У Стёпки служба шла не шатко не валко, офицером он был толковым и грамотным, но в душе оставался распиздяем. Таким его Рубцов ещё по училищу запомнил. Курсант Иванченко провёл на гауптвахте, наверное, не меньше времени, чем на занятиях в аудиториях.

Рубцов тоже любил погулять в молодости, кровь требовала адреналина, а детородный орган тёплой лунки, но до Стёпки ему было далеко. При распределении учли «заслуги» курсанта Иванченко, и лейтенант Иванченко поехал служить в такую Тмутаракань, о которой раньше даже не слышал. Возможно, Стёпка, наконец, повзрослел, или в этой глуши не было применения его беспокойной натуре, кроме самой службы, но дела его пошли в гору. Он быстро поднялся до командира этой небольшой части, но, увы, дальше, в этой глуши расти было не куда. Стёпка загрустил, но дисциплину поддерживал, и приобретённый авторитет не терял. Его небольшая часть вполне прилично выдерживала немногочисленные проверки и успешно несла службу. Кипучая натура Иванченко не могла долго мириться с существующим положением. Чтобы не наломать дров, он принял предложение брата и ушёл на гражданку.

Сейчас Стёпка занимался службой безопасности в растущей империи старшего брата. Но, Илья, так звали старшего Иванченко, планировал подключать его непосредственно к бизнесу, а на СБ найти нового человека. Когда бывшие однокашники допили первую бутылку, а Рубцов коротко рассказал о своей службе с Дубининым, Стёпка предложил ему возглавить службу безопасности их семейного бизнеса.

– Что тебе мучиться под этим мудаком – сказал он, разливая коньяк из только что принесённой официантом бутылки, – ты или замочишь его, или ещё что учудишь. Дальше будет только хуже, знаю я подобных гандонов. Он по головам будет лезть к заветному креслу и погонам с большими звёздами, а тебя мимоходом сжуёт. Просто так из вредности, а может из тайной зависти к твоим способностям и авторитету у бойцов. Он знает, что ты ему не конкурент, но его сучья натура не даст ему покоя пока он тебя не растопчет. Так что, мой тебе совет, вали от него как можно быстрее, а то ваше противостояние очень печально для тебя закончится. Получишь срок как два пальца об асфальт. Пиши рапорт и уходи на гражданку. Предлагаю тебе возглавить нашу секьюрити. Полномочия самые широкие. Сам будешь личный состав подбирать и строить, а зарплата на первое время будет, скажем, раза в три больше чем у тебя сейчас.

– Спасибо за предложение Стёпа, а твой брат как к новому сотруднику отнесётся?

– Нормально, – убеждённо сказал Иванченко младший, – даже обрадуется. Во-первых, он тебя немного знает, ну а с моими рекомендациями будет только рад поручить тебе нашу безопасность. Во-вторых, ему уже давно нужен помощник, а кому он может доверять больше чем собственному брату? Поэтому даже не сомневайся, с этим проблем не будет. Мы планируем ещё расширяться, планов у Ильюхи вагон. Соответственно и СБ будет расти, так что и тебе скучно не будет, а в твоих способностях я уверен.

– Ещё раз спасибо, но ты же знаешь, как я отношусь к службе и к флоту в частности. Я же прокисну на гражданке, мне же с детства форма и оружие снились. Зарплата у меня в принципе не плохая. Новый министр обороны правильный мужик, поднял престиж военных. Вот только Дубинин, сука, свалился на мою голову, – лицо Рубцова потемнело.

– А я про что? Знаю я тебя Денис как облупленного, знаю, что батя твой всю жизнь армии отдал, и дед фашиста бил пока не погиб. Не сомневаюсь, что и ты, всю жизнь посвятил бы флоту и для страны сделал не мало, но не повезло тебе. Встал на твоём пути этот хлыщ штабной и не обойти тебе его никак. А может рапорт написать да перевестись куда-нибудь? – спросил Стёпка.

– Ты думаешь, я не рассматривал этот вопрос? – криво усмехнулся Рубцов.

– Понимаешь, я в этот отряд столько сил вложил, я же здесь с самого училища. Думаешь легко парней бросить? – по лицу Дениса вновь пробежала тень.

– Да и кроме этого, проблем не меряно. Я когда только заикнулся о переводе, мне командир сразу сказал, что держать не будет, рапорт подпишет. Но, добавил, что старший Дубинин, естественно, по наводке младшего скорей всего подберёт мне такое место службы, что до затрёпанного Мухосранска будет километров двести и всё лесом. Твари, как волка обложили, ну вот что я им сделал? – вопрос был риторическим и Рубцов не ждал на него ответа.

– А куда я с женой, да и сам уже не мальчик, всё с начала начинать. Ладно, сын в училище поступил, на казарме живёт, а Ольга? У неё работа, больные, авторитет, подчинённые. Она и так со мной тягот хватила по молодости, пусть поживёт спокойно, тоже уже не девочка, здоровье бывает, подводит. Нет, Стёпа не подходит мне такой вариант, – Денис глянул на часы, – давай, кстати, закругляться, засиделись мы с тобой. Спасибо ещё раз, за предложение, но я ещё повоюю. Не годится боевому офицеру под штабную крысу прогибаться. Меня бойцы не поймут.

– Ладно, Денис, давай на посошок и по домам, – Степан наполнил рюмки, – только будь осторожней с ними брат. Ты же прямой как штык, а этих засранцев в открытом бою не победишь, сломают. В общем, я пока подержу место начальника СБ, у меня там зам. толковый, пусть пока поработает.

– А что ты его насовсем за себя не оставишь, если он толковый? – Денис с интересом взглянул на друга.

– Не его уровень. Как зам. он не плох, ну и всё. Это его потолок, а мне нужен проверенный человек инициативный, способный развивать службу под новые задачи. Так что я тебя пока подожду. Мы в этом году планируем присоединить к себе пару небольших компаний, но дело это не быстрое. В лучшем случае к концу года только всё срастётся. Телефон у тебя мой есть, если надумаешь, звони в любое время, не стесняйся. Ну и вообще звони, не теряйся, может какая помощь потребуется, в том числе финансовая. Седьмая рота своих не бросает, – вспомнил Стёпка их курсантскую присказку, – прорвёмся брат.

Рубцов ко всему подходил основательно, не стала исключением и его новая работа. Пару недель он присматривался к подчинённым, изучал специфику работы, осматривал и изучал все объекты империи братьев Иванченко. После взялся за ротацию, физическую и стрелковую подготовку людей. Некоторые не выдержав возросших требований, поспешили уволиться. Он никого не удерживал. Поговорив с братьями, он добился увеличения зарплаты для охранников, и хорошего премиального фонда, которым распоряжался лично. В команде остались только надёжные и работоспособные люди. С каждым соискателем на освободившиеся места он беседовал лично, сам проверял их подготовку и боевые навыки. Конечно, он понимал, что у него не получится из обычного секьюрити сделать отряд боевых пловцов-диверсантов, да и не нужно им этого. Но, он должен быть уверен в каждом своём сотруднике, по-другому он не умел.

Подчинённые, вначале настороженно относившиеся к новому начальнику, вскоре зауважали его. Рубцов на личном примере показывал отличную физическую форму, не чурался выйти на татами с любым из своих подчинённых. В тире лишь единицы могли тягаться с бывшим капдва. А в метании колющих и режущих предметов с ним даже не пытались соревноваться. В общем, жизнь понемногу налаживалась. Не смотря на начавшуюся в мире пандемию, дела у братьев шли не плохо. Правда, прибыль от торговли заметно снизилась, но выручал банк. Кредиты, ипотеки были по-прежнему востребованы. Ещё Иванченко прикупили швейную мастерскую, расширили её, закупили новое оборудование и запустили производство защитных масок и костюмов для медиков.

Весной Денис всё чаще задерживался на работе допоздна или вообще ночевал в своём просторном, с роскошным диваном, кабинете. Ольга неделями не покидала свою больницу, чтобы не разносить проклятый вирус. По двенадцать, четырнадцать часов работала в «красной зоне», стараясь отобрать у смерти как можно больше людей. После такой работы сил у неё хватало только добраться до своего кабинета, в котором поставили узкую кровать и позвонить мужу. Иногда она засыпала прямо во время разговора. Денис очень переживал за неё, но зная свою женщину, даже не пытался как-то на неё давить. У неё, впрочем, и у него тоже, было обострённое чувство долга. Она скорей разведётся с ним, чем бросит больных и свою работу.

Находится в квартире одному, было тоскливо, поэтому он не торопился уходить с работы. Сын Алексей в прошлом году окончил училище и уехал в свою часть за пару тысяч километров от родителей. Звонил, правда, регулярно. Бодро докладывал, что всё нормально, командир толковый, бойцы дисциплинированные. Интересовался как дела у матери, просил её поберечься и отключался. Денис понимал, что проблем и забот у молодого лейтенанта хватает, а ещё невесте нужно позвонить, чтобы не забывала. Его подруга оканчивала институт, уже вышла на диплом, в начале лета должна защититься, а вскоре после этого влюблённые планировали пожениться. Начавшаяся пандемия, конечно, внесла коррективы. Самоизоляция, запрет массовых мероприятий, однако молодёжь твёрдо решила расписаться, пусть даже и без свадьбы.

В последний раз Ольга позвонила поздно ночью, была очень уставшей. Она тихо сказала, что неважно себя чувствует, сильно болит голова. Под конец разговора раскашлялась и поспешила распрощаться, сказав, что завтра позвонит пораньше. На завтра, не дождавшись звонка от супруги, Денис стал звонить ей сам, она не ответила. Такое бывало и раньше. В «красную зону» врачи с собой телефоны не брали, но в этот раз сердце его сжалось от нехорошего предчувствия. Дождавшись утра, он позвонил в ординаторскую. Коллега жены рассказала, что Ольга заболела и сейчас находится в реанимации на аппарате ИВЛ, поэтому говорить пока не может. Поражение лёгких сорок, сорок пять процентов. Это достаточно много, но она должна справиться, а они ей в этом помогут, пусть он сильно не переживает.

Может Ольга и справилась бы с короновирусом, но её сердце не выдержало. Через три дня ему позвонил главврач госпиталя и сказал, что Ольга Сергеевна умерла. Он говорил какие-то хорошие, добрые слова, но Денис его уже не слышал, хоть и держал трубку возле уха. В ушах что-то звенело, а перед глазами стояло милое улыбающееся и немного усталое лицо его Оли, его единственной любимой женщины. Не дослушав врача, он положил трубку. Ему не нужны были слова утешения, они не способны ему помочь, слишком сильна боль утраты. Он не знает, сколько просидел в своём кабинете, пока к нему не зашёл Стёпка. Увидев бледное и растерянное лицо друга, и узнав, что случилось, лично отвёз его домой, а сам занялся организацией похорон.

Рубцову дали отпуск, Степан даже предлагал устроить путёвку в хороший санаторий, некоторые из них ещё работали, несмотря на пандемию. Денис отказался. Пару недель он сидел дома и пил, отключив телефон. В пьяном угаре к нему приходила Ольга и грустно смотрела на него, а иногда укоризненно качала головой. Ну и пусть, пусть сердится. Зачем она оставила его? Как ему жить дальше одному? А потом она перестала приходить. Вместо неё в воспалённом мозгу мелькали какие-то неясные тени, раздавался тихий неразборчивый шёпот. Очнулся он от того что кто-то лил на него воду. С трудом разлепив заплывшие веки и сфокусировав изображение, он увидел стоящих над ним Стёпку и сына Алёшку. Стёпка поливал его холодной водой из маленькой лейки, из которой Ольга раньше поливала цветы.

Потом пришёл вызванный Степаном пожилой доктор и поставил ему капельницу, а сын сварил куриный бульон и чуть ли не силой заставил его выпить. Алёшка оставался в родительском доме ещё два дня, поддерживая и возвращая отца в реальность. Денис уже на следующий день после капельницы привёл себя в порядок, помылся, побрился, а проводив сына, вышел на работу. Теперь дома он бывал ещё реже все свои силы, отдав работе. Каждую неделю заезжал на кладбище, привозя свежий букетик цветов. Белые хризантемы, любимые Ольгины цветы. Стоял, глядя на фотографию и молча разговаривал с женой, рассказывал как дела на работе, как служит Алёшка, что творится в мире. После таких посещений ему становилось легче, как будто он и вправду поговорил с любимой. Алкоголь он больше не употреблял, совсем, даже пиво.

Время лучший лекарь. Понемногу боль утраты сглаживалась, текущие дела требовали всё больше времени. Денис догадывался, что Стёпка специально грузит его работой, даже не относящейся к ведению службы безопасности, но не возражал. Он был рад вообще жить на работе, чтобы не возвращаться в пустую квартиру. Степан как-то предложил ему поменять свою квартиру на новую. В одном из лучших спальных районов. Обещал, если потребуется, помочь с деньгами. Денис вначале отказался, но со временем, всё обдумав, понял что так, наверное, будет для него лучше. В их старенькой квартирке всё напоминало о преждевременно ушедшей хозяйке. Он решил подобрать себе небольшую однокомнатную квартирку в новом доме, где никто друг друга не знает. Сердобольные и любопытные старушки не будут лезть с расспросами, и провожать его сочувствующими взглядами.

Денис посмотрел пару вариантов и один из них ему понравился. Уютная квартира-студия с хорошим ремонтом, заезжай и живи. Хозяин попросил подождать месяц, чтобы уладить свои дела, он переезжал в другой город. Рубцов не возражал, ему тоже требовалось время, чтобы найти покупателя на свою квартиру. Он выложил в интернет объявление о продаже, когда високосный год вновь напомнил о себе. Мужской голос в трубке, представился капитаном Савельевым. Он сообщил, что лейтенант Рубцов Алексей Денисович погиб выполняя миротворческую миссию в Нагорном Карабахе. Капитан ещё рассказывал какие-то подробности, но Рубцов старший вновь ничего не слышал. Он окончательно выпал из этой ненавистной реальности, забравшей у него самых близких и любимых людей.

Похороны он помнил смутно как в тумане. Алёшку похоронили рядом с Ольгой. Денис помнил рыдающую на свежем холмике земли невесту сына, угрюмое лицо Степана, стоящего рядом. Лица остальных расплывались, не откладываясь в памяти, да и провожающих было совсем немного. Молодые солдатики выстрелили в небо из стареньких «калашей», вспугнув с окружающих берёзок стаю чёрных ворон. Какой-то подполковник сказал короткую речь, из которой он запомнил только отдельные слова: «герой», «долг», «служба», «Родина». Лица офицера он тоже не запомнил, а вот его грузная фигура в короткой шинели, почему-то отложилась в памяти. Денис кое-как отсидел на поминках, выпив три рюмки водки и не ощутив во рту никакого вкуса. Когда провожавшие сына люди разошлись, он попросил Степана отвезти его домой. Тот вызвал такси и довёз Рубцова прямо до подъезда.

– Стёпа, спасибо тебе за всё, – сказал Денис, выйдя из машины и закрыв дверцу.

– Ты не провожай меня, я хочу побыть один, – добавил он, видя, что друг тоже вылез из машины, и в окно передаёт деньги таксисту, – езжай домой.

– Хорошо Денис, как скажешь, – ответил Степан и вновь открыл заднюю дверцу, – ты отдыхай сколько нужно, за работу не беспокойся. Сизых поработает за тебя, а я присмотрю.

– Спасибо Стёпа, но ты меня не жди, я наверно не вернусь. Может, вообще в другой город перееду или, наоборот, в деревню, или куда на Север завербуюсь. Тяжко мне, не смогу я здесь жить.

– Ну, ты мужик самостоятельный, тебе решать, как после всего этого жить. Но жить надо Денис, во имя Оли и Алёшки надо. Ты отдохни, всё продумай, взвесь и поступай, как сердце подскажет, но помни, если тебе понадобится помощь, ты всегда можешь рассчитывать на нас с братом. Любая помощь Денис, любая. Даже если уедешь в другое место, не важно, только позвони, если будет туго.

– Спасибо Стёпа, езжай, и я пойду, – Рубцов протянул руку, – спасибо друг.

Денис смахнул набежавшую слезу, резко повернулся и пошёл к подъезду, на ходу доставая ключи. Степан так и стоял, держась за открытую дверцу машины пока он не скрылся за подъездной дверью. Потом тяжело вздохнул, сел и назвал шофёру адрес. Больше они не виделись. Денис почти не покидал квартиры, спускаясь только в ближайший магазин пополнить запас водки и купить что-нибудь на закусь. Сколько он так жил он не знал, да и жизнью это назвать было нельзя. Он давно умер, ещё тогда, когда услышал известие о смерти сына. Тогда же он принял решение. Он никуда не собирался уезжать. Зачем? Сказал Стёпке специально, чтобы тот его не беспокоил и не переживал. От Рубцова осталась только оболочка, килограмм восемьдесят костей и старого мяса. Душа умерла вместе с сыном.

Мужчина вновь сфокусировал взгляд на чёрном оконном стекле. За ним белело лицо его Оли, она плакала. Казалось, ручейки тающего снега бегут по её щекам. Он какое-то время молча вглядывался в дорогие черты, потом не глядя протянул руку и взял со стола пистолет. Рукоять привычно легла в ладонь, затвор уже был передёрнут.

– Прости Олюшка, я не могу без вас, – прошептали пересохшие губы, – прости меня…

Голова резко дёрнулась в сторону, смещая шейные позвонки, боли он не почувствовал и уже не услышал грохот выстрела. Он вообще больше ничего не чувствовал. Абсолютная темнота, тишина и ощущение полёта…

Глава 2

Какие-то несвязные мысли мелькали в голове подобно кометам. Он ощущал это хаотичное движение, но не мог его упорядочить и расшифровать. Кто он, где он? Никакой информации. Сколько прошло времени, он не знал, но внезапно мысли-кометы замедлили свой сумасшедший полёт. Как кадры старой киноплёнки под воздействием проявителя, стали всплывать образы-воспоминания. Он вспомнил всё, с самого раннего детства и до последней зимней ночи. Значит, он умер, решил Рубцов. Но, немного поразмыслив, он засомневался в своём первоначальном решении. Вряд ли человек после смерти предаётся воспоминаниям, зачем они ему? Похоже, он ещё жив, но почему ничего не чувствует? Тела как будто нет совсем, остался только разум и воспоминания. Хотя… нет. Неизвестно почему, но он точно знает, что с его телом всё в порядке. Даже больше. Он абсолютно здоров. Здоров так, как был здоров только в молодости, когда ещё был курсантом.

Но, почему тело его не слушается? Он не может поднять руку, даже пальцы не шевелятся. Но паники почему-то нет, он абсолютно спокоен. И вновь пришла мысль-осознание – ему не нужно пока шевелиться. Мозг не готов подать команду двигаться руке, пальцам или другим частям тела. На него просто наложена блокировка. Кем наложена и почему он ничего не видит? Сплошной розовый фон и никакого движения. Стоп, а глаза? Он же их не открыл? Яркий свет резанул по глазам, появились цветные круги. Он быстро прикрыл глаза веками. Теперь розовый фон сменился цветными кольцами, которые хаотично переплетались между собой. Через некоторое время они исчезли и привычный фон восстановился. Следующая попытка была более удачной. Он не стал одномоментно распахивать веки, а поднимал их медленно по чуть-чуть.

Белый блестящий потолок отражал свет льющийся откуда-то сбоку. Когда веки открылись полностью, глаза уже успели адаптироваться к этому отражённому свету. На потолке ничего не было, гладкая глянцевая поверхность, которую не портили даже швы или стыки панелей. Любопытство великая сила. Он захотел посмотреть на источник света и у него получилось! Шея слушалась! Слепящий свет лился справа, конкретно ни откуда. Казалась, что светится вся правая половина этого странного помещения. Свет был настолько ярок, что глаза начали слезиться и самостоятельно прятаться под спасительными веками. Усилием воли он постарался их удержать, чтобы разглядеть три тёмных тени стоящих на фоне слепящего света. Ничего не получилось, картинка стала расплываться в набежавших на глаза слезах. Он опустил веки и вновь увидел надоевшие разноцветные круги. На этот раз они были не такими яркими как вначале и продержались не долго. На смену им пришёл привычный розовый фон, на котором выделялись три вертикальных тёмных тени.

– Не порти зрение, – услышал он голос с металлическими не живыми нотками, – ты всё равно ничего не увидишь.

– Кто здесь? – спросил он мысленно, а голосовые связки, послушно преобразовали мысли в хриплый от пересохшего горла голос.

– Это не так важно, можешь называть нас «высшими». Это определение ближе всего соответствует реальности, – произнёс тот же голос.

– Я умер? Что со мной будет дальше? Я увижу свою жену и сына? – голос лежащего заметно напрягся.

– Столько вопросов, – ему показалось, что металлические нотки немного ослабли в голосе незнакомца, – нет, ты не умер. Мы решили, что тебе ещё рано покидать мир живых. У нас есть ещё для тебя работа. Увидишь ли ты своих близких зависит только от тебя.

– Я же выстрелил себе в голову, в упор. Что патрон был бракованным?

– Нет, патрон был нормальным, – ему показалось, что говоривший даже усмехнулся, – пришлось серьёзно повозиться, чтобы тебя вернуть.

– Зачем? Что я должен сделать, чтобы увидеть свою семью? – голос неудавшегося самоубийцы дрогнул.

– Как бы пафосно это не звучало, – сказал «высший», – ты должен спасти человечество. Год, который довёл тебя до самоубийства, нужно переписать. Если оставить всё как есть, человечество окончательно погубит свою планету, а вместе с ней и себя.

– Как это переписать? Вы что шутите надо мной? Как я могу спасти человечество, если не смог уберечь даже свою семью? Я что похож на супермена?

– Опять куча вопросов, – в голосе «высшего» послышались ворчливые нотки, – значит, мозг твой восстановился правильно. Переписать, значит вернуться в прошлое, в предыдущий год и кое-что подправить. Кстати исправить нужно не так уж много. Для этого вовсе не обязательно быть суперменом. Любое глобальное событие, как правило, начинается с какой-то мелочи. Если проанализировать произошедшее, всегда можно найти один маленький камешек. Который, в свою очередь, если его, конечно, сдвинуть с места, вызовет целую лавину, сметающую всё на своём пути. Тебе, воин, Денис Рубцов, нужно просто закрепить, а может наоборот, совсем убрать эти камешки. Тогда не случится катастрофический камнепад и твой мир сохранится. Согласен?

– Вы можете вернуть меня в прошлое, где все мои ещё живы? – голос Дениса осёкся на последнем слове.

– Если бы не могли, зачем всё это затевать? Ты бы сейчас валялся на грязном полу своей квартиры в луже крови и с дырой в черепе. Мы решили дать людям ещё один шанс. Получится у тебя что-то исправить или нет, зависит только от тебя. Мы со своей стороны итак сделали не мало. Поверь, у нас были разные точки зрения на судьбу человечества. Так ты согласен или нет? – в голосе послышалось раздражение.

– Да, согласен. Я на всё согласен, лишь бы вновь увидеть свою жену и сына живыми, – голос Дениса предательски задрожал, он секунду помолчал и уже окрепшим голосом задал очередной вопрос:

– С чего мне начинать, где искать, эти чёртовы камни, которые всё разрушили?

– В этом мы тебе поможем, слушай и запоминай. В первую очередь нужно разобраться с этим вирусом, унёсшим столько жизней и вызвавшим глобальный мировой кризис. Все опубликованные в СМИ версии его возникновения полная чушь. Летучие мыши и другие животные не имеют к нему никакого отношения, кроме того, что сами им болеют. Вирус выведен человеком, кстати, очень умным. В одной из секретных биолабораторий. Она финансируется спецслужбами страны, которую ты знаешь как США. Естественно, кто платит, тот и заказывает музыку.

– А зачем американцам потребовалось уничтожать самих себя? Насколько я помню, у них было самое большое количество жертв, хоронить не успевали, – недоверчиво спросил Рубцов.

– Всё объясняется очень просто. Это ваша человеческая беспечность и самоуверенность. Доктор Вильям Гейц, так зовут отца вируса, был излишне самоуверен. Он был уверен, что выведенный вирус, будет активен только у людей с жёлтым цветом кожи и специфическим разрезом глаз. Вы их зовёте китайцами. Именно их генный материал он использовал, работая над своим детищем. Спецслужбы получили задание от своего президента как можно быстрее закончить затянувшуюся торговую войну, между США и Китаем. Естественно, полным поражением китайцев. Причём цель была не просто развалить экономику этой страны, а уничтожить её полностью, чтобы она уже никогда не оправилась. Ну а если при этом вымрет большая часть населения, не страшно, издержки производства.

– Вы мне можете подсказать, где расположена эта лаборатория и когда они начнут применять своё бактериологическое оружие? Имя доктора-смерть я запомнил, но чтобы вычислить его, понадобится дополнительное время, наверняка он тщательно засекречен, – мозг Дениса сам подключился к работе над заданием.

– Нет ничего проще. Доктор биологии Вильям Гейц, бывший гражданин Украины – Виталий Грицко, спокойно трудится в современной лаборатории недалеко от столицы Грузии. Слышал про такую? – в голосе «высшего» мелькнули озорные нотки.

– Центр Лугара, – машинально ответил Рубцов, – открыт в 2011году, название получил в честь сенатора Ричарда Лугара. Расположен в посёлке Алексеевка в пригороде Тбилиси. Неужели эту заразу, погубившую Ольгу, вывели там?

– Хорошо, – удовлетворённо констатировал «высший», – вижу твой мозг, восстановлен на сто процентов, не зря мы трудились. Да, эта лаборатория мать вируса убившего твою женщину, а Гейц-Грицко его отец. В этом центре есть особо закрытые зоны, в которые лишь немногие сотрудники имеют допуск. Сам центр под охраной американских солдат, но в целом, это обычные морские пехотинцы. Таких лабораторий по Земле построено больше сотни. Большая часть из них работает над подобным оружием. Охранять их все как президента страны, слишком дорого. К тому же, подобные беспрецедентные меры будут привлекать журналистов и всевозможных борцов за чистоту окружающей среды. Кто же знал, что рядовой вирус, подобных которому, эта армия учёных выводит десятками в год, так выстрелит.

– Никто не ожидал, что капитан разведки Энтони Вильсон, – продолжил «высший» после короткой паузы, – привёзший заражённый материал в китайский город Ухань, откроет ящик Пандоры. Кстати, он сам впоследствии умрёт от этого вируса, легко перемахнувшего через океан. В Ухань он приедет в конце октября, а первого ноября 2019 года вирус будет выпущен на свободу. Контейнер из центра Лугара он заберёт 21 октября, поэтому тебе нужно побывать там раньше. Надеюсь, ты понимаешь, если отнять у Вильсона контейнер, это не решит проблему, а только отсрочит её на какое-то время?

– Я уже понял. Нужно ликвидировать доктора-смерть и все полученные им данные. Наверное, лучше убрать и тех людей, кто непосредственно работал с ним над этим проектом. Я не буду рисковать, – твёрдо сказал Рубцов.

– Мы тебя ни в чём не ограничиваем, – услышал Денис, – делай всё, что посчитаешь нужным. У нас нет никаких моральных принципов по отношению к человечеству.

– Почему? – непроизвольно вырвалось у Рубцова.

– Какие нормы морали можно применить к существам, уничтожающим и терзающим свою планету. Люди тысячелетиями уничтожали себе подобных, придумывая всё новые, передовые виды оружия. Нас бесконечно удивляет, с каким упорством вы двигались к этой цели и наконец, достигли её. Люди стремились к этому на протяжении всей своей истории, – в голосе «высшего» опять звучал металл.

Говоривший умолк, воцарилась тишина, а что тут скажешь. Это существо, кем бы оно ни было, абсолютно право. Люди сами себя уничтожили. В последние годы, многие учёные предостерегали человечество от угрозы из космоса. Не потребовалось инопланетное вторжение агрессивных и более развитых цивилизаций. Крупные метеориты и кометы спокойно пролетали мимо, не сталкиваясь с Землёй, а людей, тем не менее, становилось всё меньше и меньше.

– Сколько людей переживёт пандемию? – первым нарушил затянувшуюся паузу Рубцов.

– Сложно сказать. Пандемия ещё не закончится, когда придёт новая беда, ещё более глобальная. Ты помнишь, что в Американских штатах, в 2020 году начались народные волнения? Или усилились, потому что начались они ещё раньше. После проведённых в ноябре выборов они вспыхнули с новой силой. Люди разделились на две половины. Одни поддерживали бывшего президента и считали выборы сфальсифицированными. Другие изо всех сил отстаивали вновь избранного, считая, что выборы состоялись в рамках закона. Когда новый президент всё-таки занял кресло в Белом доме, в стране практически началась гражданская война. Обыватели стали убивать друг друга, солдаты нацгвардии и армии тоже разделились. Вновь избранный президент был старым и опытным политиком. Он нашёл простой и действенный метод успокоить людей и прекратить хаос в стране, – «высший» немного помолчал, над чем-то размышляя, потом продолжил:

– По-крайней мере, ему так казалось, в тот момент. Чтобы объединить расколовшуюся нацию, нужен внешний враг, угрожающий США как державе в целом. Кандидата на эту роль долго искать не нужно. Россия всегда была потенциальной угрозой для США, нужно только вынудить её к активным действиям. Как? Да очень просто, нанести по ней превентивный удар. Чтобы обмануть свой народ и выставить агрессором именно Россию, прибегли как всегда к провокации. С одной из военных баз, расположенной за границей Североамериканского континента, выпустили несколько ракет с ядерными зарядами по территории штатов. Большую часть из них сбили ещё на подлёте, а парочке позволили успешно долететь до цели. Они превратили в огромные радиоактивные воронки две шахты с «Минитменами». При этом сгорел и небольшой городок, расположенный поблизости. Но цель, как вы любите говорить, оправдывает средства. Народ сплотился против внешнего врага, он был почти счастлив, когда военные нанесли «ответный» удар по врагу. Американцы задействовали почти весь свой ядерный потенциал, отлично понимая, что второго шанса может и не быть.

– Твою мать! – вырвалось у Рубцова.

– Твоя страна смогла достойно ответить, – продолжил «высший», – вам удалось сбить часть американских ракет, но остальные всё-таки достигли своих целей. Разрушения были катастрофические, погибли миллионы твоих соотечественников. Вы потеряли большую часть своих стратегических сил ещё на земле. Оставшиеся были выпущены в сторону агрессора. Американцы, естественно, их ожидали и смогли сбить большинство ещё на подлёте, но часть всё же выполнила свою миссию. США досталось не слабо, но не критично. Однако это было ещё не всё. Русские, после вероломного удара по своей стране, активировали два автономных подводных аппарата «Посейдон». Они лежали на дне океана, недалеко от североамериканского побережья в спящем режиме. Их суммарный ядерный потенциал был просто колоссальным. К тому же, они ударили по берегу почти синхронно с сумевшими прорваться «Воеводами», «Тополями», «Ярсами» и «Булавами».

– Такого надругательства над собой, ваша планета вынести уже не смогла, – после небольшой паузы вновь услышал Рубцов, – она стала защищаться. Точно не известно, какой супер вулкан рванул первым Йеллоустоун в штате Вайоминг, Лонг-Велли в штате Калифорния или Вэллис в штате Нью-Мексико. Гораздо важнее, что они ожили все вместе. К ним стали присоединяться и остальные вулканы, в том числе супер, например, Тоба на острове Суматра. Начавшееся движение литосферных плит, разбудило и подводные вулканы. Огромные волны, километровой высоты, гуляли вокруг земного шара, сметая всё на своём пути. Триллионы тон пыли и твёрдых частиц поднялись в верхние слои атмосферы и наглухо закрыли планету от Солнечных лучей. Наступил космический холод. Земля покрылась толстым слоем льда и впала в тысячелетнюю спячку. Она получила, наконец, отдых от ненавистного человечества.

– Я уже начинаю думать, что правильно сделал, выстрелив себе в башку, – заговорил Денис, не дождавшись продолжения, – не хотел бы я дожить до такого. Если я уничтожу источник вируса, как это сможет предотвратить ядерную катастрофу?

– Точно сказать трудно, – продолжил «высший», – как будут развиваться события после твоего вмешательства. По-крайней мере можно предположить, что если не будет пандемии, люди на планете, в том числе и в Америке будут значительно спокойней. Когда на твоих глазах умирают близкие, а ты ничем не можешь им помочь, можно совершить любые безрассудные поступки. К тому же, могу тебя заверить, избавлением человечества от пандемии, твоя миссия не заканчивается. Это только первая, начальная ступень. Следующая задача, это избавление планеты от негативного воздействия на её ионосферу и как следствие, от большинства природных катаклизмов.

– Час о часу не легче, – выдохнул Рубцов, – а с этим-то как может справиться обычный человек?

– Комплекс ионосферных исследований «HAARP», слышал о таком?

– Ах вот в чём дело, – сказал Денис, – конечно, слышал. Мы, в общем-то, изначально не сомневались, что эта штука построена с дальним прицелом, как мощное климатическое оружие. Но, данных, что у американцев получается из этого что-то серьёзное, у нас пока не было. Россия тоже вела разработки в этом направлении, но ничего путного не получалось и у нас.

– Ты прав, американцы так и не смогли научиться управлять погодой, – в голосе «высшего» послышался сарказм, – но, своих попыток они не прекращали до самого конца. Каждое такое воздействие на ионосферу пагубно отражается на состоянии всей атмосферы планеты. Возникает защитная реакция Земли, которая в свою очередь негативно отражается на биосфере. Простыми словами, планета сопротивляется не грамотному и наглому вмешательству, в её отлаженный миллионами прошедших лет механизм. Защищаясь, она старается уничтожить силы, доставляющие ей эти проблемы, а именно – людей. Отсюда землетрясения, цунами, наводнения, лесные пожары, небывалая жара и другие катаклизмы, призванные сократить, а в дальнейшем совсем уничтожить человечество. Можешь не сомневаться, дальше будет только хуже. Если бы человечество не погубило себя ядерной войной, планета рано или поздно всё равно избавилась бы от людей.

– И всё это из-за Харпа?

– Нет, конечно, – услышал Денис, и ему показалось, что в голосе «высшего» появилась усталость, – но эта установка, в приоритете она доставляет планете максимальный вред. А так ты правильно задал вопрос. Вы люди методично, особенно последнюю сотню лет, загрязняете свою планету. Перегораживаете реки, мечтая вообще повернуть их в другую сторону. Испытываете мощнейшие бомбы, уничтожая вокруг всё живое на сотни километров и на много лет. Превратили огромную часть поверхности планеты в мусорные полигоны. В океане плавают настоящие острова из пластика и прочего мусора. Такое впечатление, как будто вы временно живёте на этой планете и вскоре её покинете. Животные никогда не гадят там, где живут. Они стараются не уничтожать себе подобных, убивая только смертельно больных, способных заразить всю стаю.

– Ладно, – после короткой паузы, услышал Денис, – ты это всё и сам прекрасно знаешь. Не в твоих силах это всё исправить, но с комплексом на Аляске ты должен справиться. Попробуем исправлять ситуацию с самого важного. Даже мы, не можем с полной уверенностью спрогнозировать, как изменится ход истории после твоего вмешательства. Если эти изменения приведут к положительным последствиям, мы продолжим наше с тобой сотрудничество. Возможно, общими усилиями у нас получится изменить человечество к лучшему. Но, это программа максимум, рассчитанная не на один год, скорей всего даже не на одно десятилетие.

– А если у меня не получится? – спросил Денис.

– Тогда мы больше не увидимся. Я тебе уже говорил, что при принятии решения, наши мнения разделились. Значит те, кто был против второго шанса для людей, окажутся правы и человечество не подходит для жизни на этой планете. Давай всё-таки не будем гадать, это не продуктивно. После того как устранишь раздражитель ионосферы планеты, можешь заняться спасением своего сына. Ты, наверное, догадываешься, что старый конфликт в Нагорном Карабахе, который почти угас за прошедшие годы, не мог разгореться сам по себе. Чтобы две страны начали активные боевые действия, потребовалось несколько десятков миллионов долларов одного из неправительственных фондов. Ну и имперские амбиции третьей страны, вы её называете Турцией.

– Мне кажется я догадываюсь о каком фонде вы говорите. Подскажете название фонда и фамилию его руководителя или мне нужно угадать? – не дождавшись продолжения, спросил Рубцов.

– Да, ты слышал о нём не раз, – прозвучало в ответ, – фонд миллиардера Саккоса. А вдохновителем турецких имперских амбиций является их крупнейший миллиардер, который дружит с Саккосом. Его зовут Айдын Экинджи, у него хорошая охрана, но всё же не такая как у президента страны. Если ты выведешь его из игры, президент и его соратники скорей всего быстро успокоятся. Жить хочется всем, а им живётся весьма неплохо и без великой турецкой империи. Чтобы до них лучше дошло наше предупреждение, первым устрани Саккоса, тогда пазлы сложатся однозначно. Всем, заинтересованным в переделе сфер влияния лицам, станет ясно, что на них открыта охота. Надеюсь, тебя не смущает факт убийства гражданских лиц?

– Если от них напрямую зависит жизнь моего сына, то нет, нисколько. Я смогу убить их лично, – не задумываясь ответил Рубцов.

– На этом пока остановимся, – в голосе «высшего» послышалось удовлетворение, – хронологию событий ты знаешь, поэтому по времени проведения корректирующих акций, определишься сам.

– Запоминай цифры, – Рубцов вновь услышал металлический голос, заметно отличающийся от того, который он слышал последнее время. Было совершенно непонятно, один и тот же из трёх «высших» с ним разговаривает, меняя оттенки голоса, или разные. Голос продиктовал двенадцать цифр и три буквы. Денис почувствовал, что они буквально впечатались в его мозг навсегда.

– Это счёт в одном из швейцарских банков, – Денис снова услышал знакомые интонации, – он имеет филиал в вашем городе. Счёт записан на твоё имя, на нём двенадцать миллионов евро. Можешь распоряжаться ими по своему усмотрению, естественно, для выполнения своих задач. Мы понимаем, что одному тебе справится со всеми задачами, будет весьма затруднительно. На Аляске так и вовсе не реально. Потребуются помощники, оружие, снаряжение, ну тебе виднее что ещё. Всё это потребует финансовых вложений. Чтобы тебе не пришлось тратить время на добывание денег, или всего необходимого каким-то другим путём, мы решили тебе помочь.

– А если я, оказавшись на Земле, да с такими деньгами, забуду обо всём и буду жить в своё удовольствие, пусть даже и не очень долго? Хотя, если постараться, можно купить или построить серьёзное убежище и укрыться там с семьёй от всех катаклизмов. Вы не рассматриваете такой вариант? – ехидно спросил Рубцов.

– Нет, не рассматриваем. Ты не способен на такой поступок, да ты и сам это знаешь. К тому же, провести всю оставшуюся жизнь под землёй, в тесном бункере, далеко не лучший вариант, – голос «высшего» был абсолютно спокоен.

– Ладно проехали, а почему я не чувствую своего тела и не могу им управлять?

– Это пока тебе не нужно, – ответил «высший», – когда ты окажешься в своей реальности, в нужное время, всё будет в порядке, не волнуйся. Кроме счёта в банке мы приготовили для тебя ещё один бонус. Ты теперь можешь становиться полностью невидимым для окружающих. Для этого пришлось поработать с твоей кровью, но, согласись, функция весьма полезная в твоём деле.

– Это не шутка? Я что реально могу стать невидимкой? – не поверил Денис.

– Да, усилием воли ты можешь включать эту функцию в любое время и насколько захочешь. Это никак не отразится на твоём здоровье. Но, есть один нюанс, – Рубцову показалось, что в голосе «высшего» проявились весёлые нотки, – невидимость распространяется только на твоё тело. Вся твоя одежда и то, что ты будешь держать в руках, останется вполне видимым. Понимаешь, о чём я?

– А я-то всё думал, где здесь подвох, – вздохнул Денис, – получается, чтобы быть невидимым мне нужно ходить голым?

– Совершенно верно. Невидимым твоё тело делает кровь, меняя свой состав. Естественно, на одежду, оружие и другие предметы это не распространяется. Зимой пользоваться невидимостью будет затруднительно, но по-другому никак. Выбор за тобой, если на улице слишком холодно, ты можешь оставаться видимым и ходить в одежде, – «высший» откровенно веселился.

Ну а что, подумал Рубцов, дарёному коню зубы не смотрят, спасибо и на этом. Кроме того, неожиданно, он стал миллионером, причём в твёрдой валюте. Интерес этих существ в переделке истории, оставался до конца не ясным. В альтруизм Денис не верил. А вот ему, эта переделка, была жизненно необходима, за ней стояли жизни близких и любимых людей. Поэтому он попробовал бы скорректировать историю в любом случае. Даже в одиночку, без денег и без всяких не видимостей.

– Если это все новости, которые мне нужно знать, я готов приступать к выполнению задания, – твёрдо сказал Рубцов.

– Да это всё. Если у тебя получится выполнить намеченное, мы с тобой ещё встретимся, а если нет… Мы, пока не знаем, – после небольшой заминки продолжил «высший», – по какому пути пойдёт развитие истории после твоего вмешательства. Если у тебя получится выполнить даже часть задуманного, 2020-й год и последующие всё равно изменятся. Как сильно и в какую сторону сейчас сказать очень сложно. Можно, конечно составить кучу прогнозов, при различных вариантах изменения существующего порядка вещей. Но, кому и зачем это нужно? В общем, как вы люди любите говорить – поживем, увидим. И… Удачи тебе человек.

Яркий свет погас и Денис остался в абсолютной темноте. Он осторожно поднял веки, но ничего не изменилось. Мрак был полный, ни малейшего проблеска света, ни одной искорки. Казалось, его можно потрогать руками, но тело по-прежнему жило своей жизнью, не подвластной командам мозга. Сколько он пролежал в темноте, неизвестно. Время как будто выключили вместе со светом. Он висел в безвременье и вне пространства, ничего не чувствуя. Ему остались только мысли. Он гонял их, обдумывая нюансы выполнения поставленных перед ним задач. Вскоре Денис почувствовал, что и мысли перестают его слушаться. Замедляют свой бег, ускользают и путаются, перескакивая с одного на другое. Какое-то время он ещё пытался ими управлять, но вскоре окончательно выпал из этого не понятного состояния и отключился.

Глава 3

Сквозь закрытые веки он ощутил свет, а кожу лица согрело приятное тепло. Наученный опытом, он стал медленно приоткрывать веки, приготовившись в случае чего мгновенно зажмуриться. Луч солнца, пройдя через щель между шторами, падал прямо на его лицо. Машинально, на рефлексах, он передвинул голову в сторону, уходя от слепящего света. У него получилось! Он вновь чувствовал и управлял своим телом. Светлые кремовые шторы с белыми мелкими цветами и затейливым орнаментом. Это их с Ольгой спальня! Он приподнялся и сел на широкой кровати, опёршись спиной на подушку. Знакомые обои, которые они собирались поменять ещё в прошлую зиму, но так и не настроились. Шкаф-купе с большим зеркалом, в котором он отражался почти полностью.

На прикроватной тумбочке его телефон. Денис протянул руку и нажал кнопку включения. «Суббота 7 сентября 2019 года», отобразилось на засветившемся экране. Значит, всё произошедшее ему не почудилось, он действительно попал назад, в прошлый год. Ещё живы и Ольга и Алёшка. Стоп, стоп. А может всё это сон про будущее, про смертельный вирус, про конфликт в Нагорном Карабахе и гибель сына. Может ничего этого не будет, а ему просто приснился дурной сон, в котором ему досталось столько горя, что он, в конце концов, не выдержал и застрелился. А таинственные «высшие» тоже приснились? Он машинально потёр щёку. Пальцы руки ощутили небольшой шрам на виске, скрытый волосами. Раньше здесь ничего не было, это он знал наверняка.

Получается, всё это с ним случилось реально, и 2020-й год для него, да и для всех людей станет роковым? Блин, а проверять как-то не хочется. Слишком большой риск и второй шанс ему точно не дадут. Хотя… Он встал и подошёл к большому зеркалу на дверце шкафа. Внимательно посмотрел на своё отражение. Да здесь он ещё прежний, не испорченный алкоголем. Конечно, в последний месяц жизни, в том 2020-ом, он редко смотрелся в зеркало. Точнее специально никогда не смотрелся. Всё же иногда брился, под настроение и чтобы в магазине от него продавцы не шарахались. Так что сравнить себя того и нынешнего было не трудно, Да и по ощущениям полный порядок. Ничего не болит, не трясёт, сушняка нет. Даже наоборот, он чувствует своё здоровое сильное, тренированное тело. Каждая мышца подвластна ему и готова выполнить любую команду мозга.

Балбес, мысленно шлёпнул он себя ладошкой по лбу. Уставился, залюбовался, «нарцисс» чес-слово, а обещанная невидимость? Если она есть, значит всё, что он помнит правда, если нет, значит, сон. Вот сейчас и проверим, заодно и потренируюсь, если у меня реально появилась такая фишка. «Стать невидимым», мысленно произнёс он и непроизвольно напрягся, ожидая чего угодно. Вначале он не заметил в своём отражении никаких изменений. Значит сон, с облегчением подумал он. Но, погоди! Грудь стала исчезать прямо на глазах и вскоре на её месте образовалась пустота. Эта пустота быстро расширялась, двигаясь от центра груди к конечностям тела. Первыми полностью исчезли руки, затем пустота, достигнув колен, скатилась к полу, не стало ног. Почти одновременно, эта распространяющаяся пустота добралась до макушки, полностью скрыв лицо и голову. В зеркале отражались только светло зелёные трусы в крупную жёлтую клетку.

Ни хрена себе. Он вытянул руку перед собой и не увидел её. Наклонил голову. Трусы висели в воздухе, и он свободно видел их внутреннюю поверхность в области ягодиц. Ног тоже не было видно, хотя он специально ими подвигал. В зеркале шевелились только трусы, повторяя движение невидимых ног. Он быстро снял их и бросил на кровать. Теперь в зеркале отражалось только окно с задвинутыми шторами и кровать с лежащими на простыне трусами. Денис прошёл до окна и вновь посмотрел в зеркало – ничего. Раздвинул шторы, спальня наполнилась солнечным светом, но в зеркале, кроме интерьера по-прежнему никого не было. Он нагнулся и поднял с пола гантели, с которыми делал зарядку. Спортивный инвентарь самостоятельно парил в воздухе, делая замысловатые движения.

Скрипнула дверь и в комнату вошла Ольга. Не обратив внимания на висящие в воздухе возле шкафа гантели, она устремилась к окну, поправлять шторы. Это был обязательный ритуал. Как бы Рубцов ни старался, он никогда не мог раздвинуть шторы так, чтобы она осталась довольна. Попробовав это делать всеми возможными и невозможными способами, он плюнул, и не стал лишать супругу удовольствия подёргать за ним ткань туда-сюда и поворчать. Пока жена занималась своим любимым делом, стоя к нему спиной, Рубцов быстро положил гантели и выскользнул из комнаты. Несколько быстрых шагов на цыпочках и он скрылся в ванной, закрыв за собой дверь. Не хватало ещё напугать жену. Тогда придётся отвечать на неизбежные вопросы, а этого ему совершенно не хотелось.

Денис залез под душ и включил воду, одновременно мысленно отдав телу команду стать видимым. В небольшом овальном зеркале он с интересом наблюдал, как его тело возвращает себе обычное состояние. Процесс шёл в том же порядке. Вначале в зеркале появились внутренние органы, потом грудь, плечи, предплечья и кисти рук. Одновременно шея, подбородок, рот, нос лоб и наконец, вся голова. Он взглянул вниз – ноги тоже были на месте. Последние сомнения отпали сами собой. Он принял прохладный душ, как делал обычно, когда в его жизни всё шло нормально. Растёрся полотенцем и повязав его на бёдрах, вышел из ванной комнаты. Вернулся в спальню, надел трусы, которые уже перекочевали на тумбочку. Кровать супруга успела застелить. Сверху свои любимые домашние шорты и пошёл на кухню, откуда уже доносился прекрасный запах свежезаваренного кофе.

– Привет, – улыбнулся он супруге, – напоишь старого мужа кофеем.

– Садись старичок, – ответно улыбнулась она, – заездил вчера жену, почище молодого. Полночи спать не давал, крутил и так и эдак. Что это на тебя нашло, решил молодость вспомнить?

Притворно ворча, она налила кофе и пододвинула ему тарелку с кашей:

– Ешь, – и, видя, что он слегка поморщился, добавила, – восстанавливай силы, а то вдруг мне вечером захочется повторить. Жеребец ты мой, ненасытный.

– Знаешь дорогая, – сказал он, отодвигая пустую тарелку и, сделав приличный глоток кофе, – я решил уйти со службы.

– Ой, – она распахнула свои прекрасные серые глаза, – это из-за этого Дубинина?

– Ты знаешь, не только из-за него. Что-то устал я служить, хотя не скрою, во многом благодаря своему новому командиру. Надоело. Пусть молодёжь послужит, а я своё оттрубил.

– Ох, не пугай меня Рубцов, – взгляд Ольги оставался тревожным, – я прекрасно знаю, что для тебя значит служба. Он тебя втравил во что-то нехорошее, а потом подставил? Тебя могут судить?

– Успокойся Оля, я пока ничего такого не сделал, за что бы меня можно было судить. Но, порой еле сдерживаюсь, чтобы не уделать этого карьериста. Поэтому всё взвесив, я решил уйти в отставку.

– Ой, я так рада, – она подскочила к нему, нагнулась и чмокнула его в щёку, – я же вижу, как ты мучаешься последнее время. Правильно ты решил, пенсия у тебя должна быть хорошая, отдохнёшь, а там видно будет. А может нам дачу купить, небольшую? Будем там помаленьку возиться, и жить там можно, по-крайней мере летом. Потом Алёшка женится, будет нам туда внуков привозить.

– Ну, пока внуков нет, с дачей можно подождать, – улыбнулся Денис, – а вообще, ты рано меня в старички-пенсионеры записала, я хочу ещё поработать. Я переговорил со Стёпкой Иванченко, помнишь такого?

– Конечно, помню, баламут ещё тот. Ты вроде говорил, что он тоже ушёл со службы?

– Да он сейчас работает в бизнес империи своего старшего брата, занимается безопасностью, но брательник хочет сделать его своей правой рукой и компаньоном. Короче, он предложил мне возглавить их службу безопасности, и я планирую согласиться. Рано мне ещё дома штаны просиживать, – Денис допил кофе и поставил кружку.

– А это не опасно? Чем они занимаются?

– Да нет, сейчас же не девяностые годы. У них обычный легальный бизнес. Банк, торговля, всё прозрачно, но, естественно, нуждается в охране. Вот я и буду этим заниматься. Только первое время придётся помотаться по командировкам. Старший Иванченко решил открыть филиал своей фирмы в Крыму, в Севастополе. Уже прикупил какой-то магазин и участок земли в хорошем месте, хочет строить торговый центр. Следующим этапом будет открытие филиала его банка. Мне предстоит набрать людей и организовать там работу службы безопасности. Так сказать, местный филиал. Отпустишь меня в командировку? – Рубцов притянул к себе Ольгу и усадил её на колени.

– Не знаю, не знаю, – она изобразила серьёзное раздумье, – Чёрное море, бархатный сезон, девочки в бикини…

– Какой сезон, – ответил он, поцеловав её в губы, – поеду, наверно уже в октябре. Работы выше крыши, некогда будет к морю спуститься, а в бикини только «моржихи» будут ходить.

– Ладно, ладно, знаю я вас мужиков. Вы и «моржихе» засадите, только в путь, – засмеялась Ольга.

– Ну, чтобы не испытывать моё целомудрие, лучше сбросить избыток давления с любимой женой, – Денис поднял Ольгу на руки и решительно направился в спальню.

Выходные как обычно пролетели очень быстро. В понедельник с утра Рубцов написал рапорт и отнёс его Дубинину. Прочитав, тот не смог скрыть злорадной улыбки и тут же наложил на бумагу свою резолюцию. Осталось уладить бюрократические формальности и всё, он станет гражданским человеком. В душе что-то щемило, но не сильно. Практически он не уходил со службы, а просто менял одну на другую, причём от его новой деятельности, пользы сейчас будет гораздо больше. Вернувшись в подразделение, он собрал личный состав и рассказал о принятом им решении. Назначил временно за себя своего заместителя капитан-лейтенанта Волкова. Почему временно? Потому что Дубинин, скорей всего, притащит в отряд кого-то из своих знакомых. Пусть бестолкового, как и он сам, зато бесконечно преданного своему хозяину. Волков был мужик нормальный, в принципе, как и все в отряде. Поэтому уходя, Рубцов ему совсем не завидовал. Теперь свои интриги Дуб будет плести уже вокруг него.

Эмоции, которые пробегали по лицам офицеров были разными, но однозначно отрицательными. Первой реакцией подчинённых было удивление, которое сменилось непониманием и наконец, пришло разочарование. А у некоторых оно даже переросло в гнев. Он уходит, а они должны служить с этим идиотом. Денис понимал их настроение, но… Ему нужно исправить историю, а это, естественно, затронет и его парней. Рубцов не сомневался, если бы они знали, что уготовано в будущем человечеству, то, не задумываясь, поддержали бы своего командира. Всем отрядом написали бы рапорта, и ушли с ним. Однако для выполнения поставленных перед ним задач столько помощников ему не нужно. Денис уже прикинул оптимальное количество людей. С лабораторией в Грузии можно и вдвоём разобраться, а вот на Аляске понадобится группа как минимум из пяти человек. Сладкую парочку, замутившую войну в Нагорном Карабахе, он, наверное, смог бы и один ликвидировать, дело для киллера средней руки.

– Петрович, – Денис окликнул старшего мичмана Андреева, когда люди стали расходиться, – пойдем, потолкуем.

Андрееву только в прошлом году стукнул тридцатник, но иначе как Петровичем его никто не называл, даже старшие по возрасту офицеры. Он отличался рассудительностью и какой-то мужицкой степенностью, иногда казавшейся несведущим людям медлительностью. Каждую операцию, даже на первый взгляд пустяковую, он тщательно обдумывал, а если была возможность и проигрывал. В результате такой тщательной проработки, часто давал дельные советы назначенному командиру группы. За это его ценили и уважали. В деле он действовал быстро и решительно. Тогда уже никто не назвал бы его медлительным. Андрееву не раз хотели дать офицерское звание, но у мужика не хватало образования. Петрович, а тогда просто Олежек, окончил только среднюю школу в своём маленьком городке на великой сибирской реке. Поступать в ВУЗ он категорически не захотел и пошёл служить в армию, попав в морскую пехоту.

А дальше сверхсрочная, школа пловцов-диверсантов. Он и сейчас не собирался получать высшего образования, хотя такая возможность была. Андреева вполне устраивали три маленьких звёздочки повдоль погона. Незнакомый человек, после общения с ним, был абсолютно уверен, что разговаривал с высокообразованным интеллектуалом. Имеющим как минимум два высших образования, одно из которых обязательно гуманитарное. Андреев в совершенстве владел английским и неплохо знал немецкий. Мог поддержать беседу почти на любую тему. А вот жениться почему-то не спешил, хотя у женщин пользовался несомненным успехом. Их у него всегда было с избытком. О своих похождениях он никогда не распространялся, справедливо считая, что интимные отношения касаются только двоих.

– Денис Иванович, – первым заговорил Андреев, когда они отошли в сторону, и никто не мог их услышать, – что это ты учудил? Я понимаю, что Дуб тебя достал, думаешь нам намного легче? Конечно, тебе как командиру больше от этой гниды перепадает, но и нам хватает, его идиотских приказов. Что не посоветовался? Может, сообща бы что-то придумали. Как ты без флота и службы-то будешь жить?

– Понимаешь, Олег Петрович, Дубинин конечно много крови мне попортил, но в моём случае не он решающий фактор. Я не могу тебе сейчас всего рассказать, – Рубцов увидел, как правая бровь мичмана подозрительно изогнулась, – не потому что не доверяю, а потому что ты мне не поверишь. Я бы на твоём месте точно не поверил в подобное. А насчёт службы… В общем, на гражданку я ухожу условно, отдыхать мне пока рано. Новые мои командиры нарезали ряд задач, которые в одиночку выполнить практически невозможно. Хочу предложить тебе работу. В принципе по нашему профилю, к тому же высокооплачиваемую. Ещё хочу Новосёлова позвать из наших и пару человек из фирмы однокашника по училищу.

– Ты Иваныч, в киллеры что ли подался, или в наёмники, дикие гуси, блин, – Петрович сплюнул, – это только им до хрена платят. Хотя на тебя это вроде не похоже, или я тебя совсем не знаю. Денис Иванович, я тебя уважаю, но из армии уходить не собираюсь. Это без вариантов. Пусть даже если ещё один Дуб здесь появится, на нашу голову. Смогу в свободное от службы время помочь, пожалуйста, но ты вначале расскажи, что предстоит делать. Наёмным убийцей я не стану, при всём к тебе уважении.

– Решать тебе мичман. В первую очередь нужно ликвидировать несколько человек и уничтожить наработки одной заграничной биолаборатории, – сказал Рубцов довольно резко.

– Что за лаборатория и кто эти люди? – мичман тоже насупился.

– Это учёные, – спокойно сказал Денис и добавил, видя, как у мичмана каменеют скулы, – которые вывели смертельный вирус. Это их детище, на следующий год уничтожит сотни тысяч людей. Хочешь, верь, хочешь, нет, но я точно знаю это. Среди убитых будет моя жена Ольга, твоя младшая сестра и мать.

– Я не пугаю тебя, Олег, – смотря в заледеневшие глаза Андреева, добавил Рубцов, – я знаю, что будет происходить в следующем году. Считай это бонусом от моих новых работодателей. Ты готов рискнуть жизнью своих близких, мичман?

– Олег, – не дождавшись ответа Андреева, вновь продолжил Рубцов, – это правда. Горькая, не хорошая, но, правда. Вначале умрёт твоя мама. Вирус вызовет обострение хронических болезней, у неё же больные почки, правильно? Не удивляйся моей осведомлённости, ты сам будешь мне об этом рассказывать, отпрашиваясь на похороны. А через месяц болезнь заберёт твою сестру. У неё будет объёмное поражение лёгких, а больницы в их небольшом городке будут переполнены. Аппаратов ИВЛ на всех не хватит. Твои племянники останутся с отцом, но вторая волна болезни, которая придёт осенью, заберёт и его. У этой, искусственно выведенной дряни, есть одна особенность. В первую очередь она действует на пожилых людей, потом на тех, кто помоложе и у кого есть хронические болезни. Дети болеют в лёгкой форме, летальные исходы достаточно редки. По-крайней мере так было до конца 2020 года, но выживших тоже ничего хорошего в будущем не ждёт. Но, об этом я расскажу позже, вначале нужно разобраться с вирусом.

– Я с тобой Иваныч, – сглотнув комок в горле, тихо сказал Андреев, – когда приступаем? Может, я пока на это время отпуск возьму? У меня есть пара не использованных.

– Через месяц выезжаем. Ехать не далеко, в одну из бывших Союзных республик. Неделя на подготовку и выполнение задания и пару дней – отход. Если всё пойдет, как задумано, – Рубцов пожал плечами, – за пару недель должны полностью управиться. Так, что пока можешь со службы не уходить, здесь вроде на это время тоже ничего не планировалось. Но, если начальству вдруг от тебя что-то срочно понадобится, или оно просто заупрямится придётся тебе писать рапорт. В ноябре вирус вырвется на свободу, и тогда ничего уже не исправишь.

– Я всё понял командир, не подведу, – Петрович уже полностью овладел собой.

– Ладно, мичман, иди в расположение и позови, пожалуйста, Новосёлова. Я через несколько дней тебе позвоню, соберёмся на нейтральной территории и обсудим нюансы предстоящего дела. Может, потренироваться немного придётся, есть кое-какие мысли. Не переживай Петрович, у нас всё получится, мы спасём наших близких.

С лейтенантом Игорем Новосёловым проблем вообще не возникло. Он очень уважал своего командира и наставника, услышав, что тому нужна его помощь, не раздумывал ни минуты. Бывший детдомовец, Игорь почитал Рубцова как родного отца. Да и Денису он чем-то напоминал его Алёшку. Такой же ершистый, с гипертрофированным чувством справедливости, он во всём пытался стать лучшим. Служба давалась ему легко, он привык к дисциплине и казарменной жизни ещё в детдоме. Ещё в детстве, решив стать офицером, активно занимался спортом. Когда одноклассники прятались за углом, чтобы по-быстрому покурить, он шёл в спортгородок и крутил «солнышко» на турнике. Игорь окончил училище с отличием и сам выбрал себе место службы. А здесь, в штабе, молодого и спортивного летёху присмотрел уже Рубцов и постарался, чтобы он попал к нему в отряд.

Объявленное на построении решение Рубцова поразило Новосёлова. Мысли метались в голове молодого офицера, как мотыльки возле горящей лампочки. Игорь никак не мог прекратить это хаотичное движение, собрать их в кучу и прийти к какому-то решению. Он настроился крепко связать свою жизнь с армией, а тут любимый командир уходит на гражданку. Уйти следом, значит предать все свои детские и юношеские мечты. Служить с Дубининым и ему подобными уродами, тоже не хотелось. Перевестись в другую часть? А что, это вариант. С другой стороны он уже привык к сослуживцам. Встретили его хорошо, хоть и не обошлось без флотских подколов. Невесёлые мысли Игоря прервал мичман Андреев:

– Игорёк иди там возле курилки тебя Иваныч ждёт, поговорить хочет.

– Иду, – Игорь с готовностью вскочил и направился к выходу.

– Да, Игорёк, – услышал он вслед голос мичмана, – если что, знай я в деле.

Поговорив с Новосёловым и заручившись его согласием участвовать в любом мероприятии, планируемом Рубцовым, Денис, наконец, покинул часть. Добравшись до города, он позвонил Стёпке Иванченко и договорился о встрече. Стёпка сейчас был где-то за городом, но обещал подъехать часа через два в тот ресторанчик, где они были в прошлую встречу. Пока есть время, Денис решил сходить в банк, проверить счет, о котором ему говорили «высшие». Но, вначале заехать домой, переодеться в гражданку. Негоже русскому офицеру в форме шляться по иностранным банкам, могут заинтересоваться, а ему лишнее внимание ни к чему. В фойе его встретила симпатичная девушка и спросила, чем она может помочь. Денис немного волнуясь, сказал, что хотел бы проверить состояние своего счёта и снять немного наличных. Девушка вновь мило улыбнулась и пригласила его идти с ней.

– Можно посмотреть ваши документы, господин Рубцов, – приветливо улыбнулся мужчина, сидящий в небольшом кабинете со стеклянной дверью.

– На вашем счету двенадцать миллионов евро, – небольшой акцент выдавал в служащем банка иностранца, – чем я могу вам помочь?

– Я хочу снять пару тысяч наличными и оформить пластиковую карту, на которую перевести тысяч восемьсот евро. Это возможно? – спросил Денис, убрав документы в карман пиджака.

– Конечно, господин Рубцов, – мужчина всё так же улыбаясь, снял трубку внутренней связи, – сейчас я распоряжусь. Это не займёт много вашего времени.

Через полчаса Денис вышел из банка и поехал в ресторан, решив подождать Степана там. По пути он заехал в обменник и поменял часть полученной валюты на рубли. Всё-таки, в ресторане лучше расплачиваться русскими деньгами. Сейчас к счастью не лихие девяностые, когда валюту брали к оплате практически везде, притом с большой охотой. Посетителей было немного. Денис окинул взглядом полупустой зал и направился к столику возле окна. Здесь они сидели со Стёпкой в прошлый раз. С кухни доносились восхитительные запахи. Рубцов проглотив слюну, вспомнил, что сегодня выпил только кружку кофе, ещё утром. Он взял меню у подошедшей официантки и сделал заказ, решив совместить ожидание друга с обедом.

– Здорово Ден, – Стёпка возник возле стола как чёрт из табакерки, – что-то случилось?

Он повесил свой пиджак на спинку соседнего стула и присел к столу.

– Что за срочность? Что-то на службе, или дома? Как Ольга, Алёшка? – Иванченко закидал Рубцова вопросами, тревожно глядя на друга.

– Да всё нормально Стёпа, все живы здоровы. Просто я ушёл со службы, сегодня рапорт написал. Вот хотел с тобой насчёт работы переговорить. Ты мне в прошлый раз вроде место предлагал. Ничего у вас в семейном бизнесе не изменилось?

– Фу-у, – облегчённо выдохнул Иванченко, беря в руки меню, принесённое расторопной официанткой, – а я то чёрт знает что подумал, когда ты среди бела дня позвонил и встречу назначил.

– Ну что, молодец, раз решился, – продолжил он, когда официантка отошла, – я знаю, что для тебя значит служба. Понимаю, что решение это далось тебе не просто. Моё предложение возглавить нашу службу безопасности в силе, брат тоже не против. Можешь хоть завтра выходить, или отдохнуть хочешь?

– Что-то вроде этого, – Денис наполнил рюмки коньяком, – только у меня к тебе одна просьба. Если Ольга случайно спросит, скажи, что я уже работаю у тебя и по делам фирмы поехал в командировку.

– Ну, ты брат даёшь, – засмеялся Иванченко, поднимая рюмку, – решил по бабам прошвырнуться, или у тебя там серьёзно?

– Да нет, ты не так понял. Давай выпьем, потом расскажу.

Они выпили, закусили и Рубцов продолжил:

– Я не могу тебе всего рассказать, тебе и своих проблем хватает. В общем, есть у меня кое-какие долги, которые обязательно нужно отдать. Нет, нет, это не деньги, – увидев, что Стёпка хочет его перебить, сказал Денис, – с деньгами как раз у меня всё в порядке. Я смогу выйти к тебе на работу скорей всего с ноября. Ещё хочу сразу предупредить, что мне потом понадобится как минимум пара отпусков, где-то по месяцу. Один может ещё в этом году, другой уже точно в следующем, 2020-м. Я хочу, чтобы ты сразу подумал и честно сказал, нужен тебе такой работник или нет. Без обид, я приму любое твоё решение.

– Зная тебя столько лет, я и так не сомневался, что это не бабы, – задумался Степан, – так пошутил. Заинтриговал ты меня, если честно, но пытать я тебя не буду, знаю, что хрен расколешься. Деньги тебе точно не нужны?

– Нет, Стёпа, спасибо. Правильно думаешь, пока я тебе ничего не могу рассказать, но дело действительно серьёзное. Потом, если всё сложится, как надо, я обещаю тебе всё подробно рассказать.

– Добро, договорились, – Иванченко взял бутылку и напомнил рюмки, – я принимаю твои условия. Когда освободишься, тогда и выйдешь к нам на работу. Давай хлопнем. Деньги не хочешь брать, так может тебе другая, какая помощь нужна?

– Наглость второе счастье, – поставив пустую рюмку, Денис виновато улыбнулся, – я хотел у тебя попросить в дальнейшем пару бойцов, Зотченко и Казарина. Не сейчас, а где-то к концу года, когда уже буду у тебя работать. Отпустишь парней со мной, если они согласятся?

– Всё интереснее и интереснее, – Степан внимательно посмотрел на Рубцова, – откуда интересно ты их знаешь? На флоте они точно не служили. Если мне не изменяет память, чисто сухопутный спецназ.

– Пришлось пересекаться, – поморщившись, сказал Денис.

Ему совсем не хотелось врать другу, но не мог же он сказать Степану, что познакомился с парнями в 2020-м году, уже работая в фирме братьев. Парни были настоящими профессионалами. Повоевали в горячих точках, даже в Сирии успели побывать, из армии не собирались уходить, но, увы… Как и у Рубцова, у них сменился командир. Старый погиб, подорвавшись на мине, а с новым они не смогли сработаться. Он, по их рассказам, не был таким мудаком как Дубинин, но со своими тараканами в голове. Парни приехали в отпуск, оба были местными, и случай свёл их с Иванченко младшим. Степан увидел, как парни, легко угомонили толпу пьяных горцев. Разгорячённые вином те решили затащить в свой кортеж, из трёх чёрных джипов, двух симпатичных студенток. Горцев было человек десять, двенадцать, но, все они, через две минуты, расползались по асфальту в стороны от стоящих спиной друг к другу спецназовцев.

Степан не откладывая подошёл к разгорячённым коротким боем парням и предложил им работу в своей фирме. Спросил, сколько они получают в армии и сказал, что у него будут получать ровно в два раза больше и это только по началу. Парни долго не думали, с новым командиром отношения, мягко говоря, натянутые, а срок контракта как раз заканчивался. Вернувшись из отпуска, они написали рапорта и поехали назад в свой родной город к немалой радости близких. Рубцов за то недолгое время работы начальником СБ братьев Иванченко, в проклятом 2020-м, успел сблизиться с парнями. Он выделил их из общего списка с самого начала, еще, когда изучал личные дела своих новых подчинённых. В коллективе было немало бывших военных, Стёпка кого попало старался не брать, но послужной список этой пары, выгодно отличался от всех остальных.

В дальнейшей работе Денис убедился, что интуиция его не подвела. На парней можно было положиться в любом деле. Они сразу определили в нём бывшего коллегу, да он этого и не скрывал. Конечно, большинство операций, в которых ему довелось участвовать, оставались под грифом «секретно». Но, как говорится, породу не скроешь, а мастерство не пропьёшь. Тренировки в спортзале, стрельба в тире и работа на полигоне, безошибочно показали, кто есть, кто и что от кого ожидать в сложной ситуации. Поэтому при подборе группы Денис уже знал, кто в неё войдёт. В лаборатории он решил справиться без них, там не должно возникнуть осложнений. Большая команда будет привлекать к себе излишнее внимание, а вот на Аляске троим уже будет сложно, там просторы и охрана более серьёзная.

– Договорились, – Степан прервал раздумья Рубцова, – только не угробь мне парней. Хватит двоих-то?

– За глаза, ну а насчёт угробить… В общем, ты меня знаешь, я за их спинами прятаться не буду.

– Да знаю я тебя, – махнул рукой Иванченко, – я больше о тебе и беспокоюсь. Что за дела у тебя, которые ты в одиночку со своей подготовкой провернуть не можешь?

– Ладно, ладно молчи, – заметив, как Рубцов сдвинул брови, сказал Степан, – договорились уже, захочешь потом расскажешь. Может, тебе ещё люди нужны, кроме этой двойки?

– Нет, Стёпа, спасибо, этих вполне хватит, – заверил друга Рубцов, – давай допьём и по домам, Ольга, наверное, уже пришла. Слушай, а если я к тебе в охрану в будущем ещё пару хороших бойцов порекомендую, возьмёшь?

– Нет, Денис, – Иванченко поставил пустую рюмку на стол, – дальше уже ты сам будешь заниматься кадрами службы безопасности, тебе и решать, кого брать, кого нет. Ну, в разумных пределах, конечно, а то тебе дай волю, ты у нас целую армию, соберёшь. Ха-ха-ха, шучу. А если серьёзно, мы планируем расширяться и надёжные люди нам будут нужны. Но, повторю, набирать их ты уже будешь самостоятельно.

Глава 4

Через неделю Рубцов вылетел в Сочи. Он собирался там закупиться оружием и необходимым снаряжением, а помочь ему в этом должен был бывший сослуживец Илья Кашин. Получив в одной из операций тяжёлое ранение, он вынужден был оставить службу. С одной рукой воевать затруднительно, даже если она правая. Ильюха на гражданке не спился, как многие, а даже наоборот. Находясь после ранения в санатории, познакомился с местной женщиной. Когда пришло время, ехать домой, он сделал ей предложение, а она возьми и согласись. До этого он уже имел печальный опыт семейной жизни. Женился сразу после училища, а спустя пару лет развёлся, поймав жену с любовником. Слава богу, ребятишек завести не успели. Больше Кашин не женился, отдав себя целиком службе и дослужившись до каптри. Если бы не осколок, практически оторвавший Илье руку, быть ему адмиралом.

Несмотря на приличную пенсию Кашин не стал сидеть дома, а взяв кредит в банке, организовал собственный небольшой бизнес. Вначале дела шли не очень. Прибыли едва хватало на оплату по кредиту, но постепенно дела пошли в гору. Он рассчитался с банком и даже стал расширяться, прикупив по дешёвке пару обанкротившихся фирмочек. Сейчас Кашин был вполне известным в городе предпринимателем и меценатом, подумывал даже податься в политику. Жена родила ему двух дочерей близняшек, а он на радостях купил хороший коттедж на берегу моря.

Рубцов не часто перезванивался с Ильёй. Обоим было некогда в наше сумасшедшее время, но сомнений, что друг ему поможет, у Дениса не было. Слишком многое пришлось им пережить вместе, особенно в последнюю для Кашина операцию. Именно Денис тогда вытащил раненого и потерявшего сознание Илью, наскоро обработав и перевязав его раны и перетянув руку жгутом. Двое суток, они скрывались в небольшой, наполовину затопленной пещере ожидая эвакуации. Илья большую часть из этого времени был без сознания. А Денис сидел с оружием в руках, возле входа, боясь отключиться и готовясь подороже продать свою жизнь и жизнь друга. Всё обошлось, но руку Кашина спасти не удалось. Медики начали бороться за его жизнь ещё на борту подводной лодки, принявшей двух диверсантов, но, не судьба. Началась гангрена и отмирание тканей, руку пришлось ампутировать.

Денис позвонил Кашину сразу из аэровокзала, сказав, что прилетел в город в командировку. Уже через полчаса Илья влетел в здание и заключил Рубцова в медвежьи объятия. Причём Денис даже не сразу понял, что у него вместо руки хороший бионический протез, покрытый искусственной кожей. Илья управлялся с ним мастерски, обнимая друга и похлопывая его по плечу.

– Что ты заранее-то не сообщил, – ворчал он, украдкой смахнув выступившую на глазах влагу, – а если бы меня не было в городе? Я как раз на днях в Турцию планировал слетать по делам.

– Да не страшно, – ответил Денис, – подождал бы, я же не на один день сюда приехал. Но, вообще хорошо, что я тебя застал, без тебя мне не справится братка, а время поджимает.

– А что случилось брат, хотя, что это я, – Илья стукнул себя кулаком по лбу, – не здесь же толковать, поехали ко мне. У меня будешь жить, и не спорь.

– Нет Илья, – твёрдо сказал Денис, – к тебе мы обязательно съездим, но жить я буду в гостинице. Так будет лучше, для дела. Давай вези куда-нибудь, где места есть, ты лучше знаешь местные реалии.

– Ну, поехали, – не стал настаивать Кашин, раз Денис считает, что так лучше, спорить бесполезно, – есть одно место, тебе понравится. Гостиница небольшая, но уютная, всё по-домашнему.

Номер Рубцову понравился, небольшой, но действительно уютный, никакой казёнщины, как будто он снял частную квартиру. Из окна видно море и пустынный в это время берег.

– Отличное место Илья, мне нравится, – Рубцов повесил костюм на плечики, – у тебя как со временем?

– Нормально, ничего срочного сегодня не запланировано, а с остальным помощники справятся, – ответил Кашин, усаживаясь в кресло.

– Тогда предлагаю пообедать и отметить нашу встречу. Только нужно такое место, чтобы нам никто не мешал, – Рубцов подмигнул другу.

– Естественно, сколько лет мы не виделись? Есть о чём поговорить, – понимающе кивнул Илья и направился к двери, – поехали.

Небольшое уютное кафе на набережной было почти пустым, лишь парочка девушек щебетала о чём-то своем, попивая кофе, да женщина средних лет сидела за столиком у окна. Илья провёл его через короткий зал и открыл массивную деревянную дверь.

– Прошу, – жестом показал он.

Денис переступил порог. Небольшая комната, посредине невысокий стол, с обеих сторон от него короткие обтянутые кожей диваны. Стены отделаны деревянными панелями, на которых висят репродукции картин в потемневших рамах. Возле двери большое зеркало в потемневшей от времени резной раме. Напротив двери окно с затемнённым стеклом и красивыми воздушными шторами. Денис ещё осматривал комнату, а на пороге уже возникла девушка в коротком синем платье отлично подчёркивающим идеальную фигуру.

– Здравствуйте, – она улыбнулась, продемонстрировав ослепительно белые зубки, – Илья Сергеевич, что-то принести?

– Да Наташенька, нам покушать, на твой вкус, коньячка французского, ну и фруктов. Денис, может ты что-то особенного хочешь? Будешь меню смотреть? – Кашин взглянул на друга.

– Да нет, я полагаюсь на твой вкус, – Денис сел за стол напротив Кашина, а девушка кивнула и вышла, притворив за собой дверь.

– Что это за место, здесь можно спокойно поговорить? – Рубцов выразительно покивал головой на стены, намекая на прослушку.

– Это моё кафе, здесь чужих ушей точно нет. Каждый день моя СБ проверяет, можешь не сомневаться. Я здесь обычно важные переговоры провожу. Но, вообще ты прав, бережёного и бог бережёт.

Илья вытащил из кармана серую коробочку, напоминающую мобильник и положил её на стол, нажав сбоку чёрную кнопку. На поверхности устройства замигал красный огонёк.

– Это глушилка, гарантированно выводит из строя любые вражеские «уши», – усмехнулся Кашин, – можешь говорить совершенно спокойно.

– Мне нужна сухопутная экипировка на троих, включая меня, – Рубцов дождался, когда девушка, накрыв на стол, вышла из комнаты, – три пистолета тихих и взрывчатки немного. И ещё. Можешь организовать какую-нибудь шаланду до любого Грузинского порта? Естественно, без таможенного досмотра и погранцов. Буду тебе очень признателен.

– Ты же уже гражданский человек, или нет? Решил переворот в сопредельном государстве устроить? – Кашин улыбнулся, но глаза оставались серьёзными и немного напряжёнными.

– Можешь не отвечать, – Илья разлил по рюмкам элитный напиток, – я тебе и так помогу. Всё что в моих силах. Я помню, что ты для меня сделал. Может, тебе ещё люди нужны? Возьми меня, видишь, какая у меня рука выросла.

Кашин поднял протез и продемонстрировал подвижность пальцев. Потом взял металлическую вилку и легко согнул её между пальцами. Денис, колебался, он видел заледеневшие глаза друга и понимал, что тот реально за него переживает. Мысли крутившиеся в голове Ильи просчитать не сложно. Раз Рубцов просит помощи в оружии и снаряжении, значит он не на государевой службе. А где тогда? Где предпочитают ставить задачи, но не любят заморачиваться с обеспечением? Правильно, в криминале. Причём урки тоже могут нормально оснастить своих бойцов, если дорожат ими. Значит у Рубцова скорей всего билет в один конец. После выполнения задания, его, вместе с напарниками, просто зачистят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.